Форум » Славянский мир » Русины » Ответить

Русины

Слатин Н.В.: Мѣста жительства и мѣстные названія русиновъ http://kadykchanskiy.livejournal.com/356434.html

Ответов - 67, стр: 1 2 3 All

Ять: Представления о славянстве и концепции славянской взаимности Владимир Матула. Представления о славянстве и концепции славянской взаимности Я. Коллара и Л. Штура (Автор статьи различает понятия «славянство» и «славянская взаимность». «Славянство», в его понимании, - объективно существующая совокупность славянских народов) Проблема славянской взаимности (теоретические концепции славянской общности и культурно-политические программы единения или же сотрудничества славянских народов) издавна принадлежит к ключевым проблемам мировой славистики. Она не утратила своего актуального научного значения по сей день, о чем свидетельствуют многочисленные новые научные исследования, а также то видное место, которое эта проблематика постоянно занимает па международных съездах славистов. ...Коллар создал первую целенаправленную теоретическую концепцию славянской общности и конкретную программу духовного единения славянских народов. Ее ядром является понимание славянства как единого целого — «славянской нации», которое выкристаллизовалось уже в начале 20-х годов XIX в. в его проповеди «Положительные качества славянского народа» (1822г.), а годом позже нашло отражение в Предисловии к первому тому сборника «Песни светские народа словацкого в Венгрии» (1823), изданного совместно с Шафариком. Формулируя в упомянутой проповеди свое известное определение нации как общества людей, объединенных общим языком, одинаковыми нравами и обычаями (Коллар позднее эти определения дословно повторил в своем трактате «О литературной взаимности»), Коллар переносит это определение на «народ славов, или славян», который обитает в 15 странах и насчитывает свыше 15 миллионов человек, говорит о характерных духовных чертах («положительных качествах») его (Согласно Коллару это — религиозность, трудолюбие, повинная веселость, любовь к своему языку и терпимость к другим народам) и предсказывает ему славное будущее в развитии человечества. В предисловии к сборнику словацких песен он сформулировал основные положения своих представлений о славянстве, высказал свои теоретические взгляды на его внутреннюю структуру. Констатируя «многоязычие», большое различие языков и диалектов «славянского народа» и считая его одним из наибольших препятствий на пути дальнейшего культурного развития, Коллар высказал свое суждение, от которого потом никогда не отступал, о необходимости приостановления процесса дальнейшего дробления «славянского народа» и его постепенного сплочения в единое целое. «Здесь,— писал Коллар, — для нас жертва любого из наречий не должна быть тяжелой утратой, ибо потерей малого мы можем извлечь большую выгоду». Он предложил свое принципиальное решение вопроса о языковом и литературном единстве чехов и словаков и сформулировал свою концепцию «чехословацкого племени», в основе которой лежало его глубоко скептическое убеждение в невозможности и бесперспективности развития самостоятельного словацкого языка и литературы в существующих исторических условиях неразвитости словацкой национальной жизни и растущего национального гнета. Мнение это очень субъективно, но Коллар никогда ему не изменил, хотя оно со временем все больше вступало в противоречие с фактическим ходом развития славянских наций и их стремлением к национальной самобытности. Что касается исторической тенденции развития славянства, то, наоборот, он верил в постепенное исчезновение «племенных» различий и с радостью уже отмечал, как «части начинают отождествляться с целым, их различия и признаки исчезают, скоро может быть побледнеют и исчезнут последние их следы». Позднее, в середине тридцатых годов, Коллар издал трактат «О литературной взаимности», прославивший его имя во всем славянском мире. Здесь он разработал и обосновал известную четырехплеменную структуру «славянского народа», в значительной мере корректируя свои иллюзорные представления об исчезновении племенных особенностей и сосредотачиваясь на начертании программы славянской культурной взаимности и способов ее осуществления как наиболее надежного средства для предохранения славянства от дальнейшего разделения, для укрепления и развития его единства. Эта программа стала мощным стимулом национального развития славян, в том числе их собственной национальной культуры со всеми присущими ей специфическими чертами, широкого обмена культурными ценностями, взаимного познания и сближения славянских народов. Известно, как много в этой области в Словакии сделало именно молодое поколение словацкой интеллигенции — штуровцев, которые с огромным воодушевлением приняли эту программу и, осуществляя ее, значительно способствовали тому, чтобы словацкая национальная культура не утратила связи с богатой культурой других славянских народов, чтобы в плодотворных контактах с ней она обогащалась, развивалась бы ее национальная самобытность и укреплялся ее демократический характер. Несмотря на то, что национальная программа Коллара выросла из понимания тяжелого положения и потребностей угнетенного словацкого народа и отвечала в первую очередь его интересам и чаяниям, несмотря на то, что она возникла прежде всего как специфическая форма словацкой национально-оборонительной идеологии, тем не менее она далеко перешагнула границы словацкой и чешской среды. Это произошло, по нашему мнению, не только благодаря ее глубокому гуманизму и свободомыслию, призыву к деятельному патриотизму, но и потому, что она, хотя потенциально и содержала политические тенденции, имела в целом культурно-литературный характер. И в 20-х годах XIX в., когда Коллар в основном сформулировал свою теоретическую концепцию о славянстве, и в первой половине 30-х годов, когда он разработал и конкретные способы и путь реализации славянской взаимности, в целом она соответствовала ступени развития национально-освободительных движений славянских народов габсбургской монархии и его ярко выраженному языковому характеру. Гармоничное, но довольно абстрактное представление Коллара о славянском единстве во главе с Россией могло приобрести поэтому такое действительно универсальное значение, его серьезно не нарушали поэтому ни реально существующие различия между отдельными славянскими народами, ни противоречия между их политическими стремлениями, ни углубляющаяся дифференциация в славянском мире. Колларовская концепция смогла даже преодолеть и серьезный кризис, вызванный подавлением царскими войсками польского восстания 1830—1831гг., правда благодаря прежде всего молодому поколению революционно-демократически настроенных словацких патриотов, которые придали ей ясно выраженный полонофильский акцент и укрепили ее своими представлениями о революционном сотрудничестве славянских народов в духе традиций русских декабристов и польских повстанцев. Но по мере дальнейшего развития национально-освободительного движения отдельных славянских народов концепция Коллара становилась все более проблематичной. Нам кажется вполне закономерным, что концепция Коллара, точнее ее метафизическая схема четырехплеменной структуры «славянского народа», вступала в конфликт с действительностью прежде всего в Словакии. Ведь именно рост словацкого национального самосознания, как самого выразительного компонента процесса формирования нации, никак не мог быть втиснут в узкие рамки этой схемы, не находил в ней для себя места. Хорошо известно, что естественное языковое развитие в Словакии, которое неуклонно вело к превращению словацкого языка в общенародный литературный язык, сам Коллар стремился предотвратить словакизацией литературного чешского языка, в чем его до поры до времени поддерживали представители молодого штуровского поколения. Мы знаем, что это было в целом бесперспективное стремление не только с точки зрения развития словаков, но и ввиду естественного и принципиального сопротивления со стороны ведущих деятелей чешского национального движения, боровшихся в свою очередь за развитие современного чешского языка, отличающегося от мертвой, используемой словаками «библичтины». Но историческое развитие перечеркнуло и другие стороны концепции Коллара, которая в своем первоначальном виде становилась все большим препятствием для дальнейшего развития национального движения. В то время, когда Коллар издавал свой трактат о славянской взаимности, в Словакии уже поднималось новое, молодое поколение словацкой мелкобуржуазной интеллигенции во главе с Людовитом Штуром, которое постепенно брало на себя роль идеолога и вождя словацкого национально-освободительного движения. И само это движение вступало в свою новую, высшую фазу. Этот переход был обусловлен дальнейшим углублением кризиса феодальной системы в Венгрии, развитием капитализма в социально-экономической сфере, усилением национального гнета, а также назреванием во всей Европе революционной ситуации после французской июльской революции и польского ноябрьского восстания. На развитие словацкого национального движения повлиял и быстрый рост буржуазно-демократических и национально-освободительных идей, которые все более проникали в Словакию, где находили благодатную почву особенно среди штуровской молодежи. На характере новой фазы словацкого национального движения в значительной степени сказалось установление его организаторами с середины 30-х годов прямых контактов с политически намного более зрелым венским славянским демократическим студенческим обществом, связанным с польским революционным движением. Эти связи и сотрудничество способствовали не только углублению национально-просветительской работы прогрессивной словацкой молодежи, но и совершенствованию и радикализации ее общественно-политических взглядов. Органической составной частью взглядов поколения штуровцев стала и идея славянской взаимности, которую оно с самого начала восторженно воспринимало из сочинений Я. Коллара, П.Й. Шафарика, Я. Голлого и других видных представителей чешского и словацкого национального движения. Колларовская «Всеславия» в середине 30-х годов была для молодых словаков главной целью их национальных стремлений и чаяний. «Всеславия — лозунг наш, ей посвятим все время, все силы жизни»,— писал Л. Штур Ф. Палацкому в конце 1836г. («Listy L. Stura», t.I. Bratislava, 1954, s.48). «Всеславию» — дорогую отчизну всех славян, единство которых не могут нарушить «ни границы — творение вражеских рук», ни различая в вероисповедании и государственные порядка, воспевал Штур вполне в духе певца «Дочери Славы» в стихотворении 1836г. «Где пенится Адриатика» (L. Stur. Basne. Dielo v piatich zvazkoch. Zv.4. Bratislava, 1959, s.11) Владимир Матула. Представления о славянстве и концепции славянской взаимности Я. Коллара и Л. Штура. Советское славяноведение. 1978(2).с.58–71; Kollárovská a štúrovská koncepcia Slovanstva a slovanskej vzájomnosti. - Štúdie z dejín svetovej slavistiky do polovice 19. storočia. Bratislava, 1978. s.259–288 http://www.inslav.ru/images/stories/pdf/SovSlav/SovSlav-1978-2.pdf Дощ.6г: То бо Магура спЪва пЪсне сва до сЪще А тая Птыця од Iнiтра iде бо Нiтро бя а пребенде до вЪк Iнтра само кiе да Паруне все бране абысте тоiе да вржешет iу - Вот Магура поет песни свои к сече. И та Птица - от Индры, потому как Индра был и пребудет в веках Индрой, который дает Перуну все брани, чтобы тот поверг их Дощ.24в: МатерСваСлва поящеть ны спiва те вытежнестве на врзi i тому вiерiхомь яко слво iе о Птыцiе Вышнiе о Сварзе по ростiе летяшете од оны - Матерь Всех Слава поет нам, воспевает те победы над врагами, и тому мы верим, потому как слова эти - от Птицы Вышня, во Сварге по ростie летящие от него Дощ.8: А тако ста мерзе Русы распре а оусобища А Жале ста меже оны а пощаше плакате а вырiЪкате iма Да не гряднемо за оны яко тамо ста бенде погенбель наше А депщехомся до та порiа iакождiа не збуде од ны нiщо Оспомыньмо о тЪ яко об ОцеОреi едiн род Славене А пОце о трiе сынове го роздiеленщеся на трiцiу А тако ста о Русколанiе a Вiенцiе еже сен роздiелщесе на двы Та бо тва об Боросiех якве бящете рострждена на двiе А тогдiе iмахомь скоро десентЪ А пощо грiядi грядящете а грендее оустроящiете колiбва iмахомъ сен дiеляшетесе до безконцья Та бо Русь едiна можащеть а не десЪнце А то родце а родiщi сен дiельяще сеа потщаше А то крато врг налзе на ны Iмамы бранiтесе о рцень А не жещете якова оце iмате Аще бо iмате десентЪ краве А згiнещешi од враг мала оущьч та Iесь а пребодешi в родiе до концiа тва ДесЪнцЪ iма оутворiящетi тысЪнце И так стала промеж Русами распря и усобица И Жаля встала между ними и стала плакать и выговаривать Да не идем за ними, потому как там будет погибель наша И дождемся так до той поры, как от нас не будет ничего Вспомним же о том, как во времена Орея Отца был Славных род един А после Орея Отца его три сына разделились натрое И тоже стало с Русколанами и Вендами, что разделились надвое Ведь тоже и с Борусами, расторженными надвое И тогда имеем почти с десяток А почто же гряды городить и огороды устраивать коль будем делиться до бесконца Ведь Русь единая только может, а не десяток А то родцы и родичи делиться начали А то раз враг напал на нас И должны обороняться мы, как сказано А не рассуждать, кто какого отца имеет А то если имеешь десяток краве И згинешь от врага малого оущьч та Ты ведь еси - да и прибудешь в Роде до конца твоего Десятки должны утвориться тысячами Представления о славянстве и концепции славянской взаимности http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_417.htm Федор Федорович Аристов и Об-во Людевита Штура http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_415.htm Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm Vladimir Matula. Listy L'udovita Stura. IV. Dodatky. Na vydanie pripravil. Bratislava, 1999. s.338 (Письма Людовита Штура. IV. Дополнения - туры Словакии. Публикация является продолжением известного трехтомного издания "Писем Людовита Штура" (1954,1956, 1960), подготовленного Йозефом Амбрушем (1914-1993), которое в свое время стало знаменательным событием и научной жизни Словакии. Оно в определенной мере подводило итоги многолетних исследований жизни и деятельности Л. Штура и целого этапа возглавлявшегося им словацкого национального движения. Издание включало в себя 423 письма Л. Штура 1834-1855гг. более чем 100 адресатам и было снабжено высококвалифицированным комментарием…В последующие годы им самим и рядом других исследователей были опубликованы в различных научных изданиях вновь обнаруженные письма Штура и его адресатов к нему. Все эти письма были тщательно собраны, исследованы и с учетом последних научных достижений прекрасно откомментированы доктором исторических наук Владимиром Матулой, который много лет жизни посвятил изучению наследия Штура и которому принадлежат в этой сфере серьезные теоретические обобщения и уникальные архивные находки. Указанные письма и составили четвертый том нового издания "Писем Людовита Штура". В первой части издания помещены 42 письма самого Штура, во второй - 45 писем его корреспондентов с 1834 г. по 27 октября 1855 г. – даты последнего известного письма Штура. Большинство публикуемых писем относится к 1848-1849гг. - к наименее изученному периоду жизни лидера словацкого национального движения. Они свидетельствуют о широких связях Штура со славянским миром и адресованы российскому слависту О.М. Бодянскому, деятелям хорватского (иллирийского) движения С. Вразу, И. Кукулевичу-Сакцинскому, Д. Кушлану и М. Ожеговичу, сербскому патриарху И. Раячичу, чешскому священнику-патриоту Й.М. Роштлапилу. Особый интерес среди них представляет письмо Штура к С. Вразу (от 15 января 1843г.), в котором представлена его новая концепция славянства, признающая языковое и культурное равноправие всех славянских народов, девизом которого было: "Будь славянином телом и душой, но в своем племени". Нельзя не отметить научную значимость собрания писем (всего их 14) Штура священнику русской посольской церкви в Вене М.Ф. Раевскому, которые охватывают последний этап жизни и творчества словацкого общественно-политического деятеля. Они содержат, в частности, новые подробности о планах создания самого загадочного произведения Штура, вызвавшего столько споров в литературе - трактата "Славянство и мир будущего" - и позволяют уточнить дату его создания, установленную в специальном исследовании Матулы. Не менее интересны для исследователей эпохи письма, адресованные Штуру, - прежде всего его друзей и соратников А.В. Врховского, Й.М. Гурбана, М.М Годжи, С.Б. Гробоня, В. Шулека, Л.Я. Шулека, Я. Францисци, А. Радлинкого, а также известных современников, виднейших пражских славистов П.Й. Шафарика и В. Ганки, идеолога славянской взаимности Я. Коллара, российского слависта И.И. Срезневского, славянофила Н.А. Ригельмана, священнослужителей М.Ф. Раевского и Й. Раячича и др…М.Ю. Досталь. Славяноведение 2001(1), с.96-97 http://www.inslav.ru/images/stories/pdf/SovSlav/Slav-2001-1.pdf Девин http://mecenat-and-world.ru/slovakia.htm

Ять: Александр Дуличенко. Письменность и литературныє языки Карпатской Руси (XV - XX вв.). Вступительная статья. Тексты. Коментарии. Ужгород, 2008 http://lemko.org/books/index.html

Ять: Поздравление Русинов Поздравленiе Русинов на год 1851, от литературнаго заведенiя Пряшовскаго. В ВЪднi (BЪнa), 1850, 156с. + 1 иллюстрация. В этом сборнике, составленным А.В. Духновичем, помещены следующие его произведения: стихотворения — Поздравленiе (3—8); Орел (9—14); Мысль о БозЪ (15—18); Сирота в заточенiи (19—23); УбЪгша свобода (33—34); Свобода (35—36); Незабудка (37—39); СЪтованiе Павла Аньоша (40—42); О придворной жизни (43—47); Жаба. По Лаборскому выраженiю (50—51); Вручанiе (69—70), и путевые очерки (в прозе) — Память Щавника (71—78). Вручание Я Русин был, есмь и буду, Я родился Русином, Честный мой род не забуду, Останусь его сыном; Русин был мой отец, мати, Русская вся родина Русины сестры, и браты И широка дружина; Великiй мой род, и главный, Мiру есть современнiй. Духом и силою славный, ВсЪм народам прiемный. Я свЪт узрЪл под Бескидом, Первый воздух русскiй ссал, И кормился русским хлЪбом, Русин мене колысал. Коль первый раз отворил рот, Русское слово прорек, На аз-буцЪ первый мой пот З молодого чела тек. Русским потом я питан был, Русским ишол расходом В широкiй свЪт, но не забыл С своим знатися родом. - И теперь, кто питает мя? Кто кормит, кто мя держит? Самое русское племя Мою годность содержит! Прото тобЪ, роде мой, Кленуся живым Богом, За печальный пот и труд твой, Повинуюся долгом. – И оддам ти колько могу, Прiйми той щирый дарок, Прiйми вот маленьку книгу, I сей писменный рядок; Прочее же не забуду, Сердца моего скруху Пожертвити; — я твой буду, Tвоим другом и умру. - Духновичь http://rusyns-library.org/pozdravlenie-rusinov-na-god-1851-a-duxnovich/ Русинська Библиотека Института Истории и Филологiи в г. УжгородЪ http://rusyns-library.org/ - Да то и радость, когда молодцы наши и девочки рускіи поют песни! Радостные слезы точились мне, бывшему в Торисках на посвящение, як молодежь запела: Я Русин был, есмь и буду - также и ины русскіи пісни - Слово. 1862, Ч.1, с.3 - И радостно могу сказать, что русины епархіи Пряшевской одушевилися, найпаче молодежь стала ревновать за русскій дух и за русское слово. ДЪвушки уже не стыдилися пЪть русскія пЪсни, а пЪснь моя народная - Я русин был, есмь и буду - по всюду голосовала в обществах, да уже и жиды зачинались учить русскому. На гимназіи Пряшевской я преподавал русскій язык, и любезно посЪщали школу мою не токмо русины, но и словаки, и мадьяры, да и лютеранскіе ученики: кто ивЪститъ мое удовольствіе, я трепетал в радости, думая, что оно и таки останется на всегда! - из автобиографических записок - Я учился по букварю А. Духновича, и еще малым мальчиком отвечал: Я русин был. Дай нам Боже добрый час; Адольфа Добрянского я видел гимназистом в Ужгороде; а у отца Ивана Раковского с сошкольниками богословим был в Изе, и его благосклонные слова, много испытавшего труженика – пленили нас, и успокаивали. Мои товарищи! не дождались того дня, когда я, наймолодший их товарищ, излагаю благодарность, всем, кому мы должны кроме материнського молока своему русскому духу - слова почетного председателя Общества им. А. Духновича, Евминия Ивановича Сабова, сказанные им на открытии памятника А. Духновичу в Севлюше (Виноградове) в 1925 Десять заповЪдей Общества им. А. Духновича 1. Азъ есмь единственное Русское Культурно-ПросвЪтительное Общество на Подкарпатской Руси, да не будут тебЪ общества инiи, кромЪ меня! 2. Не призывай и не злоупотребляй именем Александра Духновича надаремно и на пользу иных, а соблюдай завЪты его! 3. Памятай, абысь день русской культуры и от каждаго дня что-нибудъ для прiобрЪтенiя русской культуры святил! 4. Чти русскiй язык отца твоего и матери твоей, да благо преуспЪвает и долголЪтен будет твой русский дух на цЪломъ свЪтЪ! 5. Не убiй свою русскость за -збытковый статок-! 6. Не чужелож с твоим языком, вводя в него польско-украинские элементы! 7. Не укради ничего от твоей истинно-русской культуры! 8. Не будь свЪдком фальшивым против своего роднаго русскаго языка и его не продай! 9. Не пожелай жениться на чужей культурЪ, чтобы убил свою прадЪдно-русскую и цЪлым мiром признанную! 10. Не пожелай жадной вещи, ни грошей для измЪненiя твоей русской культуры. Устав Общества им. А. Духновича 1927г. http://rusyns-library.org/ustav-obshhestva-im-a-duxnovicha-1927g-obshh-a-duxnovicha/ Издания О-ва им. Ал. Духновича в УжгородЪ 1. Евмений Сабов: Грамматика русскаго языка для средн. учебн. зав. Подк. Руси. Ч.I. Этимологiя. Ужгород 1924 http://www.ruwega.com/news/a1924-grammatika-russkago-yazyka/ 2. В.А. Францев: К вопросу о литературномъ языкЪ Подкарпатской Руси. Ужгород 1924 3. И. Поливка. Что такое библиотека и др. – Народная библиотека ч.1 http://rusyns-library.org/chto-takoe-biblioteka-i-dr-narodnaya-biblioteka-ch-1/ 4. Наш Презид. Фома Масарик. Народная библиотека ч.2 5. Об охране от заразных болезней (хворост). Питание человека. Народная библиотека ч.3. 6. О дружествах земледельцев – Народная библиотека ч. 4 http://rusyns-library.org/o-druzhestvax-zemledelcev-narodnaya-biblioteka-ch-4/ 7. О литературн. языкЪ карпаторос. и грамматика Е. Сабова. 1925 8. Е. Сабов: Очерк литерат. дЪят. и образов. карпаторосс. 1925 http://rusyns-library.org/ocherk-o-lit-deyat-i-obrazovanii-karpatorossov-e-sabov/ 9. Познай себя, беседа о нашем языке – Народная библиотека ч. 5 http://rusyns-library.org/poznaj-sebya-beseda-o-nashem-yazyke-narodnaya-biblioteka-ch-5/ 10. Общественная жизнь животных и др. – Народная библиотека ч. 6 http://rusyns-library.org/obshhestvennaya-zhizn-zhivotnyx-i-dr-narodnaya-biblioteka-ch-6/ 11. Д-р Ю. Гаджега: О-во им. А. Духновича и русск. женщ. 1925 http://rusyns-library.org/obshhestvo-duxnovicha-i-russkie-zhenshhiny-yu-gadzhega/ 12. Полевые работы – Народная библиотека ч. 7 http://rusyns-library.org/polevye-raboty-narodnaya-biblioteka-ch-7/ 13. Д-р I. Каминскiй: Нацiональн. самосознанiе нашего народа. 1926. 14. Евм. Сабов. РЪчь о А. ДухновичЪ в СевлюшЪ. 1925 http://rusyns-library.org/k-otkr-pamyatnika-a-duxnovichu-e-sabov/ 15. Наш президент Ф. Масарик. II-е изд. Народная библиотека 16. Д-р Ю. Гаджега: Ист. О-ва св. Василiя Вел. 1925 17. Лисица. Отзыв прадедов. Народная библиотека 18. Воздедывание кукурузы. В. Бензина. Народная библиотека 19. Народ, народность, язык, просвещение (Катехизис) – Народная библиотека ч. 10 http://rusyns-library.org/narod-narodnost-yazyk-prosveshhenie-katexizis-narodnaya-biblioteka-ch-10/ 20. П.С. Федор: Краткiй очерк дЪятельн. А.И. Добрянскаго. 1926 http://rusyns-library.org/ocherk-o-deyatelnosti-a-dobryanskago-p-fedor/ 21. Е. Сабов: PЪчь по случаю открытiя памятн. А.Е. Фенцика. 1926 22. Д.Н. Вергун: А.Е. Фенцик и его мЪсто в русской литерат. 1926 http://rusyns-library.org/evgenij-fencik-i-ego-mesto-v-russkoj-literature-lekciya-d-vergun/ 23. Н. Павлович: Русская культура и П. Русь. 1926 24. Д-р С. Фенцик: Деятельность О-ва Духновича. 1922-1926. 1926 http://rusyns-library.org/deyatelnost-obshhestva-duxnovicha-1922-1926/ 25. Д-р I. Каминскiй. Народн. Календарь О-ва. 1927 26. Духнович — Ст. Фенцик: Наш национальный гимн. 1926 27. А. Бобульскiй: НЪмая невеста. Пьеса в 1 дЪйств. 1926 28. И. Лаппо: Происхожд. украинск. идеологiи новейш. врем. 1926 29. Д-р Ю. Гаджега: Краткiй обзор научной деятельности Ю.И. Венелина (Гуцы). 1926 30. Проф. д-р А. Петров: Древнейшая церк.-слав. грамота 1404г. о Карпаторусской территорiи (с фотогр. снимком грамоты) 31. Д-р С.А. Фенцикъ: Нар. Календарь О-ва Духновича на г. 1928 32. Д. Анталовскiй: Рождественская ёлка, пьеса в 2 д. 1927 33. Д-р К.Н. Шимановскiй: Первая помощь в несчастныхъ случаях и при внезапных заболеванiях. 1927 34. П.С. Федор: Несчастная судьба, пьеса в 4 действ. 35. Д-р Ю. Гаджега: Исторiя Ужгородск. Богосл. Семинарiи. 1928 36. Андрей В. Карабелеш: Собранiе стихотворенiй. 37. Валерiй С. Вилинскiй. Корни единства русской культуры http://rusyns-library.org/korni-edinstva-russkoj-kultury-valerij-vilinskij/ 38. Георгiй Верховинскiй: Юрко Русин и его внучка 39. И.М. Кондратович: К исторiи стародавняго Ужгорода 40. Антонiй Лукович: Нацiональная и языковая принадлежность русской части Подкарпатской Руси. 1929 41. Стихотворенiя А. Попрадова-Ставровскаго, собр. д-р Н. Бескид 42. Д-р Ю. Гаджега: Два исторических вопроса, 1928 43. Д-р Н. Бескид: Из славянскаго прошлаго 44. Народный Календарь О-ва на 1929г. под ред. Д-ра Степана А. Фенцика, 1928 45. Проф. Ф.Ф. Аристов: Библiографическiй перечень творчества А.В. Духновича, 1928 http://rusyns-library.org/perechen-proizv-a-duxnovicha-f-aristov/ 46. Д-р Евгенiй НедзЪльскiй: Из чешской лирики 47. Проф. А. Флоровскiй: ЗамЪтки И.С. Орлая о К. Руси 48. В.А. Францев: Десять лЪтъ свободной жизни Чсл. народа 49. Д-р Ст. А. Фенцик: Галицiя 50. Д-р Н.А. Бескид: Попрадов 51. Проф. Ю.А. Яворскiй: Поученiе о снах 52. Проф. Ю.А. Яворскiй: Дополненiе к библiогр. А. Духновича http://rusyns-library.org/k-bibliografii-o-a-duxnoviche-yu-yavorskij/ 53. Д-р Симеон А. Сабов 54. Д-р. А.Л. Петров 55. Проф. Ф.Ф. Аристов: А.В. Духнович http://rusyns-library.org/karp-pisateli-a-duxnovich-f-aristov/ 56. Павел Федор: Очерки карпаторусской литературы 57. Павел Федор: Правда побЪждает, пьеса 58. А. Карабелеш: В лучах разсвЪта, стихи 59. Д-р С.А. Фенцик: Деятельность О-ва им. А. Духновича в 1929г. 60. Юбилейный сборник посвященный Е.И. Сабову 61. Проф. В.А. Францев: Из исторiи письменности Подкарп. Руси XVIII—XIX стол. 62. Проф. Ю.А. Яворскiй: Нацiональное самосознанiе карпатороссов на рубежЪ XVIII—XIX вЪков http://rusyns-library.org/nac-samosoznanie-karpatorussov-na-rubezhe-xviii-xix-v-yu-yavorskij/ 63. Проф. А.Л. Петров. К исторiи села Каменки 64. Народный календарь О-ва на 1930 год под ред. д-ра Степана А. Фенцика 65. Ян Неруда - избранные разсказы, пер. и вступ. Статья Е.Л. НедзЪльскаго 66. Д-р Степан Фенцик: Чехословаки и карпатороссы 67. А. Бобульскiй: В святой вечер, пьеса в 2-х действ. 68. А. Бобульскiй: Верховинская кровь, пьеса в 3 действ. 69. А.М. Волконскiй: Малоросс или украинец? 1928 70. Сборник статей, посвященных памяти Добрянскаго, 1929 71. Проф. Ю.А. Яворскiй: Старая латинская записка о селЪ Гукливом, 1929 http://rusyns-library.org/staraya-lat-zapiska-o-s-guklivoj-yu-yavorskij/ 72. Д-р Степан Фенцик: Руководство к организацiи и веденiю Русских Народных Читален им. A.В. Духновича, 1929 73. Граф Д. Салтыков:Евразiйцы, или украинцы, 1930 74. Д-ръ Н.А. Бескид: А.В. Духнович http://rusyns-library.org/duxnovich-i-ego-poeziya-n-beskid/ 75. Д-р Степан А. Фенцик: Русским Скаутам, 1929 76. Сборник о Балудянском 77. Д-р Степан А. Фенцик: Деятельность О-ва им. А.В. Духновича в 1929/30г. http://rusyns-library.org/deyatelnost-obshhestva-a-duxnovicha-1929-1930/ 78. Собранiе сочиненiй Е.А. Фенцика под редакцiей Д-ра С.А. Фенцика — ч. I. http://rusyns-library.org/sobranie-sochinenij-ch-1-e-fencik/ 79. Собранiе сочиненiй Е.А. Фенцика под редакцiей Д-ра С.А. Фенцика — ч. II http://rusyns-library.org/sobranie-sochinenij-ch-2-e-fencik/ 80. Собранiе сочиненiй Е.А. Фенцика под редакцiей Д-ра С.А. Фенцика — ч. III 81. Собранiе стихотворений А.В. Духновича под ред. Д-ра Н.А. Бескида 82. Проф. Валерiй ПогорЪлов: Мих. Лучкай и его грамматика, 1930 83. Проф. Ю.А. Яворскiй: П.Д. Лодiй в изображенiи польскаго романиста, 1930 84. Проф. Ф.Ф. Аристов: А.И. Добрянскiй 85. Проф. Ф.Ф. Аристов: Амв. Аф. Полянскiй 86. П. Федор: Ф.Ф. Аристов, очерк его деятельности к 25-лЪтнему юбилею. 1931 http://rusyns-library.org/f-f-aristov-pavel-fedor/ 87. Разсказы новЪйших русских писателей, 1930 88. Евгенiй НедзЪльскiй: Народные разсказы, 1930 89. Русскiй Народный Календарь на 1931г., 1930 90. В.А. Францев: Русскiй iезуит Мартынов, 1930 91. Михаил Парлаг: Разсказы о МихлЪ 92. CeргЪй Савинов: Легенды Подкарпатской Руси 93. Виталiй Витяземскiй: Огненная Икона 94. Сiон Сильвай: Маруся, пьеса в 4-х дЪйств, 1930 95. Антонiй Бобульскiй: Рождественская игра, пьеса в 1 дЪств. 1930 96. Аитонiй Бобульскiй: Мecciя, пьеса, 1930 98. Д-р Степан Фенцик: Карпатороссы и Россiяне, 1930 99. ДЪло о покушенш на Е.И. Сабова, 1930 100. Грамматика русского языка для начальных школ 101. Матерьялы к языковой анкетЪ (печатается). 102. К. Стрипскiй: К вопросу о языкЪ на Подкарп. Руси, 1931 103. Е.И. Сабов: А.А. Митрак, 1931 104. Д-р С.А. Фенцик: Деятельность О-ва им. А. Духновича в 1930/31г., 1931 105. Д-р С.А. Фенцик: Народный календарь О-ва на 1932г., 1931. 106. С. Сильвай: Не добро кота в мЪхЪ куповати, пьеса в 3 дЪйств.,1931 107. А. Бобульскiй: Царевич Альфонс, пьеса в 5 дЪйств., 1932 108. С.А. Фенцик. Деятельность Общества им. А.В. Духновича в 1931 году. 1932. 40 с. ГАРФ ф 6463 - 108; ф 6462 - 104; ф 6464 - 98; ф. 6452 - 76; ф. 6479 - 47; ф 6489 - 2 http://www.libed.ru/knigi-nauka/1237309-16-gosudarstvenniy-arhiv-rossiyskoy-federacii-svodniy-katalog-baza-dannih-pechatnih-izdaniy-russkogo-zarubezhya-1.php Народная библиотека ч1, ч4, ч5, ч6, ч7, ч10 http://rusyns-library.org/category/narodnaya-biblioteka/ Русский народный календарь 1928 г. – Общ. им. А. Духновича http://rusyns-library.org/russkij-narodnyj-kalendar-1928-god-obshh-im-a-duxnovicha/ Русский народный календарь на 1937 год – Общество Духновича http://rusyns-library.org/russkij-narodnyj-kalendar-na-1937-god-obshhestvo-duxnovicha/ Карпатский край” – журнал, Мукачево,1923-1924 http://rusyns-library.org/category/karpatskij-kraj/ Карпатский край 1923 №1 октябрь http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1923-1-oktyabr/ Карпатский край 1923 №2 http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1923-2-noyabr/ Карпатский край янв. 1923 дек. 1924 №3-4 http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-yanv-1923-dek-1924-3-4/ Карпатский край 1924 №5-6 http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1924-5-6-fevral-mart/ Карпатский край 1924 №7 http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1924-7-aprel/ Карпатский край 1924 №8-9 http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1924-8-9-maj-iyun/ Карпатский край 1924 №10 июль http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1924-10-iyul/ Карпатский край 1924 №11-12 август-сентябрь http://rusyns-library.org/karpatskij-kraj-1924-11-12-avgust-sentyabr/ “Карпатский Свет” – журнал издаваемый культурно-просветительным Обществом им. Александра Духновича http://rusyns-library.org/category/karpatskij-svet/ Карпатский Свет 1929 № 10 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1929-10/ Карпатский Свет 1931 № 1-2 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1931-1-2/ Карпатский Свет 1931 № 3-4 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1931-3-4/ Карпатский Свет 1931 № 5-6-7 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1931-5-6-7/ Карпатский Свет 1931 № 8-9-10 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1931-8-9-10/ Карпатский Свет 1932 № 1-2-3 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1932-1-2-3/ Карпатский Свет 1932 № 4 http://rusyns-library.org/karpatskij-svet-1932-4/ Евмений Сабов. Христоматия церковно-славянских и угро-русских литературных памятников с прибавлением угро-русских народных сказок на подлинных наречиях. В Унгваре (Ужгород), 1893г. Издал Книгопечатный Фонд Епархии Мукачевской. Книгопечатня «Келетъ» Варфоломея Иегера. 242с. http://www.ruwega.com/news/a1893-khristomatiya-literaturnykh-pamyatnikov/ pdf 47.6 Мб / djvu 17.3 Мб Евгений Недзельский. Очерк карпаторусской литературы. Ужгород, 1932. Издание Подкарпаторусскаго Народнопросветительнаго Союза в Ужгороде. Типография «Школьной Помощи». 292с. http://www.ruwega.com/news/a1932-ocherk-karpatorusskoj-literatury/ 35 Мб Степан Фенцик (ред.). Песни Подкарпатских Русинов. Часть І. Прага. 1921. 26с. http://www.ruwega.com/news/p%D1%A3sni-podkarpatskikh-rusinov-%28stepan-fentsik%29/

Ять: Ф.Ф. Аристов. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва 1928 (это не репринт, а впервые изданная книга в 1995 году с рукописи 1928 года, которая пролежала весь советский период в шкафу - С. Шарапов). Книга подготовлена к изданию стараниями Т.Ф. Аристовой и С.В. Шарапова. Добавлена статья Т.Ф. Аристовой - Федор Федорович Аристов и карпаторусская проблема. 49с. http://zapadrus.su/bibli/geobib/aristov-lit-razv-podkarpat-rusi.html в формате PDF (2.8 мг.) IV. Русский период. В половине XIX столетия наступило национальное возрождение Угорской Руси, и писатели стали употреблять вместо чужих языков латинского и мадьярского, родной русский язык. Из деятелей литературы русского периода должны быть отмечены: А.В. Духнович, А.В. Попович, И.И. Раковский, Иоанн Дулишкович, А.И. Добрянский-Сачуров, А.И. Павлович, Анатолий Кралицкий, И.А. Сильвай (Уриил Метеор), Александр Митрак (Материн), Е.А. Фенцик, Ю.И. Ставровский (Попрадов) и Е.И. Сабов. Александр Васильевич Духнович (1803-1865), первый по времени писатель общерусского направления в Угорской Руси, родился в селе Тополе. Среднее образование получил в Кошицкой гимназии, а богословское — в Ужгороде. Сперва служил помощником секретаря в Мукачевской консистории, а с 1843 года сделался каноником Пряшевского собора и занимал эту должность до самой смерти. Посвящая себя работе над просвещением угро-русского населения, А.В. Духнович прежде всего озаботился об устройстве типографии, в которой можно было бы печатать полезные для народа книги. По этому вопросу он обратился в 1851 году в Ужгородскую консисторию, предлагая ей учредить книгопечатню при Мукачевском монастыре. Однако, этот план писателя не мог тогда осуществиться, так как после революции 1848 года австрийские власти весьма подозрительно относились даже к малейшим проявлениям национального самосознания среди подвластных народностей. Но первая неудача не остановила А.В. Духновича, и он продолжал трудиться для просвещения и возрождения Угорской Руси. Прежде всего он издал в Вене (на 1851 и 1852 годы) литературный сборник „Поздравление Русинов”. Затем А.В. Духнович печатает свои календари под заглавием „Месяцесловы”. В 1850 году появилась в Перемышле его драма — „Добродетель превышает богатство”, которая тогда же была разыграна учениками во многих народных школах. Для начальных школ им изданы также: „Краткий землепись” и „Катехизис литургический” (вышли в Будапеште в 1851 году). Для учителей им напечатана „Народная педагогика в пользу училищ и учителей сельских” (Львов, 1857 г.), для простого народа — молитвенник „Хлеб души” и, наконец, для интеллигенции — „Сокращенная грамматика письменного русского языка” (Будапешт, 1853 г.). А.В. Духнович занимался также историей Угорской Руси и написал две работы (изданные уже после его смерти): „История Пряшевской епархии” (рукопись помечена 1846 г., издана в Петрограде в 1877 г.) и „Истинная история карпато-россов” (рукопись помечена 1853 г., впервые напечатана нами в Москве в 1914 году). Когда А.В. Духнович принялся за составление „Истинной истории карпато-россов”, то у него было всего три предшественника: Базилович, Орлай и Лучкай. Трудами этих писателей Духнович мог воспользоваться лишь отчасти, потому что сочинение Иоанникия Базиловича успело уже тогда устареть, статья И.С. Орлая была посвящена, главным образом, древнему периоду угро-русской истории (т.е. до эпохи князя Феодора Кариатовича), а рукописные сочинения Михаила Лучкая, вероятно, не были даже известны нашему автору, так как он нигде на него не ссылается. Что же касается мадьярских предшественников (Прай, Катона, Бардоши и Сармай), то их сочинения мало пригодны для историка Угорской Руси по двум причинам: во-первых, они лишь мимоходом касаются угро-русской истории, обращая главное внимание на историческое прошлое мадьяр, и, во-вторых, изложение часто не отличается научным беспристрастием, когда речь идет о событиях, имевших место у немадьярских народностей. Таким образом, А.В. Духновичу оставалось лишь одно — самостоятельно изложить историю Угорской Руси, или, по крайней мере, наметить важнейшие моменты ее исторической жизни. Это он и попытался сделать в своей „Истинной истории карпато-россов” (см. Ф.Ф. Аристов — „Значение А.В. Духновича, как угро-русского историка”, „Русский Архив”, Москва, 1914 г., кн. 2, стр. 144-155). Главная заслуга А.В. Духновича состоит в том, что он, в противоположность Базиловичу и Лучкаю, впервые в Угорской Руси, изложил ее историю по-русски и тем самым сделал ее доступной не только узкому кругу ученых людей, а каждому грамотному человеку. Уже самое заглавие этого сочинения указывает на то, что автор задался целью написать истинную историю угро-руссов, которая опровергла бы тенденциозные взгляды мадьярских, немецких и других иноземных историков; А.В. Духнович действительно смело поставил многие вопросы, за что, вероятно, навлек бы на себя гонения, в случае выхода „Истории” в свет, как это, напр., имело место при издании его „Литургического катехизиса”. Все сочинения А.В. Духновича имели для будущих поколений угро-руссов большое воспитательное значение, пробуждая в них любовь к родине и стремление трудиться для ее процветания. Поэтому и при составлении своей „Истинной истории карпато-россов” автор обратил главное внимание не на метод и строгую научную обработку исторического материала, а на ознакомлление читателей с теми моментами угро-русской истории, которые имели наиболее точек соприкосновения с сов-ременной действительностью. Впрочем, в эпоху А.В. Духновича нечего было и думать о строго-научной обработке угро-русской истории, так как не были еще исследованы важнейшие материалы, за опубликование которых принялись только в XX веке. Кроме издания разного рода книг, предназначенных для нужд школы и вообще народного образования (буквари, молитвенники, календари и руководства для учителей; к этому же роду литературы относится и оставшаяся в рукописи „Истинная история карпато-россов”), прозой написаны еще драма („Добродетель превышает богатство”) и многочисленные корреспонденции из Пряшева, помещенные в различных повременных изданиях. Все свои художественные произведения А.В. Духнович писал по-преимуществу в стихах. К сожалению, его стихотворения, рассеянные по многим сборникам и журналам, до сих пор не собраны в отдельной книге. Из поэтических произведений А.В. Духновича более всего известны его подражания народным песням и стихотворения с национально-политической окраской. Одно из них — „Я русин был, есмь и буду” было положено на музыку и до мировой войны считалось народным гимном Угорской Руси. В качестве образца приводим начало этого стихотворения: Я русинъ былъ, есмь и буду, Я родился русиномъ, Честный родъ мой не забуду, Останусь его сыномъ. Русинъ мой отецъ, мати, Русская вся родина, Русины сестры, браты И широка дружина. Великій мой родъ и главный, Міру есть современный, Духомъ и силою славный ВсЪмъ народамъ пріемный и т.д. Таким образом, А.В. Духнович был одновременно педагогом, историком, публицистом, драматургом и поэтом. Свои произведения он писал, как на местном угро-русском наречии, так и на общерусском литературном языке; первые предназначались для простого народа, а вторые — для образованных читателей. Вообще, Александр Васильевич Духнович — самый популярный и любимый в Угорской Руси писатель, составивший целую эпоху в её умственном развитии. Когда Угорская Русь, в результате мировой войны, освободилась от мадьярского владычества и, под именем Подкарпатской Руси, была присоединена к Чехо-Словакии, то в Ужгороде было основано „Культурно-Просветительное Общество имени А.В. Духновича” (председателем состоит маститый Евмений Иванович Сабов) (с.30-33) Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Проф. Ф.Ф. Аристов: Хронологическiй перечень напечатанных сочиненiй А.В. Духновича. Ужгород, 1928, с.12< http://rusyns-library.org/perechen-proizv-a-duxnovicha-f-aristov/ Значенiе дЪятельности А.В. Духновича для paзвитiя Угорской Руси настолько велико, что составляет цЪлую эпоху в ея исторiи. До него в литературЪ употреблялись послЪдовательно церковно-славянскiй, латинскiй и мадьярскiй языки, и только он первый начал писать по русски: сперва на мЪстном нарЪчiи, а затЪм на общерусском языкЪ. Как священник, он постоянно заботился о чистотЪ восточнаго обряда, а как народный дЪятель много содЪйствовал открытiю новых школ. Вообще своими трудами А.В. Духнович указал угро-руссам то направленiе, по которому должно совершаться их нацiональное развитiе. Если Угорская Русь, в противоположность ГаличинЪ и БуковинЪ, - никогда не знала украйнофильства и всегда отстаивала общерусское нацiонально-культурное единство, то этим она в значительной степени обязана плодотворной дЪятельности Александра Васильевича Духновича Ф.Ф. Аристов. Карпато-русскiе писатели. Томъ первый. ИзслЪдованiе по неизданнымъ источникамъ. Въ трехъ томахъ. Томъ первый. Москва 1916, Александръ Васильевичъ Духновичъ. с.49-61 http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб Одновременно с трехтомным изследованием Карпато-русские писатели, Ф.Ф. Аристовым было предпринято издание многотомной научно-критической Библиотеке карпато-русских писателей, представляющей уже не биографии-характеристики деятелей общерусской литературы в Карпатской Руси, а самые сочинения карпато-русских писателей. 1. Полное собрание сочинений Александра Васильевича Духновича (С критико-биографическим очерком, вступительными статьями и примечаниями, портретами писателя, хронологическим и алфавитными перечнями всех его сочинений). Москва. 1915. Художественные произведений. Стихи (около 50 стихотворений). Проза драмы: Добродетель превышает богатство - и - Головный тарабанщик; Частные размышления, Забавки, Загадки и логогрифы, Басня против стыдящихся своей народности и др. Педагогические труды (руководства): Книжица для начинающих, Краткий землепис, Литургический катехизис, Хлеб души, Сокращенная грамматика письменного русского языка, Народная педагогия. Исторические изследования: Истинная история карпато-россов, История Пряшевской епархии, Естественно-духовные разсуждения, Устав Пряшевского соборного причта, Правила чина св. Василия Великого, Биография Василия Поповича... П.С. Федор. Проф. Федор Федорович Аристов. (Ужгород, 1931); Временник Ставропигийского Института на 1932 год: Временник. Научно-литературные записки Львовского Ставропигиона. Под редакцией В.Р. Ваврика. Львов. 1932, с.81-89 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_463.htm …Литературная деятельность А.В. Духновича составляет цЪлую эпоху в нацiонально-культурной жизни Подкарпатской Руси, а, между тЪм, сочиненiя этого выдающагося писателя-народолюбца до сих пор не изданы полностью. Пора, давно пора, издать полное собранiе сочиненiй Александра Васильевича Духновича! Первая по времени попытка осуществить такое начинанiе относится к 1915 году. Мiровая война не дала возможности выполнить эту задачу в МосквЪ. НадЪемся, что такое изданio будет выпущено в Ужгороде, и притом в ближайшiе годы. Считая, что между нашим прежним, московским, предположенiем и будущим, ужгородским, выполненiем должна быть идейная преемственность, — помещаем полностью (как литературный матерiал или своего рода историческую справку), выпущенный нами в 1915 году в МосквЪ, план-проспект изданiя полнаго собранiя сочинений А.В. Духновича. Вот содержание этого проспекта-объявленiя: Библiотека карпато-русских писателей под редакцiей Ф.Ф. Аристова. Полное собранiе сочиненiй Александра Васильевича Духновича. (С критико-бiографическим очерком, вступительными статьями и примечаниями, портретами писателя, хронологическим и алфавитным, перечнями всех его сочиненiй). Предисловiе. В 1915 году исполнилось полвЪка со дня смерти выдающегося народнаго деятеля и писателя Закарпатской Руси — Александра Васильевича Духновича. Он был одновременно поэт, педагог, драматург, историк и публицист; он справедливо считается родоначальником русского пepiода в литературном развитiи Русскаго Подкарнатья; он, наконец, много потрудился как народный дЪятель в эпоху нацiональнаго возрождения родной Карпатороссiи, этой небольшой, но стойкой части необъятной Русской Земли. Поэтому пора, давно пора, выпустить в свЪт полное собранiе сочиненiй А.В. Духновича, до сих пор разбросанных в разных сборниках, журналах и газетах, или же остающихся в нигдЪ ненапечатанных рукописях. Жизнь и деятельность А.В. Духновича составляют одну из интереснейших и поучительнейших глав исторiи общерусскаго нацiональнаго самосознания. Mipoвая война, конечно, задержит выход в свЪт сочинений А.В. Духновича, но подготовительная работа к такому изданию должна вестись безостановочно, потому что как только Подкарпатье освободится от мадьярскаго владычества, то первым долгом вспомнит самаго любимаго своего народнаго писателя и борца за счастливую долю родного края. Имя А.В. Духновича явится тогда знаменем нацiонально-культурнаго единства Карпатороссiи и Pocciи, братскаго объединенiя всЪх ветвей одного великаго и могучаго русскаго народа — от Карпат до Камчатки — на почве созданных общими трудами: русскаго языка, литературы и вообще культуры. Полное собранiе сочинении А.В. Духновича даст научно-проверенный текст всего им написаннаго, причем историческiя работы составленныя по-латыни, будут напечатаны как в подлиннике, так и в русском переводе. Всему изданию предшествуем обстоятельный критико-биографическiй очерк (А.В. Духнович, его жизнь и дЪятельность); кромЪ того, каждое произведенiе снабжается пояснительным примЪчанием о врЪмени и мЪстЪ его напечатанiя (или составленiя, если речь идет о нигде еще необнародованной рукописи), историко-литературной цЪнности и общественном значенiи: наконец, к изданiю прилагаются два указателя — хронологическiй и алфавитный. Что касается рисунков, то предполагается воспроизвести всЪ портреты писателя и дать снимки с некоторых его рукописей и редких печатных изданий. BcЪ сочиненiя А.В. Духновича, по характеру их содержанiя, будут распределены по следующим четырем отделам: I. Художественныя произведенiя. Стихи: (около 50 стихотворенiй). Проза: драмы — ДобродЪтель превышает богатство - и - Головный тарабанщик; Частныя размышленiя; Забавки; Загадки и логогрифы; Басня против стыдящихся своей народности - и др. II. Педагогические труды (руководства). Книжица для начинающiх; Краткiй землепис; Литургическiй катехизис; Хлеб души; Сокращенная грамматика письменнаго русскаго языка; Народная педагогiя. III. Историческiя изслЪдованiя. Истинная исторiя карнато-россов; Истрорiя Пряшевской епархiи; Естественно-духовныя разсужденiя; Устав Пряшевскаго соборнаго причта; Правила Чина св. Василiя Великаго; Биография Василiя Поповича. IV. Публицистика. — Письма. Корреспонденцiи. — Письма. — Автобiографическiя - Записки. Москва, 11 мая 1915 года -. Так ставился вопрос в 1915 году об изданiи полнаго собрания сочиненiй А.В. Духновича в Москве. Как же обстоит дело теперь в Ужгороде?.. Ф.Ф. Аристов. Карпато-русскiе писатели. Александръ Васильевичъ Духновичъ (По поводу 125-лЪтiя со дня рожденiя писателя-народолюбца и 5-лЪтiя существованiя Общества его имени въ Подк. Руси). Ужгородъ. Типографiя Школьной Помощи. 3-е дополненное издание, 1929г., 28c. http://rusyns-library.org/karp-pisateli-a-duxnovich-f-aristov/ Заведующий славянским отделом в ж. Русский архив Ф.Ф. Аристов: Русский архив. М., 1914, кн.2, N5, с.144-155. Значение А.В. Духновича, как угро-русскаго историка Русский архив. М., 1914, кн.1, N3, с.528-559. А.В. Духнович - Истинная История Карпато-Россов или Угорских Русинов Русский архив. М., 1913, кн.1, N2, с.277-292. Александр Васильевич Духнович Русский архив издаваемый Петром Бартеневым. Все номера с 1863 по 1917. Всего томов 156 http://www.runivers.ru/gal/today.php?ID=450165 А. Духнович. Книжица читальная для начинающих. Будапешт, 1847 http://rusyns-library.org/knizhica-chitalnaya-dlya-nachinayushhix-1847-goda/ А. Духнович. Сокращенная грамматика письменнаго Рускаго языка (1853) http://rusyns-library.org/sokrashhennaya-grammatika-pismennago-ruskago-yazyka-1853-a-duxnovich/ Произведения А. Духновича в цифровой русинской библиотеке РБ http://rusyns-library.org/category/aleksander-duxnovich/ http://az.lib.ru/d/duhnowich_a_w/indexvote.shtml А. Духнович. Истинная история карпато-россов или угорских русинов. Издана народолюбцем Александром Духновичем. 1853 http://old.stsl.ru/manuscripts/medium.php?col=6&manuscript=089&pagefile=089-0001 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_713.htm http://www.proshkolu.ru/user/baobab57/blog/464002/ Церковь в Беловеже (у Бардеёва, восток Словакии, на юж. склонах Низких Бескид, на берегах р. Топля (басс. Тисы), близ границы с Польшей), где служил Духнович ...Духнович восхвалял того, кто - муж по сердцу Руси-; у коих - хоть она на НевЪ, хоть за горами, Русь едина, мысль одна у всЪх в душЪ-. Он вЪрил, что: Карпаты не разлучат вЪчно нас. И воодушевляясь сам пЪл: Пойте хлопцы и дЪвицы! ЗаспЪвайте русску пЪснь, Повитайте нову жизнь! Русски дЪти вам свЪтает, Слава-мати вас витает: Подъ Бескидом, родном краю, В том исконно русском раю Се трябо няшiа о се дене iмЪхомь яко Оце нашiа О по Нестьем брезi i оу РосiЪ грде iмяще бяшут I се Руштi iдьша от БЪлыВяже i од Росiе о Непре земЪ i тамо Кые утворе грд Кiев I се соуколiще Поляны Древляны Крвiще i Ляхъве на кущу Руську I ста Русiцi Подкарпатскіи русины Оставьте глубокій сон! Народный голос зовет вас: Не забудьте о своем! Наш народ любимый Да будет свободный. От него да отдалится Непріятелей буря, Да посЪтит справедливость Уж и русское племя! Желаніе русских вождь: Русскій да живет народ! ВсЪ просим Всевышняго, Да подержит русскаго, И дасть вЪка лучшаго!

Ять: Истинная история карпато-россов или угорских русинов Напечатанныя при жизни А.В. Духновича сочиненiя свидетельствуют о том, что он является весьма разносторонним писателем (поэт, драматург, педагог и публицист). Оставшiеся уже в рукописи, или изданныя после его смерти историческiя работы, дают возможность говорить о нем также как и об угрорусском историке. В виду того, что как-раз эта сторона литературной деятельности Александра Васильевича выяснена менее всего, мы на ней и остановимся несколько подробнее. Для характеристики А.В. Духновича, как историка Подкарпатской Руси, наиболее показательно его сочиненiе Истинная Исторiя Карпато-Россов (см. Русскiй Архив, Москва, 1914г., I, с.529—559)… ...Рукопись А.В. Духновича - Истинная История Карпато-Россов - хранилась до мировой войны в фундаментальной библиотеке Московской Духовной Академии (Сергиев Посад), куда поступила, по духовному завещанию, после смерти (1885г.) протоиерея Венской Русской посольской церкви М.Ф. Раевского, которому автор подарил свою Историю. Это сочинение А.В. Духновича впервые напечатано нами в Москве (см. Русский Архив, 1914г., I, с.529-559) http://www.runivers.ru/upload/iblock/126/144%20tom_Russkiy%20arhiv_1914_1-4.pdf 24Мб причем в точности сохранены все особенности правописания подлинника. Рукопись написана рукою самого автора и содержит 216 страниц в 8-ую долю листа. Бумага частью синяя, частью же белая. Первый лист чистый, а на втором написано следующее заглавие: Истинная Исторiя Карпато-Россовъ или Угорскихъ Русиновъ, издана Народолюбцемъ Александромъ Духновичемъ. 1853 На третьем листе находится следующая надпись автора: Любезный Друг! Се отдаю Ти короткой вытяг Исторiи Русинов Угорских, от злостливых Мадяров толико потупленных. Я не много написав, вручаю ТебЪ больше правды искать, которую найпаче Святый Римскiй двор удусил, а Iесуиты совсЪм уничтожили...Ты читай больше, и гряди по сему дЪльцу, множество правд ти ся покажет. - Здравствуй. Духнович На другой стороне того же третьяго листа автором написано: Veritas odium parit. Правда очи колет. Присловiе. Рукопись раздЪляется на слЪдующие шесть параграфов: 1. О исходЪ Карпато-Россов 2. О имени Русинов 3. О древнем и новейшем Угророссовъ состоянiи 4. Особенныя доказательства о блаженнЪйшем Россiан в УгорщинЪ состоянiя 5. Доля Угорских Россiан измЪнилась и они утЪснены 6. Состоянiе Русинов под Царями Угорскими. Познакомимся вкратце с содержанiем рукописи и руководящими идеями ея автора. В §1 (О исходе Карпато-Россов) А.В. Духнович прежде всего отмЪчает, что начало исторической жизни угро-руссов покрыто мраком неизвЪстности. Что же касается вопроса о времени их поселенiя в сЪверо-восточной Угрiи, то автор, вслЪд за Базиловичем и Орлаем, утверждает, что русское население существовало здесь еще до прихода мадьяр, занимая не только сЪверную Угрiю, но и часть Паннонiи; кромЪ того русскiе пришли в Угрiю вместе с мадьярами в IX веке, а также переселились сюда и в последующiя столЪтiя. К такому же выводу пришел И.И. Срезневскiй, который в своей статьЪ Русь Угорская (ВЪстник Русскаго Географическаго Общества, Петроград, 1852г., IV, кн.1) пишет следующее: О древних судьбах Русинов за-карпатских ни лЪтописи, ни преданiя не сохранили никаких вЪрных показаний. Нельзя сказать с достовЪрностью, были ли они, всЪ ли вообще или частями, в концЪ IX века подданными князя Кiевскаго Олега и его современника князя Моравскаго Святополка; нельзя опредЪлить, когда именно они принуждены были подчиниться власти мадьяров, до паденiя ли княжества Моравскаго в 907 году или позже. Только русская вЪра их свидетельствует, что они приняли христiанство не послЪ мадьяров, не через них, а свидЪтельства об учрежденiи епархий в Венгрiи королем Стефаном дают знать, что русины не были причислены ни к одной из них и, слЪдовательно, подчинены были особенной…В туманЪ остаются судьбы за-карпатских русинов не только до XIII века, но и позже. В лЪтописях и грамотах их сосЪдей отыскиваются только отрывочныя напоминанiя об их крае и ничего о народЪ -. Сопоставленiе мненiй А.В. Духновича и И.И. Срезневскаго тЪм болЪе интересно, что они возникли совершенно независимо одно от другого и притом почти одновременно. В §2 (О имени Русинов) автор дает объяснения как общих, так и частных названий угро-руссов. Так, немцы их обыкновенно называют рутенами (а презрительно — русняками), мадьяры и вообще монголы — оросами, сами же себя угро-руссы называют русинами, русаками и руснаками. КромЪ этих, общих названий существует еще много частных, как, напримЪр: лишаки, лемаки, цапаки (от произносимых при разговорЪ присловiй); верховинцы, подгоряне, крайняки и бережанцы (в зависимости от мЪстожительства); бляшаники, грабляники и свЪчкари (от характера одежды). ЗатЪм подробно перечисляются мужскiя имена, даваемыя отдЪльным лицам при крещенiи, причем автор утверждает, что древнiе мадьярскiе военачальники и вельможи носили русскiя имена; свои доказательства А.В. Духнович осповывает на том, что имена мадьярских вождей ничего не значат по-мадьярски, в то время как в русском языке им соотвЪтствуют опредЪленныя понятiя. Вопрос о том, каким образом проникло за Карпаты русское имя, является одним из самых сложных и мало-разработанных вопросов русской исторической науки. Впервые обратил на это вниманiе ученых Н.И. Надеждин в своей статье Записки о путешествiи по южно-славянским странам (Журнал Министерства Народнаго ПросвЪщенiя. 1842г., часть 34), где читаем слЪдующее: До сих пор всЪ изслЪдованiя наших историков, этнографов и археологов обращались преимущественно, даже можно сказать исключительно, на Русь, заключающуюся в обширных предЪлах Pocciйскаго государства. И здЪсь еще особенное, впрочем весьма естественное, предпочтенiе оказывалось Руси СЪверо-Восточной, основательницы настоящей славы и величiя имени русскаго. Русь Юго-Западная, коей чистЪйшая и самообразнЪйшая часть уходить из предЪлов Россiйской Имперiи, простирается за Карпат до Дуная, но всю длину его теченiя по древней Паннонiи — эта Русь едва удостоивалась мимоходнаго упоминанiя в предисловiям к Русским исторiям. Доходило даже до того, что сознанiе нашего кровнаго родства и единства с Юго-Западными нашими cоименниками, — сознанiе столь ясное и живое, как, напр., во время Герберштейна, который всЪх Руссов признавал и называл Руссами — затмевалось совершенно в новЪйших бытописателях, впрочем достойных всякаго уваженiя своею ученостью и добросовЪстностью. Причина тому, очевидно, заключалась в ложном предубЪжденiи, распространенном венгерцами, а вслЪд за ними и другими европейскими историками, кои, с нелЪпых слов безымяннаго нотарiя короля БЪлы, повторяли в один голос, что Руссы венгерскiе увлечены за Карпат из нашей украины мадьярами, которые потом бросили их, как безполезную тягость, при порогЪ своего распространенiи в Паннонiи. ЗатЪм еще позднЪйшее переселенiе Феодора Корiатовича — из Подолiи в Мункач — считалось второю эпохою, с которой Закарпатье наполнилось Россами. При таких предположенiях понятно, что пребыванiе нынЪшних русняков в Венгрiи признавалось недостойным занимать мЪсто в древней исторiи и археологiи народа Русскаго -. - Я был точно того же мнЪнiя, пока не познакомился лично с венгерскими русняками, с мЪстностью их настоящих жилищ и окружных стран, с преданiями, искони существующими у карпато-руссов, равно как и с преданiями самых венгерцев и других окрестных народов, в их полнотЪ и чистотЪ, из самых источников. Напротив того, теперь я убЪдился вполне, неопровержимыми доказательствами, что русская стихiя простиралась на Юго-Запад, по обЪ стороны Карпата, вплоть до Дуная, задолго до вторженiя мадьяр в Паннонiю; что мадьяры: не привели сюда с собою руссов, а нашли их здЪсь, осилили, расположились жить и господствовать меж них, и таким образом разорвали то непосредственное сосЪдство, в котором руссы, по свидетельству и наших отечественных, и чужих преданiй, находились нЪкогда с сербами, хорватами и славяно-чехами. Доказательства, на коих основалось мое переубЪжденiе, суть: историческiя, этнографическiя, топографическiя и даже лингвистическiя. На сей раз упомяну об одном, у нас едва-ли извЪстном фактЪ, но котораго важность чрезвычайна; в Трансильванiи, в сокровеннЪйших ущельях Карпата при истокЪ Ольты, между румынами, мадьяро-секлерами и саксами, находятся деревни, которыя по cie время называются Русскими, жители которых, на памяти нынЪ живущаго поколения, говорили между собою - по-русски -, т.е. Карпато-Русинским, или что то же малороссiйским языком! Никто не знает и не помнит, каким образом и когда образовались здЪсь эти оазизы: они, очевидно, отмыты от родного материка приливом мадьяров и нЪмцевъ. Что можно сказать против этого живого вопiящаго свидЪтельства? - - Какой новый свЪт открылся мнЪ, когда я под моею путническою ногою ощутил вездЪ слЪды старой самородной Русской жизни на этом забытом нами пространстве Южно-Славянскаго мipa. Начало нашей исторiи, происхожденiе и смысл нашей древней лЪтописи, разлитiе благодатных лучей христiанства в нашем ОтечествЪ, путешествiе к нам церковно-славянскаго языка, имЪвшаго столь существенное влiянiе на наше умственное и литературное образованiе: всЪ эти пункты, болЪе или менЪе загадочные, болЪе или менЪе сумрачные, прояснились. Я понимаю теперь, как наш достопочтенный Нестор мог говорить о разселенiи Славяно-Россов на сЪвере с Дуная: это взял он не из преданiй отдаленной древности, как думают обыкновенно, но из живого нагляднаго познанiя При-дунайской стороны, которая в его время, без сомнЪния, еще ощутительно трепетала чистою Русскою жизнью. Я понимаю даже сказку о KiЪ, основателе Кiева, которую многiе из восторженнЪйших читателей древняго лЪтописца считают басней, вымышленною из патрiотическаго хвастовства. Понимаю известный список Русских городов дальних и ближних, сохранившiйся при нЪкоторых наших Летописях: эту загадку Сфинкса, которая до сих пор не находила еще счастливаго Эдипа. Понимаю образованiе древней нашей Iepapxiи, пугающее изследователей своею темнотою и недостовЪрностiю и пр. и пр. -. Блестящая по формЪ изложенiя и глубокая по мысли статья проф. Н.И. Надеждина не устарЪла еще и теперь, хотя со времени появленiя ея в печати прошло около ста лЪт. Если не быть особенно придирчивыми к неточностям терминологiи (напр., причисленiе карпато-россов к южным славянам (?), употребленiе совершенно чуждаго правилам русской грамматики прилагательнаго –русинскiй-, наконец, необоснованное и излишнее обилiе таких выраженiй, как руссы, русняки, карпато-руссы или карпато-русины — вместо одного, единственно научно-вЪрнаго, наименованiя - pyccкie, Русь), то статья проф. Надеждина заслуживает перепечатки во всЪх хрестоматиях, введенных в русских школах. Кстати отмЪтим, что автор всюду пишет Карпат (наподобiе Кавказ, т.е. исключительно в единственном числЪ), а не Карпаты (сравни Альпы), как принято, большею частью, теперь; кромЪ того, у него везде видим начертание - украина (с малой буквы) в смысле географической окраины Руси, а не этнографическаго понятiя (какое придали украинофилы этому слову с 1860-х годов). После H.И. Надеждина вопроса о русском имени на Карпатах касались: академик А.А. Куник, акад. В.И. Ламанскiй, немецкiй ученый Рэслер, акад. В.Г. Васильевскiй, проф. А.А. Кочубинскiй и акад. Ф.И. Успенскiй. Проф. И.П. Филевич в своем сочиненiи Угорская Русь и связанные с нею вопросы и задачи русской исторической науки (Варшава. 1894г.) характеризуют всЪ эти попытки выясненiя руоскаго имени Угорской Руси следующим образом: Все это только отрывки и наброски: ничего не только цЪльнаго, но даже сколько-нибудь опредЪленнаго. В теченiе полувека послЪ Надеждина разработка занимающаго нас вопроса, собственно говоря, не подвинулась ни на шаг. Русская мысль боролась с норманистами под знаменем Руси поморской, роксолан, скифов и, наконец, готтов. Угорская Русь ни разу не выступала на сцену прямо, но несомнЪнно всегда скрывалась за кулисами, смущая своим именем спокойствiе всЪх названных ученых партий, к рЪшительным или умЪренным сторонникам которых принадлежат у нас в настоящее время все представители русской исторической науки. Во взглядах на Угорскую Русь ученые до сих пор колеблются между двумя противоположными взглядами: ак. Куника с одной и Надеждина с другой стороны. Существенная разница обоих взглядов заключается не в научном их обосновании, а так сказать, в научной обстановке и, пожалуй, в тоне, весьма рЪшительном у норманистов, весьма робком у их противников. Упоминанiя об Угорской Руси находят, как мы видели, место лишь в примечанiях. Спецiальнаго изследованiя, посвященнаго вопросу о русском имени на Карпатах нЪт, и ученые упоминают об этом только по случаю, попутно (с.11—12). С исчерпывающей полнотой этот же вопрос проф. И.П. Филевич разобрал в своем труде Исторiя древней Руси (Варшава, 1890г.), посвященном выяснению – связи Руси Карпатской с остальным русским мiром (с.23). Мы нарочно подробно остановились на вопросах, изложенных в первых двух параграфах сочиненiя А.В. Духиновича, так как они касаются основных задач русской исторической науки... Ф.Ф. Аристов. Карпато-русскiе писатели. Александръ Васильевичъ Духновичъ (По поводу 125-лЪтiя со дня рожденiя писателя-народолюбца и 5-лЪтiя существованiя Общества его имени въ Подк. Руси). Ужгородъ. Типографiя Школьной Помощи. 3-е дополненное издание, 1929г., 28c. http://rusyns-library.org/karp-pisateli-a-duxnovich-f-aristov/ Заведующий славянским отделом в ж. Русский архив Ф.Ф. Аристов: Русский архив. М., 1914, кн.2, N5, с.144-155. Значение А.В. Духновича, какъ угро-русскаго историка Русский архив. М., 1914, кн.1, N3, с.528-559. А.В. Духнович - Истинная История Карпато-Россов или Угорских Русинов Русский архив. М., 1913, кн.1, N2, с.277-292. Александр Васильевич Духнович Русский архив издаваемый Петром Бартеневым. Все номера с 1863 по 1917. Всего томов 156 http://www.runivers.ru/gal/today.php?ID=450165 А. Духнович. Истинная история карпато-россов или угорских русинов. Издана народолюбцем Александром Духновичем. 1853 http://old.stsl.ru/manuscripts/medium.php?col=6&manuscript=089&pagefile=089-0001 Знаменщица Русского Народа http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_713.htm

Ять: Истинная история карпато-россов или угорских русинов Veritas odium parit. Правда очи колет О исходЪ Карпато-Россов О исходЪ сем прежде всего замЪтить нужно, что именем сим просто тЪ Pocciане означаются, которые нынЪ начиная от Молдавiи, Буковины и Галичцких границ, на полуденном Карпата бокЪ, и далЪе по рЪкЪ Замоши, ТисЪ и ПопрадЪ, внутрь границ угорских распространенные, находится: - как и то, что зане и найзнакомых бывших, и сущих на лицЪ земли народов, как н.п. Греков, Римлянь, и HЪмцов, ихже начало, и исход единоплемянные ДЪеписатели нужными устроенны пособiями, точно и ревностно описать, и потомству оставить тщалися, а по сих даже самаго славянскаго народа, и при возможном прилЪжанiи бытописателей, однакож мраком древности столь покрыть остается, что едва не весьма на баснях, и мнЪнiях основуется. — Та что об исходЪ сего забвеннаго, и тьмою времен покрытаго Народа основательно сказать возможно. — Истинно не много! ибо современники, и соотечественники о народЪ сем очень мало, иностранцы же, и иноплемянные или ничего, или только что нибудь погрЪшнаго во памятниках своих оставили, и что больше даже Нестор и Карамзин о Карпато, или Угро-Россах только то упомянули, что и они на свЪтЪ суть; впрочем, как об исходЪ, так и о состоянiи их не много что назначили. Домашнiе паки, или угро-латинскiе, и нЪмецкiе повествователи что о них написали, то все паче, ко покрытiю, нежели открытiю народа сего дотыкающихся произшествiй надлежить: почему упомянутой Карамзин не без причины вЪрность их едва что не со всЪм опровергнул; и здЪсь ними по толику пользоваться можно, по колику свидЪтельства их или необходимо нужны, или мЪстами не вознамЪряя, и не хотя об Угро-Россах сказали правду… …Я упомянутым согласуясь, узнаю Угро, или Карпато-Россов по часто происходить из Pocciи, ибо то их язык, имя, закон и обыкновенiя довольно показуют, по впрочем замЪчаю, с Базиловичем, что Русский так, как и болгарский, сербскiй, власкiй, и славянскiй народ от древнЪйших времен, и едва что не от самаго потопа, как и во времена владЪнiя римскаго, край сей наполнял и по тому как грекам, так и римлянам, под различными именами знаком был: а по колику от запада, и полудня сими, от востока же и cЪвepa кочующимися, и набегающими народами утЪсняем бывал, по толику всегда отступил на Карпат, и далЪе (чЪм по общему преданнiю Угро-Россiяне и во время нападенiя Татаров пользовались и спасались) к сЪверу, и востоку, послЪ же бЪдствiй преставших, от туда ко западу, и полудню возвращался, тЪм вЪроятнее, чЪмъ знакомЪе есть, что как скоту, и птицЪ, так и человЪкам» помЪрной воздух, плодоносная земля прiятнее, нежели сырый воздух, и худая земля; по чему можно сказать, что как велико, так и мало-россы быв отрывомъ Славян, из Карпата произошли, т.е. из плодоносныя Паннонiи, или от Дуная и Тисы. И во самом деле чгожбы иное Нестора, и Карамзина, Новгородскiе и Kieвскie Славяне были, как не Панноно, или Карпато-Россiяне — что самое слЪдующiе однаго Угро-Россiяна стихи явным творят: ВЪм Паллас при НевЪ престол положила. Неблагодарна! Ужок Латюрку (рЪки) лишила,- Карпат Славянам есть истинной Отец Мати, Но Pocciяны дЪти то не ищут знати ...Славные Угорско-латинскiе Историки описуя Мадяров в Панннонiю приход, имя Орош, Орос, или Русское изъясняя, на мадярском языкЪ потверждают, оно сложным быть из О, что значит древный, и Рус или Рос. И так по мадярски Orosz, только знаменует, как Древной Рос. Которое имя мадярами, снайденным во Паннонiи Россам потому дано есть, чтобы сих от пришедших с ними новЪйших Россiян тЪм различить, (о том свидетельствyeт Прай. и Катона Угорскiе ДЪеписатели), что аще так есть, то слЪдует, что мадяре, и переселившiеся с ними Pocciянe, во Паннонiи изобрЪли единоплеменных своих Россiян. ДалЪе тЪ же писатели говорят, что мадяре перешед Карпат во первых заняли город Мукач, по том Уг, Унг, Унгвар, коего коммендант (Владыка, владЪтель) Лаборц видя невозможность Мадяров отразить, хотЪл бегством спастися, но Мадярами захвачен и удавлен был. Также сказывают, как они за Тисою Бигорскаго или Вигорскаго Меноморода (Мило, или Миророда) и под Карпатом Салана, или Солена Бережанскаго, Гоморскаго, и Новгородскаго князей, и властитетей, как сказывают, Вулгарских побЪдили, и покорили; Но тЪ городы, и места Pocciaнe и днесь равно, Славяне же и Угры: Мукач - Мукачем, Уг - Унгваром, Березов - Берегсазом, Гомор - Геумеромъ (Gomor), Новгород – Новгразом именуют; по чему тем вЪроятнЪе можно заключить, что cie города, и князи Pyccкie были, чЪм обще извЪстно, что имя Булгар или Болгар по греческим, и латинским писателям Европейским славянскаго племени народам и найпаче Россiянам, Сербам, Кроатам, Илирам и Боснитам, и что больше даже самим Волохам так общее было, как Азiатским и Кавкаским племенам Скиф или Скит, Сцита. Домашнiй писатель Антонiй Сирмай (Notitia topographica, Роlitica Comitattus Zempliniensis. Buda 1803) хотяй не много склонный к Русинам как Мадяр, однакож утаить правду не смЪя, так говорит: В предЪлах сих (Коло Бодрога рЪки) прежде пришествiя Угров, (Мадяров) обитали Сарматы, кой с Россами, Роксами, Роксоланами, Руссами, Рутенами, Москалями, и Козаками одного суть рода, яко то поминают древнiи писатели: Берос, Ксенофон. Геродот, Кромер и иные. Сiи однакож от Слава (gloria) Славами, Славянами назывались. Откуду безъименный Белы царя Нотарiй говорит, что вождь Славянскiй Лаборц пришедшими в ту столицу (3емлинскую) мадярами удавлен и от него рЪка Лаборец именуется. Ciи года еще 867 на просьбу Ратислава Моравскаго князя святыми Кириллом, и Мефодiем христiанску вЪру приняли, по свидЪтельству Патрохiя, и своего власнаго владыку (Архiерея) имЪли, что показуется из Заключенiя (указа) XI. Iустинiана Императора (Constit. XI. Novell. Iustiniani Imnperator). ПослЪдственно больше Рутенов с седми мадярскими Вождями в пределы ciи войшло из Галичины и Лодомерiи, и осели по краям царства, откуду обиталища их даже до ныиешних времен Крайнею называется. Многая поселенiя Рутенов привели тут Pycкie Вожди, и князи чрез супружества с угорскими царскими княжнами, а наибольше Владислав Палатин, посему вождь Опулiи по Кромеру книг. 13. родом Россiян, посему Феодор Кориатович Вождь бЪлорусский во время ЛодовЪка I-аго, которые на горах Вовчих (mons Lupi) или Бескидах осЪли, повинуясь Русским Мукачевским князьям, пока Дошнiя Гомонна фамилiи Другет 1400 года не отдана, и пр. …Таже находятся имена от времен язычества происходящiя н.п. Иван Купало, Быдало, Ягайло, Триборя, Остриворя, Костриборя, Коструб, Костриба, Волос, Свистун, Крикун, Iойкун, Хлыпкун, Хаща, Гонихмара, Буря, Ратичко, Козичко и пр. Далее от дерев, н.пр. Федор Дуб, Бук, Береза, Явор, Дубец, Осика, Граб, Клен, Свербогуз, БЪлогуз, Тереп и пр. От птиц: Сорока, Сорокун, Ворон, Ворона, Ястряб, Орел, Синица, Блиска, Плиска, Пергач, Кавка, Кавчин, Орлов, Вороняк и пр. От орудiй: Теслица, Тупица, Топор, Топур, Лопатень, Брыч, Сокира, Сокирка, Пушкарь и пр. От художеств: Годинарь, Боднарь, Ковач, Ткач, Друтарь, Мельник, РЪзник, Ризник (Sartor), Бердарь, Счуткарь, Решетарь, Ситарь, Смолярь, Углярь, Чижмарь, Кожухарь и пр. От способности – Мудрой, Мудрак. Дурный, Дурак, Дуренько, Дурененька. Грубой, Грубый. Слабенько, Слабый. Толстый, Тонкiй. Великiй, Великан, Великанич, Белебан. Хромый. БЪлунъ. Рябой. Рябко, Рябкун, Чорный, Червленый, Червеняк, Червинька. Сивак, Сивуль, Сивуля. Лысак и пр. От скудостей: СлЪпый, Слутый. НЪмый, Кривый, Крутиголовка, Дреботливый и пр. Родительным по отцу и матери: Алексiевич, Василевич, Павлович, Петрович, Федорович, Карпович. АнцЪн, Гафинец, Федин, Настин и пр. Рукопись: А. Духнович. Истинная история карпато-россов или угорских русинов http://old.stsl.ru/manuscripts/medium.php?col=6&manuscript=089&pagefile=089-0001 ...Самым характерным историческим трудом А.В. Духновича является его Истинная Исторiя Карпато-Россов. Главная заслуга автора состоит в том, что он, в противоположность Базиловичу и Лучкаю, впервые в Угорской Руси изложил ея исторiю по-русски. Уже самое заглавiе этого сочиненiя указывает на то, что автор задался цЪлью написать истинную исторiю угро-руссов, которая бы опровергла тенденцiозные взгляды мадьярских, нЪмецких и других иноземных историков; А.В. Духнович действительно смЪло поставил многiе вопросы, за что, вероятно, навлек бы на себя гоненiя, в случаЪ выхода Иcтоpiи в свЪт, как это, напримЪр, имЪло мЪсто при изданiи его Литургическаго катехизиса. BcЪ сочиненiя А.В. Духновича имЪли для будущих поколЪнiй угро-руссов большое воспитательное значенiе, пробуждая в них любовь к родинЪ и стремленiе трудиться для ея процвЪтанiя. Поэтому и при составленiи своей Истинной Исторiи Карпато-Россов автор обратил главное вниманiе не на метод и строгую научную обработку историческаго материала, а на ознакомленiе читателей с тЪми моментами угро-русской истоpiи, которые имели наиболЪе точек соприкосновенiя с современной действительностью. Впрочем, во времена А.В. Духновича нечего было и думать о строго-научной обработке угро-русской иcтopiи, так как не были еще й важнЪйшiе матерiaлы, за опубликованiе нЪкоторых принялись только в XX вЪкЪ! Заведующий славянским отделом в ж. Русский архив Ф.Ф. Аристов: Русский архив. М., 1914, кн.2, N5, с.144-155. Значение А.В. Духновича, какъ угро-русскаго историка Русский архив. М., 1914, кн.1, N3, с.528-559. А.В. Духнович - Истинная История Карпато-Россов или Угорских Русинов Русский архив. М., 1913, кн.1, N2, с.277-292. Александр Васильевич Духнович Русский архив издаваемый Петром Бартеневым. Все номера с 1863 по 1917. Всего томов 156 http://www.runivers.ru/gal/today.php?ID=450165 КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm

Ять: Пряшевская Русь Пряшевская Русь - название региона Словакии, населённого преимущественно русинами От Попрада аж до Тисы да живет Карпаторусскiй народ! Церковь в Беловеже (у Бардеёва, восток Словакии, на юж. склонах Низких Бескид, на берегах р. Топля (басс. Тисы), близ границы с Польшей), где служил А.В. Духнович ...Духнович восхвалял того, кто - муж по сердцу Руси-; у коих - хоть она на НевЪ, хоть за горами, Русь едина, мысль одна у всЪх в душЪ-. Он вЪрил, что: Карпаты не разлучат вЪчно нас. И воодушевляясь сам пЪл: Пойте хлопцы и дЪвицы! ЗаспЪвайте русску пЪснь, Повитайте нову жизнь! Русски дЪти вам свЪтает, Слава-мати вас витает: Подъ Бескидом, родном краю, В том исконно русском раю Се трябо няшiа о се дене iмЪхомь яко Оце нашiа О по Нестьем брезi i оу РосiЪ грде iмяще бяшут I се Руштi iдьша от БЪлыВяже i од Росiе о Непре земЪ i тамо Кые утворе грд Кiев I се соуколiще Поляны Древляны Крвiще i Ляхъве на кущу Руську I ста Русiцi Пряшевщина - историко-литературный сборник Главный и ответственный редактор И.С. Шлепецкий Прага 1948 Введение от редактора Пряшевщина — это русский уголок под Бескидами, по воле судьбы оставшийся вне пределов воссоединенных русских исторических земель. Эта область заселена русским племенем в историческом прошлом, то есть тогда, когда расселялась русская ветвь славян из своей исторической колыбели. Население Пряшевской Руси в процессе долголетнего отстаивания своих прав и национальной принадлежности твердо осознало себя, как часть великого русского народа, которая, несмотря на сильную денационализацию в прошлом, без всякой посторонней помощи сохранила подлинный русский облик своей родной страны и весь русский обиход обыденной жизни. Народный говор населения Пряшевской Руси — это старинное наречие русского языка, которое утвердилось и проявилось в литературе еще в далеком историческом прошлом. О русской культуре населения Пряшевской Руси свидетельствует все его творчество, и общность с русским миром настолько утвердилась в его сознании, что ему неприемлем никакой сепаратизм, направленный против русский культуры. - Подальше от этой заразы... — пишет А.В. Духнович Якову Головацкому, когда тот сообщает ему сепаратистические идеи, направленные против единства русской культуры, утверждаемые в Галиции австрийскими властями. Русская культура — это великое сокровище, хранилище свободных духовных ценностей русского народа — является национальной гордостью населения Пряшевской Руси. Оно, действительно, неизменно исповедует великие идеи единства русской культуры и в доказательство того ежегодно устраивает торжества Дня Русской Культуры. День Русской Культуры является всенародным национальным праздником русского населения Пряшевщины. Этот праздник приурочивается ко дню рождения великого творца русской культуры Александра Сергеевича Пушкина, то есть к 8-му июня. Именно в этот день учитываются итоги всех духовных достижений русского народа во всем мире. Такие национальные праздники проходили в прошлом с большой культурно-художественной программой в Пряшеве, Бардиёве, Свиднике, Орлике, Юрковой Воле, Владимировой, Старой Любовне, Лаборце, Гостовицах, Смержонке и в других городах и селах Пряшевской Руси. Эти торжества кончались чрезвычайным успехом: народ, подкрепив свое национальное сознание духом русской культуры, возвращался домой с особым душевным удовлетворением. И неудивительно. Если мы спросим себя, что такое культура вообще, то должны будем согласиться с мнением профессора Н.Н. Перова, который пишет: Ведь это — не литература, искусство или наука, это — не завоевания или открытия. Когда мы говорим о культурной жизни, мы не подразумеваем телефон, радио, автомобиль или холодильник, потому что это не признаки культуры, а цивилизации, и человек, окруженный всеми благами цивилизации может оставаться глубоко и грубо некультурным. Потому что культура — неопределенна, как утренний туман — это не вода и не воздух, но вот туман опускается на землю росою и питает её жизнь. Культура неуловима, как неуловима и душа человека, потому что культура — это душа народа, вечная и бессмертная, как и душа человека, отраженная во всех областях народной жизни, как отражается душа в каждом человеческом поступке. Вот почему сохранить культуру народа значит сохранить душу народа, ибо народ, потерявший свою культуру, как человек, потерявший спою душу, теряет все. Эту культуру, эти духовные ценности унаследовал русский народ под Бескидами от своих сланных предков и хранит их в своих сердцах, стараясь обогащать их и передать в подлинном виде грядущему поколению. И этом сокровище русский человек на Пряшевщине всегда находит духовную радость и утешение. Он неизменно носит в своем сердце идеалы русской культуры и, таким образом, увековечивает ее на своей родной земле, передавая грядущему поколению из рода и род. День Русской Культуры сделался для него великим национальным праздником, днем духовной радости, и в нем духовными ценностями русского народа, как росою, он освежает и подкрепляет свою национальную жизнь. И возникает большая смута, если по каким-либо причинам такого праздника нельзя устроить. С возникновением второй мировой войны наступил конец всяким русским национальным торжествам на Пряшевской Руси. Последовало преследование за национальные убеждения. Конечно, народ не нал духом. Он быстро ориентировался и сразу определил свое место...И действительно, работа наших предков не пропала даром; она воспитала такую молодежь, которая в годы угнетения 1938-44гг, на деле доказала свое органическое родство со свободной русской культурой. Русский народ из-под Бескидов участвовал в борьбе за право свое, и как солдат, и как партизан, и как революционер. Страна была освобождена от захватчиков и, конечно, ее освобождение стоило немало жертв. Доказательством этого является героический подвиг лучших сыновей Карпат в борьбе захватчиками возле Соколова, Киева, Белой Церкви, в Карпатах при Дукле, на Словакии, затем партизанское село Токаик, трагедии токаицких героев и целый ряд других боевых событий, подтверждающих живое участие русского народа пряшевщины в борьбе за освобождение своей Родины от немецких захватчиков. После пережитых столь тяжелых времен испытаний вновь наступили дни духовной радости, после освобождения страны от захватчиков Красной Армией исполать ей! русский народ Бескидов впервые сошелся в Тополе, в родном селе своего будителя Александра Васильевича Духновича, чтобы там торжественно засвидетельствовать верность его заветам, 15-го июня 1947 года там состоялся День Русской Культуры, в котором приняло участие много народа со всей окрестности. Фактически — это было предпразднество Дня Русской Культуры, состоявшегося 22-го июня того же года в Стропкове, на котором присутствовало свыше десяти тысяч человек со всех концов Пряшевской Руси. Это была, действительно, всенародная манифестация за великие идеалы русской культуры. Именно эти национальные торжества дали повод к тому, чтобы выпустить настоящее издание с желанием отметить в нем достижения и духовные ценности местного русского населения, чтобы, таким образом, дать возможность более широкой общественности познакомиться с русским народом под Бескидами, с его духовной жизнью и творчеством. Итак, на развалинах, оставленных второй мировой войной, мы начали строить новую жизнь. В каких условиях протекает эта работа, видно из характеристики прошлого и из того подвига, который народ проявил во имя своей и человеческой свободы. Строить приходится во многих отраслях жизни. Краткую характеристику мы даем в настоящем издании в заключительных статьях наших специалистов. Слава Духновичу, Добрянскому, Павловичу и другим проповедникам и защитникам русской культуры под Бескидами! Слава Пушкину!...Слава великим творцам русской культуры! Великий Буковец, дня 19-го августа 1947 года. Иван Шлепецкий. Пряшевщина - историко-литературный сборник http://zapadrus.su/bibli/geobib/pr/1438-pr-1.html http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm

Ять: Пряшевщина в литературных образах Дощечка N 5, Текст, Документ N 5 Дощечка N 5-я, вероятно, является по своему языку самой архаичной, если этот язык сравнивать с языком предыдущих дощечек. Вид дощечки по данным Ю.П. Миролюбова, кто старательно презервировал ее, так как она весьма ветха по времени, изьедена червями и внутри трухлява. Изследуя язык, я нашел, что он действительно очень древен и отличается от языка других, известных мне дощечек... Дощ.5а Спондробенце се защатi намо тоя околы Рщемо тако iжде ляты до Дiроу за тенсенце пентеста iдоша ПраДы нашы до гуре Карпанеске а тамосе осЪднеща а жiвя кладно То бо Родi сен правiщася од Оцi Родцi а старенце Родоу бя Щк одо Iрiан Тоi бо уще Паркун бо ны сен благволящлен бо то утщехом Соi А тако сен бящ жiвут пентеста ляты А тамо тщехом сен до восхдяцу Суне а iдехом до Ньпре Та бо рiека есе до морнже тецяi А то полуноце сядще на не а сен iменова Непре Препенте яко бо вутце сен iменова Непре Препенте А тамо сендещя пентосент ляты вще сен правiщя сен а тако Бозема хранiвен одо многаiа рьще соязенце Iлероув бяща мносте там оседiцы огнiщаны А тако бо скотiа сен венденце во ступы а i тамы тако Бозема сен хранiтi Можяще так ОрЦе вiодех не Ау пенжiяшет i многа злато а богаце жiвхо ста Вот подробности, как зачинались мы в округе этой. Скажем так, что лет за тысячу пятьсот до Дира дошли Прадеды наши до гор Карпатских и там поселились (осели), и жили ладно. Те то роды ведь управлялись Отцами Родичами, а старейшина Рода был Щеко из Ириан. Он ведь учил, что Паркун нам благоволит, потому как мы почитали Его. И такой была жизнь пятьсот лет. А там решили мы (двинуться) к восходящему солнцу и пошли мы к Непре. Та ведь река к морю течет. И к полуночи (т.е. в северной части) мы сели на ней. И назвали Непру Припятью (препятствием), потому как вожди (вутец - вождь)...И там сидели пятьсот лет, все сами собой управлялись. И так Богами хранимы были од многих, которых зовут соязычниками. Илеров было множество там, оседлых огнищан. И так скот себе водили в степи, да и там так Богами хранимы были. Может, так еще Орей Отец водил их. И денежек и много злата (имели), и богато жили мы с вами Влесова книга. Дощечка 5 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_334.htm Зачала пъръвыхъ лЪть вiтанiя Русi на въстокЪ зЪмълi IафЪтъвЪ Въ зачалЪ еры Хрiстовой мъногы пълЪмЪна славянъскiя разъселiся от Iстра а до СловутiчЪ а от Понъта а до варягъвъ iже на пълунощiе А тако засЪлi ся а сЪдЪ на въстокЪ зЪмълi оудЪла ИафЪтовъ бо онЪ въсЪ суть насълЪдькi Ъго. ЗанЪ въстокъ зЪмълi ИафЪтовЪ сЪ суть Русь Въсточьная аже суть МатЪрь Русi ВЪлiей А въ нЪй же сущЪ сърЪтенiе пятi колЪнъ IафЪтовыхъ аже въ вЪкамъ за 2000 лЪтъ господънiхъ вiтаютъ оныя въ едiномъ прЪдЪлЪ Русi ВЪлiей а зiжьдая трiе вЪлiiхъ языцЪхъ славянъскiхъ… …А се языцы суть Русь СловЪнъская сiрЪчь СЪвЪрънЪ-Въсточьная Русь а гърадъ ЪЪ суть Хълмъгардъ iже НовЪгърадъ а iная же Русь суть БЪлая а есьтЪ къ заходу а вiтаютъ въ нь дрЪговiчЪ а гърадъ iхъ суть МЪнЪскъ А естЪ же Русь Малая але ЧЪрвона але Малорусь аже от Малой Русi iзыдЪ от ДърЪвълянъской а бяше въ зачалЪ гърадъ Овручьвъ але Въручiй в дърЪвлянЪхъ допрЪжь Кiеву гърада въ полянЪхъ… ОрЪй же и Лаврыкiй от полянъ зача вЪлiй гърадъ зiжъдатi оу пърЪвозi на СловутiчЪ на хълъмахъ въ лЪто 5918 а мЪзьду от гъстЪй възiмаа а наречЪ сь оувозъ БЪлояръвъ по дЪду оуспЪнiю а послЪжьдЪ прозъвася оувозъ Лаврыкiевъ А в чадi нарiцаемъ оувозъ Кiевъ такожьдЪ А въ гърЪцi а въ скуфi а въ АръмЪ - нЪхъ нарiцаемъ яко оувозъ Кiевъ а до дънЪсь нарiцаютъ въ языцЪхъ яко гърадъ Кiевъ...СiцЪ бяша iзъначалЪ БЪлояърбъродъ А пось дънi суть Кiевъ гърадъ…а есьтЪ аще а iныя гърады А се Черънiгъвъ а ЛюбЪчь…А се есi Русь окрайная Начало первых лет жизни Руси на востоке земли Иафета В начале Христовой эры многие славянские племена расселились от Дуная до Днепра и от Черного моря до варягов, живших на севере, и так заселили все восточные земли удела Иафета, ибо они все - его потомки. Поэтому восток земли Иафета - это Русь Восточная, мать Великой Руси, в которой соединились пять колен Иафетовых, и уже две тысячи лет живут они в одной части Великой Руси и образовали три великих народа славянских… …А народы эти - это Русь Словенская, или Северо-Восточная Русь, со столицей Хольмгард, или Новгород, а другая Русь, это Русь Белая со столицей Менеском, и живут в ней дреговичи, а еще есть Русь Малая, или Красная, или Малорусь, которая произошла от Древлянской, и был там вначале столицей город Овруч, или Вручий у древлян, который возник раньше Киева, города у полян… Орей же и Лаврикий из полян начали большой город строить у перевоза на Днепре, на холмах, в год 410-й от РХ, и плату с купцов брали, и назвали этот перевоз Белояров, по смерти деда, а потом прозвался этот перевоз Лаврикиев, а в народе, а также и у греков и у скифов, и у армян - перевоз Киев, а ныне - Киев……Так, Белоярброд стал ныне Киевом…а еще есть и другие города. Чернигов и Любеч…, это Русь окраинная... Будинский изборник IX-XIV вв.: Арамейская Библия и Аскольдова летопись: (текст, перевод, комментарии, статьи). Под общей редакцией академика Ю.К. Бегунова. Санкт-Петербург. Из-во Искусство России, 2013. 551с. empty.gifhttp://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_476.htm Евгений Л. Недзельский: Пряшевщина в литературных образах Русь за Карпаты пришла в незапамятные времена. Историки признают, что еще до прихода мадьяр в 896г. — в горно-лесные дебри Карпат скрывались «восточные славяне», ища спасения от теснимых с востока и наступающих на запад кочевников — аваров, угров, хозар и печенегов. О том, что первые русские поселенцы пришли откуда-то с южных притоков Припяти, свидетельствуют названия рек, этих единственных путей в непроходимых лесах горной полосы. Уж, Ирша, Турья, Горынь, Славечна - это имена крупных притоков Припятского бассейна с юга. Уж, Иршава, Турья, Горынка у села Горынчево, многочисленные потоки — Славечна, Славка, Славушка — это реки русского Закарпатья. Когда пришли угры-венгры-мадьяры, эти наименования они приняли, некоторые из них со временем исказили. Позже русские неоднократно переходили за Карпаты, то как дружины русских княгинь, выходивших замуж за венгерских королей, то как политические беженцы, то спасаясь от преследования дальнейших кочевых орд, в первую очередь татар. Перевалив Карпаты, русские в старое время не встречая особых препятствий в малонаселенной горно-лесной полосе или преодолевая препятствия, проникали далеко вглубь. Мадьяры знали русский сторожевой город недалеко от Братиславы и называли его «Оросвар» — «Русская Крепость». «Оросфалвы» — «русские села» достигали Дуная. Эти закарпатские обыватели Руси соседили и знались с Татранами, Мораванами и Угорскими иноходцами, которых вспоминает словутный песнетворец «Слова о полку Игореве». Начиная с XII века, с запада и с юга началось силовое и культурное вытеснение дальнего русского проникновения и к половине XIV века Русь за Карпатами с юга была вытеснена за Тису, а с запада ограничена узкой полосой, от реки Попрад расширяющейся к югу в направлении к реке Уж. Ныне Пряшевщина — самая западная окраина расселения Руси. Мерить народную силу Руси за Карпатами принято так: «От Попрада аж по Тису» живет «наше русское племя»: «нас пол миллиона» или «нас миллион», если при этом вспоминается «американская Русь», куда, действительно, много ушло из-за Карпат, начиная с 1870-х годов — в поисках заработка и лучшей доли. «От Попрада аж по Камчатку живет русский народ!» И в этом случае — «нас двести миллионов!» и «С нами Бог! Разумейте языци и покоряйтеся, яко с нами Бог! » Но сколько из этой Руси проживало и проживает на Пряшевщине — Ты, Господи, веси. Не токмо мнения, но и официальные статистики в этом вопросе имеют понятие — «растяжимое». Это число - резиновое, оно имеет вековую способность растягиваться и сокращаться. Мадьярская статистика 1910г. давала повод всех греко-католиков считать руснаками, основываясь на том, что словаки — католики или евангелики, и у них не было причины принимать униатство, да о подобных переходах в унию нет и исторических свидетельств. В этом случае русских на Пряшевщине было бы 245 тысяч человек. Первая чехословацкая перепись насчитала руснаков только 95 тысяч, а в связи с переписью земплинский жупан Михал Славик заявлял: «На Словакии нет ни Русина, ни Русинки (разумей: Русской). Это только мадьярское правительство выдумало с целью, чтобы Словаков, говорящих земплинскою речью, оторвать от средних Словаков, чтобы легче было их омадьярить. А этих омадьяренных Словаков хотят у нас оторвать, как Русинов. А потому очевидно, что это не русская, а мадьярская агитация. Словаки из Земплина, будьте внимательны не только к себе, но и к соседям и объясните им, что они Словаки, потому, что по словацки говорят, у них словацкая одежда, обычаи и песни. Правда, что у них иная вера, греко-католическая, которую называют русской верой, но от этого они не будут и не есть русскими» (Более подробно см.: Д-р Иван. И. Жидовский: Пряшевская Русь в борьбе за свои права, сборник «Подкарпатская Русь в годы 1919-1936», Ужгород, 1936, с.87-91). В смысле подобного толкования 95 тысяч руснаков («омадьярщенных Словаков»!) не получили ни одной государственной школы. С этим шовинистическим мнением, однако, не согласилась культурная Словакия, в частности «Матица Словенска» в лице председателя ее проф. Иосифа Шкультеты, ген. секретаря Рудольфа Клячко, Михаила Секея и др. Статистика 1930г. указала уже 124 тысячи русских, которые добились в 1932 году открытия первой госуд. школы с русским языком преподавания, а к концу 1936 года всех русских гос. школ на Пряшевщине было уже около сотни. В 1938г. статистика уже «самостоятельной» Словакии указала только 70 тысяч русских на той же территории, а затем и это число было сокращено до 60 тысяч. Ныне это резиновое число снова растягивается, очевидно в связи с переменой политического климата и новым направлением ветра, как было веками. Впрочем, не число нас теперь интересует, но та сила духа, которая жила и творила, независимо от статистик и наличия школ. «Пряшевская Русь», как понятие национальное, собственных административных границ не имела. Сама она свое распространение определяла од Попрада по Уж, вдоль Бескидов к Карпатам (Специально о национальных и административных границах Пряшевщины пишет Иван С. Шлепецкий в статьях: «Правовое положение русского населения Пряшевщины», «Костер», Прага, 1946, N5-6 и «Пряшевщина. Данные, какие представляет о ней наука», «Костер», 1946, N1). Тут живет Русснак или Руснак; имя Русин он принимает, как более широкое, обобщающее. На восток, за Ужом и по Черную Тису жил Русин (см. летопись Нестора, где это имя применяется вообще к русским; мн. число от русин — русы или русские, как от болгарин — болгары, сербин — сербы, чехин — чехи). И когда Русина называли Руснаком, он считал это умалением. А «за горами» жила Русь с десятками имен, кровная, родная, братская. Бо свои то за горами, не чужи, Русь — едина, мысль одна у всЪх в душЪ! - Духнович «…се почтеннейшее русского народа наименование по наречиях коль многообразно произносится: росс, русс, россин, русин, россиан, русан, руссонин, руссак, русснак...» — напоминал на рубеже XVIII—XIX веков карпаторусский языковед (Иван Фогороший). Земля, где жил Русин, всегда была административной единицей. По преданию «пуп земли» был в Карпатах. Вот на этом земном «пупе» и жил Русин, считал эту землю своей исконной, прадедной, неотъемлемой. Политики в разное время этот «пуп» толковали по-своему на разные лады: то это была «пограничная полоса», «верховина» (вроде «украина», но лежащая в верхней части государства или его федеративной части — Мадьярии), то «важный стратегический пункт», то «корридор на Восток», то «переход с юга на север», то «мост Малой Антанты», то «природная линия Арпада» и пр., и пр. На официальном языке земля эта именовалась последовательно за последнее столетие: «Северо-Восточной горней (но не горной!) областью короны св. Стефана», автономной Подкарпатской Русью (без автономии) или Подкарпаторусским краем, Карпатской Украиной, к которой хотел Гитлер (как к пуговице кафтан) присоединить всю прочую Украину, Подкарпатьем — Карпатольей с изобилием «пиркошей», мадьярских жандармов, носивших на шляпах петушиные перья-хвосты. Ныне это — Закарпатская область. Сам Русин упорно именовал свой край — Русью, добавляя к ней различающий эпитет в зависимости от направления ветра над Карпатами: Русью Угорской, Карпатской, Подкарпатской, Прикарпатской, Закарпатской. Он понимал свою Русь с очередным эпитетом родной сестрой Руси Московской, Киевской, Галицкой, Новгородской, Литовской. Ни ветры, ни климаты не поколебали в Русине верность народную и уверенность в себе: Я Русин был, есмь и буду, Я родился Русином, Русский свой род не забуду, Останусь его сыном - Духнович «— Айно, жилисьме, видилисьме, як было и як ся стало. Та и теперь живеме, видиме, як е, та, даст Бог, доживемеся и будеме видЪти, як буде... Тото я так думаю... » - Юра Попадинец А в результате этот многоименный и политически многозначащий край в исторической перспективе оказывался «землей без имени». Этот «пуп земли» был неизменно стыком четырех или пяти государственных границ и стольких-же сфер влияния (Польша, Венгрия и Австро-Венгрия, Румыния, ЧСР, СССР, а косвенно и Германия), стыком шести национальных украин — русских и украинцев, словаков, мадьяр, румын, поляков, немцев, при большом наличии еврейского и цыганского населения. При широком чехословацком демократизме в 1936г. на административной Подкарпатской Руси жило девять народов и народностей, имеющих свои меньшинственные культурные права и школы (русские и украинцы, чехи, словаки, мадьяры, румыны, немцы, евреи и цыгане). Эти народы и народности принадлежали к шестнадцати официально признанным церковным общинам или религиозным группировкам (католики, греко-католики, православные, евангелики, лютеране, кальвинисты, миссионеры, баптисты, библисты, гуситы, чешско-братская церковь, старообрядцы, еврейские ортодоксы; израэлиты, сионисты и без конфессии в масариковском понятии), не считая мелких сект. На выборах в 1936г. здесь было выставлено 24 списка 24 политических партий. Вот при каком столпотворении вавилонском, явном или подпольном, Русин считал своим долгом держать верность своему «корню», хранить «заветы предков» и ратовать — веками— за свое сегодня и завтра. И Русснак на Пряшевщине, сидя за пазухой у словаков и не составляя для мадьяр «опасной особи», как политически, так и культурно всегда «прилеплялся» к Русину за Ужом и его «земле без имени», сотрудничал с ними, заботился о них, несмотря на неизменно пролегавшую между ними границу — по реке Уж. Для безграничной любви и граница не препятствие. Деля долю со словаками, Руснак и Пряшевщина для всей Руси за Карпатами играли крупную роль в деле создания общеславянской линии. Они живо воспринимали дух возрождения у чехов и словаков, содействовали этому возрождению (Добрянский у словаков, Венелин у болгар) и пропагандировали идею славянского братства в своей среде, в том числе и у братьев за Ужом (Духнович, Павлович, Попрадов). Больше того, Пряшевщина оказалась культурно-национальным пунктом между Москвой и Ужгородом. Известно, что австрийское, а затем мадьярское правительство весьма подозрительно относилось к самым невинным и законным сношениям Руси за Карпатами с Москвой. Получение посылки с книгами в Ужгороде и Мукачеве — из Москвы, несмотря на пограничный просмотр их, обычно сопровождалось «интересом» к получателю со стороны жандармерии и окружного начальства, солгабировшага. Пряшевщина имела непосредственные сношения с Прагой, Львовом и Веной, оттуда выписывала и получала русскую литературу и затем, уже не вызывая подозрений, пересылала ее за Уж, в «землю без имени». Пряшевщина административно была землею западной, товто-словацкой, там мадьярский административный шовинизм был сосредоточен на словаках, а потому Пряшевская русская интеллигенция чувствовала себя более свободно, она была, так сказать второразрядной опасностью. Не удивительно, что и многие замыслы, и дела пряшевчан в Ужгороде представлялись открытой революцией. Было бы исторической нелепостью творческое прошлое летописной по своей древности Руси на юг от Карпат, неизменно соблюдавшей свое единство, делить по административной границе на Уже, однако, в силу административных условий, конечно, Пряшевщина могла себе позволить больше, чем Ужгород. Не удивительно, что первые карпаторусские книги были напечатаны по инициативе пряшевчанина, Духновича, первые карпаторусские организации культурно-просветительского характера были заложены в Пряшеве («Литературное Заведение». О-во Іоанна Крестителя), оттуда-же вышел замысел организации русской типографии, испугавший Мукачевского епископа так, что он и говорить о том не позволил! Если по именам рассмотреть национальное возрождение Руси за Карпатами после 1848г., то. необходимо признать, что долгое время им руководили люди с Пряшевщины, с этой самой западной окраины всего русского расселения (с.164-169) Пряшевщина - историко-литературный сборник. Прага. 1948 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm http://zapadrus.su/bibli/geobib/pr/1438-pr-1.html http://7tor.org/viewtopic.php?t=2799401 https://cloud.mail.ru/public/2TRT/AwAwu2VXQ 81Мб КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm

Ять: Дума КарпатоБорца Слушай, русский человЪче, Дух народа тебе кличе, Смотри быстро, спрости тЪло Рушай, ступай, крачай смЪло. Ступай вперед, русский брате, Пред тобою дЪло святе, Тебе зовет дух народный, Ты должен быти свободный! - А. Павлович Иван Шлепецкий. Пряшевщина (Данные, какие представляет о ней наука) Под названием Пряшевщина подразумевается область, заселенная русским населением, живущим на юге Карпат между реками Ужом и Попрадом, точнее, в Землинской, Шаритской, Спишской и Абауйской областях (по карте Шольца, соответствующей парижскому мирному договору 1919 года), культурным центром которого является город Пряшев. Историческое существование русского населения на этой территории, как и его русское происхождение, является неоспоримым. Эту неоспоримость подтверждают многие ученые мира. Известный чешский ученый, профессор Нидерле устанавливает, что даже - большая часть восточных словаков - ословаченные русские…(Нидерле: Slovansky svet, Прага 1909). - Русская область распространяется дальше на запад, где часть нынешней Словакии раньше была русской, тянулась более глубоко на юг и в смежную область ныне мадьярскую и даже занимала значительную часть во внутренней Трансильвании (Нидерле: Slovanske starozitnosti, 1925, IV, с.162-163)... О спишском, шаришском и земплинском населении словацкий историк Мишик пишет следующее: Я убежден, что вопрос, являются-ли спишские или шаришские и земплинские униаты словаками, не будет возникать, как только будет хоть сколько-нибудь исследован их говор, ибо потом каждый беспристрастный человек придет к убеждению, что они собственно - русские. Прошу простить меня, если скажу без того, чтобы притязать на решающее слово, что со своей стороны я уже и теперь убежден в русском облике и русском происхождении наших спишских униатов (Мишик: Slovanske Pohl'ady, 1895, с.501). Там же Мишик пишет далее: Что спишские русские считались таковыми и в далеком прошлом, это подтверждается грамотой польского короля Сигизмунда III, изданной в 1590 году в Варшаве -. Эта грамота на латинском языке, в которой спишское население несколько раз названо Russici - русские, Russorum - русских, и т.д. (См. Slovanske Pohl'ady, 1895, с.501). О наречии русских сотаков словацкий ученый Заборский пишет: Кажется, что нынешнее наречие есть русская речь сильно пропитанная словацкой, значит произведение не так давнего времени. Дело в том, что с переводом в римское католичество (латинство) были православные русские ословачены (Заборский: Slovanske noviny, Вена, 1850-52). Не иначе пишет о земплинском населении Нидерле. Он указывает, что - в Земплине и соседнем Ужгороде выступают перед нами впервые в бОльшем количестве русские, здесь повсюду называемые руснаками, составляющие часть одноцельной области, которая распространяется начиная с Земплина и Ужгорода к востоку…(Нидерле: Mistopis а nar. stat., Прага 1919). Там же он в дальнейшем отмечает, что в Земплине - есть села, жители которых хотя говорят - по словяцки - (т.е. шаришеким наречьем), но вероисповедание у них православное (униатское), или села, народная одежда и весь быт которых является большей частью русским, но пробуждающееся там национальное сознание находится в противоречии с языком (Нидерле: Mistopis а nar. stat., Прага, 1919, с.16). Национальное сознание чешский ученый у них устанавливает несомненно русское. Несмотря на то, что сам Нидерле заключает, что - на востоке нельзя установить старую (русско-словацкую) границу и определение границы по Вагу, Грону, Топле или Торисе есть не более, как гипотеза (Нидерле: Slovansky svet, Прага 1919), все-таки как Нидерле, так и Мишик подтверждают что - самым западным русским селом является Остурня (Нидерле: Mistopis a nar. stat., Прага 1919). Однако по вопросу о русско-словацкой границе Нидерле с решительностью настаивает, что - мы знаем, что тут она не шла так далеко, как сегодня (почти к Тисе), ибо большая часть восточных словаков есть пословаченные в историческое время русские (Нидерле: Slovansky svet, Прага 1909, с.72). Очевидно, что русско-словацкая этнографическая граница постепенно передвигалась на восток искусственно, в ущерб русскому народу. И несмотря на то, что русское население некоторых частей этого края подвергалось сильной денационализации, все-таки оно до сих пор сохранило свой русский облик. Неоспоримой действительностью является то, что - область русского языка в Словакии была первоначально больше, чем cегодня. Все знатоки восточной Словакии соглашаются с тем, что словацкий язык проникает в русские села и что русское население подвергается словацкому влиянию…большинство греко-католических словаков является русского происхождения (Ceskoslovenska vlastiveda, Прага 1936). Нужно отметить, что о Пряшевщине много говорилось в Сен-Жермене после первой мировой войны. Об этом первый губернатор Карпатской Руси, д-р Жаткович, пишет следующим образом: данные, на основе которых заключен в Сен-Жермене договор о добровольном присоединении русских (живущих на юге Карпат) к Чехословакии, ясно подтверждают, что Спиш, Абауй, Шариш и Землин должны быть присоединены к автономной Карпатской Руси (Жаткович: Русский Вестник, Pittsburgh, 1919, см. Наш Путь, Ужгород, 18. I. 1936). И вот, несмотря на сильный напор денационализации, население Пряшевщины считает себя русским, принадлежащим к великому русскому народу (с.55-57) Пряшевщина - историко-литературный сборник. Прага. 1948 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm http://zapadrus.su/bibli/geobib/pr/1438-pr-1.html http://7tor.org/viewtopic.php?t=2799401 https://cloud.mail.ru/public/2TRT/AwAwu2VXQ 81Мб КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm

Ять: Плач Лемковины Над широким берегом Дуная, Над великой Галицкой землей Плачет, из Путивля долетая, Голос Ярославны молодой: Обернусь я, бедная, кукушкой, По Дунаю-речке полечу И рукав с бобровою опушкой, Наклонясь, в Каяле омочу. Улетят, развеются туманы, Приоткроет очи Игорь-князь, И утру кровавые я раны, Над могучим телом наклонясь... Плач Ярославны в переводе Николая Заболоцкого https://www.youtube.com/watch?v=JNjcdxb3t2I Плач Лемковины (От редакціи: Настоящую статью перепечатываем из журнала Костер, ежемЪсячника Общества Возрожденіе в ПрагЪ, появившуюся в выпускЪ за мЪсяцы іюнь—іюль 1946 года). Долина, долина, Попрадска долина, Хто же тя малевал, Хто же тя малевал. Красы не жаловал. (Народна пЪсня) ПобЪдоносный конец Второй Міровой войны между прочими своими послЪдствіями имЪл почти 100% возсоединеніе всЪх русских земель. Только на запад от рЪки Сан в предЪлахъ Польши и на запад от рЪки Унг (Уж, Уг) в предЪлах Чехословакіи осталось русское племя руснаков—русинов—лемков за предЪлами Державной Руси. Положеніе обломка русского народа в ПольшЪ было опредЪлено рЪшеніем Крымской конференціи и польско-совЪтским договором о восточных границах Польши и соглашеніем, заключенным в МосквЪ 6 іюля 1945 года между правительствомъ СССР и Польским Временным Правительством, о правЪ на выход из польскаго гражданства лиц русской, украинской, бЪлорусской, русинской и литовской національностей, проживающих на территоріи Польши, и об их эвакуаціи в СССР. По упомянутому соглашенію - лицам русской, украинской, бЪлорусской, русинской и литовской національностей и членам их семей предоставляется право выхода из польскаго гражданства и переселеніе на территорію СССР -. - Соглашеніе предусматривает, что выход из гражданства и звакуація проводится на добровольных началах (ИзвЪстія от 7-го іюля 1945 года). Право оптаціи гражданства СССР лиц украинской и русской національностей, проживающих на территоріи Чехословакіи, (в раіонах Словакіи) предусматриваетъ протокол к договору между ЧСР и СССР о Закарпатской УкраинЪ от 29 іюня 1945 года. (ИзвЪстія от 30 іюня 1945 года). Но пока в Чехословакіи строго соблюдается добровольный характер этой оптаціи и добровольный характер переселенія русского населенія в СССР, вмЪсто того в ПольшЪ из добровольной звакуаціи, вслЪдствіе руссофобства польских властей, получилось повальное изгнаніе руснаков, называемых лемками из их испокон вЪков насиженных мЪст между рЪкой Сан и рЪками Попрад-Дунаец на сЪверномъ склонЪ Карпат. Из общего числа почти 300.000 лемков на прадЪдовской русской землЪ не осталось уже почти и 50.000 человЪк. И им грозитъ насильное выселеніе вопреки духу и буквЪ международного соглашенія. Нас, руснаков Пряшевской области Восточной Словакіи, как кровных братьев, наиболЪе на запад высунотого русского племени, которое в постоянной борьбЪ за свое національное существованіе в предЪлах бывшей панской Польши и бывшей джентрической Венгріи сохранило свой національний облик и дифференцировалось как русское племя, живо интересует его судьба. Мы вмЪстЪ с ним цЪлыми вЪками еще со времен Кіевской Руси, Червоной Руси, со времен перед татарским нашествіемъ и даже до принятія христіанства, еще как язычники, держали без всякой посторонней помощи этот самый западный кусок русской земли в Карпатах вплоть по горные массы Татр, этот могучій раздЪл польских, словацких и русских племен. Наш народ в ПольшЪ, в Чехословакіи и наши переселенцы в АмерикЪ никак не могут понять, почему лемки должны оставить свою русскую землю, как раз во время крупнЪйшей побЪды родных русских племен СовЪтского Союза? Народ понимает, что, в виду высших государственных интересов, граница между СовЪтским Союзом и западными славянскими странами должна проходить по линіи рЪк Сан и Унг, что земля вЪками закаленных в своей русскости лемков должна остаться внЪ предЪлов державной Руси, но зачЪм же должны быть изгнаны насильно тЪ из них, которые хотят и дальше сидЪть на своей прадЪдовской землЪ? Нам могутъ возразить, что этот незначительный кусок русской земли не имЪет никакого значенія, и что неважно, будет ли он в будущем заселен русским населеніем или иными славянами. С точки зрЪнія большой націи, это можетъ быть и так, однако, для лемков их земля — это их родина, гдЪ покоятся кости их предков. Родные пепелища своих отцов они должны оставить и на верхах зеленых Карпат зазвучит чужая рЪчь, по могилам русских предков будут ходить чужіе люди. Русскій и украинскій народы не имЪют болЪе вЪрного племени, чЪм руснаки Лемковины, которые опираясь только на свои силы, стоя на грани Руси, вЪками отстаивали и отстояли свое національное я, свою землю. На такой подвиг способен был только морально высоко стоящій, твердый руснак зеленых Бескидов. Наших руснаков послЪ паденія Кіевской и Червоной Руси притЪсняла венгерская и польская государственная власть, которая провела границу по хребтам Карпатских гор, разрЪзав на двое живое тЪло нашего народа. Однако наши руснаки не сдавались. Руснаки из Венгер и руснаки из Польщи подавали друг другу руку вопреки запрету своих панов. НеизвЪстные герои нашего народа, православные батьки и вожаки народа шолтысы, как это описывает извЪстный русскій ученый Петров в своем сочиненіи Карпаторусскіе древности, без помощи шляхты, только своим хлопским разумом и неимовЪрной стойкостью сохранили этот кусок русской земли для нас их потомков и для будущего поколЪнія. Нашим предкам не жилось весело. Было время, когда панская Польша закрывала даже наши церкви, этот послЪдній оплот русскости. В наших селах маленькіе дЪти до сих пор поют старинную пЪсню: Не лій дождю, не лій, Бо нЪтъ попа дома, Пошол до Кракова, Ключи выминяти, Церковь отмыкати Наши деревянные церкви в лемковских селах, этот шедевр русского зодчества, которые наши предки сохранили от католической Польши и от напора венгров, теперь народ Лемковины оставляет рыдая и с плачем цЪлуя землю, гдЪ похоронены его предки, гдЪ в братских могилах спят русскіе земляки-богатыри из далекой Россіи, павшіе здЪсь в борьбЪ за освобожденіе славян в первую и вторую міровые воины. Кто будет эти братскіе могилы украшать, кто будет садить барвинок на скромных гробах отдыхающих здЪсь русских предков? Народ, это вЪдь, не только мы — люди живущіе в настоящее время, но и наши предки, и тЪ потомки, которые нас смЪнят. Без предков народ никогда не полноцЪнен. ВслЪдствіе польской нетерпимости опустЪли древніе русскіе села на ЛемковинЪ в ПольшЪ. Там, гдЪ раньше звучала русская рЪчь лемков, гдЪ народ жил, боролся, горевал и веселился, стало пусто. В наших зеленых Бескидах не прозвучит больше грустная пЪсня лемковских дЪвушек: Ой, верше мой верше Мой зеленый верше! Уж ми так не буде Уж ми так не буде, Як ми было перше. Бо теперь ми плано Бо теперь ми бЪда Бо сте ня выдали За старого дЪда... В исконных русских селах, как Крыница, Тылич, Мохначка, Щавник, Била Вода, Чорна Вода, Ропица Русска, Устье Русске, Королева Русска, Дубровка Русска, Регетов, Роздолье, Нижня Воля, Вышня Воля, Русска Воля и в десятках других будет тихо… В пору величайшей побЪды русскаго народа мы теряемъ цЪннЪйшій и самый западный кусок русской земли и можем потерять самородное самобытное русское племя лемков, которое обосновалось в Карпатах у самого подножья Татр, еще во время язычества, о чем свидЪтельствует сохранившаяся славянско-языческая мифологія среди руснаков Лемковины и Пряшевщины, и которое уже тогда сознательно опредЪлило себя как русское племя, что видно и из вышеприведенных названій его селеній. Земля лемков в ПольшЪ также, как и земля руснаков в Словакіи отстала вслЪдствіи неблагопріятных общественных условій в прошлом. Эта территорія была уже нЪсколько десятков лЪт тому назад перенаселена, и народ принужден был уже тогда эмигрировать в открытую тогда Америку. Переселенцы в АмерикЪ облегчали положеніе оставшихся жителей в старом краю, но свою родную землю полякам не уступали. Были тысячи случаев, когда руснаки выкупали землю от иноплеменников, а свою родную землю они никому не отдавали, ни на торгах, ни под давленіем чужой власти . Под Австріей за свою русскость они шли на висЪлицы, но против русскаго народа в отличіе от украинофилов они никогда не пошли. Лемков и руснаков вообще слЪдует разсматривать как вЪрный форпост, авангард русского міра среди западных славян, а не как Пьемонт эвентуального похода на Россію. Лемки держат в своих руках цЪннЪйшій кусок русской земли, обильный богатством и красотой. В Карпатах через Лемковину и Восточную Словакію проходит свыше 10 горных перевалов, есть там залежи нефти, соли, лЪсные богатства, минеральные воды. Вдоль рЪк Попрад и Ториса-Горнад находится в Карпатах единственное мЪсто, гдЪ каналом можно соединить воды рЪкъ Вислы и Тисы (Дуная). Через Лемковину и Пряшевщину мог бы проходить канал, соединяющій Балтійское море с Черным. При измЪнившихся послЪ второй войны международных отношеніях Лемковина и Пряшевщина имют всЪ предпосылки стать мЪстомъ для созданія стратегической промышленности Чехословакіи и Польши под сЪнью близкой Россіи, для постройки дорог и курортов. В этой области Бескидских гор подают друг другу руки Русь, Польша и Словачь. При наличіи совЪтской національной политики наш народ мог бы процвЪтать на своей древней землЪ. Насильная звакуація Лемковины поляками равносильна для лемков народной катастрофЪ, а с точки зрЪнія руского народа, она является большой потерей. Лемковскіе переселенцы в АмерикЪ протестуют против нарушенія той части польско-совЪтского соглашенія о выходЪ лемков из польского гражданства, которая говорит о добровольных началах. Русская Лемковина даже в предлах Польши имЪет свой смысл и свое значеніе. Пусть поляки привыкают к наличію русских и к русскому духу в их странЪ. Хотя сегодня вошло в моду подчеркивать необходимость организаціи государств без меньшинств, однако русских лемков нельзя ставить наравнЪ съ побЪжденными нЪмцами или венграми. К ним можно примЪнить дЪйствительно только добровольное начало, а не принужденіе. Впрочем как раз настоящая міровая война доказала, что так называемые многонацiональные государства, как СовЪтскій Союз, содружество народов в Британской имперіи и США, куда сильнЪе, чЪм одно національное государство германского фашистского типа. Русскій народ Лемковины добровольно не откажется от своей земли. Каждый наш хлоп в столЪтней борьбЪ за свою правду научился одному: право только тогда перестает быть правом, когда мы от него откажемся. Отказаться же от русской Лемковины наш народ не может, и мы надеЪмся, что бодрый дух руснаков, который помог им сохранить свою землю при болеЪ тяжелых условіях в прошлом, не оставит их и теперь, как это говорит и наша народная поговорка: Ой русине, русине Русснаку, небоже Небойся ты баламуты, Русскій Бог поможе. Д-р Иван Жидовский. Плач Лемковины. Костер (ежемесячный журнал Об-ва Возрождение, редактор Иван Шлепецкий), Прага, 1946, N5-6 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm http://rolandanderson.se/Pravda_Press/Kalendar1956/weeping56.php Иван Степанович Шлепецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_457.htm Пряшевщина - историко-литературный сборник. Прага. 1948 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm http://zapadrus.su/bibli/geobib/pr/1438-pr-1.html http://7tor.org/viewtopic.php?t=2799401 https://cloud.mail.ru/public/2TRT/AwAwu2VXQ 81Мб КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm

Ять: Операция Висла: как у русинов-лемков ампутировали Родину Русины-лемки являются самой западной частью карпатских русинов, относящихся к восточнославянской этноязыковой общности. Территория проживания карпатских русинов, занимавшая северные и южные склоны Карпатского хребта, глубоким клином вдавалась в западнославянскую этноязыковую область, отделяя поляков на севере от словаков на юге. Историческая родина русинов-лемков[1] - северные склоны Карпат в Западной Галиции, на востоке ограниченные верхним течением реки Сан, которая отделяет территории, населенные лемками, от украинцев Восточной Галиции. На западе область расселения лемков достигала верховьев рек Попрад и Дунаец, доходя до г. Новы Сонч. Впрочем, русский историк И.П. Филевич, ссылаясь на распространенность восточнославянской топонимики на территории современной южной Польши, считал, что в раннее средневековье русины занимали значительно большую область проживания, которая впоследствии уменьшилась в результате польской колонизации и последующего «этнографического перерождения» местного восточнославянского населения. «Если… сопоставить географическую номенклатуру, обнаруживающую значительное количество названий от корня Рус, не только на правом, но и на левом берегу Вислы…, то получится ряд несомненных доказательств присутствия Руси в самых… коренных пределах Малой Польши, - отмечал Филевич. – Перерождение значительной части русских хорватов в малополяков мы можем… иллюстрировать документально. Процесс этнографического перерождения на широком пространстве карпато-дунайской земли не может подлежать сомнению».[2] Если русинское население к югу от Карпат постепенно вошло в состав Венгрии, возникшей после прихода кочевых мадьярских племен в Паннонию в конце IX в., то восточная часть Лемковины до XIV в. входила в состав Галицкого княжества, а с 1340 до 1772 г. находилась в составе Речи Посполитой. Западная часть Лемковины с самого начала входила в состав Польши. В 1772 г. с присоединением польской Галиции к Австрийской империи все карпатские русины были объединены в рамках государства Габсбургов, где русины-лемки оказались в составе австрийской провинции Галиция, а русины южных Карпат в составе Венгерского королевства. Усиление конфессионального и национального гнета на восточнославянское население Польши и Венгрии, выразившееся в заключении Брестской (1596 г.) и Ужгородской унии (1646 г.), создало потребность в мощном славянском покровителе-единоверце, в роли которого для карпатских русинов с начала XIX в. все активнее выступает Россия. В середине и второй половине XIX в. среди интеллигенции русинов-лемков и угорских русинов большое распространение получают русофильские идеи, трактовавшие карпатских русинов как наиболее западную ветвь единого русского народа от Карпат до Тихого океана. Особую роль в распространении данных идей на Лемковине сыграли местные грекокатолические священники, недовольные растущей полонизацией и латинизацией обрядов грекокатолической церкви. С распространением украинской этнической идентичности в Восточной Галиции в конце XIX – начале XX в. связано и окончательное становление самосознания русинов-лемков, которые не только не восприняли украинскую ориентацию своих восточных соседей – русинов Восточной Галиции, но и решительно выступили против нее. Термин «лемко» (производное от широко распространенного в местных русинских диалектах наречия «лем», которое переводится как «лишь», «только») появляется уже в XIX в., однако в качестве этнонима данный термин стал употребляться лишь с начала XX в. Именно в это время местные русинские деятели, обеспокоенные активизацией украинского движения в соседнем Львове, стали использовать регионализм «лемко» в качестве самоназвания, чтобы отличить русинское население к западу от реки Сан, большинство которого не приняло украинскую самоидентификацию, от русинов Восточной Галиции и Буковины, постепенно становившихся украинцами. Начало ХХ в. было отмечено растущим противостоянием между русофильской интеллигенцией Лемковины и украинцами Восточной Галиции. Первая мировая война повлекла широкомасштабные репрессии австрийских властей против русинов-лемков, что стало одной из самых трагических страниц истории лемковского народа. Преследования русофильской интеллигенции лемков австрийскими властями начались с первых дней войны еще до вступления русской армии в Галицию. «Вся Лемковина была покрыта виселицами, на которых гибли ее лучшие сыны…. Острый плуг войны точно перепахал Лемковину»,[3] - писал лемковский историк – очевидец описываемых событий. С сентября 1914 по весну 1915 гг. русские войска занимали большую часть территории австрийской Галиции, включая территорию Лемковины, где, в отличие от Восточной Галиции, русская армия встретила доброжелательное отношение местного населения. После отступления русской армии австрийские военные власти арестовали около 5 тысяч лемков, подозреваемых в шпионаже в пользу России, в основном представителей интеллигенции, которые были брошены в австрийский концлагерь Талергоф неподалеку от Граца. Значительная часть узников Талергофа погибла, не выдержав издевательств и нечеловеческих условий содержания. По сути, в Талергофе был ликвидирован цвет лемковской русофильской интеллигенции, а сам концлагерь вошел в историческую память русинов-лемков как символ мученичества за народность и веру.[4] После трагических событий 1914-1915 гг. среди лемков широко распространилось мнение о том, что в трагедии Талергофа виновны украинофилы, доносившие австрийским властям на своих идеологических врагов-русофилов. «По лемковским селам под видом торговцев иконами... ходили украинские провокаторы и вели с селянами разговоры на политические темы, выдавая себя за друзей русского народа, - писал И.Ф. Лемкин. – У селян выясняли политические взгляды, все записывали, а потом отсылали властям. Таким образом был составлен список «moskalofilow»... На основе этого списка в начале войны была арестована вся лемковская интеллигенция и сотни селян...»[5] После распада Австро-Венгрии осенью 1918 г. политическое движение на галицкой Лемковине с самого начала было ориентировано на Россию и на объединение с угорскими русинами, а не с образованной в ноябре 1918 г. Западноукраинской Народной Республикой (ЗУНР). Уже 5 декабря 1918 г. на съезде в западнолемковском городке Флоринка, в котором участвовало 500 делегатов от 130 лемковских сел, было принято решение образовать самоуправляющуюся лемковскую административно-территориальную единицу с собственной исполнительной властью (Начальный Совет во главе с грекокатолическим священником М. Юрчакевичем) и законодательной властью (Русская Рада во главе с адвокатом Я. Качмарчиком).[6] Созданное административное образование положило начало существованию Русской народной республики лемков во Флоринке. Первыми шагами руководства лемковской республики было создание национальной гвардии и организация школ и кооперативов.[7] В школах в качестве языка обучения вводился русский язык; в церковной сфере предпринимались попытки приблизить грекокатолическую литургию к православию.[8] Во внешней политике руководство лемковской республики, состоявшее из убежденных русофилов, стремилось к административному объединению русинов по обе стороны Карпатского хребта, созданию единого государственного образования Карпатская Русь и к ее последующему вхождению в состав России, апеллируя к опыту 1914-1915 гг., когда Галиция была занята русской армией. Если вхождение в состав России было главной целью лидеров лемковской республики, то вхождение Лемковины в состав Польши являлось для них наименее приемлемым вариантом, который они стремились любыми способами избежать. Сразу после съезда во Флоринке руководство лемковской республики присоединилось к другим галицким политикам-русофилам, образовавшим в г. Санок Народный Совет Русского Прикарпатья, который, надеясь на «восстановление порядка в Русском Государстве», в своем меморандуме от 26 декабря 1918 г. писал: «...Царское правительство... долго не обращало внимания на своих единокровных русских братьев в Прикарпатье. И только в последнее время, стараясь исправить свою роковую ошибку..., устами министра Сазонова... провозгласило в 1914 г. присоединение Прикарпатья к великой Русской Империи. Имеем надежду, что Державная Русь останется в эту важную минуту верной своим словам... Мы, - завершали свое послание лидеры Народного Совета Русского Прикарпатья, - чувствуем и сознаем себя... гражданами единого, великого Русского Государства, не признаем на нашей земле никакой мадьярской, польской, габсбургско-украинской и какой бы то ни было чужой власти...».[9] Свою подпись под этим красноречивым документом поставили и руководители лемковской республики во Флоринке. Стремление лемковских политиков к воссоединению с Россией оказалось иллюзией. Гражданская война в России, военные успехи Польши и состояние дел на мирной конференции в Париже вынудили лидеров лемковского движения сменить внешнеполитические приоритеты, переориентировавшись на Чехословакию. Уже в конце декабря 1918 г. представители лемков отправились в Прагу с целью прозондировать возможность вхождения Лемковины в состав Чехословакии и установили контакты с Русской Народной Радой в восточно-словацком Прешове. Лидер Прешовской Рады русофил А. Бескид вместе с представителем лемков Д. Собиным 12 марта 1919 г. направил чехословацкому правительству меморандум, в котором констатировалась «угроза самому существованию русского народа Лемковины в условиях польских зверств». В меморандуме выражалась просьба присоединить «северо-карпатскую часть русской ветви» вместе с угро-русинами южных склонов Карпат к Чехословакии, где будет обеспечена их «свобода и автономная независимость».[10] Меморандумы аналогичного содержания были отправлены 20 апреля 1919 г. Парижской мирной конференции и 1 мая 1919 г. – американскому президенту Вильсону. Однако кроме дежурного сочувствия со стороны Масарика и Крамаржа добиться большего от чехословацких властей русинским лидерам не удалось. По мнению Б. Горбала, проблема Лемковины была для чехов лишь одним из инструментов давления на Варшаву в условиях чехословацко-польских споров по поводу Тешина, Оравы и Спиша.[11] Польское руководство, отношения которого с Чехословакией были натянуты из-за пограничных споров в Силезии, решило положить конец существованию лемковского государственного образования, прочехословацкая ориентация которого воспринималась Варшавой более болезненно, чем прорусская. После почти двухгодичного существования республики лемков во Флоринке ее территория в конце марте 1920 г. была занята польскими войсками, а правительство арестовано.[12] Пребывание лемков в составе межвоенной Польши было отмечено как дискриминационной политикой польских властей в отношении восточнославянского населения Лемковины, так и ростом украинского влияния из соседней Восточной Галиции, встречавшего ожесточенное сопротивление со стороны лемковской русофильской интеллигенции. Общая численность лемков в межвоенной Польше по официальным данным составляла к 1931 г. около 130 тысяч человек, проживавших в 180 преимущественно лемковских деревнях и в нескольких десятках смешанных лемковско-польских сел.[13] В целом среди населения Лемковины продолжали доминировать русофильские настроения, что нашло свое выражение в деятельности лемковской республике во Флоринке, русофильское руководство которой в условиях невозможности присоединения к России длительное время пыталось добиться вхождения в состав Чехословакии вместе с угорскими русинами, стремясь любыми путями избежать присоединения к Польше. Неприятие польского государства и осознание исторической связи с Россией проявилось на Лемковине в ходе переписи населения в 1921 г., когда некоторые представители лемковской общественности заявляли, что «польская перепись не распространяется на лемков» и указывали «российское подданство».[14] Практическая политика польских властей по отношению к Лемковине определялась, с одной стороны, стремлением опереться на местных москвофилов как на противовес украинскому движению, что было особенно актуально до решения Совета Послов Антанты о признании Восточной Галиции частью Польши 14 марта 1923 года. С другой стороны, Варшава стремилась держать лемковских русофилов в определенных рамках, препятствуя с их помощью украинскому влиянию на Лемковину и одновременно способствуя полонизации лемковского населения. Примечательно, что на западе Лемковины польская администрация, опасаясь доминирующих там москвофилов, поддерживала украинцев, в то время как на востоке Лемковины, где влияние украинской пропаганды давало определенные результаты, польские власти поддерживали русофилов против украинцев. Если в течение 1920-х гг. польские власти в большей степени поддерживали на Лемковине украинцев, то с конца 1920-х гг. Варшава направляет основные усилия на ослабление украинского движения.[15] Лемковский корреспондент прешовской газеты «Русь», сообщая о многочисленных злоупотреблениях польских властей на западной Лемковине в ходе переписи населения в 1921 г. писал, что «горлицкий староста издал распоряжение, в соответствии с которым руснаки могут записываться только как «русины» или «украинцы», но не могут быть записаны как «русские». Тут мы и увидели, что беспокоит Польшу, - констатировал лемковский корреспондент. – Украинцем ты можешь быть, русином тоже, но русским человеком не смеешь, ибо свет узнал бы тогда, что в Горлицком округе живет тот же народ, что и в Москве».[16] Для противодействия русофилам на Лемковине польские власти уже в 1919 г. начали кампанию по выявлению лиц непольской национальности в полиции, погранохране и среди почтовых служащих. Данные лица переводились с территории Лемковины в центральные регионы Польши, а их места занимались этническими поляками. Кроме того, Варшава с самого начала стремилась изолировать лемковские церковные приходы от грекокатолического духовенства из Восточной Галиции, связанного с украинским национальным движением. Национальная политика польских властей на Лемковине в 1930-е гг. была направлена, с одной стороны, на поддержку русинских организаций среди лемков, «москвофильская» ориентация которых использовалась Варшавой для противодействия усилившемуся украинскому движению. С другой стороны, польские политики стремились не допустить окончательной победы и радикализации русинских «москвофилов».[17] Политика Варшавы в отношении Лемковины, окончательно оформившаяся к началу 1930-х гг., исходила из того, что поскольку полонизация русинского населения Лемковины являлась трудноосуществимой, было необходимо стремиться к усилению этнокультурной и языковой изоляции лемков от украинцев Восточной Галиции, что представлялось более реальной задачей. «Польская акция» на Лемковине была достаточно продуманным, организованным и институционально оформленным проектом, который осуществлялся и координировался правительственным Комитетом по делам Лемковины, включавшим представителей Президиума Совета Министров, МВД и кураторов краковского и львовского образовательных округов.[18] * * * Вторая мировая война и ее последствия для русинов-лемков Польши оказались еще более трагическими, чем для русинов Чехословакии. С началом войны и оккупацией Польши Германией в сентябре 1939 г. условия соперничества русинов-лемков и украинцев на территории Лемковины резко изменились в пользу украинцев. После занятия Западной Галиции немцами сюда в массовом порядке устремились украинские националисты из Восточной Галиции, бежавшие перед советскими властями. По словам очевидца, немецкие оккупационные власти принимали украинцев-галичан «с распростертыми объятиями как союзников и назначали их на должности учителей, школьных инспекторов и информаторов... Агенты гестапо из украинских комитетов... сновали по лемковским селам, выискивая коммунистов и «москвофилов», - отмечал И.Ф. Лемкин. – Много лемков погибло от рук гитлеровских и украинских палачей... Как во время Первой, так и в ходе Второй мировой войны украинские националисты сыграли на Лемковине роль Каина...»[19] Среди жертв нацистских преследований был известный русинский общественный деятель, глава Лемко-Союза О. Гнатышак, погибший в концлагере Аушвиц. Лемки и лемковские организации в Северной Америке внесли весомый вклад в поддержку СССР во время Второй мировой войны. Особую роль в этом сыграл Лемко-Союз в США и Канаде, симпатизировавший коммунистическим идеям и поддерживавший СССР. Многочисленная лемковская диаспора в США и Канаде при посредничестве Лемко-Союза во время войны собрала и отправила в СССР около полумиллиона долларов в качестве финансовой помощи. По данным И.Ф. Лемкина, количество всех лемков, служивших в рядах Советской Армии, достигало 25 тысяч человек; из них около трети погибло. [20] Окончание Второй мировой войны принесло русинскому населению Лемковины новые тяжелые испытания. Одним из первых соглашений, заключенных Польским Комитетом Национального Освобождения (ПКНО), был договор, подписанный 9 сентября 1944 г. с правительствами УССР и БССР о переселении в эти советские республики проживавших в Польше лиц русской, украинской и белорусской национальности, а также о переселении с их территории в Польшу лиц польской национальности. Договор об обмене населением предусматривал исключительно добровольный принцип переселения. Поскольку восточнославянское население Лемковины трактовалось коммунистическими властями Польши и СССР как украинское, русины-лемки были отнесены к числу потенциальных переселенцев на Украину. Планы переселения лемков были поддержаны просоветски настроенным руководством влиятельного Лемко-Союза в Северной Америке, которое считало, что тем самым будут решены национальные и экономические проблемы русинов-лемков. Вплоть до середины 1945 г. русины-лемки, особенно из наиболее пострадавших в ходе войны восточных областей Лемковины, переселялись на Украину добровольно. Однако со второй половины 1945 г., когда число добровольцев иссякло и лемки стали отказываться покидать историческую родину, польские власти перешли к политике давления, угроз и открытого насилия, стремясь полностью очистить территорию юго-восточной Польши от русинского населения.[21] Примечательно, что местные польские власти приветствовали договор об обмене населением с УССР, трактуя данный документ как гарантию того, что все лемковское население в итоге покинет территорию Польши. Так, руководство Краковского воеводства, где проживало около 25.000 русинов-лемков, игнорируя зафиксированный в договоре принцип добровольности переселения, с самого начала исходило из того, что с территории данного воеводства будут полностью выселены все лемки.[22] В соответствии с договором между советскими республиками и Польшей об обмене населением в целом около 60% всего лемковского населения было вынуждено покинуть свою историческую родину и переселиться на Советскую Украину. Большинство лемков было расселено в Тернопольской области Восточной Галиции. Переселение сопровождалось нарастающим террором и насилием в отношении мирного лемковского населения со стороны действовавших в регионе польских военизированных формирований, вынуждавших переселяться и ту часть лемков, которая хотела остаться на родине. И.Ф. Лемкин приводит многочисленные примеры кровавого польского террора в отношении мирного русинского населения Лемковины, упоминая, в частности, о крупной банде бывшего капеллана Армии Крайовой Журавского, которая насчитывала около 1000 человек и целенаправленно истребляла русинских священников и селян.[23] «Польские банды как бешеные псы летали по лемковским селам, принуждая население выезжать в Советский Союз. Если в каком-нибудь селе они наталкивались на сопротивление выселению, …они поджигали село, избивали людей и грабили лемковское имущество, - писал И.Ф. Лемкин. – На лемков, переселявшихся в Советский Союз добровольно, банды нападали в дороге и грабили.… Даже то, что вытворял Гитлер с порабощенным народом во время оккупации, не идет ни в какое сравнение с тем, как обращались с лемками польские банды…»[24] Переселенческая акция на Советскую Украину не в полной мере оправдала ожидания польского руководства, поскольку почти половина русинского населения Лемковины продолжала оставаться на своей исторической родине. Активизация деятельности УПА в северо-карпатском регионе и убийство 28 марта 1947 г. бывшего командующего Второй Армии Войска Польского генерала К. Сверчевского украинскими националистами были использованы польским руководством как удобный предлог для окончательного «решения» лемковского и украинского вопросов. «28 марта этого года около десяти часов утра во время проведения инспекции от пуль украинских фашистов УПА на дороге Санок – Балигрод погиб генерал Кароль Сверчевский, второй замминистра обороны, бывший командующий второй армии, герой боев за Нису Лужицкую… »,[25] - говорилось в радиосообщении министерства национальной обороны Польши. Уже на следующий день, 29 марта 1947 г. на заседании политбюро ЦК Польской Рабочей Партии, посвященном гибели Сверчевского, было принято решение об «оперативном переселении украинцев и смешанных семей на возвращенные территории в рамках репрессивной акции против украинского населения».[26] При этом все коренное восточнославянское население юго-восточных областей Польши, включая лемков, трактовалось польскими властями как априори украинское. К концу апреля 1947 г. польское правительство разработало механизм депортации оставшейся части коренного восточнославянского населения Лемковины в западные области Польши. Впрочем, по данным польских исследователей, идея полного выселения русинов-лемков родилась значительно раньше убийства генерала К. Сверчевского. В частности, мысль о полном выселении лемков из области их традиционного проживания была высказана уже в ноябре 1946 г. членом политбюро ЦК Польской Рабочей Партии В. Гомулкой, который одновременно занимал должность вице-премьера польского правительства.[27] Катализатором подобных планов польского армейского и политического руководства стало нежелание СССР продлить сроки переселения украинского населения из Польши в УССР, куда к началу августа 1946 г. уже было переселено 482 тысячи человек.[28] В качестве официальной причины выселения лемков Варшава называла необходимость ликвидации действовавших в северных Карпатах отрядов УПА, которые, по версии польских властей, пользовались широкой поддержкой среди лемковского населения. В свою очередь, лемковские историки и общественные деятели, указывая на традиционно негативное отношение русинов-лемков к украинским националистам и на отсутствие у лемков украинского самосознания, считают подобные обвинения беспочвенными.[29] В ходе операции «Висла», начатой польскими силовыми структурами 28 апреля 1947 г. и продолжавшейся до 12 августа 1947 г., все остававшееся на Лемковине русинское население было насильственно депортировано в Силезию и Поморье, полностью «очищенные» к тому времени от коренного немецкого населения. Депортация лемков осуществлялась польскими армейскими и специально созданными для этой цели милицейскими подразделениями, личный состав которых насчитывал около 20.000 человек. Всего в ходе операции было выселено примерно 150.000 человек, из которых 50.000-60.000 были лемками.[30] Механизм депортации лемковского населения в ходе операции «Висла» опирался на предыдущий опыт переселения лемков на Украину. Ночью польские армейские подразделения окружали село, предназначенное для выселения. Жителям села давалось несколько часов на сборы, в ходе которых они должны были погрузить на подводы предметы первой необходимости, включая продукты питания. Позднее из переселенцев формировалась колонна, которая под охраной польских солдат следовала до ближайшего сборного пункта. На сборных пунктах сотрудники польских спецслужб составляли подробные списки депортируемых и проводили фильтрацию переселенцев, выявляя среди них подозреваемых в связях с УПА.[31] После фильтрации основную массу переселенцев вместе с их скотом грузили в товарные вагоны и отправляли на территорию Поморья или Силезии, «очищенных» к тому времени от местного немецкого населения. Те переселенцы, которые не прошли фильтрацию и подозревались в связях с украинским националистическим подпольем, подвергались аресту и отправлялись в концлагерь в г. Явожно в южной Польше. Примечательно, что польский концлагерь в Явожно располагался в бараках, ранее относившихся к печально известному концлагерю Аушвиц.[32] В целом около 4.000 депортируемых были арестованы польскими спецслужбами и брошены в концлагерь в Явожно. Многие из заключенных этого концлагеря подверглись пыткам и физическим издевательствам; значительная часть из них погибла.[33] В Силезии и Поморье русины-лемки были расселены властями таким образом, чтобы как можно быстрее ассимилировать лемков в польско-язычном окружении. Количество лемков в отдельных населенных пунктах не должно было превышать 10% от общей численности их населения. В секретной инструкции польского правительства прямо говорилось о том, что главной целью депортации является полная ассимиляция переселенцев в польском окружении и что для достижения этой цели «необходимо предпринять все усилия».[34] Примечательно, что в целях более эффективной ассимиляции инструкция предусматривала изоляцию русинской интеллигенции от основной массы переселенцев. Данный аспект ассимиляционной политики польских властей в отношении русинов-лемков был вполне сравним с политикой нацистской Германии в протекторате Богемия и Моравия, где нацистские власти целенаправленно подрывали и ограничивали влияние чешской интеллигенции на население, рассматривая это как существенный элемент германизации чехов. В свою очередь, русинские села на территории Лемковины были частично разрушены, частично отданы польским переселенцам из республик СССР. По мнению современных лемковских общественных деятелей и некоторых авторитетных историков, включая канадского историка-слависта П.Р. Магочи, именно соображения национальной политики Варшавы, направленной на полную ассимиляцию национальных меньшинств и создание этнически однородной послевоенной Польши,[35] явились истинной причиной второго этапа выселения лемков, в результате которого они были лишены своей исторической родины. Современные польские исследователи также оценивают операцию «Висла» прежде всего как политическую акцию, направленную на полную «этническую зачистку» юго-восточных областей Польши от неудобного Варшаве русинско-украинского этнического элемента.[36] По мнению польского историка В. Мокрого, «выселение русинов-украинцев сначала на Советскую Украину в 1945-1946 гг., а затем в западные и северные регионы Польши в 1947 г. было результатом заимствованной коммунистическим правительством Польши идеи национально однородного польского государства. Автором данной идеи в межвоенный период были эндеки, стремившиеся ассимилировать 5,5 миллионов украинцев, проживавших на территории Второй Речи Посполитой…»[37] Вопреки запретам, уже в начале 1950-х гг. некоторые русины-лемки стали нелегально возвращаться на свою историческую родину в северные Карпаты, выкупая свои дома у новых владельцев-поляков. По некоторым данным, к началу 1980-х гг. около 10.000 лемков смогло вернуться на территорию Лемковины.[38] В период социализма в Польше, где, как в Советском Союзе и в Чехословакии, отрицалось существование отдельного русинского народа, а все русины были объявлены украинцами, русины-лемки были лишены возможности использовать свой традиционный этноним и развивать свою культуру. Только c изменением политической ситуации в Польше в конце 1980-х гг. русины-лемки получили возможность заявить о себе как об особом народе, отличном от украинцев. Весной 1989 г. в Легнице было зарегистрировано Общество лемков, объединившее лемковское население на всей территории Польши. Наряду с активной культурно-просветительной деятельностью, направленной на возрождение традиционной лемковской культуры и системы ценностей, Общество лемков затрагивает наиболее болезненные для лемков и неприятные для польского общественного мнения политические проблемы, выступая с осуждением акции «Висла» и поднимая вопрос о компенсации за собственность, которую лемки потеряли в ходе депортации 1947 г. После падения социализма в Польше в 1989 г. польский сенат осудил операцию «Висла» как антигуманный акт, однако нижняя палата польского парламента (сейм) не поддержала этого решения. Польское правительство ничего не сделало и для какой-либо компенсации потерь, понесенных русинами-лемками в ходе депортации. Более того, в 1996 г. польские власти приняли решение преобразовать центральные области Лемковины в национальный заповедник Бескиды, тем самым изящно закрыв неудобный для себя вопрос о возможном возвращении лемкам их имущества и земельных владений в этом регионе.[39] Наряду с Обществом лемков в постсоциалистической Польше вскоре была зарегистрирована и другая лемковская организация – Объединение лемков, включающее ту часть лемковского населения, которая восприняла украинскую самоидентификацию. Противостояние этих двух общественных организаций, выражающееся главным образом в активной полемике в прессе, во многом напоминает борьбу между лемковскими традиционалистами-русофилами и сторонниками украинской ориентации в межвоенный период. Тем не менее, значительная часть лемковского населения нынешней Польши сохранила свою традиционную идентичность, считая себя не украинцами, а русинами-лемками. Кирилл Шевченко. Операция Висла: как у русинов-лемков ампутировали Родину http://zapadrus.su/rusmir/istf/212-2010-12-23-12-45-02.html Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm Плач Лемковины http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm

Ять: Конец Карпатской Руси? Закарпатская Русь = Русское Закарпатье в IX веке ii Русское Закарпатье теперь А. Геровский. Конец Карпатской Руси? Краткий обзор истории Закарпатья В древности почти все Карпатские горы были русскими. Словаки жили за Татрами, а Волохи за Дунаем. - Целый Ардял (Семигород, Трансильвания) был русским. - Когда и каким способом Мадьяры, Волохи и Словаки захватили русские земли? - Теперь коммунисты насильно укранизируют Карпатскую Русь. *** Карпатской Руси действительно угрожает большая опасность. Народ там останется, но удержит ли он свою русскость? Выживет ли Русь? Не превратится ли она в Украину? Русь в Карпатах старались уничтожить Австрия, мадьяры, Рим и немцы, но никому из них это не удалось. Наш народ остался русским. Но то что не удалось ни Австрии, ни мадьярам, может удастся коммунистам, которые решили во что бы то ни стало уничтожить Русь в Карпатах и насадить там украинство. История знает наш русский народ в Карпатах уже более чем тысячу лет. За это время через Карпаты с востока прошло много народов: готы, гунны, обры, мадьяры, печенеги, татары. Они уничтожали все, сжигали села, убивали людей. Но все это наш народ перетерпел и пережил и остался тем, чем был: русским. Не вся та земля в Карпатах, что тысячу лет тому назад была русскою, осталась таковой, далеко не вся. Много стародавной русской земли в Карпатах пропало. Где тысячу лет тому назад жил русский народ, теперь живут словаки, волохи, мадьяры. Больше всего русской земли в Карпатах присвоили себе волохи. Некогда целый Ардял был русским. Теперь там уже нет ни одного русского села, живут там одни волохи и мадьяры. Волохов в Ардяле - три миллиона, а мадьяр-секелов - полмиллиона. В западной части Закарпатья вся земля на восток от Татранских гор была русской. На Спише, Шарише, Земплине не было ни одного словацкого села. А кроме того и в долине реки Грои жили русские достигая самого Будапешта. Теперь в долине этой реки народ говорит по-словацки, и на восток от Татр большая часть Спиша, Шариша и Землина населена словаками или ословаченными русскими. Карта на обложке указывает, где русский народ жил в Карпатах и на равнинах Притисья лет 800-1000 тому назад и что им было утеряно. Как следует из приведенной карты русский народ удержал в Карпатах не более, как одну десятую часть той земли, которая тысячу лет тому назад была русской. Когда наш народ потерял эти земли и почему так случилось? Причина была не одна, их было много. Главные из них следующие: 1. Нашествие мадьяр в девятом столетии; 2. Нашествие татар в XIII столетии; 3. Переселение волохов (румын) с балканского полуострова на север, начавшееся в XII ст. и продолжавшееся в следующих столетиях; 4. Завоевание турками Угорщины в XVI ст.; 5. Борьба ардяльских князей с Габсбургами, продолжавшаяся 150 лет на карпаторусской земле. Нашествие Мадьяр В конце IX столетия с востока появились мадьяры. Под давлением печенегов они перешли Карпаты и поселились в Паннонии на равнине, на берегах рек Тисы и Дуная. Мадьяры были кочевниками, привыкшими пасти скот в степях и ловить рыбу. Вот почему они поселились на равнине при Тисе. Земледелия они не знали. Со временем они научились обрабатывать землю у славян, среди которых поселились, то есть, у наших предков на востоке и у словаков и словенцев на западе. Мадьяры не имели в своем языке земледельческих терминов и выражений. Вместе с земледелием взяли они у славян и нужные для земледелия слова. Так они и теперь еще называют село - сейно, солому - солмо, грабли - геребле, а косу - косо, вилы - вило, колос - колас. Копать - по-мадьярски будет копалки. От наших православных предков мадьяры приняли также и христианскую веру (На коронационной мантии мадьярского короля св. Стефана вышит иконостас и над ним надпись на церковно-славянском языке: Буди, Господи, милость Твоя на нас, ныне и во веки -, а под ним слова: Господи, ущедри ны, и благослови ны, просвети лице Твое на ны и помилуй ны -. Св. Стефан предоставил своему сыну Емериху титул: Дукс Рутенорум, то есть русский князь). Поэтому еще и теперь они называют своих священников попами; хотя они позднее поддались Риму, но попы остались попами. Вечерню мадьяры называют вечернье, крест - керест, а чудо - чодо. Некоторые дни недели мадьяры называют по-русски. Среда по мадьярски - сердо, четверг - чутёртёк, пятница - пентек, а суббота - сомбот. Один сорт токайского вина мадьяры называют самородни - самородное. Наши предки, жившие на равнине, перемешались с мадьярами и таким образом исчезли. Мадьяры основали на придунайской равнине свою державу и мало-помалу подчинили себе соседние земли и народы. Нашествие Волохов Мадьяры забрали от нашего народа равнину, а волохи - горы, верховину в восточных Карпатах. Волохи начали селиться в русских ардяльских (семиградских) горах в двенадцатом столетии. Они не завоевали Ардял силою. Не было никаких войн. Они в Ардяле не основали своей державы. Волохи пришли из-за Дуная и мало-помалу переходили через Карпаты в Ардял со своими стадами овец и селились среди русского населения. Места было много. Волохи были одной веры с русскими. Они были православными и молились они по-русски или по церковно-славянски. Только пятьсот лет спустя, т.е. в семнадцатом столетии церковные книги были переведены на волошский язык. Но еще и потом двести лет волохи писали и печатали свои книги хоть и по-волошски, но церковно-славянским письмом. Вот почему наш народ в Ардяле так легко смешался с волохами. Волохов пришло на ардяльскую верховину великое множество и среди них русские как бы растворились. Но еще в XV столетии во многих частях Ардяла народ говорил по-русски. И теперь еще повсюду там сохранились русские названия рек, гор и сел. На самом юге, недалеко от сербской границы, имеются горы, которые румыны называют русскими и река, называющаяся русской. Д-р Ядор Н. Сприпский в своей брошюре Где документы старинной истории Подкарпатской Руси? сообщает: Антропологические и этнографические признаки румын, заселяющих теперь соседние с Мороморышем жупы (округа), ясно указывают исследователю, что они румынизированные русские, которые до 1900-х годов даже и говорить еще умели по-русски, особенно в жупах Насад и Быстрица. Я сам встречал таких в 1902 году. То же самое явление наблюдаем в гористых областях Семиградья, заселенных секлерами (мадьярами). Вкратце скажу, что в жупах Чик, Гаромсек, Марош-Торда, Колош, Быстерица, Силадь и Бихор очень часто повторяются следующие названия: Oroszi, Orosz-Idecs, Oroz hegy, Valal, Korotno и т.п. Подобные русские названия находятся в огромном количестве. В быту и языке нынешних обывателей Семиградья - секлеров и румын - много этнографических, археологических и языковых русских особенностей. Характерный для русских оборог (сеновал) находиться только у семиградских румын и мадьяр. Припомню здесь один факт. Король Эмерик говорит в грамоте от 1201г. о некоей местности под названием Форум Рутенорум, находящемся в саксонской части Семиградья. Это очевидно перевод из русского Русский торг, русское торговище. Саксонцы поселены сюда 1212г., и переняли от русских их название и зовут это место и доныне Reussmarkt, в старых грамотах Ruz mark, что обозначает русский торг. Мадьяры прозвали его Szerda-hely; так как ярмарки состоялись здесь по средам, наподобие Csutortokhely, Szombat-hely; а румыны переняли у мадьяр их форму и зовут его по своему Mercuri, что обозначает также среду. Место находится недалеко от великой полонинной области, которая называется по-румынски, по-мадьярски и по-немецки и доныне Poiana Rusca! Волошские (румынские) пастухи проникали в карпатских горах далеко на северо-запад за Татры, но уцелели они только в южной части Мороморыша. На запад от Мороморыша они исчезли, смешались с русскими и словаками. Лишь топономические названия рек и гор Закарпатья, как например, Мунчел или Менчул, что по румынски значит малая гора, Пикуй, Томнатик (Осенняя), Пиетрос (Каменистая) и др. названия говорят о местах их былого расселения. Самую восточную часть Семиградья (Ардяна) заняло в XII столетии мадьярское племя - секлеры. Вследствие того, что мадьяры заняли придунайскую равнину (Паннонию), а румыны - восточные Карпаты, русский народ не только потерял эти земли, но был разобщен, отрезан от южных славян - болгар и сербов, хорватов и словенцев - от северных славян, то есть русских и словаков. До того времени русские соседили с сербами, а словенцы и хорваты с словаками. Словаки Каким способом ословачились восточные Татры, часть Спиша, Шариша и Землина? Римо-католики на Спише, в Шарише и Земплине, которых теперь именуют словаками, возникли там только недавно, в шестнадцатом и семьнадцатом столетиях. До того времени римо-католиками там были только немецкие колонисты, ципсеры, поселившиеся на Спише в XII-ом и XIII-ом столетиях. Кроме немцев в Спиш стали проникать в четырнадцатом столетии римо-католики поляки, после того, как угорский король, нуждавшийся в деньгах, заложил часть Спиша польскому королю. Эта часть Спиша находилась под владычеством поляков триста лет, до конца XVIII столетия, до раздела Польши. Потом Спиш взяла Австрия. Под Австриею всем римо-католикам на Спише дали словацких плебанов (попов), которые внушали полякам и ополченным русским, что они словаки. Части Шаришской, Земплинской и Ужанской столицы ополячились во время долгой войны, которую австрийские Габсбурги вели 150 лет с ардяльскими (семиградскими) князьями. Эта война началось в половине XVI ст., после того как турки разбили угорское войско под Могачем и завоевали всю угорскую равнину. В этой битве погиб последний угорский король Лайош. Фердинанд Габсбург захватил западные Карпаты (Словакию). Весь же восток, Ардял, обьявил независимость под властью своих князей. Таким образом Угорщина распалась на три части. Наша Карпатская Русь осталась по середине. С одной стороны была Австрия (Габсбурги), а с другой - был Ардял. Турки не вмешивались в дела Карпатской Руси, но Габсбурги и ардяяльские князья старались подчинить Карпатскую Русь своей власти. Габсбурги обьявили себя преемниками угорских королей и старались завоевать не только Карпатскую Русь, но и Ардял и всю Угорщину. Этой цели они достигли после многих войн, длившихся полторастолетие. 150 лет длилась война на нашей земле, аж до конца XVII столетия. Наши предки стояли на стороне протестантского Семиградья, потому что Габсбурги не только хотели завоевать всю Угорщину, но они всюду старались завести насилием латинство, а наш народ не желал окатоличения. Ардяльские князья, будучи протестантами, кальвинистами, также противились папе. Таким образом война за освобождение от габсбургов велась как война за свободу веры, за свободу от Рима. Габсбурги преследовали кальвинистов и православных. В Пряшеве Габсбурги вешали кальвинистов. В Ужгороде горстка высшего православного русского духовенства, тайно от народа, подписала унию. Русские города Ужгород, Мукачево, переходили из рук в руки. То господствовали в них Габсбурги, то ардяльские князья. Русские села сжигались, а население бежало в леса и горы, туда, где не было дорог и куда габсбургским солдатам было трудно добраться. Равнинное, южное Закарпатье обезлюдело. Места, насиженные русскими, заняли поляки, которые через Спиш переселились в Шаришскую, Земплинскую и Ужанскую столицы. Они заселили разбитые и сожженные русские равнинные села. Габсбургам это очень нравилось, потому что поляки были католиками. Они не только забрали русские хаты, русские земли, но во многих случаях им передали и русские церкви, даже и в тех селах, в которых уцелела часть русского населения. Всех русских попов подчинили римским плебанам-словакам. Православное священство не имело право вести метрическую запись новорожденных. Ее вел словацкий плебан. Таким образом часть Шаришской, Земплинской и Ужанской столицы окатоличилась. Словацкие племена вбивали в головы пришлым полякам и окатоличенным русским, что они словаки. Но русские люди, сохранившие свою веру и свое русское имя, и теперь еще называют тех латынян лясами или ляхами, то значит поляками. Почему так случилось? - Некому было помочь нашему народу? Как уже было сказано, больше всего русской Земли в Карпатах забрали волохи, которые переселились с юга, с Балканского полуострова через Дунай, заняли большую часть Карпатских гор, всю Трансильванию, часть Буковины и всю Молдавию. Только малая часть волохов обрусела. Почему это произошло? Во-первых, русское население было редким, земли было много, а волохов пришло великое множество. Во-вторых, наш народ там не имел своей организации, не имел своей державы. Он состоял из многих племен, многих ватаг. Племена те были небольшими, как например, бойки, или гуцулы. Они занимались земледелием, и еще больше скотоводством. Многие ватаги переходили из места на место, туда, где были лучшие пастбища и полонины. Было время, когда Молдавия аж по Дунай, принадлежала русско-галицкому княжеству, но это длилось недолго. Карпатская Русь на юг от Карпат принадлежала также некоторое время Галицкому княжеству. Но мы не знаем, как долго длилось это. В начале, когда мадьяры перешли через Карпаты, горы их не интересовали; им нужна была равнина для выпаса их скота. Границей между Угорщиной и Галичем служили горы, в которых жили русские. Но теми русским в те отдаленные времена не интересовались ни мадьярские короли, ни галицкие князья. Мадьяры забрали нашу верховину (гористую местность) без боя, без войны, так же, как и волохи, только с той разницей, что мадьяры в наших горах не селились, а волохи в Карпатах и Трансильвании осели и растворили в своей массе наш народ. Почему же Галич или Киев не пришли на помощь однокровным братьям? Ведь были времена, когда Галич и Киев были сильными державами! Причина была та, что вся южная Русь, и Киев и Галич, находилась между двумя сильными державами, между Польшей, с одной стороны, и татарами с другой. Польский король Болеслав уже в начале XI столетия пошел войной на Киев, а в половине XIV столетия польский король Казимир завоевал Галич, который более четырехсот лет оставался под Польшей, а потом перешел к Австрии. В 1240 году татары напали на Киев и разрушили его до основания. Киев, мать городов русских, как исторический центр, исчез из русской истории на сто лет. Потом он стал частью литовского великого княжества и, вместе с ним, перешел под власть Польши. Таким образом ни Киев, ни Галич не могли помочь русскому народу в Карпатах. Место Киева заняла Москва. Но и Москву завоевали татары. Вся Восточная Русь была под татарским ярмом более двухсот лет. Освободившись от татар, Московская Русь продолжала смотреть на восток и юг, откуда на нее сотни лет нападали татары, турецкие и монгольские племена. Победив татар, Московская Русь мало-помалу начала освобождать русские земли от поляков. При Богдане Хмельницком освободился Киев, а спустя сто лет, начиная с 1772 до 1815 года, Россия освободила от Польши все русские земли кроме Галичины, которую взяла Австрия. Две последние войны Казалось, что в первую мировую войну Россия освободит остатки Русской Земли в Карпатах: Галичину, Буковину и Карпатскую Русь. Но революция помешала этому. Россия не только не освободила русские земли, находившиеся под Австрией, но коммунисты отдали полякам еще много русских земель, которые уже были свободными. Наконец возникла вторая мировая война. Советский Союз забрал не только все русские земли, но и Польшу, Чехословакию, Венгрию, Румынию. Многие наши люди думали, что наконец пришла свобода, что пришло русское войско, и что вся Русь обьединится и будет свободной. Оказалось не так. Советское правительство, во главе стоял не русский человек, а грузин Джугашвили (Сталин), начало насилием уничтожать Русь в Карпатах. Оно отдало всю Пряшевщину Чехословакии, а галицкую Лемковщину - полякам. Многие русские села в Буковине оно отдало Румынии. Кроме того из галицкой Лемковщины советы изгнали всех русских и на их место поселили поляков. Старые русские княжеские города, как Перемышль и Холм, с большими районами, они также отдали полякам. Восточную часть Карпатской Руси с Ужгородом, Мукачевом и Хустом коммунистическое правительство СССР взяло себе, но и там идет искоренение всего русского. Наших людей из русских переводят в украинцев и украинизируют весь народ посредством школы, прессы и литературы. В Пряшевщине сразу после войны не трогали русского имени и там несколько лет издавалась русская газета Пряшевщина и выходили другие издания на русском языке. Но потом, по приказу сталинского правительства, русские издания были закрыты и печать должна была перейти на украинскую мову. Оторвать нас от русского народа в течение тысячелетия пытались поляки, мадьяры, немцы, чехи и папский Рим. Но это им не удалось. Почему же Советский Союз должен продолжать их работу? А. Геровский. Конец Карпатской Руси? ССКР, 1972, март.-апрел. 3/4 (159/160), стр.2-5 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_639.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm Плач Лемковины http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm

Ять: Конец Лемковщины Свободное Слово Карпатской Руси, 1972, сент.-октябр. 9-10 (165-166), А. Геровский. Конец Лемковщины. обложка и с.10-11 Кресты и могилы - вот что осталось от родного края Вечная Память Соколики, Смольник, ТЪсна, Ветлина, Водя, Чертеж, Шкляры, Волковыя, Синява, Водица, Вислок, Яворник, Дубровка Русска, Долина, Команча, Вороблик, Завадка, Кудяшне, Мокре, Горб, Дальова, Липовец, Черемха, Лупков, Щавне, Нижня Воля, Вышня Воля, Святковка, Ставища, Незнайова, Перегримка, Яблоница, БЪлцарева, Яворье, Крампна, Граб, Перунка, Королева Русска, Ожинна, Вышеватка, Тиханя, Дошница, Красна, СнЪтница, Камянка, Поляны, Берест, Мщана, Избы, Чарна, Брунары, Флоринка, Тылява, Барвинок, ЧорнорЪки, Ольховец, Смерековец, Высова, Ждыня, Липна, Регетов, Рыхвалд, Новица, Лещины, Ропица Русска, Воловец, Шимбарк, Радоцина, Ганчова, Блихнарка, Гладышов, Устье Русске, Конечна, Зубрик, Луг, Прислоп, Нова Весь, Воднарка, Лабова, Бортне, Роздолье, Щавник, Ростока, Верхомля, Поворозник, Ястребик, БЪла Вода, Чорна Вода, Шляхтова, Яворки, Криница, Лосье, Мушинка, Тылич, Мохначка, Лелюхов, Солотвина, Угрин Конец Лемковщины На прилагаемом рисунке названия части русских сел, которые были насильственно выселены из западной части Галичины, так назыаемой Лемковщины и отданы полякам для польской колонизации. Советское правительство разделило русский народ в Карпатах на три части: одну часть, восточную, оно взяло себе; Пряшевщину оно отдало Чехословакии; а галицкую Лемковщину - Польше. С панами в Праге и в Варшаве московские господа заключили договор, по котором руснаки из Лемковщины и из Пряшевщины могут добровольно переселиться в Советский Союз. Никто не спросил наш народ, чего он хочет. На Пряшевщине наших людей еще не трогают, но галицких лемков насильственно переселяют в Советский Союз. Гонят их как скот, в снег, в стужу и дождь на железнодорожные станции, и там они ожидают поезда под открытым небом по целым неделям, иногда и по пять недель. Во многих случаях их хаты разрушают и жгут целые деревни, дабы люди не могли вернуться домой. Из Лемковщины пишут, что вместо освобождения там теперь плач и рыдание и что пришел конец Руси на Лемковщине. Будем на страже и будем организовываться, дабы такая же судьба не постигла и Пряшевщину и всю Карпатскую Русь…(А. Геровский, 1945 год) Конец Лемковщины Д-р А. Геровский, лет 10 тому назад обратился со следующим словом к делегатам XII-го Сьезда Лемко-Союза: Братья лемки! Русские люди! Уже прошло больше четверти века с тех пор, как Ваня Гунянка и д-р Пыж создали при помощи выдающихся русских патриотов Лемковский Союз. Д-р Пыж умер несколько лет тому назад, а Ваня Гунянка если он еще жив, находится где-то в Советском Союзе, куда он уехал после последней войны. В свой родной край, Галицкую Лемковщину, он не попал потому, что ее забрали поляки и русских людей там уже нет. Цель Лемковского Союза была освободить Лемковщину от чужого господства, т.е. от поляков и от чехов. Вы все наверно еще помните большую карту Лемковщины, которую нарисовал Ваня Гунянка и издал Лемковский Союз за несколько лет до последней войны. Тогда эту карту можно было видеть на стенах в домах многих лемков. Вероятно и теперь еще эта карта у них сохранилась. Тогда наши лемки уповали на слова и обещания вождей, что в случае войны Россия победит и освободит всю Прикарпатскую Русь, в том числе и Лемковщину. А где теперь эта Лемковщина? Что с ней случилось? Свободна ли она? Что от нее осталось? Осталась только карта Лемковщины. А вся галицкая Лемковская Русь, теперь превратилась в пустыню, поросшую тернем и буряном. Как когда-то в 1945 году написала одна женщина, вывезенная в Советский Союз: Мы все надеялись, что нас русских людей, освободит Россия, а теперь тота Советская Россия освободила наш край от русского народа -. Газета Лемковского Союза - Карпатская Русь - в течение многих лет поддерживала в наших людях надежду на Россию, сперва галицкая Лемковщина, которую Сталин отдал полякам, будет автономным краем и впоследствии свободно сможет обьединится с Россией. Как вы все знаете, эта надежда не оправдалась и галицкая Лемковина уже не существует. Старые номера Карпатской Руси от 1944-1945 гг. наверно уже у кого нет и мало кто из Вас уже помнит, что в них было написано. Поэтому мы Вам приводим, как пример, точный текст того, что было напечатано в Карпатской Руси 7-го сентября 1945г. и 18 декабря того же года. В номере от 7 сентября редактор газеты напечатал свою отповедь тем читателям, которые начали отчаиваться и предвидели конец Лемковщины. Вот что было сказано в статье - Наша отповедь: - Наш лемковский народ в родном крае стал так же свободным, как все другие славяне: поляки, словаки, чехи и др. Лемки получили право на свободное переселение в свою национальную державу. Мы верим, что большинство лемков останется в своих родных селах. В новой Польше...наш народ будет пользоваться полной свободой...то значит, будет иметь право создать свой малый штат. Если народ того малого штата выразит желание соединиться со своими восточными братьями, то никто ему запретить это не может...Мы уверены в этом -. Так писали редакторы Карпатской Руси. А в письме от 18 декабря Иван Савчак из Воли пишет своей сестре Марии Кинн в Кодейл, Пенсильвания. Письмо от 8 октября и помещено в газете карпатская Русь от 18 декабря: Наше житье до теперь было яко-тако, а теперь уж не знаме, як буде, ибо вшиткы села выго...до России. Уж больша частина людей выезж...Днесь вывожают Дальову и Нижню Волю, а в другый тыждень прийде очередь на Вышню. То есть велика бiда! Дождь лiе уж цiлый тыждень. На станции...чекати и по три тыжни под голым небом. Студень, голод, бiда, уж тифус ся людей чиплят. Не думайте, што може я вас обманываю. Люде повтiкали в лiса с скотом и дiтьмы, и зерно повывожали и...бiдуют по лiсам...Войско заберат с дому все, ...тильки найде, выбивают окна, разбивают пецы и палят села. Дуже надругаются над нашым...рускым народом -. А куда девались русские люди, которых гнали из родного края? Одних, как сказано в одном письме: распорошили по всей России -, а других поляки вывезли в западную Польшу на немецкие земли и там их рассеяли в разных местах, как пишут наши люди - на песках. При народной переписи им не разрешают записываться русскими, их всех записывают украинцами. Все это так. Все это было и приходится считаться с фактом, что галицкой Лемковщины больше нет и что Прящевщина осталась под Чехословакией и денационализируется. Что нам делать? Что мы можем делать? На что мы можем надеяться? Считать ли нам, что все пропало и опустить руки? Или же верить, что в будущем, более близком или более далеком, мы сможем все вернуть и добиться свободы для нашего народа? Мы не должны отчаиваться, но должны верить в лучшую будущность, должны верить в то, что наши лемки вернуться на свою родную землю и будут свободны. Что нам нужно для этого делать? Об этом нужно подумать и посоветоваться. Мы здесь, в Америке, пользуемся полной свободой и, что чрезвычайно важно, у Лемко-Союза имеется материальный фундамент, имеются дома, земли и тысячи членов. Эти члены не должны впасть в отчаянье, а должны продолжать работу с целью освобождения Лемковщины и возвращения всех лемков в родной край. Для этого нужна новая программа, основанная на новых фактах, которых основатели Лемко-Союза не предвидели. Мы им этого в вину не ставим. Они ошиблись, но все-таки созданная ими организация существует, и на этом фундаменте можно строить дальше и продолжать работу. Необходимо, чтобы те из наших людей, которые не потеряли еще своей веры в лучшую будущность нашего народа, серьезно подумали и посоветовавшись между собою, созвали руководителей всех местных отделов на совещание, на котором все они могли бы высказаться и принять новую программу, соответствующую переживаемому нами моменту. 1945г. А. Геровский А. Геровский. Конец Карпатской Руси? http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_639.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm Плач Лемковины http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm

Ять: Конец Лемковщины Свободное Слово Карпатской Руси, 1972, сент.-октябр. 9-10 (165-166), А. Геровский. Конец Лемковщины. обложка и с.10-11 Кресты и могилы - вот что осталось от родного края Вечная Память Соколики, Смольник, ТЪсна, Ветлина, Водя, Чертеж, Шкляры, Волковыя, Синява, Водица, Вислок, Яворник, Дубровка Русска, Лодина, Команча, Вороблик, Завадка, Кудяшне, Мокре, Горб, Дальова, Липовец, Черемха, Лупков, Щавне, Нижня Воля, Вышня Воля, Святковка, Станища, Незнайова, Перегримка, Яблоница, БЪлцарева, Яворье, Крампна, Граб, Перунка, Корожева Русска, Ожинка, Вышеватка, Тиханя, Дошница, Краска, СнЪтница, Камянка, Поляны, Берест, Мщана, Избы, Чарка, Брунары, Флоринка, Тыжява, Барвинок, ЧорнорЪки, Ольховец, Смерековец, Высова, Ждыня, Липка, Регетов, Рыхвалд, Новица, Лещины, Ропица Русска, Воловец, Шимбарк, Радоцина, Ганчова, Влихнарка, Гладышов, Устье Русске, Конечка, Зубрик, Жуг, Прислоп, Нова Весь, Воднарка, Жабова, Роздолье, Щавник, Ростока, Верхомля, Поворозник, Ястребик, БЪла Вода, Чорна Вода, Шаяхтова, Яворки, Криница, Лосье, Мушинка, Тылич, Мохначка, Дедюхов, Солотвина, Угрин Конец Лемковщины На прилагаемом рисунке названия части русских сел, которые были насильственно выселены из западной части Галичины, так назыаемой Лемковщины и отданы полякам для польской колонизации. Советское правительство разделило русский народ в Карпатах на три части: одну часть, восточную, оно взяло себе; Пряшевщину оно отдало Чехословакии; а галицкую Лемковщину - Польше. С панами в Праге и в Варшаве московские господа заключили договор, по котором руснаки из Лемковщины и из Пряшевщины могут добровольно переселиться в Советский Союз. Никто не спросил наш народ, чего он хочет. На Пряшевщине наших людей еще не трогают, но галицких лемков насильственно переселяют в Советский Союз. Гонят их как скот, в снег, в стужу и дождь на железнодорожные станции, и там они ожидают поезда под открытым небом по целым неделям, иногда и по пять недель. Во многих случаях их хаты разрушают и жгут целые деревни, дабы люди не могли вернуться домой. Из Лемковщины пишут, что вместо освобождения там теперь плач и рыдание и что пришел конец Руси на Лемковщине. Будем на страже и будем организовываться, дабы такая же судьба не постигла и Пряшевщину и всю Карпатскую Русь…(А. Геровский, 1945 год) Конец Лемковщины Д-р А. Геровский, лет 10 тому назад обратился со следующим словом к делегатам XII-го Сьезда Лемко-Союза: Братья лемки! Русские люди! Уже прошло больше четверти века с тех пор, как Ваня Гунянка и д-р Пыж создали при помощи выдающихся русских патриотов Лемковский Союз. Д-р Пыж умер несколько лет тому назад, а Ваня Гунянка если он еще жив, находится где-то в Советском Союзе, куда он уехал после последней войны. В свой родной край, Галицкую Лемковщину, он не попал потому, что ее забрали поляки и русских людей там уже нет. Цель Лемковского Союза была освободить Лемковщину от чужого господства, т.е. от поляков и от чехов. Вы все наверно еще помните большую карту Лемковщины, которую нарисовал Ваня Гунянка и издал Лемковский Союз за несколько лет до последней войны. Тогда эту карту можно было видеть на стенах в домах многих лемков. Вероятно и теперь еще эта карта у них сохранилась. Тогда наши лемки уповали на слова и обещания вождей, что в случае войны Россия победит и освободит всю Прикарпатскую Русь, в том числе и Лемковщину. А где теперь эта Лемковщина? Что с ней случилось? Свободна ли она? Что от нее осталось? Осталась только карта Лемковщины. А вся галицкая Лемковская Русь, теперь превратилась в пустыню, поросшую тернем и буряном. Как когда-то в 1945 году написала одна женщина, вывезенная в Советский Союз: Мы все надеялись, что нас русских людей, освободит Россия, а теперь тота Советская Россия освободила наш край от русского народа -. Газета Лемковского Союза - Карпатская Русь - в течение многих лет поддерживала в наших людях надежду на Россию, сперва галицкая Лемковщина, которую Сталин отдал полякам, будет автономным краем и впоследствии свободно сможет обьединится с Россией. Как вы все знаете, эта надежда не оправдалась и галицкая Лемковина уже не существует. Старые номера Карпатской Руси от 1944-1945 гг. наверно уже у кого нет и мало кто из Вас уже помнит, что в них было написано. Поэтому мы Вам приводим, как пример, точный текст того, что было напечатано в Карпатской Руси 7-го сентября 1945г. и 18 декабря того же года. В номере от 7 сентября редактор газеты напечатал свою отповедь тем читателям, которые начали отчаиваться и предвидели конец Лемковщины. Вот что было сказано в статье - Наша отповедь: - Наш лемковский народ в родном крае стал так же свободным, как все другие славяне: поляки, словаки, чехи и др. Лемки получили право на свободное переселение в свою национальную державу. Мы верим, что большинство лемков останется в своих родных селах. В новой Польше...наш народ будет пользоваться полной свободой...то значит, будет иметь право создать свой малый штат. Если народ того малого штата выразит желание соединиться со своими восточными братьями, то никто ему запретить это не может...Мы уверены в этом -. Так писали редакторы Карпатской Руси. А в письме от 18 декабря Иван Савчак из Воли пишет своей сестре Марии Кинн в Кодейл, Пенсильвания. Письмо от 8 октября и помещено в газете карпатская Русь от 18 декабря: Наше житье до теперь было яко-тако, а теперь уж не знаме, як буде, ибо вшиткы села выго...до России. Уж больша частина людей выезж...Днесь вывожают Дальову и Нижню Волю, а в другый тыждень прийде очередь на Вышню. То есть велика бiда! Дождь лiе уж цiлый тыждень. На станции...чекати и по три тыжни под голым небом. Студень, голод, бiда, уж тифус ся людей чиплят. Не думайте, што може я вас обманываю. Люде повтiкали в лiса с скотом и дiтьмы, и зерно повывожали и...бiдуют по лiсам...Войско заберат с дому все, ...тильки найде, выбивают окна, разбивают пецы и палят села. Дуже надругаются над нашым...рускым народом -. А куда девались русские люди, которых гнали из родного края? Одних, как сказано в одном письме: распорошили по всей России -, а других поляки вывезли в западную Польшу на немецкие земли и там их рассеяли в разных местах, как пишут наши люди - на песках. При народной переписи им не разрешают записываться русскими, их всех записывают украинцами. Все это так. Все это было и приходится считаться с фактом, что галицкой Лемковщины больше нет и что Прящевщина осталась под Чехословакией и денационализируется. Что нам делать? Что мы можем делать? На что мы можем надеяться? Считать ли нам, что все пропало и опустить руки? Или же верить, что в будущем, более близком или более далеком, мы сможем все вернуть и добиться свободы для нашего народа? Мы не должны отчаиваться, но должны верить в лучшую будущность, должны верить в то, что наши лемки вернуться на свою родную землю и будут свободны. Что нам нужно для этого делать? Об этом нужно подумать и посоветоваться. Мы здесь, в Америке, пользуемся полной свободой и, что чрезвычайно важно, у Лемко-Союза имеется материальный фундамент, имеются дома, земли и тысячи членов. Эти члены не должны впасть в отчаянье, а должны продолжать работу с целью освобождения Лемковщины и возвращения всех лемков в родной край. Для этого нужна новая программа, основанная на новых фактах, которых основатели Лемко-Союза не предвидели. Мы им этого в вину не ставим. Они ошиблись, но все-таки созданная ими организация существует, и на этом фундаменте можно строить дальше и продолжать работу. Необходимо, чтобы те из наших людей, которые не потеряли еще своей веры в лучшую будущность нашего народа, серьезно подумали и посоветовавшись между собою, созвали руководителей всех местных отделов на совещание, на котором все они могли бы высказаться и принять новую программу, соответствующую переживаемому нами моменту. 1945г. А. Геровский А. Геровский. Конец Карпатской Руси? http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_639.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm Плач Лемковины http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm

Ять: История Лемковины (Вдове) Ей верх Бескида, верх зеленого, Синя мгла, ей, синя мгла, Полонинойки залегла! Ходит вдовойка, глядеть сынойка, Ей встречать еи светле сонейко, Бог помогай, Бог, светле сонейко! - Боже, дай здоровя, бедне вдовице! А ты сонейко яснейко светишь, Яснейко светишь, далеко видишь, Ци сь не видало мого сынойка, Мого сынойка, ей Иванойка? - Нет, не видало, не не слыхало, Твого сынойка, ей Иванойка. Ой пошла она дале стежейков, Стречать же еи ясен месячок: Бог помогай, Бог, ясен месячок! - Боже, дай здоровя, бедне вдовице! А ты месячку высоко светишь, Высоко светишь, далеко видишь, Ци сь не видав мого сынойка, Мого сынойка, ей Иванойка? - Нет, не видав, не не слыхав, Твого сынойка, ей Иванойка. Ой пошла она дале стежейков, Стречать же еи ясна зорничка: Бог помогай, Бог, ясна зорничка! - Боже, дай здоровя, бедне вдовице! А ты зорничку высоко сходишь, Высоко сходишь, далеко видишь, Ци сь не видала мого сынойка, Мого сынойка, ей Иванойка? - Ой я видала, ой я слыхала, Твого сынойка, ой Иванойка. Ему сваткове - в лесе птачкове, Ему музыки - в лесе словеки, Ему женойка - дробна рыбойка, Ему дружина - воде лозина И.Ф. Лемкин. История Лемковины. Юнкерс, Нью-Йорк, 1969 Книга тота ест першым научным пособником з курсу Истории Лемковины, котра буде служыла для лемков в цiлом cвiтi, як провiдна звiзда для объединения и зцiления всiх нашых духовных и физичных сил в цiли нашого освобождения. Корыстати можут з ньой студенты, учкi, интелигенция, роботникы и газдове, бо материял ест написаний приступным лемковскым языком и шыроко ест высвiтлена доля нашого народа од найдавнiйшых часов аж до гнешнього дня. Лемковино моя люба, Мой ты земский раю. За тобом сердце тужит, О тoбi мечтаю 12. Народность Лемкы национально належат до великой родины славянско-русской. Название Русь было для них завсегда святым, а идея славянска лежала всегда глубоко в их сердци. Тож позоставали всегда в приязни зо всiми славянскими народами, а германца уважали завсегда за свого ворога. Сами называют себе Русинами, Русскыми, Руснаками, Лемками… 18. Лемковина сегодня Благодаря бандитским событиям, происшедших в Карпатах при конци другой cвiтвовой войны, а вытвореных украинскими и польскими националистами, в маю 1947 року насильственно выселено лемков из Карпатских гор и загнано их на западно-польскы земли. В тот способ лемкы утратили свою потом загосподаровану отчизну, свои хаты, свое господарство и цiлый свой маеток, на котрый трудилися цiлы поколiния. На мiсце лемков спроваджено осадников, рекрутующых з польскых безземельных мазуров, котры о проваджению горского господарства не мали зеленого понятии, а в додатку не были привыкнены до тяжкой працi. Были то люде по большой части свихнуты, чужым коштом и кривдом жиющы, без найменьшых засад етичных и моральных. Лемкы, оставляючи свои горы, полишили всю землю засiяну и засаджену. Осадникы прийшли на готове, штобы забрати працу лемковскых рук. В осени зобрали всьо з поля. Через зиму iли, пили, бавилися, а прийшла весна не было кому и не было чым поле засiяти. Необроблене поле зачало яловiти и пустiти. Замiст зерном и картофлями, зачало покрыватися сорняком и буряном. Меже осадниками настал голод. Президия громадскых и повiтовых Рад народовых были облiганы. Осадникы кричали: давайте запомогу, давайте хлiб, бо гинеме з голоду, лемковска земля не хоче родити – и т.д. Правительство давало осадникам на тот крик великы суммы титулом запомогы и на загосподарованье земли, основувало колхозы и державны господарства и докладало всяких усилий, штобы урухомити господарку, всьо то однак не мало жадного ycпixa, бо не стало людей, котры потрафили бы, як колиси лемкы, управляти горску землю. Як в каледойскопi осадникы змiнялися, на мiсце отходячых приходили иншы, але состояние господаркы не ишло до лучшого помимо асигнования правительством десяткы миллионов на тоту цiль. Лемковска земля завзято спротивилася новым господарям и не xoтiлa родити. Осадникы провадили рабункову господарку. Полишеный лемками мертвый инвентарь, як рольничы знаряды и машины, продавали, а коли не стало инвентаря, розберали будинкы и продавали або палили, вытинали сады, нищили огородженя и т.д. В протягу десятилiтной господаркы осадникы перетворили Лемковину на африканску пустыню, де што найлiпше 50% хат и будинков господарскых щезло из лиця землi, а ест много такых сел, што лишилося заледво кiлька хат, а и тоты понищены. Смутный вид представлят нынi Лемковина. Край тот пустый, вылюдненый, покрытый згарищами спаленых сел, а на тых згарищах, покрытых буряном, росплодилися здичены коты, гады и рiжне паскудство. Орны поля заросли лiсом, кряками и бодаками. Дорогы порозбиваны и зарослы кряками сут цiлковито нечинны. Кто хотiл бы зайти на Лемковину, то муciл бы сокыром торувати coбi дорогу, подiбно, як то робится в африканской джунглi, бо дiйствительно давны веселы лемковскы села перетворены на джунглю. Колиси по полях и лiсах розносился гармонiйный спiв лемковскых пiceнь и музыка лемковскых пищалок, а дкесь житье там замерло. Не чути спiву даже бiдной пташины ани рахтаня жаб, а только от часу до часу загучит вiтер преразливым скомлiньом, як бы хотiл высказати жаль за тым вciм, што колиси там было. Навет солнце не свiтит так ясно, як колиси свiтило, а Лацкова, Магура, Кичера и иншы окрыты мраком, штобы не смотрiти на тоту кривду, яка сталася на той земли... 19. Рефлексии Выселением лемков польске правительство допустилося едного из найбольшых злочинов над народом, якы мали мiсце в всемiрной истории. Народ спокойный, покорный, трудолюбивый, лояльный, братерский нелюдскым способом зостал потрактованый и вышмареный из свойой власной земли, из своих власных жилищ и позбавленый цiлого свого доробку, над котрым трудилися цiлы поколiния, а позбавленый всього, даже можности молитися на свойом родном языку, а розспорошеный по всix польскых западных землях, полишеный на произволь судьбы. Тота страшна трагедия народа, то кривда, взываюча о помсту до неба! Так заплатило польске правительство народу лемковскому за то, што он выслал на фронт тысячы иайлучшых своих сынов боротися за свободну Польшу; зато, што соткы лемковскых богатырей отдали свою жизнь в 6opьбi за польску державу! И хотяй теперь многы полякы бются в груди, признаются до свойой вины и до кривды, здiланой лемкам, сочувствуют их долi — а рiвночасно видят великы шкоды, якы внесла польска господарка через выселение лемков з их улюбленых гор, — но на поворот лемков на давни их мicця не хотят згодитися, што есть наглядным доказом их злой волi и причины, яком руководилися при выселению лемков. Сегодня найбольше болючым ест факт, што полякы зликвидовали историчну назву лемковской народности Русь, а трактуют штучном назвом украинец, перед котром десяткы лiт боронилися лемкы, коли ворогы тоту назву хотiли им нашмарити. Полякы не повинны забывати доктрины Ленина, котрый учил што тот народ, котрый гнобит другий народ, не може устоятися, а мусит пропасти... И.Ф. Лемкин. История Лемковины. Юнкерс, Нью-Йорк, 1969. 384с. http://lemko.org/books/index.html 108 Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_285.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm Плач Лемковины http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm

Ять: Ять пишет: Кресты и могилы - вот что осталось от родного края Вечная Память Соколики, Смольник, ТЪсна, Ветлина, Водя, Чертеж, Шкляры, Волковыя, Синява, Водица, Вислок, Яворник, Дубровка Русска, Лодина, Команча, Вороблик, Завадка, Кудяшне, Мокре, Горб, Дальова, Липовец, Черемха, Лупков, Щавне, Нижня Воля, Вышня Воля, Святковка, Станища, Незнайова, Перегримка, Яблоница, БЪлцарева, Яворье, Крампна, Граб, Перунка, Корожева Русска, Ожинка, Вышеватка, Тиханя, Дошница, Краска, СнЪтница, Камянка, Поляны, Берест, Мщана, Избы, Чарка, Брунары, Флоринка, Тыжява, Барвинок, ЧорнорЪки, Ольховец, Смерековец, Высова, Ждыня, Липка, Регетов, Рыхвалд, Новица, Лещины, Ропица Русска, Воловец, Шимбарк, Радоцина, Ганчова, Влихнарка, Гладышов, Устье Русске, Конечка, Зубрик, Жуг, Прислоп, Нова Весь, Воднарка, Жабова, Роздолье, Щавник, Ростока, Верхомля, Поворозник, Ястребик, БЪла Вода, Чорна Вода, Шаяхтова, Яворки, Криница, Лосье, Мушинка, Тылич, Мохначка, Дедюхов, Солотвина, Угрин 1. Остурня. 2. Великий Липник. 3. Фільварки. 4. Камінка. 5. Літманова. 6. Біла Вода. 7. Чорна Вода. 8. Явірки. 9. Шляхтова. 10. Орябина. 11. Крампах. 12. Мнишок. 13. Сулин. 14. Старуня. 15. Легнава. 16. Орлів. 17. Уяк. 18. Матисова. 19. Жеґестів. 20. Злоцьке. 21. Жубрик. 22. Велика Верховня. 23. Мала Верховня. 24. Криниця. 25. Тилич. 26. Нижня і Вижня Мохначка. 27. Нова Весь. 28. Ростока. 29. Матиєва. 30. Лабова. 31. Руська Королева. 32. Богуша. 33. Бинчарева. 34. Фльоринка. 35. Нижні і Вижні Брунарі. 36. Чорна. 37. Снітниця. 38. Чертіжне. 39. Бересть. 40. Чирна. 41. Баниця. 42. Ізби. 43. Білична. 44 Вафка. 45. Лосє. 46. Білянка. 47. Шимбарк. 48. Рихвальд. 49. Руська Ропиця. 50. Велика і Мала Мацина. 51. Розділля. 52. Бондарка. 53. Цеклинська Воля. 54. Устє Руське. 55 Новиця. 56. Маластів. 57. Пантна. 58. Бортне. 59. Смерековець. 60 Ганьчова. 61. Висова. 62. Блихнарка. 63. Нижний і Вижний Регетів. 64. Вірхне. 65. Баниця. 66. Гладишів. 67. Крива. 68. Радоцина. 69. Граб. 70. Оженна 71. Воловець. 72. Ростайне. 73. Святкова 74. Клопітниця. 75. Перегримка. 76. Березова. 77. Скальник 78. Кути. 79. Дошниця. 80. Крампна. 81. Мисцова. 82. Гирова 83. Поляни. 84. Вільховець. 85. Мшана. 86. Теретяна. 87. Тилява. 88. Смеречне. 89. Тихання 90. Риманівська Завадка 91. Волоський Королик. 92. Балутянка. 93. Вілька. 94. Ладин. 95. Королівський і Шляхетський Вороблик. 96. Босько. 97. Яслиська. 98. Липовець. 99. Суровичні Поляни. 100. Вижня Воля. 101. Яселко. 102. Суровиця. 103. Дарів. 104. Великий Вислік 105. Карликів. 106. Старе Загіря. 107. Великополе. 108. Куляшне. 109. Кальниця. 110. Щавне. 111. Туринське. 112. Явірник. 113. Команьча. 114. Чистогорб. 115. Лупків. 116. Чорноріки. 117. Красна. 118. Бартківська Воля. 119. Ріпник. 120. Петрушева Воля. 121. Опарівка. 122. Бонарівка. 123. Гвіздянка. 124. Яківяни. 125. Черче. 126. Ястряб. 127. Київ. 128. Лівів. 129. Ґольцьова. 130. Знаків. 131. Курів. 132. Луків. 133. Кружлів. 134. Фричка. 135. Петрова. 136. Цеголка. 137. Вижні і Нижні Товарожці. 138. Комлоша. 139. Бохерів. 140. Варадка. 141. Нижний Орлик. 142. Вижний Орлик. 143. Мирошів. 144. Кешківці. 145. Кружлівка. 146. Вапенник. 147. Бодружал. 148. Крайнянська Чорна. 149. Доречне. 150. Чертіжне. 151. Калинів. 152. Габурь. 153. Борів. 154. Межилаборці. 155. Чабини. 156. Пстрина. 157. Збійне. 158. Свиндик. 159. Синів. 160. Рудавка Риман. 161. Тарнавка. 162. Вислочок. 163. Одрехова. 164. Пулави. 165. Сенькова Воля. 166. Заршин. 167. Новосільці-Ґнєв. 168. Дубрівка. 169. Чертеж. 170. Трепча. 171. Вільхівці. 172. волоська Тирява. 173. Улюч н. Сяном. 174. Шляхотська Добра. 175. Іздебки. Юліян Тарнович. Ілюстрована Історiя Лемкiвщини. 1936 http://lemko.org/books/IIL/index.html

Ять: История Лемковины 1. Племенне похождение и етнична принадлежность Лемков Лемкы принадлежат племенно до великой славянской родины. Славяне выступают на свiтовой aренi ище в часах перед Рождеством Христовым. О них згадуют греческы, римскы и сырийский историкы, як Геродот, Птоломей, Плиний, Тацит, Прокопий з Цезареи, Йоан з Ефезу и другы. 3 их жерел довiдуемеся, што уже в тых часах славяне дiлилися на двi племенны группы, западну и восточну и занимали территории над рiками Днiпром, Днiстром, Бугом, Вислом, Одром и Лабом. 3 часом вытворилася третья группа полудневых Славян. Уже в I ст. нашой еры славяне были сильным народом и начали подбивати сусiдны народы, а в слiд за тым пересуватися в другы стороны, передовсiм на полудне. Через Браму Моравску и Карпатскы просмыкы переходили в область теперiшных Чех, Морав и Словакии. Напад Гунов в IV ст. на римску империю, котра начала хилитися до упадку, отворил славянам дальшу дорогу на полудне. В V ст. заняли они на стало Полабщину, Моравы, котлину чешску и Панонию, а часть из них посунулася аж на побереже Дальмакии, околиц наддунайскых и Балкан. В добi тых переселений и политичных потрясень наступило перегруппование цiлой Славянщины и уформувалися три головны группы, котры сталися основом дальшого их розвития. Группа полуднева, котра повстала из группы восточной, при малой домiшкi чужого елементу вытворила народность болгарску, а при домiшкi елементу западных славян вытворила родность сербску, хорватску и словенску. 3 группы западных славян вытворилися двi группы, а то полуднево-западна и ciвepo-западна. Славяне полуднево-западной группы занимали территории на полудне от Судетов и Карпат, над рiками Моравом и Дiном. В VII ст. повстала на той территории держава Самона, а в IX ст. держава Моравска, с великым уровньом культуры, знана Великими Моравами, сягаюча поза Карпаты. Держава Моравска пала ударом мадьяров, народа кочуючого, угро-финского походжения, котрый из подуральской Башкирии переселился в VI ст. на чорноморскы степы, а с початком X ст. занял розбойом низину над Дунайом и Тисом. Друга группа полуднево-западных славян осiла над рiками Лабом и Велтавом. На той территории в IX ст. повстала держава чешска. До группы сiверо-западной належали славяне Полабскы, котры дiлилися на 3 меньшы группы, а именно сербску (меже Сальом и Шлеском), ободрыцку (меже Лабом а Балтиком) и велецку (меже Одром а Варнавом). Словянщина восточной группы числила 10 отдiльных территорий племенных. Были то велики племена або политичны звязи малых племен. Над Бугом сидiли Бужане (Волынян) и Дулiбы, над Припецьом Деревляне, над Богом и Днiстром Уличы и Тыверцы, коло Киева Поляне, над Десном Сiвержане, на Полесю Дреговичы, над Сожом Радимичы, над Оком Виятичы, над Двином, Днiпром и Волгом Крывичы, над озером Ильмен Новгородцы, над Полотом Полочане, над горiшным Днiстром, Сяном и Вислоком Хорваты. Осередком державной организации была русская земля з начальным городом Киевом и другыми городами, як Чернигов и Перияслав. В X ст. русска держава была найбольшом и найсильнiйшом политичном организациом восточной Европы. Насуватся вопрос, где належит глядати предков нашой обездоленной Лемковины среди того великого моря славянскых племен и их групп? 3 браку историчных жерел в истории Лемковины не всьо дается выпровадити з сторичном певностью. В виду великого руху Славянских племен можна догадатися, што лемковский народ формовался из кьлькох племенных групп. В чaci переселюванязя Славян на полудне через Карпатскы просмыкы напевно якаси часть переселенцев оставалася в Карпатах и тут започаткувала свое организацийне житье. Деякы учены и историкы, як Шафарик, Барсов. Войцеховский и другы доказуют, што на пространствi по обох боках Карпат, меже жерелами piк Днiстра, Сяну, Бiлой, Вислы и притока Тисы, давно мешкало словянске племя Хорваты, або Бiло-Хорваты. Русский лiтописец Нестор также зачислят Хорватов до славянского племени. В р. 981 киевский князь Владимир Великий отправился на Польшу, одобрал от них Червенскы городы (Червона Русь) и прилучил их до Киевской Руси. Земля Хорватов стала перед ним отвором. В р. 993 отправился воином против Хорватов и прилучил их до свойой державы. Так наводит в свойой лiтописи Нестор. На той основi учены твердят, што Лемкы походят от старославянского племени Хорватов, котры колиси замешкували недоступну область нынiшньой Лемковины. С часом часть Хорватов выемигрувала из Карпат, перешла через Дунай и поселилася в нынiшньой Хорватии, заховуючи свою родову назву, яку принесла из Карпат. Друга их часть, котра лишилася в Карпатах, под влиянием русской культуры утратила свою племенну назву, а приняла вспольну назву вcix племен, належачых до Киевской Руси. Есть нынi учеными пpoвipeне и стверджене, што Лемкы замешкували найбольше недоступну частину той области, яка в X ст. была знана под назвом Хорватии або Бiло-Хорватии, и што по причинi горской недоступности задержалася их языкова и звычайова обособленность, — што предкы нынiшных Лемков належали до тых словянскых племен, у котрых под влиянием державной организации за княжой добы принялася и заховалася русска культура, а з ньом и назва Русь, русский, русин, руснак, до якой признаются нынiшны лемкы, — твердили, што предки теперiшных лемков были на протягу свойой истории духовно и етнично сильном частьом великого русского народа. Потомкы давных лемков заховали таку жизненну силу, што потрафили засимiлювати деяку сколькость нiмецкых, волоскых и козацкых поселенцев, котры знашли coбi пристанище в недоступных лемковскых горах... 29. Национальный вопрос и украинский сепаратизм От зараня истории население Лемковины зачислилося до великой славянской родины, а свою народность называло всегда русском. Назва Русь, русский, русин, руснак по сегедняшный день ест стислозлучена з лемковскым народом, а сохраняна, яко найбольша святость. Лемковина ест племенном вiтвом великого русского народа, занимаючого великы просторы земного шара. На пространствi истории Лемковина, як и прочи жители Карпат, часто приходила под назвом Карпатска Русь або Прикарпатска Русь на означение так народности, як и территории, яку занимала. За сохранение историчной назвы Русь Лемкам приходило часто боротися, а даже приносити жертвы житья, бо врагы старалися рiжными способами выдерти им тоту назву, а насадити иншу, штобы тым способом отъокремити их от прочого русского народа. Што до походжинья назвы Русь, учены ставляют рiжны теории. Загально говорится, што слово Русь принесли нам Варягы, а слово Росс походит от греков. Але деякы учены твердят, што назва Русь существовала на Руси ище в VIII ст., то ест перед появлениемся варягов. В доказательство напроваджуют назвы многых сел и piк, в якых выступат корень росс. Иншы знов учены соглашаются з гипотезом похождения Руси от скандинавского слова dros, котре означало дружина. Они твердят, што Нормане, якы появилися на Руси в IX ст., одограли поважну ролю в организации русскых племен в державу. Еден з Норманов Рюрик одограл керовничу ролю в организованию державного центра в Новгородi. Прихильникы той теории утверждают, што с початку Русь говорили на дружину князя и його родину, а позднiйше на племя, а в конци назва Русь перейшла на вci восточно-славянскы племена и на территорию, на якой они мешкали. Они наводят факт, што фины звут шведов до сегодня Ruotsi, што означт берег або побереже. Назва Русь, а з ньом и народ, котрый том назвом был наименований, в огни и крови загартованый перетревал по нынiшный день. Купала його в крови и палила огнем польска шляхта. Xотiл ей стерти из лиця земли герман, але найстрашнiйшым ей палачом был ей родный брат — выродок, украинский самостiник, котрый за юдин грош пошол на службу врагам и з ворогами уживал вcix способов, якых подсувало йому пекло, штобы назву Русь стерти из лиця земли, а з назвом и народ. Великий гетман козацкий и русский патриот Богдан Зиновий Хмельницкий в р. 1654 привел до соединения Малой Руси з Великом Русью. Штобы тото соединение знищити и народ русский роздiлити на два таборы, другий гетман, котрым был польский шляхтич Иван Мазепа, в р. 1709 здрадил Петра Великого, котрому присiгал вiрность и в битвi под Полтавой перешол з цiлым козацтвом на сторону врага шведов. Марный был конец Мазепы, згинул, як гине каждый здрадник. Слiдом Мазепы пошли многы малоросы. От того походит и назва мазепинец, т.е. здрадник русского народа. От часу здрады Мазепы роспочинатся в Державной Руси свого рода антагонизм меже Великом, а Малом Русью, котру перекрещено на Украину. Назва Украина означала первоначально пограниче, пограничну краину або окраину, т. зн. русску территорию, лежачу на краю державы. Словом Украина означувано пограничны земли в отношению до державного центра на Руси. Была то назва исключительно территориальна, географична. С часом назва тота поширилася дальше и на землю Киевску, Полтавску, Харковску, а по части к Черниговску, але все в значению территориальном, а не национальном. Но словом Украина николи не называно ни Подоля, ни Волыня, ни Холмщины, а тым меньше Галицкой, Буковинской и Угорской Руси. Ище в чaci першой световой войны русский солдат, походящий из Харковщины, на вопрос, кто он такий, отвiчал: я есьм малоросс из Украины. Всюда народ зачислял себе до народности русской. Киевщина, теперiшня правдива Украина, всегда называла себе Русью, русском земльом. В Киевi володiли русскы князi. Из Киева пошла русска государственность и русска вipa по всей Руси. Из Киева ишло русске письменство и русске просвiщение. Киев назывался матерью русскых городов. Назва Украина ест позднiйша и лем льокальна назва, так, як у нас Лемковщина, Гуцульщина, Холмщина. Украина ест только частью русскых земель. Она ест нам дорога так, як и другы назвы русскых земель. Оттамаль рекрутовалося славне козацтво, котре стояло в оборонi поневоленого народа и його вiры. Но слово Украина не може быти назвом для вcix малорусскых земель, а лем тоту часть, котра лежит на пограничу, на краю державы, до котрой належит. Не отповiдна то назва для цiлого краю або цiлого народа. Для врагов русского народа то неважно. А важном для них ест их цiль, штобы розъединити русский народ, выэвати меже ним борьбу и ненависть, а тым його ослабити и coбi покорити. На жаль, на наше несчастье нашли вороги среди нашого народа заслiпленных, корыстолюбивых и честолюбивых людей, котры, подобно як Мазепа, за юдин грош, начали отказоватися от имени Русь, русский, русин, а пошли на завзяту борьбу против своих родных братьев, а тым самым и против интересов свого власного народа. Ходило врагам передовым о то, штобы назву Украина, украинский, дотеперь в значению территориальном, перемiнити на назву национальну, назвати весь малорусский народ украинскым народом и тым способом розъединити Русь и спричинити на Руси национальну борьбу або иншыми словами puscic Rusina nа Rusina. Найбольшыми врагами показалися: шляхта польска, австрийске правительство и Германия. Уже в р. 1848 галицкий намicтник Стадион для австрийскых русинов перемiнил народну назву з русской на рутенску (nicht Russe, russisch sondern Ruthenen, ruthenisch). Польский генерал Мирославский в р. 1863 взыват Поляков до борьбы словами: Rzucmy ognie i bomby na Dniepr i Don w samo serce Rusi, niech niszcza, pustosza I gubia Rus. Wuwolajmy spory i walki miedzy samym ruskim narodem. Niech siebie niszcza wlasnymi pazurami, a my tymczasem wzrosniemy i wzmocnimy sie. Тоты бомбы и oгнi скоро впали на русску землю. В р. 1891 австрийска держава привела до житья украинску партию. В р. 1892 впроваджуе до русского письма фонетику и насильно форсуе ей в школах и урядах. Постепенно впроваджуе термин украинский на мicцe русского. А штобы науково опертися о тот термин, поручатся профессору гимназии Михаилу Грушевскому написати историю Украины з обiтницьом його авансу на унивсрситетску катедру. Грушевский мозолится над историйом и по якомси чaci выдае ей друком. Характеристичне обстоятельство ест той истории. Грушевский первоначально выдал на русском языкi Историю Руси, в котрой не споминае даже о украинском народа, а лем о русском. То было перше выдание його истории. За якийси час выходит друге выдание на малорусском языкi - История Руси—Украины, в котрой придержуеся термину русский, взглядно малорусский, а в скобках добавлят украинский. В конци выходит в р. 1898 третье выдание уже История Украины, в котрой термин русский замiненый на украинский. Таку фазу переходила история Грушевского. Bci еднак историкы остро скритиковали тоту историю, яко ложну. Министр бывшого нiмецкого парламента Альфред Розенберг назвал ей байком XX столiтия, а член Государственной Думы В. Шульгин выразился: То найбольша ложь-брехня столiтия. И в самой рiчи история Украины Грушевского - то история здрады, крутарства, роздору, вражды и найбольшого несчастья меже своим народом. Зрештом сам автор в едном замiчанию в той истории признаеся: Понеже мы не можеме приняти повicтей Киевской Летописи, а иншых жерел у нас нiт, то початкова история Украины остаеся незнаном -. Тым самым признаеся Грушевский до фабрикования истории. Грушевский, не дочекался катедры на университетi, а за свою дьявольску роботу тяжко отпокутувал. Скончил свое житья в тюрьми, пострадавши перед тым взор. Галицкий намiстник граф Голуховский писал в едном документi до Вiдня: Потреба и мусится зробити рiжницю меже языком и письмом галицкых малороссов и русскых в России -. Из тых слов видно, што рiжницi не было, если таку рiжницю треба было робити. И помимо сильного протеста галицко-русского населения австрийске правительство приказало в 1892 р. впровадити фонетику до всiх школ и урядов. Тым способом хотiло показати, што галицкий язык, якова учат в школах, не ест русский, бо мае иншу правопись и слова инакше пишутся и выговорюют, як в русском литературном языкi. Тым способом австрийцы хотiли затерти у русскых галичан сознание их родства з остальным русскым народом и лекше наклонити их до сепаратизма. Впровадженье фонетикы до малорусской правописи потягнуло за собом нежелательны послiдствия и по той причинi, што фонетика отдаляла от общерусской книжкы и литературы, а также утрудняла читанье церковных книг. Вредность фонетикы заприметил П.А. Кулиш, котрый перший на Украинi зачал употребляти фонетикы, от його имени позднiйше названой Кулишовском и в укр. газетi Правда, выхдящой во Львовi пометил таке заявление: Заявляю, що коли ляхы начнут писати моею правописью на означенье нашого роздору з Великою Русью, коли наша фонетична правопись буде выставлятися не яко подмога народови до просвiты, а яко знамя нашой русской piжницi, то я стану писати етимологичною правописью -. Фонетична правопись уживана на малорусскых землях в России не была шкодливом, бо там в школах учено русского литературного языка и етимологичной правописи, часто была даже полезна в уживанию ей простым народом. Haтомicть на галицкой земли она была вредна, бо служила врагам на нищенье русского народа. То была една из тых бомб, якы генерал Мирославский казал полякам шмарити на русский организм. На подобных условиях як Грушевскому, поручано тогда профессору Емилияну Огоновскому составити украинску грамматику, а Смаль-Стоцкому читанку и учебник укранской литературы. В учебникы школьны слово Украина, украинец, украинский впроваджувано постепенно. В першом изданию учебников ужито термин русско-украинский, в другом перемiнено порядок того выржения на украинско-русский, а в третьом выданю полишено лем термин украинский. Подобно, як фальшовал историю Грушевский, так фальшовал вci учебникы до наукы. Под покровительством Австрии и Германии, а под руководством польской шляхты партия украинска росла на лжи и облудi. Извiстны нам случаи, як австрiйцы и германцы зберали у себе военноплiнных малороссов в особных лаграх, где их учили и вмавляли в них, што они не русскы, а належат до особного украинского народа, котрый повинен мати свою отдiльну державу. Такых военноплiнных они лучше кормили, одiвали в специальны мундуры, а выучивши их на агитаторов отправляли их в Россию. Австрийцы и германцы всякими способами помагали будувати самостiйну Украину и поддержували ей, як при центральной радi, так и при гетманi Скоропадском. В дiлi украинского сепаратизма наведу слова галицкого украинця А. Камiнского, котрый в свойой бpoшюрi (Галичина Пiемонтом) тверезо и реально розберат и освiтлюе русско-украинский вопрос: В сепаратизмi Украины (говорит) заиитересованый головно польский елемент правобичной Украины и ей головны пионеры украинского вызволения. Се выдаеся трохи дивным, але так оно ест. Правобiчнi полякы чувствуют, розумiют, що Польша аж до Днiпра и до Чорного моря неможлива. Еслиб на Правобiчью хотiли хоть здалека будувати Польшу, скрiпили б тiлько антипольски тенденции. Они стараются тому всiма силами будувати Украину, роблячися украинскими патриотами. Они знают, што украинска держава утвердила б позицию и забеспечила бы истнованье Польши. Украинска держава мусiла би купатись у всix интригах i пiдлягати им, шоби устоятись против России. Кто в даных обставинах бажае будувати Украину поза межами России, той будуе не Украину, а Польщу -. На Лемковину украинский сепаратизм вдерался посредством украинскых священников, котрых надсылано тут не так для голошения слова Божого, як радше для пропаганды украинского самостiйництва. Народ скоро познался на вовках в овечой cкоpi и кромi малого числа слабшых единиц, твердо стоял на грунтi русскости, заховуючи по нынiшный день свою народну честь и вiрность своим заветам. И.Ф. Лемкин. История Лемковины. Юнкерс, Нью-Йорк, 1969. 384с. http://lemko.org/books/index.html 108 Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_285.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Я Русин был, есмь и буду http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_715.htm Плач Лемковины http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_521.htm

Ять: Путями истории Вышла из печати новая книга издательства Свободного Слова Карпатской Руси: Путями Истории Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни Под редакцией Олега Алексеевича Грабаря Том I В предисловии к этой книге сказано: Федор Федорович Аристов, профессор московского университета, великий друг карпато-русского народа, исследователь культурной жизни русских на Карпатах, писал 25(12) Декабря 1928 года правлению Русского Культурно-Просветительного Общества имени А.В. Духновича (в Ужгороде), между прочим, следующее: Все книжки, посвященные общерусскому национально-культурному единству и врагам его сепаратистам (проф. И.И. Лаппо, Н. Павловича, д-ра Каминского и Валерия С. Вилинского) очень интересны, хотя не дают исчерпывающего ответа на поставленные вопросы. В дальнейшем было бы не только желательно, но и прямо необходимо, вместо издания брошюр отдельных авторов, выпустить большой коллективный труд — Общерусское национально-культурное единство на основании данных науки и жизни, где весь материал расположить по отделам…и в каждом из них, после кратких вступительных очерков, перепечатать мысли авторитетных людей, отстаивающих единство русского народа. Этот труд явился бы настольной книгой, незаменимым справочником своего рода национальным катехизисом для каждого мыслящего русского человека - Карпатский Свет, Ужгород, N2-3, 1929 Изданием этой книги и дальнейших томов мы исполняем желание проф. Ф.Ф. Аристова… Свободное Слово Карпатской Руси (ежемесячный карпато-русский журнал под редакцией Михаила Туряницы). ССКР, 1977, сент.-октябр. 9-10 (225-226) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977 Оглавление Глава I. Русский — русин — руснак Проф. Г. Геровский. О слове русин 5 Проф. Г. Геровский. К вопросу о значении названия руснак 7 Глава II. Галицкая Русь И. Наумович. О Галицкой Руси 13 А. Геровский. Опришки 19 А.К. Толстой. Роман Галицкий (стихотворение) 25 М.Ф. Глушкевич. Памяти Гоголя (стихотворение) 26 А.Г. Быковник. И.И. Терех 27 Сергей Лесной. Рецензия на книгу 55-летней давности 29 Глава III. Украинизация южной и западной Руси А. Геровский. Галлерея украинских вождей в Австрии (Украинские вожди в Буковине перед первой мир. войной) 1. Степан Смаль-Стоцкий 31 2. Микола Василько 35 А. Геровский. Украинизация Буковины 45 И.И. Терех. Украинизация Галичины 51 Глава IV. Душа народа Михаил Прокоп. Два письма 61 Борис Башилов. Правда о русском народе 64 Василий Головин. Письмо честного украинца 68 Василий Головин. Второе письмо честного украинца 74 Сергей Лесной. Карпаторус или украинец 80 Петр Кавацин. Из письма честного галичанина 84 Александр Котомкин. Родине (стихотворение) 85 Олег А. Грабарь. Жива ли Русь (стихотворение) 86 Архиеп. Савва. Письмо в редакцию журнала Свободное Слово Карпатской Руси 88 Проф. Г. Геровский. Наша народная песня 89 Глава V. История Карпатской Руси Сергей Лесной. Вместо вступительной главы к истории Карпатской Руси 92 Проф. Г. Геровский. Время заселения южных склонов Карпатских гор нашим народом 95 Проф. Г. Геровский. Происхождение предков нашего народа 100 Юрий Миролюбов. Письмо в редакцию Свободного слова Карпатской Руси 105 А. Геровский. Конец Карпатской Руси? 107 Светозар Гурбан-Ваянский. Что за шум и крики (стихотв.) 114 Глава VI. Вековая борьба с Римом А. Геровский. Уния в Карпатской Руси 116 Иван Лукаш. Поп Андрелла 136 А. Геровский. Иза и Сиготский процесс 140 Инок Алексий (Дехтеров). Как началось восстановление православия на Закарпатской Руси 150 Н. Упоринец (Н. Колоколов). Русская вера в Карпатах 158 А Нельской. На пряшевской дороге летом (стихотв.) 170 Глава VII. Культурно-политические деятели Закарпатской Руси Проф. Г. Геровский. Балудянский и его деятельность в России 171 Проф. Г. Геровский. Арсений Коцак, уроженец Буковца и его Грамматика русская 1788 года 174 Ю. Демьянчнк. Юрий Венелин в русской науке и литературе 177 Проф. Г. Геровский. А. Кралицкий и его лит. деятельность 179 Проф. Г. Геровский. А.И. Добрянский и его время 181 А. Духнович. Духнович о себе 187 Доц. А. Шлепецкий. Народные будителн Закарпатской Руси после 1848г. 191 Проф. Г. Геровский. Художник Игорь Грабарь, уроженец Пряшевщины 196 Д-р Евгений Недзельский. Литературные заметки 199 Глава VIII. Мы и униатсво А. Геровский. Рим наш враг 204 П. Панин (П. Соколов). Рим 212 Михаил Попович. Не забудьте (стихотворение) 213 Глава IX. Карпатская Русь и Чехословакии А. Геровский. Как Карпатская Русь была присоединена к Чехословакии 214 Глава X. Карпатская Русь в чешском ярме А. Геровский. Карпатска Русь в чешском ярме 227 Василий Сочка. Доля (стихотворение) 259 Глава XI. Древняя Русь Сергей Лесной. Русь, откуда ты? 261 Сергей Лесной. Об истоках Руси 266 Юрий Миролюбов. История Руси 270 Юрий Миролюбов. О нашей древней истории 272 Евгений Фенцик. Русский народ (стихотворение) 274 Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.2, 1979 Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. 303с. (РГБ Тим 3-4/1-205); Т.2. 1979. 290с. (РГБ А 78/94) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Г. Геровский. О слове Русин. ССКР, 1973, янв.-февр. 1-2 (169-170), с.2 Слово Русин есть древнерусское обозначение русского человека в единственном числе, по тому же образцу и с тем же окончанием -ин, как и другие названия людей в ед. ч. по признаку народности: Гречин, Литвин, Угрин, Чудин, и т.п. Ср. в договоре Киевского князя Олега с Греками 912 года: аще полоняник обою страну держи (м) есть или о (т) Руси или о (т) Грек продан в ину страну, еже обрящеть(ся) или Русин или Гречин, да не куплять и взвратять искупленое лице в св(о)ю страну - (Ипатьевский список Начальной летописи под указанным годом). В договоре Игоря с Греками 945 года: Ащели ключится украсти Русину о (т) Грек что или Гречину (от) Руси, достойно есть да взврати(т) не точию едино, но и цену его (там же, под 945 годом). В договоре Смоленского князя Мстислава Давидовича с Ригою 1223 года: Русину не звати Латина на поле бится (ошибочно написано битвся) у Русской земли, а Латинину не звати Русина на поле битося (вместо - биться) у Ризе и на Готском березе (Хрестоматия Буслаева, 3 изд., стр. 132). В Суздальской летописи по Лаврентьевскому списку повествуется о татарских зверствах в Курской и Воронежской волости под 1263 годом:...а что изимано людей черны (х) и з женами и з детми, то все попровадил прочь. А трупья бояр те(х) повеле по деревью извешати, о(т)имаяголову и правую руку. И начаша бесурмене вязати головы боярскые к тороко(м), а рукы вкладоша в судно, вставиша на сани Чернысе Русину и поидоша от Ворогла. И пришедше в село в Туров, и хотеша послати по земля (м) головы и рукы боярскые, ино некуда послати, зане вся волость изимана. И тако пометаша головы и рукы п(с)ом на изьедь (Полное собрание русских летописей, 2 изд., 1, 2, с.481). Черныха (а не Черныса, как читаем в Указателе, приложенном к изданию летописи) назван Русином в противоположность встретившимся с ним Татарам, и это не прозвище (тем более не фамилия), а название народности (относительно чего в Указателе тоже неясность). Сравнивая эти известия по месту написания, видим, что название Русин употреблялось как в древней Киевской Руси, так на Смоленщине и в Курско-Воронежской волости (- нынешней южно-великорусской области), т.е. являлось названием общим. Великорусы и позднее его употребляли, говоря о себе. В Хождении в Индию (за три моря) Тверского купца Афанасия Никитина (1466-1472гг.) читаем: И язь грешный привез жеребца в Индейскую землю, дошел семи до Чюнеря...А в том Чюнере хан у меня взял жеребца, а увидел, что язь не бесерменнн, Русин, и он молвит: И жеребца дам да тысячу золотых дам, а стань в веру нашу в Махмет-дени; а не станет в веру нашу в Махмет-дени, и жеребца возьму и тысячу золотых на главе твоей возьму (Буслаев, ук. соч., с.214); правописание подновлено Буслаевым. Тверская область, в то время древнерусское Тверское княжество, принадлежит ныне в большей своей части к северно-великорусскому наречию, в связи с чем нужно заметить, что на глубоком севере (например в Олонецком крае), северный Великорус, по свидетельству описаний путешественников (мне теперь недоступных), до сих пор говорит о себе: Я здешний Русин. Слово Русин во всех помещенных выше примерах употребляется лишь в единственном числе, а множественным числом к нему служит в древне-русском собирательное Русь. Например, в договоре с Греками Игоря 945 года: Входя ж(е) Русь в Город (- Константинополь), да не творя (т) пакости и не имеють власти купити паволок, лише по пятидесят золотник (Ипатьевский список Начальной летописи). В договоре Смоленского князя Мстислава 1229 года: Урядили пак мир, како было любо Руси и всему латинскому языку, кто то у Русе гостить (Хрестоматия Буслаева, 3, с.132). В суздальской летописи по Лаврентьевскому описку под 1284 годом: Два бесурменина идоста ис свободы в другую свободу, а Руси с нима боле 30 ч(е)л(о)в(е)к (Полное собрание русских летописей, 2 изд., 1, 2,481). Иногда множественное число заменяется в древне-русском и выражением русьстии людье, как и в современном русском языке (русские люди). Так например, пишет игумен Даниил в своем Хождении в Иерусалим (ок. 1112 года): Мне же худому Бог послух есть и святый Гроб Господень и вся дружина моя, Русьстии сынове, и приключишася тогда Новгородци и Кыяне: Седеслав Иванович, Горослав Михайлович, Кашкыча два и инии мнози, иже сведеють о мне и сказании (Буслаев, ук. соч., стр. 71). Из этого выражения, употребительного уже в древнерусском, выделилось, как известно, с пропуском существительного, современное, обычное в русском литературном языке название Русский, Русские Свободное Слово Карпатской Руси (ежемесячный карпато-русский журнал под редакцией Михаила Туряницы) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm

Ять: К вопросу о значении названия руснак Проф. Г. Геровский. К вопросу о значении названия руснак В Братиславском журнале "Kulturny Zivot" (N21 от 25 мая 1957) была помещена статья Петра Раткоша „О понятии Руснак" ("О pojme Rusnаk"), в которой автор высказывает мнение, что это не этноним (название народности), но „кличка принадлежащих к восточному обряду", которая „имеет презрительный оттенок". С таким объяснением и со способом, как старается обосновать свое толкование автор, невозможно согласиться. Для того, чтобы объяснение этого названия было правильно, необходимо прежде всего начать с того, что находим относительно названия Руснак в словаре Бернолака (Slowar slowenski, IV, Будин 1828): Rusnak v(id) Rus, Rusnacka v(id) Ruska, Rusoacki, adj. v(id) ruski, a на стр. 2851: "Rus n. Russus, Ruthenus, ein Russe, orosz, myszka". Из этого видно, что название Руснак считалось в словацком языке того времени этнонимом (названием народа) и употреблялось для обозначения не только населения края на юге Карпатских гор, известного в то время под названием Угорской Руси, но и всего русского этноса вообще. Притом вероятно, что из этих двух упомянутых у Бернолака названий, нужно название Руснак считать первоначальным в словацком языке, между тем как синоним Rus был заимствован из чешского подобно тому, как позднее было заимствовано в словацкий язык название Slovan (=Славянин ) для более точного обозначения этого понятия. Дело в том, что еще в первой половине XIX столетия термин „Словак" употреблялся в словацком не только в нынешнем значении „Словака", но и в смысле „Славянина". Ср. у Бернолака (Slowar, III, 3010): "Slowаk m. Slavus, ein Slave, Slawack (!), toth...2) Slavinus, Slavonicus, ein Slavonier, Toth, Horvаth." — "Slowenski, a, e adj. slavus, slavicus, toth. 2) Slavinus, Slavonicus, alavonisch, toth, horvath; boh.(emice) slovanski". Бернолак, как видно из этого, приводит это название (Slovansky, Slovan) как чешское. В словацких журналах штуровского времени slovenski обозначает одинаково „словацкий" и „славянский". Названия "Rus" и „Slovan" были, следовательно, заимствованы из чешского. Название Руснак имеет свою историю. Прежде всего нужно иметь в виду, что с тем же самым суффиксом -ак встречаемся и в названиях двух соседних западнославянских народов (Словак, Поляк), а именно с конца XV столетия, между тем как прежде их названия звучали СловЪнин (==Slovienin), Полянин (множ. ч. Словене, Поляне). Вследствие выравнивания между единственным и множественным числом суффикс -ин отпал и осталось СловЪн, Полян, причем вместо -Ън, -ян стал употребляться также и суффикс -ак: Словак, Поляк — сначала в качестве клички; со временем эти названия стали общеупотребительными и вытеснили первоначальное СловЪнин и Полянин. Третьим соседом этих двух западнославянских народов была древняя Южнокарпатская или Угорская Русь, жители которой назывались по древнерусски Русин (в единственном числе, ибо суффикс -ин обозначает единичность), множ. ч. Русь (собирательное женск. рода). В этом соседстве и это название было изменено подобным же способом и приняло то же самое окончание -ак (Руснак); это случилось вследствие взаимных сношений трех упомянутых славянских народностей. Ср. названия Prazan и Prazаk, Moravan и Moravаk, Bratislavcan и Bratislavаk и др.; у Бернолака Poliak и Polan. Встречается название Руснак и в польском языке, как это видно из известного польского словаря Линде 1827 года: Rusin, Rusnak, Rusаk употреблялись в польском языке без какого-либо различия как названия русского человека ("z Rusi rodowtiy, ein Reuese"). K этому нужно прибавить, что независимо от этого, то же самое имя находим и в современном болгарском, где название Руснак известно и употребляется для обозначения человека русской народности (Младенов, Етимологичен и правописен речник, 546) наряду с Русин (множ. ч. Руси) и Русец (Геров, Речник s.v.). Решающим в этом вопросе является то, что названием Руснак обозначает себя само население как в бывшей Подкарпатской Руси (в советском Закарпатье), так и в Пряшевском крае, все „беседующие по-русски". Является это название этнонимом на всем пространстве бывшей Угорской Руси, а потому невозможно отрицать того факта, что такое восточнославянское население под названием Руснак, Руснаки (Руснаци) на юге Бескидов и Полонянских Карпат существовало и существует. Упомянутое название этого края засвидетельствовано с половины ХVIII столетия, а именно в титуле епископа Мукачевского восточного обряда (униатского) Мануила Ольшавского:...и во Угроросіи викарий апостолскій (Протоколы объезда епархии в долине реки Топли 1750 года, издание А.Л. Петрова, Науковый Зборник ПросвЪты, Ужгород. 1924). Притом нужно отметить, что этот епископ Мануил был родом из Олышаницы на Спише (теперь округ Левоча), которая в грамотах упоминается под 1300 годом, т.е. принадлежит вместе с соседними селами Репаши, Ториски и др. к заселению горных пространств в XIII веке, которое шло с равнины в верхнем Потисьи на север в горы, в данном случае долиной реки Торисы с ее нижнего течения. Поселенцы несли с собой кельтское название этой реки (по-кельтски torisse значит „ставшая известной") к ее истокам, где новое поселение было названо уменьшительным „Ториски". Если бы заселение шло с севера (с пограничных гор) или с запада, поселенцам название реки не было бы известно. Ср. подобные же уменьшительные у истоков рек, из стечения которых возникает Бодрог: Ондава — Ондавка, Ужанская река — Ужок, Латорица — Латорка; и эти верховья рек были заселены точно так же с юга, с равнины в горном Потисьи (из Прибодрожья). Уже из этого видно, что автор не прав, говоря о „пастушеских русских группах", появление которых автор относит к XIV-XV столетиям и которые, по его мнению, „оседали в Карпатском польско-словацком пограничьи". Прежде всего — это анахронизм, если автор говорит о польско-словацком пограничьи в восточных Карпатах в XIV веке, ибо в то время к северу от Карпатских гор существовало еще древнерусское Галицкое княжество, включая сюда и княжество Перемышльское (было захвачено Поляками в 1349 году), границы которого простирались далеко на запад. Это было, следовательно, угорско-древнерусское пограничье. Мнение автора соответствует точке зрения мадьярской шовинистической историографии времен мадьярско-помещичьего правительства в эпоху Австро-Венгрии и Гортиевского регентства, которая не только Южно-карпатскую Русь, но и Словаков и остальных Славян бывшей Венгрии считала позднейшими пришельцами, которые явились сюда после исчезновения древне-славянского населения Дунайской котловины, поглощенного (ассимилированного) угро-финскими захватчиками. Приход славянских племен в среднюю Европу приурочивается, как известно, к VI-VІІ столетиям нашей эры. Исследовал эти вопросы известный чешский ученый Л. Нидерле в своих „Славянских древностях". Восточнославянские племена появились на юге Карпатских гор, в верхнем Потисьи, не в „XIV-XV столетиях", как утверждает Раткош, но в VI-VII веках, как установлено наукой (ср. Нидерле, IV, „Происхождение и начало Славян восточных"). Это были части восточно-славянского племени Дулебов, которые были завлечены на юг Карпатских гор Аварами, и которые осели в верхнем Потисьи, на равнине по Бодрогу с притоками; в IX столетии (после 860 года) были это части восточно-славянских Уличей и Тиверцев, вытесненные сюда Уграми из Приднестровья и Причерноморья, которые осели по течению Ужанской реки и Латорицы; а в X столетии восточно-славянское племя Хорватов заняло Мороморыш и весь край по левые притоки Тисы — Красну и Криж, а также части Семиградья. „Пастушеские русские группы" не существовали ни в то время ни позднее, в XIV и XV столетиях, ибо восточно-славянские племена пастушеством не занимались, но были издавна земледельцами, знавшими плуг с железным ралом и череслом, как это доказано археологическими разысканиями (ср. П.Н. Третьяков, Восточно-славянские племена, 1953). А потому после прихода в Карпатские горы эти племена в горах не остались, но осели в верхнем Потисьи на равнине — в крае, который прежде (с IV века до н.э.) был населен Кельтами, остатки которых тут еще жили. От них восточные Славяне усвоили кельтские названия главных рек (Латорица, Лаборец, Олька, Ториса, Горнад, Бодва - Латорица от кельтского lathar –сторона (с славянским суффиксом - ица), Лаборец от кельского labar - болтливый (с суффиксом - ец), Олька из кельтского olc (олк) - плохо, Горяад из кельтского horn – железо, hornad – полный железа, Бодна – кельтское название богини войны, boduo – битва). К этому нужно прибавить, что после уничтожения Аварской державы с севера Карлом Великим, а с юга болгарским Крумом, верхнее Потисье принадлежало до конца IX века к Болгарии, а после вторжения Угров (896г.), которые осели в удобной для кочевья Дунайской степи, оставалось в течение нескольких столетий „ничьей землей". Ибо границы Болгарии были вследствие вторжения Угров и под натиском Печенегов на Дунай передвинуты к нижнему Дунаю, а угорская держава еще не существовала. Лишь со времен Стефана I (который умер в 1038 году) началось постепенное присоединение к угорской державе восточно-славянской „ничьей земли", что продолжалось три столетия (от начала XI до половины ХІІІ века). Пастушество пришло с так называемой валашской пастушеской колонизацией, которую Раткош относит ко времени до XIV столетия, что нужно считать опять анахронизмом, ибо в действительности это пастушеское движение, имевшее с самого начала румынско(волошско)-русский вид, происходило с конца XV до XVII столетия. Оно принесло в Карпатские горы обширную терминологию овцеводства и выделки сыра, а также такие слова, как цап (из албанского tsap), причем Румыны (Волохи) были инструкторами. Это пастушеское движение имело значение только для горных пространств, ибо шло стороной от заселенных долин, где господствовала панщина (крепостное право), исключительно горами, куда власть феодалов не доходила. Эти пастушеские группы шли не только на запад, по направлению к Малым Карпатам и нынешнему Моравскому Валашску, но и возвращались обратно, пася свои стада на “богатых травой горных склонах. Этим объясняется, что не только на запад Словакии были занесены личные имена типа” Иван (уменьшительное Ваня, ср. Vаnovo pleso), Курила (как звучит в древнерусском имя Кирилл), отчества вроде Валкович (с русским суффиксом -ичь вместо словацкого -иц), названия гор и горная терминология (grun, diel, lаz и др.) и иные „русские" черты (dumat и т.п.), но и наоборот, при возвращении к востоку были занесены многие словакизмы, как например (в Лаборской долине) гнутися в значении двигаться, волати „звать", вріти (по словацки vriet) в значении ненавидеть, облечi „одеть", владати „быть в силах" и т.д. Для заселения волошское пастушеское движение имело значение только в смысле появления новых селений на высоких горах. Если Раткош говорит о „постоянном приливе беглых крепостных селян и духовенства в течение целых столетий с другой стороны Карпат", то нужно отметить, что „флуктуация" населения происходила и в иных местах. Например, в средней Словакии имеются польские села. Духовенство приходило на Угорскую Русь во время насильственного введения церковной унии во второй половине ХVII столетия при помощи униатских епископов, призванных из Галичины мадьярскими феодалами (Другетами, Софией Батори и др.); для заселения этот “прилив духовенства” не имел никакого значения. Это были епископы Василий Тарасович, а потом Иосиф Волошиновский в ХVII веке, который после изгнания законного Мукачевского епископа Иоаникия Зейкана действовал до восстания Текели (1682), когда на место Волошиновского был избран Мефодий, низложенный после подавления восстания (в 1691г.) призванным из Рима униатским Греком Декамелисом. Происходило все это в рамках Мукачевской епархии восточного (кирилло-мефодиевского) обряда, границы которой охватывали столицы Ужанскую, Земплинскую, Шаришскую, Абауйторнянскую, Спишскую, части Гемера, а также столицы в нынешней Венгрии: Боршод, Нижний Земплин, Саболч, Сатмар, которые в настоящее время вполне омадьярены и где с 1907 года существовала выделенная из Мукачевской епархии униатская епархия Гайдудорожская. После введения унии следовала латинизация (в рамках противореформации) которая коснулась многих общин восточного обряда на основе принципа "cuius regio, eius religio" (чья область, того и вера), вследствие чего землевладельцы паны, римские католики, уничтожали кирилло-мефодиевские традиции и вводили римско-католический обряд, причем пан требовал от верующих, чтобы они перестали „беседовать по-русски" и начали „гуториц по католицки". Единство „новокрещенных" католиков с „кирилло-мефодиевскими" Руснаками должно было быть нарушено и в отношении языка. На это указывал Ионаш Заборский, который, действуя сам как священник на области нынешнего Пряшевского края, хорошо знал население католических сел на основании собственного наблюдения и их прошлого из церковных (приходских) архивов. Предание об этих событиях из времен латинизации живет еще теперь, и различаются Руснаки, которые еще "beseduju po ruski", и Руснаки, которые "hutoria po katolicki". Подобно же и Само Цамбель различает несколько стадий „смешанной речи". Латинизации и появлению „смешанной речи" способствовал прилив из Польши поляков, которые, убегая от своих феодалов на лучшие, более плодородные земли, засели в равнинных частях края на юге Карпатских гор в эпоху после войн Семиградских князей против Габсбургов и после восстания нашего народа при Франце Раковци. Они упоминаются в общинах того времени под названием „жидляров" (т.е. поселенцев без дома и земли). Историческим свидетельством об этом являются протоколы объезда епархии 50-х годов ХVIII века упомянутым униатским епископом Мануилом Олшавским, согласно которым число „жидляров" в селе часто превышало коренное население в несколько раз (например, газдов 5, жидляров 16 и т.п.) и в которых перечисляются общины восточного обряда, ныне являющиеся римско-католическими и „гуторящими по-католицки" (например, в Ондавской долине Добра, Трепец и т.д.). Название Руснак не является, следовательно, презрительной кличкой, как утверждает Раткош. Является историческим фактом, что большая часть Руснаков, насильственно переведенная из восточного (кирилло-мефодиевокого) обряда в обряд латинский, под натиском перешла к смешанной речи („начала гуториц"). Вместе с тем к ним с течением времени перестало применяться название „Руснак". Нужно прибавить, что само слово „гуторил" не является ни польским, ни словацким; оно встречается в северновеликорусских говорах (ср. Даль, Толковый словарь, I, 411, Ушаков, I, 642), а также в южно-великорусских говорах в Донской области (ср. Шолохов, Тихий Дон); в южно-карпатских наречиях употребляется слово гутонит и в том же значении (Снинский округ). Если Раткош в этой связи пишет, что „после 1818 года поселился в Пряшеве прогнанный из Кошиц униатский епископ", то это ошибка, ибо в действительности из Мукачевокой епархии восточного обряда была выделена вновь учрежденная униатская епархия Пряшевская в 1817 году, первым епископом которой был поэт и цензор славянских книг в Пеште, Григорий Таркович (стихотворение его цитирует Карамзин в своей „Истории государства Российского"); притом в Пряшеве он мог поселиться только в 1820 году — по прямому приказу из Вены, ибо фанатизм пряшевских католиков не допускал тут даже существование храма восточного обряда. Название Руснак не является кличкой, не есть обозначение принадлежащих к восточному (кирилло-мефодиевскуму) обряду, но является названием, которым обозначают себя и свою народность Руснаки. В тех местах Пряшевского и Кошицкого края, где большинство населения теперь принадлежит к римско-католическому обряду, это имя служит для обозначения групп населения, которые после проведения насильственной латинизации XVIII века остались в обряде кирилло-мефодиевском, но потеряли свою речь. - Статья Г.Ю. Геровского заимствована из журнала Дукля. Там она появилась в опровержении статьи сотрудника Словацкой Академии Наук П. Раткоша „О понятии Руснак" (Kulturny Zivot N21 от 25 мая 1957г.), заведомо неправильно информировавшего об этом предмете словацкую общественность. Статья Геровского появилась в Дукле после того, как присланное им опровержение Kulturny Zivot отказался опубликовать – О.Г. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. с.7-12 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Георгий Юлианович Геровский http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_458.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: О Галицкой Руси И. Наумович (1826-1891). О Галицкой Руси Часть Польши, присоединенная в 1772 году под именем Галицко-Владимирского королевства, или Галиции, заключает в себе два миллиона с половиною душ настоящих Мало- или Южноруссов, придерживающихся крепко как отеческой Греко-восточной церкви, так и Русской народности. Этот народ живет сплошною массою от восточной и северной границы Галиции на юг до Карпатских гор и за ними, на запад до рек Сяна и Попрада и за ними, где уже более или менее смешан с Мазурами, настоящим польским народом. В разных местах он имеет и разные местные названия, как-то: Лемки, Бойки, Гуцулы и Подоляки. До 1848г. только ученые слависты знали о существовании Галицко-Русского народа в Галиции. Мы помним, когда приходили на Венгерскую войну Русские полки, как офицеры удивлялись, что здесь не Немецкий край; об этом крае и об его столичном городе Лемберге они имели совершенно другое представление. Так и Австрийские немцы называли Галицию попросту Polen; полки, состоящие из Русских солдат, звались polnische Regimente. И ничего удивительного в этом не было; ибо народ Русский ни чем не заявлял своего народного политического существования. Под напором Польско-иезуитской политики, интеллигенция стыдилась своего Русского происхождения, принимала вместе с образованием и Латинский обряд, и ополячивала даже свои русские названия. Так из Ивановых выходили Яновичи или Яновские, из Кузьминых — Куземские, из Коваля делался Ковальский, из Савчина Савчинский и пр. Яэык Польский был общественным языком всего образованного сословия и всякого, кто обучался какому-нибудь ремеслу и переоделся в капоту (кафтан). Духовенство Русское называло себя русским только по различию обрядности церковной от латинов, а не по языку народности, которая у него самого была в презрении, как народность холопов; большая часть священников не только по большим, ополяченным городам, но и по чисто-Русским деревням, проповедывали даже слово Божие на Польском языке. О помещиках, купцах, промышленниках и мещанстве в больших городах нечего и говорить: они издавна отреклись от веры отцев своих и прилепились к Польше телом и душой. Несмотря на все это, масса Русского народа по местечкам и деревням не только не изменила своей народности, но в своей среде она еще русила Польских пришельцев, переселявшихся в разные времена (как напр. В 1848 году, после ужасного наводнения в Мазурской стране) в хлебородный Русский край питаться его хлебом, так что одни из них, хотя и придерживаясь латинства, приняли понемножку и язык и одежу и обычаи народные Русские, другие оставили и латинство, и приняв церковный Русский обряд, слились совершенно с массою настоящего Русского народа. Уже в первые годы присоединения Галиции к Австрии правительственные чины не могли не узнать о существовании Русского народа как большинства всего народонаселения в крае, и Русской церкви, обнимающей две большие епархии. Как в докладах правительственных чинов центральному правительству в Вене, так и в распоряжениях и декретах того же правительства того времени читается везде: russische Bevolkerung, russische Kirche, russische Geistlichkeit и пр. Но все это писалось большею частью только в смысле вероисповедном, так как вопрос народности еще тогда не был на исторической очереди. Поляк и католик, Русин и униат — были тогда синонимы, и до сих пор еще в устах не только простого народа, но даже в разговорах интеллигенции между народностию и народным церковным обрядом не делается различия. Пока выражения „russisch" и „polnisch" в Австрийском делопроизводстве имело только значение вероисповедное, церковное обрядовое, пока о существовании и правах Русской народности в Галиции еще и речи не было, до тех пор свободно можно было зваться официально по немецки „Russen". Но когда к этим выражениям прибавилось и значение народно-политическое, предводители Русского народа в Галиции, желая отстранить от себя подозрения в каком-нибудь сближении с Россией или в симпатии к ней, - придумали переменить неприятное Австрийским и Польским ушам название Russisch на куриальное Римское Rutenisch. Вот откуда нынешнее официальное наименование Русского народа в Галиции, - народа, по мнению Немцев, специально-Австрийского, не имеющего ничего общего с великим русским народом, - народа, нарочно изобретенного графом Стадионом в 1848 году для противовеса мятежным Полякам. Как не смешно это дело, но оно при настоящих обстоятельствах Галицкой Руси тем важнее, что от этого названия Ruthenen зависят условия развития ее народной и политической жизни. Австрийское правительство, как конституционное, дав гарантию всем народам, что под его защитою всякая народность может свободно развиваться, довольно благосклонно смотрело на Галицкую Русь в начале ее народного возрождения с 1948 года, как на партию непоколебимо-верную империи и династии Габсбургов, и способствовало ее народному развитию до тех пор, пока граф ГОлуховский, Поляк по происхождению, не взял правление края в свои руки. С этого времени Русь, все более и более, прижимаемая к стене и потеряв уже надежду на справедливость Австрийского правительства, подняла отчаянный вопль о своем народном и литературном единстве со всем прочим Русским миром. Вследствие того посыпались из Польского табора на Русинов бесчисленные доносы, в Вене считали Галицкую Русь второю Венециею, и решено было Русскую народность уничтожить (niederhalten). На место Русского языка в школах введен везде Польский; Польский язык признан во всех ведомствах и судах правительственным; помещикам дано исключительное право представления священников на Русские приходы; и так сделалось, благодаря Польскому влиянию,что всякий кто убивает Русь Галицкую, мнится служить службу Австрии. В таком печальном положении тверда Галицкая Русь выдержала все возможные испытания, не теряя надежды на лучшую будущность. Со времени катастрофы под Седаном , когда Польский вопрос перестал быть уж вопросом Европейским, значение Польской партии в Австрии тоже глубоко упало, а тем самым поднялись акции Галицкой Руси. Предводители ее обратили в настоящее время наибольшее внимание на образование народных масс, на возбуждение в них Русско-народного сознания, и, стремясь неусыпно всеми силами к этой единоспасительной цели, подвизаются под именем Ruthenen, как в Галицком сейме, так и Венской державной думе для блага своего отечества. Русским читателям любопытно будет узнать кое-что об этом закоулке древнего Русского края, - каковы его жители, в чем они сходны со всею Русью, какими народными оттенками различаются их различные группы. Все жители Галиции, принадлежащие к Греко-восточной церкви, униаты, зовутся Русинами, только в некоторых местностях зовут их Руснаками, в противоположность Полякам. Русины, живущие на всем хлебородном пространстве Галиции и занимающиеся преимущественно земледелием, не имеют особого названия. Только жителей в окрестности Тернополя и Черткова зовут Подоляками; за то жители гор в разных местностях Карпат представляют разные типы и имеют различные названия. Все Русины земледельцы, от Российской восточной границы до Сяна и за ним, сходны между собою и наречием, и костюмом, и обычаями но между жителями гор Лемками и Бойками, живущими в самом близком соседстве, есть большая разница в наречии, в сложении тела, в одежде, в нравах и обычаях; еще больше отличаются Лемки и Гуцулы. Мы опишем вкратце все эти группы Русского народонаселения Галиции, начиная от самого рубежа Русского края, от Лемков. О. Алексей И. Торонский, родом Лемко, превосходно описал Родную свою сторону и земляков своих в „Зоре", сборнике посвященному покойному митрополиту Галицкому, Григорию Ехимовичу, изданном во Львове в 1861 году. Из пространной его статьи заимствуем в сокращении следующее: Русины-Лемки живут по обеим сторонам Бескид (Карпатских гор) в Галичине и Угорщине. Галицкие Лемки занимают узкую полосу подкарпатской страны, начиная от городке Пивничный на Попраде. За Попрадом есть только четыре их деревни: Шляхтова, Яворки, Бела-Вода и Черна Вода. В стране Лемков находятся следующие города: Грибов, Горлицы, Жмийгород, Дукля, Риманов, Новостанец, Буковско. Число душ русинов Лемков 90.000 на 500 кв. милях пространства. Земля Лемков аселенная, по большей части бесплодные горы, где процветает только скотоводство. В Лемковских горах есть славные минеральные купанья в Щавнице, Кринице и в Ивониче. Название Лемков происходит от слова „лем", которое они употребляют в значении „лишь", „только”. Наречие Лемков - Русское, только замечательно, что ударение у них всегда на предпоследнем слоге, как у Поляков. Все они придерживаются крепко своей народности и восточно-униатского вероисповедания. Только в приходах заселенных Лемками встречается такое явление, что в иных самых больших деревнях нет ни одного латинннка, — в остальной Галичнне это редко бывает. Как все жители гор, они очень благочестивы, но есть у них и много суеверий разного рода, ничем неискоренимых. Обычаи Лемков сходны с обычаями других жителей Галичины с местными только разницами. Все свои работы и обряды они сопровождают песнями, которых множество. Песни эти чисто Русские; Словацкая стихия не имела на них влияния. Вот некоторые образцы: Песня свадебная при витии венца. Встала Марися рано, Ще раньше як свитало, Почалася журити, Що не е з чего венца вити; Прийшол к ней Василько еи: Не журися, Марисенько, Маю я талярок битый, Куплю веночок витый, Ой мам я и червеный, Куплю венок зеленый, Такий он буде красный, Як месяченько ясный, Таки на нем листочки, Як на неби звездочки. Песня свадебная при наряжении невесте женского завитья: Подумай, Марисю, соби, Чи не жаль буде тоби От паняночок отстати, Межи невисты пристати. Подумай, Марисю, соби, Чи не жаль буде тоби Той жовтой косоньки, И дивоцкой подобоньки и пр. Лемки, как жители гор, различаются от Русинов земледельцев и одеждою, только им одним свойственною. Верхняя их одежда „чуга", есть род длинного плаща, с пелериною на спине, на нижнем рубце которой находятся так называемые тороки, т.е. плетеные чернобелые шерстяные нитки висящие как бахрома. Обыкновенно же домашняя их одежда называется гуня: она коротка, достигает только до колен; штаны из белого сукна, узкие, шляпа широкая; вместо сапог „керпцы” (кожаные лапти) или ходяки; Богатые Лемки ходят и в сапогах. Женщины одеваются довольно красиво. На головах носят белые или синие платки, от которых один длинный конец спускется вниз; девушки не повязывают голов, а заплетают волосы в одну косу. Одежда их состоит из сподницы или “кабата”, в простые дни из синей материи с белыми точками, в праздничные дни из белой с цветами; в будни ходят в керпцах или ходаках, в праздники в Угорских сапогах, черных или желтых „сафиянах". Это замечательное племя, живущее на самих рубежах Русской земли, отличается прекрасными свойствами. В своих пустых и бесплодных горах, куда мало заходит чужого, оно сохранило древнюю простоту обычаев народных и религиозных. Между лемками очень мало Евреев, потому и мало деморализации; редко слышно о воре или мошеннике; только пьянство, этот рак, точащий здоровое тело Галицкой Руси, хотя не в такой степени, как в других странах, похищает и между Лемками свои жертвы. Горные соседи Лемков — Бойки. Они живут в части Сяноцких гор и в Стрыйских горах, и различаются от Лемков не только одеждою и наречием чисто Русским, но также и нравами. Бойко — это человек пылкого характера, от слова „бойкий" – бить (В настоящее время филологи производят название “бойки" от наречия “бо" (ибо), которое те непрестанно употребляют в разговоре: название „лемки" или „лемаки" от наречия „лем" (лишь, только). - О.Г.), любит драться, и на войне мужественный солдат. Полки из Бойков обыкновенно употреблялись Австрийскими генералами в первый огонь, и бывали часто совершенно истребляемы, как это случилось в 1848 году, когда из всего полка Гартмана осталось только несколько человек. В горах своих Бойки занимаются скотоводством и отчасти деревянными изделиями. Можно их видеть во Львове, торгующих орехами, сливами, виноградом и каштанами. Все это они привозят из Угорщины верхом, в бочонках привязанных по обеим сторонам лошади. Одежда их - обыкновенный шерстяной сердак, или короткий бараний кожух, черная баранья шапка или широкая шляпа, на ногах ходаки. Женщины одеваются точно также, только сподницы у них шерстяные, на головах белые платки. Они вместе с мужьями своими ездят хорошо верхом, курят трубку, и находу, ИЛИ сидя на лошади, прядут вовну (шерсть). Бойки не пользуются расположением прочих Галицких жителей. Именно между Бойками и Гуцулами существует племенная ненависть, которой причина очень загадочна. Так у Гуцула самая большая обида, если он кому скажет: Ты Бойко печеный! Есть у них и следующая песня: Ой, Гуцулы-Гуцулоньки, де вы Бойка дили? Чи вы его испекли, чи живого зъили? Ни мы его испекли, ни живого зъили: Пойшов Бойко на грибы, вовки го имили. Далее на восток и юг в роскошных горах живут Гуцулы, Русские Черногорцы, краса и поэзия Галицкой Руси; отсюда расходится по всем сторонам неисчерпаемое богатство песней в природной ИХ древней красоте под именем „коломыек", отсюда мелодия и танец „коломыйка", которого не может галнцкий Русин ни слышать, ни видеть равнодушно, и который увлекает его волшебною силою. Имя Гуцул взято с Румынского „хуцуль", что значит „разбойник" или по Галицко-Русски „опрышок", так как в коломыйских и Буковинских горах, в прежние времена нелегко доступных, скрывались шайки опришков, из которых один, Добош, живший в половине минувшего века, приобрел себе славу Русского Ринальдо Ринальдини, и живет еще в песнях народа и знаменитый богатырь и благодетель мужиков, и как гроза Ляхов, Армян и Евреев. Гуцулы в недавнее еще время были очень богатым народом; но теперь, когда распоряжения властей вытеснили их с широких и роскошных пастбищ под предлогом сервитутных прав, они до крайности обеднели, и в отчаянии взялись за водку, которая в скверных руках евреев с каждым днем больше делается их материальною и моральною отравою; и таким образом страна эта, до 1848 года славившаяся богатством и благосостоянием, которую сами Русины звали „Палестиною, молоком и медом текущею” теперь истинно уже Палестина Еврейская, а народ, вытесненный из своих первобытных гнезд, идет толпами на заработок в Молдавию и Бессарабию, и по всему белому свету. Как гордо возносится над долинами Прута и Черемоша славная Черногора с своими сотоварищами Стохою, Попадьею и другими, так гордо стоял в своей орлиной красоте и силе Русский Гуцул над другими жителями Галичины. Свободный в горах своих, он не знал панщины, не знал плуга или серпа, лишь одну косу. Стада волов, коней и овец давали ему довольно средств к удобной жизни; он родился счастливый, рос как птица на чистом воздухе, здоровый и веселый при своих стадах, в борьбе с дикими зверями, и не имел другого дела, как беспрестанно создавать и петь песни свои. Теперь же, о горе! Грустно и тоскливо в Гуцульских горах! Перед домами Гуцулов развешаны еврейские перины, Гуцулы пасут стада, но уже не свои, а Еврейские! Только изредка можно еще видеть богатого Гуцула в полном его прекрасном народном костюме. Гуцулы-мужчины отличаются особенною красотою лица. Волоса и глаза у них обыкновенно черные, лицо с резкими чертами, нос орлиный. Рост Гуцула высокий, походка бодрая, движения свободны и смелы. Соответственно своей горной жизни Гуцул носит короткий шерстяной сердак, черный, штаны широкие, красные или голубые, пояс очень широкий, а за поясом пару пистолетов и нож, с которыми ходит даже в церковь. На ногах ходаки, обыкновенные у всех Верховинцев. К костюму гуцула принадлежит еще и топорец, прекрасно и со вкусом сделанный и служащий вместо палицы. Женщины Гуцульские не так красивы, как мужчины, и костюм их, тяжелый и безвкусный, состоит из сердака, вышитой сорочки и шерстяной обгортки, сапогов желтых, червонных или черных. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. с.13-19 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm

Ять: А. Геровский. Опришки Свободное Слово Карпатской Руси, 1972, май-июнь 5-6 (161-162). Этот номер журнала посвящается светлой памяти Алексея Юлиановича Геровского. Все статьи в нем принадлежат его перу А. Геровский. Опришки О подвигах опришков мы знаем не много, в сущности почти только то, что сохранилось в народных преданиях и песнях. Это были разбойники-мстители, мстившие панам и их прислужникам за кривды, причиняемые ими народу. Народ был русский, а паны были чужие - поляки на север от Карпат, в Галицкой Руси, и мадьяры на южных склонах гор, в Угорской (Карпатской) Руси. В те времена, в семнадцатом и восемнадцатом столетиях, от русского народа остались только “хлоп и поп”, которые угнетались и эксплуатировались чужими панами на все лады, не только в экономическом, но и в национальном, религиозном и социальном отношении. Русские были “быдло" (скот). Они были презренные „схизматикн" (православные), их мадьярские и польские паны едва считали людьми. И вот эту обездоленную, безправную хлопскую Русь защищали, или, вернее, за нее мстили панам опришки. В глазах карпаторусского народа они были народные герои. И теперь еще двести лет спустя, не найдешь в Карпатской Руси человека, который не слыхал бы про Олексу Довбуша, прославившегося своими подвигами двести лет тому назад. Карпатские опришки возникли по тем же причинам, по которым, на восточных границах Польши возникло козачество. Это была реакция на своеволие польских панов, превративших русских в безправных, нищих рабов, реакция на жестокое преследование православной веры и насильственное насаждение унии. В запорожскую Сечь устремлялись русские люди, решившие бороться против панской Польши, со всех концов „Ржечи Посполитой" и с самой западной окрайны русской земли, с далеких Карпат. Один из самых известных гетманов Запорожья был уроженец карпатских гор. Это был Петр Конашевич Сагайдачный, имя которого часто упоминается в малороссийских былинах — думах. Цель у козаков и у опришков была одна и та же: месть и свобода. Но козачество выросло в грозную силу и сыграло историческую роль в борьбе Руси против Польши, в то время как карпатские опришки особенного значения в истории народа не имели. Это были только вспышки местного характера, поддерживающие до некоторой степени дух оппозиции в русском населении. Сфера их действий была ограничена Карпатами, хотя они иногда и подвизались на Подолье, уничтожая польских панов и их еврейских прислужников. Раз они дошли даже до самого Каменца Подольского. Причина разницы в развитии запорожского козачества и карпатской опришнины состояла в географических условиях. Запорожские козаки граничили на севере с русским государством, на которое они могли опереться и которое им помогало. А на востоке была беспредельная степь, в которой козаки, в случае нужды, могли найти убежище и которую они заселяли и тем самым крепли. А карпатские опришки были сжаты со всех сторон панской Польшей и панской Венгрией. И помощи им не было ниоткуду. У них не было своей территории, как у запорожских козаков, на которой бы они могли обосноваться. Они были принуждены действовать небольшими шайками, „ватагами", которые все время переходили с места на место. Но для народа нашего они были герои, так как они проливали свою кровь, мстя польским и мадьярским панам за обездоленный народ. И будь в Карпатской Руси автономия, которую ей гарантировали своими подписями Великие Державы, то вместо улиц Масарика, Выскочила и Недожрала, во всех городах и местечках Карпатской Руси улицы были бы названы именем Олексы Довбуша, карпатского козака—опришка, мстившего за наш народ по мере своих сил. Опришки водились в Карпатах не только в давно прошедшие времена. Были они и в наше время. Мне самому довелось познакомиться близко с ватагой опришков накануне первой мировой войны. Жил я тогда в Черновцах, столице австрийской Буковины, где я был „адвокатском кандидатом", то есть, помощником присяжного поверенного. В 1913-м году в декабре месяце, я угодил в тюрьму за „государстненную измену", состоявшую в том, что я, как юрист, помогал приходам, считавшимся, согласно официальной австрийской статистике, униатскими, стряхнуть с себя папское иго. Так как по мнению австрийских властей я это делал в „интересах Poccии", дабы оторвать их не только от римского папы, но и от римо-католического австрийского кайзера, то я оказался изменником и попал в тюрьму. Просидел я в ней пол года и успел бежать перед самой первой мировой войной, спасшись этим от виселицы, которая была уже приготовлена для меня. Месяца через два я вернулся в Черновцы с русской армией и имел удовольствие потрогать во дворе тюрьмы виселицу, на которой меня повесили бы, если б я не бежал. Но вернемся к нашей теме. В тюрьме оказалось пятнадцать опришков, русских горцев, из племени гуцулов. С одним из них я просидел все шесть месяцев в одной и той же камере. Другой, „ватажко", то есть атаман, сидел в соседней камере, и меня с ним ежедневно выводили гулять в тюремном дворе. Кроме того, я часто виделся с ним и с другими членами его ватаги наедине в отдельной комнате, где я писал для них письма родным, так как почти все они были неграмотны. Нас в этой комнате запирали на ключ вдвоем и оставляли там, пока я не нажал кнопку звонка, извещая нашего дежурного сторожа, что мы уже кончили. В те времена еще не было скрытых аппаратов в стенах, при помощи которых можно было бы подслушивать то, о чем мы говорили. Да и меня в отношении опришков в тюрьме не подозревали. Ведь что же могло быть у меня, образованного человека, общего, — думали они — с этими неграмотными разбойниками. Итак я разговаривал с ними свободно обо всем. Меня они чрезвычайно интересовали, ибо я видел в них потомков тех опришков 17-го столетия, которые вспоминались в наших народных песнях. У них была та же психология и те же мотивы, которые заставляли их быть разбойниками, чтобы мстить ростовщикам — евреям и по возможности отнять у них хоть часть награбленного у нашего народа. Об этих ростовщиках я пишу в отдельной главе. Мои товарищи по тюрьме, опришки, были народ чрезвычайно интересный. В особенности их ватажко, атаман. Его звали Кифа (Никифор) Гнатюк. Он был уроженец села Игрище — (какое название! Должно быть, еще с до-христианских языческих времен!) — Был он высокого роста, широкоплечий блондин. Нос у него было довольно большой, орлиный, а глаза светло-голубые. По своей природе он был весьма одаренный и в нем чувствовалась сильная воля и решимость. Природный вождь! Глядя на него и слушая его, я всегда думал: какой из него был бы полководец! Ведь люди, как я убедился не раз, в особенности во время гражданской войны в России, как-то инстинктивно чувствуют сильную волю, которая притягивает их, как магнит железо. Его помощник был Григорий Боршан, уроженец Волошского Банилова. Он был вполне грамотный, окончивший даже несколько классов гимназии, и говорил довольно хорошо по-немецки. Но командовал Кифа, хотя и неграмотный, но за то умный по природе и человек сильной воли. Его все слушались. Как Гнатюк, так и Боршан были со мною очень откровенны. Они верили, что я их не выдам так же, как они знали, что и члены их ватаги друг друга никогда не выдавали и не выдадут. Я спросил у Гнатюка, что его заставило пойти в разбойники. Он мне откровенно рассказал все. - Я так дальше жить не мог! Ведь вы, как адвокат, наверное знаете, в каком положении мы находимся. Мы, гуцулы, были народ богатый. Всего у нас было вдоволь. Были леса и прекрасные пастбища. Было много скота. Панов, помещиков, у нас в наших горах не было. Жилось нам прекрасно пока к нам не пришли ростовщики-евреи. Они нас окутали так долгами, как пауки окутывают мух в своей паутине. Они забрали у нас все. У нас ничего не осталось. В поземельных книгах все еще как будто наше. Но посмотрите сколько на каждом имуществе долгов. По книгам этих долгов больше чем все наше имущество стоит. В любой день нас могут продать с торгов. Мы превратились в рабов. Когда то “на долине" была панщина. Паны с нашими людьми обращались, как с скотом. У нас в горах панщины не было, пока...пока не пришли ростовщики. И теперь у нас панщина. Да какая! Я уже жить рабом больше не мог. И я пошел в лес, в горы с моими товарищами. И теперь мы их уничтожаем! Кифа Гнатюк со своей ватагой воевал много лет. Он сжигал дома ростовщиков, грабил их, стрелял их скот на “пoлoнинax” (горных пастбищах), которые они, как он выражался “украли у нас". Жандармы преследовали его шайку безуспешно много лет. Но поймать они опришков не могли потому, что они знали свои леса и горы лучше жандармов и, в особенности, также и потому, что за ними стоял народ. Их никогда никто не предавал, хотя зимой они жили в хатах своих же земляков, переходя с места на место. Из награбленных денег они помогали многим беднякам. В глазах народа они были национальные герои. Попался Гнатюк жандармам в руки только случайно. Выдалось, как-то чрезвычайно дождливое лето. Гнатюк, уходя от гнавшихся за ним жандармов, завяз в овраге, в котором раньше никогда не было болота. Но благодаря постоянным дождям, овраг превратился в трясину, в которой он завяз по пояс, но все же добрался до противоположного берега, откуда хотел выстрелить в жандарма. Но тот его опередил и выстрелил в него, попав в большой палец правой руки, вследствие чего у Гнатюка выпала винтовка из рук. Палец с раздробленной костью болтался у него на руке, когда его поймали жандармы. И тут Гнатюк на их глазах совершил ампутацию, отрезав левой рукой раздробленный палец. Об этом рассказал жандарм, выступая на суде, как свидетель в моем присутствии, так как меня вызвали из камеры в качестве переводчика. Вот таков был Гнатюк. И такими были члены его ватаги. Разбирательств было несколько и я всегда на них присутствовал. Суд предложил мне быть переводчиком на этих разбирательствах через судебного следователя, который разбирал мое дело. Он сказал мне: Я предлагаю, что вы согласитесь, а то вам, скучно сидеть по целым в ваше камере, ничего не делая. На одном из разбирательств появились две женщины: жена Гнатюка и ее незамужняя сестра. Они были удивительно красивы, настоящие гуцулки, высокого роста, стройные брюнетки в живописных гуцульских костюмах. Обвинялись они в том, что совершили насилие над жандармом и помешали ему в исполнении его служебных обязанностей. Дело было весьма необычайное и, по всей вероятности, никогда еще в истории черновского краевого суда, как судьи, так и присяжные и вся публика, столько не смеялась во время разбирательства. Суть этого дела состояла вот в чем. Жена арестованного опришка Гнатюка жила вместе со своей незамужней сестрой в собственном доме. Кроме них в доме никого не было. Не было ни соседей, как это часто бывает в стране гуцулов, потому, что хаты там разбросаны по склонам и вершинам гор, иногда в расстояния на несколько сот метров. В хату Гнатюка часто заглядывали жандармы, надеясь поймать в ней хозяина. Но его там никогда не находили. Обыкновенно жандармы приходили как полагается, вдвоем. Но в один прекрасный день появился с винтовкой, конечно, какой-то жандарм в одиночку. Ему пригляделись эти гуцулки и он попытался изнасиловать одну из них. Но не тут то было. Они оказались сильнее его. Отняв у него винтовку, они его раздели до нага, и затем его голого привели из Игрища в ближайшее местечко, Русскую Молдавицу, где находился жандармский пост. Зрелище получилось не из обыкновенных: впереди шествовал австрийский жандарм, совершенно голый, а за ним шли две гуцулки, из которых одна держала в руках жандармскую винтовку на изготовку. Другой случай, который еще лучше характеризует дух опришков, был следующий: За несколько лет до того, как попался в руки жандармов Гнатюк, был пойман и приговорен к 15 годам тюремного заключения один из членов его ватаги. Я не помню, как его звали, но, если не изменяет память, он был родом из села Ростоки. Его привезли в Черновцы из Станиславова, где находилась тюрьма для уголовных преступников, отбывающих многолетнее наказание. Но судился он в свое время в Черновцах и поэтому привезли туда, так как там должно было состояться новое разбирательство, ибо оказалось, что он не совершил того преступления, за которое был осужден и отсидел пять лет. Меня вызнали из моей камеры, как переводчика, так как среди присяжных были немецкие колонисты, не понимающие по-русски. Дело было в следующем. В Ростоках умер гуцул, который, как выяснилось после его смерти, был членом ватаги Гнатюка. Умирая, он попросил священника сообщить властям, что он совершил преступление, за которое был приговорен к пятнадцати годам тюремного заключения другой член ватаги, находящийся уже пять лет в тюрьме в Станиславове. Он сообщил священнику такие факты, которые ясно доказывали, что преступление совершил именно он, а не другой, приговоренный к пятнадцати годам. Судебные власти проверили все и пришли к заключению, что умирающий сказал правду. На этом основании Черновской краевой суд назначил новое разбирательство. Невинно осужденного привезли из Станиславова. Он был оправдан и освобожден. Во время разбирательства произошел между председателем суда и невинно осужденным, следующий разговор: — Ты ведь знал, кто совершил преступление? — Да, знал. — Почему же ты не сказал, кто это сделал? Потому, что мы все обязались не выдавать друг друга. Но у тебя же была жена и дети. И ты сидел пять лет в тюрьме? Да, но он их содержал и они никогда ни в чем не нуждались. Я в этом был уверен. И я сделал бы то же самое и для его жены и для его детей, если бы он попал в тюрьму вместо меня... После этого диалога некоторое время все в суде молчали. На всех слова опришка произвели глубокое впечатление. Вот такими были карпатские опришки. Люди сильной волн, взбунтовавшиеся против рабства, мстители и, хотя и разбойники, но люди слова. Хотя они, согласно законам, и были разбойниками, мне было приятно в их обществе. Мне не стыдно сознаться в этом. Они мне доверяли, и я знал, что я могу положиться на них. От них я узнал все о порядках в тюрьме, так как они в ней сидели уже два года. Они охарактеризовали мне и всех тюремных надзирателей. И это помогло мне организовать мое бегство из тюрьмы. Интересно было то, что они относились ко мне с чрезвычайной симпатией, хотя они знали, что я не простой уголовный преступник, а попал в тюрьму “за политику” за то, что меня подозревали в работе в пользу России. Не раз они мне говорили: Будь у нас Россия, мы бы не попали в тюрьму. Россия не дала бы нас так обирать — еврейским ростовщикам... Как я уже упомянул, месяца через два после моего побега, я вернулся в Черновцы с русской армией. В первый же день я пошел в тюрьму и освободил моих опришков. Свободное Слово Карпатской Руси (ежемесячный карпато-русский журнал под редакцией Михаила Туряницы). ССКР, 1972, май-июнь 5-6 (161-162); А. Геровский. Опришки. с.8-11 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. с.19-24 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm А. Геровский. Конец Карпатской Руси? Свободное Слово Карпатской Руси, 1972, март.-апрел. 3/4 (159/160), стр.2-5; Путями истории Т.1, 1977. с.107-113 А. Геровский. Конец Лемковщины. Свободное Слово Карпатской Руси, 1972, сент.-октябр. 9-10 (165-166), обложка и с.10-11; Путями истории Т.2, 1977. с.284-286 А. Геровский. Письмо Д-ра Геровского Сталину от 10 янв. 1947. Свободное Слово Карпатской Руси, 1973, март.-апр. 3-4 (169-170), с.8-9; Путями истории Т.2, 1977. с.287-290 Алексей Юлианович Геровский http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_639.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_737.htm

Ять: Путями истории А.К. Толстой. Роман Галицкий (1870) К Роману Мстиславичу в Галич послом Прислал папа римский легата. И вот над Днестром, среди светлых хором, В венце из царьградского злата, Князь слушает, сидя, посольскую речь, Глаза опустив, опершися на меч… И молвит легат: далеко ты, О княже, прославлен за доблесть свою! Ты в русском краю Как солнце на всех изливаешь щедроты, Врагам ты в бою Являешься Божиим громом; Могучей рукой ты Царьград поддержал, В земле половецкой не раз испивал От Синего Дона шеломом. Ты храбр, аки тур, и сердит, аки рысь, Но ждет тебя большая слава, Лишь римскому папе душой покорись, Святое признай его право. Он может по воле решить и вязать, На дом он на твой призовет благодать, На недругов - Божье проклятье. Прими ж от него королевскую власть, К стопам его пасть Спеши - и тебе он отверзет объятья И, сыном коль будешь его нареком, Тебя опояшет духовным мечом! Замолк…И, лукавую выслушав речь, Роман на свой меч Взглянул - и его вполовину Он выдвинул вон из нарядных ножон: Скажи своему господину, Когда он духовным мечом так силен, То он и хвалить его волен, Но пусть он владеет по-прежнему им, А я вот и этим, железным своим, Доволен… А впрочем, за ласку к Червонной Руси Поклон ему наш отнеси! Мариан Глушкевич. Сказание о князе Романе Галицком Не заря тихо по небу катится, Не злат месяц гуляет по нивушкам, На коне, из похода злосчастного, Князь Роман мчится в замок свой галичский. А в груди его рана кровавая, А из раны той струйкою алою Кровь, сквозь латы, дымясь, пробивается И по корзну (зипун) сочится по княжьему. Всю дружину удалую, храбрую На полях Завихостских оставил он. Она спит там, сном вечным повитая… А он скачет - дружинушки новые Собирать и со славой вернутися, Зане в Галиче чада осталися: Святогоровы внуки хоробрые, Молодецкие отроки юные И вся дума его седоглавая… Мчится вихря быстрее Мстиславович… Поднебесного грома грознее он И светлее палючей он молоньи… И отходят с пути его в сторону Цепи гор, пред конём расступаяся, От ударов подковы серебряной Озаряется ночи тьма тёмная, Алым полымем степь занимается, А вдале слышны вои звериные… Да стенания птицы испуганной… Мчится вихря быстрее Мстиславович… А как в землю вступил он родимую, Совершилось тут чудо великое: По дороге ль он скачет иль по полю, По лесам, по зелёным ли нивушкам, Из земли встают витязи славные, Подымаются мстители грозные, Все в кольчугах и шлемах чеканенных, Кто колчаном с стрелами пернатыми, Кто копьём, кто мечём потрясаючи, И зовут: Гей, Роман - свет Мстиславович! Ты сзывай нас на рать на великую, Ты веди нас на битву кровавую, Чтобы наша земля старорусская Вся до пяди осталася вольною, Чтобы вражья соха не тревожила Богатырских могил святопамятных! За отчизну, за Русь православную Буйны головы сложим мы вО стократ!. Слышит князь голоса эти грозные, И в груди его сила великая Бурей-вихрем растёт-подымается… Прискакал он ко граду зубчатому, Устремил в него взоры орлиные И зовёт, истекая весь кровию: Гей, вы отроки, други, гей, соколы, Святогоровы внуки хоробрые! Вы звоните мне в колокол нАбольший, Вы трубите во трубы мне звончаты, Чтоб все батыри русские слышали, Вы сзывайте мне вече народное, Собирайте вы рати великие И ведите на битву кровавую За отчизну, за Русь православную! Гей, вы, други, что волки удалые! Но не кончил он речь богатырскую, - Одолела, знать, рана кровавая, - Так и умер под замком он галичским… А на замке дружинники втепоры За ковшами сидели и брашнами, Пели песни гусляры разгульные, У бояр были головы пьяные… В стране ж, на родимой сторонушке, На Днестре, на Сбруче и на Серете Алым полымем степь занимается, Озаряется ночи тьма тёмная: Из костей встают мстители грозные, Подымаются витязи славные, Собираются силы несметные… Денно нощно там ждут-дожидаются, Что вожди к ним удалые явятся, Поведут их на битву на рать, За отчизну, за Русь умирать… До сегодняшня дня дожидаются… Свободное Слово Карпатской Руси (ежемесячный карпато-русский журнал под редакцией Михаила Туряницы). ССКР, 1977, январь-февраль 1-2 (217-218) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm М.Ф. Глушкевич. Памяти Гоголя Где старый Днепр броней как витязь блещет, С тревожной думой в даль степей стремясь, Где по курганам лишь ковыль трепещет, И стражем ходит белый месяц князь. Где триста лет в борьбе за Русь с врагами Кровавый пир справляли козаки, Где славу предков грозными стихами Козацким внукам пели кобзари, — Там ты рожден, там зрел твой звездный гений, Родных степей там чувства расцвели, Там воплотились светлым сном видений И мысль, и дух измученной земли. То вещим словом, то бичем упрека Пожар тревоги ты зажег в сердцах, Развеял лень, и отвращение к пороку И веру в Русь ты пробудил в борцах. С тех пор все снится мне, как счастье, Без слез, перерожденная борьбой, Без пут, низвергнувшая чужевластье, Родная Русь, воспетая тобой... Но мы в плену...Тот бой, что вечной славой Покрыл Пожарского священный щит, Тот бой, что вновь был поднят под Полтавой, Eго-ль победно Галич довершит? Увы!...Нет пороха в пороховницах, Тупится меч и взор ослеп от бурь, И гнутся козаки. На бледных лицах Андрея Бульбы тень, Мазепы хмурь... В плену мы. И в плену огонь и силы, В плену умы, и души, и сердца, — Живые мертвецы, мы ждем могилы И камни мечем в братнего борца И стыд и ужас, горе и страданья На части сердце рвут. Судьбы Оковам ржавым ищем оправданья! Мы не в плену. Но мы рабы, рабы!.. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. А.К. Толстой. Роман Галицкий. c.25; М.Ф. Глушкевич. Памяти Гоголя.с.26 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Мариан Феофилович Глушкевич http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_637.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Карпаты и Славяне Илья Иванович Тёрох (1880-1942). Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из соч. Сварог. Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 Соловiй старых времен - й слава русских всiх племен, Дiда Велеса внук славный, вiщ боян наш стародавный. - Прогнанный из русских хат - втiк до дiдовских палат. Втiк й Дiд Велес з калитою й Русь зiстала сиротою. Нiт Баяна вiщуна й пропадае старина. Чужина впросилась в сваты, забрела до русской хаты Й старину бере в полон, та еще проч гонит вон. Чужина сидит на лавi, - старинонька на муравi. Чужина пресь за столом, - старинонька пiд вiкном На дворi стоiт бiдненька, в лютiм гореньку, сумненька, На своiм старiм гумнi, - як в чужiй тiй сторонi. Старинонька не газдыня, а чужая лиш рабыня, Чужинов обiдрана й чужинi злiй пiддана. Старины своi чужатся, чужинов чужов гордятся. Несчастлива в нас звiзда, тай тому така бiда. Я хотiв бы вам заграти й сказку-быль вам заспiвати, Як спiвали в нас колись, що лиш слухай тай дивись. Що-ж пак вчиню, що-ж пак вдiю? Я спiватоньки не вмiю. Як бы так лиш козачка, коломыйкi, трепачка - Може й я вам заспiвав бы й сам себе не завстидав бы Но спiвати о любви в небесах, не на земли, Там - в небеснiм ciнiм морi, на небеснiм тiм просторi Межи ясным Соненьком - легиньом Дайбоженьком Й межи дiвоньков прекраснов - Зореньков на небi яснов, Не на силы то моi. Пробуйте вы хто своi. До того я не беруся, бо як смертный не годжуся. Я-ж не Велесiв боян, а простенькiй лиш серпан. Попросив бы я Свят-Бога Дiда Велеса Сварога, Вiщ Баяна всiх Дiдiв, русских тих старих богiв. Щоб втворив свiй черес чарiв й калиту небесных дарiв, Щоб не скупивсь добротов, щоб розщедривсь калитов, Тай мене зробив баяном живострунным вiщ-торбаном Звуком тим своiм живим, звуком райским чарiвным. Попросив бы я Свят-Дiда чарiвного спiвовiда Щобы свiй той божий чар, той боянiй чудный дар Зi свойов святою кровю даровав менi з любовью, - Вдунув в сердце вiщий дух, заострив мiй земный слух Й даровав ми божiй голос - той Баян Небес, Дiд Волос, Щоб i я став вiщуном, земным божим спiвуном, Щоб i я мiг заспiвати й на торбанi вам заграти. Вымолив бы в волоса божого чуд-голоса, Так пак що-ж? Его прогнали, в безвiсти кудась заслали. Волоса на небi нiт й заснiтися русскiй свiт. По старому не спiвают, чудо-пiснi не лунают, На Руси нiт вiшунiв, нiт й баянiв спiвунiв. Вже не чути о щедрiвках, о веснiвках, о гаIвках, Тiх чуд-пiснях стародавных - тих былин i думок славных, Вiд котрых вздох персь з грудей й сльозы лились из очей Пахло свято-русским духом Русь вся наполнялась слухом О минувших славных днях й русских свят-богатырях. Старина гет пропадае, плiснев й мохом поростае... Муз чужих я не хочу, ними вам лиш насмiчу. Бо богинi тi чужii - кроволюби й страшно злiи, Як пак тiи пауки, так як пявки слизняки. Мысли все у них кровавi, пiснi краснi, но лукавi: Красотов свойов манят, душу труют вам чорнят. Все спiвают лиш о крови, о вiйнах о хитрiй змовi, Лиш о блудниках богах, лютых, злых богатырях. Не люблю я вида крови, хитрой, лестной iх розмови, Ненавижу тих княгинь - iз чужих небес богинь, То й не буду iх благати, помогати ми спiвати. И. Терох. Дайбожко и Заря ...Среди карпатского населения есть много легенд о сотворении Карпат. Согласно печатаной ниже легенде, или скорее - преданию, слышанному автором в с. Рожанка Выжняя (Скольского округа), создание гор Карпат и славян произошло много лет спустя после сотворения Богом мира, земли, людей, зверей, птицы и т.д. Бог, недовольный созданными Им в начале мира людьми, сотворит Карпаты и на них по Своему Имени русский народ для своей славы, который стали называть славянами, так как они, живя по Божьему, разглашали Божью славу по всему миру. И Господь, как всевед, предвидя грехопадение и грядущие с ним бедствия на земле, тут же, в раю, научил славян возделывать землю, скотоводству и всяким рукоделиям - Мирному Труду, чтобы Они могли переживать все беды и, славя Бога, существовали бы вовеки, учили бы других добру и подавали бы им помощную руку Деду Велесе Небесен, Глянь в свой черес, полон песен И добудь мне дар святой Спети Руси с простотой Песню о Седых Карпатах, О славянах в белых хатах, Где ты встарь был так любим И с благоговеньем чтим. И сейчас, лишь песнь построю, Потряси и калитою, И в даренье мне стряси Памятные на Руси Гусли с струнами златыми, Чтоб их звуками живыми Я сопровождал мой сказ И пленял во всякий час Всех детей Великой Славы От Амура до Велтавы И от Струмы до Невы Красотой святой молвы. Внуче Велеса, Бояне, Ты, кого так чтят славяне. Помоги мне здесь и ты: Сгладь мой стиль от хромоты. Вей с любовью слово с словом И со мною, в сказе новом, Пой о русской старине У Карпат, в Галичине Илья Иванович Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Предание http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm А.Г. Быковник. И.И. Терех Илья Иванович Терох родился в Галиции, в дер. Колбаевичи Рудецкого уезда. Родители его - простые крестьяне - видя незаурядные способности своего сына, приложили все силы к тому, чтобы он получил должное образование. Илья Иванович живя в бурсе Ставропигийского Института, окончил гимназию во Львове. Поокончании гимназии И.И. Терох, как один из самых способных воспитанников Бурсы, получил приглашение заведовать ею и руководить xopoм Ставропигийского Института. Патриархом Антиохийским Иоакимом, прибывшим во Львов в 1585г. по просьбе православных жителей г. Львова, было основано Ставропигийское Братство - (по гречески) Братство Крестовоздвижения. Братство открыло школу и больницу. В 1788г. Ставропигийское Братство было реорганизовано в Ставропигийский Институт. Этот Институт являлся оплотом православия и рассадником русской культуры во всей Прикарпатской Руси, включая Галицию, Буковину, а также и на Волыни. Ко времени заведывания Бурсой Ставропигийского Института И.И. Терохом, Институт имел огромную фундаментальную библиотеку, типографию, богатый музей, где хранилось много различных памятников русской старины. Бурсу, Церковь Успения Божьей Матери с башней-колокольней, с огромным „звон-колоколом Кириллом" на ней. Там же в здании Института помещался клир и замечательный хор, которым управлял И.И. Терох, а также редакции газет: "Русское Слово" и "Галичанин". Задачей всей работы Института было стоять на страже чаяний народа Карпатской Руси, отстаивать православную веру, охранять русский язык, русскую самобытность. С первых дней самостоятельной сознательной жизни И.И. Терох всю свою кипучую энергию и недюжинный талант отдает на служение русскому народу - Руси - культурно-воспитательной и творческой патриотической работе. Он заведует Бурсой, дирижирует хором Института, пользующимся огромным заслуженным успехом далеко за пределами Галиции, пишет музыку на слова Дмитрия Вергуна „Марш Русских Студентов", который поют все студенты Карпатской Руси. В 1906г. он заканчивает композицию полной литургии. Кроме того, он оставил свыше двадцати музыкальных произведений на религиозные, патриотические и бытовые темы. Илья Иванович обладал редким даром излагать сложные научные проблемы простым, доступным и понятным языком. Читая лекции по русской истории, он своим огненным словом умел заронить в сердца слушателей любовь к родной Руси, к исконно-русскому и внушить желание трудиться на благо Руси. Ему обязаны воспитанники Института знакомством с гениями Русской литературы - Пушкиным, Лермонтовым, Гоголем, Тургеневым, Достоевским, Толстым и Чеховым. - Илья Иванович так живо и талантливо передавал слова и дух творений этих гениев - пишут его студенты, - что мы забывали, где мы находимся и перелетали мыслью в Россию -. Кроме того, он же был редактором патриотической русской газеты Воля Народа, вплоть до войны 1914г. Одним словом И.И. Терох был душой всей патриотической работы Института всех его лучших начинаний. Излишне говорить о том, сколько неприятностей и горя он перенес от врагов России - сепаратствующих элементов. Его отец погиб в концлагере Талергоф (юго-восток Австрии, возле города Граца), как и многие тысячи карпаторуссов, замученных только за то, что они считали себя русскими. В 1915г. И.И. Терох вместе с потоком беженцев из Галиции переезжает в Россию, где создается Народный Совет Беженцев из Галиции, душой является И.И. Терох. В 1919г., по поручению Народного Совета, Илья Иванович вместе с двумя другими членами Совета добивается переезда в США. Здесь он является творцом устава Карпаторусского зарубежья, принятого 3-им Карпаторусским Конгрессом. Здесь он организует блестящий показ Русско-Славянской культуры в 1921г. на фестивале народного творчества, где организованный им стенд карпатороссов и массовые народные концертные выступления пользовались исключительным успехом. Его заставили провести концерт вторично, что он и сделал, обьединив свои силы с югославянами и чехами и дал русско-славянский концерт. Но венцом всей его творческой научной деятельности явились ценные работы по русско-славянской мифологии: "Сварог", "Славяне и Карпаты", "Серый Свет" и "Черная потьма" и брошюра "Славяне и германцы". Будучи по складу своей натуры истинно русским человеком, с широкой душой, большим сердцем и глубоким пытливым умом, беззаветно любя Россию, свой русский народ, Илья Иванович с малых лет тянулся к нему, к его душе, желая вникнуть не только в его настоящее, но и в далекое прошлое. Он любовно и упорно собирал среди народа и записывал старинные предания, пословицы, поговорки, изучал обряды, танцы, песни, вникая в таящуюся в них сущность. Он приник к чистому, живому источнику народного творчества, им питался и оттуда черпал силу творческой правды. Полем деятельности И.И. Тероха был народ, он творил вместе с народом, его лабораторией была живая народная гуща, это, а также его личная одаренность, позволила ему, преодолевая время и пространство, заглянуть в былое, далекое, почувствовать его, увидеть, понять и живо и правдиво представить в своих замечательных трудах. Эти труды являются первой смелой попыткой широко начертать цельную картину нашей мифологии. Они раскрывают перед нами ясную, светлую высоконравственную и глубоко-содержательную картину духовной жизни наших далеких предков. Впереди предстоит большая работа, но основа заложена и творцом этой основы явился Илья Иванович Терох. В этом его исключительная заслуга. Нам должно и нужно заслуженно гордиться талантами своего народа и уметь их ценить; ценить большого русского патриота, смелого и талантливого начертателя основ нашей мифологии. Тяжелая напряженная работа подорвала его силы и в 1942 году И.И. Тероха не стало — он отошел в иной мир. Склоним головы перед его памятью, а его супруге Иоанне Владимировне Терох, верной помощнице, соавтору и другу, пожелаем многая лета. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. А.Г. Быковник. И.И. Терех с.27-29 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Илья Иванович Тёрох http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Народная История Руси Иероним Я. Луцык. Народная История Руси. Нью Иорк, 1911г. (от Наташи Гаттас) Иероним Я. Луцык (Роман Сурмач). Народная История Руси. От найдавнейших времен до нынешних дней. С коротким очерком истории Русской Церкви и с приложением истории Угорской, Буковинской и Американской Руси. Издал Иван Гр. Борух. Нью Иорк, 1911г., 347с. Предисловие Перед Тобою, Брате и Сестро, книга, которая далека от того, чтобы глядала для себя похвалы. То просто, ясно и приступно описана история нашей бывальщины аж до нынешних дней. Не может любити своего народа, своего отечества тот, кто не знает ее минувшости, не знает дней славы и велищины и дней страданий своих дедов и прадедов. Читай эту книгу, спознай якого ты роду орлом родился, а коли спознаешь все страдания наших предков, тогда загореешь огнем любови до всего, что наше, что русское, что православное. Тогда почуешь в себе ту силу, якая вела предков наших на бой за веру и волю. А тогда Ты и деточки Твои не пропадете для Руси, а будете ея славою и честию и жемчугом ея венца. Книга та различается от других наших народных изданий тем, что не превозносит она истории одной русской области над другии, и обнимае историю целой Руси, через что стане она пожеланна также и для Читателей старого краю… ... Начало Руси В глубокой древности, в замерклых для людской памяти веках, перед двома тысячами лет и дальнейше, большую половину Европы занимали Словены, позднейше названы Славянами. Народ русский есть одною и то найбольшию частию великой словенской, або славянской родины. Словены, або Славяне занимали от найдавнейших времен (часов) большую часть Европы, от Балтийского до Черного Моря, дальше до Дуная, а с другой стороны, от реки Лабы (в Неметчине) до реки Волги… ... Короткая История Угорской Руси Угорская Русь есть то часть славянской земли, которая лежит между Карпатами а Дунаем, в нынешной Угорской державе, и в которой живет pyccкий народ. Угорская Русь есть частью одной великой, неразделимой Руси. Колись, дуже давно тому, целая нынешняя Угрия належала до Славян. Дунай и Тиса, то нашии реки. Русский народ не только на угорской стране, и в Галичине, но также и в глубокой Pоссии спевает песни о том, что - поехал козак за Дунай -, а и другии, из которых споминается та река. По одном и другом ея берегах жили Славяне. А уже та часть нынешной угорской державы, где живет теперь русский народ, а и побратимчий словацкий народ, не перестала николи быти славянскою и николи не перестанет нею быти... ... Сергей Лесной. Рецензия на книгу 55-летней давности Перед нами книга: Иероним Я. Луцык (Роман Сурмач) — Народная История Руси. От найдавнейших времен до нынешних дней. С коротким очерком истории Русской Церкви и с приложением истории Угорской, Буковинской и Американской Руси. Издал Иван Гр. Борух. Нью Иорк, 1911 г., 347 стр. Хотя прошло уже 55 лет со дня ее опубликования, книга разошлась и о ней забыли, - она заслуживает того, чтобы ее оценить, хотя-бы и поздно, но уже с новой точки зрения. Подумать только: издана в 1911 году! Значит, еще до первой мировой войны, перевернувшей многое в Европе, возродившей к новой жизни несколько славянских и других государств, и наверное в свое время не оцененная. Что может сказать нового книга, более чем полувековой давности? Нового почти ничего, зато она сохраняет много ценного старого. Прежде всего это народная история Руси, - это не история царей, династий, которую мы изучали в школах, — это история самого Русского народа. Особенная ее ценность заключается в том, что она написана не только человеком из оторванного историей куска древней Руси — Прикарпатской Руси, — но и написана и напечатана в далекой Северной Америке. Она показывает необыкновенно цепкую любовь к родине и своему народу в самой его гуще; она показывает, как русины Прикарпатья почти за 1500 лет, через гнет чужих народов (угров, немцев, поляков, румын итд.), войны, пожары и всякие народные бедствия, пронесли свой язык, свою национальность, свою веру с исключительным упорством и самосознанием. Ценно не только то, что они пронесли через века любовь к своей родной земле, а главное то, что пронесли они и сохранили идею Руси, идею не части ее, а ее целого. Именно они явились ядром русской традиции: не украинизированный Киев, не объазиаченная Москва, и не онемеченный Петербург сохранили идею Руси (как народа), - а Прикарпатская Русь. Именно она понимала единство народа, она связывала наших славных предков с нами, потомками, которые готовы признать даже то что мы - только немного подученные немцами дикари (так убеждал нас по крайней мере онемеченный Петербург). Именно в Прикарпатья сохранился верный взгляд на русский народ: он может быть разорван политически на части: часть под уграми, часть под поляками, часть под Литвой, часть (московская) самостоятельная, но народ один. За эту идею страдали и умирали наши предки. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. Сергей Лесной. Рецензия на книгу 55-летней давности с.29-30 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Сергей Яковлевич Парамонов (Лесной) http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_86.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Украинизация южной и западной Руси ...Итак, как в Галичине, так и в Буковине, во главе украинского движения не были украинцы. В Галичине главой был поляк, граф Шептыцкий, а в Буковине - румын фон Вассилко ...Вот имена людей, которых “Загальна Українська Енцикльопедiя” упоминает, как основоположников украинского движения в Буковине перед первой мировой войной: Смаль Стоцкий, Василько, Беспалко, Бигарий, Галип...Ароматный букет. ...Та-ж то все кумедия. Коли прийдет Россия, то всi тотi паны будут лизати ноги русскому цареви А. Геровский Украинизация Галичины и Буковины Галерея украинских вождей в Австрии (украинские вожди в Буковине перед первой мировой войной) Эту статью мы взяли из журнала Свободное слово Карпатской Руси (N19-20,21-22,23-24, за 1960 год). 1. Степан Смаль-Стоцкий О Смале-Стоцком имеются следующие данные в “Украинской Всеобщей Енциклопедии” (Українська Загальна Енциклопедiя”, на стр. 131-ой, том III): “Смаль-Стоцький, Степан, украинский лингвист, политический, общественный, культурный и экономический “дiяч” (деятель) в Буковине. Родился в 1859-ом году, профессор университета в Черновцах (1884-1918) и украинского университета в Праге, член ВУАН (Вiльна Українська Академiя Наук), НТШ (Наукове Товариство Шевченка), долголетний национальный вождь буковинских украинцев, основавший почти все украинские общества, просветительные и экономические в Черновцах, член буковинского сойма и австрийского парламента, вице-маршал краевого комитета Буковины (1904-13), посол ЗУНР (Западно-украинской Народной Республики) в Праге (1919); враг (!) так называемого прарусского языка; он выводит украинский язык из праславянского (Немецкая научная грамматика украинского языка в сотрудничестве с профессором Гартнером; школьные пособия, украинская грамматика, и т.д.).” Кроме того, имеются еще следующие данные о Смале-Стоцком на стр. 676-ой того-же третьего тома: “Национальное движение чрезвычайно усилилось с появлением в Буковине д-ра Ст. Смаля-Стоцкого в качестве профессора черновского университета. С его личностью связано все политическое, экономическое и культурное буковинское украинское движение до самой мировой войны.” Все это верно. Беда только в том, что многое недосказано, многие существенные факты пропущены, и многое просто переврано. Из того, что сказано в украинской энциклопедии, читатель получает впечатление, что Смаль-Стоцкий был ученый лингвист и выдающийся человек во всех отношениях. На самом же деле это был человек бесхарактерный, продажный, и просто уголовный преступник, который не кончил своей карьеры в тюрьме только потому, что началась первая мировая война. Согласно Украинской Энциклопедии Смаль-Стоцкий родился в 1859-м году и сделался профессором университета в Черновцах в 1884-м году, когда ему было всего 25 лет. К этому необходимо добавить следующее: будучи сыном сельского дьячка и не имея никаких средств, он воспитывался во Львове на средства Ставропигии, живя в русской (не украинской) бурсе, и был русских убеждений. Это мне известно от моего отца, который в то время был членом правления Ставропигии и лично знал студента Смаля-Стоцкого. Смаль метил в учители гимназии, но каким-то чудом выскочил в профессора университета, не имея для этого никаких данных, не написав ни одного научного труда. Указанные выше в Украинской Энциклопедии книги вышли гораздо позже. “Руска граматика” в 1897-м году, а “Grammatik der ruthenischen (ukrainischen) Sprache” в 1913-м году, при чем обе эти книги были написаны не самим Смалем. На заглавном листе указаны два автора: Смаль-Стоцкий и немец Гартнер (Theodor Gartner), профессор... романских языков. “Руска граматика” маленькая, мизерная книжечка; только немецкая “Gramatik der ruthenischen (ukrainischen) Sprache”, напечатанная на средства австрийского министерства “Fur Kultus und Unterricht”, может претендовать на научное значение. Появилась она в Вене в 1913-м году, то есть почти тридцать лет после того, как Смаль был произведен в профессора. Все это очень странно. Возникает прежде всего вопрос: на каком основании Смаль был назначен профессором? На этот вопрос дал исчерпывающий ответ б. член буковинского сойма Тыминский, который часто бывал в нашем доме в Черновцах. Тыминский был воспитан в противо-русском духе, сделался Jungruthen-ом (“младорусином”) и поэтому считался благонадежным и попал в члены местного сойма. Кроме того он удостоился еще и особого доверия австрийских властей и был своим человеком в “черном кабинете” губернатора, где он переводил русские письма, перехваченные на почте, и всякого рода русские бумаги и газетные статьи. В черном кабинете хранились всевозможные документы, имеющие отношение к русскому вопросу; между прочим также и документ, касающийся производства пана Смаль-Стоцкого в профессора “руского” языка в черновском университете. Тыминский снял с него копию. Со временем Тыминский пришел к убеждению, что сепаратисты не правы, что сепаратизм и ненависть к “москалям” насаждаются австрийскими властями. Работа в “черном кабинете” показала ему наглядно, что местные сепаратисты просто агенты австрийских властей, исполняющие их волю за теплые местечки, за деньги и страха ради иудейска. Располагая достаточными средствами, чтобы покупать книги, Тыминский начал изучать историю и в конечном итоге превратился в сознательного русского человека. Обо всем этом он говорил открыто всем. Само собою разумеется, он лишился доверия властей и места в буковинском сойме, в члены которого можно было быть “избранным” только с согласия правительства. Мне помнится, с какой злобой он говорил о том, как ему, гимназисту без гроша, пришлось читать только то, что ему давали читать, и как он потом прозрел. Самостийников он не называл иначе, как “свиньями”, продавшими свою душу. Особенное впечатление произвел на него “реверс” Смаля-Стоцкого, оригинал которого он видел в “черном кабинете”, он показывал нам копию этого реверса. Я до сих пор помню наизусть его содержание: “Im Falle meiner Ernennung zum Professor der ruthenischen Sprache an der Czernowitzer Universitaet verplichte ich mich den wissenschaftlichen Standpunkt zu vertreten, dass die ruthenische Sprache eine selbstaendige Sprache und kein Dialekt der russischen Sprache ist”. Вот русский перевод: “В случае назначения меня профессором рутенского языка в черновском университете, я обязываюсь защищать научную точку зрения, что рутенский язык самостоятельный язык, а не наречие русского языка”. Вот вся его “научная” квалификация. Никакие знания не были нужны для того, чтобы попасть в украинские профессора. Нужна была только бесхарактерность и продажность. Австрийское правительство, конечно, знало, что Смаль-Стоцкий – неуч, и поэтому, назначая его профессором “руской мовы”, ему было приказано самому ничего не писать. Ему дали в менторы настоящего профессора университета, настоящего филолога, в лице немца Теодора Гартнера, профессора романских языков. Тайну эту разоблачил тот же Тыминский. Этим объясняется странное обстоятельство, что “ученый украинский лингвист” в течении десятилетий ничего не написал, и что когда, наконец, появилась его украинская грамматика на немецком языке, на заглавном листе красовалось имя немецкого профессора рядом с именем ученого Смаля. Кстати, на заглавном листе имя Смаля-Стоцкого украшено дворянским титулом “Edler von”, что в русском переводе значит “Благородный из”. Неизвестно, за какие заслуги он получил этот титул, но догадаться не трудно. Наша семья жила в Черновцах несколько лет на той же улице, на которой жил Смаль-Стоцкий, на Landhaus Gasse (“Соймовой улице”), где было здание буковинского сойма. Дом, в котором он жил, находился наискось от нашего дома, и я часто встречал его на улице. Я его знал в лицо, но никогда с ним не разговаривал. Но моего отца он иногда останавливал при встрече, чтоб обменяться несколькими словами, пока в один прекрасный день мой отец не сказал ему, что он о нем думает, назвав его продажной душой и попросил его больше не подходить к нему на улице. Смаль растерялся и проговорил: “Пане дохторе, то вже занадто!” (это уже слишком). Непосредственным поводом к этому разрыву было следующее происшествие, вполне освещающее характер и твердость украинских убеждений этого главы и основоположника украинского движения в Буковине. В Буковине, как и в Галичине, полагалось, чтобы в пасхальный понедельник мужчины посещали знакомые дома, даже такие, в которых они в другое время редко бывали. Всюду был накрыт пасхальный стол и с утра до вечера приходили знакомые. В пасхальный понедельник заглядывал к нам и русский консул Доливо-Добровольский. Здесь я должен отметить, что описываемый мною случай произошел за несколько лет до первой мировой войны. Время было тревожное. Австрия готовилась к войне. В Черновцах было общеизвестно, что офицерам было приказано заглядывать ежедневно по вечерам в казармы и разговаривать с солдатами “частным образом, так, между прочим” о необходимости войны с Россией. В 1910-м году в один и тот же день полицейские комиссары нагрянули на все русские организации и общества, закрыли их и конфисковали все их имущество. В Черновцах запахло войной, а русская граница находилась всего лишь в двадцати верстах. Вот тут-то пан Смаль-Стоцкий и решил застраховать себя на случай победы России в надвигающейся войне. Для этой цели он избрал пасхальный понедельник. Он зашел перед полуднем к русскому консулу Доливо-Добровольскому и поздравил его с праздником. При этом он так, между прочим, сказал Добровольскому, что он отнюдь не украинский сепаратист, но что он под видом самостийничества “спасает русское дело, пока не придет Россия”, и т.д. В тот же день после обеда был у нас консул Добровольский и рассказал нам, что ему сказал Смаль-Стоцкий. Несколько дней спустя Стоцкий, встретив моего отца на улице, остановил его и начал что-то говорить на ту же тему, что мы, мол, все русские, стремимся к одной цели, но идем к ней разными путями, и тому подобное. Мой отец не выдержал, назвал его продажной душой и еще раз попросил его не подходить к нему больше на улице. За несколько лет до первой мировой войны буковинским губернатором был назначен граф фон Меран, родственник австрийского императора Франца Иосифа. Он был сын эрцгерцога, который женился не на аристократке и поэтому его сын официально уже не считался эрцгерцогом, но получил титул графа фон Меран. Человек он был молодой, с характером. Благодаря своим родственным связям, он мог себе позволить то, чего другой губернатор не посмел бы сделать. Свой самостоятельный образ мышления он показал сразу же после своего назначения, взяв себе в секретари протестанта д-ра Мебиуса. Протестантов в Австрии было чрезвычайно мало и они были в загоне, хотя их и не преследовали открыто. До этого Мебиус был комиссаром при уездном начальнике в Васьковцах. Там мой отец был несколько лет адвокатом, и я у него проходил свой стаж в качестве “Advokaturskandidat”-а (кандидата в адвокаты). С д-ром Мебиусом я познакомился в местном клубе, куда ежедневно приходили члены немногочисленной местной интеллигенции: два адвоката, судьи уездного суда и чиновники уездной администрации. С Мебиусом мы были одних лет и мы с ним быстро подружились. Мы вместе обедали в одном частном доме – (ресторанов в Васьковцах не было) – а летом мы с ним ходили купаться в реке Черемош. Само собою разумеется, мы часто говорили о политике, о “руссофилах” и “юнгрутенах”, и я не скрывал от него моих убеждений. Мебиус был уроженец западной Австрии и, как таковой, владел не только немецким литературным языком, но и австрийско-баварским наречием, как и я. Поэтому ему было не трудно понять, в чем состоит “рутенский” вопрос. Он начал учиться местному русскому наречию и убедился из личного опыта в том, что местные крестьяне, с которыми ему постоянно приходилось сталкиваться, как комиссару при уездном начальстве, называют и считают себя русскими. Когда граф Меран взял его к себе в секретари, Мебиус переселился в губернский город, в Черновцы. Я уже раньше переселился туда, и наша дружба продолжалась. Я там женился на моей первой жене. Мебиус часто бывал у нас и от него я узнал о многом, что происходило за кулисами в губернаторском доме. Так как за мной постоянно следила полиция, то графу Мерану, конечно, донесли, что д-р Мебиус мой друг, и что он бывает в моем доме. Но от этого Мебиус не пострадал. Напротив, граф Меран заинтересовался “рутенским” вопросом и расспрашивал своего секретаря о нем. Впоследствии, ознакомившись с данными о Смаль-Стоцком и о других украинских “дiячах”, имеющимися в губернаторских архивах, он относился с отвращением к этим патентованным австрийским патристам. Свое отвращение к ним он показал открыто, когда по случаю нового года члены буковинского сойма вкупе с другими высокопоставленными лицами, явились к нему с поздравлениями и выражениями своих верноподданнических чувств. Граф Меран здоровался со всеми за руку, но украинским “дiячам” во главе со Смаль-Стоцким и Васильком он демонстративно руки не подал. Это публичное осрамление украинских вождей было в течение многих дней главной темой разговоров в местных кофейнях. Как мне впоследствии рассказывал д-р Мебиус, Смаль-Стоцкий и Василько пожаловались в Вене, и австрийское правительство потребовало объяснений от своего губернатора. Граф Меран не стесняясь ответил, что ему противно подавать руку людям такого низкого морального уровня, и что он им руки подать не может. При этом он воспользовался случаем, чтобы высказать также и свое мнение о том, что вся австрийская политика в отношении “рутенов” ошибочна. Ответ из Вены был прост и ясен: военное министерство настаивает на этой политике, считая ее государственной необходимостью. Венское правительство предложило графу Мерану во имя “высших государственных интересов” подчиниться и публично больше не оскорблять украинских “дiячей”. Во имя патриотического долга граф Меран подчинился и больше украинских “дiячей” публично не оскорблял. Но в скором времени они сами ударили публично лицом в грязь так, что всем стало ясно, кто они такие. Вот как это случилось. Среди клиентов моего отца был один армянин помещик, по фамилии Богосьевич. У него было имение в Русском Банилове, по соседству с Васьковцами, где у моего отца была адвокатская контора. Я был знаком с Богосьевичем, а также с некоторыми из его многочисленных дочерей, хорошенькими армяночками. Если мне не изменяет память, их было восемь. Дочерей надо было выдавать замуж и надо было им дать приданое. Итак, Богосьевич решил продать свое имение. Он просил нас помочь ему найти покупателя. Хотел он получить за свое имение 450.000 корон. Но кому мы не говорили об этом, все отмахивались смеясь и говорили, что его имение столько не стоит. Вскоре после этого умерла тетка Василька и оставила ему небольшое имение в Становцах, серетского уезда. Цена этому имению была никак не больше 350.000 корон. Василько был видный украинский “дiяч”, член австрийского парламента и буковинского сойма. Вслед за этим я узнал, что “Селянска Каса”, главой которой был Смаль-Стоцкий, купила имение Богосьевича за 850.000 корон и имение, доставшесся по наследству пану фон Василько, за 700.000 корон. Для меня было ясно, что украинские “дiячи” проворовались, и я об этом написал в русской печати. Все самостийные газеты, включая и орган социал-демократов “Борба” набросились на меня, обвиняя меня в том, что я – государственный изменник, что я клевещу на Смаля-Стоцкого, потому что он австрийский патриот и т.п. “Селянска Каса” – был союз кредитных кооперативов, которые имелись во многих русских селах в Буковине. Каждый такой кооператив состоял из нескольких десятков или нескольких сот членов, которые по уставу ручались всем своим имуществом за все долги Селянской Касы. Это давало им возможность получать займы в Селянской Касе, которая финансировалась Центральным Банком Чешских Сберегательных Касс в Праге. Ко времени разыгравшегося скандала чешский банк уже дал взаймы Селянской Касе свыше десяти миллионов австрийских корон (т. е. больше двух миллионов долларов). У нас, русских (с двумя “с”), тогда были кредитные кассы, которые были более кредитоспособны, чем “руские” (через одно “с”), но нас австрийское правительство не любило, и поэтому братья чехи нашим кассам денег не давали. Такова была политика чешских банков также в Триесте, где они поддерживали итальянцев, но не словенцев. У меня по этому поводу был разговор с паном Патеком, директором чешского Центрального Банка, причем я ему указал на то, что в наших кассах членами являются более зажиточные крестьяне, в то время как самостийная Селянска Каса принимала в члены кого угодно, и что поэтому наши кассы были более кредитоспособны. Мой разговор с паном Патеком не привел ни к чему, и нашим кассам пришлось и дальше брать деньги под большие проценты в маленьких еврейских банках. В разгар поднятой против меня травли я как-то зашел по делу в краевой суд в Черновцах и там, в коридоре, встретил приехавшего из Праги пана Патка, директора Банка Чешских Сберегательных Касс. Пан Патек подошел ко мне и, не здороваясь, и с трудом подавляя свою злобу, сказал: “Что вы делаете? Вы ведь попадети в тюрьму!” – “За что?” спросил я – “За клевету! Ведь все то, что вы говорите и пишете про Селянску Касу, неправда!” На это я ему ответил: “Я с нетерпением жду, чтобы меня Смаль-Стоцкий и его сообщники привлекли к суду за клевету. Но они этого не делают, ибо они боятся суда. Вы бы лучше прислали из Праги ревизоров, чтобы они проверили дела Селянской Касы. Я в тюрьму не попаду, но ваш банк понесет большие убытки!” Патек как-то растерянно посмотрел на меня и, не простившись, ушел. Через несколько дней приехали из Праги ревизоры. Об этом было объявлено в газетах. После двух месяцев работы они объявили результат: украдено от четырех до шести миллионов корон. И об этом сообщила во всеуслышание как местная, буковинская, так и чешская и венская печать. Не взирая на все ходатайства влиятельных друзей пана Василька (он был “на ты” с некоторыми членами габсбургской династии) – правительство отказалось возместить убытки из секретных фондов. Сумма была слишком велика, да и было уже слишком поздно, ибо все знали о происшедшем. Если бы правительство все же решилось покрыть украденное из казенных средств, это не спасло бы репутацию проворовавшихся патентованных австрийских патриотов и подорвало бы престиж правительства. Итак, было решено пожертвовать Смалем-Стоцким, который возглавлял Селянскую Кассу и которого поэтому нельзя было обойти. Дело было передано в уголовный суд, который ознакомившись с фактами, обратился в парламент и потребовал выдачи Смаля-Стоцкого. Парламент это требование удовлетворил. Сообщая об этом деле, венская печать отметила, что то, в чем обвинялся Смаль-Стоцкий, является самым крупным мошенничеством в австрийской истории за последние пятьдесят лет. Следствие затянулось, так как дело было чрезвычайно сложное. Покупка имений Богосьевича и Василька составляла только небольшую часть мошеничеств, проделанных Стоцким и его сообщниками. Началась мировая война. Недели две спустя, город Черновцы был занят русской армией. Смаль бежал с австрийскими войсками. Это его спасло от неминуемой тюрьмы.

Ять: 2. Микола Василько О Васильке имеются следующие данные в Украинской Всеобщей Энциклопедии (Українська Загальна Енцикльопедiя) том III, стр. 475: “Василько, Микола, украинский политик и дипломат (1868-1924), член буковинского сойма и венского парламента. В последние десятилетия перед мировой войной он сильно влиял на общественную и политическую жизнь буковинской Украины. 1918-1924 дипломатический представитель ЗУНР (Западно-Украинской Народной Республики) в Австрии, а потом УНР (Украинской Народной Республики) в Швейцарии и Германии”. Как сведения о Смале Стоцком, так и сведения о Васильке страдают одним и тем же недостатком. То, что сказано – верно, но главное недосказано, так что получается совершенно ложное представление не только о том, что собой представлял Микола Василько, но и обо всем украинском движении в Буковине. Прежде всего необходимо отметить факт, что Микола Василько ни по своему происхождению, ни по своему воспитанию не имел ничего общего ни с русскими, ни с “украинцами”. Отец его был богатый румынский помещик, а мать – румынская армянка. В Буковине все помещики были румыны. Это были потомки константинопольских греков (В Молдавии эти греки были известны под именем Фанариотов, так как они происходили из Фанара, части тогда уже Константинополя, в которой жили греки), которых турецкое правительство назначало за взятки на разные доходные места в Молдавии. Когда в конце восемнадцатого столетия Австрия отняла от тогда еще турецкой Молдавии ее северную часть, Буковину, то эти уже вполне орумынившиеся греки были признаны австрийским правительством местной аристократией и наделены титулом “фон” или даже произведены в бароны. Так Николай Василько именовался официально Николаус фон Вассилко, а его двоюродный брат пользовался титулом барона. Николай Василько не только не был по своему происхождению ни русским, ни “украинцем”. Он даже не знал ни слова ни по-русски, ни по-“украински” несмотря на то, что имение его отца находилось в русской части Буковины. Это было село Лукавец на верхнем течении реки Серета. Все свое воспитание он получил в Вене, в Терезианум-е, закрытом учебном заведении, в котором воспитывались сыновья австрийской аристократии, в том числе и австрийские эрцгерцоги, члены габсбургской династии. В Терезиануме преподавание велось на немецком языке. Кроме того ученики усиленно обучались французскому языку. Таким образом молодой Василько, окончив Терезианум, владел тремя языками: румынским, немецким и французским, но он совершенно не знал русского языка. Для него были гораздо важнее связи, которые он приобрел в Терезиануме. С некоторыми австрийскими эрцгерцогами он даже был на ты. Родители Василька умерли рано, когда он был еще малолетним. Когда ему исполнилось 24 года, ему досталось миллионное наследство. Но он все прогулял без остатка в течение нескольких лет со своими высокопоставленными товарищами, тратя огромные деньги на женщин. Женолюбием или, вернее, женоманией он страдал до конца своих дней. На женщин он тратил все, что он впоследствии зарабатывал на украинской политике. Прокутив все наследство, он решил сделаться профессиональным политиком. Для этого у него были данные из за его связей в высочайших сферах в Вене. Сперва он предложил свои услуги своим же румынам. Но они его предложения не приняли, у них было достаточно своих дворян со связями в Вене. К тому же, зная хорошо Василька, они ему не доверяли. Получив отказ от румын, Василько обратился к русским. Очень может быть, что он взял пример с графа Шептицкого, который из польского графа и каваллерийского офицера превратился в русского епископа. По примеру Шептицкого он “почувствовал в своих жилах русскую кровь и вернулся к своему народу”. Так же, следуя примеру Шептицкого, он сперва примкнул к “старо-русской” партии, ибо в то время в Буковине, как раньше и в соседней Галичине, самостiйники составляли незначительное меньшинство. К тому же самостiйники были галичане, “зайды”, т.е. пришлые, к которым местное русское население относилось с недоверием, считая самостiйничество польской интригой, как это признает упомянутая Украинская Энциклопедия. В то время среди всего буковинского духовенства был только один самостiйник, некто Козарищук. Его родной брат, тоже священник, считал себя румыном. Объявив себя русским, Василько прибрал к себе некоего Крушинского, русского галичанина, который издавал в Черновцах еженедельную русскую газету “Буковинские Ведомости”. В его сопровождении он обошел всех более или менее влиятельных интеллигентов в Черновцах и православных священников провинции. Приближались выборы в австрийский парламент, и он выставил свою кандидатуру. Ему только что исполнилось тридцать лет, так что по закону он уже мог быть избранным в пардамент. Выбрал он себе чисто-русский избирательный округ (Выжница-Путилов). Обходя русских интеллигентов в Черновцах, Василько нанес визит и нам. Мой отец, только недавно приехавший из ссылки, из далекого Инсбрука, тогда политикой не занимался, но он пользовался авторитетом в русских кругах, как бывший член австрийского парламента и зять А.И. Добрянского. Василько явился к нам в сопровождении Крушинского. Я хорошо помню его первый визит. Это был смазливый, элегантный молодой господин с изящными манерами, говорящий прекрасно по-немецки. Говорил он о своем желании послужить “своему русскому народу” в Буковине, у которого “так мало своих интеллигентных сил”. Не преминул он упомянуть и моего деда, Добрянского, который де должен служить примером для каждого русского политика, и т.д. Мой отец отнесся скептически к личности новоявленного русского вождя. По его мнению, это был “новый Шептицкий”. Это было верно до некоторой степени. Тактика у них была одна и та же. Оба они притворялись сперва русскими, а потом “украинцами”. Но побуждения и цели были разные. Шептицкий преследовал религиозно-политические цели. В интересах Польши и Рима он желал превратить русских галичан в настоящих римокатоликов и оторвать их от русского народа, переделав их в “украинцев”. У Василька же единственной целью были деньги. Если мне память не изменяет, то в выжницко-путиловском избирательном округе, в котором Василько выставил свою кандидатуру, не было другого кандидата. Так как Василько выступал под видом “алтрутена”, то есть приверженца национально-культурного единства всех ветвей русского народа, то с русской стороны против него не выдвинули другого кандидата. А “юнгрутенам”-самостiйникам очевидно австрийское правительство приказало не мешать Миколе, планы которого были несомненно заранее одобрены в Вене в высочайших сферах. Итак Василько был избран в парламент в округе, в котором его никто не знал и с жителями которого он даже не мог поговорить, не зная русского языка. Из любопытства я поехал на одно из его предвыборных собраний. Это было в местечке Путилове, на гуцульской верховине. Началось с того что Василько с трудом произнес (затверженную) фразу приветствия на русском языке. Затем впереди него стал неизвестный мне человек – (кажется учитель местной школы) – и произнес от его имени заранее приготовленную речь. В том же избирательном округе Василько был затем избран в буковинский сойм. Впоследствии он переизбирался несколько раз на всех парламентских и соймовых выборах вплоть до первой мировой войны. Будучи уже членом парламента Василько приступил к осуществлению своих финансовых планов. Он предложил свои услуги Доливо-Добровольскому, русскому консулу в Черновцах, обещая работать в пользу России с тем, чтобы русское правительство выдавало ему ежегодно 50.000 – я уже не помню – австрийских ли крон или русских рублей. Консул его предложения не принял. Невзирая на это Василько все же оставался еще некоторое время “алтрутеном”, русским (с двумя “с”) и лишь постепенно превратился в “руского” (через одно “с”), то есть в самостiйника. Но странным образом он не рвал окончательно своих связей с русскими, хотя они считались государственными изменниками. Так, например, он ежегодно без приглашения приходил на бал общества русских студентов черновского университета даже тогда, когда я был председателем этого общества. Он покупал свой билет при входе и демонстративно клал на стол сто крон. Как сказано правильно в Украинской Энциклопедии, Василько вдвоем со Смалем-Стоцким составляли “дуумвират”, который руководил украинской политикой в Буковине. Василько жил постоянно в Вене. В Черновпы он приезжал только на заседания сойма или по своим личным делам. Денег, которые он получал как член буковинского сойма и австрийского парламента, ему не хватало на его великосветскую жизнь в Вене. Но у него были значительные побочные доходы благодаря его связям в венских высоких сферах, которые давали ему возможность устраивать богатым комерсантам всякого рода протекции у власть имущих. Главным источником доходов для него был “Греко-восточный Церковный Фонд”, которым бесконтрольно управляло министерство земледелия в Вене. Этот фонд был образован из огромных имений буковинской православной церкви, состоявших преимущественно из лесов. Министерство земледелия ежегодно продавало большие количества леса частным лесопильным заводам. Ни для кого не было секретом, что легче всего было добиться выгодной сделки с министерством через Василька, которому лесопромышленники платили по одной кроне за каждый купленный им кубический метр. При сделке в сто тысяч кубических метров это составляло кругленькую сумму в сто тысяч крон. Скандальную историю с Селянской Касой, которая угрожала полным разорением тысячам русских крестьян, ее членам, я вкратце описал в прошлом номере “Свободного Слова”. В этот скандал был замешан и Василько, который продал имение, доставшееся ему после смерти тетки, Селянской Касе за 700.000 крон, хотя оно стоило никак не больше половины этой суммы. За эту сделку и за другие мошенничества подобного рода Смаль-Стоцкий, возглавлявший Селянску Касу, попал под суд. Василька к суду не привлекли, как имевшего высокопоставленных друзей и покровителей в Вене. Дело это кончилось ничем, ибо вскоре началась первая мировая война. Русские войска заняли Черновцы через две недели, а потом и вся Австро-Венгрия рухнула. Об этом грязном деле писали все газеты. Венский парламент выдал Смаля Стоцкого. Но это не помешало ни Смалю Стоцкому, ни Васильку быть после первой мировой войны “дипломатическими представителями” сперва “Западно-Украинской”, а затем “Украинской Народной Республики” в Праге, Вене, Берлине и в Швейцарии. Весьма любопытно, как Украинская Энциклопедия представила дело Селянской Касы. Промолчать об этой нашумевшей истории было очевидно невозможно. Так, видите ли, по словам украинской Энциклопедии, к тому времени украинское движение в Буковине настолько окрепло, что австрийское правительство его испугалось. Поэтому, дабы подорвать его, оно устроило банкротство Селянской Касы, запретив ее заправилам эксплуатацию лесов в имениях, купленных ими для Селянской Касы. Дабы окончательно скомпрометировать украинское движение, согласно той же Украинской Энциклопедии, австрийское правительство впутало в это грязное дело “почти всю украинскую интеллигенцию в Буковине”! .. Невольно возникает вопрос: Каким образом Василько так сильно влиял на украинское движение в Буковине и в каком направлении? Ответ на это прост. Направления у Василька не было никакого. Он только старался раздобыть побольше денег. Пользуясь своими личными связями в высоких сферах, он шантажировал Вену “русской опасностью”. (Как я упомянул уже в прошлом номере в статье о Васильке, он воспитывался в Терезиануме, закрытом учебном заведении, в котором воспитывались сыновья высшей аристократии, также и эрцгерцоги, с которыми он был на ты). Политика для него была только авантюрой, средством для легкой наживы. Во время первой мировой войны он выдвигал своего приятеля эрцгерцога Вилгельма в будущие короли Украйны, о чем только так, между прочим, упоминает и Украинская Энциклопедия в статье “Україна, iсторiя” (том III). Эрцгерцог Вильгельм попался на удочку. Он даже щеголял в вышитой “украинской” рубашке и был известен под именем “Василь Вышиваный”. Но эта авантюра окончилась для него печально; он умер в советском концентрационном лагере. Итак, украинским движением в Буковине заправляли самовластно Стоцкий и Василько. По словам Украинской Энциклопедии, их самовластием не были довольны некоторые более молодые “украинцы”. Энциклопедия называет три фамилии: Беспалко, возглавлявший укр. соц. дем. партию, Бигарий и Галип – радикальную. Бигарий и Беспалко были моими товарищами по гимназии. Беспалко был сын дворника в одном банке на Панской улице в Черновцах. Он был чрезвычайно тупоумен и был исключен из гимназии за неуспеваемость. Не помогла Беспалко его религиозность или, вернее, суеверие. Он обмакивал свои тетради в священной воде в униатской церкви. Впоследствии Беспалко издавал в Черновцах газетку “Борба”, в которой защищал Смаля Стоцкого и уверял своих читателей, что Геровский ложно обвиняет Стоцкого в обворовывании Селянской Кассы только потому, что Стоцкий является истинным австрийским патриотом, в то время как сам Геровский государственный изменник. Во время первой мировой войны украинский социал демократ Беспалко состоял на службе у немцев в Германии. Там он работал по немецкой указке в лагерях военнопленных малороссов в Раштате, в западной Германии, где из них воспитывал янычар, врагов своего отечества – самостийников. О раштатском лагере самостийники издали целую книгу, в которой описана и роль пана Беспалка. Наполеон Бигарий – основатель “радикальной” украинской партии, тоже мой товарищ по гимназии, был сыном чистокровного мадьяра, унтер-офицера в мадьярском гусарском полку, не говорившего ни слова по-русски. Только мать его была русская женщина без образования. Я ее знал. Она никак не могла примириться с тем, что по настоянию мужа, ее сыну дали “поганое” имя Наполеон. Сынок особенными способностями в гимназии не отличался. Он мечтал сделаться атлетом и дома постоянно упражнялся с гирями. Ничто другое его не интересовало. Во время первой мировой войны он плавал на немецком броненосце “Гебен” в Черном море в роли русского переводчика. Ни Беспалко, ни Бигарий в гимназии не были “украинцами”. Это слово тогда в Буковине было просто неизвестно. Оба они считали себя русскими, такими же как и все другие гимназисты. В то время во всей черновской гимназии были только два самостийника, оба галичанина, Бачинский и Ярошинский, в моем же классе не было ни одного. Как Беспалко, так и Бигарий примкнули впоследствии к самостийникам – хлеба ради насущного. В Украинской Энциклопедии сказано: Наполеон Бигарий будучи недоволен “дуумвиратом” Стоцкого и Василька, основал “радикальную” украинскую партию. Прочитав это, мне невольно вспомнилось, как после первой мировой войны, в Вене, в начале 20-х годов, я повстречал Наполеона Бигария и Миколу Василька. На Кертнерштрассе, неподалеку от меня остановился автомобиль; из него выпрыгнул Наполеон Бигарий и, рабски наклонившись, держал открытой дверь из которой выходил ясновельможный пан Василько. Затем он стремглав, как мальчишка, подбежал к дому, открыл входную дверь и держал ее, наклонив голову, пока в нее не вошел Василько. Трудно описать все подхалимство, выявленное Наполеоном по отношению к ясновельможному пану Миколе. Галипов было два брата. Я их знал обоих. Один из них был старше меня, а другой моложе. Никакой особенной политической роли они не играли, но зато они выделялись своей наружностью. Смуглые лица, черные как смоль глаза и волосы указывали на то, что они были потомками турок или татар. И фамилия “Галип” была у них бусурманская. Вот имена людей, которых “Загальна Українська Енцикльопедiя” упоминает, как основоположников украинского движения в Буковине перед первой мировой войной: Смаль Стоцкий, Василько, Беспалко, Бигарий, Галип...Ароматный букет. Украинская Энциклопедия признает что украинский сепаратизм был импортирован в Буковину галичанами, и что местное русское население считало его “польской интригой”. До прихода галицких самостийников все местные организации были русские: “Русская Беседа”, основанная в 1869-м году, и политическая организация “Русская Рада”, основанная в 1870-м году. Это признает и Украинская Энциклопедия, которая указывает, между прочим, на то, что “идеалы этой группы лежали в далеком прошлом, в Галицко-Волынской державе XII-XIII веков”. Язык, на котором писались издания “Русской Беседы”, как-то “Месяцеслов”, “Буковинская Зоря”, был, по выражению Укр. Энциклопедии, не украинским, а “язычием”. Русскому литературному языку в те времена в Буковине негде было учиться, и поэтому все печаталось на местном русском наречии с примесью слов церковно-славянских и русских литературных, насколько они были известны пишущим. О каком либо “украинском” языке никто и не думал, и сам этот термин был совершенно неизвестен. Все буковинцы считали себя сознательно русскими, точно такими же, как и русские в России. Украинская Энциклопедия всемилостивейше им прощает этот грех, полагая что они “старались спасти свою народность такой, какой они ее понимали”. Итак вожди украинского “руху”, Смаль-Стоцкий и Василько, составлявшие “дуумвират”, который диктаторски руководил этим движением, были безхарактерными и преступными типами, слепо служившими австрийскому правительству ради карьеры и наживы, без каких либо “украинских” убеждений. А все остальные самостийные “дiячи”, попавшие по милости австрийских властей в венский парламент или в буковинский сойм, были мелюзгой, ничего из себя не представлявшей. Зная их, я предполагал что после войны (первой мировой), я их всех приглашу на интимный разговор и предложу им, чтобы они по плану Смаля Стоцкого, изложенному им в свое время Доливо-Добровольскому, русскому консулу в Черновцах, заявили, что они под видом украинского сепаратизма спасли русское дело, ожидая прихода России. Зная всю их подноготную, я был убежден, что все они охотно сделают такое заявление. Я это хотел сделать в интересах России не взирая на то, что благодаря этим господам, арестован и попал под суд за государственную измену и не был повешен только потому, что мне удалось бежать из черновской тюрьмы перед самым началом первой мировой войны. Я вернулся в Черновцы с русской армией и был старшим чиновником особых поручений при черновском губернаторе Д.М. Евреинове. С моим мнением считались, и мой план был одобрен. Но война кончилась не так, как мы все предполагали и как надеялось все русское население Буковины. Касательно “украинских” убеждений вождей украинского “руху” в Буковине, не будет лишним упомянуть разговор, который у меня был с одним буковинским крестьянином за несколько лет до войны. Это был Левицкий, староста общины Чорторыя, в трех верстах от Васьковцов, где у моего отца была адвокатская контора. Левицкий был нашим клиентом. Я его хорошо знал, и часто с ним встречался. На последних выборах он попал по решению дуумвирата, т.е. Василька и Стоцкого, в буковинский сойм. Левицкий был импозантной наружности, хороший сельский оратор, известный во всей околице. В своем живописном национальном костюме он являлся прекрасным статистом для “дуумвирата”. Левицкий был убежденный русский и презирал самостийников. Когда я спросил его, как он решился принять предложение быть в сойме в одной компании с самостийниками, он разсмеялся и сказал: “Та-ж то все кумедия. Коли прийдет Россия, то всi тотi паны будут лизати ноги русскому цареви”. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. А. Геровский. Галлерея украинских вождей в Австрии (Украинские вожди в Буковине перед первой мир. войной), с.31-45 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Алексей Юлианович Геровский http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_639.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_737.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Украинизация южной и западной Руси ...Таким образом русская Буковина была украинизирована насильственно аппаратом, во главе которого стоял румын – Николай фон Вассилко Д-р А. Геровский. Украинизация Буковины Всем известно, что русское население Буковины исстари считало себя русским и не имело никакого понятия о том, что существует какая то украинская нация и что они должны превратиться в “украинцев” и больше не называть ни себя, ни своего языка русскими. Когда, в конце прошлого столетия, пришлые галичане начали пропагандироватъ в Буковине идею сепаратизма, они в начале, в течение нескольких десятилетий, не смели называть ни себя, ни свой новый “литературный” язык украинским, но называли себя и свой язык руским (через одно “с”). Все русские буковинцы сочли это польской интригой. В этом сознается даже “Українська Енцикльопедiя”. Во главе этой пропаганды стояли два “украинских великана”: профессор черновского университета Стефан Смаль-Стоцкий, человек без какой либо научной квалификации, получивший место профессора на основании письменного обязательства, хранившегося в архиве черновского австрийского губернатора, что он обязуется в случае своего назначения профессором “рутенского” языка, пропагандировать “научную точку зрения”, что рутенский язык – самостоятельный язык, а не наречие русского языка. Только через несколько лет после своего назначения он написал при помощи профессора романских языков, Гартнера, мизерную грамматику, заглавие которой было “Руска грамматика”. Впоследствии, незадолго до первой мировой войны, он попал под суд за растрату нескольких миллионов крон, которую он совершил, будучи председателем “Селянской Касы”. Только мировая война спасла его от тюрьмы. Иным украинским “великаном” в Буковине был Николай фон Вассилко, отец которого был румын, а мать румынская армянка. Николай фон Вассилко не знал ни слова ни по русски, ни по “украински”, но это не помешало ему сделаться вождем буковинской Украины и быть “избранным” в австрийский парламент и буковинский сойм в чисто русском путиловском округе. Вассилко воспитывался в Терезиануме вместе с австрийскими аристократами и членами габсбургской династии. Благодаря этому у него были большие связи. К тому же он был сын богатых родителей. Имение его отца оценивалось в несколько миллионов крон. Он был единственный сын, родители его умерли рано. Когда ему стукнуло двадцать четыре года, он унаследовал имение отца и прокутил его в течение нескольких лет в Вене вместе со своими высокопоставленными приятелями. Оставшись без гроша, он решил заняться политикой. Сперва он предложил услугу своим румынам, но они, зная Вассилка, их не приняли. Затем он предложил свои услуги русскому консулу в Черновцах, обещая за плату в пятьдесят тысяч не то крон, не то рублей, работать в пользу России. Но и там он получил отказ. В конце концов он решил превратиться в украинца и в конечном итоге он вместе со Смаль-Стоцким составил “дуумвират”, который, по словам украинской энциклопедии, руководил всем украинским движением в Буковине. Как выяснило судебное следствие, Вассилко был тоже причастен к растрате миллионов “Селянской Кассы”. В это дело были замешаны, по словам украинской энциклопедии, тоже “почти все украинские интеллигенты в Буковине” (Українська Енцикльопедiя” том III стр. 678). В дуумвирате решающее значение имел фон Вассилко вследствие своих связей в высочайших сферах Вены. Что Стоцкий был весьма недоволен своей второстепенной ролью в “дуумвирате”, было общеизвестной тайной. Но он волей-неволей должен был подчиняться. Итак, как в Галичине, так и в Буковине, во главе украинского движения не были “украинцы”. В Галичине главой был поляк, граф Шептыцкий, а в Буковине – румын фон Вассилко. Как же случилось, что накануне первой мировой войны уже было много интеллигентов и полуинтеллигентов самостийников, хотя их родители все еще называли себя русскими. Вот как это произошло. В последних десятилетиях прошлого столетия буковинская русская “интеллигенция” состояла главным образом из православных священников. Униатов в Буковине было очень мало и то только по городам. Но и униаты в то время считали себя русскими. В главном городе, Черновцах, униатская церковь всеми называлась просто русской церковью, а улица, на которой эта церковь находилась, даже официально называлась по немецки Руссише Гассе (официальный язык в Буковине был немецкий). На всех углах этой улицы были надписи на трех языках: Руссише Гассе, Руска улица, Страда Русяска. А на фасаде городского дома красовались три огромных мраморных доски, в ознаменование двадцатипятилетия, сорокалетия и пятидесятилетия царствования Франца Иосифа. Надписи на таблицах были составлены на немецком, румынском и русском языках. На первых двух таблицах русский текст был составлен на чистом литературном русском языке. Франц Иосиф на них величался “Его Императорское Величество”. Только на третьей таблице (1898-го года) текст был составлен на украинской мове, и Франц Иосиф из Императорского Величества превратился в “Найяснiйшого Пана”. Я попал в конце прошлого столетия из Инсбрука в Черновцы. Гимназия там была немецкая, так же как и в Инсбруке. Когда в первый день занятий классный наставник читал список учеников, я жадно прислушивался к их фамилиям. Значительно больше половины учеников были евреи с немецкими фамилиями, говорившие между собою на еврейском жаргоне. Было несколько сыновей немецких колонистов и чиновников, два поляка, а остальные были румыны и русские. По фамилиям не всегда можно было угадать национальность ученика. Оказалось, что Григорович, Литвинюк и Волчинский были румыны, а Тотоеску, Тевтул и Падура – русские. Но были русские и с русскими фамилиями в моем классе: Василович, Григорий, Клим, Залозецкий. Кроме меня, в гимназии были еще мои два брата, старший Роман и младший Георгий. И у них были среди их товарищей русские. Большинство из них были сыновья крестьян. Было несколько сыновей русских священников и очень мало сыновей русских интеллигентов-мирян. В моем классе кроме меня, только Залозецкий был сын русского интеллигента, врача. С нашими русскими товарищами мы быстро подружились и они часто к нам заходили. Мои родители были очень гостеприимны, и наш дом был всегда открыт для них. Когда они заходили к нам, во время обеда или во время ужина, они всегда обедали или ужинали с нами, а в остальное время на стол всегда ставился большой самовар и было вдоволь белого хлеба, масла, сыра и другой еды. Делалось это у нас безо всякой предвзятой мысли. После чисто немецкого Инсбрука, где во всем городе, да и во всем крае не было кроме нашей семьи ни одного русского человека, нам было всем приятно проводить время с русскими. Но не так на это смотрели австрийские власти. Когда после трех лет нас исключили из гимназии и не только из черновской гимназии, но согласно решению министерства народного просвещения в Вене, из всех среднеучебных заведений Буковины и Галичины, то есть, из тех австрийских провинций, в которых имелось русское население, то в своем постановлении австрийское правительство не постеснялось поставить нам в вину то обстоятельство, что в нашем доме “всегда кипел большой самовар” и что мы кормили наших товарищей очевидно с целью их обработки в “Руссофильском” духе. Другое преступление, которое было поставлено нам в вину, было то, что после смерти православного Русского законоучителя Ивановича, по городу были расклеены, по тогдашнему обычаю, посмертные объявления от имени его учеников, которые были составлены на русском литературном языке. Кроме того, мы обвинялись в том, что русские ученики, посещавшие уроки русского языка, которые давались для них два раза в неделю, отказывались писать “фонетикой”, только что введенной, и настаивали на старом правописании. В этом императорско-королевское министерство народного просвещения тоже увидело что то вроде государственной измены. Мы были принуждены продолжать наше образование частным образом и затем держать ежегодно экзамены в других гимназиях. Но продолжали мы жить в Черновцах, и наше знакомство с бывшими товарищами не прекращалось. Как я уже упомянул, большинство русских учеников черновской гимназии были сыновья крестьян. Крестьяне эти были чрезвычайно бедны. Их дети, наши товарищи, жили в подвалах или полуподвалах, которые никогда не отапливались, хотя зимы в Буковине были чрезвычайно суровые и долгие. Снег иногда лежал, не тая, около шести месяцев, причем температура понижалась нередко до 30 градусов ниже нуля, по Цельсию. Денег у них не было никаких. Еду им привозили родители не чаще, чем два раза в неделю, а обыкновенно только один раз, и эта еда состояла из холодной мамалыги (кукурузной каши), кислого молока и вареного картофеля. Согреть эту еду было негде. Ее всегда ели холодной. Обрабатывать этих крестьянских сыновей в “руссофильском духе” было нечего. Все они не только были русские и называли себя русскими, но они все прекрасно сознавали, что это значит. Русская граница была тут же, под боком, от города Черновцов всего только в двадцати километрах, т.е. в 12-ти американских милях. Почти в каждом селе были люди, которые побывали в России на работах или сплавляли лес по Пруту в Россию. О них упоминает даже Максим Горький в одном из своих рассказов. Поэтому все буковинские крестьяне знали, на каком языке говорят в России, не только простонародие, но и представители власти, пограничные стражники и другие государственные служащие, с которым им приходилось встречаться. Язык этот они, конечно, не называли литературным русским языком, ибо они слова “литературный” не знали, но они считали литературный русский язык настоящим русским языком, выражая эту мысль словами “там говорят твердо по-русски”. Во всей восьмиклассной гимназии в Черновцах среди русских учеников было только двое, считавших себя не такими русскими как “москали”. Это были два галичанина: Бачинский и Ярошинский. Бачинский был известен своими доносами на своих русских товарищей, и его все избегали. Ярошинский был сыном народного учителя, который почему-то переселился из Галичины в Буковину и продолжал учительствовать там. Когда я попал в черновскую гимназию, Ярошинский был уже в восьмом классе и скоро исчез с горизонта. Но не лишним будет отметить здесь факт, что когда за несколько лет до этого правительство решило упразднить в школах старое общерусское правописание и заменить его фонетическим, то оно встретило единодушное сопротивление со стороны всех учителей начальных школ. Правительство устроило что-то в роде плебисцита учителей, который дал совершенно неожиданный результат для их начальства. За “фонетику” высказались только два учителя, оба “зайды”, т.е. пришлые галичане. Один из них был Ярошинский. Не взирая на это, было приказано ввести фонетику. Но название языка было оставлено русским (через одно “с”). Однако лет двадцать спустя уже почти все народные учителя были самостийники, как и значительная часть интеллигенции новых поколений. Среди православных священников в конце прошлого столетия был только один единственный самостийник, по фамилии Козарищук. Итак, среди православных священников все, кроме одного, считали себя русскими, и были сознательными русскими людьми. Лес через двадцать, среди новой генерации духовенства уже было немало самостийников. Случилось это очень просто. Были учреждены на казенный счет “бурсы”, т.е. бесплатные общежития для гимназистов, в которых их воспитывали в самостийно-украинском духе. Затем было приказано православному митрополиту представлять ежегодно список кандидатов, желающих поступить на богословский факультет, губернатору, который вычеркивал всех неблагонадежных, то есть, не желающих отречься от своего русского имени и превратиться в самостийных украинцев. Студенты богословского факультета жили в общежитии в здании митрополии, на всем готовом. Все это делалось за счет православной церкви, которая в Буковине была чрезвычайно богата и не нуждалась и не получала от правительства никаких пособий в то время, как все римокатолическое духовенство, а также и униатское оплачивалось из казенных фондов. Имущество православной церкви состояло из богатейших земельных угодий, но ими управляло австрийское министерство земледелия, которое получало в свои руки все доходы с этих земель и выдавало православной церкви ежегодно столько, сколько по его усмотрению было необходимо для покрытия нужд церкви. Таким образом в начале этого столетия доступ в православное духовенство был закрыт для русских. Русскую мирскую интеллигенцию австрийское правительство постепенно превращало в самостийную украинскую через посредство “бурс”, бесплатных общежитий для гимназистов, в которых их воспитывали в самостийно-украинском духе и в ненависти ко всему русскому. В этих общежитиях были сотни гимназистов, в то время как в русских общежитиях, которые содержались на частные средства, были только десятки. При этом русские общежития были, конечно, гораздо беднее казенных. Тоже самое происходило и в учительской семинарии с той только разницей, что там русскому ученику делать было нечего, ибо все знали, что русский, не желающий отречься от своей русскости, по окончании семинарии ни в коем случае не получит места учителя. При всем этом необходимо иметь в виду, как мы уже упомянули, что подавляющее большинство учеников как гимназии, так и учительской семинарии были сыновья крестьян, которым вне общежития приходилось вести полуголодное существование. Казенное общежитие представлялось им настоящим раем. Мне часто приходилось разговаривать с родителями этих бурсаков, воспитываемых в украинском духе. Не раз мне жаловался тот или другой отец, что его сын, возвращаясь летом домой на каникулы, называет его, отца дураком за то, что тот считает себя русским. “Подумайте только, что сделали из моего сына в бурсе”, сетовал отец. “Он меня, своего отца, называет дураком и уверяет меня, что мы не русские, а какие-то украинцы”. И когда я спрашивал такого отца, почему он все же посылает своего сына в эту бурсу, он мне отвечал: “Потому, что он там не голодает и не живет в холодном подвале, и еще потому, что он оттуда выйдет в люди и будет паном”. И при этом такой отец утешал себя мыслью что когда его сын выростет, он поумнеет, и что вся эта “украинская дурь” вылетит у него из головы. Такие случаи, конечно, бывали, но очень редко ибо, окончив гимназию, а затем и университет, надо было подумать о дальнейшей карьере, а всякая карьера зависела в той или иной степени от всемогущего императорско-королевского правительства, которое “москвофилам” не только не давало ходу, но и сажало их в тюрьму за государственную измену. Австрийское правительство не довольствовалось тем, что оно воспитывало в своих бурсах сотни и тысячи самостийников. Восьмого мая, 1910 года, буковинский губернатор в один и тот же день закрыл все русские общества и организации: русскую бурсу для мальчиков, русскую бурсу для девушек, общество русских студентов “Карпат” и общество русских женщин, которое содержало школу кройки и шитья. При этом правительство конфисковало все имущество организаций, в том числе и библиотеку общества русских студентов. А гимназистов и гимназисток полиция выбросила из общежитий на улицу, не заботясь о том, куда они денутся. Не будет лишним отметить, что точно так же поступил в Карпатской Руси в 1939-м году украинский монсиньор Волошин, назначенный чехами по приказу Гитлера карпаторусским диктатором. Воцарившись, он сразу же издал приказ о закрытии всех русских политических организаций, культурных учреждений, студенческих организаций, спортивных обществ, русского скаута и т.д. Таким образом русская Буковина была украинизирована насильственно аппаратом, во главе которого стоял румын – Николай фон Вассилко. Заслуживает внимания и то, что в соседней Галицкой Руси во главе украинского движения стоял поляк, граф Шептыцкий, который в течение своего сорокалетнего владычества в роли униатского митрополита во Львове сделал больше для украинизации Галицкой Руси, чем все остальные украинские “дiячи”, вместе взятые. Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. А. Геровский. Украинизация Буковины), с.45-50 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm Алексей Юлианович Геровский http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_639.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_737.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Украинизация южной и западной Руси От редакции: Ниже помещаем статью покойного И.И. Тереха – крупного общественного деятеля Галицкой (Червонной) Руси, известного русского мифолога, – в которой автор четко и ясно рассказывает нам о той страшной кровавой бешенной борьбе Ватикана, немцев и поляков против русских людей Галичины во имя создания искуственного антинародного украинизма и антихристианской унии. Статья была написана И.И. Терехом вскоре после присоединения к Советскому Союзу Галичины и других западнорусских земель, находившхся под польской оккупацией. Вот почему у автора статьи могла сохраниться капелька надежды на то, что советы примут во внимание (уважат) историю Галицкой Руси и не будут насильственным образом продолжать подлое дело украинизации. Но коммунисты своей антирусской политикой в Галичине, в Буковине и на Закарпатской Руси, которая была присоединена к СССР непосредственно после второй мировой войны, лишний раз демонстрируют свой антинародный характер. Теперь стало еще труднее, еще опаснее бороться за русское единство, чем это было во времена Австрии или Польши. Но русский народ Червонной Руси не сдается: приспособившись к советским условиям, он ведет и дальше борьбу за народную общерусскую правду. И.И. Тёрох. Украинизация Галичины Весь трагизм галицких “украинцев” состоит в том, что они хотят присоединить “Великую Украину”, 35 мил., к маленькой “Западной Украине”, (так они стали называть после первой мировой войны Галичину) – 4 миллиона, т.е., выражаясь образно, хотят пришить кожух к гузику (пуговице), а не гузик к кожуху. Да и эти четыре миллиона галичан нужно разделить надвое. Более или менее половина из них, т.е. те, которых полякам и немцам не удалось перевести в украинство, считают себя издревле русскими, не украинцами, и к этому термину, как чужому и навязанному насильно, они относятся с омерзением. Они всегда стремились к объединению не с “Украиной”, а с Россией, как с Русью, с которой они жили одной государственной и культурной жизнью до неволи. Из других двух миллионов галичан, называющих себя термином, насильно внедряемым немцами, поляками и Ватиканом, нужно отнять порядочный миллион несознательных и малосознательных “украинцев”, не фанатиков, которые, если им так скажут, будут называть себя опять рускими или Русинами. Остается всего около полмиллиона “завзятущих” галичан, которые стремятся привить свое украинство (то есть нанависть к России и всему русскому) 35-ти миллионам русских людей Южной России и с помощью этой ненависти создать новый народ, литературный язык и государство. Здесь будет уместно изложить вкратце историю украинизации поляками, а затем немцами Галицкой (Червонной) Руси, о которой “украинцы” умалчивают, а мир о ней почти не знает. После раздела старой Польши в 1772г. и присоединения Галичины к Австрии и после неудавшихся польских восстаний в России в 1830 и 1863г.г. и Австрии (в 1848г.) с целью восстановления польского государства, польская шляхта Галичины, состоявшая из владельцев крупных латифундий, заявила свое верноподданничество Францу Иосифу (пресловутое: “Пржи тобе стоимы и стаць хцемы!”) и в награду получила полную власть над всей Галичиной, русской ее частью (Получивши при первом разделе Польши ту часть Речи Посполитой, которая впоследствии была известна под названием “Галиция”, австрийское правительство создало из нее отдельно провинцию под названием “Королевство Галицкое и Владимирское” (Koenigreih Galizien und Lodomerien). Две трети этой територии были заселены коренным русским населением). Получив такую власть, поляки и их иезуитское духовенство продолжали, как и в старой Польше, полонизировать и окатоличивать коренное русское население края. По их внушению, австрийские власти неоднократно пытались уничтожить слово “русский”, которым с незапамятных времен называло себя население Галичины, придумывая для него разные другие названия. В этом отношении особенно прославился наместник Галичины – граф Голуховский, известный руссоед. В 60-ых годах прошлого столетия поляки пытались уничтожить кириллицу и ввести вместо нее для русского населения латинскую азбуку. Но бурные протесты и чуть ли не восстание русского населения устрашили центральное венское правительство, и польские политические махеры принуждены были отказаться от своего плана отделить русский галицкий народ от остального русского мира. Дух национального сепаратизма и ненависти к России поляки постоянно поддерживали среди русского населения Галичины, особенно среди ее интеллигенции, лаская и наделяя теплыми местечками тех из них, которые согласны были ненавидеть “москалей”, и преследуя тех, кто ратовал за Русь и православие (наделавший шум в 80-ых годах процесс против Ольги Грабарь и свящ. И. Наумовича). После покушения на жизнь А. Добрянского в Ужгороде, организованного мадьярами, он переселился со своей дочерью Ольгой Грабарь во Львов, где тогда проживала другая дочь его – Алексия Геровская. К нему во Львов начали приезжать русские галичане, в особенности униатские священники, из которых многие впоследствие переписывались с ним. Ольга Грабарь исполняла роль секретарши при своем отце, и большинство писем было написано ее рукою. Пишущих машинок в то время еще не было. Когда один из священников – о. Наумович открыто перешел со своим приходом в православие и отрекся от папы, то австрийское правительство объявило это государственной изменой. Добрянского, его дочь Ольгу Грабарь и о. Наумовича посадили во Львове в тюрьму, в которой они просидели шесть месяцев. Суд присяжных оправдал их, но Добрянского сослали после этого сначала в Вену, а затем в далекий Тироль (город Инсбрук). В 70-ых годах поляки начали прививать чувство национального сепаратизма и галицко-русскому сельскому населению – крестьянству, учредив для него во Львове с помощью вышеупомянутой т.н. интелигенции, общество “Просвита”, которое стало издавать популярные книжечки злобно сепаратистического-руссофобского содержания. Чтобы противодействовать работе поляков, галичане в противовес “Просвите”, создали “Общество имени Михаила Качковского”. Таким образом в 70-ых годах начался раскол. В 1890 году два галицко-русских депутата галицкого сейма – Ю. Романчук и А. Вахнянин – объявили с сеймовой трибуны, “от имени” представляемого ими населения Галичины, что народ, населяющий ее – не русский, а особый, украинский. Поляки и немцы не раз уже и раньше пытались найти среди русских депутатов людей, которые провозгласили бы галичан особым, отдельным от русского, народом, но не находили никого, кто решился бы на такую очевидную бессмыслицу, на измену горячо в Галичине любимой Руси. Романчук и Вахнянин были преподавателями русской (с одним “с”) гимназии во Львове. В молодости они были горячими русскими патриотами. Вахнянин, будучи композитором, писал пламенную музыку к патриотическим русским боевым песням (“Ура! На бой, орлы, за нашу Русь святую”!) До конца 19-го ст. термины “украинец, украинский” были употребляемы только кучкой украинствующих галицко-русских интеллигентов. Народ не имел о них никакого понятия, зная лишь тысячелетние названия – Русь, русский, русин, землю свою называл русской и язык свой – русским. Официально слово “русский” писалось с одним “с”, для того чтобы отличить его от правильного начертания с двумя “с”, употребляемого в России. Нового правописания (без букв – “ять”, ы, ъ) в галицко-русском наречии до этого времени не было. Все журналы, газеты и книги, даже украинствующих, печатались “по-русски” (галицким наречием), старым правописанием. На ряде кафедр львовского университета преподавание велось на руском языке, гимназии назывались “рускими”, в них преподавали руску историю и руский язык, читали рускую литературу. С 1890 года, после декларации Романчука и Вахнянина, все это исчезает, как бы по мановению волшебной палочки. Вводится в школах, судах и во всех ведомствах новое правописание. Издания украинствующих переходят на новое правописание, старые “руские” школьные учебники изымаются, и вместо них вводятся книги с новым правописанием. В учебнике литературы на первом месте помещается в искаженном переводе на галицко-русское наречие монография М. Костомарова: “Две русские народности”, где слова Малороссия, Южная Русь заменяются термином “Украина” и где подчеркивается, что “москали” похитили у малороссов имя “Русь”, что с тех пор они остались как бы без имени, и им пришлось искать другое название. По всей Галичине распространяется литература об угнетении украинцев москалями. Оргия насаждения украинства и ненависти к России разыгрывается во всю. Россия, строго хранящая принципы невмешательства в дела других государств, ни словом не реагировала в Вене на польсконемецкие проделки, открыто направленные против русского народа. Галичина стала Пьемонтом украинства. Возглавлять этот Пьемонт приглашается из Киева Михаил Грушевский. Для него во Львовском университете учреждают кафедру “украинской истории” и поручают ему составить историю “Украины” и никогда не существовавшего и не существующего “украинского народа”. В награду и благодарность за это каиново дело Грушевский получает “от народа” виллу-дом и именуется “батьком” и “гетманом”. Со стороны украинствующих начинают сыпаться клевета и доносы на русских галичан, за что доносчики получают от правительства теплые места и щедро снабжаются австрийскими кронами и немецкими марками. Тех, кто остаются русскими и не переходят в украинство, обвиняют в том, что они получают “царские рубли”. Ко всем передовым русским людям приставляются сыщики, но им ни разу не удается перехватить эти рубли для вещественного доказательства. Население Галичины на собраниях и в печати протестует против нового названия и нового правописания. Посылаются записки и делегации с протестами к краевому и центральному правительствам, но ничего не помогает: народ, мол, устами своих представителей в сейме потребовал этого. Насаждение украинства по деревням идет туго, и оно почти не принимается. Народ держится крепко своего тысячелетнего названия. В русские села посылаются исключительно учителя украинофилы, а учителей с русскими убеждениями оставляют без мест. Надобно заметить следующее: когда поляки увидели, что немцы хватились за их изобретение “украинский” и насаждают его для своих целей, они пошли против этого термина и не допускали его оффициально ни в школах, ни в ведомствах, и держались этого даже в новой Польше, употребляя название “руский” или “русинский”. Русское униатское духовенство (священики были с университетским образованием) было чрезвычайно любимо и уважаемо народом, так как оно всегда возглавляло борьбу за Русь и русскую веру, и за улучшение его материального положения, было его вождем, помощником, учителем и утешителем во всех скорбях и страданиях в тяжелой неволе. Ватикан и поляки решают уничтожить это духовенство. Для этой цели возглавляют они русскую униатскую церковь поляком – графом Шептыцким, возвысив его в сан митрополита. Мечтая стать униатским патриархом “Великой Украины от Кавказа до Карпат” после разгрома России и перевода всех русских людей Южной Руси в унию, Шептыцкий относился с нерадивостью к миссии, для которой наметили его поляки, в планы которых вовсе не входило создание Украины под Габсбургами или Гогенцолернами, а исключительно ополячение русского населения для будущей Польши. Он отдался со всей пылкостью молодости (ему было всего 35 лет, когда его сделали митрополитом) служению Австрии, Германии и Ватикану для осуществления плана разгрома России и мечты о патриаршестве. Тщеславный и честолюбивый, Шептыцкий служил им, нужно признать, всею душою. Несмотря на свой высокий сан, он, переодетый в штатское с подложным паспортом не раз пробирался в Россию, где с украинствующими помещиками и интеллигентами подготовлял вторжение Австро-Венгрии и Германии на “Украину”, о чем он лично докладывал Францу-Иосифу, как его тайный советник по “украинским делам”, а секретно от него сообщал о сем и германским властям, как это было обнаружено в 1915 г. во время обыска русской разведкой его палаты во Львове, где между другими компрометирующими документами была найдена и копия его записки Вильгельму II-му о прогрессе “украинского движения в России”. Мечтательный и жадный к титулам и власти, граф пытаясь прибавить к будущему титулу патриарха титул кардинала, часто ездил в Рим, где он услаждал слух Ватикана своими росказнями о недалеком разгроме схизматической России и о присоединении к св. Престолу под скипетром Его Апостольского Величества Императора Франца-Иосифа 35 миллионов “украинских овечек”. Но польские шлягуны-магнаты и польские иезуиты, имевшие влияние в Ватикане, мстя Шептицкому за ослушание, не допустили возвышения его в кардиналы. После создания новой Польши и присоединения к ней Галичины, Шептицкий, надеясь на Гитлера, не переставал мечтать о патриаршестве и ратовал, как и прежде, за разгром России. Но по велению карающего рока, все его идеи, идеалы, мечты и грезы потерпели полное и страшное крушение. С появлением Красной Армии в восточной Галичине, он, разбитый параличем, 75-тилетний старик лишился сразу всех титулов, и настоящих и будущих, и терпит великие страсти уже на сем белом свете в наказание за свои тяжкие прегрешения против Руси. В русской истории его имя будет стоять рядом с именем Поция, Терлецкого, Кунцевича и Мазепы. Возвращаясь к насаждению украинства в Галичине, нужно отметить, что с назначением Шептыцкого главой униатской церкви прием в духовные семинарии юношей русских убеждений прекращается. Из этих семинарий выходят священниками заядлые политиканы-фанатики, которых народ назвал “попиками”. С церковного амвона они, делая свое каиново дело, внушают народу новую украинскую идею, всячески стараются снискать для нее сторонников и сеют вражду в деревне. Народ противится, просит епископов сместить их, бойкотирует богослужения, но епископы молчат, депутаций не принимают, а на прошения не отвечают. Учитель и “попик” мало-помалу делают свое дело: часть молодежи переходит на их сторону, и в деревне вспыхивает открытая вражда и доходит до схваток, иногда кровопролитных. В одних и тех же семьях одни дети остаются русскими, другие считают себя “украинцами”. Смута и вражда проникают не только в деревню, но и в отдельные хаты. Малосознательных жителей деревни “попики” постепенно прибирают к своим рукам. Начинается вражда и борьба между соседними деревнями: одни другим разбивают народные собрания и торжества, уничтожают народное имущество (народные дома, памятники – среди них памятник Пушкину в деревне Заболотовцы). Массовые кровопролитные схватки и убийства учащаются. Церковные и светские власти на стороне воинствующих попиков. Русские деревни не находят нигде помощи. Чтобы избавиться от “попиков”, многие из униатства возвращаются в православие и призывают православных священников. Австрийские законы предоставляли полную свободу вероисповедания, о перемене его следовало только заявить административным властям. Но православные богослужения разгоняются жандармами, православные священники арестовываются и им предъявляется обвинение в государственной измене. Клевета о “царских рублях” не сходит со столбцов украинофильской печати. Русских галичан обвиняют в “ретроградстве” и т.п., тогда, как сами клеветники украинофилы, пользуясь щедрой государственной помощью, отличались звериным национализмом и готовились посадить на престол Украины судившегося после войны за обман во Франции – пресловутого Габсбурга “Василя Вышиваного”. Россия и дальше молчит: Дескать, не ее дело вмешиваться во внутрение дела другого государства. Галицко-русские интеллигенты, чтобы удержать фронт в этой неравной борьбе, чтобы содержать свою преследуемую конфискациями прессу и свои общества, облагают себя податью во сто корон и свыше ежемесячно и собирают среди крестьянства средства с помощью так называемой лавины-подати. Против украинской пропаганды решительнее всех реагировала галицко-русская студенческая молодежь. Она выступила против украинской “Новой Эры” открытым движением – “Новым курсом”. Галицко-русские народные и политические деятели опасаясь усиления террора, вели все время консервативную, осторожную и примирительную политику с поляками и с австрийскими властями. Чтоб не дразнить ни одних, ни других, они придерживались в правописании официального термина “руский” (с одним “с”) и всячески пытались замаскировать свои настоящие русские чувства, говоря молодежи: “будьте русскими в сердцах, но никому об этом не говорите, а то нас сотрут с лица земли. Россия никогда не заступалась за Галичину и никогда не заступится. Если мы будем открыто кричать о национальном единстве русского народа, Русь в Галичине погибнет навеки”. Хотя вся интелигенция знала русский литературный язык, выписывая из России книги, журналы и газеты, но по вышеуказаной причине не употребляла его в разговоре. Разговорным языком у нее было местное наречие. По этой же причине и книги и газеты издавались ею на странном языке – “язычии”, как его в насмешку называли, т.е. на галицко-русском наречии с примесью русских литературных и церковнославянских слов, чтобы таким образом угодить и Руси и не дразнить чистым литературным языком властей. Словом, ставили свечу и Богу и черту огарок. Молодежь, особенно университетская, не раз протестовала против этих “заячьих” русских чувств своих отцов и пыталась открыто говорить о национальном и культурном единстве всех русских племен, но отцы всегда как-то успевали подавлять эти рвущиеся наружу стремления детей. Молодежь раньше изучала русский литературный язык в своих студенческих обществах без боязни, открыто, и тайно организовала уроки этого языка для гимназистов в “бурсах” (общежитиях) и издавала свои газетки и журналы на чистом литературном языке. После “Новой Эры” в ответ на украинизацию деревни, студенты стали учить литературному языку и крестьян. На сельских торжествах парни и девушки декламировали стихотворения не только своих галицких поэтов, но и Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Майкова и др. По деревням ставили памятники Пушкину. Член Государственной думы, граф В.А. Бобринский, возвращаясь со Славянского Съезда в Праге через Галичину с галицкими делегатами этого съезда, на котором он с ними познакомился, и присутствуя на одном из таких крестьянских торжеств в деревне, расплакалсл, говоря: “Я не знал, что за границей России существует настоящая святая Русь, живущая в неописуемом угнетении, тут же, под боком своей сестры Великой России. Я – Колумб, я открыл Америку”. Но когда с “Новой Эрой” оргия насаждения украинства немцами, поляками и Ватиканом разбушевалаеь во всю, русская галицкая молодежь не выдержала и взбунтовалась против замаскированной политики своих стариков: Дети пошли против своих отцов. Этот бунт известен в истории Галицкой Руси под названием “Нового Курса”, а зачинщики и сторонники его под кличкой “новокурсников”. “Новый Курс” был следствием украинофильской “Новой Эры” и явился для нее разрушительным тараном. Студенты бросились в народ: созывали веча и открыто стали на них провозглашать национальное и культурное единство с Россией. Русское крестьянство стало сразу на их сторону, и через некоторое время примкнули к ним две третьих галицко-русской интеллигенции и отцов. Употребляемый до тех пор сине-желтый галицко-русский флаг был заменен носившимся раньше под полой трехцветным бело-сине-красным, а главным предметом всех народных собраний и торжеств по городам и деревням было национальное и культурное единство с Россией. Также были учреждены для проповедывания “новокурсных” идей ежедневная газета (“Прикарпатская Русь”) на литературном языке и популярный еженедельник (“Голос Народа”) для крестьянства на галицко-русском наречии против издаваемых отцовских – ежедневной газеты на “язычии” “Галичанина” и еженедельника для народа (“Русского Слова”); последние вскоре зачахли и прекратили свое существование. В течение года “Новый Курс” поглотил почти всю галицко-русскую интеллигенцию и крестьянство и воцарился повсеместно. Литературный язык употреблялся теперь не только в печати, но и открыто сделался разговорным языком галицко-русской интеллигенции. Возвратившийся в Россию, гр. В.А. Бобринский поднял шум о положении дел в Галичине. У русских властей он не имел успеха, а либеральная и левая пресса тоже не поддержала его только потому, что он был в Думе правый, и как бы по указке, единодушно отнеслась к делу враждебно, считая русских галичан “националистами, ретроградами”, а украинофилов “либералами, прогрессистами” (!). Не находя нигде поддержки, граф Бобринский организовал с помощью разбирающихся в Галицких делах русских людей в С.-Петербурге и Киеве “Галицко-русские общества”, которые начали собирать средства на помощь Прикарпатской Руси. Это были первые (и не царские) рубли, которые Галичина стала получать от своих братьев в России. Но средства эти были скудны, и все они шли на помощь по содержанию гимназических общежитий (бурс), в которые принимались талантливые мальчики бедных крестьян на полное содержание. “Новый Курс” захватил австрийские власти врасплох. Согласно австрийской конституции, они не могли прямо и открыто выступать против него, да и это не возможно было сделать из-за многочисленности “государственных изменников”. Раньше, когда обнаруживались такие “преступления” у нескольких лиц, их судили, сажали в тюрьму. Теперь же все свершилось вдруг, и нужно было иметь дело с сотнями тысяч “изменников”, государственную измену которых невозможно было доказать. Но власти не дремали и выжидали случая, чтобы было за что зацепиться и подготовляли целый ряд процессов о “шпионстве”, из коих первый начался в 1913 году накануне мировой войны. Между тем, они преследовали проявление русского духа намеченными заранее мерами. Чтобы оказать помощь “попикам” и учителям украинофилам власти решают ударить по крестьянскому карману. Они обильно снабжают кооперативы украинофилов деньгами, которые через посредство райфайзенских касс даются взаймы по деревням только своим приверженцам. Крестьяне, не желающие назвать себя украинцами, займов не получают. В отчаянии деятели русских галичан бросаются за помощью к чехам, и по ходатайству Крамаржа и Клофача (Масарик был врагом русских вообще и в парламенте всегда поддерживал украинофилов) получают в Живностенском Банке кредиты для своих кооперативов (Самый большой чешский банк – “Центральный Банк Чешских Сберегательных Касс” – давал многомиллионные займы только “украинским” кооперативам). Выборы в сейм и парламент сопровождаются террором, насилиями и убийством жандармами русских крестьян. Украинофилы пользуются на выборах и моральной и финансовой поддержкой власти. Имя избранного громадным большинством галицко-русского депутата при подсчете голосов просто вычеркивается и избранным объявляется кандидат украинофил, получивший менее половины голосов. Борьба русских с украинофилами усиливается из года в год и продолжается под страшным террором вплоть до мировой войны, – войны немецкого мира со славянством, к которой Германия и Австро-Венгрия готовились десятки лет, в связи с чем ими и насаждался украинский сепаратизм и ненависть к России среди искони русского населения в Галичине. Россия очнулась и открыла глаза на происходящее в Червонной Руси только накануне войны, когда во Львове начался нашумевший на всю Европу чудовищный процесс о “государственной измене” и “шпионстве” против двух галицко-русских интеллигентов (Бендасюка и Колдры) и двух православных священников (Сандовича и Гудимы). На этот процесс нежданно явились пять депутатов государственной Думы всех оттенков (среди них и настоящий “украинец” – депутат Макогон) и они, войдя в зал, публично, во время заседания суда, поклонились до земли сидящим на скамьях подсудимых, со словами: “Целуем ваши вериги!” Подсудимые были оправданы присяжными заседателями, несмотря на то, что председательствующий судья в своей напутственной речи заседателям, очевидно по указанию свыше, не скрывал надежды на то, что будет вынесен обвинительный приговор. В самом начале этой войны австрийские власти арестуют почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперед заготовленным и переданным административным и военным властям украинофилами (сельскими учителями и “попиками”) с благословения преусердного митрополита графа Шептыцкого и его епископов. Арестованных водят из тюрьмы в тюрьму группами и по пути на улицах городов их избивают натравленные толпы подонков и солдатчины. В Перемышле озверелые солдаты изрубили на улице большую партию русских людей. За арестованных и избиваемых русских священников добровольно заступаются епископы католики: польский и армянский, а униатские епископы во главе с Шептыцким, несмотря на просьбы жен и детей, отказывают в защите своим русским галицким священникам. Этого нужно было ожидать: они же их предали на убиение. Арестованых вывозят вглубь Австрии в концентрационные лагеря, где несчастные мученики тысячами гибнут от голода и тифа. Самые передовые деятели после процесса о государственной измене в Вене, приговариваются к смертной казни и только заступничество испанского короля Альфонса спасает их от виселицы. В отместку за свои неудачи на русском фронте, улепетывающие австрийские войска убивают и вешают по деревням тысячи русских галицких крестьян. Австрийские солдаты носят в ранцах готовые петли и где попало: на деревьях, в хатах, в сараях, – вешают всех крестьян, на кого доносят украинофилы, за то, что они считают себя русскими. Галицкая Русь превратилась в исполинскую страшную Голгофу, поросла тысячами виселиц, на которых мученически погибали русские люди только за то, что они не хотели переменить свое тысячелетнее название. Эти зверства и мучения с иллюстрациями, документами и точными описаниями увековечены основанным после войны Талергофским Комитетом во Львове, издавшим их в нескольких томах. Такова краткая история происков Ватикана, поляков и немцев в насаждении ими украинства на Карпатах среди издревле русского населения Червонной Руси. Украинское движение в Галичине под руководством Германии продолжалось и после первой мировой войны. В это время появился для нее новый термин – Западная (Захiдня) Украина, в которой была организована тайная военная организация (УВО), превратившаяся впоследствии в организацию украинских националистов (ОУН). Борьба по городам и деревням между русскими и самостийниками, несмотря на ужасные притеснения Польшей одних и других, продолжалась, как и раньше, но уже без крика о рублях. Возвратившиеся из австрийских концентрационных лагерей русские интеллигенты и крестьяне бесстрашно отстаивали свое русское имя и Русь. Уважат ли Советы историю Галичины и, памятуя, что ее имя не Украина, а Русь, не будут ли мешать, как это делали поляки, немцы и Ватикан, оставшемуся в ней страстотерпцу русскому населению жить своей русской жизнью, или же поощряя и дальше искусственно созданный сепаратизм, утвердят за ней неестественное, неисторическое и подложное новое имя и доконают русских галичан для вящей радости разъединителей русского народа и всего славянства, – покажет недалекое будущее. 1945 год Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. И.И. Тёрох. Украинизация Галичины. с.51-60 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm И. Терох. Украинизация Галичины. Свободное слова Карпатской Руси, 1960, 9-10 (1962, 5-6) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_735.htm Илья Иванович Тёрох http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Переписка ССКР со своими читателями по национальному вопросу Два письма Михаил Прокоп (псевдоним Михаила Ильича Туряницы), один из наших закарпаторусских эмигрантов, обратился в свое время с открытым письмом к известному русскому писателю, публицисту и историку — Борису Башилову, проживающему в Аргентине. Его письмо касается тех вопросов, которые после гибели коммунизма станут на очередь дня. Ответ Бориса Башилова — нового эмигранта — показывает нам, что русские люди (великороссы) даже под страшным давлением обезличивающего коммунизма не стали ни интернационалистами, ни великорусскими шовинистами, а стоят дальше на той почве, на какой тысячу с лишком лет стоит Русь — т.е. на почве единства всех племен русского народа. Редакция Свободного Слова Михаил Прокоп. Кто же такие русские? (Письмо Борису Башилову. Газета “Наша Страна”, N127, 1952) Многоуважаемый г-н Башилов! Во всех ваших сочинениях видна великая любовь к родному народу, его традициям и прошлому. Вы ратуете за возрождение русского народа и государства. Вы не пошли по дороге многих русских интеллигентов, любящих свои неверные представления о народе, а не народ, каков он есть сам по себе, со всеми его достоинствами и недостатками. В «Нашей Стране» (N94, 1951, "О социальном утопизме и социальной реальности) вы писали о том, что нравственное возрождение нации возможно только тогда, когда она установит духовную связь с национальным прошлым, когда она снова начнет уважать своих предков. Большевики, и еще до них — старая «прогрессивная» российская интеллигенция, оторванная от народа, от народных идеалов и традиций, всячески извращала и фальсифицировала национальное прошлое и настоящее своего народа, боролась против основных устоев русской народности и государства. К сожалению, многие и поныне идут тою же дорогой. Они приписывают народу свои идеалы и стремления и отрицают, вопреки очевидности, идеалы и стремления народа. Один из основных устоев русского народа и государства — это национальное единство его племен и общее самосознание. Следствием интеллигентской и большевистской работы явилась полная дезориентация в этом вопросе, который, так или иначе придется решать после падения большевизма. Многие, например, помогали украинским сепаратистам по партийным соображениям и дисциплине. Русский социалист, борясь против правительства, считал всякого, делающего то же самое, своим спутником. Никого не интересовали ни соображения, ни побуждения, по каким данная личность или движение борется против государственного строя. А громаднейшее большинство сепаратистских деятелей были социалистами. Милюков, в «Последних Новостях», от 12.II.1939г. признался, что в «украинском» вопросе он «опростоволосился». Вот его точные слова: «Мы не достаточно отдавали себе отчет в том, что «украинцы», борясь вместе с нами против старого режима, в действительности шли дальше, и вели борьбу против России». Я прошу вас, многоуважаемый господин Башилов, высказать свое мнение по этому важному внутри-русскому вопросу. Вы не можете быть равнодушны к нему. Зная и любя глубоко русский народ (что видно из всех ваших сочинений), вы — носитель его духа и вы знаете его самосознание. Несчастной ошибкой является тот факт, что современные авторитетные русские писатели, художники и политические деятели молчат об этом. А об этом нужно говорить и своим и чужим. Возрождение русской нации невозможно без ясного ответа на этот стержневой вопрос. Или идеалы самостийников являются выдумкою, сфабрикованною ими же, или выдумкою является общее самосознание русских племен. Правда может быль только одна. Нужно найти ее и служить ей. Когда я говорю о возрождении русской нации, то я понимаю его как приобщение к органическим идеалам и традиции народа, к духу его. Путь к такому возрождению ведет через раскаяние в своих антинародных идеалах и стремлениях, через проверку своих убеждений и верований. В такого рода возрождении нуждается в первую очередь русская интеллигенция. Одни из русских интеллигентов признают существование самостийного украинского народа, другие нет. Есть и такие, которые признают самостийность только за галичанами, и всевозможными способами доказывают нежелательность сожительства галичан с остальным русским народом, забывая в то же время, что идеология украинского сепаратизма возникла не в Галичине, а на Украине. Нужно быть детски наивным, чтобы верить, что с отделением Галичины от России этот вопрос будет решен положительно. Государственные границы ведь не являются преградою против проникновения идеи. Большевики в последнее время тоже начали признавать единство русского народа, но только в прошлом, хотя А. Мавродин в своей книжке «Древняя Русь», изданной в 1946г., землю Карпатской Руси, Галичины и Украины называет Русскою землею. Даже сепаратистский националист-идеолог, С. Николишин, признает «общерусское дело» до Гоголя. Несмотря на путаницу в этом вопросе, все русские люди желают сохранить Украину за Россией. Но если народ Украины не русский, как нам в таком случае квалифицировать безупречную верность этого свободолюбивого народа России. Чем же, на самом деле, была эта верность? Глупостью, изменой ли самим себе или проявлением несознательности, по заверениям самостийников? Или, может быть, верность Украины покоится на признании ею своего единства с великорусским племенем. Не самое ли простое и верное это объяснение? Не тем ли объясняется и верность русских из Карпатской Руси общерусскому самосознанию? Почему русские люди верят сепаратистским деятелям? Ведь, кажется, ясным, что эти деятели, также как и деятели большевистские, не могут сказать ничего правдивого о народе. И те и другие презирают народ, каков он есть, а вся деятельность их заключается в насильственном навязывании народу враждебных ему идеалов. Как те, так и другие, выполняют партийные задания. Вся их деятельность — это сплошной кровавый опыт. Почему все русские эмигранты, жившие на Карпатской Руси и работавшие среди крестьянского народа, не признают никакого сепаратизма? Почему галицийским самостийникам приходится от поры до времени резать десятки тысяч крестьян своих «москвофилов»? Откуда это неистребимое москвофильство? Некоторые великорусские интеллигенты не ограничились признанием самостийнической идеологии, но перешли целиком в этот лагерь. Учителем-идеологом, самым авторитетным среди сепаратистов, «учение» которого положено в основу ОУН (Организация Украин. Националистов-бандеровцев), является великоросс — Д. Донцов. Он проповедник такого звериного, человеконенавистнического шовинизма, давшего такие кровавые плоды, что в последнее время даже многие самостийнические деятели, наблюдая этот процесс, взвыли от него. Один из этих деятелей, некто П. Голубенко, забил тревогу. Описывая преступления, творимые ОУН, он приходит к крайне печальному выводу: «Из всего этого видно — говорит он — какие опасности таятся внутри украинского общества. Перед ним возникает угроза самоуничтожения» («Наш Клич», от 1 ноября 1951г., Буэнос-Айрес). Некоторые из русских эмигрантов будут, возможно, в свое время занимать в возрожденной России разные политические и административные посты. Иные будут культурными деятелями — писателями, художниками, научными работниками. Всем им придется иметь сложившийся взгляд по очень многим вопросам, важнейшим из которых будет вопрос о национальном единстве русских племен. Никому не избежать ответа на этот вопрос, ни писателю, ни языковеду, ни историку, ни церковному служителю, ни офицеру, решительно никому. В России мало будет времени для изучения этого вопроса. Быть может, будущее заставит русскую эмиграцию и весь русский народ на поле брани отстаивать единство нации и государства и тогда у всякого должен быть исчерпывающе убедительный ответ, для своих и чужих: почему мы против самостоятельности Украины и остальных малорусских земель. По затронутым мною вопросам, имеющим чрезвычайно важное значение для сознания национального единства русского народа, я бы хотел, чтобы вы высказались. Буэнос-Айрес. Михаил Прокоп Борис Башилов. Правда о русском народе (ответ Михаилу Прокопу) I В письме Михаила Прокопа поставлена важнейшая проблема — об единстве русского народа. Михаил Прокоп, сын крестьянина из Карпатской Руси, народный учитель по профессии, никогда не был в России. Но он более русский, чем многие русские из России. То, что вопрос, от правильного решения которого зависит быть или не быть России после большевиков, поставлен русским из Карпатской Руси, далеко не случайно. Карпатская Русь имела самую горькую и тяжелую историю из всех достаточно многострадальных ветвей русского народа. Оторвавшись в раннем средневековье от Киевского государства, Карпатская Русь сотни лет находилась под иностранным гнетом. Ими владели то немцы, то венгры, то другие народы. Но никакие усилия чужеземных завоевателей не уничтожили у жителей Карпатской Руси сознания, что они русские, что они ветвь великого русского народа. Десятки тысяч людей погибли в Карпатской Руси в первую мировую войну за одно только право называть себя русскими. Во время Второй Мировой войны я не раз встречался с русскими из Карпатской Руси. Все они, как и Михаил Прокоп, были в большинстве случаев детьми крестьян. Одни из них имели низшее образование, другие среднее, третьи высшее. Все они поразили меня своим глубоким национальным сознанием и горячей любовью к России, в которой они никогда не были. Это не были узкие шовинисты, как сепаратисты из Галиции. Сознавая себя частью русского народа, они не питали ненависти ни к одному из других народов, даже к венграм, от которых перенесли много страданий. Они просто хотели жить в дальнейшем вместе с русским народом, вместе с ним делить его беды, вместе с ним делить его счастье, если оно будет. Много часов я провел в беседах с Василием С., с Михаилом 3., стараясь выяснить причину удивительной высоты их национального сознания и несокрушимой силы патриотического чувства. Эти люди были готовы идти на любые муки за право называться русскими, за право в дальнейшем жить в русском национальном государстве. После долгих бесед я разгадал, наконец, эту тайну. Тайна состояла в том, что интеллигенты на Карпатской Руси не оторвались от народных идеалов, как оторвались интеллигенты Великой России. Интеллигентный русский с Карпатской Руси гораздо более гармоничен, его симпатии не раздвоены между русской и европейской культурами. Духовное и национальное сознание и Василия С. и Михаила 3. было более самобытно, чем развитие многих русских интеллигентных людей из России, увлекавшихся западными теориями. Короче говоря, русские Карпатской Руси выглядят так, как выглядели бы все русские России, не будь в России поспешных Петровских реформ и вызванного ими двухвекового добровольного европейского духовного рабства. Они мыслили так, как в будущем, после большевизма, будут мыслить все русские, конечно, если русскому народу удастся сохранить свое национальное единство, когда появится новый, более гармоничный тип русского человека, не левого, не правого, не западника, не славянофила, а просто русского человека. II Попытаюсь ответить на заданные Михаилом Прокопом вопросы так же откровенно и без умолчаний, как поставил их он. Русский народ, по-моему, состоит из нескольких ветвей: великороссов, малороссов или украинцев, белоруссов, галичан и карпатороссов. Каждая из этих ветвей русского народа имеет свои языковые и бытовые отличия от других, но эти отличия не больше, чем отличия бретонцев от жителей провинции Прованс во Франции, и жителей Пруссии от жителей Баварии. Такие отличия вполне естественны. Всякий великий народ всегда распадается на ряд отличающихся друг от друга ветвей. Между малороссами, или как их принято называть в последнее время — украинцами, и великороссами меньше разницы, чем между великороссами из центральных губерний страны и поморами, живущими на берегах Белого моря. Те, кто считает себя русскими, не могут в географическое наименование части страны вкладывать понятие особого народа. Сказавши «а», придется сказать и «б», и пойти на дальнейшие уступки сепаратистам, а одна уступка неизбежно повлечет за собою дальнейшие. Признание за малороссами нового имени украинцев было первой победой сепаратистов. Признание со стороны великороссов, права белоруссов именоваться кривичами будет первой и самой большой победой белорусских сепаратистов. А потом мы признаем, что казаков нет, а есть казакийцы. Малодушному отношению к выкрутасам сепаратистов должен быть положен конец. Нужно твердо заявить, что русские состоят из таких то и таких то племен. И заявивши это, твердо всегда отстаивать эту позицию. Россия выйдет невредимой из всех бурь, если найдется хотя бы небольшой слой патриотов, которые будут строить свою политику не на одной ненависти к большевизму, а на идее сохранения русского национального единства после большевиков и этой идеей определят свою тактику и политику во время вооруженного конфликта западного мира с большевиками. ІІІ Русские националисты должны преследовать в борьбе против большевизма не чужие цели и не отвлеченную цель борьбы с большевизмом вообще, а конкретную цель создания вместо большевизма национальной независимой России. Михаил Прокоп, конечно, прав, говоря, что правда может быть только одна. Не может быть двух правд, одной у русских националистов, другой у сепаратистов. Или украинцы, белоруссы, русские с Карпатской Руси и из Галиции только ветви единого русского народа, или это отдельные народы. Возрождение русской нации невозможно без ясного ответа на этот стержневой вопрос. Или есть самостоятельный украинский народ, народ кривичей, народ казакийцев или все это — только бредни, поддерживаемые иностранными разведками сепаратистов. Если великороссы, малороссы и белоруссы потеряют сознание национального единства, которое у нас всегда было с момента создания Киевского государства, тогда мы потеряем все. Большевизм — это временная болезнь русского народа, потеря сознания национального единства у разных ветвей русского народа — это национальная смерть. Распад России на Великороссию, Украину, Белоруссию, создание разного рода Казакий и Мазакий, приведет в недалеком будущем к гибели всех этих государств от руки то ли ищущих себе место под солнцем немцев, то ли какого-нибудь другого народа. Нация, потерявшая сознание национального государства во имя демократических или каких либо иных принципов, неминуемо обречена на смерть, такая нация не имеет будущего. Важно не то, что украинские сепаратисты, вождь кривичей Островский, вождь казакийцев Глазков, считают себя не русскими, а украинцами, кривичами и казакийцами. Важно и опасно то, что точку зрения сепаратистов начинают разделять и представители главной ветви русского народа — великороссы. Вот где таится главная опасность распада России после гибели большевиков. Мало ли каких глупостей могут нагородить сепаратисты, но, как русские, которые не считают себя ни кривичами, ни тулами, ни рязанами, начинают разделять дикие теории сепаратистов? А ведь разделяют. Руководители СБОНР-а и других организаций, чтобы понравиться некоторым американским комитетам, уже боятся скрыто и честно сформулировать свое национальное кредо, сказать, что великороссы, малороссы и белоруссы есть ветви единого народа. Подобного рода капитуляция только укрепляет позиции сепаратистов и иностранных кругов, враждебных России. Смотрите, скажут в этих кругах, русские сами уже говорят о народах России, о их праве разбегаться в разные стороны. Спрашивается, что на такой гнилой политической позиции можно построить кроме гнилых политических центров? Конечно, ничего! Если в кругах русского народа не утвердится взгляд, что великороссы, украинцы и белоруссы — единый народ, то конец большевизма будет одновременно и концом русского государства. Каждый, кто считает себя русским, должен немедленно ответить себе на поставленный Михаилом Прокопом грозный вопрос: Или идеалы самостийников являются выдумками, сфабрикованными ими, или же выдумкой является общее самосознание русских племен. «Правда может быть одна. Нужно найти ее и служить ей». Борис Башилов Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. Два письма: Михаил Прокоп. Кто же такие русские?; Борис Башилов. Правда о русском народе. с.61-67 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_760.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm

Ять: Переписка ССКР со своими читателями по национальному вопросу Василий Головин. Письмо честного украинца Високодостойний пане редакторе M. Туряниця! Прочитуючи журнал — «Свободное Слово» — я довідався, що ви є українець, якому теж довелося жити і вчитись в совітській школі, а тому ви знаєте не гірше мене, що Україна, як держава, на сьогодні існує, лише в орбіті т. зв. СРСР. Живе, розвивається українська нація, має в себе творців слова. — поетів якто: Тараса Шевченка, має Івана Франка, Л. Українку, Мих. Коцюбинського, М. Лисенка і цілий ряд других творителів літератури, які допомагали пробудити нас таки — гречкосіїв. Так само живе і розвивається російська нація, що є братньою нацією українського народу. Але і російська нація на сьогодні підневолена комуністичним диктаторам, інтернаціональному політичному проводові комуністів. Та російський народ мае в себе творців всесвітнього значення, імена яких з любов'ю вимовляються кожною культурною людиною, згадати хоча би поета — Ол. С. Пушкина, M. Кольцова, Некрасова, Гоголя, Білинського, Достоевского, Тургенева, Л. Толстого, Репина, не згадуючи вже ні про Чернишевського, ні про Добролюбова, а особливо про Герцена, чи др. славних синів Росії. З цими іменами як російський народ, так і український можуть сміливо перед народами світу сказати: — слухайте! ми теж е люди, і не убогі духом, з не лінивими думками... Цілими століттями українська нація жила і розвивалась під зверхністю російського народу, на протязі усього цього часу український нарід здружив з російським народом, так само як і російський нарід завжди і всюди по діловому захищав українця в його біді чи скруті. Тому мені, як українцю, колишньому студенту «Института права и советского строительства», до того— офіцеру шестої танкової дивізії з ІІ-ої св. війни, перебувавшому на різних фронтових напрямках з совітськими воїнами, керуючи певним боєвим відтинком, який оберігали: росіяни, українці, грузини, білоруси чи інші народи Росії — з якими воїнами я був дружніший, чим на сьогодні з будь яким українським «патріотом - нацистом, чи индиконадутим сепаратистом, — а тому кажу, що мені прикро спостерігати, коли деякі українці недоброжелательні і з вовчою злістю відносяться до всіх майже росіян. Цю вовчу злобу, це недружелюбство українців до росіян — роблять не хто інший, як священослужителі в українських уніятських «костьолах» — католики, а поруч цих «баши-бузуків» і православні священослужителі з укр. пр. церквів, шугнули на цей хуліганський вчинок. І разом ця «еліта» творить найогидніші вчинки перед своїми мирянами, забуваючи навіть і лоба свого перехрестити во злобі на росіян. Питається: чи дивуватись нам із них, чи звертати будь яку увагу на цих «вовків» нацистів-сепаратистів, які ніколи не заглиблювалися до дна історичного буття, не визбірували у нім золотих зерен російської легендарної історії, яку створив для себе і для світу — російський народ. Глибоку помилку роблять українські нацисти-сепаратисти, а разом і все укр. духовенство, коли своїх підлеглих «богомольців», чи симпатиків по партії обдурюють, чи зовсім озвірюють проти росіян і цілої Росії. Не меньша помилка і тих доброжелательних українців, які без будь яких причин зрікаються своєї батьківської віри, заманюють своє національне походження і переходять в другу націю. Я цей приклад навів тому, щоб сказати, шо той, що стає в обороні російської нації — має право (коли він дійсно шанує єї), бути теж українцем. Бо ж тажи, минув той лихий час (і дай Боже, щоб вже ніколи не повернувся у руську землю), коли жили аракчеєвські фельдфебеля, які не терпіли розумніших за себе, ненавиділи освіту і всюди горланили: «молчать и не рассуждать»... Ваш цінний журнал «Свободное Слово» проповідує слово любви, пошани, яку втратили деякі українці яо славного руського народу. Цебто — ваш журнал кличе українців чужини, аби вони схаменулися в своїх вчинках і стали европейськими людьми, а не африканськими дикунами. Журнал «Свободное Слово» заслуговує за це повної моєї уваги, він засіває в мою душу золотий засів і я вдячний вам, як редактору, за це! Ви маєте повну рацію, коли говорите, що російський народ так само підневолений комуністичному, колгоспному рабству як і той українець з лемкивщини, чи з будь якого іншого кутка України. А тому, пишучи це в журналі «Свободное Слово» до українців, слідби вам друкувати ці слова в українській мові, цим би ви допомогли багатьом українцям позбавитись сепаратистичного чаду. Бо справа не в тому, що комуністичні вожді вигадали для себе національні республіки, щоб цим самим показати себе перед другими країнами світу, а справа в тому, що сталися зовсім інші кардинально-історичні зміни світу і в його суспільно-політичному житті. В наслідок величезного історичного зрушення, що сталося при нашому часі, в наслідок такої епохально-важливої події як ІІ світова війна, чи вірніше — совітська перемога, нам, як українцям-демократам, слід підтримати російський народ, відкинувши будь які недружелюбні дорікання за тих «аракчеєвських» фельдфебелів, яких використовують вороги України. Бо російський народ, який прагне мати свою вільну Росію, зацікавлений не колоніяльними народами, яких-би визискував, а союзними народами, які-би підтримували авторитет російської нації, Тому, ще раз раджу вам, дорогий пане редакторе М. Туряниця аби ви журнал «Свободное Слово» в дальнійшому друкували в українській мові, виправляли мову та правописи своїх дописувачів і називали українців чи Україну як націю і державу... Ваш журнал «Свободное Слово» є по суті для українців, тому немає чого гніватись якомусь моему собрату росіянину, коли я обдаровую його народньою любов'ю, як брата слов'янина. Якщо ви, пане редакторе, знайдете корисним для себе, чи не побоїтесь перед іншими видрукувати мій лист. то прошу помістіть його в журналі, за що наперед складаю вам щиру подяку. Василь Головін, Канада Наш ответ Ваше письмо верно отражает образ мышления человека, который искренно верит в то, чему его учили, а именно, что он украинец, и не питает ненависти к «росіянам», потому что ему этой ненависти не привили. Вы нас хотите убедить в том, что и мы русские с Карпат, — , украинцы», и что, поэтому, наш журнал следует печатать «в українській мові», а также, что мы должны считать «Україну як націю і державу». Для нас, русских из Карпатской Руси, совершенно непонятен, почему мы вдруг должны отречься от своего тысячелетнего русского имени и перекреститься в «украинцев», и почему мы должны заменить наш русский литературный язык, который мы до сих пор считали своим, украинскою мовою. Наш народ в Карпатской Руси в течение всей своей истории не называл себя иначе, как русским. И все его соседи, волохи (румыны), мадьяры, словаки и немцы его называли русскими. Румыны называли нас «рус», мадьяры — «орос», словаки — «рус», и немецкие колонисты, которые начали селиться в наших краях в двенадцатом столетии, — «русс». У нас есть села с такими названиями: Русская Воля, Русское, Русская Долина, но нет ни одного селения, в названии которого было бы слово украинский. «Украинцем» себя у нас никогда никто не называл, и у нас не было никакого «украинского» движения до тех пор, пока после первой мировой войны, Карпатская Русь не попала под власть чехов, и пока чешское правительство не начало насаждать его у нас через посредство униатской Церкви и бежавших из Польши украинских самостійников, воспитанных австрийским правительством с целью расчленения России. Но, невзирая на все старания чешского правительства, не брезговавшего никакими средствами, невзирая на миллионы чешских корон, израсходованных на украинскую пропаганду, невзирая на насильственную пропаганду, не законную украинизацию школ, украинство у нас не восторжествовало во время чешского режима. Украинствующие составляли после двадцати лет чешского управления Карпатской Русью незначительное меньшинство. И когда осенью 1939-го года образовалось автономное карпаторусское правительство, это правительство было русским. Его ликвидировал грубой силой Гитлер, назначив униатского монсиньора Волошина премьер-министром, который переименовал Карпатскую Русь в «Карпатскую Украину». Должны ли мы поэтому в угоду Гитлеру или в угоду папскому монсиньору Волошину отказаться от нашего тысячелетнего русского имени? И может ли это быть причиною того, чтобы мы заменили наш русский литературный язык украинскою мовою? Касательно украинской мовы необходимо отметить факт, что у нас не только наша интеллигенция, но и простой народ этой мовы не признал своей. Украинствующих галичан, говорящих мовою, наш народ называл не иначе, как «полячками». Если на какой либо сходке выступал «украинец», говорящий мовою, то на вопрос, кто там говорил, получался непременно один и тот же ответ: «Был там какой-то полячок». О русских же эмигрантах из России, говорящих на русском литературном языке, наши крестьяне говорили, что они говорят «твердо по-русски», подразумевая, что они говорят настоящим литературным русским языком. Кстати, слово «мова» у нас совершенно не существует. У нас обыкновенно говорят «беседа». Наша беседа — русская. Говоря о языке, не будет лишним указать на несколько примеров из Вашего же письма, свидетельствующих о том, что украинская мова не так уж близка нашей местной русской беседе. Вы пишете «теж», а мы говорим «также». Вы пишете «вчитися», а мы говорим «учитися». Вы — «кожний», а мы — каждый» или «кождый». Вы — «сміливо», а мы — «смiло». Вы — братній», а мы — «братский». Вы пишете «перемога», а у нас говорят «побида», и т.д. Слова «керувати» (вместо «управляти»), «рация» (вместо «правда»), «пошана» (вместо «уважение») — польские и у нас их никто не поймет. Зачем же нам коверкать нашу русскую «беседу» и говорить «кожний, вчитель, теж, керувати, рація» вместо по-нашему, по-карпаторусски, «каждый, учитель, также», и т.д. Разве только потому, чтобы отойти подальше от русского литературного языка который Вы почему-то упорно называете «російским». В вашем письме Вы ведь сами говорите, что только писатели, писавшие на русском литературном языке, имеют «всесвітное» (всемирное) значение и что только ими могут гордиться перед всем миром не только «росіяне», но и «украинцы». Зачем же нам отрекаться и от своей карпаторусской «беседы» и от русского литературного языка и от своего тысячелетнего русского имени, превращаться в украинцев и признавать своим литературным языком ново-выкованную мову, которая режет нам ухо своими диковинными формами, кишит полонизмами и ново-придуманными словами, и которая, как Вы сами признаете, не дала миру ни одного выдающегося писателя? Кстати, известно ли Вам, что самый выдающийся польский поэт, польский Пушкин, Мицкевич называл русскими не только нас, малороссов, но и великороссов, а не россиянами. Только позже, когда польские политические деятели решили расчленить русский народ, поляки начали называть русскими только малороссов, а великороссов «росиянами». Их примеру последовали украинские самостийники. Но они пошли еще дальше поляков, отрекшись от русского имени. Должны ли мы последовать их примеру? В конце скажем еще несколько слов об украинской державе, которую Вы нас убеждаете признать. Позвольте спросить Вас, с каких пор эта держава существует и кто ее создал? Впервые она была «сотворена» немцами в марте 1918-го года брест-литовским договором. Эта украинская держава просуществовала так долго, пока она была оккупирована немцами. Советуем Вам прочесть то, что писали впоследствии сами немцы об этой созданной ими Украине. Они были глубоко разочарованы, ибо они убедились в том, что ее население себя украинским не считало и превращаться в украинцев не желало, невзирая на десятки миллионов марок, затраченных немцами на украинскую пропаганду. Что это было действительно так, в этом не может быть никакого сомнения. Если Вы не читали того, что писал В. Винниченко о стараниях создать украинскую нацию, в которых он принимал деятельное и даже руководящее участие, то достаточно Вам прочесть те выдержки из его писаний, которые были приведены в 7-8 выпуске «Свободного Слова». Народ не только не желал и не сочувствовал «украинизации», но народные массы, по словам Винниченко, не могли слышать без злобы даже слово «Украина». Вторую Украину создала коммунистическая партия всего только через несколько лет после брест-литовского мира. Думаете ли Вы, что она сделала это согласно желанию народа? Украинизация была приказана свыше и ни с какими желаниями народа не считались так же, как не считались с волей народа в вопросах экономических, коллективизации и т.п. Почему же мы должны «признать» эту Украину, созданную против воли народа? Почему мы должны изменить тому идеалу национального и культурного единства русского народа, за который были расстреляны, повешены и замучены в Австро-Венгрии в наше время тысячи и тысячи русских людей Галичины? С тех пор, как началась под коммунистическим режимом насильственная украинизация южной Руси, прошло сорок лет. Поколения, хранившие многовековые традиции нашего народа, по большей части вымерли. В ново-созданной «Украинской Державе» вся власть находится в руках людей, воспитанных в «украинском» духе, под режимом которых будет продолжаться воспитание новых поколений в таком же духе. Пример такого воспитания — Вы, г. Головин. Вы, может быть, не родились на Украине. Может быть. Вы подолянин или волынец, но считаете себя украинцем, потому что Вас так воспитали в советских школах. Живя в СССР, у Вас не было возможности убедиться в том, что все то, чему Вас учили в советских школах относительно украинской мовы и украинской истории, основано на лжи и на извращении фактов. Но так как у Вас нет той слепой, звериной ненависти к «росіянам», которой дышат галицкие самостийники, то Вы, находясь в свободной Америке, сможете ознакомиться с неподдельной историей Вашего народа и отряхнуть с себя всю ту ложь, которую Вам привили в советской «Украине». Олекса Верховинец От Редакции «ССКР»: Мы послали копию письма г. Головина и ответ г. Верховинца д-ру А.Ю. Геровскому, который по этому поводу нам написал между прочим: Письмо Головина очень интересно, так же как и ответ Верховинца. Мне хотелось бы прибавить к ответу еще несколько слов о том, как в Полтаве, в самом сердце настоящей Украины, местные люди отнеслись к «украинизации». Мне об этом рассказала интересные подробности моя двоюродная сестра Лида, вышедшая замуж за известного профессора П. И. Новгородцева. Новгородцевы жили в Москве. В конце гражданской войны Лидия Новгородцева с детьми пробралась в Полтаву, где она получила место учительницы в местной женской гимназии. После того, как в Полтаве утвердилась советская власть, пришел свыше приказ «украинизировать» гимназию. Родительский комитет высказался единогласно против украинизации. Члены комитета указали между прочим на то, что они считают русский язык своим и что даже нет учебников, написанных на «украинском» языке. Вскоре был получен вторичный приказ украинизировать школу и был прислан ящик с учебниками, напечатанными в Австрии для галицких школ. Большевицкое начальство даже не удосужилось вырвать из учебников портреты «найяснійшого пана цісаря» Франца Иосифа. Члены родительского комитета заявили, что они своих детей в такую школу посылать не будут и объявили бойкот гимназии. За это они были арестованы ЧК. Какова была их дальнейшая судьба, неизвестно, так как моя двоюродная сестра вскоре затем бежала в Чехословакию, где я с ней встретился в Праге. А. Геровский Путями истории: Общерусское национальное, духовное и культурное единство на основании данных науки и жизни. Под ред. Олега Алексеевича Грабаря. Нью-Йорк: Изд-во Свободного слова Карпатской Руси, Т.1, 1977. Василий Головин. Письмо честного украинца; Олекса Верховинец. Наш ответ; От Редакции ССКР, дополнение А. Геровского. с.68-73 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_759.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_760.htm Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm



полная версия страницы