Форум » Влескнига » Деды и Бабы (продолжение 5) » Ответить

Деды и Бабы (продолжение 5)

Ять: [quote]… ночь — Луна … Плеяды… [url = http://www.astronet.ru/db/msg/1236743] http://www.astronet.ru/db/msg/1236743 [/a] [/quote] 31 июля, 13 часов 43 минуты - 13 Полнолуние. 02 августа (Ильин день, День ВДВ), 13 часов 03 минуты - Луна в перигее (D= 32,8 угл. мин.) на расстоянии 362132 км. от Земли. Осенние Деды (Восеньскiя Дзяды) православные отмечали на третьей неделе после Покрова Трiзень Трi Вiеде - Овсiена Влiка - Восеньскiя Дзяды http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_73.htm (Н.В.С.: «Плеяды» по-Японски — «Субару», а по-Русски — «Волосыни».) pogorelskiy1957@mail.ru DGg4Gy ШТО НА НЯ ДИВИШ??? НИГДА РУСИНА НЕ ВІДІВ???

Ответов - 300, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 All

Ять: Александр Дмитриевич Григорьев (3 [15] октября 1874, город Варшава, Царство Польское, Российская империя — 4 ноября 1940, Прага, Чехословакия). В 1899, 1900 и 1901 годах я собрал в Архангельской губ. 424 былины и много напевов к ним. Издание записанных мною былин приняла на свой счет Императорская Академия Наук. Первый том, содержащий 212 былин, записанных мною в Поморье и по р. Шнеге, я напечатал в 1904г., а третий, содержащий 120 былин, записанных по р. Мезени, в 1910 году. Напечатать второй том, содержащий 92 былины, записанных по р. Кулою, на запад от р. Мезени, я не успел по разным причинам: сначала был занят печатанием других своих работ, а потом были Всемирная и гражданская войны. Из Варшавы, где я был профессором, я вместе с Варшавским университетом переехал в Ростов на Дону. Через два года (в 1917г.) я переехал в Томск, где был в течение 5 лет профессором, деканом Историко-филологического факультета и проректором Томского университета. В виду существования фронтов я мог заниматься в Томске только изучением русских говоров Сибири. Выехав из России в 1922 году в Польшу, а в 1923 году в Чехию, я вывез с собою и оригинал второго тома Архангельских былин и исторических песен. Теперь я окончательно подготовил его к печати и озабочен напечатанием его, т.к. Российская Академия Наук в настоящее время не может напечатать такого большого тома около 35 печатных листов...Из письма А.Д. Григорьева Яну Махалу (1926) Архангельские былины и исторические песни, собранные А.Д. Григорьевым в 1899-1901гг. с напевами, записанными посредством фонографа: В 3 т. Рос. акад. наук.; Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом); Под ред. А.А. Горелова. СПб.: Тропа Троянова, 2002-2003 http://feb-web.ru/feb/byliny/default.asp?/feb/byliny/texts/ag0.html Александр Дмитриевич Григорьев, посетил недавно Львов, в Русском Касине прочел лекцию о былинах, причем один из неких студентов, по нотам, записанных с фонографа, воспроизвел напевы былин Галицко-Русская Матица (ГРМ), Т.5, вып.1, Львов, 1906 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_676.htm Эта статья представляет мою первую лекцию в московском университете, читанную 24 сентября 1903-го года и повторенную потом в 1905г. в Вене и в 1206г. в Львове в местных русских студенческих обществах, а также в Русском кружке в Праге... Русския былины - это песни, повествующие о военных или житейских делах разных героев. В народе эти песни называются не былинами, как называет их русская наука по почину Сахарова в 1839г., а старинАми или стАринами. ...Всех былинных сюжетов известно теперь до 80; из них около 40 сделались известными лишь в последнее время, при чем более 30 сюжетов доставили, приблизительно пополам, записи А.В. Маркова и мои. Большинство этих сюжетов записано не один, а много раз, так что число вариянтов всех сюжетов доходит уже до 1600 номеров, при чем наибольшее число приходится на собрания Кирши Данилова (около 70), Киреевского (около 200), Рыбникова (около 230), Гильфердинга (322), Тихонравова и В.Ф. Миллера (85, а со старыми зап. 97), А.В. Маркова (около 205), мое (424), Ончукова (101). ...Былины поют теперь простые крестьяне и крестьянки, обыкновенно более зажиточные; большинство их неграмотно, но умно и памятливо...Знают и поют былины люди, главным образом, средних и преклонных лет; малолетние среди певцов встречаются очень редко. Редко былины поются каликами, т.е. нищими. ...Певцы былин обыкновенно поют их, не мудрствуя лукаво, а стараясь передать их так, как они их слышали. Если же они чего не помнят, то пропускают или передают это разсказом, и только редкий из них решится возстановить забытое место стихами. Большинство певцов поет так, как слыхало, даже и в том случае, если какое-нибудь место или слово испорчено или непонятно им; в ответе на замечание, что тут что-то испорчено, или на вопрос о значении непонятного им слова они обыкновенно отвечают: так поетсе, - а это значит, что дальше разсуждать нечего. Благодаря такой консервативности певцов в былинах удержалась масса слов и оборотов, чуждых и даже непонятных нынешним певцам; сохранились бытовые черты совершенно иной эпохи, не имеющей ничего общего с окружающим современного певца: удержаны подробности вооружения, которого он никогда не видал, и чуждые ему картины природы. ...В настоящее время былины оказались почти на всей территории, заселенной великоруссами в Европейской России с Доном и Тереком и в Сибири. Наиболее былин известно из Архангельской и Олонецкой губерний; затем идут по численности былины Приуралья и Сибири; в западных, южных и центральных великорусских губерниях былины слабо распространены, а в некоторых из них они совсем не известны, хотя это указывает, может быть, не на их отсутствие. а неизследовательность этих мест; таким образом, былины наиболее распространены на территории северно-великороссов. В Малороссии и Белоруссии былины даже Киевского цикла теперь не известны, но есть доказательства в виде сказок, дум и песен о богатырях на то, что былины были там известны, но постепенно вымерли. ...Главными условиями сохранения былин являются глушь и досуг. Крестьянин Севера живет в глуши, иногда в труднодоступных местах; Это обстоятельство охраняло его от влияний, разлагающих и убивающих первобытную эпическую поэзию; к нему не проникали ни солдатский постой, ни крупная фабричная промышленность, ни мода; его едва коснулась и грамотность, так что даже в настоящее время грамотный человек между крестьянами Севера - редкое исключение. Таким образом, здесь могли удержаться в полной силе стихии, составляющие необходимое условие для сохранения эпической поэзии: верность старине и вера в чудесное. Когда человек усомнится в том, что богатырь мог носить палицу в сорок пуд или один положить на месте целое войско - эпическая поэзия в нем убита. А множество признаков убеждает собирателей былин в том, что певцы былин и огромное большинство их слушателей безусловно верят в истину чудес, изображающихся в былине Лекция - Общие результаты работ собирателей и исследователей русских былин, прочитанная в феврале 1906г. во Львове, а месяц спустя в пражском Русском кружке, - А.Д. Григорьевым. Научно-литературный сборник. Повременное издание Галицко-русской Матицы. Под редакцией Б.А. Дедицкого. 1906, т.5, книга вторая, Львов. с.73-86 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_346.htm Колбо не iмахом бранды наша а боянi так бЪхом сте невЪглаcie до конце i окуду сме

Ять: Карпаты - общеславянская прародина Профессор Федор Федорович Аристов» умер 5 ноября 1932г. Он прожил всего 44 года, из которых 25 лет посвятил научной и педагогической деятельности. Федор Федорович оставил богатое научное наследие. Его перу принадлежит свыше 200 работ и около тысячи заметок, посвященных различных проблемам славяноведения и востоковедения. Проф. Ф.Ф. Аристов - русский исследователь закарпатской, чешской, словацкой, лужицкой, польской, болгарской, сербской, хорватской, словенской литератур. Его глубоко волновали судьбы угнетенных тогда братских славянских народов, и он считал своим священным долгом ознакомить широкие слои русского общества с положением в славянских странах, их богатой культурой и литературой. - Сознание честно выполняемого национального долга, - говорил Федор Федорович, - сторицей вознаграждает за все трудности и лишения пройденного научного пути. Несмотря на многообразие научных интересов, основное внимание своей исследовательской работы Ф.Ф. Аристов уделял изучению Закарпатской Украины. Можно смело сказать, что никто из русских ученых не посвятил изучению Закарпатской Украины столько внимания и труда, сколько Ф.Ф. Аристов. В течение десяти лет (1907-1917) он собирал и систематизировал самые различные материалы, из которых был составлен - единственный в своем роде не только в России, но и в Европе Карпато-русский музей Ф.Ф. Аристова в Москве. В музее находились редчайшие рукописи и письма выдающихся славянских писателей и ученых, множество книг, не имевшихся даже в библиотеках Российской Академии наук, Румянцевского и Исторического музеев, а также в заграничных книгохранилищах -. Музей содержал до 100 тыс. экземпляров отпечатанных портретов (целая систематически подобранная галерея) и нигде не опубликованные материалы об историческом, литературном и экономическом развитии Закарпатской Украины. Карпато-русский музей имел следующие отделы: Рукописный. В этом отделе содержалось около 5 тыс. всевозможных рукописей: автобиографий; воспоминаний, дневников, литературных и научных сочинений и писем; Книгохранилище, содержащее всю важнейшую печатную научную и художественную литературу о Закарпатской Украине; Художественно-иконографический, представляющий собрание рисунков, тесно связанных с национально-культурным развитием Закарпатской Украины: портреты деятелей литературы, науки, искусства; виды городов, сел, этнографические типы, а также карты, схемы, диаграммы; Научно-справочный, предназначавшийся для выдачи разного рода библиографических справок о книгах, рукописях и рисунках. С этой целью составлялась аннотированная картотека; Кабинеты писателей. Каждому писателю в музее отводился отдельный кабинет, дающий полное представление о его рабочей комнате. Летом 1917г. экспонаты музея были сданы на хранение в ломбард на Большой Бронной, с тех пор их судьба неизвестна. Осталась только часть рукописного материала, который хранится в частном архиве семьи Аристовых... Ф.Ф. Аристов. 1888-1932. Краткие Сообщения (Т.Ф. Аристова, В.Р. Ваврик). Институт Славяноведения Академии Наук СССР, N 27, 1959 Предисловие В 1907 году нами было приступлено к собиранию материалов для изследования по неизданным источникам - Карпато-русские писатели. Целью этого труда являлось восполнить пробел в науке путем ознакомления образованного общества с жизнью и деятельностью писателей Карпатской Руси. Обыкновенно историки русской литературы ограничивались разсмотрением жизни и творчества писателей, работавших в России, деятели же общерусской литературы в Карпатской Руси, к великому сожалению, оставались вне поля исследования. Отсюда проистекало явное противоречие: в то время как статистика и этнография устанавливали существование четырех миллионов русского народа в Австро-Угрии, история литературы, замалчивая факты литературного развития Карпатской Руси, как бы отвергала неопровержимые данные статистики и этнографии! Односторонность и неправильность такого явления нужно прежде всего объяснять тем, что в России историческая наука, а вместе с нею и история литературы, все еще находятся под сильным влиянием принципа государственности в ущерб идее народности. В русском обществе, а также и в науке, было слабо развито сознание того, что этнографические границы русского народа идут дальше политических границ русского государства и что русские живут как в России, так и в Австро-Угрии. История русской литературы должна представить ход литературного развития всего русского народа (следовательно и четырех миллионов русских галичан), а не только его главной массы, живущей в пределах России. В своем трехтомном изследовании мы дали биографии и характеристики всех выдающихся писателей общерусского направления Галицкой, Буковинской и Угорской Руси. В качестве введения ко всему труду предпосланы очерк - История Карпатской Руси, с древнейших времен и до наших дней, а заключением, обобщающим все исследование, служит статья - История общерусской литературы в Карпатской Руси. ...Карпато-русские писатели отразили в своих сочинениях идею национально-культурного единства русского народа, т.е. тот основной факт нашей истории, который известен под именем - собирания Русской Земли. По горькой иронии судьбы, собирание русской территории в свое время как раз не коснулось Карпатской Руси, которая в течение всей своей истории постоянно ратовала за эту идею. Известно, что первый митрополит Московский - Петр, внушивший московским князьям мысль о необходимости собирания всей Руси, был родом из Галичины, которая воспитала в нем любовь к русской национальной идее. С тех пор и до настоящего времени идея общерусского национально-культурного единства являлась основным фактором всей общественной жизни Карпатской Руси, где даже разделение на два главных политических течения было основано на этом принципе: русофилы выступал как убежденные поборники единства, украйнофилы же, наоборот, стояли за сепаратизм. ...Таким образом, Карпатская Русь со времени своего национального возрождения 1848г., т.е. в течение всего полустолетия, дала целую плеяду выдающихся писателей, с которыми уже успели познакомится не только славяне, но и все культурные народы Запада. Теперь очередь за русским обществом, для которого эти писатели не иностранные, а свои же, родные. Пора заполнить пробел в нашем образовании и тем самым доказать, что труд карпато-русских писателей не был только для одной Карпатской Руси: ведь они писали свои сочинения, имея в виду весь русский народ от Карпат до Камчатки. Великая война 1914 года имеет для России то огромное значение, что, с присоединением Галицкой Руси, завершилось дело собирания русских земель, начатое еще при Иване Калите. Прежде чем наступило политическое обьединение, оно уже было подготовлено в идейном отношении, благодаря самоотверженной литературной и народной деятельности карпато-русских писателей. Труд карпато-русских писателей настолько значителен, что заслуживает самого подробного ознакомления со стороны русского образованного общества... Карпаты являются общеславянской прародиной, откуда въ VII вЪкЪ славянскiя племена разселились въ разныя стороны... Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Дощ.6а од Оpie То се обящi нашы Оце со Борусоi одо Раi рiеце до Непрены а Карпанеске држава по родiе тоi се правiтi одо Родiще а ВЪща

Ять: Вопрос о том, каким образом проникло за Карпаты русское имя, является одним из самых сложных и малоразработанных вопросов русской исторической науки. Впервые обратил на это внимание ученых Николай Иванович Надеждин (5 (17) октября 1804 — 11 (23) января 1856), который в своей Записке о путешествии по южно-славянским странам (Журнал Мин. Народного Просвещения 1842г., ч.34) писал следующее: До сих пор все изследования наших историков, этнографов и археологов обращались преимущественно, даже можно сказать исключительно, на Русь, заключающуюся в обширных пределах Российского государства. И здесь еще, особенное, впрочем весьма естественное предпочтение оказывалось Руси Северо-Восточной, основательнице настоящей славы и величия имени русского. Русь Юго-Западная, коей чистейшая и самообразнейшая часть уходит из пределов Российской Империи, простирается за Карпат до Дуная, во всю длину его течет по древней Паннонии - эта Русь едва удостаивалась мимоходного упоминания в предисловиях к Русским историям. Доходило даже до того, что сознание нашего кровного родства и единства с Юго-Западными нашими соименниками - сознание столь ясное и живое, как напр. во время Герберштейна, который всех Руссов признавал и называл равно Руссами - затмевалось совершенно в новейших бытописателях и изследователях, впрочем достойных всякого уважения своею ученостью и добросовестностью. Причина тому, очевидно, заключалась в ложном предубеждении, распространенном венгерцами, а вслед за ними и другими европейскими историками, кои, с нелепых слов безымянного нотаря короля Белы, повторяли в один голос, что Руссы венгерские увлечены за Карпат из нашей украины мадьярами, которые потом бросили их, как безполезную тягость, при пороге своего распространения в Паннонии. За тем еще позднейшее переселение Федора Кориатовича - из Подолии в Мункач - считалось второю эпохою, с которой Закарпатье наполнилось руссами. При таких предположениях понятно, что пребывание нынешних русняков в Венгрии признавалось недостойным занимать место в древней истории и археологии народа Русского. Я был точно того - же мнения, пока не познакомился лично с венгерскими русняками, с местностью их настоящих жилищ и окружных стран, с преданиями, искони существующими у карпато-руссов, равно как и с преданиями самых венгерцев и других окрестных народов, в их полноте и чистоте, из самых источников. Напротив того, теперь я убедился вполне, неопровержимыми доказательствовами, что русская стихия простиралась на Юго-Запад, по обе стороны Карпата, вплоть до Дуная, задолго до вторжения мадьяров в Панонию; что мадьяры: не привели сюда с собою руссов, а нашли их здесь, осилили, расположились жить и господствовать меж них, и таким образом разорвали то непосредственное соседство, в котором руссы, по свидетельству и наших отечественных и чужих преданий, находились некогда с сербами, хорватами и славяно-чехами. Доказательства, на коих основалось мое переубеждение суть: историческое, этнографическое, топографическое и даже лингвистическое. На сей раз упомяну об одном, у нас едва-ли известном факте, но которого важность чрезвычайна: в Трансильвании, в сокровеннейших ущельях Карпата, при истоке Ольты, между румынами, мадьяро-секлерами и саксами, находятся деревни, которые по cиe время называются Русскими, жители которых, на памяти ныне живущего поколения, говорили между собою по русски. т.е. Карпато-Русинским или что то же малороссийским языком! Никто не знает и не помнит, каким образом и когда образовались здесь эти оазисы: они, очевидно, отмыты от родного материка приливом мадьяров и немцев. Что можно сказать против этого живого вопиющего свидетельства? Какой новый свет открылся мне, когда я под моею путническою ногою, ощутил везде следы старой самородной Русской жизни на этом забытом нами пространстве Южно-Славянского Mиpa. Начало нашей истории, происхождение и смысл нашей древней летописи, разлитие благодатных лучей христианства в нашем Отечестве, путешествие к нам церковно-славянского языка, имевшего столь существенное влияние на наше умственное и литературное образование: все эти пункты, более или менее загадочные, более или менее сумрачные, прояснились. Я понимаю теперь, как наш достопочтенный Нестор мог говорить о разселении Славяно-Россов на севере с Дуная: это взял он не из преданий отдаленной древности, как думают обыкновенно, но из живого наглядного познания придунайской стороны, которая в его время, без сомнения еще ощутительно трепетала чистою Русскою жизнью. Я понимаю даже сказку о Кие, основателе Киева, которую многие из восторженнейших читателей древнего летописца считают басней, вымышленною из патриотического хвастовства. Понимаю известный список Русских городов дальних и ближних, сохранившийся при некоторых наших Летописях: эту загадку Сфинкса, которая до сих пор не находила еще счастливого Эдипа. Понимаю образование древней нашей Иерapхии, пугающее изследователей своею темнотою и недостоверностью: и проч. и проч. - Угорская Русь http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_15.htm Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Дощ.6а од Оpie То се обящi нашы Оце со Борусоi одо Раi рiеце до Непрены а Карпанеске држава по родiе тоi се правiтi одо Родiще а ВЪща

Ять: После Н.И. Надеждина вопроса о русском имени на Карпатах касались: академик А.А. Куник, проф. В.И. Ламанский, немецкий ученый Рэслер, академик В.Г. Василевский, проф. А.А. Кочубинский и проф. Ф.И. Успенский. Обо всех этих попытках выяснения русского имени Угорской Руси. проф. И.П. Филевич в своем сочинении Угорская Русь и связанные с нею вопросы и задачи русской исторической науки (Варшава, 1894г., с.11-12) говорит следующее: Все это только отрывки и наброски: ничего не только цельного, но даже сколько нибудь определенного. В течение полувека после Надеждина разработка занимающего нас вопроса, собственно говоря, не продвинулась ни на шаг. Русская мысль боролась с норманистами под знаменем Руси поморской, роксолан, скифов и наконец готтов. Угорская Русь, ни разу не выступала на сцену прямо, но несомненно всегда скрывалась за кулисами, смущая своим именем спокойствие всех названных ученых партий, к решительным или умеренным сторонникам которых принадлежат у нас в настоящее время все представители русской исторической науки. Во взглядах на Угорскую Русь ученые до сих пор колеблются между двумя противоположными взглядами: ак. Кулика с одной и Надеждина с другой стороны. Существенная разница обоих взглядов заключается не в научном их обосновании, а так сказать, в научной обстановке и, пожалуй, в тоне, весьма решительном у норманнистов, и весьма робком у их противников. Упоминания об Угорской Руси находят, как мы видели, место лишь в примечаниях и приложениях. Специального изследования, посвященного вопросу о русском имени на Карпатах нет, и ученые упоминают об этом только по случаю, попутно -. С исчерпывающей полнотой этот же вопрос проф. И.П. Филевич разобрал в своем труде История древней Руси (Варшава, 1896г.), посвященном выяснению - связи Руси Карпатской с остальным русским миром (с.23) Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Надеждин приходит к следующему выводу: рубежи славяно-вендской стихии, главным образом по отношению к русскому племени, он определяет таким образом: 1) низь, поросшая лесами, затопленная болотами к востоку от Вислы и особенно от Немана, и 2) степи Днепровского и Донского понизовья, около Азовского моря; 3) центр с которого разлилась славянская стихия - Карпаты (с.36) И.П. Филевич. История древней Руси: Т.1. Варшава: тип. Ф. Черпака, 1896-1897 http://books.google.ru/books?isbn=5518017448 Угорская Русь http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_15.htm Дощ.6а од Оpie То се обящi нашы Оце со Борусоi одо Раi рiеце до Непрены а Карпанеске држава по родiе тоi се правiтi одо Родiще а ВЪща

Ять: Князь Лаборец Серед населеня Закарпатской Руси ривнож збереглася память про давни часи, як свидчит о тим народный переказ про карпаторуского князя Лаборця. Сей князь панував в тим часи, коли мадяри перейшли Карпати и покорили населене Закарпатской Руси. Князь Лаборец боровся хоробро, але погиб в битви над р. Свиржавою, яка вид его имени одержава назву Лаборец. Народний переказ про кн. Лаборця, записанный в сели Драгови Мармар. жупи вид Федора Сухари, звучит ось так (Корнило Заклинский: Народне оповеданя про давнину. З печатне св. Николая в Пряшеви. 1925): Каже народ, что быв раз оден славний князь Лаборец. Он быв дуже славный, за народ дуже гадав и любив. За то люде дуже любили его. Он и свой край любив. Но по великой радости настав сум. Прийшли Мадяры и напали на Лаборця и на его войско. И Лаборец из своим войском дуже бистро билися, но ем не стало войска и тогды он загнав тых людей, что были у нього, аби дали знати людям, що напали на него Мадяры. Они дали знати людям...И зобралися до Ужгороду и як ишли по дорозе, стретилися из Мадярами. Они билися и, як легини куражне, имилися из ними до битвы и убили Мадяров. Прийшли до Ужгороду, но там уже дзвоны били, сумно было. Такий великий сум быв, что наветь тота пташка, что весело спевала, зажурилася. Зведуют легини драговське, что сумуе усьо в Ужгороде. Кажуть люде, ужгородски Русини, что вороги русинам прийшли из чужого краю, Мадяры, гет убили людей тай убили руського князя Лаборця. И они усе засумовали и великим сумом запрятали князя Лаборця. Двайцять попов му служило Тридцять дяков му спевало Кажуть люде, что се було дуже давно Адриан Копыстянский. Стара княжа Русь в народних піснях–билинах. Львів: Изд. о-ва им. М. Качковского, 1929 http://elib.nplu.org/object.html?id=1017 Сум-Сума, у балтийских славян - Горевит, бог горя. Он носил с левой стороны (д)зобенку, полную черных мыслей, а с правой - суму (торбу) с печальными думами, которые он напускал на людей. От черных мыслей и горьких дум и сам он серел, и серел всякий, к кому Сум своей сумой и зобенкой прикасался. Он не мог плакать, поэтому и сам мучился и мучил других, хуже Жели и Карины, которые облегчали горе и печаль, сливая их с сердца человека вместе со слезами. И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Предание. Перечень упоминаемых в предании мифологических имен http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm Колбо не iмахом бранды наша а боянi так бЪхом сте невЪглаcie до конце i окуду сме

Ять: Все отмеченные указания на русский элемент в Карпатах и за Карпатами остались неизвестными русской науке, усердно продолжавшей скитания по отдаленному европейскому северу, северо - и юго-востоку. С 20-х годов вопрос о Карпатской Руси проникает и в нашу науку, на первый раз случайно и, по-видимому, мимолетно, но в действительности уже не сходит с ея страниц. Развитие этого вопроса в нашей науке весьма интересно и потому не лишне будет отметить главнейшие моменты. Такое разсмотрение во многом поможет уяснению обьема и характера самого вопроса, а следовательно, и предстоящей нам задачи. Впервые на него наткнулся П.И. Кеппен, попавший случайно в 1822 году в дунайское Залесье и нашедший там горсточку каких-то славян. - Он занялся даже ими, но затем забыл, хотя и отметил их в своем историческом плане ученого славянского путешествия, появившемся в Библиографических Листах. Когда же через 20 лет подневольный житель Одессы, Н.И. Надеждин повторил путешествие Кеппена в Трансильванию (сведомый о его плане) и стал разыскивать тех славян, ему указали лишь одни свежие славянские могилы (А. Кочубинский. Дунайское Залесье. с.48). Таким образом научное преемство мысли о Карпатской Руси установляется несомненно от Кеппена к Надеждину. Но в этой цепи недостает еще одного звена - Венелина, который в Москве был представителем Карпатской Руси во плоти, и был, повидимому, в близких отношениях с Надеждиным (к Надеждину - первому - отправился Венелин из Университета, по получении аттестата. - Древн. и нын. Словене. Биография Венелина. с.49). Нельзя допустить, чтобы угро-русс не разсказывал Надеждину о своей родине, как равно нельзя допустить, чтобы Надеждин не интересовался этими разсказами. Быть может, Надеждину была даже известна венелинская рукопись об Угорской Руси, если, даже на взгляд акад. Куника, замечания Венелина об Угорской Руси представляют - единственное сносное из всех его писаний -. Мы склонны приписать знаменитому Гуце (такова действительная фамилия Ю.И. Венелина) некоторую долю влияния в том, что славянские могилы в Трансильвании не оказались для Надеждина немыми. 25 марта 1839 умер в Москве представитель Карпатской Руси; к 40-м годам относятся блестящие статьи Н.И. Надеждина по вопросу о началах русского имени и русского племени и о значении Карпат в этих отношениях. В торжественном заседании Одесского общества любителей истории и древностей 4-го февраля 1840г. Надеждин произнес речь, в которой указал предстоящие обществу научные задачи: изучать Новороссию не только в мертвых и немых ея остатках, которыми усыпана поверхность, упитаны недра наших степей, но и в дышащих, говорящих памятниках национальности народов, жизнью которых наполнялись эти степи (Торжеств. заседание. Одесса 1840, с.34) И.П. Филевич. История древней Руси: Т.1. Варшава: тип. Ф. Черпака, 1896-1897, с.7-9 http://books.google.ru/books?isbn=5518017448 Угорская Русь http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_15.htm Сколько ни потерпела народность Руси, Горской и Загорской, от поселений иноязычных, однако, и доселе уцелела. Еще слишком 500,000 Русских жителей живет и ныне по разным Графствам Северо-Восточной Венгрии; и если к этому числу Закарпатской Руси прибавить 700,000 Руси, живущей в горах, с северной стороны Карпатского хребта по Галиции, Буковине и горной части Молдавии, то выйдет более 1,200,000 природной Горской Руси. Что касается до гор Трансильвании с их окрестностями в Венгрии, Валахии и Молдавии, то везде по ним розсеяны непреложные следы Pycи, но изложение которых должно быть предметом особенного разсуждения. При сем, не могу не упомянуть о ложном мнении Венгерских Историков, будто Русь переселилась за Карпаты, вместе с Венграми, только в IX веке. Принимая то, что перенесение мадьярских кочевьев с Дона за Карпаты на Дунай в тамошнюю степь, точно, можно назвать переселением, я не понимаю, каким образом можно назвать переселением в Венгрию (т.е., Загорскую Русь) Русского народа, если он искони обитал не только до Карпатов, но сплошь и в Карпатах. Из этого положения оседлого и некочевого Русского народа невозможно вывести ни малейшего движения, которое можно бы назвать переселением. Дело в том, что Загорская Русь, с 1.000 годов стала носить название Венгрии; но как в ней оказался и Русский народ, то хронисты вообразили себе прибытие его, вместе с Венграми, из такой страны. которая в их время называлась бы Русью! Русские летописи помнят о переходе (888г.) Угров за Карпаты, но о переселении Руси ничего не знают; Венгерские же летописи начались гораздо позже, и о переселении Руси намекают в следствие того только, что это им так показалось. Хотя мнение это чисто опрометчиво, однако, оно и досели в общем ходу в Венгрии. Остается только увериться окончательно, что старожилы стороны Карпатской и Закарпатской по самый Дунай составляли искони часть Русского племени Ю.И. Венелин. Гористая Русь http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_312.htm Из неизданных статей и начерков, обретаемых в бумагах В-на в Румянцевском Музее и Библиотеки О-ва ист. и древ. российских, обращают наше внимание Мадьярские слова, взятые из русского языка (книга, слово, беседа, образ, двор, каша, соль, рожь, колос, борозда, сечка, лен, сено, солома, репа, боб, капуста, огурец, дыня, бук, явор, слива, черешня, мак, ковач или коваль, ткач, сапожник или чижмодей, млинар или мельник, воевода, витязь, палица, стража, чолнок, лодка, медведь, буйвол, баранок, голубь, сорока, воробей, ворона, павлин, выдра, борона, коса, грабли, вилы, лопата, сито, решето, секира, оволок, обруч, стол, бочка, ведро, ковш, доска, сани, ясли, ярмо, крест, труба, искра, поток, холм, пекло, подкова, обед, ужин, вечеря, чудо, чудуюсь) И.С. Свенцицкий. Материалы по истории возрождения Карпатской Руси. Львов, 1905. с.84-85,110-119, 119-120 http://www.litres.ru/ilarion-svencickiy/materialy-po-istorii-vozrozhdeniya-karpatskoy-rusi/ Юрий Иванович Венелин появился на свет 22 апреля 1802 года, в селе Большая Тибава (ныне Свалявский район Закарпатской области - укр. Свалява, русин. Сол'ява (от слова соль)) в Карпатских горах, получив при рождении имя Георгий Гуца. Сам историк считал себя по происхождению карпато-россом (русином). Фамилию Венелин (Венелович) и русское имя Юрий он принял уже в сознательные годы, когда уехал жить в Российскую Империю...Отец Георгия Гуцы был протоиереем Верховины http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_717.htm

Ять: Ой рано, рано, куроньки пели, Ой дай Боже! Ой а ще ранше наш панок устав, Ой устав, устав, три свечи зсукав: При одной свече личенько вмывав, При другой свече шатоньки вберав, При третьей свече коника седлав, Ой седлав, седлав, в поле выежджав, В поле выежджав, з конём розмовлять: Ты коню сивый, будь ми счастливый, Будь ми счастливый на три дорозе, На три дорозе, та у три земли: Одна дорога - та в Волоськую, Друга дорога - та в Немецкую, Трета дорога - та в Турецкую; З Волощины йде - волики веде, З Немеччины йде - грошики несе, З Туреччины йде - коники веде; Ой волики на хлеб робити, А грошиками войську платити, А кониками з войськом ся бити Народные песни Галицкой и Угорской Руси Ныне в Трансильвании, с ея опушками в Венгрию и Валахию, давно уже нет ни души Русской. Эта гористая полоса занята тремя разными языками: 1) Трансильванию населяют Волохи (Румуне), племя Итальянское; 2) Долины населяют Мадяры, племя Манджурское; к их наречию и племени принадлежат и Половцы (Siculi, Szekelyek), занимающие семь горских округов; 3) Саксонские колонии, в южных округах Трансильвании. Это иноплеменное заселение Русских гор, Русской Швейцарии, не мало мешает хорошему историческому мышлению, потому что, как только дело дойдет до, так называемой, Дакии, тотчас мысль там прекращается о природной Руси, при взгляде на новое ея иноплеменное зaceление. Так, многие попали в сети от этого обстоятельства, разбирая эпоху Гуннов, или Обров (Аваров) и других имен народных, относящихся к той стороне, до 800 годов. Но все эти иноплеменники заняли Русские горы только с 800 года. 1: Волохи. Вообще, говорят, что они потомки колоний Траяновых. Но колонии эти были переведены обратно за Дунай Императором Аврелианом во II веке и разделены по разным местам как Мизии, так и Македонии. В следствие этого, часть Мизии, Верхней и Нижней, соединена была под особое управление и название Средней Мизии или Побережной Дакии (Mys Mediterranea или Dacia Ripensis). Таким образом, снова исчезла, так называемая, Дакия по сию сторону Дуная, потому что опять вошла в состав Скифии. Константин Великий, переводя столицу в Цариград, перевел еще некоторые Итальянские колонии во Фракию, которую, по сему, велел именовать Романиею (Romania). В войнах Болгар с Византийцами Болгарское Правительство, отняв у них большую часть этой Романии и Македонии, чтобы ослабить Греко-Римлян, почти все эти колонии, в числе 30,000 семейств, переселило в свои владения по cию сторону Дуная, и разделило по разным местам гористым (Трансильвании и Валахии), откуда, на оборот, переместило за Балканы значительное количество Болгар. И так, с IХ века, эти 30,000 семейных Румынов или Романцев, или, как Русь их называла, Волохов, были разсадником всех, ныне существующих, Волохов и Молдаван по Венгрии, Трансильвании, Валахии, Молдавии. 2. Мадяры или Угры (Венгры) вошли в Венгрию в Х веке; с XI установили Королевство, а особенная их Орда, под начальством Тугутума, завладела Трансильваниею. 3. В XII столетии, от нашествия Татар на Новороссийский край, Половцы оттуда удалились в горы Трансильвании, где и ныне разделены на округи (Sedes Siculorum). 4. По опустошение Татарами Венгрии, Правительство поселило в Южной Трансильвании Саксонские колонии около городов Сибина и Брашова (первый из них эти колонисты называют Hermanstadt, а последний Kronstadt). Вот краткая История заселения Русских гор IX века, тремя иноплеменными, но совсем разноязычными, народами. Ю.И. Венелин. Гористая Русь http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_312.htm http://www.bolesmir.ru/index.php?content=books&name=dictionary_item&dictionary=author&item_id=150

Ять: Богатырская слава Во столном славном граде Киеве Говорит князь Владимер Всеславич киевской Своим богатырем Илье Муромцу с товарищи: Или то вам не сведомо богатырем, Что отпущает на меня царь Костянтин Из Царяграда сорок два богатырей, А велит им Кеев изгубити. И вы б нынеча никуды не розежалися, Берегли бы естя града Киев А й всее моеи вотчины. Бьют челом семь богатырей: Государь, князь Владимер киевской Всеслаевич! Отпусти нас в чисто поле, Мы тебе, государю, Прямыя вести отведаем И приведем тебе, государю, языка добраго; Тебе, государю, славу великую учиним, И себя, государь, в честь введем И всему твоему государству похвалу великую учиним И многия орды острастим... Впервые текст Сказания о хождении киевских богатырей в Царьград (Богатырское слово) был опубликован в 1860 году Ф.И. Буслаевым, а в 1881 году Е.В. Барсовым и с тех пор неизменно привлекает внимание исследователей прежде всего своей исторической основой...Русские богатыри ходили в Царьград и на Царьград как до крестового похода и до крещения Руси, так и после. Известно, например, что только в 986-987 годах, накануне крещения, Владимир отправил в Царьград шесть тысяч русских воинов за сестру византийского императора Анну...В Сказании речь идет об ожидаемом походе царьградских богатырей на Киев, который киевские богатыри и упреждают своим походом на Царьград, здесь Византия и Русь - противники, а не союзники, как в былине Илья Муромец и Идолище, отразившей последующий период защиты Царьграда. Наиболее полный и древний текст Сказания (Богатырское слово - Е.В. Барсова) публикуется по изданию: Былины в записях и пересказах XVII -XVIII веков. М.-Л., 1960 Героические былины. Богатырское слово http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_606.htm В продолжение первых трех столетий народы, нападавшие на римские области из-за гор Карпатских, т.е. из Руси, у историков римских и у самих римлян слыли под одним обыкновенным именем сарматов, а иногда роксолан. Константин Великий (римский император 306—337гг. н.э.) заключил с ними договор, по силе коего они должны были взаимно помогать один другому, по сему они слыли у римлян под именем союзников (Sarmato Foederati, или просто Foederati). Ю.И. Венелин. О происхождении славян вообще и россов в особенности (из рукописи Ю.И. Венелина, хранящейся в Отделе рукописей Российской Государственной библиотеки, в архиве Ю.И. Венелина - НИОР РГБ, ф. 49, к.2, ед.хр. 25) http://annals.xlegio.ru/rus/small/srio156_ven.htm Сказание о руских богатырех и о цареградцких — лл. 71—79 ...И пришли богатыри во Царь град. И в те поры у ц[аря], стол идет, а в стол подают третию есть[ву]. И учали калики перехожие милостыни прошати, против окна стоячи, чтобы было слышати голосы царю Констянтину ис полаты. Говорит царь Констянтин своему богатырю Тугарину Змиевичю: Познал я тех калик, слышу я по речам, кабы руские пришли, попытаю их о киевских вестях, любо что они ведают. Позвали калик тех ко царю, и царь учал их спрашивати: Скажите вы, калики перехожие, котораго вы есть города?. Говорит Илья Муромец: Ходили мы, государь, ис Киева от великаго князя Владимера киевскаго. А против царя седит Идол богатырь, ростом он без меры велик, |г]овори[т] он царю Констянтину: Государь царь, волной он человек, спроси их о ки[е]вских вестя и о багатырех, сколко их у великого князя Владимера киевскаго?. Говорит Илья Муромец царю Констянтину: 32 богатыря, да удалы добре необычно есть, как Илья Муромец, славный богатырь. И рече царь Констянтин: Каков он рожею и ростом? Посмотри по нашим богатырем! Говорит Илья Муромец: Ростом только с меня величиною, а рожею на меня же походил. Говорит Идол богатырь, посмехается: Аще толко правда, что таков Илья Муромец, и я на ладонь посажу, а другою роздавлю. Да он же говорит, Идол богатырь, царю Констянтину: Не умешкай, царь государь Констянтин, службе богатырские, отпущай нас скорово, только слово несолгано будет, и мы как будем в Киеве, преведем к тебе великаго князя Владимера киевскаго, и со княгинею, и с его богатыри, а в Киеве хотят учинить сечь великую... ...А.А. Зиминым (Институт истории АН СССР) найден новый, четвертый по счету, список Сказания о киевских богатырях. Значение нового списка заключается прежде всего в том, что он относится к третьей четверти XVII века и, таким образом, является вторым известным списком XVII века (первый список XVII века относится к 1642 году и давно известен в литературе - Е.В. Барсов. Богатырское слово в списке начала XVII в. Сборник Отделения русского языка и словесности АН, т. 28, № 3, СПб., 1881, и отдельный оттиск). Новый список датируется (по водяным знакам) 1676—1682 годами ...Вновь найденный список дает возможность уточнить некоторые разночтения текста изученных списков. Так, седьмой богатырь, называемый в списках Барсова и Буслаева - Белая Палица, а в списке ИРЛИ - Белая пьяница, в списке ГБЛ носит имя - Белая Поляница. Хорошо разъясняет новый список и окончание Барсовского списка: Багатырское слово во веки аминь, которое дало возможность некоторым исследователям и все произведение назвать Богатырским словом. Список ГБЛ оканчивается так: Скажи ты, Тугарин Змиев, нашей государыни благоверной царице Елене, —мы в своей правде устояли, что есть царьское — то все исполнено, государева служба верно служена, и честь получена. А богатырем слава во веки веком. Аминь... Л.Н. Пушкарев. Новый список Сказания о киевских богатырях. Труды отдела древнерусской литературы (Пушкинский Дом) АН СССР. М., 1953. Т.9 http://feb-web.ru/feb/todrl/t09/t09-361.htm http://www.pushkinskijdom.ru/Portals/3/PDF/TODRL/09_tom/Pushkarev/Pushkarev.pdf

Ять: Переход осени в зиму отмечался особым праздником, длившимся три дня. Праздник этот потерял свое древнее название, теперь его зовут Кузьминками Осенними. Ой святой Кузьма-Демьян (первая песня на свадьбе) Там на горке против солнушки, там стояла церковушка, там стояла церковушка. Ай, у тэй церковушки. Ай, у тэй церковушки да й было три празднички, да й было три празднички. Первый праздник - Воскресенийце Первый праздник - Воскресенийце, другей праздник - Узнесенийце, другей праздник - Узнесенийце, третий праздник - Кузьма й Демьян. А святэй Кузьма-Демьян, скуй нам свадьбу крепкую, скуй нам свадьбу крепкую, крепкую, долговетную! ветры веють - не развеють, дожжи мочуть - не размочуть, дожжи мочуть - не размочуть, люди судють - не рассудють. Святы из Усвята - Ольга Федосеевна Сергеева http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_322.htm А и отчего-то зима да зачалася, А и красно лето состоялось? Зачалася зима да от мороза, А и красно лето от солнца. А и богатая осень от лета. И по той-то осени богатой Вылетала малая птица, А и малая птица-певица; Садилась в заленом садочке А на то на дерево калину, А и начала пати-жупати Всякими она-то языками. А и услыхали русские птицы, Собиралися они стады стадами, Прилетали к зеленому садочку, А и садились птицы стадами В одну сторону да головами... Матушка Кузьма-Демьян, Скуй нам свадебку крепко-накрепко, До седой головушки, До долгой бородушки! Кузьма-Демьян по сеням ходила, Гвозди собирала, свадебку ковала! Кузьма-Демьян-сребреница! Зароди, Господи, чтобы писклятки водились http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1167.htm Говорят как те веть скоморохи: Мы пойдём к Вавилушку на ниву; Он не идёт ле с нами скоморошыть? - А пошли к Вавилушку на ниву: Уш ты здрастуёш, цядо Вавило, Тибе нивушка да те орати, Ишша белая пшониця засевати, Родна матушка тибе кормити! - - Вам спасибо, люди весёлые, Весёлые люди - скоморохи! Вы куды пошли да по дороги? - - Мы пошли веть тут да скоморошыть: Мы пошли на инишшоё цярьсво Переигрывать царя Собаку, Ишша сына его да Перегуду, Ишша зятя его да Пересвета, Ишша доць его да Перекрасу! Ты пойдём, Вавило, с нами скоморошыть! - Говорыло то цядо Вавило: Я веть песён петь да не умею, Я в гудок играть да не горазён. - Говорыл Кузьма да со Демьяном: Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладець; А Кузьма з Демьяном припособит! - Заиграл Вавило во гудоцик А во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном припособил Путешествие Вавилы со скоморохами http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_533.htm

Светлаока: Ять пишет: цядо Вавило, доць во гудоцик во звоньцятой Ять, это какого региона песня? Дополнение к рисунку календаря:Женский передник с вышитым календарём ! из Каргопольского уезда Архангелогородской губернии: (Из коллекции Архангелогородского областного краеведческого музея).

Ять: Светлаока пишет: Ять, это какого региона песня? Архангельские былины и исторические песни, собранные А.Д. Григорьевым в 1899-1901гг. с напевами, записанными посредством фонографа. Т.1. Москва. Университетская тип-ия. Страстной бульвар. 1904 Кривополенова, Марья Дмитриевна Марья Дмитриевна Кривополенова или Трехполенова (по мужу ее называют «Тихоно́вкой») — крестьянка д. Шотогорки, околка Холма, 57 лет, малого роста, в пестрядевой рубашке, в синяке и в повойнике. Родом она из д. Усть-Ёжуги, лежащей на правом берегу р. Пинеги при начале мезенского тракта. Отец ее умер рано, а мать тогда, когда она была уже пожилой. Ее и других детей «ро́стил» дедушка. Брат Марьи и теперь хорошо живет в Усть-Ёжуге. На 23-м году она вышла замуж за крестьянина-сапожника Тихона Кривополенова из д. Шотогорки и живет с ним уже 34 года. Муж ее — пьяница; ранее он проворовался, сидел в тюрьме и был в арестантской роте, но после этого исправился от воровства. Во время моего пребывания в Шотогорке мужа ее не было дома: он подрядился сплавить лес к д. Усть-Пинеге, вследствие этого отсутствовал уже 4 недели, большую часть выговоренных 12 рублей проел в дороге, а остальные деньги пропил и возвращался домой пешком. Живет Марья с мужем очень бедно: они живут в низкой двухэтажной без крыши избе с одной маленькой комнатой в каждом этаже. Поэтому Марья ездит на своей лошади собирать милостыню по деревням, но в своей деревне она не собирает. — Она знает настоящее народное название былин «ста́ринами»; когда я для образца того, что мне нужно, стал читать ей одну из записанных уже старин, она заявила мне, что мне, значит, нужны ста́рины, и стала петь одни старины, не смешивая их с духовными стихами. Она пропела мне в этот раз 13 старин и 5 стихов; кроме того, она знает много сказок. Она пропела мне следующие старины: 1) «Илья Муромец освобождает Киев от Ка́лина-царя», 2) «Илья Муромец и Чудище проклятое в Цареграде», 3) «Молодость Добрыни и бой его с Ильей Муромцем», 4) «Купанье Добрыни и бой его со змеем Горынищем», 5) «Иван Грозный и его сын», 6) «Кострюк», 7) «Князь Дмитрий и его невеста Домна», 8) «Алеша Попович и сестра Петровичей», 9) «Молодец губит свою невинную жену», 10) «Князь Михайло губит свою первую, а его мать вторую его жену» 11) «Путешествие Вавилы со скоморохами» 12) «Усища грабят богатого крестьянина» и 13) «Небылица в лицах». Начало первой старины я записал вечером 6-го июля, а окончание первой и следующие 11 я записал 7-го июля, а последнюю записал утром 8-го июля. Все пропетые ею 13 номеров она называла старинами. 10-го июля я записал у нее следующие духовные стихи: 1) «Егорий Храбрый и царь Демьянище», 2) «Алексей, человек Божий», 3) «Николай-чудотворец», 4) «Михайло-архангел» и 5) «Сон Богородицы». Когда я был у нее через год для записи напевов, то она к этому времени вспомнила, что забыла мне пропеть еще одну старину «Соловей Будимерович и Забава Путевисьня»; теперь она пропела ее, и я помещаю ее здесь. Старины Марьи выделяются среди других пинежских старин длиной: одна из них достигает 309 стихов. По знанию старин Марья является первой среди опрошенных мною по р. Пинеге. Старины она знает хорошо (и́стово); поет их она быстрым распевом духовных стихов, энергично, отрывисто, с резкими ударениями А у той у красной у девици А были у ей холсты-ти веть холшовы, - Ишша стали толковы да атласны. Говорыт как красная девиця: Тут люди шли да не простые, Не простые люди-те - светые, - Ишша я веть им да не молилась! - А идут скоморохи по дороги, А идут на инишьшоё царьсво. Заиграл да тут да царь Собака, Заиграл Собака во гудоцик А во звоньцятой во переладець, - Ишша стала вода да прыбывати: Ишша хоцё водой их потопити. - Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой в переладець, - А Кузьма з Демьяном прыпособит! - Заиграл Вавило во гудоцик И во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном припособил: И пошли быки-те тут стадами А стадами тут да табунами, Ишша стали ваду да упивати: Ишша стала вода да убывати. - Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладець, - А Кузьма з Демьяном припособит! - Заиграл Вавило во гудоцик А во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном прыпособил: Загорелось инишьшоё цярьсво - И сгорело с краю и до краю. Посадили тут Вавилушка на цярьсво. Он привёз веть тут да свою матерь. Архангельские былины и исторические песни, собранные А.Д. Григорьевым в 1899-1901гг. с напевами, записанными посредством фонографа. Т.1 http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/ag1/ag1-377-.htm

Ять: Неграмотная, но любознательная Кривополенова рассказывала о продвижении Руси на Север так, как будто сама в тех походах участвовала: Прежде на Двине, на Пинеге, на Мезени чудь жила: народ смугл и глазки не такие, как у нас. Мы – новгородцы, у нас волос тонкий, как лен белый или как сноп желтый. Мы, русские, еще для похода на Пинегу и карбасов не смолили, и парусов не шили, а чудь знала, что русь идет, – раньше здесь леса были только черные, а тут появилась березка белая, как свечка, тоненькая. Вот мы идем по Пинеге в карбасах. Мужи в кольчугах, луки тугие, стрелы переные, а чудь молча, без спору давно ушла. Отступила с оленями, с чумами, в тундру провалилась. Только девки чудские остались. Вот подошли мы под берег, где теперь Карпова гора. Дожжинушка ударил, и тут мы спрятались под берег. А чудские девки – они любопытные. Им охота посмотреть: что за русь? Похожа ли русь на людей? Они залезли на рябины и высматривают нас. За дождем они не увидели, что мы под берегом спрятались. Дождь перестал, девки подумали, что русь мимо пробежала: – Ах мы, дуры, прозевали! Для увеселенья и запели свою песню. По сказкам-то, никому во вселенной чудских девок не перевизжать. Выло утро, и был день. Наши карбасы самосильно причалили к берегу. Старики сказали: – Вот наш берег: здесь сорока кашу варила. Тут мы стали лес ронить и хоромы ставить… В эту пору здесь у водяного царя с лешим царем война была. Водяной царь со дна реки камни хватал и в лешего царя метал. Леший царь елки и сосны из земли с корнем выхватывал и в водяного царя шибал. Мы водяному царю помогали. И за это водяные царевны не топят ребятишек у нашего берега… Это все мой дедушка рассказывал. Он от своих прадедов слышал. От них и былины петь научился. Я у дедушкиных ног на скамеечке сидеть любила и с девяти лет возраста внялась в его былины и до вас донесла Источник: http://www.pravmir.ru/marya-dmitrievna-krivopolenova/#ixzz3J30AirSI

Ludovit: Светлаока пишет: из Каргопольского уезда Архангелогородской губернии О!.. Вы побывали в Каргопольском уезде… то-то вас давненько не видать — не слыхать…

Светлаока: Ludovit, планшет в ремонте был просто), глазки и умишко отдохнули

Ять: Географическое распространение русских былин - вопрос очень сложный и почти не исследованный фольклористами. Разработка этого вопроса поможет решению одной из центральных проблем фольклористики - проблемы происхождения былин и их последующей истории. Литература, посвященная былинам, огромна, однако их географическое распространение почти не нашло в ней отражения. В настоящей статье сделана попытка наследовать, используя метод картографирования, географическое распространение былин на территории России в конце XIX - начале ХХ в., т.е. в период, известный как классический в истории собирания былин. В работе использованы следующие сборники былин: Песни, собранные П.В. Киреевским, вып. 1-5, М., 1860-1863; Песни, собранные П.Н. Рыбниковым, под ред. А.Е. Грузинского, т. I-II, М., 1909-1910; Онежские былины, записанные А.Ф. Гильфердингом летом 1871г. Т. I-III, М.- Л., 1949-1951; Фольклорные записи А.А. Шахматова в Прионежье. Петрозаводск, 1948; А.В. Марков. Беломорские былины, М., 1901; Архангельские былины и исторические песни. собранные А.Д. Григорьевым в 1899-1901гг., т. I - М., 1904; т. II - Прага, 1939; т. III - СПб., 1910; Н.Е. Ончуков, Печорские былины, СПб., 1904; Материалы, собранные в Архангельской губернии летом 1901г. А.В. Марковым, А.Л. Масловым и Б.А. Богословским, Труды музыкально-этнографической комиссии, М., ч.I, 1905; ч.II, 1911… …Большинство использованных сборников относятся примерно к одному периоду, охватывающему 35 лет (от 1867г., когда начал собирать былины П.Н. Рыбников, до 1902г., когда собирал былины Н.Е. Ончуков). Это дает возможность говорить об единовременности эпических традиций сравниваемых районов. Следует подчеркнуть. что собирание былин в этот период носило стихийный характер. Картина распространения эпической поэзии была неясна собирателям, и каждый из них, в каком бы районе России он ни работал, стремился найти там былины. В последующее же время (1920-1930-е годы), когда выявились основные очаги былин, поездки предпринимались в основном по маршрутам прежних собирателей. Это соответствовало и задачам советских исследователей - изучить судьбы былинной традиции и сказительских школ, раскрыть идейное содержание эпических произведений. Поэтому в рассматриваемый период (конец XIX - начало ХХ в.) можно с большим правом сопоставлять распространение былин в различных районах. Ограничиться этим периодом позволяет и то обстоятельство, что собирательская работа последующего времени не выявила таких очагов былинной традиции, которые бы существенно меняли картину распространения эпоса. …Отличительным признаком былин считается стихотворный размер и речитативное исполнение. Исходя из этого определения, в работе учтены только собственно былины, т.е. героические былины и былины-новеллы. Былины-баллады, скоморошьи былины и былины на сказочные сюжеты, исполнявшиеся в эпической манере лишь на Севере, во внимание не приняты, так как по своему содержанию они не связаны с эпическими героями. Исключены также прозаические пересказы былин, ибо в них отсутствует стихотворный размер, являющийся одним из основных жанровых признаков былины. Подобные пересказы, как и сказки о богатырях, можно встретить в районах, где эпической традиции никогда не было. …На основе отобранного и систематизированного таким образом материала мною составлены таблица, показывающая число записей былин, приходящихся на уезд, и карта распространения былин в Европейской части России. Былины, как видно из карты, сосредоточены в основном на Европейском Севере, в Архангельской и Олонецкой губерниях. На большинство уездов этих губерний приходилось по несколько десятков записей былин, а в Мезенском уезде число их достигает 170. Ничего подобного нет в других губерниях России. Там былины либо вовсе отсутствуют, либо их очень мало… …Таким образом, в рассматриваемый период на всем огромном пространстве Европейской России эпическая традиция сохранялась только в Архангельской и Олонецкой губерниях, где число записей былин достигает 676. Во всех же остальных губерниях сделано всего 105 записей, включая 43 записи казачьих песен на былинные сюжеты, которые, как уже говорилось, лишь условно можно считать былинами. Напомним, что плотность населения в Архангельской и Олонецкой губерниях значительно меньше, чем во многих других. …Поразительны различия и в качестве былинных текстов. Если в большинстве губерний, где произведены записи, тексты сохранились в сокращенном и скомканном виде, зачастую в отрывках, то на Севере, напротив, записаны превосходные художественные тексты, многие из которых содержат до 500 стихов. Именно в северных губерниях собиратели в конце XIX в. обнаружили живую творческую традицию и услышали первоклассных мастеров былинного сказительства. …Выявить основную причину распространения и сохранения былин на русском Севере помогает изучение размещения здесь былинных очагов. …Неравномерность распространения былин на русском Севере связана, по-видимому, с историей колонизации края. Как установлено историческими, этнографическими и лингвистическими исследованиями, эта область была заселена русскими сравнительно поздно (главным образом в XII-XVII вв.), причем северо-западная часть русского Севера подвергалась новгородской, а юго-восточная часть – ростовской, или так называемой низовской колонизации. Сопоставляя районы размещения былинных очагов и районы, по которым двигалось население из Новгородской губернии, обнаруживаем почти полное их совпадение. С.И. Дмитриева. Географическое распространение русских былин (по материалам конца XIX — начала XX в.). Советская этнография. 1969(4). с.28-39 http://journal.iea.ras.ru/archive/1960s/1969/Dmitrieva_1969_4.pdf М.И. Васильев. О причинах неравномерного географического распространения русских былин (по материалам XIX — начала XX в.). с. 76-83 С.И. Дмитриева. Еще раз к вопросу о географическом распространении русских былин. (Ответ М. И. Васильеву). с.83-94 Советская этнография. 1990(3) http://www.booksite.ru/etnogr/index.htm

Ять: Старины поются большею частью пожилыми людьми от 40 до 60 лет, но заучивают их обыкновенно еще в детском возрасте. Так, обе Крюковы, мать и дочь, начали перенимать старины с 8—9 лет; А.М. Крюкова до 18 лет, когда она жила на Терском берегу, заучила 41 старину, а с 18 до 45 лет — только 19; Васильева заучивала старины девочкой лет 10; в молодости, именно, лет 17-ти, перенимал старины и замечательный сказатель Гаврило Крюков. Такой способ передачи старин от одного поколения другому объясняет сравнительную сохранность, в какой донесли до нас золотицкие сказатели старые былины: он сокращал количество звеньев, связывающих современные тексты с более ранними, так как наиболее важные изменения в них совершались, очевидно, при передаче. Другой факт, объясняющий архаичность записанных мною старин, это — почтение, с которым относятся сказатели к содержанию их. А.М. Крюкова прямо говорила, что проклят будет тот, кто позволит себе прибавить или убавить что-нибудь в содержании старин. Уважение крестьян к старинам и сказателям настолько известно, что я не считаю нужным на нем останавливаться; отмечу только тот факт, что крестьяне считают знание былин признаком талантливости и как бы образованности. Один старик говорил о себе и нескольких других крестьянах не знавших былин: вот, мы никуда не годимся, ничему не учились; никакого проку в нас нет (с.13) 28. Вдова, ее дочь и сыновья-корабельщики (ББ, с. 163—164). Зап. от А.М. Крюковой в с. Нижняя Зимняя Золотица 4 июля1899 г. (Переняла у девочки Федоры, лет 12; она была родом из Чапомы́, но жила в Чаваньге в няньках). Ай была-то жила вдовушка; Шьчо ведь было у ей да тро́ё деточок: Два сына было́ да всё ведь дочь единая. Ай задумала вдовушка думушку худу́ про собя: Ай шьчобы мне, вдовушки, итьти ко синю́ ко морю́, Ко синю́ морю, вдовушки, мне-ка деточок сьнесьти. Спушшу, спушшу, вдовушка, детей на воду, Я поло́жу-ту на дошшочку красна дерева, Росьпишу-ту я слова, каки́ мне надомно, По словам шьчобы моих детей узнавали тут. Приходила-то вдовушка ко синю́ морю, Их ведь кла́ла на дошшочку красна дерева Да спускала-то деточок на синё́ё морё́, Говорила-то деточком таково́ё слово́: Понеси, понеси ты, мо́рё си́нёё, Си́нё морё понеси да на морьскую пучинушку! Ты ведь спой-скорьми дитей, Спас пречистыя; Ай на ум-то наставь, да Мати Божья, ты их! Я сама-то пойду з дочкой спасатисе, Я сама-то пойду Богу молитисе, Я пойду я в ма́настыри в спасёныя -. Ай прошло тому времецьку ведь много лет. Да ушла она молитьц́е Богу-Господу; Ай ее́-то детей бедных маленьких, Понёсло же детей по синю́ по морю́, По синю́ по морю́ да их не знаем куда. Как во ту ведь пору́ да во то времечко Тут иде́т по синю́ морю́ чернён карабь Да на том карабле млад карабельшичок; Он ведь ходит по ка́раблю, сам расхаживаёт, Он в подзорною трубочку посматриваёт; Он завидял во трубочку чудо чудноё, Он завидял во трубочку диво дивноё: На дошшочки несёт да всё два детишша, Их два детишша несёт два малого. Приказал он спехнуть да скоро шлюпочку, Он велел перенять да двух-то деточок; Говорил он сибе да он тако́ё слово́: Я возро́шшу возьму — дак будут братьича мне. Он возро́сьтил взял этих малых детушок, Он состроил им по чорному им по ка́раблю́, Нагрузил карабли да он товарами. Отпускал корабли да во синё́ё морё́, Отсылал он скоро́ да мла́дых братьичей своих, Мла́дых братьичей своих, его воско́рьмленых родных. Шьчо пошли-то ети братьича по синё́му-ту по морю́, Ставились ети братьича ко родимому к селу. Увидала там родна́ да ихна матушка была; Шьчо приходит ихна матушка ко черьнёну караблю Со своей она с родимой-то со дочерью; Говорит-то тут ведь вдовушка таки она слова: За большого-то я брателка сама заму́ж иду́, За меньшого-то я брателка дочь вы́да́ю. Говорят-то карабельшички таковы-ти собе слова: Ты откуда же, кака пожила вдова пришла? Говорит-то всё вдова да таковы им словеса: Уж вы глупы карабельшицьки, неразумны вы молоды́! Шьчо живёт ли тако чудо на бело́м же на свету́, На бело́м-то ли на свету, на сьвятой ли на Руси: Выходила ль ро́дна мать за своёго ль за сынка, Отдавала ль дочь свою за родного братёлка? Старины скажу конець — больше нечево мне сьпеть. http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/bst/bst-130-.htm Беломорские былины, записанные А. Марковым. М., 1901, 619с. http://www.twirpx.com/file/1285852/ 28мБ

Ять: Посвящается всей России Рабочим всех производств О песнях богатырских Я приглашен Комиссиею Чтений ознакомить вас с народным песнотворчеством, с теми песнопениями, кои составлены не лицами образованными, учеными, а созданы духом народным, природными дарованиями его творческих способностей. Мне приходится говорить вам о том, что создано вашим же духом. Речь моя будет не о тех песнях, кои сочиняются на фабриках и заводах, а о тех, кои завещала нам седая, русская старина; не о тех, кои почтенному человеку бывает подчас и слушать стыдно, а о тех, к коим с уважением относятся даже чужие народы. Песня есть выражение дум, чувств и стремлений человеческой души - в складном слове и в таких или иных переливах голоса. Песня есть музыкальное слово. Она сопровождает человека от колыбели до могилы; с нею связывается и труд и отдых; она и радость подымает и горе облегчает. В ней отражается и народные предания о давно минувших временах, о старых обычаях и нравах; она помнит и разсказывает многое из того, что происходило в течении многих веков; она передает народные взгляды на многие исторические лица и события. Песня поэтому есть живая летопись народа о своей былой исторической жизни. Сегодня я начну говорить вам о самых древних песнях - песнях героических. Народы живут и растут так же, как и всякий отдельный человек; у народом также есть свое детство, своя юность, возмужалость и старость. Две существенных черты характеризуют детское сознание: рано начинает проявляться пытливость; рано дети спрашивают свою мать: кто зажег на небе огни? И чем больше они растут, тем ярче сказывается в них разумность и тем настойчивее слышатся вопросы: откуда все и зачем. Искание божества, искание конечной причины есть жизненная потребность природы разума - и кто отрекается от божества, тот в сущности отрекается от своего собственного ума. Другая черта детского сознания - есть одухотворение всей природы: все на свете живо, все дышит и чувствует. Жив для ребенка деревянный конь; жива даже кукла сделанная из тряпок. Теми же чертами характеризуется и детство народов; в силу разумности они ищут божества; в силу одухотворения - они находят Его в природе, в ея силах и явлениях. Долго продолжается детство народа; долго живет он отдельными родами, племенами, кои даже не знают друг друга. Сначала народ бывает звероловом - эта самая низкая ступень его жизни. Божеством бывает для него - небо; в небе покоится его божество и ему он поклоняется. Потом народ бывает пастухом; и тогда для него бывает свято и дорого солнце; разные явления этого живого светила, этого великого божества, вызывают в народном сознании целую повесть об его жизни; восход и заход солнца рисуется как живая борьба света со тьмою; если бывают затмения солнца, то это обьясняется тем, что его будто сьедают небесные волки. Наконец из быта пастушеского, кочевого, народ переходит в быт оседлый, земледельческий; в эти времена - получают для него особенное значение воздушные силы и явления, как-то ветры, облака, гром и молния, дождь и т.п. Одухотворяя их, народ создает новые повествования, кои становятся содержанием его веры. Борьба сил и явлений вызывает в его сознании борьбу небесных великанов. Как бывают бурны и сокрушительны ветры - также могуче и властно представляется и божество ветра. Особенно движенье облаков, кои принимают формы то страшной, надвигающейся горы, то громадных коней с великаном всадником, должны были порожать детское сознание. Страшный гром наводил мысль на представление бога Громовержца, который громадным молотом ударял о наковальню и выбивал искры. Самая молния - казалась огромным змеем, который извивался в воздушных пространствах. Таким образом в течении детского периода жизни народ наживает массу верований и связанных с ними религиозных преданий. Все подобные боги были и у русского народа и повествования о них называются - старыми словесами. С принятием христианской веры и с уничтожением языческих богов - эти старые словеса стали - сказками. Таковы напр. сказки о красном солнышке, о месяце добром-молодце, о заре-зарнице-красной девицы, об Иване-ветров сыне, о Кощее безсмертном и т.п. Героический период в жизни каждого народа начинается тогда, когда отдельные племена начинают создавать государство. Не легко дается этот государственный подвиг. Он вызывает вековую борьбу с врагами внешними и внутренними; а где есть борьба, там неизбежно возникают и герои. Воспевая этих героев народ изображает их или в виде полубогов, которые, живя на земле, обладают однако силою сверхестественною, не человеческою, чудесною; или же рисует живых действительных героев, лишь украшая их образы старыми словесами. Первые герои - герои полубоги называются у нас богатырями старшими; последние же, по отношению к первым - богатырями младшими. У всех исторических народов были такие герои. Были они и в мире до-потопном: сохранилось предание о тогдашних исполинах, т.е. удалых поленицах, кои происходили от смешения сынов божьих с тщерями человеческими. За тысячу лет до Р.Х. у Греков был певец Гомер, героические песни которого составляют предмет удивления и изучения всех народов; но и его герои, кои сами себя производили от богов, услаждались и вдохновлялись более древними песнопениями, когда герои бились не копьями и мечами, а палицами булатными. В летописях наших богатыри называются Божьими человеками. Слава народу русскому, что он сохранил свои богатырские песни. Эти песни глубже всего доказывают творческий дух его и свидетельствуют о том, что он призван долго жить в истории. Много веков пелись эти героические песни, но никто из ученых долго не подозревал самого их существования. В 1804г. вышла в свет впервые книга, под заглавием Древние Российские стихотворения в сборнике Кирши Данилова. Издание это не мало удивило ученых, но осталось под сомнением, бытуют ли эти древние песни в живых устах народа. Первый из живых уст - записал богатырские песни в Олонецкой губернии Пав. Ник. Рыбников, москвич по рождению и воспитанию, близкий родственник известного коммерсанта Андр.Алекс. Корзинкина. Издано 4 тома собранных им песен. Однако и теперь, высказывалось подозрение, не сочинил ли их сам г. Рыбников. По отьезде его из Петрозаводска, я, продолжая его дело по собиранию причитаний, записал и напечатал несколько былин, и на них тогда же указывалось, как на доказательство того, что в Олонецкой губернии живьем бьет еще творческий народный дух. Конец подобным ученым подозрениям положен был Г. Гильфердингом, который записал и издал огромное количество новых былин. Под напором новой гражданской жизни, даже в захолустьях быстро изчезают теперь богатырские песни. Вот почему ученые особенно теперь озабочены их собиранием. Ныне записываются эти песни и в Сибири и в Архангельской губернии. Один молодой ученый г. Григорьев, нынешним же летом, записывал эти песни близ берегов Белого моря - и записывал не только слова, но и самые звуки, при помощи фонографа. Богатырские песни пелись и поются Старым людям на послушание А младым людям в научение О Русских народных песнопениях. Лекции читанные Е.В. Барсовым, Обществу Московских Рабочих в Императорском Историческом Музее, Москва, Университетская типография на Страстном бульваре, 1903 Общие результаты работ собирателей и исследователей русских былин http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_262.htm

Ять: До середины XIX в. былины были известны русскому читателю лишь по сборнику Кирши Данилова, первое (сильно сокращенное) издание которого под заглавием Древние русские стихотворения увидело свет в Москве в 1804г., второе (значительно более полное) - в 1818г. (Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым). Считалось, однако, что представленные в этой книге песни уже перестали бытовать в народе. Сама личность составителя этого собрания произведений народного песенного эпоса, равно как и место, время и обстоятельства его возникновения оставались тайной вплоть до недавнего времени, когда трудами ученых, предпринявших обширные историко-архивные разыскания, было установлено, что Кирилл Данилов был заводским мастером в демидовском Нижнем Тагиле. Владея обширным фольклорным репертуаром, он в середине XVIII в. записал его (или продиктовал для записи) по поручению хозяина заводов - Прокофия Акинфиевича Демидова, который, в свою очередь, хотел передать эти песни в качестве важного исторического источника известному историку, академику Герарду-Фридриху (Федору Ивановичу, как его звали по-русски) Миллеру. Весьма вероятно, что Кирилл Данилов оказался за Уралом не по своей воле: в России за иную песню могли сослать в места не столь отдаленные и в XX, и в XVIII веке. Думать так заставляет фраза, оброненная П.А. Демидовым в письме Г.-Ф. Миллеру от 22 сентября 1768г.: Я достал [эту песню] от сибирских людей, понеже туды всех разумных дураков посылают, которыя прошедшую историю поют на голосу. Эпоха романтизма пробудила интерес интеллигенции к народному творчеству и национальному искусству. На волне этого интереса в 1830-1850-е гг. развернулась деятельность по собиранию произведений фольклора, организованная славянофилом Петром Васильевичем Киреевским (1808-1856гг.). Корреспондентами Киреевского и им самим было записано около сотни былинных текстов в центральных, поволжских и северных губерниях России, а также на Урале и в Сибири. Настоящим потрясением для научного мира стало открытие в середине XIX в. живой традиции былинного эпоса, причем недалеко от Санкт-Петербурга - в Олонецкой губернии. Честь этого открытия принадлежит Павлу Николаевичу Рыбникову (1831-1885гг.), народнику, высланному в Петрозаводск под надзор полиции. Ободренные находкой П.Н. Рыбникова, отечественные фольклористы во 2-й половине XIX - начале XX вв. предприняли множество экспедиций, в основном на Русский Север, где были открыты новые очаги сохранности песенного эпоса и от сотен сказителей сделаны записи тысяч былинных текстов (всего исследователь эпоса профессор Ф.М. Селиванов насчитывал к 1980г. около 3000 текстов, представляющих 80 былинных сюжетов). *** В Петрозаводске, еще почти не имея собственных былинных записей, и не подозревая какое богатство откроется вскоре перед ним, но получив в свое распоряжение Бутеневское собрание и начав печатать его в Олонецких Губ. Ведомостях, он уже имеет надежды (очевидно от того же Хомякова) на издание отдельного сборника. (Первая поездка Рыбникова, открывшая ему сразу целый ряд певцов и давшая больше 80 записей, началась в мае 1860г., но уже 2 апреля Олонецкие Губ. Ведомости в редакционной заметке писали: собрание былин, стихов и песен г. Рыбникова, сколько нам известно, предназначаются к изданию особым сборником, который займет видное место в нашей ученой литературе). Первые тетради своих записей он посылает в Москву к Хомякову и тот решает тогда же напечатать сборник...Хомяков умер в сентябре 1860г...Во исполнение воли отца, сыновья А.С. Хомякова дали средства на издание первых двух томов -А. Грузинский Песни, собранные П.Н. Рыбниковым, ч. I: Народные былины, старины и побывальщины M. 1861г. Московскому обществу любителей российской словесности от имени покойного его председателя А.С. Хомякова От издателей...П.Н. Рыбников пользовался особенною приязнию и справедливым уважением со стороны Алексея Степановича Хомякова: в своих переходах из Москвы в губернию Черниговскую, из Черниговской в Пермскую и оттуда в Олонецкую, обратившись к изучению простого русского народа в его неподдельном творчестве, собиратель предлагаемых песен, движимый естественным чувством, прислал первые плоды трудов своих первому тому, кто умел ценить всякое живое направление молодости, и, согревая ее сочувствием, успевал превращать всякую истинную жизнь молодого развития в жизнь направления русского. Получив первые тетради собранных песен, А. Ст. Хомяков выразил непременное намерение: издать их от себя и посвятить Московскому Обществу Любителей Российской Словесности, которому он, как председатель, подарил последнее время своей сочувственной деятельности. Свидетели такой мысли исполняют ее ныне с согласия Общества и Собирателя… 1861 года, марта 12 дня. П. Безсонов. Д. Хомяков. Общие результаты работ собирателей и исследователей русских былин http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_262.htm

Ять: Нужна была вся тяжелая моя школа, горячая любовь к народу, чтобы в короткий срок, узнавая чутьем местность и людей, собрать такие редкости - Рыбников Павел Николаевич (24.11.1831, Москва, -17.11.1885) Предисловие редактора Сборник былин П.Н. Рыбникова, вышедший в 4 томах в 1861-1867гг. (Песни, собранные П.Н. Рыбниковым, ч. I: M. 1861г., 488с.; ч. II: М. 1862г., 354с.; ч. III: Петрозаводск, 1864г., 460с.; ч. IV: СПб. 1867г., 299с.), давно уже представляет библиографическую редкость, и некоторые тому его очень трудно добываются даже антикварным путем; между тем ценность его для серьезных занятий народной поэзией до сих пор очень велика. Взяв на себя редактирование нового издания, мы стремились по возможности освободить его от тех недостатков, которые делают подчас неудобным пользование первым изданием. Главные недостатки этого последнего порождены тем, что оно печаталось по мере составления сборника, на протяжении 7 лет, под руководством разных лиц (первые два тома редактированы П. Безсоновым, третий - самим Рыбниковым, четвертый - О. Миллером). От этого накоплялись поправки, дополнения к вышедшим томам, ряд обозначений и приурочений мог быть сделан более точно или исправлен лишь после знакомства с Заметкой собирателя, которой естественное место было в главе сборника, но которая появилась лишь в третьем томе. Затем былины в первом издании были расположены по сюжетам, при чем и этот план по необходимости проводился для каждого тома отдельно, так что ориентироваться в сборнике можно лишь при помощи особого указателя по сюжетам. Между тем, теперь считается более естественным и удобным располагать народные произведения по местностям, а былины вместе с тем и по певцам Песни, собранные П.Н. Рыбниковым. 2-е изд. Под ред. А.Е. Грузинского. Т.1. М., 1909г., 618с. http://www.slavyanskaya-kultura.ru/catalog/item45.html 7,04Мб Песни, собранные П. Н. Рыбниковым Т.2. М. 1910г., 727с. http://filegiver.com/free-download/pesni-sobrannye-p-n-rybnikovym-t-2-1910.pdf Песни, собранные П. Н. Рыбниковым Т.3. М. 1910г., 432с. Прил.: Извлечения из писем П.Н. Рыбникова. с.301-325; Об особенностях олонецкого подречия. с.326-350; Словарь непонятных и областных слов. с.351-382; Указ. имен. с.383-398; Предмет. Указ. с.399-429; Список сказителей и сказительниц. с.430; Указ. былин по содержанию. с.431-432 Общие результаты работ собирателей и исследователей русских былин http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_262.htm

Ять: П.Н. Рыбников. Заметка собирателя Пошел Добрынюшка во почестный пир, Садился Добрынюшка на упеченку, Начал в гусли наигрывати, Первый раз играл от Царьграда, Другой раз играл от Иерусалима, Третий раз стал наигрывати, Все свое похождение разсказывати Вскоре по выходе в свет первой части до меня стали доходить от многих любителей народной поэзии настоятельные просьбы обьяснить, как и от кого записывал я былины, что за люди современные певцы, в какой степени былевая поэзия сохранилась у народа в Олонецкой губернии и как передается от одного поколения к другому. Я понимал всю справедливость этих требований, но не мог удовлетворить тогда потому, что, по разным причинам, мои сведения о сказителях были еще очень отрывочны и ограничены, выводы из них были бы преждевременны и односторонни, а между тем не представлялось возможности вскоре запастись материалами для разьяснения сомнений. Во-первых, поездки мои были слишком редки и непродолжительны, а певцы инде разсеяны на больших разстояниях друг от друга. Материалы для целого 1-го тома и части второго были собраны в течение каких-нибудь 9 или 10 недель, в продолжение которых пришлось проехать более 2000 верст от Петрозаводска через Заонежье до границ Архангельской губернии на север и Вологодской губернии на восток. Во-вторых, следует обратить внимание на то, что русский человек не любит, чтобы на первых порах знакомства слишком интересовались его личностью; потому я довольствовался тем, что мне сказывали былины, и не вдавался в разспросы певцов о их житье-бытье. В-третьих, само собой бросалось в глаза, что лучшие из певцов уже старые люди и дряхлеют не по дням, а по часам. Учителя их, которые, по их же разсказам, знали о богатырстве больше и лучше их, почти все перемерли, и та же участь каждую минуту грозит лучшим представителям теперяшнего поколения сказителей. Я понимал, что драгоценные сказания могут не нынче завтра навсегда погибнуть, и торопился записывать уцелевшее. Наконец признаюсь, я сам был подавлен богатством собираемого материала, мной завладели новые для меня народные образы, как будто спешившие на смену один другому, - и памятники былевой поэзии заслонили от меня тогда их хранителей и передатчиков. Теперь я более прежнего освоился с предметом, ближе познакомился с певцами, и, что мог узнать о них и о их жизни, передаю читателям. Чтобы наглядно представить, как я собирал и записывал былины, разскажу со всей подробностью о знакомстве моем с первыми сказителями, с которыми я столкнулся. *** В течение 1839г. из разговоров с Петрозаводскими старожилами я узнал, что в сельском населении Олонецкой губернии сохранилось много любопытнейших и древних обычаев, поверий, преданий, былин и песен. В подтверждении этим разсказам указывали на исторические и этнографические данные, напечатанные в местных губернских ведомостях, между прочим на две былины о богатырях Соловье Будимировиче и Василии пьянице. В том же году мне самому довелось прочесть в рукописи несколько старин, записанных (как я узнал впоследствии) со слов крестьянского портного Бутылки, родом из Пудожгорского погоста Повенецкого уезда. С зимы 59-60 года я принялся сам собрать памятники народной поэзии, но сначала удавалось записывать только бытовые песни, заплачки и духовные стихи. К записыванию этих материалов представила удобный случай - первая поездка моя на Шунгскую ярмарку, Повенецкого уезда (в декабре 59-го и в январе 60-го года), куда я отправился для собрания статистических сведений. Здесь мне разсказали, что в старое время на эту ярмарку постоянно приходило много калик: они садились, бывало, у погоста и пели духовные стихи, а толпы проезжих собирались их слушать и подавали им посильную милостыню. Но с 50-x годов, неизвестно почему, земская полиция стала гонять убогих певцов с погоста и не позволяла им больше петь на улицах. Только по особенному моему настоянию сотский с великим трудом отыскал двух калик (один из них, слепой Иван, был родом из Купецкой волости, Пудожского уезда, другой из Кузаранды, Петрозаводского уезда) и привел их на мою квартиру. Когда, они пообогрелись и поразговорились я начал просить их спеть, что умеют. Они сперва было отнекивались; но, когда я сам прочел им по памяти из книги Голубиной, то и они завели сперва один стих, потом другой, и спели все, что знали, В эту поездку, в марте 60 года, и частью в январе 61 года записал я от них Алексия Божия человека, Агрикова сына Василья, книгу Голубиную, Осипа Прекрасного, Егория Храброго и т.п. Разспрашивал я своих калик про былины, но они не умели их петь. Впрочем, Иван из Купецкой волости пообещался выучиться старине о Васильюшке Игнатьевиче и передать мне ее, и действительно сдержал свое слово впоследствии, уже в январе 61 года. Исполняя просьбу калик, я упросил еще в 30 году земского исправника прекратить на них гонение; с тех пор они опять показались на ярмарке, на своем месте у погоста, и снова стали пением стихов испрашивать мирское подаяние. В ту же поездку я познакомился с Шунгской вопленицей или плакальщицей. Вопленица - это в Повенецком Заонежье такое же официальное общественное лицо в бытовой сфере, как уставщик в религиозной. Уставщик наблюдает за чистотою религиозного обряда и порядком, а вопленица блюдет чистоту бытового обряда, обычая и порядка; она руководит ходом свадеб, похорон, поминок. Когда невесту в день порученья подводят ко столу, плакальщица идет сзади ея и поет жалобные заплачки, в которых высказывает всю горесть расставанья молодой девушки с родителями, родом-племенем, и весь страх неизвестности при переходе к - чужим чужанинам -, - на остудушку чужую на сторонушку -. Плакальщица провожает невесту к ея родным, у которых она тоже должна выплакать свое горе; плакальщица следит за соблюдением всех подробностей вековечного обычая на свадьбе, оберегает невесту от глаза, наговора, и окончив свое дело, оборонив насколько следовало красную девицу - от полоненья -, как бы по необходимости продает ее - измене-разскаэу, большему свату-тысяцкому -. В дни похорон и поминок, она же подсказызает вдовам и сиротам жалобые заплачки и высказывает - жалким голосом - тяжесть разлуки с милою - семеюшкою -, - ясным соколом-брателком - и другими дорогими - покойничками -. Моя знакомка была известна по всему околотку под именем - правителя свадеб -. Заплачки ее имели такую славу, что ее приглашали даже в Толвую, т.е. в Петрозаводское Заонежье, где население живое, восприимчивое и с поэтическим даром слова, где поэтому обыкновенно плакальщицы не играют важной роли: там всякая почти женщина может выплакивать свое горе в импровизации ли, под влиянием собственного настроения, или в переделках заплачек, переходящих из роду в род и известных почти каждой большухе и старухе. От этой Шунгской вопленицы записал я в январе и марте 60 года и в январе 61г. превосходные свадебные и похоронные заплачки. В той же местности на беседах или вечеринках мной были записаны песни беседные. Но о былинах покаместь до меня доходили только слухи. Я слышал на ярмарке от разных лиц, особенно от приезжих торговцев, что в Олонецкой губернии есть действительно люди, умеющие петь и сказывать былины; но мои Шунгские знакомые мало интересовались этим родом народной поэзии. Чиновникам мое любопытство казалось праздным, торговцы знать ничего не знали, кроме своего дела, а Шунгские туземцы смотрели на старины даже не совсем доброжелательно. Их занимала только религиозная старина, и тут у меня подтвердилось замечание, сделанное мною еще в Черниговской губернии: где сильно разовьется старообрядчество, там народ интересуется памятниками поэзии и вообще искусства лишь настолько, насколько они причастны религиозной области и насколько они поддерживаются обычаем, возымевшим силу с XVII века. К мирским песням ревностные староверы большею частию относятся с тем же настроением, которое вызвало в аскетах древней Руси такого рода запрещение: песней сатанинских ни пети и мирских людей не соблажняти -. Потому в Повенецком уезде слышно едва-едва про двух-трех сказителей. Если в других местностях Олонецкого края сохранилось столько остатков богатырского эпоса, то тому причиною поэтическая природа жителей и их поселения на украине между Корелою и Чудью, где они должны были подчеркивать свою народность былевою памятью о славном Киевском и Новгородском прошедшем... Общие результаты работ собирателей и исследователей русских былин http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_262.htm

Ять: Настоящим потрясением для научного мира стало открытие в середине XIX в. живой традиции былинного эпоса, причем недалеко от Санкт-Петербурга - в Олонецкой губернии. Честь этого открытия принадлежит Павлу Николаевичу Рыбникову (24.11.1831, Москва, -17.11.1885), народнику, высланному в Петрозаводск под надзор полиции. Служа в губернском статистическом комитете, Рыбников в 1859-1863гг. совершал деловые поездки по губернии, в ходе которых обнаружил десятки знатоков эпоса - сказителей - и записал от них 165 текстов былин, которые опубликовал в 1861-1867гг. Вот как собиратель описывает свою первую встречу с былинами (во время ночлега на Шуй-наволоке, острове в 12 верстах от Петрозаводска): Я улегся на мешке возле тощего костра, заварил себе чаю в кастрюле, выпил и поел из дорожного запаса, и, пригревшись у огонька, незаметно заснул; меня разбудили странные звуки: до того я много слыхал и песен и стихов духовных, а такого напева не слыхивал. Живой, причудливый и веселый, порой он становился быстрее, порой обрывался и ладом своим напоминал что-то стародавнее, забытое нашим поколением. Долго не хотелось проснуться и вслушаться в отдельные слова песни: так радостно было оставаться во власти совершенно нового впечатления. Сквозь дрему я рассмотрел, что в шагах трех от меня сидит несколько крестьян, а поет-то седатый старик с окладистою белою бородою, быстрыми глазами и добродушным выражением в лице. Присоседившись на корточках у потухавшего огня, он оборачивался то к одному соседу, то к другому, и пел свою песню, перерывая ее иногда усмешкою. Кончил певец, и начал петь другую песню: тут я разобрал, что поется былина о Садке купце, Богатом госте. Разумеется, я сейчас же был на ногах, уговорил крестьянина повторить пропетое и записал с его слов. Стал расспрашивать, не знает ли он чего-нибудь. Мой новый знакомый, Леонтий Богданович, из деревни Середки, Кижской волости, пообещал мне сказать много былин: и про Добрынюшку Никитича, про Илью Муромца и про Михайла Потыка сына Ивановича, про удалого Василия Буславьевича, про Хотенушку Блудовича, про сорок калик с каликою, про Святогора Богатыря, да знал-то он варианты неполные и как-то не досказывал слов. Потому я напечатал впоследствии только те из его былин, которые дополняли своими подробностями другие варианты, или представляли совершенно новое содержание. Впрочем на первый раз и записывалось как-то неохотно, а больше слушалось. Много я впоследствии слыхал редких былин, помню древние превосходные напевы; пели их певцы с отличным голосом и мастерскою дикциею, а по правде скажу, не чувствовал уже никогда того свежего впечатления, которое произвели плохие варианты былин, пропетые разбитым голосом старика Леонтья на Шуй-наволоке - Заметка собирателя. Песни, собранные П.Н. Рыбниковым. Изд. 2-е. Т.1. М., 1909, с.LXIX-LXX 33. Садке Печатается по тексту сб.: Рыбников, I, N 54. Записано П.Н. Рыбниковым в мае 1860г. на Шуй-наволоке, в 12 верстах от Петрозаводска, от Леонтия Богданова, - лет 70-и с хвостиком -, крестьянина д. Середка Кижской вол. (Заонежье). Л. Богданов был первым сказителем, которого, наконец, встретил и неожиданно для себя услышал П.Н. Рыбников после долгих поисков. Тотчас после этой встречи Л. Богданов стал для собирателя главным помощником: он разыскивал других сказителей (в частности, он привел гордого Т.Г. Рябинина), убеждал их не опасаться чиновника и петь ему старины. Такая помощь, как известно всем собирателям, - бесценна, ибо без своего человека среди местного населения подчас ничто не помогает завоевать доверие фольклорных исполнителей. Ай, жил Садке купец, богатый гость. Лег он спать на темную ночь, Выставал по утру раным рано, Говорил к дружине ко хороброей: Ай же ты, дружинушка хоробрая! Берите-ка бессчетной золотой казны, И выкупите весь товар в Нове-граде: Не оставьте товару ни на денежку. А дружина его была послушлива, Брала бессчетной золотой казны, Выкупила весь товар в Нове-граде. Спал Садке вторую ночь во крепкоем сне, Выставал по утру раным рано, Говорил к дружине ко хороброей: Ай же ты, дружинушка хоробрая! Нет ли още товару в Нове-граде? Берите-ка бессчетной золотой казны, Выкупите весь товар в Нове-граде, Не оставьте товару ни на денежку. Дружина его была послушлива, Брала бессчетной золотой казны, Приходили они к Нову-граду, А в Нове-граде товару больше того: Повыкупили весь товар в Нове-граде. Спал Садке третью ночь во крепкоем сне, Выставал по утру раным рано, Говорил дружинушке хороброей: Ай же ты, дружинушка хоробрая! Нет ли още товару в Нове-граде? Берите още бессчетной золотой казны, Выкупите остатний товар в Нове-граде, Не оставьте товару ни на денежку. Дружина его была послушлива, Брали бессчетной золотой казны, Приходили к Нову-городу, Так в погребах товару больше того: Выкупали весь остатний товар, Приносили к Садку, купцу богатому. Тут его дружинушка хоробрая Строила кораблики великие: На корабликах снасточки шелковыя, Кормы-то писаны по-звериному, А нос-то писан по-змеиному; На корабликах товары драгоценные. И поехал он по славну синю морю Со своей дружинушкой хороброю. Становилися кораблики середь моря, День стоят, и другой стоят, и третий стоят. Закручинились корабельщики, запечалились, Стали бросать жеребья вольжана, Кому-то из них идти на сине море. Поискала судьбина Садке, купца богатого. Спускали дощечку-то дубовую: И он прощался со дружинушкой хороброей, Берет с собой гуселышки яровчаты И садится на тую дощечку на дубовую. Пошла дощечка ко дну синя моря, Объявилось на дне царство великое, А во царстве пированьице, почестен пир. Приводили Садке к царю Водянику; Говорил Водяник таковы слова: Ай же ты, Садке купец, богатый гость! Поиграй-поиграй в гуселышки яровчаты, Потешь-потешь наш почестен пир: Выдаю я дочи свою любимую Во тыё во славно окиян-море. Брал Садке гуселышки яровчаты, Яровчаты гуселки, звончаты: Струночку ко струночке налаживал, Стал он в гуселышки поигрывать, Играет-то Садке в Нове-городе, А выигрыш ведет от Царя-града. Стал царь Водяник поскакивать, А царица Водяница поплясывать, Красныя девушки хоровод водят, А мелкая четь в присядку пошла. Играет Садке день с утра до вечера, А царь Водяник все поскакивает, А царица Водяница поплясывает. Лег Садке спать на темную ночь, Во снях ему не спалось, грозно виделось: Приходило старчище незнай собою; Говорил старчище таковы слова: Ай же ты, Садке купец, богатый гость! Полно тебе играть во гуселки яровчаты, Полно губить людей бесповинныих. От твоих от игор от бесовскиих, И от тыих от плясок иечестивыих, Окиян сине море всколыбалося, Кораблики все повыломало, Людей-то всех повытопило. - Приходил Садке к царю Водянику, Сам-от говорит да таковы слова: Ай же ты, царь со царицею! Не хочу играть во гуселки яровчаты: От твоих от плясок от бесовскиих Окиян сине море всколыбалося, Кораблики все повыломало, Людей-то всех повытопило. Тут царь Водяник поставил Садке на его корабль и Садке воротился с дружиною домой. Дома его встретила молодая жена и говорила ему таковы слова: Ай же ты, любимая семеюшка! Полно тебе ездить по синю морю, Тосковать мое ретливое сердечушко По твоей по буйной по головушке: У нас много есть именьица-богачества, И растет у нас малое детище. Садке (Ай, жил Садке купец, богатый гость...). Новгородские былины. М.: Наука, 1978. с.184-186 http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-184-.htm

Ять: К Царю морскому Варуне *** Венде врентетесе до земь нашiех о ступы древлiе а глендете ещье пощаре iнi яко ве дне оходу одо ПентыРiещеце i СемеРiеще кiльбова о десунь отщецена од ны - Дощ.36а *** По морю, морю синенькому, Вдоль по синему морю да по Волынскому, Там бежало, выбегало-то тридцать кораблей. Что тридцатой-от кораблик наперед всих забегал, Наперед всих забегал, да как соколик залетал, Он хоботы мечет по-змеиному, А нос и корма по-звериному, А бока зведены да по-турецкому. Хорошо были корабли устроены: Палуба на корабли дубовенькая, Она белого дубу все заморского; А цепи-то, канаты все шелковенькие, А машточки на корабли кизила дерева, А стеньги, брамстеньги - кипарису дерева, А реи-ти, брамреи - дубовенькие, А оснасточка на палубе шелковенькая, А парусы на корабли полотненые, Они белого полотна да все голанского. А на место очей было у корабля По дорогу камню драгоценному, А на место бровей было у корабля По черному соболю сибирскому, А на место ушей было у корабля По серенькой лисице по бурнастые. Хорошо было на корабли устроено: А устроена беседа, словно рыбей зуб, Во беседушке сидел да удалый молодец (имя рек), Он ведь стружочку строгал из каленой стрелы Он ведь стружочку строгал, во синё море метал, Уронил с руки колечушко, злачён перстень. Тут возговорил-промолвил удалой молодец: - Уж вы гой еси, слуги мои, слуги верные, Вы берите-ко, слуги, золоты ключи, Отмыкайте-ко, слуги, окованы сундуки! В эфто время слуги-то не ослышались, Они брали со стены да золоты ключи, Они брали три нёвода шелковые, А заметывали слуги во синё во морё. Они не выловили ему да злачёна перстня, - Они выловили три окуня златопёрые: Первый окунь - во пятьсот рублей, А второй-от окунь - цела тысяча, А третьему-то окуню и цены-то ему нет. Есь ему цена во Новом городе, в Золотице деревне, Есь ему оценшичек - удалой молодец (имя рек). На житье, на еденье, на кушанье и на богачество! Здунай (Три окуня златоперых). Печатается по тексту архива: РО ИРЛИ, Р. V, колл. 72, п.1, 14. Записано В.П. Чужимовым в 1934г. от Ивана Егоровича Точилова, 45 лет, в д. Нижняя Зимняя Золотица на Зимнем берегу Белого моря. Песня - поздравительная корабельщику после окончательной постройки корабля. Каждый стих песни сопровождается припевом - Здунай http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-236-.htm - Песни древних, хотя они не таким порядком складываны, чтоб за историю принять было можно, однако же много можно в недостатке истории из оных нечто к изъяснению и в дополнку употребить - Василий Татищев - Новгородцы одержали не одно токмо имя свое славенское, но и язык сродных себе славян, около Дуная и в Иллирике обитающих, который много сходнее с великороссийским, нежели с польским, невзирая на то, что поляки живут с ними ближе, нежели мы, в соседстве - Михайло Ломоносов В высоком тереме, о Варуна, самосущий, В стовратном побывал я - в доме твоем. РВ VII, 88.5 К Варуне К Царю морскому Варуне http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_648.htm

Ять: К Царю морскому Варуне Распространение былины Садко в европейской части страны Былина о Садке записывалась нечасто. Всего известен 51 текст, из них по 10 вариантов записано на Пудоге и на Печоре, шесть вариантов - у донских казаков, по пять вариантов - в Заонежье и на Зимнем берегу Белого моря, по два варианта - в Русском Устье Индигирки и среди казаков-некрасовцев, по одному варианту - в Кондопожской вол. Петрозаводского у., в Повенецком у., на Выгозере, на Карельском берегу Белого моря, на Пинеге, на Кулое, в Коношском р-не Вологодской губ., на нижнем течении р. Колымы. Неизвестно, где были сделаны три самые ранние, до начала 70-х годов XVIII в. записи, помещенные в сборниках Кирши Данилова и М. Д. Чулкова http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-362-.htm?cmd=2 Еще в Петрозаводске тамошние старожилы разсказывали мне, что в старое время былевые песни были в большом ходу и большой чести у всего Пудожского городского населения. Лет 50 тому назад не только купцы и мещане, но и чиновники сходились по вечерам на беседы, чтобы слушать былины. Но в настоящее время старины уже вышли из моды в г. Пудож, о сказителях почти никто не знал, за исключением г. Буторина, который сообщил мне, что в Сумозерском погосте, верстах в 15 от города, живет хороший певец, Андрей Сорокин. Самому мне, по болезни, нельзя было сьездить в Сумозерский погост, потому я послал звать Сорокина в Пудож. На следующий же день он пришел ко мне и охотно стал петь былины. Сорокин еще молодой парень, перенял свое знание от отца, содержит постоялый двор и своим уменьем сказывать привлекает к себе многочисленных посетителей. Заедут к нему проезжие с вечера и часто всю ночь напролет слушают долгие разсказы Андрея о разных богатырях. Былины его отличаются особенною полнотою, древностью некоторых выражений и интересными эпизодами. Несносная боль в руке позволила мне в то время записать от него только 2 былины (64 и 74 I части) и неполный пересказ о Дюке (I 47) и принудила меня просить г. Шиша найти какого-нибудь писца для записи остального. Впрочем в 1861г., проезжая по Пудожскому уезду, я проверил чужую запись, и она оказалась очень верною - П.Н. Рыбников. Заметка собирателя 27. Садке Печатается по тексту сб.: Песни, собранные П.Н. Рыбниковым, II, N 134. Записано приблизительно в 1860г. от Андрея Пантелеевича Сорокина (Научившись былинам от предков, певцы в свою очередь передают знание свое детям. Так Андрей Сорокин еще молодой парень, а сказывает превосходно и выучился этому от отца - Заметка собирателя (Песни, т.3, 1864)), крестьянина д. Новинка на Сумозере, в 18 км к северу от Пудожа (Пудога)...Более полных и высокохудожественных вариантов этой былины последующие собиратели уже не находили. Наряду с вариантами из сборника Кирши Данилова этот текст быстро стал хрестоматийным, его многократно перепечатывали в разных популярных изданиях, к нему чаще всего обращались ученые, дабы подкрепить свои суждения о всех вариантах былины Садко, и его читали в севернорусских деревнях, что приводило к частичному или полному освоению его содержания и к попыткам передать новым собирателям освоенное как продукт местной традиции. Во славноем в Нове-граде Как был СадкЕ-купец богатый гость. А прежде у Садка имущества не было: Одни были гуселки яровчаты; По пирам ходил-играл СадкЕ. Садка день не зовут на почестен пир, Другой не зовут на почестен пир И третий не зовут на почестен пир. По том СадкЕ соскучился. Как пошел СадкЕ к Ильмень-озеру, Садился на бел-горюч камень И начал играть в гуселки яровчаты. Как тут-то в озере вода всколыбалася, Тут-то Садке перЕпался, Пошел прочь от озера во свой во Новгород... Садке (Во славном в Нове-граде...). Новгородские былины. М.: Наука, 1978. с.148-157 http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-1482.htm 28. Садке Печатается по тексту сб.: Гильфердинг, I, N 70. Записано А.Ф. Гильфердингом в 1871г. от А.П. Сорокина. Повторная запись спустя 11 лет показывает, что сказитель твердо знал свой текст, и поэтому его нельзя считать импровизатором, создавшим уникальную первую часть былины. А.П. Сорокин не только сохранил основное содержание текста, но и стремился его расширить за счет различных уточнений и повторов. А как ведь во славноём в Новеграде, А й как был Садке да гусельщик-от, А й как не было много несчетной золотой казны, А й как только ен ходил по честным пирам, Спотешал как он да купцей, бояр, Веселил как он их на честных пирах. А й как тут над Садком топерь да случилосе, Не зовут Садка уж целый день да на почестен пир, А й не зовут как другой день на почестен пир, А й как третий день не зовут да на почестен пир. А й как Садку топерь да соскучилось, А й пошел Садке да ко Ильмень он ко озеру, А й садился он на синь на горюч камень, А й как начал играть он во гусли во яровчаты, А играл с утра как день топерь до вечера. А й по вечеру как по поздному А й волна уж в озере как сходиласе, А как ведь вода с песком топерь смутиласе, А й устрашился Садке топеречку да сидети он, Одолел как Садка страх топерь великий, А й пошел вон Садке да от озера, А й пошел Садке как во Новгород... http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-157-.htm# К Царю морскому Варуне http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_648.htm

Ять: К Царю морскому Варуне - Песни древних, хотя они не таким порядком складываны, чтоб за историю принять было можно, однако же много можно в недостатке истории из оных нечто к изъяснению и в дополнку употребить - Василий Татищев - Новгородцы одержали не одно токмо имя свое славенское, но и язык сродных себе славян, около Дуная и в Иллирике обитающих, который много сходнее с великороссийским, нежели с польским, невзирая на то, что поляки живут с ними ближе, нежели мы, в соседстве - Михайло Ломоносов *** Обернулся, глядит Садке Новгородскиий: Ажно стоит старик седатыий. ...Говорит старик таковы слова: ...Скажет тебе царь морской: Не хочешь ли жениться во синем море На душечке на красныя девушке? - Говори ему таковы слова: У меня воля не своя во синем море. - Опять скажет царь морской: Ну, Садке, вставай поутру ранешенько, Выбирай себе девицу красавицу. Как станешь выбирать девицу красавицу, Так перво триста девиц пропусти, И друго триста девиц пропусти, И третье триста девиц пропусти: Позади идет девица красавица, Красавица девица Чернавушка, - Бери тую Чернаву за себя замуж *** Геродот сравнивает обычаи иллирийских энетов с обычаями вавилонян в выборе невест, когда женихи, начиная с самых красивых девушек, кончали свой выбор дурнушками. В этом обряде отразился существовавший некогда у генетов обычай группового брака. Страбон передает, что у них существовали мифические сказания и обряды, восходящие, возможно, к тому времени, когда генеты переселились из Малой Азии в Европу Ю.К. Колосовская. Народ венетов в свидетельствах древних авторов. 1997. Античный мир и Византия. Харьков, с.104-113 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_642.htm Поехал Садке по Волхову, Со Волхова во Ладожско, А со Ладожска во Неву-реку, А со Невы-реки во сине море *** От Юмны четырнадцать дней ходу под парусами до Острогарда Руси (Ostrogard Ruzziae - Новгород), столицей (metropolis) которой является город Киев (Chive), достойный соперник Константинопольской державы, славнейшее украшение Греции. Адам Бременской. Деяния гамбургских архиепископов. 1075г. http://www.vostlit.info/Texts/rus/adam_br_5/frametext1.htm Делайте жеребья на красноем на золоте, А я сделаю жеребий вольжаный. - Делали жеребья на красноем на золоте, А сам Садке делал жеребей вольжаный, Всяк свое имя подписывал, Спущали жеребья на сине море: Как у всей дружины хоробрыя Жеребья гоголем по воды пловут, А у Садка-купца ключом на дно. (Этим не оканчивается испытание: Садко предлагает дружине сделать жеребья дубовые, а сам делает липовый; потом дружина делает жеребья липовые, а он - дубовый) *** О будущем гадали обыкновенно метанием деревянных дощечек, у которых одна сторона была черная, другая белая. Когда их бросали, белая сторона наверху добро, черная худо, по их мнению, предвозвещала - Михайло Ломоносов. Древняя Россiйская исторiя. (1766г.). Гл.4. О нравах и о вере вендских померанских славян http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_390.htm Но и новгородцы не забыли места, кои ими были управляемы и куда езжали; помнят, по крайней мере, Воллин, о котором есть одна старая новгородская песня и который называется Волынцем Заморским Ю.И. Венелин. Истоки Руси и Славянства. с.617 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_717.htm Мало збыщаше Iлерув а неботь рещены Iлмерстiе а те се бо седнеше вендле iезера А ту Ведештii усшедща даль а Iлместе остаще сен тамо I тако збенде мало - Дощ.7э Iмяхомь мнозiе хранiе о НовуГрду на Волхъву рiецiе - Дощ.21 К Царю морскому Варуне http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_648.htm

Ять: Соловей Будимирович Пробираясь верхом по камням и мосткам через болота, я добрался кое-как до Шале и тут пересел в лодку. На мое счастье, лодочник оказался хорошим сказителем и спел мне отличные былины о двух Ливиках, о Сухмантии, О Василии Буслаеве и Соловее Будимировиче. По словам моего кормчиго, в Шалах были певцы и кроме него: и действительно в 1863г. я получил из этого прихода 5 песен, записанных по моей просьбе, со слов крестьянина дер. Гагарской Потапа Трофимова Потахина: былины эти по складу и стилю, довольно близки к записанным мною от лодочника, и вероятно, оба певца учились у одного и того же учителя - П.Н. Рыбников. Заметка собирателя Из-за славного синя моря Волынского, Из-за того Кодольского острова, Из-за того лукоморья зеленого Выбегало-бежит тридцать кораблей, Тридцать кораблей со единыим. Единый кораблик передом бежит, Передом бежит, как сокол летит; Высоко его головка призаздынута, Нос-корма была по-звериному, А бока сведены по-туриному, Того ли тура заморского, Заморского тура, литовского. На том на черленом на корабле Были паруса-флаги крупчатой (плотной, кряжчатой) камки, Снасти и кодолы (толстые канаты) были шелковые, Того ли были шелка шемаханского; Якори-то были булатние, Булат-железа сибирского, Сибирского железа, поморского. На том ли черленом на корабле Середи корабля стоит зелен чердак, Зелен чердак муравленый; Во том ли зеленом во чердаке Потолок обит черным бархатом, Стены покрыты черным соболем; Изнавешан зелен чердак Куницами и лисицами, Печорскима и сибирскима, Ушистыма и пушистыма. Во том ли зеленом во чердаке Сидел млад Соловей сын Будимирович Со своей государыней со матушкою, Со молодой Ульяной Васильевной. Играет Соловей в звончаты гусли, Струнку к струночке натягивает, Тонци по голосу налаживает, Тонци он ведет от Нова-города, А другие ведет от Еросолима, И все малые припевки за синя моря, 3а синего моря Волынского, Из-за того Кодольского острова, Из-за того лукоморья зеленого; … Молода Забава Путятична, Любимая княженецкая племница, Поутру выставала ранешенько, Умывалась водою белешенько, Выходила девица в свой Забавин сад, Увидела в саду она три терема, Три терема — золоты верхи, Со троима со нарядныма сенямы. Пришла она ко первому ко терему, У того терема послухала — В том терему стучит и гремит: Тут Соловьева дружина хоробрая Считают Соловьеву бессчетну золоту казну. Отходила ко другому ко терему, У того у терема послухала — В том терему шепетком говорит: Тут Соловьева родна матушка, Стоит старушка — богу молится, Умоливает за сына за любимого. Подходила ко третьему ко терему, У того у терема послухала — В том терему стучит и гремит, Песни поет и гусли играет: Млад Соловей сын Будимирович Струнку ко струнке натягивает, Тонци по голосу налаживает, Тонци он ведет от Нова-города, А другие ведет от Еросолима, А все малые припевки за синя моря, За синего моря Волынского, Из-за того Кодольского острова, Из-за того лукоморья зеленого. … Братцы, дружина хоробрая! Слушайте большого атамана, Делайте дело повеленое: Снимайте сходенки на корабли, Поднимайте якори булатние, Распускайте паруса крупчатные, Поезжайте за славно за сине море, За сине море за Волынское, Ко тому ко острову Кодольскому, Ко тому лукоморьицу зеленому Соловей Будимирович. Пудога. Шальский лодочник. Песни, собранные П.Н. Рыбниковым: В 3т. Под ред. Б.Н. Путилова. Петрозаводск: Карелия. Т.1. 1989г. Былины. 527с.; Т.2. 1990г. Былины. 640с.; Т.3. 1991г. Песни, причитания, сказки и другие жанры. 365с. http://philolog.petrsu.ru/filolog/folklor.htm

Ять: Соловей Будимирович Братцы, дружина хоробрая! Слушайте большого атамана, Делайте дело повеленое: Снимайте сходенки на корабли, Поднимайте якори булатние, Распускайте паруса крупчатные, Поезжайте за славно за сине море, За сине море за Волынское, Ко тому ко острову Кодольскому, Ко тому лукоморьицу зеленому II, 21. Славяния (Sclavania), пространнейшая область Германии, населена винулами (Winuli), которые некогда звались вандалами (Wandali). Она, говорят, вдесятеро больше нашей Саксонии, в особенности если к ней причислить Чехию (Boemia) и живущих за Одером (Oddara) поляков (Polani), так как ни образом жизни, ни языком они не отличаются. Эта страна, обильная оружием, мужами и плодами [земли], со всех сторон замыкается прочными границами лесов и рек. В ширину, с юга на север, она [простирается] от реки Эльбы (Albia) до Скифского моря (mare Scythicum - Балтийское море). В длину же она, начинаясь от нашей Гамбургской епархии, тянется на восток, включая бесчисленные земли, до Баварии, Венгрии (Ungria) и Греции (Grecia - здесь имеется ввиду Византия)…За рекой Одером живут сперва поморяне (Pomerani), потом поляки, соседями которых с одной стороны являются пруссы (Pruzzi), с другой - чехи (Behemi), а на востоке - Русь (Ruzzi). II, 22. По ту сторону от лютичей (Leuticii), другое имя которых - вильцы (Wilzi), протекает река Одер, наиболее полноводная из рек в стране славян. В ее устье, где она впадает в Скифские болота (Scytice paludes), расположен знаменитейший город Юмна (Iumne - Юмна, или Волин (Юлин, легендарная Винета, Йомсборг скандинавских саг)), весьма многолюдная гавань варваров и греков (Greci), обитающих вокруг. Об этом славном городе ходит множество невероятных рассказов, поэтому я счел уместным включить кое-что, достойное упоминания. Это, безусловно, самый большой город во всей Европе, населяют его славяне вместе с другими народами, греками и варварами. Равным правом на жительство обладают и приезжающие саксы, если только они не выказывают там всенародно христианства. Дело в том, что все они до сих пор пребывают в заблуждении язычества, хотя в остальном не найти народа более честного, добросердечного и гостеприимного. Нет такой диковинки или предмета роскоши, которых не нашлось бы в этом городе, куда в избытке стекаются товары из всех северных стран. Там находится Котел Вулкана (Olla Vulcani), который туземцы называют греческим огнем, о каковом упоминается у Солина. Море там троякого рода: остров тот омывается тремя рукавами, из которых, как говорят, один на вид зеленый-презеленый, другой беловатый, а в третьем, постоянно мятущемся, свирепствуют бури. Из этого города по морю недалеко в одну сторону до города Деммина (Dymine), расположенного в устье реки Пене (Peanis), где обитают также и руяне (Runi - западнославянское племя, населявшее главным образом остров Рюген в Балтийском море), а в другую - до области Земландия (Semland - Область прусского племени самбов), которой владеют пруссы. Путь таков: от Гамбурга, то есть от реки Эльбы, на седьмой день доберешься до города Юмны по суше, а если по морю, то чтобы добраться до Юмны, надо сесть на корабль в Шлезвиге (Sliaswig) или Ольденбурге (Aldinburg - по-славянски, Старгард - политическое средоточие ободритского племени вагров и ободритского союза в целом). От Юмны четырнадцать дней ходу под парусами до Острогарда Руси (Ostrogard Ruzziae - Новгород), столицей (metropolis) которой является город Киев (Chive), достойный соперник Константинопольской державы, славнейшее украшение Греции. Адам Бременской. Деяния гамбургских архиепископов. 1075г. http://www.vostlit.info/Texts/rus/adam_br_5/frametext1.htm

Ять: Соловей Будимирович Братцы, дружина хоробрая! Слушайте большого атамана, Делайте дело повеленое: Снимайте сходенки на корабли, Поднимайте якори булатние, Распускайте паруса крупчатные, Поезжайте за славно за сине море, За сине море за Волынское, Ко тому ко острову Кодольскому, Ко тому лукоморьицу зеленому При Варяжском море на южном берегу жившие славяне издревле к купечеству прилежали. В доказательство великого торгу служит разоренный великий город славенский Виннета, от венетов созданный и проименованный. Гелмолд о нем пишет: Река Одра протекает в север середи вендских народов. При устье, где в Варяжское море вливается, был некогда преславный город Виннета, в котором многонародное пристанище грекам и варварам, около жившим. Все европейские городы превосходил величеством. В нем жили славяне, смешанные с другими народами, с варварами и с греками...Приезжим саксонцам равно позволялось жить в сем городе, лишь бы только не сказывались христианами, ибо славяне все даже до разорения сего города служили идолам. Впрочем странноприимством и нравами ни един народ не был честнее и доброхотнее. Купечествовал товарами разного рода с разными народами пребогатый город и все имел, что бывает редко и приятно. Разорен от некоторого короля датского. Видны еще только древних развалин остатки. - После сего привык народ славенский в Померании к морскому разбойничеству. О нравах и о вере вендских померанских славян, особливо которые жительствовали в Вагрии, северные писатели уверяют, что у них многоженство в обычае было: покупали жен, сколько кому прокормить возможно. Хотя ж почитали единого бога на небесах, который имел об оных попечение, однако земные дела поручал другим. Святовид на острове Ругене вырезан был на дерева о четырех лицах, в коротком платье, стоял в капище, в левой руке держал лук, в правой рог с вином; на бедре превеликий меч в серебряных ножнах. При нем висело седло и узда величины чрезвычайной. Четыре лица, как кажется, значили четыре части года. Именем сего идола давал жрец ответы. Святовиду честию следовал Прове, или Проно, особливо у вагрских славян; стоял на великом и кудрявом дубе. Около его на земли расставлены до тысячи идолов с двумя, тремя лицами и больше. Перед Проном стоял алтарь для приношения жертвы. Радегаст держал на груди щит с изображенною воловою головою, в левой руке копье, на шлеме петух с распростертыми крылами. Сива, или Сиба, нагая женщина, волосы назади висели до подколенков; в правой руке яблоко, в левой виноградный грозд держала. Наконец, почитались у них Черн-бог и Бел-бог: первый добрый, другой злой. Сверх всех сих идолов, обоготворялись огни, которые по разным местам неугасимо горели. Многие воды, ключи и озера толь высоко почитались, что с глубоким и благоговейным молчанием черпали из них воду. Кто противно поступал, казнен был смертию. Такое озеро обоготворялось на острове Ругене, в густом лесу, называемое Студенец, которое хотя весьма изобиловало рыбою, однако оныя не ловили для почтения мнимой святости. При всем сем почитали змей как домашних богов и наказывали тех, которые им вред наносили. В приношении жертвы Святовиду изъявляли превеликое почитание. После жатвы собирался весь народ перед его капище для препровождения великого празднества, где били скота на жертву, и для знатного идольского пирования за день перед праздником должен был сам жрец прежде приношения жертвы и служения чисто выместь капище. Следующего дня, в самый праздник, при собрании народа перед дверью капища, взяв из руки идольской рог с вином, чем за год был наполнен, прорицал о плодородии будущего года. Ибо ежели вина в роге не много убыло, почиталось плодородия признаком. В противном случае изобилия плодов не надеялись. По сем выливал жрец вино из рога перед ногами Святовидовыми и наливал в него новое; пил за его здоровье и просил, чтобы людям своим и отечеству подал изобилие, богатство и победу над неприятельми. Выпив рог вина, наполнял снова и отдавал идолу в руку. Потом приносили в жертву великие круглые хлебы из муки и из меду, которые жрец поставив между собою и народом, молился о изобильной жатве будущего года. Потом благословлял народ именем Святовидовым, увещал к прилежному приношению жертвы и обещал в воздаяние победу на врагов по морю и по суху. По сем препровождался день в ядении и питии, и за стыд почитали, ежели кто не напился допьяна. Каждый человек в год сему идолу третию часть своей хищной добычи долженствовал принести в жертву. Триста конных нарочных воинов, сколько могли награбить, все в капище приносили, что жрец употреблял на украшение оного. Нередко сему идолу приношены были в жертву христианские пленники, которых садили верхом на лошадях во всей их сбруе. Лошадь четыреми ногами привязывали к четырем сваям и, под поставленные по обеим сторонам костры дров подложив огонь, сожигали живых коня и всадника. Другим идолам своим, Прову или Прону, Сиве, Радегасту, приносили тогда жившие славяне кровавую жертву людей христианских. По заклании оных прикушивал жрец крови, от чего уповали силы и действия к предсказанию. Когда жертва совершилась, начинался жертвенный пир с музыкою и плясанием. Злым богам приносили кровавую жертву и печальное моление, также и страшные клятвы, добрым - веселие, игры и радостные пирования. О будущем гадали обыкновенно метанием деревянных дощечек, у которых одна сторона была черная, другая белая. Когда их бросали, белая сторона наверху добро, черная худо, по их мнению, предвозвещала. Летание птиц и крик по разности сторон, встреча зверей, сверх сего, движение пламени, течение воды и разные виды пены и струй также служили к предсказанию. Святовиду посвящен был великий белый конь. Когда войну начать хотели, втыкали перед капищем в землю острыми концами шесть копей, по два вместе крестообразно. По обыкновенной молитве выводил жрец посвященного коня скакать через оные копья. Когда на скоку заносил наперед правую ногу, почитали за доброе предзнаменование предприемлемого дела; когда же левую простирал наперед далее, признавали за худое предвозвещение. По сему конскому скаканию начиналась война или отлагалась Михайло Ломоносов. Древняя Россiйская исторiя. (1766г.). Глава 4. О нравах, поведениях и о верах славенских http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_390.htm

Ять: Соловей Будимирович (Пудога. А.П. Сорокин. Песни, собранные П.Н. Рыбниковым) Из-под того креста Леванидова, Из-за того ли было острова Кодольского, Той-то земли Веденецкие, Плыло-выплывало три кАрабля, Три карабля да три черные. Походы Карла Великого в земли саксов и полабских славян: 1 - 772-780гг.; 2 - 783-785гг.; 3 - 792-799гг.; 4 - 802-804гг.; 5 - в земли славян; 6 - места сражений (по кн: Левандовский А.П. Карл Великий. - М., 1999) Адам Бременский (Adam von Bremen, ум. после 1081). Деяния архиепископов Гамбургской церкви. Кн.2. 18-23 18. Мы нашли также и границу Саксонии, лежащей по ту сторону Эльбы, как она была установлена Карлом и прочими императорами; она проходит следующим образом: От восточного берега Эльбы до небольшой речки, которую славяне называют Месценрейца (Межиречье, то есть - пограничная река). От неё граница идёт через Дельвундерский лес до реки Дельвунды (Дельвенау. Впадает в Эльбу к востоку от Лауэнбурга). Оттуда она доходит до Горнбека (Горнбекер Мюленбах - правый приток Дельвенау) и Билениспринга (Биллеквелле) и далее к Лиудвинештейну (вероятно, Шопсберг у Зандеснебена), Вайзебиркену и Барницу. Затем она тянется до Хорбистенона (Зумпфбесте; впадает в Траве при Ольдеслоэ) Травенского леса (Травена - это река, которая протекает через земли вагров и впадает в Варварское море; на этой реке расположены - единственная гора Альберг (Калькберг близ Зегеберга) и город Любек. А.Б.) и вверх по нему вплоть до Булилункина (Блункербах-Нидерунг). Оттуда граница идёт до Агримесхоу (Аккерандвальд) и постепенно подымается до брода, который зовётся Агримесвидил (Аккерандбах), где Бурвидо вступил в поединок со славянским воином и убил его. В память об этом в названном месте поставлен камень. От этого болота граница идёт к озеру Кользе (Штокзее) и доходит на востоке до поля Цвентифельд вплоть до реки Цвентины ( Река Цвентина вытекает из озера, на котором расположен город Плен. Затем она протекает через леса Изарнхо (лесной массив в Гольштейне) и впадает в Скифское море. А.Б.), по которой граница Саксонии идёт до самого Скифского моря и того моря, которое зовётся Восточным. О природе этого моря коротко упоминает Эйнхард в Деяниях Карла, когда говорит о славянской войне. 19. - От западного океана, - говорит он, - на Восток протянулся некий залив, длина которого неизвестна, а ширина не превышает 100 000 шагов, хотя во многих местах он и более узок. Вокруг него живёт множество народов. Так, даны и шведы, которых мы называем норманнами, владеют северным побережьем и всеми его островами. На восточном берегу живут славяне и различные другие народы, среди которых главными являются вильцы (Лютичи), с которыми король тогда вёл войну. В результате единственного похода, которым он руководил лично, [Карл] так разбил и укротил их, что в дальнейшем те считали для себя невозможным отказываться от исполнения его приказов (Эйнхард, Жизнь Карла, 12). 20. Вот что говорит Эйнхард. Мы же, поскольку уже столько раз упоминали о славянах, считаем нелишним рассказать о природе земли славян и сделать исторический очерк населяющих её народов, тем более что почти все славяне (то есть славяне в Ольденбургской епархии (до р. Пены)) в это время, как говорят, были обращены к христианской вере стараниями нашего владыки Адальдага. 21. Итак, область славян, самая обширная провинция Германии, населена винулами, которых некогда называли вандалами; говорят, что она в 10 раз больше, чем наша Саксония; особенно, если считать частью славянской земли Чехию и живущих по ту сторону Одера (По ту сторону Одера первыми обитают поморяне, а затем поляки, которые с одной стороны граничат с пруссами, с другой - с чехами, а на востоке - с русами. А.Б.) поляков, ибо ни по наружности, ни по языку они ничем от них не отличаются. Эта страна, изобилующая оружием, воинами и плодами, со всех сторон окружена лесистыми горами и реками, которые [служат] её надёжными границами. В ширину она [простирается] с юга на север, то есть от реки Эльбы до Скифского моря. В длину же она, начинаясь, по-видимому, в Гамбургском приходе, тянется на восток, включая неисчислимые земли, вплоть до Баварии, Венгрии и Греции. Славянские племена весьма многочисленны; первые среди них - вагры, граничащие на западе с трансальбианами; город их - приморский Ольденбург (Ольденбург - это крупный город славян, которые зовутся ваграми; он расположен возле моря, которое называют Балтийским или Варварским, в одном дне пути от Гамбурга. А.Б.). За ними следуют ободриты, которые ныне зовутся ререгами, и их город Магнополь (Мекленбург - город к югу от Висмара. Древняя столица ободритов). Далее, также по направлению к нам - полабы, и их город Ратцебург (Ратцебург - город к югу от Любека). За ними [живут] глиняне и варны (Глиняне - в районе Путлица, варны - в районе Варнова). Ещё дальше обитают хижане (В районе Кессина, близ Ростока) и черезпеняне (Между Рекницем, Небелем, Требелем и восточным течением Пены), которых от доленчаней (между Куммеровер-Зее и Толлензее с Деммином) и ратарей (В Мекленбург-Стрелице) отделяет река Пена, и их город Деммин ( Хижане и черезпеняне живут по эту сторону реки Пены, а доленчане и ратари - по ту сторону этой реки. Эти четыре народа называют вильцами или лютичами за их храбрость. А.Б.). Здесь - граница Гамбургского прихода. Есть и другие славянские племена, которые проживают между Эльбой и Одером, как-то: гаволяне (в районе Бранденбурга; иначе - гевеллеры), живущие по реке Гавель, доксаны (В районе Витштока на Доссе), любушане (в области Шлибен у Флемминга, близ Лебусы), вилины, стодоряне и многие другие. Самые сильные среди них - это живущие посредине ратари; город их, знаменитая на весь мир Ретра (Ретра располагалась на оз. Липе между Нейстрелицем и Нейбранденбургом (Мекленбург)), является центром идолопоклонства. Большой храм построен там для демонов, главным из которых считается Редегост. Образ его приготовлен из золота, а ложе - из пурпура. Этот город имеет девять ворот и со всех сторон окружён глубоким озером; пройти туда можно лишь по деревянному мосту, но путь по нему дозволен только приносящим жертвы или желающим получить ответ [оракула]; это, по моему мнению, указывает на то, что - Стикс девять раз окружает и возбраняет (Вергилий, Энеида, VI, 439) погибшие души тех, которые служили идолам. Говорят, что от города Гамбурга до этого храма 14 дней пути. 22. За лютичами, которых иначе зовут вильцами, протекает Одер, самая полноводная река в земле славян. В её устье, там, где она впадает в Скифское озеро, расположен знаменитый город Юмна (Волин - располагался в устье р. Одер), весьма оживлённое местопребывание варваров и греков, живущих вокруг. Поскольку о великой славе этого города рассказывают многое и не всегда правдиво, мне также хочется упомянуть о нём кое-что, заслуживающее внимания. Это, действительно, крупнейший из всех расположенных в пределах Европы городов, который населяют славяне вместе с другими народами, греками и варварами. Приезжие саксы также получают возможность там жить на равных с прочими правах, но при условии не исповедовать открыто христианство. Ибо все они до сих пор блуждают в потёмках язычества, хотя в отношении нравов и гостеприимства не найти более честного и радушного народа, чем они. Этот город богат товарами всех северных народов, нет ни одной диковинки, которой там не было бы. Там есть Котёл Вулкана, который местные жители называют греческим огнём и о котором упоминает также Солин (у Солина речь идёт о медицинском масле). Нептун известен там троякого вида. Ибо остров тот омывается тремя рукавами, из которых один, как говорят, на вид очень зелёный, второй - беловатый, а третий - свирепствует неистовым течением в постоянных бурях. От этого города коротким путём добираются до города Деммина, который расположен в устье реки Пены, где обитают руны. А оттуда - до провинции Земландии, которой владеют пруссы. Путь этот проходят следующим образом: от Гамбурга или от реки Эльбы до города Юмны по суше добираются 7 дней. Чтобы добраться до Юмны по морю, нужно сесть на корабль в Шлезвиге или Ольденбурге. От этого города 14 дней ходу под парусами до Острогарда (Новгород) Руси. Столица её - город Киев, соперник Константинопольской державы, прекраснейшее украшение Греции. Река Одер, как было сказано, берёт своё начало в глубинах Моравского леса (Моравы - это славянские племена к востоку от чехов; с одной стороны они граничат с поморянами и поляками, а с другой - с венграми и печенегами, кровожадным народом, который питается человеческим мясом. А.Б.), там же, где лежат истоки нашей Эльбы (в Судетах). Какое-то время они текут вместе, а затем пути их расходятся. Одна из рек, то есть Одер, поворачивая на север, протекает по центральным землям винулов, пока не доходит до Юмны, где отделяет поморян от вильцев. Вторая же, то есть Эльба, направляясь на запад, сначала протекает по землям чехов и сорбов ( Сорбы - это славяне, которые населяют расположенные между Эльбой и Заале районы; их соседями являются тюринги и саксы. По ту сторону реки Оры (Левый приток Эльбы к северу от Магдебурга) проживают другие сорбы. А.Б.), в среднем течении отделяет язычников от саксов и, наконец, отрывая Гамбургский приход от Бременского, победно впадает в Британский океан. 23. Всего сказанного о славянах и их родине вполне достаточно, ибо доблестью Оттона Великого все они в это время были обращены в христианство (c.39-42) Адам Бременский, Гельмольд из Босау, Арнольд Любекский. Славянские хроники. Перевод с лат. И. В. Дьяконова, Л. В. Разумовской. (Media-evalia. средневековые литературные памятники и источники). М., 2011. 584c. http://vk.com/page-23433303_43832155 7.7Мб

Ять: Венде врентетесе до земь нашiех о ступы древлiе А глендете ещье пощаре iнi яко ве дне оходу одо ПентыРiещеце i СемеРiеще кiльбова о десунь отщецена од ны (Дощ.36а) Венды, вернитеся в земли наши, в степи древние. А (то) увидите ещёжье пожары иные, как (и) во дни исхода из Пятиречья и Семиречья, которые дасунями (дасы - злые иноверцы) отобраны (отсечены, отщеплены, отлучены) от нас *** И власть у нас от тех Рифейских Ободритов, Оттуда, где и ныне правит Русский царь Карта Вагрии - Варяжской земли в окрестностях Ростока. На побережье близ острова Поэль располагается Рерик, родной город князя Рюрика. В разгар Северной войны Пётр I стремился к усилению русского влияния на южном побережье Балтики, рассчитывая на то, что эти территории удастся эффективно использовать как плацдарм для борьбы со Швецией. Герцогство Мекленбург, также вступившее в войну против шведов, в свою очередь рассчитывало на военную помощь России. И русская дипломатия не преминула воспользоваться этим шансом, чтобы укрепить позиции на Балтике. Со временем второго крупного визита императора Петра I в Европу совпал брак правящего Мекленбургского герцога Карла Леопольда с дочерью Ивана V Алексеевича Екатериной, заключённый 19 апреля 1716 года в Данциге… Приводим оригинал произведения в адаптированном русском переводе (Thomas Fr. Die nahe Anverwandtschaft des Herzogs Carl Leopold mit der Farstin Catharina von Russland. - Gustrow, 1716., s.21-24 - Комментарии Фридриха Томаса, перевод с немецкого и подготовка текста - В.И. Меркулов): Ликуй, о Мекленбург, оставь свои заботы, И с радостью воспрянь державною главой, Хотят ведь небеса в твою судьбу вмешаться, И радость непременно принести тебе. Поэтому ликуй, оставь печали ветру, Закрой для своей боли мрачные врата, Смотри, уже рассеялась тумана дымка, И твоё солнце светит ярче, чем всегда. Бывал ли горизонт твой краше озарён, Когда забрезжил для тебя свет солнца? И что ж за луч так осветил тебя, Что ты, о Мекленбург, весь воссиял от счастья? Твой высочайший Князь сам светится как солнце, В супруги герцогиню выбрал он себе, И в том весь Мекленбург нашёл своё богатство, Что Рус и Венд соединились в браке вновь. Всё стало, как и прежде, как при Ободритах, Когда держал наш Мекленбург и трон, и скипетр: И власть у нас от тех Рифейских Ободритов, Оттуда, где и ныне правит Русский царь. (a) И им благодаря, во время войн и мира, Мы были в прочной дружбе, браком скреплены. Сегодня же напомнить должно то, Что были Венд, Сармат и Рус едины родом. Хочу спросить у древности о том, Как королём и почему у нас стал Вицлав, Что своим браком и примером показал, Какое Венд и Рус нашли у нас богатство? (b) Великое оно для Вендов и для Русов, Ведь от него их славные правители пошли. Оно явилось к нам как чудные сады, Принесшие позднее в мир прекрасные плоды. Здесь бил крылами Алконост, Сады Семирамиды не могли затмить его красою, А Бельведер едва ли мог достать его теней. Был перед нами настоящий рай. Со всех концов простерлись там цветущие луга, Виднелись величаво царственные кроны И яблок золотистых спелые плоды, Перемежались рощи цитрусов, оливок. И ветер гнал величественно воды рек, Чтоб Океан почувствовал их бег, Соединяя вместе Эльбу, Везель, Обь, Там где играют в волнах нереиды. Оттуда совершил далёкий путь наш Мекленбург, Чрез землю Русов к своему княженью: Столь очевидны его предки нам, И с ними мы в родстве тысячелетнем. (c) Но так нашлись и в Мекленбурге корни Рода Русского, когда князь Мицислав, Подобно предку своему, роднился с Русами, И на Антонии принцессе Русской поженился. (d) Биллунг, могущественный Господин, Его владения дошли до Везеля и Эльбы, А он как Венд принадлежал Христу, И был потомком Русов в Мекленбурге. (e) Карл Леопольд, правитель сей земли, На благо Провидению и дружбы, С принцессой княжеского рода из Руси, Скрепил высоким браком узы. Да будет их союз воспет на долгие лета, Да будет он навеки прочным. О Боже, эту пару ты благослови, Что скреплено, то в счастье сохрани. И как с приездом знатной Катерины Возликовала Мекленбургская земля, Да будет так на небесах, Аминь! И всюду пусть гремит нам имя дорогое. О Господи, да будет возвышаться Мекленбург, Пусть укрепляется наш княжий трон, И наш родимый дом становится таким, Что будто бы Господь свой щит простёр над ним. Да здравствует наш герцог Леопольд и Катерина! Преумножайте ваш высокий княжий род! Пусть множится для вас обоих слава! И наш народ кричит VIVAT! Пояснения Фридриха Томаса: (a) Как известно из истории, ободриты (Obodriten, Obetriten), древние венды, жили на территории Мекленбурга, марки Бранденбург и в Померании свыше шестисот лет. И также известно, что своё первоначальное происхождение они вели из Сарматии (Sarmatien), Пруссии (Preussen), Руси (Reussen) и Самоедии (Samojeden), придя к Балтийскому морю с Рифейских гор, где была прародина всех скифских и сарматских народов. Возможно, имя ободриты (вариант Obdoriten) они также получили в России, где по сей день есть река Обь. (b) Мекленбургские историки Латом и Хемниц считали Вицлава (Witzlaff, или Vitislaus, Vicislaus, а также возможно написание Witzan, Wilzan) 28-м королём вендов и ободритов, который правил в Мекленбурге во времена Карла Великого. Он женился на дочери князя Руси и Литвы, и сыном от этого брака был принц Годлейб (Godlaibum, или Gutzlaff), который стал отцом троих братьев Рюрика (Rurich), Сивара (Siwar) и Трувора (Truwar), урождённых вендских и варяжских (Wagrische) князей, которые были призваны править на Русь. После скорой кончины двоих братьев, Рюрик стал единовластным правителем Руси, от которого произошла ныне правящая русская династия. (c) Близость русской и мекленбургской династий подтверждает генеалогия, по которой обе ветви происходят из одного корня. (d) Мицислав (Mizlaff, или Mieceslaus), вендо-ободритский принц, подобно Витцлаву взял в жёны русскую принцессу Антонию. (e) Биллунг, которого также называют Мистевой (Mistevojus), был могущественнейшим правителем Мекленбурга. Его отец Мицислав II (Mizlaff, или Mieceslaus) был женат на дочери русского князя из Пскова В.И. Меркулов. Откуда родом варяжские гости? (генеалогическая реконструкция по немецким источникам). Москва, Амрита-Русь, 2005, 127с. http://old-earth.narod2.ru/lib/slav/balt/merkulov-varangian-guests.pdf http://www.hrono.info/statii/2004/merk0904.html О Богумире муже Славы и Арине Родионовне http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_445.htm Мы сме Русiщi Iмяхом грдiтесе походiу нашiу а држащесе едiн одна прятiсе до смертЪ правЪ На то еще помiньмо Дорiе парцiш тЪго iже на ны утощiсе а побiе ны за наше раздЪляне Тото бо вразiе Ерек а Аск усЪстасе на кренкы наша а мрзяще нам до кромЪты Сме потомiцы роду Слвуне кii прiде до Iлмарiце а усЪднешеся до Годья А ту буде тысЪнце ляты - Дощ.8

Ять: Осип Осипович (Иосиф Иосифович) Первольф (26 февраля 1841, Чимелице близ г. Писек, Богемия в составе Австрийской империи (ныне Южночешского края, Чехии) — 21 декабря 1891, Варшава) — ученый-славист, славяновед, филолог, этнограф, педагог. Доктор славянской филологии (с 1876). Чех по происхождению. В 1874 году за диссертацию «О славянской взаимности» (в «Журнале Министерства народного просвещения») получил в Санкт-Петербургском университете степень магистра, а в 1876 году степень доктора Варшавского университета за книгу «Германизация балтийских славян», в которой осветил вопросы славянской колонизации полабско-балтийских земель, описал залабских и люнебургских славян, славянские племена брижан, стодорян, ратарей, укрян, вагров, полабов, бодричей, лютичей, поморян и других, провел исследование следов славянства в нижненемецком народонаселении. В 1886 году вышел I-й том его труда «Славяне, их взаимные отношения и связи» (очерк политической истории славян по племенам и быт их), в 1888 году — II том (славянская идея в литературе славян до XVIII века), в 1890 году — 1 часть («Западные славяне») III тома (славянская идея в политических и культурных сношениях славян до XVIII в.; в рукописи, из-за смерти автора, осталась глава о польско-русских отношениях). IV том — «Возрождение славян» — остался незаконченным Введение I. Очерк древней истории славян II. Разъединение славян Славянские учреждения А. Сознание национального единства у отдельных народов славянских I. Славянское сознание у Чехов II. Славянское сознание у Поляков III. Славянское сознание у Славян балтийских и лабских IV. Славянское сознание у Югославян V. Славянское сознание у Русских В. Взаимные отношения между отдельными народами Славянскими I. Чехи и поляки II. Чехи и Балтийско-Лабские славяне III. Поляки и Славяне Балтийско-Лабские IV. Поляки и Русские V. Русские и Чехи V. Чехи и Юго-Славяне VII. Поляки и Юго-Славяне VIII. Русские и Юго-Славяне Заключение Проследив внимательно взаимные сношения Славянских народов с древнейших времен до XVIII века, мы видим, что Славяне хотя и лишились национального единства, но не лишились вместе с тем, сознания племенного родства и никогда не переставали считаться членами одного рода. Это сознание видно не только в их духовной, литературной жизни, но заявляло свою силу и в политических их сношениях: народы Славянские ищут себе друг у друга правителей славянского рода, и если и ссорятся, то все-таки, в конце концов, приходят к убеждению, что им следует жить – в согласии и в вечной неразделенной любви братской, как людям одного языка и народа славянского -. Так было у Славян до XVII-XVIII века. И.И. Первольф. Славянская взаимность с древнейших времен до XVIII века. СПб., 1874г., 296с. http://ia351439.us.archive.org/3/items/slavianskaiavza00perwgoog/slavianskaiavza00perwgoog.djvu 7.75Мб http://www.knigafund.ru/books/8556 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_352.htm заветной мечтой И.И. Первольфа было прекращение взаимных враждебных отношений между отдельными славянскими племенами. В 1871 г. по приглашению П.А. Лавровского он занял кафедру славяноведения в Варшавском Университете, в котором его преподавательская деятельность продолжалась около 20 лет. В России им напечатаны, кроме ряда отчетов о научных занятиях, статей о славянской взаимности и по истории восточного вопроса, следующие труды: 1) Славянская взаимность с древнейших времен до XVIII в. (магистрская диссертация). СПб., 1874г.; 2) Германизация балтийских славян (докторская диссерт.). СПб., 1876г.; 3) Варяги - Русь и балтийские славяне - в Журнал Министерства Народного Просвещения 1877г., N 7; 4) Словенский язык и его судьба у народов славянских (в Мефодиевском Сборнике, изд. Варшавским Университетом в 1885г.). Но главным трудом Первольфа является Славяне, их взаимные отношения и связи, т. I. Очерк истории славян до XVIII в. (1886); т. II. Славянская идея в литературе до XVIII в. (1888); т. III. Славянская идея в политических и культурных сношениях славян до конца XVIII в. Ч. I. Западные Славяне (1890); Ч.2. Славяне западные и восточные в их взаимных сношениях (1893). Труд этот остался незаконченным; наибольший интерес должен был бы представлять т. IV, посвященный истории славянского возрождения и развития панславистской идеи в XIX в. И.И. Первольф. Славяне, их взаимные отношения и связи т. 1-3 (1886-1893). Типографiя Варшавскаго Учебнаго округа, Варшава http://mirknig.com/2011/02/15/slavyane-ih-vzaimnye-otnosheniya-i-svyazi-t-1-3-1886-1893.html 81,8 Мб

Ять: Очерк древней истории славян Славяне принадлежат к племени Индо-Европейскому или Арийскому, отрасли которого в доисторические времена переселились из Средней Азии в Европу. На юге поселились Латины, Иллиро-Фраки и Греки; на север от них – Кельты или Галлы, Германцы, Литовцы и Славяне. Жилища последних простирались – вообще говоря – от Адриатического моря через Придунайские земли на Карпаты (Татры). Славяне назывались первоначально, вероятно, Сербами, а у других народов – Венетами (Венедами). Оба названия – темного происхождения. Первое – Сербы Лужицкие и Дунайские; вторым Немцы и Чудь до сих пор называют некоторые отрасли славянские (Wenden, Winden, Vane). Из Дунайских земель Славяне, по большей части, были вытеснены Влахами или Волохами (Галлами или Римлянами?) на Карпаты. Здесь на Висле и на Днепре, они или умножили число обитавших там своих соплеменников, или отняли земли у других племен, особенно у Чуди. В этих эакарпатских странах, известных древнему миру под названием Скифии и Сарматии, греческие и римские писатели знают уже несколько племен Венетов под именами Нуров, Будинов, Сербов, Хорватов, Полян, Велетов, Словен, Кривичей, Северян и др. Дальнейшему распространению Славян на восток помешало движение племен Уральских, Чудских и Тюркских на запад, именно – Гуннов и Аваров. Теснимые, в последствии, и покоренные этими иноплеменниками, Славяне стали напирать на западных своих соседей, особенно на немцев, и распространились на запад – в земли Лабские, и на юг – в давнюю свою родину, в земли Дунайские. В VI веке по Р.Х. – многочисленное племя Венедов – разделилось на две отрасли, западную – Славян, и восточную – безчисленных - Антов (Венетов). Последнее название скоро исчезает, и все племена древних Сербов или Венетов принимают имя Славян, или правильнее Словен. На запад Славяне подвигались вслед за племенами германскими и к концу V века были уже на Лабе, Сале, Волтаве и Мораве. Таким образом Бодричи, Велеты или Лютичи, Сербы, Чехи и Мораване заселили свои земли, лежащие на восток от Лабы, Салы и Шумавы. На юг Славяне, в течение IV и V веков, заняли северное прибрежье Дуная; потом, перешедши за Дунай, стали селиться в империи Византийской, Мизии, Фракии, Македонии, Эпире, Фессалии, и даже в собственной Греции. Около того же времени, в конце VI, Славяне стали распространяться из Придунайских земель в земли Альпийские. Эти Славяне, поселившиеся в землях Дунайских и Альпийских, больше и чаще, чем все другие славянские племена назывались своим именем Словене, Словенцы (Словенский) и у себя и у иностранцев. В первой половине VII выступили из древнеславянских земель Карпатских – из Белой или Великой Хорватии и Сербия. Хорваты и Сербы, перешли за Дунай и поселились посреди Славян Альпийских и Византийских, заняв южную Паннонию, Далмацию и Иллирию. В VII же веке прекратилось это громадное переселение Славян на запад и на юг. С этих пор Славяне являются племенем, распространенным в средней, восточной и юговосточной Европе, начиная от Лабы, Салы, Шумавы, Инна, Альп и Адриатического моря глубоко на восток к верхнему Дону и нижнему Днепру, от моря Балтийского, озера Ильменя и верховья Волги на юг – к морям Черному и Эгейскому. А) Западные Славяне занимали земли на Лабе, Одре, Висле, Волтаве и Мораве: 1) Бодричи (Вагры, Полабы, Глиняне, Древляне и др.); 2) Велеты или Лютичи (Чрезпеняне, Ратари, Укране, Брежане, Стодоряне, Рана, Волынь и др.); 3) Снрбы (Суслы, Нишане, Гломачи, Мильчане, Лужичане и др.); 4)Чехи (Лучане, Лютомиричи, Хорваты, Дудлебы и др.); 5) Мораване и Словаки – старейшие обитатели южного склона Карпат; 6) Ляхи (Поляне, Поморяне, Мазовшане, Куяване, Хорваты, Слязане и др.). В) Югославяне населяли земли, начиная от Альп до Черного и Эгейского морей; разделялись, как и теперь, на четыре главные отрасли: 1) Словенцы, 2) Хорваты, 3) Сербы, 4) Славяне, принявшие в последствии название Болгар, по племени Урало-Чудскому, которое основало в Мизии свое государство (678г.). Они разделялись на несколько племен (Браничевцы, Драговичи, Сакулаты, Берзяни, Вагенеты, Велегостичи, Мильчане, Езеричи и др.). С)Восточные Славяне, принявшие в последствии название Русы, жили в бассейнах Днестра, Днепра, Двины и верхней Волги: Хорваты, Тиверцы, Волыняне, Дулебы, Древляне, Поляне, Северяне, Радимичи, Вятичи, Кривичи, Дреговичи, Словене и др. Сверх этого, колонии славянские являются в Германии, Малой Азии, Сирии и в арабских владениях – Сицилии, северной Африке и Испании. Пространство, занимаемое Славянами, было огромно, и если же писатели VI века называют их народом многочисленным, безконечным, то позднейшим авторам, например, XII века, казалось, что их почти нельзя сосчитать: так возрасла численность Славянского народа. Не все эти Славянские племена успели дать прочную основу дальнейшему своему быту и развитию; только некоторым удалось создать государство и возвыситься, таким образом, над первобытною жизнью отдельных родов, общин и племен, друг от друга вполне независимых. У западных Славян возникли только два государства – Чешское и Польское. У всех остальных западных Славян стремление некоторых князей собрать под более сильную центральную власть несколько племен были лишь кратковременны, или остались только попытками. Таково было именно государство Моравское (Великая Моравия), существовавшее только одно столетие, и несколько мелких государств у Балтийских Славян. Государственным элементом в Чехии было племя собственно Чехов, в Польше – племя Полян; вокруг обоих собирались и соседние, ближайшие, и дальние племена Славянские в прочнейшие целые, которыми княжили князья обоих упомянутых племен. У восточных Славян государство создано не ими самими, а чужеземцами: государственным элементом являются здесь норманские Варяги, прибывшие в 862 году – княжить и владеть. Эти варяжские князья собрали в течение одного века (X) многочисленные восточные Славянские племена в одно целое – Русь. Подобное тому случилось и у восточной части южных Славян, где, как уже выше сказано, основали государство тоже иноплеменники, Болгаре (678г.). Но у обеих этих ветвей славянских влияние иноплеменников было слишком слабо, чтобы долго удержаться: чужая, малочисленная стихия скоро исчезла в огромной массе славянства, оставив о себе незаметные следы. У Сербов, Хорватов и отчасти у Словенцев основали государства, хотя мелкие, свои собственные князья. Принятие христианства – событие вообще в истории всех народов европейских очень важное и решавшее их дальнейшее развитие – сделалось в особенности важным и решительным для народов Славянских. Народы, с которыми Славяне граничили на западе и юге – Немцы, Итальянцы и Греки, сделались христианами гораздо раньше и стремились потом к распространению христианства и у своих соседей. Первые зачатки христианства у Славян западных и южных были по большей части мимолетны и без прочной основы, благодаря немецким, итальянским и греческим миссионерам, не знавшим славянского языка. Только апостолам, братьям Константину (Кириллу) и Мефодию, Солунским уроженцам, и их ученикам удалось в IX и X веках распространить и утвердить христианство у большей части Славян западных и южных. Нельзя сомневаться, что еслиб единство тогдашней церкви продолжало существовать, то и все Славяне вскоре приняли бы от этих апостолов и их учеников и последователей христианство, а также и важный символ народного единства – славянское письмо и язык – словенский -, на который первоначально переведены все богослужебные книги. Но уже тогда все сильнее и сильнее проявлялись признаки распадения церкви христианской на две половины, уже тогда кипела борьба за первенство между Римом и Царьградом. Борьба эта сделалась особенно роковою и решительною для Славян и их дальнейшего развития. Славяне южные и западные находились именно на рубеже обоих патриархатов – Римского и Царьградского, и когда раскол между церквями западной латинской и восточной греческой, упрочился, то естественно, эта борьба и ее последствия коснулись главным образом Славян. У южных Славян западная церковь должна была по большей части уступить восточной церкви, к которой примкнули именно Болгары и Сербы, не смотря на все усилия римских пап. Хорваты и Словенцы присоединились к западной церкви. Восточная церковь принята потом и народом Русским. К церковному расколу присоединились потом и другие важные обстоятельства, которые еще более упрочили раздробление Славян. Римские папы, перенеся императорскую римскую корону на королей Франкских и Немецких, приобрели себе в лице их могучего союзника для распространения своего авторитета и своей власти: императоры - священной Римской Немецкого народа - сами по себе, как Немцы, уже завоевательные – всегда умножатели империи -, считали себя в праве подчинять папе и себе, духовной и светской властям, кресту и мечу, все остальные народы. Кроме этой опасности со стороны римско-немецкого креста и меча, наступила для Славян, уже и без того разьединенных, новая гроза, в следствии которой славянство, так сказать, разрублено было на две части. Дикие Мадьяры или, как их называли Славяне, Угры, Онгры, Венгры, одноплеменники Гуннов, Аваров и Болгар, вторглись в древнюю Дакию и Паннонию, истребили или подчинили себе тамошних Славян (и Румын) и основали (около 900 года) на развалинах Великой Моравии и в Предунайской Болгарии свою державу, которая не пошла по следам Гуннов, Аваров и Болгар, а сохранилась, и не ославянилась, а осталась мадьярскою. И Мадьяры, благодаря влиянию Чехов, примкнули к западной церкви. Следствием основания Угорского королевства было отделение южных Славян от западных и предание этих последних наступательной политике Римско-Немецкой империи и соединенной с нею церкви латинской. Церковь латинская одержала победу также в Чехии, Моравии и Польше, куда была занесена из Чехии. Зачатки славянского богослужения, с успехом развивавшиеся в обеих землях, впоследствии здесь совсем исчезли. Церкви чешская и польская сделались частями церкви западной, латинской и таким образом, народы чешский и польский вошли в круг западно-европейских народов и их культуры. Тем решена была и судьба Славян Балтийских и Лабских, пребывавших еще в язычестве, не смотря на соседство принявших уже христианство Поляков, Чехов, Немцев и Датчан: они должны были, по тогдашним понятиям, или сделаться християнами, или, как язычники, быть истреблены. При этих переменах является все больше и больше и сопровождающая всю историю славянскую вражда и ненависть обоих соседних племен Славянского и Немецкого. Ненависть эта, причины которой скрыты в доисторических временах, обнаружилась с самого первого столкновения обеих племен и повела к страшным, беспрерывным войнам, и доселе не конченным. Почти вся история западных Славян, а отчасти и восточных, не что иное, как постоянные столкновения и борьба обоих этих элементов – немецкого и славянского, который, очутившись в особом положении, должен был главным образом защищать свое существование. Характеристические черты Славян – внутренние междуусобицы, безграничная любовь к свободе и нежелание подчиниться центральной власти – повели их к политической слабости и были причиною, что Славянам не удалось создание сильного государства по примеру соседних Немцев, которые, сами по себе будучи более склонны к завоеваниям, кроме того, сосредоточены под сильною властью, - бросились на своих разрозненных, вековых врагов, добиваясь, по словам одного немецкого летописца, - славы и великого и обширного господства, между тем как Славяне сражались за свободу и для избежания крайнего рабства -. Эта племенная ненависть между Немцами и Славянами является естественно сильнее у тех Славян, которые жили в более близком соседстве с Немцами, именно = у Чехов, Поляков и Славян Лабских и Балтийских. Этой ненависти не смягчило даже и принятие христианства. Немцы, по какой-то врожденной гордости и надменному высокомерию, не переставали презирать Славян и их язык, как замечает первый летописец чешский Косма. Великим несчастием для западных Славян было то, что им не удалось основать на долго сильное государство, которое могло бы с успехом начать борьбу с сильною и сосредоточенною империей римско-немецкой. Все большие западно-славянские государства распадались со смертью их основателей. Так, уже Само собрал (627-662) многие славянские племена, начиная с Альпийских Словенцев и до жителей прибрежья Лабы, Одр и Вислы, и успешно воевал с Аварами и Франками. Подобно тому собрал в одно государство большую часть западных Славян и Святополк Моравский (870-894), для усмирения которого Немцы вынуждены были пригласить на помощь Мадьяр, отселе верных своих союзников против Славян. По примеру Сама и Святополка, и чешские, и польские князья стремились собрать, на сколько возможно, племена западно-славянские под свою власть, чтобы остановить наступление Немцев. Так действовали в X веке оба чешских Болеслава, господство которых простиралось далеко на восток в земли Польские, до самых границ Руси. Но существование всех этих государств было не продолжительно: они изчезали со смертью своих основателей. Подобной же участи подвергалось и самое блестящее западно-славянское государство, основанное наследником чешских Болеславов, польским князем Болеславом Храбрым (992-1025гг.). Этот сильный – король славянский – избрал чешскую Прагу средоточием могучего государства Славянского, которое по его плану, должно было обнимать всех западных Славян, Чехов, Моравов и Словаков, Лабских Сербов, Лютичей и Поляков. Под ударами этого грозного Славянина, ревущего льва, ядовитой змеи, такими эпитетами честят Болеслава современники-Немцы – падали ниц немецкие войска, дрожала вся Римско-Немецкая империя, и наконец, должна была примириться с мыслью иметь подле себя сильную державу западно-славянскую, от которой, себе в ущерб, отстали Чехи. Но со смертью Болеслава изчезло и это государство, возобновление которого уже не удалось чешскому Брячиславу (1039г.). Народы западно-славянские отселе живут скромно, заслоненные сильною Германией. Чехи должны были примкнуть к ней, хотя пользовались в ней исключительным положением. Польшу спасло от подобной участи, только большая отдаленность – хотя и на нее имели притязания все сильные императоры римско-немецкие – и безпрерывная борьба Немцев с Лабскими и Балтийскими Славянами, которою долго занималась экспансивная сила немецкая. И.И. Первольф. Славянская взаимность с древнейших времен до XVIII века. СПб., 1874г., 296с. http://ia351439.us.archive.org/3/items/slavianskaiavza00perwgoog/slavianskaiavza00perwgoog.djvu 7.75Мб http://www.knigafund.ru/books/8556 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_352.htm

Ять: Славянская взаимность Славяне с древнейших времен всегда имели участие в государственных делах, решая их вместе с выбираемым или наследственным князем. – Народы славянские и антские - говорит один Византиец VI века – не повинуются одному мужу, но живут издавна в народном правлении, и потому всегда о своих пользах и нуждах сообща совещаются; равным образом и почти все другие дела у них по древним законам управляются -. Такие народные сходки встречаются у Славян и в последующих веках. Это – славянские веча, соборы, снемы или сеймы, на которых народ совещался, собирался (снимался). У Русских Славян народные веча издавна собирались в главных, племенных городах (властях) – в Киеве, Новгороде, Смоленске, Полоцке и др.; звоном вечевых колоколов созывался каждый свободный человек на вече – думать – о важных делах. Веча на Руси приобретают себе большую силу и власть во время безпрерывных междоусобиц княжеских, но лишаются ея при сильных князьях, особенно в северо-восточной Руси, Владимирско-Московских, и, наконец, совсем изчезают в централизованном государстве Московском; позже всего, в конце XV и в начале XVI веков, они изчезают в Новгороде и Пскове. Слабым их отголоском сделались земские соборы Московского государства; но более прямые преемники веч явились на окраине русского мира: казацкие круги и рады – не что иное, как древне-русские веча. Такие всенародные веча являются и у западных Славян, особенно у Поморян и у Лютичей. У Чехов и Поляков и, соединенных с ними впоследствии, юго-западных Русских снемы или сеймы позже сделались сходками только шляхты. Сеймы ограничивали государей во все существование обоих западно-славянских государств. У южных Славян соборы и веча разнообразны. В городских общинах адриатических римское начало смешалось с славянским; первоначальные всенародные соборы заменились позже сходками только властельства. Но подле них остались и древне-славянские веча, как например, в хорватской общинах Полицкой, Винодольской, Керцкой и др. В государствах Хорватском, Сербском, Болгарском общенародные соборы прекратились, как и у Чехов и Поляков, в соборы одного только племства, властельства или болярства. Такие соборы, применимые к требованиям времени, сохранились до сих пор в Хорватии и вообще в землях короны Угорской, перенявшей государственное устройство от Славян. У Славян искони было свое право, своя правда, свои законы, о которых упоминают уже Византийцы VI века. Это древне-славянское право и законы, - по которым всегда жили отцы, деды и все предки -, составляет и основу права, как оно в последствии развилось у разных народов славянских. В их правах сохранилось до позднейших времен много сходства, и некоторые юридические обычаи у Югославян напоминают до сих пор многие древне-чешские, древне-польские и древне-русские законы. Некоторые сходства права государственного и частного у всех Славян видны и в этом очерке внутреннего быта Славян. Приведем еще несколько сходных черт в юридическом быту у Славян. Свод (извод), то-есть, отклонение от себя подозрения в преступлении, встречается у Чехов, Сербов и Русских; след, то есть, род судебных сыщиков – у Чехов, Русских и Югославян, у которых отчасти остались до сих пор (в Черной Горе); вдание (вздание, выдачка), то есть, судебный заклад противников – у Чехов, Сербов, Русских (в Литве, Киеве, Смоленске); лице, поличное (corpus delicti)- у всех Славян и пр. Суд присяжных (порота) встречается особенно у Югославян; следы его у Чехов, Полянов, Русских; суды божии (вода, железо, меч, кий)употреблялись у всех Славян, и следы их остались до сих пор у Югославов, и пр. Законы хранились главным образом посредством устного предания, но вместе с тем, и записывались чертами или резами на таблицах, досках, десках. Такие доски, в смысле записей, встречаются на Руси до XV века (в Новгороде и Пскове); у Чехов же государственный архив называется до сих пор – земскими десками. Много общих черт сохранилось у Славян и в духовной их жизни: так, в славянской мифологии, не смотря на то, что она не развивалась у всех племен одинаково, у них был один наивысший бог Сварог – небо, отец обоих Сварожичей, солнца и огня; обожание небесного света, солнца, играет важную роль во всей славянской мифологии. Кроме того главного бога, было много и других божеств высшего и низшего разряда, боги домовые (деды) и пр., которые, равно как и разные богослужебные обряды, у Славян были более или менее сходны. Отголоски этих древних верований раздаются до сих пор в народной поэзии славянской. Нравы древних Славян описывают сами враги их в недурном свете. Особенно хвалят их добрый и искренний характер, ласковое обращение с пленными и безпредельное гостеприимство. Но вместе с тем, рано заметна в характере Славян черта, которая оказалась роковою для их дальнейшей судьбы. – Славяне дорожат свободой, никаким образом не склоняются служить или слушаться и не выносят никакого повелителя. Между ними постоянно господствуют различные мнения; ни в чем они между собой несогласны; если одни на что-нибудь согласятся, другие тотчас же нарушат их решение, ибо все питают друг к другу вражду, и не один не хочет повиноваться другому. Еслибы многочисленные Славяне не были так раздроблены и не воевали беспрестанно друг с другом, то они были бы самый могучий народ на свете -. Так отзываются о Славянах иноплеменники VI и X веков. Эта-то безграничная, ничем необузданная любовь к свободе, или скорее, к неповиновению, эти безпрестанные драки, приводящие с собою политическую слабость, и были главною причиною неудач и падения независимости Славян. (с.33-35) И.И. Первольф. Славянская взаимность с древнейших времен до XVIII века. СПб., 1874г., 296с. http://ia351439.us.archive.org/3/items/slavianskaiavza00perwgoog/slavianskaiavza00perwgoog.djvu 7.75Мб http://www.knigafund.ru/books/8556 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_352.htm Iн бо кървень есьва тая а крявь наше Про то мълоувi яко iзобрятщi конязi старощi наша А такосе правi пентонадесечь вЪцi кръз ВЪща а соуборiтiся на онь i соудiтi вшяку отнонску подлЪ...главноще...а такосе правi нашi Оцi...всенкiма i слово рещатi...А тото бляго сутратiхом отъ Хъзяроу...по вЪцi Трояню якi...првЪ насадiсе со сынi сва а внуцi протiвне рещену Вещем...бо Руштi не iмяху раде владiще протiвнЪ ВЪща...ХозарстЪ бо iдша на нь а тi не iмша воiове...Тато ростргавiца бя пентосент ляты а не укончiшася скоро а стала намо тЪгла Хзарстiго...iбо покуду бо Руштi пращеся врзi на нь налезе мнозi...а внуко Траяннен бя самотен со друзi меногая i бя утщен - Дощ.3б Тропа Троянова и внук Троянов. Единобожие было основой древней славянской религии. Единым богом Славян был Сварог, что значит Всемощь, Всесила. Бога своего Славяне никогда не называли по имени. Говоря о нем, они употребляли какое-нибудь одно из многих дополнительных наименований, его характеризующих. Среди этих имен мы находим: Старый бог, Прабог, Великий Дед, Слава, Светозар, Световид, Владимир, Один, Трояга, Троян, Триглав. (Илья Терох. Карпаты и Славяне. Нью-Йорк, 1941.) Итак, Троян есть одно из имен единого славянского бога. Певец, возвеличивая пред слушателями своего князя, называет его «внуком Трояна». Поэтому когда он образно утверждает, что песнь внуку Трояна подобает петь «свивая славу от обоих берегов потока времени» и «стремясь тропой Трояновой», то этот последний образ надо понимать как устремление в старину, вглубь веков, ко времени древней веры, куда и ведет тропа Троянова. Вместе с тем старая вера, противополагаемая новому христианству, создает великолепный образ двух берегов в одном потоке времени, от которых поэт и призывает свивать бранную славу воедино Георгий Голохвастов. Лебединая песня: Несобранное и неизданное http://you-books.com/book/G-Golohvastov/Lebedinaya-pesnya-Nesobrannoe-i-neizdannoe

Ять: Славяне Балтийские и Лабские Грозная борьба между Лабско-Балтийскими Славянами и Немцами не могла иначе кончиться, как только гибелью того или другого племени. При тогдашнем положении дел не подлежало сомнению, что погибнут Славяне: их преследовали и Немцы, и Датчане, и даже, как язычников, родственные им Чехи и Поляки; они безпрестанно ссорились между собой, часто воевали только за – могущество и храбрость – и сами призывали Немцев на помощь. Христианство распространяли у них немецкие монахи, не знавшие славянского языка, иногда одни, а иногда и с толпами вооруженных ратников, которые на принявших крещение Славян налагали иго и разные подати. Латинские обряды и пение, которых Славяне не понимали,…подати епископам и герцогам (бископовница и воеводница) и другие обременительные вещи, к тому же и презрение со стороны господствующих Немцев – вот что главным образом ожидало Славян с принятием христианства. По свидетельству современных немецких летописцев, Немцы не так дорожили распространением христианства, как порабощением Славян. К тому же Немцы – христиане, в случае нужды, не стеснялись приглашать на помощь и полки языческих Славян против Славян крещенных. Так было именно в их войнах с польским Болеславом Храбрым: тогда Немцы не пренебрегали помощью языческих Лютичей. Нельзя удивляться, что Славяне, при всяком удобном случае, усиливались свергнуть это насильно навязываемое им христианство; из этого возникали все более и более страшные войны и велись иногда с безпримерным ожесточением. Лабские и Лужицкие Сербы прежде всего должны были покориться Немцам (968г.) и принять христианство, которое Немцы потом разным образом упрочивали. Упорнее других сопротивлялись Бодричи и Лютичи, но и эти пали под ударами Немцев победителей и соединенных с ними Датчан (1157-1168гг.). На развалинах побежденного славянства основано несколько немецких держав, именно – зародыш империи Германской, маркграфство Бранденбургское. Убывшие в этих землях Славяне, едва терпимые, если не совсем прогоняемые, скоро уступали место немецким колонистам. Это распространение немецкого элемента не ограничивалось только землями, подвластными непосредственно немецким герцогам, маркграфам, графам, епископам и другим, но пошло и дальше на восток, из края, где остались еще свои князья славянской крови, - в Мекленбург, Ране, Поморье, Силезии. Сами эти князья скоро принимали немецкую народность, поддерживали из всех сил немецкую колонизацию в своих державах, вообще любя Немцев и благоприятствуя им. При таком положении дел понятно, что Славяне уступали Немцам: ведь эти князья хотя и были славянского происхождения и назывались князьями славянскими (principes, duces Sclavorum), сами однако постановляли, чтобы право суда перешло от Славян к Немцам, чтобы Славяне больше не селились в деревнях, и наконец, даже так забылись, что прямо называли усиление славянского элемента в балтийских землях в ущерб немецкому – несчастием, - от которого да избавит нас Бог -. Но эти последние опасения не сбылись: славянский элемент изчезал все больше и больше, преследуемый и теснимый разным образом. Высшие сословия, славянского происхождения, сколько их еще оставалось, скоро онемечивалось, города и монастыри и другие местности заселялись почти исключительно Немцами: оставшиеся Славяне, едва терпимые, исключались из цехов, заставляемы были жить на особых местах и проч. Уже во второй половине XIV века земли лабские и балтийские были по большей части онемечены, и от Бодричей, Велетов, Сербов и Поморян остались только незначительные остатки. Немецкий язык господствовал здесь везде – в Мекленбурге, Ране, Поморье, Бранденбурге, Мишнии, Лужицах и Силезии. Только на нижнем Лабе, в Люнебургии, сохранились остатки Бодрицких Древлян, существовавших до конца прошлого столетия, да в обеих Лужицах остатки Сербов, не вымерших до сих пор. Славяне Балтийские и Лабские погибли вследствие внешнего насилия и внутренней слабости: сами они не сумели и не были в состоянии создать большое государство. Равным образом, не упрочилось в их соседстве на востоке, после Болеслава Храброго, государство Польское, на столько, чтобы они могли на него опираться при напоре Немцев. Немцы теснились все больше и больше на восток и Поляки, скоро после гибели своих балтийских и лабских соплеменников, должны были также начать с ними жестокую борьбу не только на западе, но и на севере, где вследствие польской неосторожности, внедрились хищные рыцари немецкие и распространялись все больше на восток в земли балтийские. (с.8-10) И.И. Первольф. Славянская взаимность с древнейших времен до XVIII века. СПб., 1874г., 296с. http://ia351439.us.archive.org/3/items/slavianskaiavza00perwgoog/slavianskaiavza00perwgoog.djvu 7.75Мб http://www.knigafund.ru/books/8556 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_352.htm Рщехомь МатрСве якожде бендехомь брантете земь нашiу лепiе Венды якве iдьша до западь Суре i тамо преде врзе земе раящуть i хыбенiу вiру iмуть одержетесе на нiе Боровынь бо реще яко есь сылень а людь та вiру iмящеть о словесы тоiа I не смьоi глупене iзумленi а вiере те не iмохмь до те Узрете ещьiе Венде врентетесе до земь нашiех о ступы древлiе А глендете ещье пощаре iнi яко ве дне оходу одо ПентыРiещеце i СемеРiеще кiльбова о десунь отщецена од ны

Ять: Венедские войны *** Когда Римская империя усилилась и оружие свое распростерла далече, тогда почувствовали насильство ея и славенские народы, жившие в Иллирике, в Далмацни и около Дуная, для чего в север уклонились к своим однородцам, которые издавна в нем жительствовали. По свидетельству Несторову, славяне в местах, где Новгород, обитали во время проповеди Евангелия Святым Апостолом Андреем. У Птоломея положены славяне около Великих Лук, Пскова, Старой Русы и Новагорода. Итак, явствует, что, ненавидя римского ига и любя свою вольность, славяне искали оной в странах полунощных, которою единоплеменные их пользовались, в местах пространных, по великим полям, рекам и озерам Михайло Ломоносов. Древняя Россiйская исторiя. (1766г.). Гл.2-5 http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_390.htm Описание венетов дал Цезарь в своих Записках о галльских войнах. В 56г. до н.э., когда Цезарь находился в Иллирике, от него отпали некоторые племена, и в том числе - венеты. По словам Цезаря, это племя пользуется наибольшим влиянием по всему побережью (amplissima auctoritas), имеет множество кораблей (naves habent veneti plurimas), сделало своими данниками всех плавающих на этом море (gui ео mari uti consuerunt, habent vectigalis) (Caes. BG, III, 7, 8). Вспомогательные войска венеты берут из Британии (auxilia ex Britania quae contra eas regiones posita est - BG, III. 9), где они имеют свой порт Эмпорий (Strabo. IV, 4,1). Цезарю предстояло сражение с венетами в закрытом море (in conculuso mari), то есть в проливе Ламанш или в Северном море Употребленное им слово - vectigal - было Цезарю хорошо известно, ибо под vectigal римляне понимали арендную плату за землю, а также другие виды сборов и налогов, в том числе и таможенный сбор [2, с.323]. Следовательно, vectigal означал здесь то, что море это находилось только в распоряжении венетов, и они считали его своим. Все плавающие в этом море обязаны были платить им таможенный сбор. Эмпорий венетов в Британии, о котором упомянул Страбон, был таможенной станцией венетов. Из слов Диона Кассия, относящихся к венетам времени Цезаря, можно заключить, что к началу военных действий, когда Цезарь выступил против венетов, сооружая флот, его действия приняли характер настоящей войны (Dio Cass. XXXIX, 40, 1-3). Война с венетами и на суше, и на воде заняла не одну кампанию (spes Venetici belli - Caes. BG, III, 18). Ю.К. Колосовская. Народ венетов в свидетельствах древних авторов. 1997. Античный мир и Византия. Харьков, с.104-113 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_642.htm 7. После этого Цезарь имел все основания считать Галлию вполне замиренной: действительно, была одержана победа над бельгами, прогнаны за Рейн германцы и в Альпах побеждены седуны. Поэтому он отправился в начале зимы в Иллирию, желая посетить и эти племена и познакомиться с их страной, как вдруг в Галлии вспыхнула война по следующему поводу. Молодой П. Красс зимовал с 7-м легионом у самых берегов Океана, в стране андов. Так как в этих местах было мало хлеба, то он разослал по соседним общинам за провиантом нескольких командиров конницы и военных трибунов. Между прочим, Т. Террасидий был послан к эсубиям, М. Требий Галл - к куриосолитам, Кв. Веланий с Т. Силием - к венетам. 8. Это племя пользуется наибольшим влиянием по всему морскому побережью, так как венеты располагают самым большим числом кораблей, на которых они ходят в Британию, а также превосходят остальных галлов знанием морского дела и опытностью в нем. При сильном и не встречающем себе преград морском прибое и при малом количестве гаваней, которые вдобавок находятся в руках именно венетов, они сделали своими данниками всех плавающих по этому морю. Они начали с того, что задержали Силия и Велания в уверенности, что через них они вернут своих заложников, выданных ими Крассу. Их примеру последовали и их соседи: со свойственной галлам наклонностью поспешно и внезапно принимать решения они задержали с той же целью Требия и Террасидия, немедленно разослали повсюду послов и через своих князей дали друг другу клятву - делать все не иначе как сообща и всякую участь делить вместе. Кроме того, они подняли на ноги и другие общины, убеждая их лучше оставаться верными свободе, унаследованной от предков, чем выносить римское рабство. Таким образом, они быстро склонили на свою сторону население всего морского побережья и затем сообща отправили к П. Крассу посольство с предложением вернуть им их заложников, если он желает получить назад своих людей. 9. Когда Цезарь получил от Красса известие об этом, он был слишком далеко от него. Поэтому он приказал строить тем временем военные корабли на реке Лигере, впадающей в Океан, организовать в Провинции комплект гребцов и набирать матросов и кормчих. Все это было скоро исполнено, и он поспешил сам к войску, как только это оказалось возможным по времени года. Венеты и их союзники понимали, какое преступление они совершили, задержав и заключив в оковы послов, звание которых всегда и у всех народов было священным и неприкосновенным; и поэтому при известии о приближении Цезаря они стали готовиться к войне соответственно с опасностью, которой она угрожала; главным же образом они стали приводить в боевую готовность свой флот, возлагая на него тем большие надежды, что они были уверены в естественных выгодах своей страны. Они знали, что их сухопутные дороги перерезаны лагунами, а плавание затруднительно по незнакомству с местностью и вследствие малочисленности гаваней; они были уверены также, что наши войска не могут слишком долго задержаться у них из-за недостатка провианта; и если бы даже все происходило вопреки их ожиданиям, то за ними остается численный перевес в кораблях, между тем как римляне ими не располагают, и, кроме того, в тех местностях, в которых им предстоит вести войну, они не знают ни отмелей, ни гаваней, ни островов; да и самое плавание в закрытом море совсем иное дело, чем в безбрежном, всюду открытом Океане. Согласно с принятым решением, они укрепляют города, свозят в них хлеб из деревень, стягивают как можно больше кораблей в Венетию, где Цезарь, несомненно, должен был начать военные действия. Для совместного ведения этой войны они принимают в союзники осисмов, лексовиев, намнетов, амбилиатов, моринов, диаблинтов, менапиев, а вспомогательные войска берут из противолежащей Британии. 10. Указанные трудности ведения войны, несомненно, были налицо; тем не менее многое побуждало Цезаря к тому, чтобы начать ее, а именно: насильственное задержание римских всадников, возобновление войны после капитуляции, отпадение после выдачи заложников, тайный союз стольких общин, особенно же опасение, что и остальные племена сочтут для себя то же самое дозволенным, если он здесь не примет решительных мер. И вот, понимая, что почти все галлы падки на все новое и очень легко и быстро поддаются подстрекательству к войне (вообще люди от природы стремятся к свободе и ненавидят рабство), он решил разделить свое войско и распределить его по возможно более широкому району, прежде чем еще большее число племен вступит в тайный союз. 11. Поэтому он послал легата Т. Лабиэна с конницей в страну треверов, живущих у самого Рейна, с поручением побывать у ремов и остальных бельгов и держать их в повиновении, а также отразить германцев (которых, по слухам, пригласили к себе на помощь бельги), в случае если они силой попытаются переправиться на кораблях через реку. Затем П. Крассу он отдал приказ отправиться с двенадцатью легионными когортами и многочисленной конницей в Аквитанию, чтобы воспрепятствовать посылке вспомогательных войск отсюда в Галлию и соединению этих обеих больших народностей. Легата Кв. Титурия Сабина он отправил с тремя легионами в страну венеллов, куриосолитов и лексовиев, чтобы по мере возможности разъединять их боевые силы. Наконец, молодой Д. Брут был назначен командиром флота и галльских кораблей, которые, по приказу Цезаря, должны были собраться туда из страны пиктонов, сантонов и из прочих замиренных местностей. При этом Бруту дан был приказ как можно скорее напасть на венетов. Сам Цезарь поспешил туда же со своей сухопутной армией. 12. Тамошние города обыкновенно были расположены на конце косы или на мысу, и к ним нельзя было подойти ни с суши, так как два раза в день, через каждые двенадцать часов, наступал морской прилив, ни с моря, так как при наступлении отлива корабли терпели большие повреждения на мели. Таким образом, то и другое затрудняло осаду городов. И если удавалось взять верх над жителями сооружением огромной насыпи и плотин, которые отбивали волны и достигали высоты городской стены, заставляя их отчаиваться в своем спасении, тогда они пригоняли множество судов, которые были у них в изобилии, увозили на них все свои пожитки и укрывались в ближайших городах. Там они снова оборонялись, пользуясь теми же выгодами местоположения. Все это тем легче удавалось им в течение значительной части лета, что наши корабли задерживались бурями и вообще плавание по безбрежному и открытому морю с высокими волнами его приливов и при редкости и даже почти при полном отсутствии гаваней было чрезвычайно затруднительно. 13. Надо сказать, что их собственные корабли были следующим образом построены и снаряжены: их киль был несколько более плоским, чтобы легче было справляться с мелями и отливами; носы, а равно и кормы были целиком сделаны из дуба, чтобы выносить какие угодно удары волн и повреждения; ребра корабля были внизу связаны балками в фут толщиной и скреплены гвоздями в палец толщиной; якоря укреплялись не канатами, но железными цепями; вместо парусов на кораблях была грубая или же тонкая дубленая кожа, может быть, по недостатку льна и неумению употреблять его в дело, а еще вероятнее потому, что полотняные паруса представлялись недостаточными для того, чтобы выдерживать сильные бури и порывистые ветры Океана и управлять такими тяжелыми кораблями. И вот когда наш флот сталкивался с этими судами, то он брал верх единственно быстротой хода и работой гребцов, а во всем остальном галльские корабли удобнее приспособлены к местным условиям и к борьбе с бурями. И действительно, наши суда не могли им вредить своими носами (до такой степени они были прочными); вследствие их высоты нелегко было их обстреливать; по той же причине не очень удобно было захватывать их баграми. Сверх того, когда начинал свирепеть ветер и они все-таки пускались в море, им было легче переносить бурю и безопаснее держаться на мели, а когда их захватывал отлив, им нечего было бояться скал и рифов. Наоборот, все подобные неожиданности были очень опасны для наших судов. 14. По завоевании нескольких городов Цезарь убедился, что все это напрасный труд, что даже захват городов не останавливает бегства неприятелей и вообще им нельзя причинить вред. Поэтому он решил дожидаться своего флота. Как только он пришел и показался врагам на глаза, около двухсот двадцати вполне готовых к бою и во всех отношениях отлично снаряженных кораблей вышли из гавани и стали против наших. Ни командир всего флота Брут, ни командовавшие отдельными кораблями военные трибуны и центурионы не могли решить, что им делать и какой тактики держаться в бою. Они знали по опыту, что корабельными носами повредить неприятелю нельзя, а если они и устанавливали на своих судах башни, то они не достигали высоты неприятельских корм, и, таким образом, обстрел их с более низкого пункта был не вполне действителен, тогда как галльские снаряды били с большей силой. Одно только наше приспособление оказалось очень полезным - острые серпы, вставленные в шесты и прикрепленные к ним, приблизительно вроде стенных серпов. Когда ими захватывали и притягивали к себе канаты, которыми реи прикреплялись к мачтам, то начинали грести и таким образом разрывали их. Тогда реи неизбежно должны были падать, и лишенные их галльские корабли, в которых все было рассчитано на паруса и снасти, сразу становились негодными в дело. Дальнейшая борьба зависела исключительно от личной храбрости, в которой наши солдаты имели тем больший перевес, что сражение шло на глазах Цезаря и всего войска и, следовательно, ни одно сколько-нибудь значительное проявление геройства не могло остаться незамеченным, ибо все ближайшие холмы и высоты, с которых открывался вид на море, были заняты нашим войском. 15. Когда реи, как мы указали, бывали сбиты, то по два и по три наших корабля окружали один неприятельский, и солдаты, напрягая все силы, старались перейти на неприятельские корабли. Когда, таким образом, было взято с бою несколько кораблей и варвары заметили, что против этого все средства были бессильны, они поспешили спастись бегством. Но когда они уже повернули свои корабли в направлении ветра, вдруг наступило на море такое безветрие и такая тишина, что они не могли двинуться с места. Эта случайность особенно содействовала окончанию всего предприятия: гоняясь за неприятельскими кораблями, наши захватывали их один за другим, так что изо всей их массы только очень немногие достигли при наступлении ночи берега после сражения, продолжавшегося приблизительно с четвертого часа дня до захода солнца. 16. Это сражение положило конец войне с венетами и со всем побережьем. Ибо туда сошлись все способные носить оружие, даже пожилые люди, обладавшие хоть некоторым умом и влиянием; в этом же пункте были отовсюду собраны все корабли, которые только были в их распоряжении. Все это погибло, и уцелевшим некуда было укрыться и неизвестно, как защищать города. Поэтому они со всем своим достоянием сдались Цезарю. Он решил строго покарать их, чтобы на будущее время варвары относились с большим уважением к праву послов, и приказал весь их сенат казнить, а всех остальных продать с аукциона. Гай Юлий Цезарь. Записки о галльской войне. События 57 года до н.э. (кн.III, 7-16). Венедская война http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/cezar/ Венде врентетесе до земь нашiех http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_642.htm

Ять: Полибий говорит, что венеты населяют излучину Адриатического моря. Он пишет, что - странами, доходящими до Адриатики, завладело очень древнее племя венетов. В отношении одежды и нравов они мало отличаются от кельтов, но говорят на ином языке. Писатели трагедий часто упоминают об этом народе и рассказывают о нем много чудес (Polyb. II, 17, 5-6). Если миф о венетах был так устойчив в исторической традиции древних, что сведения о них нашли отражение в труде такого историка как Полибий, это означает, что венеты существовали во времена Полибия и много ранее его. Для обозначения этнической общности венетов Полибий употребил слово язык и слово народ, подчеркивая, что речь идет о народе, пользующемся иным языком. Язык, как главная особенность устойчивости этноса, показывает, что там, где жили венеты, существовали и другие языки, и другие народы. Ю.К. Колосовская. Народ венетов в свидетельствах древних авторов. 1997. Античный мир и Византия. Харьков, с.104-113 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_642.htm Сообщение Полибия интересно тем, что в описании Адриатической Венетии у него сопоставлены и различены местные жители — лигуры, занимавшие Северную Италию до прихода венетов, а также кельтские племена, жившие по соседству и чересполосно с венетами и лигурами. Довенетское население Северной Италии в данном случае представляет интерес потому, что у них было сходное со славянами обозначение «воды» — «вада», а также потому, что долгое время сохранявшийся здесь культ Купавона был сходен со славянским культом Купалы. Венеты же привлекают внимание тем, что позднее часть славян усвоила самоназвание «венеды», «венды», а германские авторы часто отождествляли тех и других. А.Г. Кузьмин. Откуда есть пошла Русская земля..., М., 1986, т. II, cc. 524-525 http://www.adfontes.veles.lv/antique_slav/polibi.htm Странами, прилегающими к Адриатике, завладело другое очень древнее племя, называвшееся венетами. В смысле нравов и одежды они мало отличаются от кельтов, но языком говорят особым. Писатели трагедии упоминают часто об этом народе и рассказывают о нем много чудес. Из Всеобщей Истории Полибия (ок. 200-120 до н. э., греческий историк. Полибий называл свою Историю прагматической (греч. pragmatikos - деловой, от pragma - дело), понимая под этим изложение в первую очередь событий политической и военной истории. Считая историю наставницей жизни, он видел главную задачу историка не в описании, а в объяснении событий, раскрытии причин явлений и их взаимосвязей) http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/Polib/02.php

Ять: Расселение венетов (энетов) по И. Шавли В самой тесной связи с историей славянства находятся венеты (венеды), которых средневековые авторы даже прямо отождествляют со славянами. Сложность вопроса и в этом случае заключается в том, что имя венетов прилагается как будто к разным народам, далеко отстоящим друг от друга. ...Во II в. венедов упоминают Птолемей и Тацит. Птолемей, давая описание «Сарматии», отмечает, что «Европейская Сарматия ограничивается на севере Сарматским океаном по Венедскому заливу…Заселяют Сарматию очень многочисленные племена: венеды — по всему Венедскому заливу». Западной границей венедов Птолемей представляет реку «Вистулу», на юге к ним примыкают певкины и бастарны. Тацит попытался определить этническую природу венедов. Но у него был выбор лишь между германцами и сарматами, и очевидно было, что ни к тем ни к другим венеды не относились. Тацит отметил также, что венеды «ради грабежа рыщут по лесам и горам, какие только не существуют между певкинами и феннами». Очевидно, в начале н.э. влияние венедов распространяется от побережья до Прикарпатья. Видимо, это же время отразили «Певтингеровы таблицы», где венеды названы дважды, в том числе в качестве населения Прикарпатья. Вопроса о взаимоотношении адриатических и балтийских венетов касались многие авторы. А.С. Фаминцын, в частности, указывал на некоторые параллели в верованиях. По Страбону, адриатические венеты поклонялись священной роще, озеру, семи источникам. Поклонение дубовым рощам и источникам А.С. Фаминцын отмечал у балтийских славян. Самой же яркой деталью, сближавшей венетов столь отдаленных друг от друга областей, являлось почитание коня. Священная конюшня при главном боге на острове Рюгене насчитывала 300 лошадей, причем непосредственно около идола находился белый конь, кормить которого и ездить на котором мог только верховный жрец. С помощью священного коня осуществлялось гадание, и конь являлся непременным атрибутом языческого культа и в Арконе, и в Ретре, и в Щецине, и в Волине — т. е. основных центрах балтийских славян Аполлон Кузьмин. Начало Руси: Тайны рождения русского народа. 3. Венеты на исторической карте Европы http://statehistory.ru/books/Apollon--Kuzmin_Nachalo-Rusi-Tayny-rozhdeniya-russkogo-naroda/8 ...Спутники Антенора обосновались на северо-востоке Италии, в приальпийских землях Транспаданской Галлии. Здесь обитали племена иллирийцев, и отсюда через Карнийские Альпы пролегала древняя дорога в северные области Европы. Паннонские Альпы - цепь гор, отделявшая Паннонию от Италии (Tacit. Hist., II, 98), именовались также и Венетскими горами (venetas appellabat antiquitas - Amm. Marcel. XXXI, 16, 7). Поселение венетов здесь едва ли было мирным. Они овладели землями племени евганеев, история которых почти не известна. Известен их царь Велес (Velesus) и 34 племенные общины (civitates) евганеев. Их центрами считают Альтин, Верону, Апон. Аквилею, Патавий [10, coll. 412-413]. Очевидно, это был мирный, земледельческий народ. Ювенал в одной из своих сатир (VIII, 15) употребил выражение - евганский ягненок - как пример кротости и миролюбия этого народа. Ю.К. Колосовская. Народ венетов в свидетельствах древних авторов. 1997. Античный мир и Византия. Харьков, с.104-113 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_642.htm

Ять: Славяно-вендское сказание I се бящеть ова щасе оседень огнщано I се iе блг бя i Бзе iемоу даяце овнi мнга i скотiа о пасiстве о ступiех I се бящеть овеiе пре трвех мнгеiех i Бозiе даяце моу сктiу преплоднествы i умнозая iе I такове iде пред ощес iех стран меж i реще моу Iзыдешуте сыны тва о земе тоя до крае чюдня iже iесте о захждене Суне I та Суне спiе о одре златiе I се Комннещ скакащеть до iе i рещеть Сунiе Гренде Суне до лузы сва сынiа То iмаше скощете до повозу твоего i срящеце од востоце I тако рещено бя скакащеть сые до iне крае I Вещер скакщеть блiзень Iе iнь Комоньщець рещешете iже Суне заiде за горе сва i возiце све златне онещеть i то ворозе хотящете утатете I тiе блiзеньце Комонщаце оскаще до iнь крае I тако Зрiа iде а венде згы сва i одiегы ДажБове трясе i згы тещяшуть до крае небесне I се реще I тако сыне два iдьща до захождене Суне i вiдяе тамо многа чюды i траве злащне I текста до Оце рЪщешете iмоу яко красiен крае тоiе I се многа племены i родi iзрщеша воле те стенженте до трпы тоя i грендеша всiе поа оседеню I ту реце ОреоОце о сыны сва быте на щеле о все родi I не хотящете оны I одiелещесе на се i овье Се бо кнеже iдне веде люды сва о поленде i Оpe венде о крае морсте I ту бя сушня влка i пiсяце многа I грендеща до горы i тамо седшесе на полевiек i опреже оутворяще комоньствы влка iдяшете о земе цюже I тамо вое стащесе на тропы iе i досiльца iе пратесе i бя рострщены I такове iдьша далье i выдяе земе тiеплы i небрегоща iех яко многiе цюже племенi тамо сiдяе i гренде далiе Се бо Бзе вендеша iе яко люде сва I тякоста ова до горы влке I тамосе пероуще о вразiе iдьша дале А те крате iмяхомь сен споменоуте на то i тягенте за сва якожде i Оце нашiе ощыстесе молбоу омовiе i мытесе молбы творяце о щiстiе душiе све i тiелесо яко Сврг суставе тоя мовенестве i Купалещ о та оуказещеть I не сьмiемохомь о то занещете i сен мыiемо тiелесо i умыемо духе сва о щiсте водiе жывiе I то грендiехомь трудете сен о всак ден молбы твряе i Суре пiящете якожде допрiжь яхомь I ту пентократы опыiемо дены i хвалехомь Богы нашiа о радосще тоiе яко сен осуре млеко нашiе на прпыте нашiе i крмь (I крмь) iде о кравiе до ны i тiемо жiвiемо I траве злащнiе оуварiехомь ове до млекы i тако яждiехомь кажедь щасте свое i тещахомь То реку те сыне мое яко времено нiе остращено нiже iе вiещне преды ны I тамо зрящехомь ПраЩуре свое i Матере iжe ряхоуте до Сварзе I тамо стаде свiа попасуте iмоуте i вiены сва вiеноуте i жывот iмящуте якожде нашь Тамо нi есте Iегунште нi Еланьште нiжiе Праве кнежiте iма I та Правiе iстiа яко Навiе совлещенiа нiже Яве дана i пребенде о вiек вiекы о СвентуВiдiу I се ЗареБог iдiе крае тiе i рiещешеть о ПраЩурiе нашiа яко жiвiехомь о земiе i яко страждiехомь iжде се боте iзжде iмяхомь зол многiа I тамо злы нi iмящуть i травiе зеленеiа стрещоуте iма I стрещешуть шлесте све о волiе Божьсте i щастiе люде тiех I тако iмяхомь зряте стенпы раяiстiе о Сврзе яко сынiа iе I та сыне iдешеть о Бга Свраогоу I Влес iде правенте стаде iех i тещяшуть на злаце i воде жiвiе I нiкоiе iе одерень о краiе тоем i рабе iне неiсте тамо I жертьвы iнiа якожде хлiебы не iмяе I се выногрозе i мед i зрно дае до молебь тiех I тако i рiещехомь Славу Бземь яковiе соуте Оце наше i iсьме сыны iех I достоехомь бендете о щiстоте тiелiеснеа i душiе нашiе яква нiколе не умiраiеть i не заоумiраiеть за щасе смрте тiелес нашiех I падещему о полiе пре Пероунiця дае водоу жiвоу опыте I опыщеть iу iде до Сврзе на Комонiе Бiлiе I тамо Перунько iе встрiещеть i венде до благе све щертозыцiу I тамо пребендеть о щас оне i достащеть тiелесо ново i тако жiвiете iмае о радоще те Се прiснiе i до вiекы вiек про ны молбе тврiаце И был в те времена оседлый огнищанин. И вот, он благ был, и Боги ему давали овнов многих и скота на пастбищах в степях. И вот были они при травах многих, и Боги давали ему скоту приплод и умножали его. И так пришел пред их очи странник и говорил ему: (Пусть) выйдут сыны твои из земли этой в край чудесный, за заходом солнца, и там Солнце спит на ложе (одре) золотом. И вот Конник скачет к Нему и говорит Солнцу: Иди, Солнце, в Луга свои Синие. Ведь надобно (Тебе) вскочить в повозку свою и показаться на востоке. И, так сказав, скачет тот в другие края. И Вечер скачет близнец (ср. ведийских близнецов-всадников Ашвинов). И другой Конник говорит, что Солнце заходит за горы свои и возок свой золотой оставляет, и его вороги хотят украсть. И тот близнец-Конник скачет в другие края. И так Заря идет и ведет искры свои и одежды Даждьбоговы трясет, и искры несутся в края небесные. И так сказал (он). И так два сына пошли к закату солнца и видели там многие чудеса и травы злачные. И мчатся к Отцу, сказать ему, как прекрасен край тот. И вот многие племена и роды изрекли волю следовать по пути тому, и двинулись (они) все, (чтобы) поселится (там). И тут сказал Отец Орей, чтобы сыны его были впереди всех родов. И не захотели они, и поделились на этих и тех. Вот (некий) князь идет, ведет людей своих на полдень, и Орей ведет к краям морским. И тут была сушь великая и пески многие. И пошли (они) в горы, и там осели на полвека и, собрав прежде конницу великую, пошли в земли чужие. И там воины встали на пути их и принуждали их сражаться и были разбиты. И так они шли дальше и увидели земли теплые и пренебрегли ими, потому как многие чужие племена там сидели, и пошли дальше. И вот, Боги вели их, как людей своих. И двинулись они к горам великим. И там, сражаясь с врагами, шли дальше. А на сей раз надобно (нам) вспомнить о том и идти за своими, как и Отцы наши, очиститься молитвою, омовением, и мыться, молитвы творя с чистою душою своею и телом, как Сварог установил это омовение и Купалещ о том указует. И не смеем (мы) этим-то пренебречь и моем себе тело, и умываем души свои чистою водою живою. И вот идем (мы) трудиться всякий день, молитвы творя, и суру пьем ту, как и в прежние времена (мы) имели (то). И ее пять раз пьем в день и восхваляем Богов наших о радости этой, когда (она) осурится. Молоко наше, для пропитания нашего и прокорма, идет к нам от коров, и тем мы живем. И травы злачные - варим их в молоке, и так едим каждый часть свою и идем трудиться. То реку тебе, сыне мой, что время не потеряно, но вечно впереди нас. И там увидим Пращуров своих и Матерей, которые трудятся во Сварге и там стада свои пасут и жнивье свое жнут, и жизнь имеют такую же, как и нашу. Там нет ни Егунцев, ни Эланцев, но Правь княжит ими. И та Правь истинна, потому как Навь стянута (вниз), но Явь дана и пребудет во веки веков у Святовида. И вот Заребог (СветоЗар) идет краем тем и речет пращурам нашим, как живем (мы)как страдаем там, где (мы) есть, и где много зол (у нас). А там зол нет (у них), и травы зеленые шелестят им. И шелестят шелестом своим о Воле Божьей и счастии людей тех. И так увидим (мы) степи райские во Сварге, каковая синяя есть. И та синь идет от Бога Сварога. И Влес идет править стада их, и идут (они) на злаки и воду живую. И никто не закабален в крае том, и рабов (никаких) других нет там, и жертв иных, нежели хлеб, нет, и вот виноград и мед, и зерно дают на молебствиях тех. И так и речем (мы) славу Богам, каковые суть Отцы наши, и мы - сыны Их. И следует (нам) быть во чистоте телесной и души нашей, которая никогда не умирает. И не умрем во время смерти телес наших. И падшему на поле битвы Перуница дает воды живой испить. И изопьет (он) ее, (и) пойдет во Сваргу на коне белом. И там Перунько его встречает и ведет во благой свой чертог. И там пребудет (он) во время то и получит тело новое, и так жить ему в радостях тех всех присно и во веки веков, за нас молитвы творя (перевод Н. Слатина). А цитай ету книгу да з доски на доску! Дощечка 26 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_344.htm Четыре Мира-Света в Религиозно-Поэтическом Представлении Славян 1. Небо, престол Божий. 2. Небеса: Небесно-Голубой или Лазурный Свет. 3. Светозар - светило Лазурного Света. 4. Небесная твердь с раем - твердь Лазурного Света. 5. Даж-Бог - светило Белого Света. 6. Мокошь. 7. Перун (Черная Туча). 8. Белый свет. 9. Земля - твердь Белого Света. 10. Великий Поток. 11. Могилицы или Ямы - твердь Серого Света. 12. Серый свет. 13. Морок (мрак) или Морило - светило Серого Света. 14. Срубы - твердь Черного Света. 15. Черный Свет. 16. Черная Потьма - светило Черного Света. 17. Пек или Пекло. 18. Зубы Черной Потьмы - ворота в Черный Свет. Четыре Мира-Света Согласно содержанию поэмы Сварог (которого полностью нельзя поместить в сей книжке из-за недостатка места) в религиозно-поэтическом представлении дохристианских имелись четыре мира-света, два из них над землей и два под ней: 1. Белый Свет (свет в понимании белой ясности, белого сияния или луча, которым проявлял себя Сварог в кромешном хаосе до создания миров. С временем слово свет-сияние приняло значение слова мир. В галицком наречии свет значит только мир, а вместо слова свет в значении ясности, употребляется слово свЪтло (и. с. ср. рода, с ударением на первом слоге - полонизм от свiатло. Но галичане до сих пор употребляют слова ощ-свЪта, до-сЪтки) - наш свет, с твердью-землей, солнцем (Дажь-Богом), Перуном (Черной Тучей-Хмарой), луной-месяцем (Мокошью) и звездами-зорями. На земле, покрытой растительностью, жили дедьки, люди и другие земные твари. Над этим светом царил Творец его - Бог богов Дед Сварог.с прибогами Сварожичами. Наши отдаленные предки представляли себе свой Белый Свет в виде исполинского купола, верх которого составляла небесная твердь (небосвод), обрамляющая низами небосклона нашу землю. 2. Над Белым Светом возвышался духовный и невидимый Небесно-голубой, Лазурный Свет, который представляли себе также в виде купола над куполом Белого Света. Верх и склоны купола Белого Света составляли для Лазурного Света его твердь-рай, заменявший в нем нашу твердь-землю. Отсюда в древне-славянском языке небосвод (фирмамент) именуется твердь. Лазурный Свет имел свои тихие, ласкающие лазурные солнца-светила, среди которых сиял больше всех сам Сварог-Светозар, имел лазурные звезды, и Небо - престол Божий, под самим верхом купола. В этот Свете жил царь небесный Сварог и другие небожители, а также блаженные людские души. Твердь и небо, вместе взятые, назывались Небесами... Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm

Ять: Почему Сварга синяя? Четыре Мира-Света в Религиозно-Поэтическом Представлении Славян 1. Небо, престол Божий. 2. Небеса: Небесно-Голубой или Лазурный Свет. 3. Светозар - светило Лазурного Света. 4. Небесная твердь с раем - твердь Лазурного Света. 5. Даж-Бог - светило Белого Света. 6. Мокошь. 7. Перун (Черная Туча). 8. Белый свет. 9. Земля - твердь Белого Света. 10. Великий Поток. 11. Могилицы или Ямы - твердь Серого Света. 12. Серый свет. 13. Морок (мрак) или Морило - светило Серого Света. 14. Срубы - твердь Черного Света. 15. Черный Свет. 16. Черная Потьма - светило Черного Света. 17. Пек или Пекло. 18. Зубы Черной Потьмы - ворота в Черный Свет. Четыре Мира-Света Согласно содержанию поэмы Сварог (которого полностью нельзя поместить в сей книжке из-за недостатка места) в религиозно-поэтическом представлении дохристианских имелись четыре мира-света, два из них над землей и два под ней: 1. Белый Свет (свет в понимании белой ясности, белого сияния или луча, которым проявлял себя Сварог в кромешном хаосе до создания миров. С временем слово свет-сияние приняло значение слова мир. В галицком наречии свет значит только мир, а вместо слова свет в значении ясности, употребляется слово свЪтло (и. с. ср. рода, с ударением на первом слоге - полонизм от свiатло. Но галичане до сих пор употребляют слова ощ-свЪта, до-сЪтки) - наш свет, с твердью-землей, солнцем (Дажь-Богом), Перуном (Черной Тучей-Хмарой), луной-месяцем (Мокошью) и звездами-зорями. На земле, покрытой растительностью, жили дедьки, люди и другие земные твари. Над этим светом царил Творец его - Бог богов Дед Сварог.с прибогами Сварожичами. Наши отдаленные предки представляли себе свой Белый Свет в виде исполинского купола, верх которого составляла небесная твердь (небосвод), обрамляющая низами небосклона нашу землю. 2. Над Белым Светом возвышался духовный и невидимый Небесно-голубой, Лазурный Свет, который представляли себе также в виде купола над куполом Белого Света. Верх и склоны купола Белого Света составляли для Лазурного Света его твердь-рай, заменявший в нем нашу твердь-землю. Отсюда в древне-славянском языке небосвод (фирмамент) именуется твердь. Лазурный Свет имел свои тихие, ласкающие лазурные солнца-светила, среди которых сиял больше всех сам Сварог-Светозар, имел лазурные звезды, и Небо - престол Божий, под самим верхом купола. В этот Свете жил царь небесный Сварог и другие небожители, а также блаженные людские души. Твердь и небо, вместе взятые, назывались Небесами... ...Прибоги-Сварожичи...ВЕлесь или ВолОс, Дед Ладо, у белороссов Боган, бог изобилия, податель материальных и духовных благ. Так как в седую старину скот считался единственным источником богатства, Велес был и Скотьим богом. Стройный красавиц, с длинными, ниже плеч волосами в тулупчике с волосом вверх, с калитой (кожаной сумкой) на левой стороне через правое плечо и с чересом (широким двойным, кожаным поясом). В калите у него хранились материальные, а в чересе духовные блага. Когда он наделял кого материальным богатством, открывал калиту, потрясал ею и сыпал из нея материальные дары, из череса же сновал духовные дарования для того, кого хотел сделать мудрецом, поэтом, музыкантом и т.д. Дохристианская пословица За сиротою Бог с калитою - относилась к нему. На небесах (на небесной тверди) он имел свое большое хозяйство, свои стада, пасеку, варил небесный мед, имел также свои ткацкие, гончарские и другие мастерские, вообще он был образцовым небесным хозяином и служил примером для всех хозяев на земле Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm I тако iмяхомь зряте стенпы раяiстiе о Сврзе яко сынiа iе I та сыне iдешеть о Бга Свраогоу I Влес iде правенте стаде iех i тещяшуть на злаце i воде жiвiе I нiкоiе iе одерень о краiе тоем i рабе iне неiсте тамо I жертьвы iнiа якожде хлiебы не iмяе I се выногрозе i мед i зрно дае до молебь тiех I тако i рiещехомь Славу Бземь яковiе соуте Оце наше i iсьме сыны iех И так увидим (мы) степи райские во Сварге, каковая синяя есть. И та синь идет от Бога Сварога. И Влес идет править стада их, и идут (они) на злаки и воду живую. И никто не закабален в крае том, и рабов (никаких) других нет там, и жертв иных, нежели хлеб, нет, и вот виноград и мед, и зерно дают на молебствиях тех. И так и речем (мы) славу Богам, каковые суть Отцы наши, и мы - сыны Их (перевод Н. Слатина). А цитай ету книгу да з доски на доску! Дощечка 26 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_344.htm

Ять: Рай Славянский Четыре Мира-Света в Религиозно-Поэтическом Представлении Славян 1. Небо, престол Божий. 2. Небеса: Небесно-Голубой или Лазурный Свет. 3. Светозар - светило Лазурного Света. 4. Небесная твердь с раем - твердь Лазурного Света. 5. Даж-Бог - светило Белого Света. 6. Мокошь. 7. Перун (Черная Туча). 8. Белый свет. 9. Земля - твердь Белого Света. 10. Великий Поток. 11. Могилицы или Ямы - твердь Серого Света. 12. Серый свет. 13. Морок (мрак) или Морило - светило Серого Света. 14. Срубы - твердь Черного Света. 15. Черный Свет. 16. Черная Потьма - светило Черного Света. 17. Пек или Пекло. 18. Зубы Черной Потьмы - ворота в Черный Свет. Четыре Мира-Света Согласно содержанию поэмы Сварог (которого полностью нельзя поместить в сей книжке из-за недостатка места) в религиозно-поэтическом представлении дохристианских имелись четыре мира-света, два из них над землей и два под ней: 1. Белый Свет (свет в понимании белой ясности, белого сияния или луча, которым проявлял себя Сварог в кромешном хаосе до создания миров. С временем слово свет-сияние приняло значение слова мир. В галицком наречии свет значит только мир, а вместо слова свет в значении ясности, употребляется слово свЪтло (и. с. ср. рода, с ударением на первом слоге - полонизм от свiатло. Но галичане до сих пор употребляют слова ощ-свЪта, до-сЪтки) - наш свет, с твердью-землей, солнцем (Дажь-Богом), Перуном (Черной Тучей-Хмарой), луной-месяцем (Мокошью) и звездами-зорями. На земле, покрытой растительностью, жили дедьки, люди и другие земные твари. Над этим светом царил Творец его - Бог богов Дед Сварог.с прибогами Сварожичами. Наши отдаленные предки представляли себе свой Белый Свет в виде исполинского купола, верх которого составляла небесная твердь (небосвод), обрамляющая низами небосклона нашу землю. 2. Над Белым Светом возвышался духовный и невидимый Небесно-голубой, Лазурный Свет, который представляли себе также в виде купола над куполом Белого Света. Верх и склоны купола Белого Света составляли для Лазурного Света его твердь-рай, заменявший в нем нашу твердь-землю. Отсюда в древне-славянском языке небосвод (фирмамент) именуется твердь. Лазурный Свет имел свои тихие, ласкающие лазурные солнца-светила, среди которых сиял больше всех сам Сварог-Светозар, имел лазурные звезды, и Небо - престол Божий, под самим верхом купола. В этот Свете жил царь небесный Сварог и другие небожители, а также блаженные людские души. Твердь и небо, вместе взятые, назывались Небесами... ...Славяне верили в загробную жизнь и в безсмертие души и, как никто другой в мире, почитали души своих предков. У русских славян для этого имелись особые праздники, обряды и игры. Еще до принятия христианства, у них было понятие о добре и зле и о посмертном награждении души раем (Масуди, Ибн-Фоцлан) или наказании ея пеком (или пеклом), при чем они вознеслись до наивысшего понятия о своем едином Боге и верили (и это можно услышать и ныне от галицко-русского крестьянина), что Бог, как совершеннейшее добро, не наказывает, а карает сам грех, т.е. злое дело, которое вмещает в себя и наказание, подобно как благое дело содержит в себе и награду; что кара из греха и награда из благого дела являются сами по себе как дым из огня и пар из воды. Эта кара или награждение никогда не минуют прегрешившего (Кара го будете тяжка а Род его iзврзете i Жале не оплащете его iмено его забоуднесете - Дощ.32) или благочестивого. От этого простолюдина, сохранившего невольно учение древней славянской веры, можно услышать также, что грешники в пекле (аду) не обречены на вечные муки, что придет время, когда люди на земле опять станут Божьими детьми и будут творить только добро, которое белым могучим лучом проникнет в пекло и, разсеяв черную тьму, переменит его в рай и таким образом освободит от мук всех в нем пребывающих. Слово пек, пекло - употребляется в Галичине, как и во всех других славянских странах, вместо употребляемого в русском литературном языке греческого слова ад. Выражения: бог, дух, душа, небо-небеса, рай, пек-пекло, черт, бес, дедько, добро, зло, грех, совесть и многие поговорки и пословицы к ним относящийся - дохристианские, в чем соглашаются почти все мифологи... Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm I то грендiехомь трудете сен о всак ден молбы твряе i Суре пiящете якожде допрiжь яхомь I ту пентократы опыiемо дены i хвалехомь Богы нашiа о радосще тоiе яко сен осуре млеко нашiе на прпыте нашiе i крмь (I крмь) iде о кравiе до ны i тiемо жiвiемо I траве злащнiе оуварiехомь ове до млекы i тако яждiехомь кажедь щасте свое i тещахомь То реку те сыне мое яко времено нiе остращено нiже iе вiещне преды ны I тамо зрящехомь ПраЩуре свое i Матере iжe ряхоуте до Сварзе I тамо стаде свiа попасуте iмоуте i вiены сва вiеноуте i жывот iмящуте якожде нашь Тамо нi есте Iегунште нi Еланьште нiжiе Праве кнежiте iма I та Правiе iстiа яко Навiе совлещенiа нiже Яве дана i пребенде о вiек вiекы о СвентуВiдiу I се ЗареБог iдiе крае тiе i рiещешеть о ПраЩурiе нашiа яко жiвiехомь о земiе i яко страждiехомь iжде се боте iзжде iмяхомь зол многiа I тамо злы нi iмящуть i травiе зеленеiа стрещоуте iма I стрещешуть шлесте све о волiе Божьсте i щастiе люде тiех I тако iмяхомь зряте стенпы раяiстiе о Сврзе яко сынiа iе I та сыне iдешеть о Бга Свраогоу I Влес iде правенте стаде iех i тещяшуть на злаце i воде жiвiе I нiкоiе iе одерень о краiе тоем i рабе iне неiсте тамо I жертьвы iнiа якожде хлiебы не iмяе I се выногрозе i мед i зрно дае до молебь тiех I тако i рiещехомь Славу Бземь яковiе соуте Оце наше i iсьме сыны iех I достоехомь бендете о щiстоте тiелiеснеа i душiе нашiе яква нiколе не умiраiеть i не заоумiраiеть за щасе смрте тiелес нашiех I падещему о полiе пре Пероунiця дае водоу жiвоу опыте I опыщеть iу iде до Сврзе на Комонiе Бiлiе I тамо Перунько iе встрiещеть i венде до благе све щертозыцiу I тамо пребендеть о щас оне i достащеть тiелесо ново i тако жiвiете iмае о радоще те Се прiснiе i до вiекы вiек про ны молбе тврiаце И вот идем (мы) трудиться всякий день, молитвы творя, и суру пьем ту, как и в прежние времена (мы) имели (то). И ее пять раз пьем в день и восхваляем Богов наших о радости этой, когда (она) осурится. Молоко наше, для пропитания нашего и прокорма, идет к нам от коров, и тем мы живем. И травы злачные - варим их в молоке, и так едим каждый часть свою и идем трудиться. То реку тебе, сыне мой, что время не потеряно, но вечно впереди нас. И там увидим Пращуров своих и Матерей, которые трудятся во Сварге и там стада свои пасут и жнивье свое жнут, и жизнь имеют такую же, как и нашу. Там нет ни Егунцев, ни Эланцев, но Правь княжит ими. И та Правь истинна, потому как Навь стянута (вниз), но Явь дана и пребудет во веки веков у Святовида. И вот Заребог (СветоЗар) идет краем тем и речет пращурам нашим, как живем (мы)как страдаем там, где (мы) есть, и где много зол (у нас). А там зол нет (у них), и травы зеленые шелестят им. И шелестят шелестом своим о Воле Божьей и счастии людей тех. И так увидим (мы) степи райские во Сварге, каковая синяя есть. И та синь идет от Бога Сварога. И Влес идет править стада их, и идут (они) на злаки и воду живую. И никто не закабален в крае том, и рабов (никаких) других нет там, и жертв иных, нежели хлеб, нет, и вот виноград и мед, и зерно дают на молебствиях тех. И так и речем (мы) славу Богам, каковые суть Отцы наши, и мы - сыны Их. И следует (нам) быть во чистоте телесной и души нашей, которая никогда не умирает. И не умрем во время смерти телес наших. И падшему на поле битвы Перуница дает воды живой испить. И изопьет (он) ее, (и) пойдет во Сваргу на коне белом. И там Перунько его встречает и ведет во благой свой чертог. И там пребудет (он) во время то и получит тело новое, и так жить ему в радостях тех всех присно и во веки веков, за нас молитвы творя (перевод Н. Слатина). А цитай ету книгу да з доски на доску! Дощечка 26 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_344.htm

Ять: И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Дед Перун *** История совершает свой путь последовательно и постепенно. Это, как известно, общий закон исторического движения. Во внешней истории народов повидимому бывают перевороты, но только по видимому, потому что и здесь всякое явление - непременно вытекает из предыдущих, находящихся в известных с ним отношениях и связи. Что же касается до внутренней истории, истории народного духа, убеждений, понятий, обычаев, то тут не бывает и кажущихся скачков, перерывов. Особенное же значение этот закон имеет в области религиозной - где все, по народному воззрению, запечатлено авторитетом божественным. В этой области человек консервативен по преимуществу. Это особенно нужно сказать о целых народах. Медленно и постепенно одна религиозная форма сменяет другую: по большей части старое здесь долго уживается с новым - то и другое вступают друг с другом в сделку, взаимно проникаются, и только с течением более или менее значительного времени новое берет перевес и вытесняет старое. И это вполне справедливо не только по отношению к истории языческих религий, но и в отношении к истории религии христианской. Христианские понятия и начала входят в жизнь и сознание народов не вдруг, а мало-по-малу, у одного скорее, у другого медленнее, смотря по разным историческим обстоятельствам, в той или другой степени содействующим или препятствующим этому. Старое язычество и в христиаскую эпоху народной истории обыкновенно заявляет о своем существовании, прорываясь, так сказать, на каждом шагу этой истории и налагая свою печать на народное понимание новой религии. Изменяются имена, форма, а значение, сущность дела, смысл всего долго-долго остаются те же - чисто языческого свойства. Не говорим уже, что вообще старый (языческий) склад народного миросозерцания и жизни обыкновенно проходит по всей истории новой (христианской) веры и, при всей ея универсальности (всеобщности) определяет народную ея физиономию. Вот почему для надлежащего понимания церковно-исторических явлений в жизни того или другого народа, кроме других условий, необходимо изучение предшествовавшего христианству народного язычества, что и делают многие, напр., изследователи церковной истории на древней грекоримской почве. Понятно, после этого, как важно для уразумения русской церковной истории ознакомление, между прочим, с русским, т.е. славяно-русским, язычеством. Такое ознакомление, конечно при прочих условиях, может обьяснить многие факты и весь строй многовековой церковно-исторической жизни нашего отечества. Но этого мало. Славяно-русское язычество представляет не только научно-исторический, но и современно практический интерес. Известно, что, несмотря на девятисотлетний почти период времени с тех пор, как крещена земля в русскую веру, у нас еще и доселе остается очень много следов нашей языческой старины - языческих верований, преданий и обрядов, не говоря еще о чисто внешнем, можно сказать, языческом отношении к христианству массы народной. Надлежащее знакомство с русским язычеством дает возможность сознательно относиться к означенным остаткам нашей старины - понимать их смысл и значение, их силу и слабость, что из них и почему особенно усердно держалось и держится против истинной веры, в чем, наконец, состоит отличительный характер искажений, которые производят они в народном православии. ...Языческие верования и представления вообще имеют свою историю, начало которой восходит к незапамятной эпохе арийцев. Но проследить за их развитием шаг за шагом чрезвычайно трудно, да и едва ли возможно. Мифология не знает хронологии. - Память о языческой старине - говорит А.Н. Афанасьев, - доносимая нам в устных преданиях и символических обрядах, сливает все частности во едино, и разом, в нелегко-разрываемой связи, передает то, что создавалось в течение многих и многих лет (т.1, с.57) ...Между светлыми славяно-русскими божествами первое место принадлежит Сварогу (от скр. svar - небо и заходить), богу неба Другое славянское имя этого бога Дый (от скр. div - небо, Dyaus - отец небо...Ему соответствует лат. Deus...). Верование в Сварога восходит к древнейшей эпохе политеизма. Сначала под именем Сварога разумелось просто небо, которое как вместилище светлого начала - света и тепла, первоначально у всех народов обоготворялось по преимуществу, и к которому во времена политеизма, по всей вероятности, приурочена была первобытная идея единобожия. В большей части языков слова, обозначающие небо, служат и названиями Бога. В наших заговорах говорится: Ты, Небо, слышишь, ты, Небо, видишь!...Бог, упоминаемый в договоре Игоря и Святослава с греками (X в.), есть, по всей вероятности, Сварог славянский, имя которого прямо приводится в Ипатьевской летописи. О нем упоминает Гельмольд, приписывая ему владычество над небом. О нем же говорит и Прокопий (VI в.), как о единственном (у славян) владыке вселенной и создателе молний...Сварог - это бог богов, их родоначальник, прабог (ср. пращур, прадед), в отношении к которому все другие светлые божества представлялись его детьми, прибогами...По древнему сказанию, он предается покою, представляя творчество и управление вселенною своим детям (Аф. т.1, 65) Митрофан Доремидонтович Никифоровский (настоятель Церкви Божией Матери Всех Скорбящих Радости). Русское язычество. Опыт популярного изложения научных сведений о языческой религии русских славян. СПб., тип. духовного журн. Странник, 1875г., 125с. http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_359.htm Вместо предисловия Прибоги, земные работники, были у славян до принятия христианства тем же, чем являются теперь у них святые после принятия христианства. Они, их, прибогов, невольно чтят языческими песнями и совершаемыми ими языческими обрядами и до сих пор, заменив их языческие имена христианскими: Перуна - Св. Илией или Св. Николаем, Купала - Св. Иоанном Крестителем, Велеса - Св. Василием или Св. Власием, и т.д. В представлении славян этот единый Бог Творец и Вседержитель был и единственным начальником-князем, хозяином своего солнечного хозяйства Белого Света и небес так же, как у них старший в роде считался в старину единственным хозяином, начальником-князем всего рода или задруги и их имущества. Они, славяне, молились только ему - Богу Творцу и сохранившиеся припевы: Сияй, сияй Боже!, Слава Богу на небе!, Благослови Господь детей своих!, Славен еси, наш милый Боже, на небеси! др. относились к нему и пелись ему, но праздники с играми, танцами-хороводами в боголесьях (гаилками в гаях) были сопряжены с доступными и понятными человеку проявлениями божества в природе, т.е. с прибогами. По свидетельству Прокопия славяне верили, что Сва-Рог оставил Белый Свет и Землю (по всей вероятности после грехопадения дедьков и людей, призвавших к себе Черную ПОтьму), но в своем милосердии, чтоб Белый Свет сразу не переминился в Черный, оставил им своих Сварожичей (Перуна, Дажь-Бога, Мокошь и др.). Перун, представлялся народу самым могучим и как бы стоящим во главе всех прибогов Сварожичей, как бы заместителем Бога. Поэтому русские князья-язычники, при заключении договоров с христианской Византией, клялись Богом и Перуном, а также и Велесом. Договоры были военно-торговые. Князья клялись Богом, т.е. Сва-Рогом и в добавок Перуном, как княжеским и дружинным богом войны, и Велесом, которого русские купцы сделали своим покровителем и богом торговли (В договоре Святослава (лаврент. летопись) говорится: Да имеем клятву от Бога, в него же веруем, в Перуна и в Волоса, скотия бога. В договоре Игоря читаем: И иже помыслит от страны русския риазрушити…да не имуть помощи от Бога, ни от Перуна…Аще ли же кто преступит се…да будет клят от Бога и от Перуна). Единому своему Богу славяне приписывали только положительные, благие качества, т.е. Сва-Рога считали светом, теплом, любовью, добром. Отрицательные, злые качества приписывались ими другим - злым силам, представителям тьмы, холода, вражды и всякого другого зла. Славяне стремились в жизни в своей примениться к своему Богу и были, по свидетельству чужих (и остались такими же и поныне), самым религиозным, мирным и богоносным народом в мире Дед Перун I Раз Сварог призвал богов С четырех небес рогов, Со земли дедьков буянов, Светлых духов великанов И из слов речь плетучи, Говорил им, молвячи: Cвет отец и мать землица, Словно царь тот и царица Блещут точно бы в парче В золотом моем луче. Милая землица мати Пучится от благодати, От щедрот и ласк благих В трудовых руках моих. Чтоб добро сияло в свете, Чтобы свет держати в цвете, Нужно гнутись в три горба И трудитись в поте лба. Нужно вечно промышляти, Свет работой обновляти, Корчевати грех со злом Черным, тягостным трудом, Чтобы вечно, неустанно, Беспрерывно, постоянно В цветниках святой земли Правда и любовь цвели. А иначе свет широкий, Как высокий, так глубокий, Зла бурьяном бы оброс, Утонул бы в море слез. ПОтьма снова бы бродила, Слизывала бы светила И блуднице для потех По земле гулял бы грех. Лишь мой труд, моя работа, Чистка грешнего болота - Стерегут наш Белый Свет От несчастий, горя, бед, И несут блаженство раю. Лишь трудом свет украшаю, Как тот мастер в мастерской, Золотячи круг рукой, Золотит его работой, А не только позолотой. Ведь не серп пшеницу жнет, А тяжелый труд и пот. II Трижды свет благословивши И росою окропивши, Дед, ласкаючи Любовь, Начал говорити вновь: Велики мои заботы, Велики мои работы По созданию миров, Новых, Божиих дворов В солнечной моей вселенной. Полон силы дерзновенной К предстоящему труду, Ныне я от вас уйду В безпредельный круг Всемира. Без вождя, без проводира Мирияды долгих лет Радостный сей Белый Свет Оставляти не желаю. В благо людям, в благо раю И на радость вам Дедам Нового вождя вам дам: Мужа с силой и влияньем, С опытом и дела знаньем. - Молвится пословица, И во век не сломится, Скажет правду, хоть крутую, Пак святую, золотую: Где в хозяйства правят два, Не растет там и трава, Там тогда не господарство, А одно для всех мытарство. Хоть в трудах и гнутся все, Нет там спицы в колесе, Нет там соли для фасоли, Хоть у всех растут мозоли. Там и свары, и вражда, Словом там кругом беда! Потому вот сим заветом Царствование над светом Я сдаю на Перуна. В свете будет власть одна. Будут там тогда порядки, Будут вскопаны все грядки. Молвят: Где газда один, Там углы без паутин, Там мешки не без намола А чаны не без засола, Там всегда молотит цеп, А в печи печется хлеб. Ты, Перуне, старший в роде, Ты хозяин по природе. Знай, чтоб жили все в тепле В небесах и на земле. Ты один лишь управляешь, Научаешь, заставляешь, И смываешь черный грех. Ты один - царь Бог для всех И помощник всем в потребе На земле и здесь на небе. Крепкий разум в голове - Головы на шее две. У тебя ума не мало, И на семерых бы стало. - Лучший господарства друг - Труд хозяина, не слуг. Тот газда, кто в свой труд верит, Труд своим лишь потом мерит. Не газда он, без труда И хозяйство сьест беда. Хоть, и царь я, пак тружуся И мозолями горжуся. Вот и видишь мой успех: Свет стал радостью для всех. Так и ты начальствуй в поте При мозолистой работе! III Дед вперед и взад ходил, И в раздумьи ус крутил. И призвавши всех к вниманью, Обратился вновь к собранью: Все вы боги, божичи, Все мои сварожичи. Каждый с восемью ушами, Каждый с восемью очами, Всякий знает все и всех, Всякий ненавидит грех И мостит к добру дорогу, Как и подобает богу, Выросшему на небесах Всем на радость, злу на страх. Всем богам даю работу До седьмого перепоту, Чтобы цвел сей Белый Свет Пышно как лилейный цвет. Зло метет лишь труд потелый, Лишь трудом свет будет белый Труд, не жернов, трет зерно, Пот, не ступа, мнет пшено. Постоянная забота И кипучая работа Охранят наш свет от бед. Труд - мой первый вам завет! Труд, работа всем до пренья, До обильного потенья! Труд, лишь труд всех благ залог, Вольный труд - я сам, Сварог! Им я путаю все беды, Им и вы гордитесь Деды Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm

Ять: И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Дед Перун *** Русские славяне называли почтительно небесных богов - Дедами (белороссы - Дзядами), а богинь Бабами, прилагая к имени Бога слово Дед, в значении прилагательного Великий, а к имени богини слово Баба или Деда в таком же значении. Земных божков, безплотных духов, не рожденных, а созданных Сварогом на земле вместе с людьми, величали - Дедьками (белороссы - Белунами), а земных богинь (обьявлявшихся от поры до времени людям в раю порхающими мотыльками - бабочками) - Бабками или Бабочками. В Галичине до сих пор в поэзии или в торжественном стиле употребляется слово Дед в выше упомянутом значении: Дед Бескид, Дед Славутица Днестер и т.д. Русские Галичане употребляют для своего наречия старое, этимологическое правописание, но букву ять произносят как мягкое И, поэтому Дед выговаривают Дьид, что совпадает с великорусским хороводным припевом Ой Дид Ладо! ...Земные божки ДeдькИ, БелунЫ, БелобожкИ (у поляков БожЕнта, КраснолЮдек, Скшат, у других славян - БОжик, БОжичек), безплотные земные твари-духи, не рожденные, а созданные Сварогом вместе с людьми на земле. Небесные боги, как уже было сказано выше, величались нашими предками Дедами, богини Бабами; земные божки - дедьками (у белороссов - белунами, белобожками), а божкини-дедькини - бабками. Слово дедько (произносится дьидько) до сих пор в общем повседневном употреблении в русской Галичине, в особенности в сердцах, при чем прилагают еще - проклятый, или черный: Ах,ты черный дедько! Дедьки были созданы Сварогом для охраны Белого Света а) от змия Греха Горесея (былинного Горыныча), царя Черного Света, тьмы и зла, б) от его наложницы - Черной ПОтьмы, и в) от их детей - чертей, которые постоянно вторгались в Белый Свет для завоевания его. Вместе со снисходящими с небес на землю Дедами Сварожичами (Дажь-Богом, Перуном, Велесом и т.д.), дедьки, как духовные и умственные исполины, также обязаны были помогать людям во всем и создавать для них рай на земле. Начальником этого невидимого, безплотного Сварожьего воинства был Белобог, который, после создания Карпат, жил на верхе Белогоре (нынешней Черногоре). Дедьки населяли сушу, воздух и воды, также и недра земли, разделив всю землю на крохотные уделы (доси, божко, мое, а доти - твое -, моя граница - ся береза, а твоя - вот та верба -, как разсказывают еще ныне в Галичине, напр. в д. Кульчицы, Самборского окр.), везде ими кишело, и за их добро и ласку люди их также чтили. В представлении народа, они были великаны, снежнобелые (отсюда: белобог, белобожок, белун) и златокрылые, а люди чувствовали их присутствие по исходившему от них благоуханию и по сладкозвучной музыке, исходившей от их крыльев во время полета. Во сне, а вьяве в великие праздники, они обьявлялись людям в раю и вместе с ними чтили Дедов и забавлялись с земными тварями. IV Опершись на жезл святой, Дед пригладил ус седой И смотрел дедьков отряды. - Тысячи вас, мирияды! - Молвил с лаской Бог Господь. - Сила дух, а немощь - плоть! Все вы великаны-духи Черти против вас - лишь мухи. Дунете, и их уж нет. Вам завет: храните свет От нечистых навождений, А людей от искушений, От негодных, злых чертей И от ПОтьменных когтей. С корнем вырывайте злыню И садите лишь добрыню, Не пускайте черной тьмы В ваши души и умы. Как мои борцы святые И помощники земные, Возвращайтесь в свет назад И держите в нем мой лад. Да смотрите, чтоб на свете, Расцветали б в пышном цвете Правда и любовь богов Берегитесь зла оков И исчадий злого ада, Грехоносного их яда. Стойте верно при Дедах, Помогайте им в трудах, В их земной, благой работе Отдавайте дань Охоте И в моем живом тепле Рай творите на земле. Выше тварей не неситесь, Будьте скромны, не гордитесь, Что на свете вы дедьки, Бестелесные божки, Воины мои земные, Великаны боевые С силой нерушимою И не сокрушимою. Относитесь к правде строго Я от вас жду очень много, Больше жду, чем от людей, Милых нам земных детей. На земле - вы господари Опекайте ж Божьи твари, Не жалейте ваших спин, Все трудитесь как один. Пусть не будет между вами Трутней с мягкими боками Лень - порочна и гнила, И источник бед и зла. И когда б одни трудились, А другие бы ленились, Почернел бы Белый Свет От несчастий, мук и бед. Лень греху всегда подмога. Гладкая его дорога, Но не в небо, только в ад, В пОтьменный Вертеп Отплат. С ленью злой, чертям в глумленье, Вмиг пришло б грехопаденье Лютый бой всех против всех. Зло бросало б грех на грех И загнало б вас на срубы Черной ПОтьме прямо в зубы, В дебри, в пропасти глухи Мучитися за грехи, За свои дела дурные, Мысли и слова гнилые. Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm

Ять: И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Дед Перун *** Славяне поклонялись только одному Богу, един Богу-Творцу, которого называли разными именами: Сварог, Рог, Один, Световид, Светозар, Владимир, Троян и др. Световида представляли себе с четырьмя лицами, с восьмью глазами и восьмью ушами, т.е. всевидящим и всеведом. Ему одному молились и его одного величали богом, боженькой, всемогущим и творцом. Сохранившиеся припевы - Сияй, сияй, боже! Благослови детей своих! Славен еси наш милый боже! и др. говорились и пелись только этому одному богу. Его считали непонятным, далеким, недоступным, невидимым и недосягаемым. Вот почему поклонялись ему в его проявлениях в природе. Эти отдельные проявления Сварога в природе олицетворялись, им давались особые имена. В молнии-огне Сварог был Перуном, в свете-тепле - солнцем Даждь-богом, в воздухе-ветре - Стрибогом, в весеннем плодоносном и зарождающемся солнце - Ярилом, в летнем - Купалом и т.д. С течением времени эти проявления обособились, и они с отдельными именами и присущими им качествами превратились как бы в особые божественные существа, в детей Сварога и величались сварожичами. Огонь-сварожич, Даждь-бог сварожич. Они, однако не были богами, а прибогами, не были творцами, а просто работниками, служками Сварога, исполнявшими в Белом свете возложенные Сварогом для них работы: Перун опоясывал землю молнией для урожая, Даждь-бог освещал и обогревал ее и т.д. Сварожичи были ближе человеку, чем недосягаемый, неизьяснимый творец - Сварог. Поэтому и создалось у славян верование, что Сварог, заботясь о всем мире, передал правление Белым Светом своим детям - сварожичам - Илья Тёрох. Вера наших предков дохристианской эпохи V Дед Сварог тут замолчал. Из-за пазухи достал Писанную Благодатью Грамоту с литой печатью. В золотистом долбнячке И на шелковом шнурке. На престол святой возсевши И душой всех обогревши. Молвил Дед решительно, Строго и внушительно: Слушайте еще раз Деды, Вы всевиды и всеведы, Да и вы белобожки, Златокрылые дедьки. Ради вас и человека С нынешней поры до века Будет в свете лишь один Господин и властелин. Чтоб прогнати прочь Недолю, На cию мою вам волю Издаю в сей добрый час Перуну крутой указ, Острый как коса стальная, Клепанная, не простая. Пусть для всех он будет свят, Пусть святятся мир и лад. Грамоту сю золотую, Волю сю мою святую, Я скрепил для вас, божки, Подписью моей руки. С моего благословенья, Ныне же, без разсужденья, Дед Перун, как царь Отец, Приоденет мой венец И с жезлом моим в деснице, ПОтьме Черной, зла царице, Будет грозен как и я. Ныне в нем уж мощь моя. В Перуна преображаюсь, Живной силой наливаюсь. Ныне в нем, - я сам, Сварог, Всем единый, вечный Бог. Как меня его вы чтите, Господом своим зовите, Повинуйтеся ему, Вместе с ним гоните тьму. Лейте в рай земной щедроты, Сейте в Белый Свет красоты, Чтобы сиял он в ширь и даль. Прочь пусть отойдет печаль. Да живут в нем вечно Рада, Жива и отрада Лада, И любовь в нем пусть цветет Высоко под небосвод. Вот мое вам наставленье, Милость и благословенье, И полна щедрот мошна. Дай вам Бог всего сполна! VI Тут Сварог преобразился. Дед Перун в одно с ним слился, Молнией прорезал свет, Громом грохотнул ей вслед, Встряс землей и небесами, Воздухами и водами, И метнул в мир с силой сил Тучи новых звезд-светил В знак, что в нем уж мощь Сварожья, Созидательная, Божья, Мощь неизмеримая И несокрушимая. Как кузнец миров вселенной, Жар из мысли вдохновенной Дед на наковальню клал, Воли молотом ковал. В свете вечного желанья, Дед в порыве созиданья Бил дробящим молотом С грохотом и рокотом. Искры лились от ударов И вертячись в виде шаров, По миру катились, Зваздами светилися. Ниц упали все в смятеньи, Руки вознесли в смиреньи И шептали: Свят Бог, свят! Свят Творец миров трикрат! В страхе восклицали люди: Слава, слава Богу буди! Свят Бог сил и славы царь! Свят Господь Бог, володарь! После сих преображений, Дед Перун без разсуждений Приодел как Бог Отец Царский золотой венец И с любовью и приветом Царствовати стал над светом Как Господь и царь Один, Как единый властелин. В пышной, царской багрянице И с жезлом в святой деснице Сел Дед на Сварожий трон И глядел со всех сторон На любимый свет широкий, Как высокий, так глубокий, Без начала и конца. Дед Перун сменил Творца. Мать земля была подножьем, Твердь небес - престолом Божьим, Венчиком был солнц восход, Омофором - небосвод, Густо звездами нашитый, Мглистым кружевом обвитый, И сиянием зорь лучей. Тканый синевой морей В благо свету, небу в дружбу, Дед сейчас отправил службу На престоле пресвятом, При кивоте золотом И идучи света храмом, Окурил его фимиамом, Землю трижды осенил И плодами ссеменил. Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm

Ять: И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Дед Перун *** Славяне поклонялись только одному Богу, един Богу-Творцу, которого называли разными именами: Сварог, Рог, Один, Световид, Светозар, Владимир, Троян и др. Световида представляли себе с четырьмя лицами, с восьмью глазами и восьмью ушами, т.е. всевидящим и всеведом. Ему одному молились и его одного величали богом, боженькой, всемогущим и творцом. Сохранившиеся припевы - Сияй, сияй, боже! Благослови детей своих! Славен еси наш милый боже! и др. говорились и пелись только этому одному богу. Его считали непонятным, далеким, недоступным, невидимым и недосягаемым. Вот почему поклонялись ему в его проявлениях в природе. Эти отдельные проявления Сварога в природе олицетворялись, им давались особые имена. В молнии-огне Сварог был Перуном, в свете-тепле - солнцем Даждь-богом, в воздухе-ветре - Стрибогом, в весеннем плодоносном и зарождающемся солнце - Ярилом, в летнем - Купалом и т.д. С течением времени эти проявления обособились, и они с отдельными именами и присущими им качествами превратились как бы в особые божественные существа, в детей Сварога и величались сварожичами. Огонь-сварожич, Даждь-бог сварожич. Они, однако не были богами, а прибогами, не были творцами, а просто работниками, служками Сварога, исполнявшими в Белом свете возложенные Сварогом для них работы: Перун опоясывал землю молнией для урожая, Даждь-бог освещал и обогревал ее и т.д. Сварожичи были ближе человеку, чем недосягаемый, неизьяснимый творец - Сварог. Поэтому и создалось у славян верование, что Сварог, заботясь о всем мире, передал правление Белым Светом своим детям - сварожичам - Илья Тёрох. Вера наших предков дохристианской эпохи V Дед Сварог тут замолчал. Из-за пазухи достал Писанную Благодатью Грамоту с литой печатью. В золотистом долбнячке И на шелковом шнурке. На престол святой возсевши И душой всех обогревши. Молвил Дед решительно, Строго и внушительно: Слушайте еще раз Деды, Вы всевиды и всеведы, Да и вы белобожки, Златокрылые дедьки. Ради вас и человека С нынешней поры до века Будет в свете лишь один Господин и властелин. Чтоб прогнати прочь Недолю, На cию мою вам волю Издаю в сей добрый час Перуну крутой указ, Острый как коса стальная, Клепанная, не простая. Пусть для всех он будет свят, Пусть святятся мир и лад. Грамоту сю золотую, Волю сю мою святую, Я скрепил для вас, божки, Подписью моей руки. С моего благословенья, Ныне же, без разсужденья, Дед Перун, как царь Отец, Приоденет мой венец И с жезлом моим в деснице, ПОтьме Черной, зла царице, Будет грозен как и я. Ныне в нем уж мощь моя. В Перуна преображаюсь, Живной силой наливаюсь. Ныне в нем, - я сам, Сварог, Всем единый, вечный Бог. Как меня его вы чтите, Господом своим зовите, Повинуйтеся ему, Вместе с ним гоните тьму. Лейте в рай земной щедроты, Сейте в Белый Свет красоты, Чтобы сиял он в ширь и даль. Прочь пусть отойдет печаль. Да живут в нем вечно Рада, Жива и отрада Лада, И любовь в нем пусть цветет Высоко под небосвод. Вот мое вам наставленье, Милость и благословенье, И полна щедрот мошна. Дай вам Бог всего сполна! VI Тут Сварог преобразился. Дед Перун в одно с ним слился, Молнией прорезал свет, Громом грохотнул ей вслед, Встряс землей и небесами, Воздухами и водами, И метнул в мир с силой сил Тучи новых звезд-светил В знак, что в нем уж мощь Сварожья, Созидательная, Божья, Мощь неизмеримая И несокрушимая. Как кузнец миров вселенной, Жар из мысли вдохновенной Дед на наковальню клал, Воли молотом ковал. В свете вечного желанья, Дед в порыве созиданья Бил дробящим молотом С грохотом и рокотом. Искры лились от ударов И вертячись в виде шаров, По миру катились, Зваздами светилися. Ниц упали все в смятеньи, Руки вознесли в смиреньи И шептали: Свят Бог, свят! Свят Творец миров трикрат! В страхе восклицали люди: Слава, слава Богу буди! Свят Бог сил и славы царь! Свят Господь Бог, володарь! После сих преображений, Дед Перун без разсуждений Приодел как Бог Отец Царский золотой венец И с любовью и приветом Царствовати стал над светом Как Господь и царь Один, Как единый властелин. В пышной, царской багрянице И с жезлом в святой деснице Сел Дед на Сварожий трон И глядел со всех сторон На любимый свет широкий, Как высокий, так глубокий, Без начала и конца. Дед Перун сменил Творца. Мать земля была подножьем, Твердь небес - престолом Божьим, Венчиком был солнц восход, Омофором - небосвод, Густо звездами нашитый, Мглистым кружевом обвитый, И сиянием зорь лучей. Тканый синевой морей В благо свету, небу в дружбу, Дед сейчас отправил службу На престоле пресвятом, При кивоте золотом И идучи света храмом, Окурил его фимиамом, Землю трижды осенил И плодами ссеменил. Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm

Ять: И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Дед Перун *** Земные божки ДeдькИ, БелунЫ, БелобожкИ (у поляков БожЕнта, КраснолЮдек, Скшат, у других славян - БОжик, БОжичек), безплотные земные твари-духи, не рожденные, а созданные Сварогом вместе с людьми на земле. Небесные боги, как уже было сказано выше, величались нашими предками Дедами, богини Бабами; земные божки - дедьками (у белороссов - белунами, белобожками), а божкини-дедькини - бабками. Слово дедько (произносится дьидько) до сих пор в общем повседневном употреблении в русской Галичине, в особенности в сердцах, при чем прилагают еще - проклятый, или черный: Ах,ты черный дедько! Дедьки были созданы Сварогом для охраны Белого Света а) от змия Греха Горесея (былинного Горыныча), царя Черного Света, тьмы и зла, б) от его наложницы - Черной ПОтьмы, и в) от их детей - чертей, которые постоянно вторгались в Белый Свет для завоевания его. Вместе со снисходящими с небес на землю Дедами Сварожичами (Дажь-Богом, Перуном, Велесом и т.д.), дедьки, как духовные и умственные исполины, также обязаны были помогать людям во всем и создавать для них рай на земле. Начальником этого невидимого, безплотного Сварожьего воинства был Белобог, который, после создания Карпат, жил на верхе Белогоре (нынешней Черногоре). Дедьки населяли сушу, воздух и воды, также и недра земли, разделив всю землю на крохотные уделы (доси, божко, мое, а доти - твое -, моя граница - ся береза, а твоя - вот та верба -, как разсказывают еще ныне в Галичине, напр. в д. Кульчицы, Самборского окр.), везде ими кишело, и за их добро и ласку люди их также чтили. В представлении народа, они были великаны, снежнобелые (отсюда: белобог, белобожок, белун) и златокрылые, а люди чувствовали их присутствие по исходившему от них благоуханию и по сладкозвучной музыке, исходившей от их крыльев во время полета. Во сне, а вьяве в великие праздники, они обьявлялись людям в раю и вместе с ними чтили Дедов и забавлялись с земными тварями. Подстрекаемый пробравшейся в Белый Свет дочкой Греха - блудницей, красавицей Удыней, Белобог вздумал сам сесть на небе, взбунтовать против неба дедьков и людей и начал войну с Дедами, которая окончилась полным его поражением. После грехопадения злые белуны-дедьки почернели, обожженные молниями Перуна, земля разверзлася и их поглотила Черная ПОтьма, которая, подвергнув их мучениям в пекле, изрыгнула их обратно на землю, чтобы они, как раньше помогали, так теперь пакостили бы людям. Изрыгнула их ПОтьма не титанами, а меньшими чем люди уродливыми тварями - карликами, одних с шерстью, других с копытками и хвостиками, третьих с рожками, а то и просто маленькими уродами и они поселились на тех же местах на земле и под ней, где жили до грехопадения, пакостя людям на всяком шагу. А люди, как раньше их чтили, так теперь стали проклинать их и клясть ими других. Что ни случится плохого (что-нибудь разобьется, сломается, порвется и т.д.), всему виновен дедько и при таких случаях русский Галичанин непременно крикнет: Ах ты черный дедько проклятый! Зависимо от того, где они жили и чем они занимались, люди называли их лешими, домовыми, полевыми, водяными и разными другими именами, напр. (в Галичине) манами (манить), сбивающими путников с прямого пути; блудами, заставляющими их кружить на одном и том же месте; отменами (видминами), подменивающими людских детей своими уродами; бабками-богинями, закармливающими людских детей до смерти, с такими длинными грудьми, что они должны закидывать их за плечи, иначе волоклись бы по земле и т.д., и т.д. Белобог также почернел и, ставши Чернобогом (Люксенбурсские славяне до недавнего времени называли диавола-черта - Чернобогом. А Гелмолд (Chronica Slavorum) писал о балт. славянах: Malum deum sua lingua diabol sive Zcernoboch, id est nigrum deum appellant, bonumque - Belboch), остался в Черном Свете, где ПОтьма приковала его к стене пекла. Там сам мучается и мучает грешные людские и дедьчьи души, и ждет спасения вместе с ними от добрых дел земных людей. После грехопадения и Белые Карпаты почернели, понизились, потрескались, поломилися, реки в них покривилися и обмельчали. Белогора стала Черногорой (Масуди упоминает о какой-то Черногоре в Карпатах. Эту гору, по его сообщению, окружали живительные воды, известные своими целительными свойствами, и на ней будто стояло дивное здание - храм Дажь-Бога, с которого каждый день рано утром встречали восходы солнца с молитвами и песнопениями) и упала с небесных высот даже ниже некоторых других понизившихся карпатских верхов. Не все дедьки, по народному верованию, взбунтовались. Небольшая часть осталась верной Сварогу и живет дальше на земле, помогая, как и раньше, людям в их житейских невзгодах. Известно предание, как Чех, прародитель чешского народа, принес на плечах своего дедька на новое поселение. Эти добрые дедьки являются хранителями людей (на подобие христианских ангелов), ведут безпощадную борьбу со злыми, черными дедьками и чертями и заставляют людей творить добрые дела. Хотя их немного, но они в конце концов истребят на земле все нечистые, злые силы и тогда на земле опять водворится добро, которое переменит ее назад в блаженный рай и этот рай будет продолжаться во веки вечные VII Разошлись святые боги На четыре мира роги, Подчинились Перуну И как прежде, в старину, Деды в небесах остались, А дядьки вновь перебрались, Как предписывал завет, С радостью на Белый Свет. Вновь сошли на землю жити, Чтобы людям рай творити, Сторожити их умы От греховной злой чумы. Тут же Богу честь воздали И с тех пор с людьми справляли Праздник Обновления И Преображения. Полные любви, смиренья И к земле благоволенья, Духи те чудесные, Воины небесные, Никогда во зло не гнули. На холодное всем дули И ласкали всех людей, Словно маленьких детей, Словно матери родимы. Хоть и были им незримы, Будучи без тел, костей, Но ласкали слух людей Мусикийским летаньем - Крыльев гусельным играньем, Взор - сиянием голов, Ноздри - запахом цветов. Потому их люди знали. Иногда же и видали Порхающих тут и там Бабочками по цветам. Видели их в ризах мглистых, Сквозь прозрачных, золотистых, Тканых из зори лучей, Падавших в волнах с плечей. В праздник бабка белбожкиня, Разодета как княгиня, Или дедько великан, Чтоб потешити раян, Наяву одним казались, А другим во снах являлись В непорочной чистоте И в небесной красоте, Снегу белого белее, Чистыя слезы чистее, С крыльями как у орлов, С звездами вокруг голов. Невидаль вам, чудо-диво! И носились не спесиво. Были радостью для всех. Не чернил еще их грех, Не вела еще их злыня, Не поганила гордыня, Ни копытчата нога, Ни бодливые рога, Ни уродливые лапы, Ни кривые морды-храпы, Ни клычища, ни хвосты, Ни мохнатые хребты. Теми духами-дедьками, Вместе с знатными князьками, Правил умно, без тревог, Князь и вождь их - Белобог. Родом не был он Сварожич, А простой лишь белобожич, Созданная Богом тварь. Правил он в раю как царь, Как земной наместник Бога. Был помощником Сварога И вождем безплотных сил Против пОтьменных горнил. Жил он в княжеских палатах На крутых горах Карпатах, В стороне незнАемой И недосягАемой. В поднебесном жил просторе На высокой Белогоре, Тут же близко Перуна, Шаг один от неба дна. Близким был богов соседом, Хоть лишь дедьком был, не Дедом. Был послушен Перуну И лелеял мысль одну: Правду Божью охраняти, Зло добрыней воевати И людской, и дедьчий род Сторожити от невзгод. Высоко, в воздушном море, В синем, солнечном просторе Вечно реял Белобог. Видети оттуда мог Целый рай как на ладони. Вмиг он снаряжал погони, Как лишь только полз на свет Черный грех с ордою бед. Правил в рае крепкой властью, До тех пор, когда, к несчастью, К гибели и горю всех, Дедька не опутал грех Путами лукавой злыни И веригами гордыни, Бросивши во свет свой яд, А его на муки в ад. Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm

Ять: И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Дед Перун Прибоги-Сварожичи. Перун - Черная туча (ХмАра), бог огня и грома, грозный, но добрый бог. Тучи - Перуновы Скалы. Весной он опоясывает землю молниями и сливает на нее свое семя (дождь) для урожая, в то же время очищая ее огнем и водой от всякой нечисти. Огонь его святой: Огонь Сварожич. Поэтому донедавна народ отказывался тушить пожар от грома. Душа убитого громом - идет в небеса, ибо он был убит из-за скрывавшегося за ним черта -. В боголесьях горел вечный, неугасимый Перунов костер (Густинская летопись: Ему же (Перуну), яко богу жертву приношаху и огонь неугасающий с дубоваго деревия непрестано паляху), поддерживаемый особой стражей, менявшейся всякие сутки. Особая дубовая (Перунова) палица (палка) передавалась из двора во двор и двор, получивший ее высылал к костру сторожа. Обычай передачи палицы из двора во двор сохранился в Галичине поныне: палица - ходит - по селу к тем, на очередь коих приходится в ближайшую ночь сторожить село от пожара. Неугасимый костер был заменен, после введения христианства, зажиганием костров в большие праздники (на Великдень, Купала, Св. Юрия и т.д.). В Галичине эти праздничные костры называют также соботками, а на Гуцульщине и Подгорьи - вместо палити соботку, говорят - Юрика палити. Подобно как ныне возвращаются домой после Всенощных в большие праздники с зажженными свечами, так в старину наши предки возвращались домой, после богослужений в боголесьях, с тлеющими в горшочках угольями из костра Перуна, которыми разжигали домашний огонь. Этот обычай сохранился в некоторых местечках в Галичине доселе: из соботок берутся угольки в горшечики и хранятся, чтобы были под рукой в случае - скиданья угля - против уроков (порчи от злого глаза или злого слова). Полабские славяне называют четверг - Перун Дан (Перунов День), отсюда пошли: немецкое Donnerstag и англосаксонское Thursday - Туров День. Тур (Тор) значит то же, что Перун. Перун (аналог. свистун, скакун и т.д.) - от глагола прати, повсеместно употребляемого в Галичине в смысле бити, в особенности при стирке белья: белье перут праниками. Поэтому утверждение некоторых филологов- мифологов, что слово Перун не славянское, неверно. Перуном до сих пор клянут: Щоб тебе Перун побив! - или тресь, т.е. треснул. Праздники Перуна заменили христианские праздники Св. Илии и зимнего Св. Николая. В д. Николая в некоторых местностях в Галичине всякий двор приносит священнику петуха (птицу Перуна), которого в старину приносили в жертву Перуну у его неугасаемого костра в святом гаю. Червоный когут (красный петух) - Огонь. Пускати червонаго когута - поджигать. Дерево Перуна - дуб, символ крепости. На Иордан кладут Перунов крест из соломы на каждое стекло окон, загибая каждый конец креста под рамы стекла, от чего получается свастика. В других местностях пишут этот крест на всех дверях и окнах изб и хозяйственных построек разбавленной водою мукой. Весной, при первом громе, молодежь дужаеся (борется). Эта борьба дает дужающимся силу, и крепость до следующей весны. Именем Перуна по всем славянским землям названы селения, горы и растения (деревья, травы и цветы), собственные имена и фамилии. VIII И под Перуна веденьем, Царственным его правленьем, Цвел, сиял наш Белый Свет Как весенний чудоцвет. И под ним без бед бурливых, Мирияды лет счастливых Сплыли в вечности русло. И под ним зло не росло, А скрывалося на срубах, Тлело в черных, дымных клубах, Прело в ПОтьмы потрохах, Где гноилося в грехах. Мудро правил самодержец, Бог Огня и Громовержец, Света царь и опекун - Огнеметный Дед Перун С думою богов небесных, С ратью духов безтелесных. В страхе он держал злой ад И без бед цветил свой сад. Хоть гремел, но был добрейший, Милостивый и щедрейший, Свету не жалел утех, Как отец ласкал он всех. Люди чтили Деда Бога Как бы самого Сварога В храмовом гаю святом Несгараемым костром. Палица, на радость Деду, От соседа шла к соседу И к кому она пришла, Тот стремился из села В боголесье, в гай священный, Чтоб как страж благословенный В день свой, в очередь свою В храмовом святом гаю Неусыпно сторожити, Поддувати и кормити Вечный жар в живом костре На Перуновой Горе. В праздники же, в дни святЫ Жгли соботки огневЫ, С Даном забавлялися, Песней потешалися При воде живой в Дунае, На лужке, в священном гае, Возле Дуба Перуна И у Бадного Бревна. Колом у огня вертячись, Песнь кончали, веселячись: Ой Всеслав, тряси плечьми! Боженьку, греми, греми! - Мощью огненной кипучий, Страшно был Перун могучий. Силой сил владел Перун, Грозный, облачный ворчун: Шел Перун - шумел как боры, Говорил - гудел как горы! А когда плечьми потряс, Гром гремвл, трещал Тра-трась! Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_356.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_361.htm Илья Иванович Тёрох. Сварог - поэма. Биографический очерк, Том первый, Том третий. Нью Йорк 1946г., с.314 http://vk.com/doc1072591_125607586?hash=a2f5dea9b863fc532c&dl=8ac2ceacc9f0a87c50 7.6 Мб

Ять: Марш русских студентов Марш русских студентов (мужской хор). Сл. Д.Н. Вергуна. Муз. И.И. Тёроха За Русь, за Русь Святую Русь, за Русь Святую Русь, Вперед, вперед на бой! Никто на бой не трусь, никто не трусь, не трусь! Наш век идет любви, добра, наш век любви добра,. Вперед же, Русь, вперед ур-ра на бой, вперед! Вперед на бой, на бой вперед, ур-ра у бой, ур-ра, ур-ра! Лет тысячу был век романский, Вторую тысячу - германский, А третья тысяча пришла, Тут нас исторья призвала. Ур-ра, ур-ра! Наш век русско-славянский, Наш век идет любви, добра, Вперед же, Русь, вперед же Русь. Ур-ра! На бой! Ур-ра, ур-ра, ур-ра, ур-ра, ур-ра! Живая мысль. Вып.8. 1903г., Львов (от Наташи Гаттас) Д.Н. Вергун: Червоннорусские отзвуки. Львов 1901г. 144с. http://www.litres.ru/dmitriy-nikolaevich-vergun/chervonnorusskie-otzvuki/ 2.1Мб Под таким скромным (отзвуки), но дорогим, по старинным воспоминаниям (червонно-русские), заглавием издан еще в 1901г. литературным кружком при русском студенческом Обществе Друг, сборник стихотворений редактора журнала Славянский Век д-ра Д.Н. Вергуна, заслуживающий самого широкого распространения и в Руси Державной, как по целостному национально-славянскому мировоззрению поэта, так и по всестороннему и правильному решению насущных вопросов жизни Руси и Славянства. ...Каким высоким восторгом, безграничною верою и пламенною надеждою на торжество родной Руси проникается сначала до конца песнь За Русь!? Идет наш век - любви добра, Вперед же Русь, ура, ура!... И кто-ж рабам вернет свободу, Кто правду даст людскому роду? Лишь тот народ, что в жертву кровь Несет за братство, за любовь, Вот - жребий русскому народу! Живая мысль. Вып.9. А. Павлид. Д.Н. Вергун: Червоннорусские отзвуки. с.277-281, 1903г., Львов, (от Наташи Гаттас) Марш русских студентов http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_384.htm

Ять: Марш русских студентов *** В последней четверти ХIХ в. во Львове существовало студенческое общество Академический кружок, а после его закрытия москвофильское литературное студенческое общество Друг. Его силами организовывались лекции, изучение русского литературного языка, беседы, литературные чтения. Количество членов к 1905 году насчитывало 124 человека. 30 января 1905г. состоялось торжественное заседание, посвященное 10-летию Друга. В отчетном докладе, подготовленном студентом Г.И. Навроцким, наряду с данными о количестве членов и культурной деятельности общества за десятилетие, были оглашены и сведения о том, что на съезде карпато-русского студенчества в сентябре 1902г. прозвучало требование реорганизации русско-народной партии, - соответствующее духу времени -, что - более живая часть молодежи -, к которой принадлежит большая часть членов Друга, требует настоятельно такой реорганизации, с чем не соглашаются предводители партии. А студент Б.Ф. Глушкевич в своей пылкой речи горячо говорил о борьбе русского гения - за священную идею свободы -. Русский гений, - восклицал он, - действительно страдал за свою идею: Рылеева ведь повесили; Достоевскому смертный приговор был заменен 10-летней каторгой; Пушкин был сослан в глухую деревню за две нерелигиозных строки в одном частном письме; Лермонтов был в тюрьме за стихотворение На смерть Пушкина; Чернышевский был сослан в Восточную Сибирь и провел там 19 лет. В тюрьме написал он целый свой роман Что делать?. Глеба Успенского тоже не миновала тюрьма: - он был даже наказан 25 розгами. Толстого же недавно отлучили от православной церкви, а Горькому угрожает ныне виселица -. При этих словах известный уже нам русский консул Пустошкин и несколько москвофильских лидеров, присутствовавших на собрании, демонстративно покинули зал. А горячий докладчик продолжал свою пылкую речь и закончил ее призывом принять в свое сердце русскую идею, а - русская идея - свобода, и русская идея - любовь, и русская идея - всемирное братство, и русская идея - мир...Не громы пушек правят народами и судьбами человечества, - воскликнул под конец оратор, - только эти незримые, тихие идеи, ибо всякая высокая идея есть жизнь и огонь, и движущая творческая сила! [56 с.130-131]. Речь очень понравилась сотруднику украинского народовского органа Діло, доктору И. Копачу, он кратко изложил в Діле сведения о вечере и довольно подробно речь Б. Глушкевича. Иван Франко, старый опытный политик, сразу оценивший уязвимость высказываний студентов, обрушился на Ивана Копача со своих боевых партийных позиций в статье, опубликованной и на страницах Літературно-наукового вісника и отдельной брошюрой. Отвесив несколько нелестных комплиментов и Пушкину, и Достоевскому, и Льву Толстому, Иван Франко бросил обвинение бедным студентам: У вас нет никаких убеждений и никаких выработанных идей, и вы по инерции держитесь шаблонов, выработанных не вами, направления, цель которого одна - нажива, карьера, личная корысть, а при том - желание освободить себя от обязанности тяжкого труда на пользу самого ближнего, родного вам народа [134, с.256]. А И.С. Свенцицкий на страницах своего журнала Живая мысль в октябре того же отнюдь не мирного 1905г. поместил подлинные материалы злополучного вечера - и доклад В.И. Навроцкого, и речь Б. Глушкевича, и свою собственную речь за товарищеской беседой [56], а сверх того в разделе библиографии критику брошюры И. Франко [56, с.153-154. См. также 70, с.136-139]. - Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Гл. 12. В преддверии Талергофа. Рубеж XIX-XX вв. 1914г. с.124-125 Как писал позднее известный уже нам С. Медвецкий, - с приходом коммунистов на нашу Родину осенью 1939г. русские общественные деятели были арестованы, вывезены, часть русской молодежи - студенты, по найденному в обществе Друг списку были арестованы и уничтожены [75, 1966, № 9 - 10, с.5]. Ни имена, ни количество жертв автор не сообщает, у нас также нет сведений о них. Галичина вошла в состав Советской державы в качестве части Украины, что это будет значить в дальнейшем, еще никто не мог предполагать. Но советские власти сразу же ориентировались на украинские и проукраинские элементы, хотя всячески открещивались от украинского буржуазного национализма. Тяжелой была проблема пятой графы в паспортах, т.е. определение национальности. Русским галичанам упорно навязывали национальность украинец, некоторые оказывали отчаянное сопротивление и все же отстояли свою русскую национальность. Все ключевые позиции в крае заняли украинцы (с.175)... 56. К торжеству 10-летия студенческого о-ва Друг. Живая мысль. 1905. Вып.25. Жовтень. с.126-145 70. В. Малкин. Русская литература в Галиции. Львов: Из-во Львов. ун-та, 1957. 164с. 75. С. Медвецкий. Борьба Прикарпатья за Русь. Свободное Слово Карпатской Руси (ССКР). 1966 - N1-2, c.8-10; N.3-4. c.10-11,16; N5-6. c.11-13; N7-8. c.13-16, N9-10, c.4-6; N11-12. c.5-8 134. Франко И. Искренность тона и искренность убеждений. Франко И. Сочинения в десяти томах. Т.10. М., 1959. с.244-259 Нина Магометхановна Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Гос. публ. ист. б-ка России. М., 2001. 201с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html Марш русских студентов http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_384.htm

Ять: К торжеству 10-летия студенческого о-ва Друг (Речь председателя о-ва, Богдана Феофиловича Глушкевича, в торжественный вечер 30 января 1905г.). Многоуважаемые гости и дорогие товарищи! У других, более сильных, более развитых обществ празднование торжества, подобного нашему, может иметь характер праздничного отдыха, заслуженного настоящим трудом. Там могут поздравлять друг друга молодые и старые члены данного общества словами: все у нас идет хорошо, мы развиваемся и крепнем, а культура наша обращает на себя внимание всех народов, несет к ним наш язык, помогает им на всяком шагу и поднимает их нашими понятиями, изобретениями, наукой, и нашим высоким, благородным миросозерцанием. — Но у нас, Галичан, племени слабого, мало-культурного и полуграмотного, у нас торжественный день 10-летия нашего студенческого о-ва не может быть, к сожалению, днем спокойного, безпечного отдыха, или праздных, пустословных поздравлений, а должен быть днем общего зазыва к более напряженной, дружной работе, днем всеобщего воодушевления, которое не оставляло бы нас - по крайней мере — в продолжении следующих 10 лет, которое согревало бы наши сердца и выразилось бы в длинной веренице доблестных подвигов и живых дел. Вскинем беглый взгляд на наше прошлое, посмотрим на наши недостатки и постараемся узнать что нам прежде всего нужно. Десять лет тому назад, при основании Друга, русская речь звучала лишь несмело в устах немногих единиц, а большинство нашей интеллигенции прислушивалось к ней полунедоверчиво, как к какой-то диковине-новости. Ныне русская речь льется уже свободнее и громче. Звук ея слышен все чаще и чаще, и под деревенской крышей, и во всех собраниях студенчества, концертах, литературных вечерах, и в частном разговоре, и в песенке: она звенит и завоевывает себе надлежащее место и в журналах. Нельзя тут, как видим, не констатировать некоторого прогресса. Но все-таки этого еще мало. Если обратим внимание на нашу неподвижность — не станем же мы петь похвал самим себе, а должны сознаться, что подвижности у нас все-таки очень мало, в сравнении хотя бы с поляками и украинцами. Посмотрим дальше на то оружие, которым мы боремся с нашими идейными противниками — и на те недоразумения в нашем же собственном таборе и на волнения внутри нашего о-ва, и мы убедимся, что мы и не в состоянии двинуться сильно и единодушно вперед. Причина тому - недостаток единодушия, уважения для чужого мнения, недостаток сознания общности стремлений, а главное — отсутствие настоящего понимания русской идеи. А эта идея должна ведь составлять прочный, объединяющей нас всех союз, в ней должны мы понимать друг друга и верить друг другу. Лишь дети могут довольствоваться разъяснениями в роде таких, как: русский это тот, кто пишет - ъ, ы и Ъ (ять) - и крестится трижды. Это ведь одни формы, а в формах не кроется идея, вся идея живого народа. Она кроется в духе, в известном настроении духа, и создает для себя же, смотря по обстоятельствам, все новые и новые формы. И если какие-нибудь люди, уцепившись за одни формы, думают, что в них-то и вся суть народной идеи и не обращают ни малейшего внимания на сущность народной жизни, то самопонятно появляются застой и безжизненность. Вот причины, почему, нередко, весь организм, вместо жить и обновляться, вянет и умирает. Печальные симптомы такого медленного увядания мелькают именно на горизонте нашей общественной жизни. Усваивая себе механически русский язык, мы совершенно упускаем из вида и забываем о русском духе, как будто бы он никак не заявил о своем существовании; - и мы не лишь обходим его молчанием, а осмеливаемся даже отрицать его, заменяя его другим духом, чуждым нашему гению и нашему народу. - Но еще пора нам очнуться, высвободиться от ложного гипноза и возстановить в наших сердцах настоящую русскую идею в ея чистом, полном блеске. У всякого народа есть какая нибудь идея, более материальная и узкая или же более духовная и широкая. Идея данного народа - это цель его жизни, это его культурное посланичество. Народ, лишенный всякой цели, погибает, как человек, порешивший, что в его жизни нет никакого смысла. Развитие всякого народа ведет его гений, воплощающийся и выражающийся в его искусстве, его языке, истории, творчестве, прежде же всего в его духовном творчестве т.е. в литературе. - Созерцая гений того или другого народа, выразившийся в религии, философии и литературе, мы можем определить степень культурного развитая этого народа и его будущую мировую роль. - Чтобы нам легче было ориентироваться, мы можем посмотреть, на польский народ. Его гений выражал польскую идею как нельзя лучше и яснее. И идея эта очень высока и очень благородна. Конечно, лишь в своей первоначальной чистоте: не станем ведь искать идеи народа и блеска его гения в пороках и страстях серой толпы. Польский гений верил в свое мировое посланичество, в свой т.н. мессианизм. Bog chce Polski, - пишет Словацкий (O potrzebie idei) — aby czyuila wysokosc miedzy wysokosciami, do ktorej daza w idealach inne narody -. - Во na ziemi Ьуe Polakiem - читаем в Psalmach Красинского — to zуe bosko i szlaclietnie! А наша идея, где же наш мессианизм? — Разве правы в своих укорах и в своем презрении к нам наши противники, именующие нас рабами и угнетателями, подобострастными льстецами тирана и врагами всякой душевной человеческой свободы? — Поистине они до некоторой степени справедливы, по чудной трагике нашей жизни. По-тому, что мы никогда не оппонируем им, как вольные духи, никогда не назовем себя Свободы духовными сынами, но взирая на наши внешние кандалы, на наш рабский государственный строй, мы чувствуем себя безсильными правдою стереть наш стыд, а ухитряемся, как бы нам нашего противника побороть ложью. - Нас привыкли называть заскорузлыми цареславами и поклонниками старых, отживших идеалов. — И мы как будто бы приспали под этим внушением и стали действительно считать себя такими, - вместо встрепенуться, одуматься и вскричать: Да, ведь мы не такие; да ведь это явная ложь и клевета! Ведь нам нельзя быть такими! - И если мы до сих пор так не закричали, то действительно крайняя пора сделать это теперь, пока нас ждет еще русский гений, пока не потухла в забытой святыне наших сердец последняя искорка его великого пламени! Раньше могли мы ведь оправдываться нашей отсталостью, нашим незнанием русского гения, но сегодня, когда о нем знает весь мир, когда дела его и речи громко пронеслись по всей земле, сегодня стыдно было бы и нечестно защищаться и извиняться невежеством. - Отстаивать старые девизы, потерявшие всякое значение для нового человека, проповедывать средневековые схоластические понятия, отрицать свободу совести и т.п. - все это позволительно нам еще и сегодня, хотя нам нельзя этого делать ныне во имя русского гения и русского народа. Потому, что высокое чело русского гения всегда было озарено звездою Свободы, а сам русский народ, хотя был, по словам Достоевского - извне порабощен, но никогда не был душевным рабом. - Slowanic sa czynnikami duchowej wolnosci - читаем в одном письме Republikanina z Ducha Словацкого. И действительно: русский гений всегда высоко держал знамя Свободы и боролся под этим высоким знаменем. От других же народов, у которых есть тоже любовь свободы мы еще тем отличаемся и тем их превосходим, что наша любовь не лишь узко - национальная, что вольными мы желаем видеть не лишь самих себя, но также всех наших земных собратьев. Быть может, возразят нам некоторые, что нет никакой французской, ни польской, ни русской идеи, а есть лишь одна идея: общечеловеческая. Да, пусть будет, не станем много спорить. Но дело в том, что нам, именно - нам русским, наилегче стать общечеловеками. А это преимущественно по двум причинам: во I-ых наши страдания, наша долговечная недоля и неволя сделали нас способными к пониманию всякого чужого горя и чужой души. Так ведь и человек, который никогда не страдал, не в состоянии проникнуть в душу другого и исполниться всепрощающей любви. А во II-ых - что очень важно - наш могучий, великий и свободный язык, тот язык, что по словам Тургенева - не может не быть дан великому народу - он подает нам те крылья, на которых мы, превосходя другие народы, возносимся к наиболее отдаленным вершинам общечеловеческой культуры. Огромное и незыблемое значение нашего языка открылось тоже и Достоевскому, когда он остроумно заметил, что мы говорим на всех языках, а прочие европейцы говорят лишь на одних своих. Общечеловеческие идеалы живут таким образом не вне нас, а в нашей же собственной природе, в нашем народном духе, в нашей живой потребности человеческого всеединения. Русская, национальная русская идея - это именно идея общечеловечности. Уже в Пушкине сверкает эта всемирность, которую Достоевский считает одною из самых главных черт нашего гения. В этой-то всемирности и заключается все высокое наше посланичество. Народ, в духовном смысле - немощный, безидейный и ничтожный не может получить из рук судьбы никакого мирового посланичества; он, как слабое дитя, не в состоянии ничем помочь и ничему научить своих товарищей, и все его силы употребляются им на сохранение одной его личной жизни. Русский же гений, едва лишь проснувшийся к самосознанию, силен уже на столько, что идет и проповедует благую весть о духовной свободе и о высоком достоинстве человека не лишь своим, но и другим народам, с гениями которых он чувствует себя заодно. Нам нужно лишь вспомнить, что сочинения Толстого переведены сегодня на 49 языков и что тот народ, который первый сбросил с себя иго средневекового рабства и в изступленном восторге всенародным хором возвестил: liberte, egalite et fraternite, что этот народ первый воздвигает памятник Толстому в своем столичном городе. Мы не можем здесь представить всей борьбы русского гения за священную идею свободы. Ограничимся лишь указанием на стихотворения Рылеева, на сочинения Герцена, Чернышевского, Достоевского, Тургенева и Толстого. Приведем в память дальше и то, что русский гений действительно страдал за свою идею: Рылеева ведь повесили; Достоевскому смертный приговор был заменен 10-летней каторгой; Пушкин был сослан в глухую деревню за две нерелигиозных строки в одном частном письме; Лермонтов был в тюрьме за стихотворение На смерть Пушкина; Чернышевский был сослан в восточную Сибирь и провел там 19 лет. В тюрьме написал он целый свой роман: Что делать?; Глеба Успенского тоже не миновала тюрьма - он был даже наказан 25 розгами. Толстого же отлучили недавно от православной церкви, а Горькому угрожает ныне виселица. Уже Пушкин, который, как сам говорит в своих письмах, благоразумия ради не хотел публично высказывать своих политических и религиозных воззрений, он уже писал, конечно, в нецензурном стихотворении Вольность следующие безстрашные, знаменательные строки: Увы, куда не брошу взор везде бичи, везде железы, законов гибельный позор, неволи немощные слезы! Везде неправедная власть в сгущенной мгле предразсуждений, повсюду рабства грозный гений и к славе роковая страсть. ... Внемлите истине цари, ни наказания, ни награды, ни мрак темниц, ни алтари не верные для вас ограды! А посмотрите затем на русскую идею у Достоевского! Возьмите Поучения старца Зосимы в Братьях Карамазовых. Сколько тут благородной мысли, сколько тут великого сердца, которое нас пленяет во всякой строке, сколько тут истинного, живого христианства! Он не проповедует национального шовинизма, не проповедует отмщения врагам и притеснения свободы совести и гонения на сектантов. Вся проповедь его заключается во всеобъемлющей и всепрощающей любви. Братья - учит нас старец Зосима, - любите человека и во грехе его, ибо сие уж подобие Божеской любви и есть верх любви на земле. Любите все создание Божье, и все целое и каждую песчинку. Каждый мостик, каждый луч Божий любите. Будете любить всякую вещь и тайну Божью постигнешь в вещах. Постигнешь однажды и уже неустанно начнешь ее познавать все далее и более, на всяк день. И полюбишь, наконец, весь мир уже всецелою, всемирною любовью -. А дальше мы находим в этом же самом сочинении Достоевского замечательное разсуждение о том, что нельзя никого судить, нельзя быть ничьим судьею — и не потому, что нам. запретил это какой-нибудь авторитет (Дост. даже не упоминает о словах Христа: Не суди!), а потому, что мы быть может, наибольше виноваты за преступление стоящего пред нами брата-человека, потому, что - каждый единый из нас виновен за всех и за вся несомненно -. И это познание подчеркивает Достоевский нарочно, и называет его венцом всякого человека на сей земле. Тут уже имеем, и будущего Толстого, который всю свою силу вложил в основание этих нравственных законов - не суди! и не убий! И таким образом мы понимаем духовную связь двух великанов нашей мысли, и созерцаем тот ареол гностического познания, который все ярче и ярче озаряет их чела. Знаменательно еще то, что эти глубокомысленные проповеди не влагает Достоевский в уста какого-нибудь ученого, кончившего всякие заграничные и заморские курсы. Нет! Он велит нам искать этого познания в духовном творчестве народа — и вот поэтому он нам первый свидетель тому, что русская идея живет во всей своей чистоте - именно среди народа, что русский гений именно вполне народный гений. В самом деле, мы будем радостно удивлены верностью этого свидетельства, мы убедимся, как дивно понимает народ высокую идею своего гения когда вдумаемся во все самобытное творчество нашего народа и во весь склад его собственного мировоззрения. Надо лишь сердечным чутьем прикоснуться к этим высоко этическим началам, живущим в народных сказках, легендах и пословицах, в которых столь простодушно излагаются христианские истины и так непосредственно отражаются жажда деятельной, полной самопожертвования любви и незыблемая вера в правду, в то, что - Бог не в силе, а в правде, и в то, что - все минется, а правда останется. Надо прислушаться к тому народному сердцу, в котором даже под грубой оболочкой из вне налетавших, и потому преходящих пороков, живет неотъемлемое сознание внутреннего благородства, чтобы поверить словам Достоевского, что народ наш - богоносец, и что не фантазировал и Тютчев, когда проникнут силою святости народной идеи, возвестил: Всю Тебя, земля родная, в рабском виде, Царь небесный исходил благословляя. Но мы не вполне представили бы идею русского народа, неразделимо связанную с идеей истинно-христианской, если бы ограничились указанием на одни лишь сказки, пословицы и легенды. Идея русская нисходит уже со сфер абстракции и безтелесной теории и принимает плоть. Обратим внимание на все это множество песен, гимнов и псалмов свободных христиан, живущих ныне не лишь тысячами, но и сотнями тысяч по всем областям русской земли, - и нашим глазам откроется вся живучесть и вся духовная мощь нашего народа. Ибо - в самом деле - пусть нам покажут другие народы что-нибудь подобное; пусть позволят сравнить свое народное творчество, свои духовные песни с этими гимнами и псалмами свободных христиан! А нужно еще добавить, что у них давно уже имеются народные школы, что у них выше культура, а у нас народ учится еще только грамоте, да и то не везде еще. Таким образом обрисовывается нам резкая противоположность двух культур: материальной, дряхлеющей ныне и духовной, новой - только что пустившей свои жизненные ростки. С глубоким пониманием Христа, сказывающемся в отрицании не лишь убийства, но и всякого насилия вообще, соединена у лучшей части нашего народа огромная нравственная сила. Среди этих простых мужиков отказывающихся - во имя Христа и во имя всечеловеческой любви - от участия в войне и в военной службе, есть настоящие нравственные герои, жертвующее своей жизнью за свою высокую идею. Были случаи, когда такой крестьянин-юноша, исповедующей всемирное братство, пел, как Гус на костре, свои псалмы в то время, когда полупьяные солдаты, по повелению свыше, секли покровавленными розгами его тело. Были случаи, когда мать-крестьянка, у которой отняли шесть человек сыновей и сослали в Сибирь, не плакалась на свою горькую судьбу, а одобряла еще своих сыновей и считала себя счастливой, что родила в мир неустрашимых свидетелей истины! В прошлом столетии мечтал великий Гете о том, чтобы видеть ein freies Volk auf freien Erden, а ученые коммунисты, как Saint-Simon, Fournie и Proudhon писали пространные научные трактаты о замене существующего общественного строя новым строем—без собственности земли и без этой страшной стены, разделяющей бедных и голодных от сытых и богатых. Но первого практического исполнения этих теорий не дождались мы от материалистских западных культур. Исполнение это принес миру наш народ, не знавший даже ничего об этих ученых выводах, а поддавшийся лишь ведению своего внутреннего гения. - Сошлись вот десять тысяч духоборов, разделили между себя свою землю и стали жить, как христиане первых веков, в благополучии и без лишних забот. И показали они миру, что коммунизм возможен лишь там, где есть настоящая любовь, и что целые кучи юридических книг, преисполненных хотя бы и наилучшими параграфами, ничего не помогут там, где нет взаимной любви в основании жизни людей и где нет известной прирожденной нравственности. Правительство ограбило сначала этих добрых, мирных и трудолюбивых людей, подвергало их затем разным преследованиям, а наконец, когда они решительно отказывались платить подати и отбывать воинскую повинность, велело им оставить пределы родной земли, пределы России. Тогда духоборы обратились ко всему миру с запросом, существует ли где-нибудь на нашей планете такая свободная земля, которая приняла бы их и позволила бы им трудиться мирно и быть независимыми. На этот знаменательный зов новых людей - откликнулся, как и следовало надеяться, новый мир - Америка, указавшая им у себя землю, где эта частица русского народа проживает до сих пор, не порабощенная никакой насильственной властью. Если бы жил теперь еще автор Фауста и видел этих вольных человеческих сынов на вольной зеленой ниве, быть может возрадовалось - бы его сердце и слетели бы с уст слова: Zum Augenblicke каnn ich sagen: Verweile doch! Du bist so schon! Трусливо - хитрые духи регресса и обскурантизма могут нам тут заметить, однако, что это Толстой именно позвал за собой такие огромные массы русского сектантства и что они делают все по его научению. Но с одной стороны такого рода выводы опровергает история, доказавшая, что это т.н. свободно-христианское движение среди русского народа существовало уже в то время, когда Толстой не написал еще ни одной строки. Но если бы и принять та-кой вывод за верный, то и тогда в нем заключалась бы некоторая доля правды о русском гении, правды состоящей в том, что Толстой не говорит сам за себя, что он не оторван от широкой русской земли, а является именно ея пророком, ея Лютером. Устами его говорит не лишь одно сердце, а миллионы русских сердец, сделавших его выразителем своих стремлений, своего внутреннего желания всеобщего мирного братства народов и своей веры в то новое слово русского народа, которого сила должна обновить всю Европу. Таким образом мы представили главные черты русского гения и русской идеи. И, взаправду, нам Галичанам, живущим в условиях все-таки большей внешней свободы, чем наши закордонные братья, нам не извращать этой идеи и не унижать ее. Все наши усилия должны быть как раз направлены к тому, чтобы поднять ее как наивысше перед лицом народов и сохранить всю ея чистоту и святость. - Нынешний торжественный день должен быть днем победы нашей вольной и правдивой мысли. Сила русской идеи должна проникнуть в наши сердца и передаваться будущим поколениям вместе с молоком матери. Пока у нас не будет глубоко сознательной женщины, пока не найдется среди нас ни одна сестра — героиня, готовая жертвовать собой за священную идею нашего гения - дотоле мы останемся слабы и весь наш восторг засядет на мелководьях ничтожных разсчетов, лени и эгоизма. Понимающая русскую идею мать будет иначе сберегать своего сына от украинофильства. Она не станет ему внушать шовинистское отвращение ко всему украинскому, не станет называть всех украинцев изменниками, опасными радикалами и атеистами, а скажет своему сыну без вражды и ненависти - что русская идея более свободная, чем украинская, и более чистая и высокая, и более всечеловеческая. И тогда мы не будем терять дорогого времени на выдумывание разных ругательных слов, как оружия против украинцев; ихние же глаза отучатся сверкать злобой при словах Москва и Россия. - И полякам скажем мы, что мы почитаем и любим их гений, на сколько он гений истины. Пускай не хмурят они на нас чела при мысли о Сибири. Мы, ровно же, как и они, ненавидим сибирские остроги, нам в равной мере ненавистны тиранские цепи, сковывающие свободную мысль и работу. В торжественный день нашего 10-летия ударим мы в колокол и пусть прозвенит наше воззваниe: Идею русскую примите в ваши сердца и воплотите в себе в настоящем чистом виде. Идею эту сейте и насаждайте вокруг себя вашими восторженными взорами и вашими правдивыми речами и вашими — благословением русского гения искрящимися делами! Пусть смолкнут наши недоразумения: в полной же гармонии всех наших стремлений, а равно в наших отношениях к другим партиям и другим народам пусть отразится наше сознание, что русская идея — свобода, и русская идея—любовь, и русская идея — всемирное братство, и русская идея —мир. В действительности борются и боролись народы и культуры не железным оружием, а духовным. Силен и безсмертен не тот, кто больше мечей сковал и больше пушек поставил у границ своих владений, а тот, кто более правды принес на землю и чья идея более чистым и более вечным блеснула светом. Не громы пушек правят народами и судьбами человечества, только эти незримые, тихие идеи: ибо всякая высокая идея есть жизнь, и огонь, и движущая, творческая сила! Живая мысль. Вып.25. К торжеству 10-летия студенческого о-ва Друг. 1905. Жовтень. с.126-145 (от Наташи Гаттас) Марш русских студентов http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_384.htm

Ять: Дед Перун Чому ж так нема, як було з давна, Ой дай Боже! Як було з давна а з первовеку, А з первовеку, з первопочатку? Святам Николам пива не варят, Святам Рождествам службы не служат, Святым Водорщам тройци не сучат, Ой брат на брата мечем рубае, Сестра сестрицы чари готуе, Ой кум на кума все ворогуе, Сусед суседа збавляе хлеба, А донька матерь все проклинае, А сын на вотця право тягае. Народные песни Галицкой и Угорской Руси, собранные Я.Ф. Головацким (три части в четырёх томах). Издание Императорского Общества Истории и Древностей Российских при Московском Университете, 1878г. http://www.mirknig.com/2011/10/24/narodnyya-p1123sni-galickoy-i-ugorskoy-rusi-iii-chasti-v-iv-tomah.html http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=2185203 65 Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_243.htm Прибоги-Сварожичи. Перун - Черная туча (ХмАра), бог огня и грома, грозный, но добрый бог. Тучи - Перуновы Скалы. Весной он опоясывает землю молниями и сливает на нее свое семя (дождь) для урожая, в то же время очищая ее огнем и водой от всякой нечисти. Огонь его святой: Огонь Сварожич...Праздники Перуна заменили христианские праздники Св. Илии и зимнего Св. Николая. Четыре Мира-Света в Религиозно-Поэтическом Представлении Славян 1. Небо, престол Божий. 2. Небеса: Небесно-Голубой или Лазурный Свет. 3. Светозар - светило Лазурного Света. 4. Небесная твердь с раем - твердь Лазурного Света. 5. Даж-Бог - светило Белого Света. 6. Мокошь. 7. Перун (Черная Туча). 8. Белый свет. 9. Земля - твердь Белого Света. 10. Великий Поток. 11. Могилицы или Ямы - твердь Серого Света. 12. Серый свет. 13. Морок (мрак) или Морило - светило Серого Света. 14. Срубы - твердь Черного Света. 15. Черный Свет. 16. Черная Потьма - светило Черного Света. 17. Пек или Пекло. 18. Зубы Черной Потьмы - ворота в Черный Свет. Четыре Мира-Света Согласно содержанию поэмы Сварог (которого полностью нельзя поместить в сей книжке из-за недостатка места) в религиозно-поэтическом представлении дохристианских имелись четыре мира-света, два из них над землей и два под ней: 1. Белый Свет (свет в понимании белой ясности, белого сияния или луча, которым проявлял себя Сварог в кромешном хаосе до создания миров. С временем слово свет-сияние приняло значение слова мир. В галицком наречии свет значит только мир, а вместо слова свет в значении ясности, употребляется слово свЪтло (и. с. ср. рода, с ударением на первом слоге - полонизм от свiатло. Но галичане до сих пор употребляют слова ощ-свЪта, до-сЪтки) - наш свет, с твердью-землей, солнцем (Дажь-Богом), Перуном (Черной Тучей-Хмарой), луной-месяцем (Мокошью) и звездами-зорями. На земле, покрытой растительностью, жили дедьки, люди и другие земные твари. Над этим светом царил Творец его - Бог богов Дед Сварог.с прибогами Сварожичами. Наши отдаленные предки представляли себе свой Белый Свет в виде исполинского купола, верх которого составляла небесная твердь (небосвод), обрамляющая низами небосклона нашу землю. 2. Над Белым Светом возвышался духовный и невидимый Небесно-голубой, Лазурный Свет, который представляли себе также в виде купола над куполом Белого Света. Верх и склоны купола Белого Света составляли для Лазурного Света его твердь-рай, заменявший в нем нашу твердь-землю. Отсюда в древне-славянском языке небосвод (фирмамент) именуется твердь. Лазурный Свет имел свои тихие, ласкающие лазурные солнца-светила, среди которых сиял больше всех сам Сварог-Светозар, имел лазурные звезды, и Небо - престол Божий, под самим верхом купола. В этот Свете жил царь небесный Сварог и другие небожители, а также блаженные людские души. Твердь и небо, вместе взятые, назывались Небесами... Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_353.htm Тамо Перунь iде а главу златоу трсеще молыне посевахшеть до Сврзе сiняе А та тврдесе одо тоiе А Матыре Слава спЪвашеть о трудЪх свакех ратнех А мамехом ста посленхате а хотящетi бране зурiве за Русь наше а ПраСвнтОце наша Матырь Слва сящеть до облцева яко Сунь а вЪщяшеть ны побЪды а згенбель А нi се бояхом ста яко то есь жiвот земен а вiць есь жiвот вЪщен А тому iмяхом ста дыбате вЪще яко земно проть же нiце Сме на земе яко згi а то зъгмiзехом ву тьме яко не бяхом ста iсте нiкда на нi Тако Слва наше отеце до Матырь Слве а пребенде в Онь до конца конець земстех а iнех жiтве Там Перун идет и головой золотой трясет, молнии рассевает во Сваргу синюю, и она укрепляется (твердится - отсюда твердь) от них. И Матерь Слава поет о трудах всяческих ратных. И (нам) надобно послушаться и хотеть брани яростной за Русь нашу и Святых Праотцев наших. Матерь Слава сияет до облаков как Солнце (Суне) и предвещает нам победы и гибель. Но (мы с вами) не боимся, потому как то жизнь земная, а ведь есть (и) жизнь вечная. И о том (нам) надобно заботиться больше, потому как земное против нее - ничто. Мы на земле как искры, и исчезнем (изгинем) ведь во тьме, как бы (мы) никогда и не существовали вовсе. Так слава наша пойдет к Матери Славе и пребудет в ней до конца концов земных и иных жизней (перевод Николая Слатина) А цитай ету книгу да з доски на доску! Дощечка 7 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_335.htm Есть Небо Белого Света, и есть Небо Голубого (Лазурного) Света (Сварга синяя) Есть Твердь Земная, и есть Твердь Небесная Есть Жизнь Земная, а есть Жизнь Вечная

Ять: Голос Народа Илья Иванович Тёрох. Биографический очерк ...Илья Иванович был членом и секретарем Народного Совета, а также и редактором еженедельной газеты Голос Народа. Эта газета для народа пользовалась широким сочувствием среди русских людей, тираж ее достигал сорока тысяч подписчиков. О внутреннем содержании этого настоящего русского национального органа легко можно судить по следующему характерному эпизоду. Во время первой мировой войны состоялся в Вене судебный процесс галицких деятелей Советника Суда Владимира Курыловича, Д-ра Димитрия Маркова, Д-ра Дрогомирецкого, мещанина Мулькевича и Димитрия Янчевецкого, бывшего корреспондентом петроградской газеты Новое Время, - обвиняемых в государственной измене. Все были приговорены к смертной казни, и только по просьбе Испанского короля Альфонса, к которому обратилась жена Янчевецкого, смертный приговор был заменен пожизненным заключением в тюрьму. Однако после смерти Императора Франца Иосифа все они были освобождены, и Д. Янчевецкий, встретившись позднее с Ильей Ивановичем в Ростове на Дону, разсказывал ему: хотя во время этого процесса судили нас, но все время упоминали вас, просто склоняли ваше имя во всех падежах -. Редактировал газету И.И. Терох до 1914 года. Чудом уцелел, так как накануне войны уехал с женой на отдых в Швейцарию. Всем известно, как расправлялись немцы с русским населением Галичины. Выше упоминалось уже, что и отец Ильи Ивановича был арестован, вывезен в канцлагер в Талергофе Нижней Австрии, где и умер, как и тысячи других галичан, замученных немцами только за то, что признавали себя русскими. Когда русские войска заняли Галичину Илья Иванович вернулся на родину. Но возвращение это было совершено не без затруднений. Проехав из Женевы через Геную до Салоник, И.И. Терох с женой разделил судьбу многих русских, возвращавшихся в Россию. Болгарское правительство не хотело разрешить проезда по железной дороге до Варны. Морем же нельзя было ехать из за немцев. Пароход целую неделю стоял на рейде, пока тянулись переговоры. Наконец разрешение было получено и путешественники через Варну добрались до Одессы, откуда уже направились во Львов. Здесь Илья Иванович вновь принял редакторство Голоса Народа (1914 N30 (27 нояб.) -N34 (25 дек.); 1915 N1 (1 янв.) - N18 (30апр.)), в тоже время деятельно участвуя в работе Народного Совета Прикарпатской Руси. Но в 1915 году русские войска отошли, из Галичины, всем национально-мыслящим русским галичанам пришлось покинуть родные места и среди беженцев очутился и Илья Иванович с женой... Илья Иванович Тёрох. Сварог - поэма. Биографический очерк (написанный Г. Голохвастовым). Том первый, Том третий. Нью Йорк 1946г., с.314 http://vk.com/doc1072591_125607586?hash=a2f5dea9b863fc532c&dl=8ac2ceacc9f0a87c50 7.6 Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_361.htm Голос Народа. Н-р 30. От Редакции. (с.15) С сегодняшним 30 н-ром Голоса Народа - возобновляем издание нашей крестьянской газетки. Последний 29 н-р, Г.Н. появился 18 (31) июля и был переполнен статьями о предстоящих осенью сеймовых выборах. Коли вспыхнула война, австрийские власти закрыли нашу газету и русские крестьяне остались без душевного корма, без своей любимой и необходимой утешительки. Народный Совет, сознаючи необходимость подавати русскому простонародью и дальше здоровый душевный корм, решил продолжати издание Г.Н. и вот ныне появляется дальший его очередной номер. Появляется Г.Н. в обновленной ризе, на вольной уже, Русским Державным Вождем и его христолюбивым православным воинством освобожденной земле и заговорит теперь до Вас, крестьян, свободно, як вольный до вольных. Як до сих пор, так и дальше Г.Н. служити буде правдою и честью русскому простанародью, памятуючи всегда на великие заповеди предков, создавших великую и могучую Русь... Н-р 31. Львов. четверг. 4 декабря 1914 Голос Народа Орган Русской Народной Организации Иллюстрированная, просветительская, экономическая и политическая газета для русского народа ...Существует на Руси обычай благожеланий и подношения подарков в навечерие Св. Николая и на именины любимым и близким людям. Що же поднесе своему возлюбленному Отцу, Своему Великому Освободителю на Св. Николая и в день Его Высокотезоименитства наша. Ним освобожденная, пригретая и обласканная родина? Як отблагодарит она Того, Кто снял с ней тяжкие кайданы векового рабства и даровал ей свободу и живот вечный? С якими благожеланиями предстане она в тот великий день перед лицем своего долгожданного Венценоснего Вождя? Обездоленная, разоренная и ограбленная Галицкая Русь не в силе явитися до Тебе, наш Милостивейший Отец, с дарами, не в силе отблагодарити Тебе так, як хотела бы. Она ныне припадае только благовейно к благим стопам Твоим, с горячими слезами радости и умиления, льне всем сердцем и душой к Твоей светлой, возлюбденной и в мечтах взлелеянной Личности и молит едиными устами Всевышнего Творца о Даровании Тобе и Твоей Царственной Семьи всех земных благ, Твоему же доблестному православному воинству славных побед. Мы, сыны ей, можем Тебе уверити, що наша любовь до Тебе беззаветна, наша преданность безгранична! Царствуй же на славу нам, царствуй на страх врагам! Ура! Голос Народа (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm

Ять: Голос Народа Н-р 30. Львов. четверг. 27 ноября (10 декабря) 1914 Голос Народа Орган Русской Народной Организации Иллюстрированная, просветительная, экономическая и политическая газета для русского народа Голос Народа, н.30, с.5 Радуйся, Микула Селянинович! Давно я не отзывался к Вам, мои Галицкие братья. С самого 1907 года, с той памятной весны, коли в с. Болшева близ Галича я ставал перед Вами як кандидат на посла в австрийский парламент. Николи в житью не забуду Вашей встречи, тех тысяч устремленных на мене очей и тех тысяч радостно бившихся родных сердец. Николи не забуду также и тогдяшнего обеда с нашими священниками после кандидатской речи. Отцы кондеканальные прямо мене заявили: Як вы, господине доктор, хочете, що бы мы за вас голосовали, то принесите цыдулку от митрополита Шептицкого о том, что вы у него исповедалися! А отцы знали, что я уж тогда был православным, и что скорее бы в Днестре утопился, чем польскому графу - Валенроду поклонился. Я к митрополиту Шептицкому не поехал, а переехал в Россию, где по силе возможности старался знакомити Русь Державную с Русью Подьяремною. Минуло семь лет и я снова мог приехати во Львов, в свободный русский Львов, и Ваш редактор предложил мене написать Вам пару строчек. Но вместо статьи, вместо приветствия, я Вам разскажу сказочку, одну из тех баек-былин про наши горы Карпаты, что их сохранил русский народ на дальнем севере, на берегах Белого моря. *** Давно - давно, еще за сотни лет до Рождества Христова, в наших горах Карпатах, чи, як их теперь русские солдаты прозвали, в горах Горбатых, жил-проживал великий богатырь, по имени Святогор. Силы мочи непомерной, воли-доли непреклонной. В своих руках держал он земную тягу. Недалече в степях орал свою ниву другой богатырь, по прозвищу Микула Селянинович. Орет собе Миколушко и песни спевает. Пойду я думает, попробую чи дуже тяжка та земная тяга. Пошел до Святогора. Тот говорит: - На, подними! Взял Микула земную тягу - чуе ноги вязнут. Взял раз, по колена увяз, взял другой - по самый пояс. Третий раз уже и не пробовал. Видит Святогор его горе, вытянул его из земли, а сам земную тягу взял на один палец и кинул ею, як перо, за ракитовый куст. Настал час Святогору умирати. Пришел его Микула погребати. В головы ему положил Черногору, где потом бушевал Добош, ноги его простер до самых Татр, там, где загнездилися лемки и покрыл богатыря снежной веретой. Попрощалися богатыри последним целованьем. Не хотел Святогор брати своей силы непомерной в могилу, стало ему жаль земленьки родной и через щель гроба дохнул он на Микулу послений раз своим живым духом силы. Заснул Святогор на веки, а Микула с новою силою пошел в далекую равнину орати-пахати, добра наживати. И построил Микула великое царство, крестьянское-христианское царство. Цари его больше всего о селянах думали и вельможам и купцам селян притесняти не давали, а все новые и новые земли подбивали, чтобы Микулам Селяниновичам было где нивы орати, было что сеяти и собирати. Разросся уже Микула до семи морей, а все еще до моря теплого добратися не мог. Силы не хватало. И вспомнул-пригадал собе Микула, где Святогор ему силу вдохнул. И потянуло его на могилу Святогора, в седоверхие Горбаты. Приходит Микула туда, видит - могила опозорена. Вместо богатыря - лежит кровавый немецкий упырь, что кровь русскую веками цедил сосал и русскому народу жити не давал. Разсердился Микула, замахнулся на него осиновым колом и провалился упырь в землю, а на горах только мазь осталась... Любовно прибрал Микула Селянинович могилу Святогора и почувствовал прилив такой силы, что вот-вот возьмет земную тягу и кинет ею за ракитов куст, як бывало кидал богатырь Святогор. А из Карпатских дебрь, из стремнин и долин и просторных полонин бегут ему навстречу люди, бедные, забитые, недомученные, недовешанные, проклинают злого упыря и кличут: Осанна! Радуйся, Микула Селянинович, наш избавитель, Руси Подьяремной великий Освободитель! Тут моей сказце конец - А русскому Великому Князю Николаю И Русскому Белому Царю - венец Львов. 12/11 1914. Дмитрий Вергун Былинные Богатыри Святогор, в Галичине и у других славян: Валигор, Вернигора. Тяжко ему от силы великой. Земля его не держит. Нашел себе гору, лег на нее и только она и держит его. Он погиб, поднимая тягу земную. Увяз по колена в землю и торчит, закоченев, как скала. По другому преданию, Святогор, умирая, лег в гроб (трумну) и когда Микула заколотил крышку, Святогор попросил его понагнуться, дунул через щелочку гроба и перелил в Микулу силушку свою великую. Святогор представляет силу славян в скотоводстве в кочевом быту, а передача им силы Микуле Селяниновичу, означает переход славян от скотоводства к земледелию. Святогор - ныне Св. Георгий. Как уже было сказано, русский народ, после принятия христианства, не будучи в состоянии забыть своих любимых им бесконечно славянских богов и еще более любимых им прадедных обрядов и обычаев. Пытался прицепить свое языческое божество к христианскому празднику или святому, который своими свойствами или своим именем напоминал его: Велес-Волос - Св. Власий, Св. Василий и Ведение (вводят скотину в избу); Перун - Св. Илья, Св. Николай; Купало - Св. Иоанн Креститель и т.д. Св. Юрием (Георгием) в поисках за омонимами, русский народ покрыл не только Ярила, но и Святогора: Святогор и Св. Георгий (в скороговорке прекрасный омоним) по христианскому и языческому верованиям - оба пастыри, первый - земных, а второй - небесных стад. Микула Селянинович, у Словаков - Валидуб. Микула - богатырь мужик-хлебопашец. Былина о нем подтрунивает над силой богатыря поповича (Алеши) и богатыря дворянина (Добрыни), которые оба вместе, да еще и с помощниками, не в состоянии двинуть с места его плуг, а он сам берет плуг одной рукой и бросает за ракитный куст. Микула представляет силу славян в земледелии. Его именем названо селение в Гуцульских Карпатах - местечко Микуличин и с. Микулинцы на Опольи. Микула - ныне Св. Николай. Ни к одному христианскому Святому русский народ не питает столько благоговения, а главным образом доверия и веры в его силу, и ни одному из угодников христианских не ставят на Руси столько свеч, сколько Св. Николаю - Микуле. Св. Николаю, следовательно, даны два славянские имени: Перуна (силы) и Микулы (силы и омонима). В Галичине вместо Николай, так и говорят - Микола. В галицко-русских сказках (вариантов былин Владимировского цикла), встречаются, кроме Валигора-Святогора, еще два богатыря; Трясогус и Силач. Этот последний - крепче и мощнее всех других богатырей. Трясогус, шевеля усами, стрясает все листья с деревьев. В Калушском уезде сказывают: Валигор и Трясогус нанимаются у царя-короля спасти его дочь, похищенную поганым Бородою - ростом в локоть, с бородою в три локтя. Но, побежденные им, бегут в страхе в свет за очи. Им навстречу попадается богатырь Силач, которому они рассказывают о страшной силе Бороды. Силач берет их с собою и все три идут к поганцу. После долгого и упорного боя Силачу удается прищемить бороду Бороде в громадный пень. Но Борода невидимо убегает, оставив ее в пне вместе с кожей и мясом. Ища его, все три богатыря идут по кровавым следам и приходят к темному, непроницаемому лесу, в котором, из-за злой, кромешной темрявы нельзя сделать и шагу. Силач говорит Трясогусу: Се твоя работа! Трясогус трясет усами, все листья падут с деревьев и лес обнажается. . Пройдя лес, богатыри встречают на своем пути непроходимую Высоч-Гору. Силач говорит Валигору: Се твоя работа. Валигор валит гору и они, по кровавым следам, приходят к бездонной яме, в которую скрылся Борода вместе с похищенной царевной-королевной. Валигор и Трясогус вяжут из лыка длинную веревку и спускают на ней Силача в яму. Силач, сцепившись в Бородой, никак не может с ним справиться: оторвет у него руку, рука сама припалзывает и приростает к своему месту; оторвет ногу, а нога высокими прыжками прискакивает к своему месту и приростает; оторвет голову - голова завертится волчком и на свое место. Силач изнемогает, выбивается из последних сил своих. Видя его в смертельной опасности, царевна приваливает оторванные руки и ноги Бороды каменными глыбами, чтоб оне не могли возвращаться к своим местам и таким образом спасает Силача от неминуемой гибели. Спрятав Бороду в карман, Силач дергает за веревку и Валигор с Трясогусом вытягивают его и царевну з ямы на свет Божий. С царевной и Бородой все три богатыря отправляются во дворец к отцу царевны. Царь награждает их щедро и приказывает безногого и безрукого Бороду привязать к хвосту дикого коня, который разносит его в дребезги. И.И. Тёрох. Отрывок из соч. Сварог. Предание. Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 Перечень упоминаемых в предании мифологических имен http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_355.htm Голос Народа (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm Будь же нам здоров, пане господарю! Чи чуещь? Дякеме тобе за колядойку, За колядойку за невеличку, Дай же ей Боже счастья здоровья, Из твоим домом, из милым Богом!

Ять: Голос Народа Н-р 34. Львов. четверг. 25 декабря 1914 Голос Народа Орган Русской Народной Организации Иллюстрированная, просветительная, экономическая и политическая газета для русского народа Голос Народа, н.34, с.2 С нами Бог! Долгие веки томился наш народ. Несметные полчища печенегов и половцев налетали на Русь, розоряли цветущие русские нивы, палили города и села, забирали в полон добрых молодцов и красных девиц. Як снег тае от весняного солнечка, як дубы валятся от сильного вихря, так и счезли враги от силы русской непомерной, а русская землица розцвела еще буйнейше, еще пышнейше зарделись русские нивы золотым колосьем, еще громче залунали хороводы по градам и весям. Покорилися языцы, - яко с нами Бог! Канули в вечность и татарское лихолетье и ясырь-неволя. Гордый враг склонил голову, покорился и пошел служити православным христианом, яко с нами Бог! Было на Руси и ляшское время, время панского своеволия, проклятое время ада на земле. Хуже печенегов и татар, хуже диких зверей свирепствовали зазнавшиеся ляхи на русской земле. Смиренно и терпеливо, с непоколебимою верою в свое посланничество переносил русский народ муки и страдания. Пал лютый наездник, с грохотом розвалилась гордая Польша, а бутный пан покорно ныне служит православным христианом, - яко с нами Бог! С нами Бог! Задрожала в своих основаниях земля под стопами русских чудо-богатырей, бегут вражеские полчища перед несломной русской ратью, бегут в ужасе, як колись печенеги, татары, ляхи. Покоряйтеся языцы, яко с нами Бог! С нами Бог! Победная песнь несется от берегов Тихого Океана по седоверхия Карпаты. Радость и великое торжество на Руси: тяжкие оковы сломаны, двери тюрьмы открыты, последние узники свободны! С нами Бог! Долго отсутствовавшие русские дети ныне опять на коленах у любящей Матери, ныне все дома, вся русская семья у стола за Святой Вечерю, а Отец наш земный, Белый Царь, свет-Батюшка Государь не нарадуется глядячи на них, долгожданных. С нами Бог! С трепетом в сердце, с радостью и благоговением первый раз по шести веках встречаем Твое Рождество Христе Спасе на свободной уже нашей земле, и поем Тебе хвалу разом с ангелами и архангелами и кланяемся Тебе солнцу правды, яко Ты с высоты востока послал нам зорю свободы и вечного счастья. Голос Народа (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm А да сим словом бувай же здоров, Бувай же здоров, пан господарю, Не з собою, изь газдинею, Изь газдинкою, зо всев челядков, Изь сыноньками, изь доненьками, А з усем родом, з кречным обходом! Дай же ти, Боже, в поли урожай, В поли урожай, а в гумно звожай, А в гумне хлебно, в оборе вбойно, В дому весельно, на славу втешно!

Ять: Д.Н. Вергун: Червоннорусские отзвуки Д.Н. Вергун Червоннорусские отзвуки Львов 1901г. Издание Литературного кружка при галицко-русском студенческом обществе Друг От издателей Мы решились издать стихотворения Д.Н. Вергуна, чтобы доказать, что Червонная или Галицкая Русь производит не одних только украинофильских или русько-украинских поэтов, пишущих на языке Шевченка, но и певцов общерусских, выливающих свои звуки и на языке Пушкина и Гоголя. Что касается чистоты русского языка Д.Н. Вергуна, то через чур придирчивым критикам считаем нужным заявить, что Д.Н. Вергун учился сначала в польском начальном городском училище в Городке близ Львова, прошел потом немецкую гимназию во Львове и сначала польский, потом немецкий университет, во Львове и в Вене. Грамматические правила общерусского языка Д.Н. Вергуну пришлось усваивать по немецким учебникам, так как других тогда (в 80-тых годах) во Львове, а может быть и во всей Галиции, нельзя было достать. Настоящий сборник стихотворений Д.Н. Вергуна да послужит доказательством, что усвоение общерусского литературного языка вовсе не трудно для галицкого малоросса, хотя бы ему и не приходилось жить в России, а в уголке русской земли, где каждая общерусская книжка считается чуть-ли не клеймом государственной измены Австрии. Прав был Богдан Андреевич Дедицкий, издав в 1866 году брошюру: В один час научиться малороссу по русски! Особенности языка Д.Н. Вергуна, где они резко бросаются в глаза, следует отнести, во 1-ых, к малорусскому происхождению его (и Гоголя сначала обвиняли москвичи в том, что он плохо пишет по русски, что не помешало ему, впоследствии, стать общепризнанным образцовым русским писателем!), во 2-ых же, к его неоспоримому праву вносить в общерусский язык и свои местные, червонорусские, карпатские обороты. Только таким образом может обогащаться и крепнуть могучий и свободный русский язык! Д.Н. Вергун бывал и в России, даже 4 раза, но всегда на очень короткие сроки. Первый раз в 1895 году, чтобы в Петербургской публичной библиотеке написать свою докторскую диссертацию о Мелетии Смотриком. Стихотворения, печатаемые здесь, помещались с 1891г. в львовской Беседе - О.А. Мончаловского (1891-1897), в Живом Слове - Ю.А. Яворского (1899) и в Славянском Веке, издаваемом самим Д.Н. Вергуном в Вене с 1900г. Львов, в июле 1901г. Литературный кружок общества галицко-русских студентов Друг во Львове (Народный Дом) Посвящение Мое-ли это, или перепевы чужих напевов, мне запавших в душу, сказать так трудно!...Но, когда посевы падут на камень иль пустую сушу, тогда возможно-ль ждать от них плодов? Ведь нет?! Так с Богом в свет, без лишних слов... Боевые кличи За Русь, за Русь! (Слова к студенческому маршу) Посвящается русскому студенческому обществу Буковина в Вене За Русь, за Русь, святую Русь, вперед на бой, никто не трусь... Идет наш век - любви, добра, вперед- же, Русь, ура, ура!.. Лет тысячу был век романский, Вторую тысячу - германский, А третья тысяча пришла - тут нас судьба уж призвала, ура, наш век русско-славянский... Идет наш век любви, добра, вперед же, Русь, ура, ура! На нашем знамени - народ, мы дружно с ним идем вперед, народ Богдана и Петра, святая Русь, ура, ура!.. Он победил мир басурманский, сберег нам светоч християнский, горя любовию святой за братьев жертвовал собой, ура, народ русско-славянский! Идет наш век любви, добра, вперед же, Русь, ура, ура! Могуч был Рим - его рабов очеловечил свет Христов, но ненасытный капитал людей в ярмо вновь заковал... И кто-же им вернет свободу, кто правду даст людскому роду? Лишь тот народ, что в жертву кровь несет за братство, за любовь, вот жребий русскому народу! Идет наш век любви, добра, Славянство - Русь, ура, ура! Вена, 1897 Д.Н. Вергун: Червоннорусские отзвуки. Львов 1901г. 144с. http://www.litres.ru/dmitriy-nikolaevich-vergun/chervonnorusskie-otzvuki/ 2.1Мб Марш русских студентов http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_384.htm

Светлаока: Ять пишет: По другому преданию, Святогор, умирая, лег в гроб (трумну) Трумна - гроб? Откуда такое слово?

Ять: Коляда Голос Народа (Н-р 34. Львов. четверг. 25 декабря 1914, с.6. Редактор И.И. Цьорох) Днесь вси возыграйте В дланы (ладони) восплещайте В день сий превеликий Радости то ликий Се бо Творец всего света Пришел в последнии лета... ... И со нами обитати на земле http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm КолядА Слово темное и до сих пор невыясненное. Одни пытаются найти его корень в римских Calend-ах, другие видят в нем корни слов коло (диск солнца) и ладо. Одни считают Коляду божеством, другие - названием праздника. По всей вероятности это был общий праздник всех богов (на подобие христианского праздника Всех Святых) по случаю обратного поворота ушедшего в даль солнца (солнцеворота), как бы рождение его (dies solis natalis), Праздник Мирного Труда миролюбивого, земледельческого славянского народа, Праздник Благодарности Богу и прибогам, как земным работникам, за прошедший год, а вместе с тем и общее поминовение душ усопших предков, соединенное с Колядой, как и с другими великими славянскими праздниками (Великднем, Русалиями), о чем свидетельствует блюдо кутьи в сочельник и оставление ея после Святой Вечери на стол на ночь для душ. Коляда праздновалась в декабре месяце, называемом до сих пор в Галичине Груднем (в старину - Просинцем), т.е. после окончания всех хозяйственных работ (обмолота, прядения и т.д.), в то время, когда земля покрывалась грудой (твердой мерзлостью) и когда можно было приглашать (просить) в гости знакомых и родственников из других селений, так как в другое время, из-за непроходимых тогда болот, этого нельзя было делать. Праздник Коляды был чрезвычайно радостен (он таков и теперь), особенно для детей и молодежи, которая организованными группами в личинах (масках) и без них, с туром (ныне цапом-козою), с заученными маленькими пьесками колядовала, т.е. воколо (кругом) все дворы селения и под окнами пела колядки, а с туром заходила и в избы потешить и старых, и молодых. В русской части Галичины Коляда начинается в Святый Вечер или в Добрый Вечер обильной, состоящей из двенадцати блюд Святой Вечерей (сочельником) накануне Рождества Христова. Как только появятся первые звезды, хозяин, в сопровождении детей и челяди, вносит в избу заранее заготовленный сноп пшеницы, ржи или овса, с ним и вязанку мягкой соломы. Сноп ставят на лаве (скамье) за стол или скрыню, заменяющую стол, в углу на покутьи, чтобы он, как почетный гость, опирался в две стены, а солому разстилают на полу избы. Сноп величают Дедом, а солому Бабой (местами - Дедухом). Во время Вечери Деда гостят, вкладывают в него понемногу от всякого сухого блюда. По соломе дети кувыркаются , кукарекают, блеют и т.д. Святая Вечеря состоит из растительных блюд - даров опекунши растений богини Лады. Воскуривши яловец (можжевельник), хозяин берет паланичку (тонко печеный хлеб, в роде толстой лепешки), смазанную медом (в других местностях поджаренным луком), желает всем здоровья и счастья, отрывает кусочек для себя и предлагает за тем по старшинству всем присутствующим. Всякий щипает (отрывает) себе кусочек и сьедает для здоровья и счастья. Стол покрыт скатертью или убрусом, под ним сено, а во всяком углу стола под скатертью зубец чесноку (против злых духов). Посредине стола два хлеба: Маланка и Василь (Лада и Велес), в верхний вкладывают свечу. Вокруг хлебов чесноковый венец. Маланку ставят на верху, Василя внизу (В Калушском у. в Галичине в день Нового Года (Василий - Велес) оба хлеба купают в реке или в колодце, после чего, покрыв пол хаты полотном, катят оба хлеба от порога к столу и опять ставят на стол, но теперь - Маланку внизу, а Василя на верху). Вечеря состоит почти из всех национальных безмясных блюд: борщ, всякого рода вареники (с картошкой, капустой, гречневой кащей с грибами, пшеном, сливами и т.п.), пирожки, голубцы, вар (вареные сушеные фрукты), капуста, свекла, горох, фасоль и бобы, грибы, мед, фрукты и орехи. Обязательное блюдо, без которого нет Святой Вечери и которое кушают обыкновенно последним - кутья: вареная пшеница с медом, тертым (макогоном в макотре) маком и тертыми орехами. Хозяин берет немного кутьи в ложку и со словами Сейся, родися жито, пшеница и всякая пашница - сеет ее по потолку. Чем больше прилипнет кутьи к потолку, тем больше будет урожай для хозяина в наступающем году. Во время и после Вечери под окна подходят колядники. Где их не желают по скупости или другим поводам, стучат в окно, и колядники безмолвно уходят. После ужина пастух связывает все ложки веревочкой, чтобы товар (скот) во время пастьбы не расходился. Избы в праздник Коляды не метут (Баба на полу) и сора из хаты не выносят, чтобы не вынести вместе с ним ниспосланного в Коляду счастья и т.д. Коляда изобилует множеством других мелких обрядов и обычаев, уцелевших в одних и погибших в других деревнях и уездах, как тоже и гаданиями. На самый день Коляды заготовляются дары скотьего бога Велеса: окорока, ядерницы (желудки и кишки с кашей и кусками сала), колбасы и т.д. К этому празднику более зажиточные хозяева колют и режут безрог (свиней), овец, телят и т.д. В колядках упоминается имя Лады и Деда Ладо, а некоторые из них оканчиваются припевами Ой Дай-Боже! или Ой Дай-Бог! Перед Святой Вечерей, чествуя богиню здоровья и крепости Живу, в некоторых местностях моются в реках и потоках, как в Живный Четверг, считая воду в этот вечер целебной, что вместе с Дедом и Бабой, Дажь-Богом, Велесом и Ладой свидетельствует о соборности праздника Коляды, заменяющего белорусский праздник Дзядов. Следует подчеркнуть, что этот праздник, как ни один другой, сберег почти полностью свой древний, дохристианский облик, о котором упоминает автор рукописи Жизнь Владимира Великого. Святая Вечеря, забавы и увеселения (продолжающиеся до Щедрого Вечера), хождение с туром, надевание личин, пение колядок и щедровок, и проч., и проч., происходят ныне так же, как почти тысячу лет тому назад, до принятия христианства. И сама бес Коляда, как ее назвал автор упомянутой рукописи, все ея обряды - глубоко нравственны и чрезвычайно милы. Весь праздник дышет любовью к Богу, предкам и живущим ближним, и даже к скоту. Воскурив яловец в избе, хозяин, тут же перед Святой Вечерей, отправляется с ним и хлебом (в некоторых местностях с особо для этой цели печеными калачиками) в хлева и на птичий двор и балует им всю домашнюю скотину и птицу. В этот Добрый, Святый Вечер скот и птицы разговаривают человеческим языком. Но храни Господь подслушивать: любопытного ждет верная семерть. В праздник Коляды постоянно поздравляют друг друга и желают всяких благ: Помогай Бог на счастье, на здоровье! Дай вам Бог из росы и воды! Сейся, родися для вас и худобки! И в миски, и в желобки! Дай Боже счастья! Дай Боже, дай Боже, дай Боже и вам! Поздравляют и хозяина, и хозяйку, их детей и всю челядь, и всякого в избе особо. Многие колядки, которые поются под окнами, содержат в себе и всякого рода пожелания, но обычай сохранился, что один из колядников, после окончания пения колядников под окном, входит в избу и обязательно еще раз поздравляет и желает - виршуе (так как все поздравления и желания приукрашены рифмой), после чего получает коляду, т.е. или деньги, или что-нибудь сьестное. Упоминаемая в Предании колядка в Галичине в общем употреблении: Ой в саду, садойку Там павойки ходят, Там повойки ходят И перойки ронят. И т.д. В иных местностях поют: садочку или садоньку, павочки или павоньки, перячка или перонька. Илья Иванович Тёрох. Карпаты и Славяне. Предание. Отрывок из сочинения Сварог - Издание Общества ревнителей русской старины. Нью-Йорк, 1941 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_354.htm Ой у садочку павоньки ходять, Павоньки ходять, пірячко ронять. Ходить за ними красна дівонька, Піря збирає, вінок збиває. Та схопилися буйні вітрове, Буйні вітрове, шайні дощове. Шайнули вільком у тихі води, У тихі води, в глибокий Дунай

Слатин Н.В.: Светлаока пишет: Трумна - гроб? Откуда такое слово? Это поляцизм (полонизм) — trumna.

Ять: Голос Народа Н-р 34. Львов. четверг. 25 декабря 1914 Голос Народа Орган Русской Народной Организации Иллюстрированная, просветительная, экономическая и политическая газета для русского народа Голос Народа, Н-р 34. Львов. четверг. 25 декабря 1914, с.6-7 Семен Бендасюк. Слово землякам Христос раждается! Николи еще Галицкая Русь не праздновала и не буде праздновати такого Рождества, як в нынешнем году. И горе и радость в нашем сердце слилися в несказанное чувство удивления перед повагою и величием нынешней исторической хвили. Горе у каждого из нас личное, родинное, приватное по причине страты дорогих нашему сердцу родных, взятых в австрийскую армию, арестованных и вывезенных, неизвестно куда, повешенных, розстреллянных... У многих наших селян также ныне горе по причине страшного опустошенья, спаленья и руины их потом - кровавицею собранного добытка, по причине голода та холода...Но що оно в сравненью с тем горем вдов и сирот, що остали без мужей, отцев и братьев, убитых и забранных австрийцами! Сядем мы теперь до святой Вечери, а невыносимая боль нам всем стисне сердце, бо, сдается, не найдется в целом краю ни одной русской родины, в которой за столом не осталось бы хотя одно месце пустым. За то радость у нас общая, всенародная, не поддающаяся описанью, громко-торжественная, бо окончилася неволя и мы стали свободными членами русской Державы, хозяинами на своей русской земле. Окончилося и не вернется больше николи панованье над нашим бедным крестьянином польского шляхтича, злопамятной Австрии, жидовы и украины-мазепии. Правда, пришлося нам за то освобождение дорого заплатити, но заплатили мы недаром. А впрочем, дорогие братья и сестры, чи-ж то мы до войны, под австрийским обухом, меньше мали страт и жертв, як теперь в ту войну? Ану, по совести, допустимо маленькое сравненье. От голодного тифа год в год умирало сколько? На нужденных заработках в Пруссии сколько? За морем, в Америце, на краю света сколько? По тюрьмам за русскую народность и православную веру сколько? - А? Як вы думаете? Никто николи не вел реестр всем тем страшным стратам и никто той величезной суммы марно пропавших и загинувших представити не може. Родился наш мужик бедным, жил жебраком, погибал як муха на далекой чужбине - и следа по нем не оставалось. А теперь наши великие страты тому нас так сильно поражают, що то все сталося нараз, неожиданно и на наших очах - вот и все. Скажите мене, добрые люди, куда делась украина мазепия? То ей-Богу, и забавно и интересно. Был у нас, пановала вельможная и славетная мазепия до русского селянина не дуже широкий доступ мала, но на москаля, як сдурелый с лопатою на солнце, порывалася, и як лишь ступил ногою на нашу земленьку казак - як бы скрозь землю провалилася! Ходил-допытувался я у многих людей, та ничого мене о ней толком сказати не могут. Одни говорят, що мазепинцы, увидевши русского казака, так бегут, як бежал колись, в старину, их поганый дядько, сам Мазепа, - раз польским шлахтичем привязанный на седле лицем до конского хвоста, а потом другий раз перед полками русского Царя Петра Великого - и кажуть, що мазепинцы, загналися в самый Ведень, но таки и там не оперлися, а бегут дальше, аж в Турцию и до африканских черношкурых негров, и уже загналися туда, где куры не допевают, та ветер не довевае, и все еще не могут опамятатися. Другие шепчут, що дробный мазепинский нарыбок остался таки во Львове, но днем не показуется, бо не выносит яркого солнечного света, и жде боязливо, пока не настане на святой Руси тьма тьмущая, щобы тогда можно высунути из вертепа поганую голову. А третьи лишь махают руками и кажуть: скорше можно бы доведатися, где ныне находятся наши вывезенные австрийцами узники, чем допытатися, где теперь гараздуе мазепия. Вижу я, що каждый Божий день ведут по Львови тысячи и тысячи пленных австрийцев, знаю, що межи ними есть немало наших русских крестьян, которые попавши в русский плен, сейчас приносят присягу на верность нашему Отцу государю Императору, остаются на свободе и вертают назад до своей хаты, если ей еще австрийцы не спалили - то-ж и пытаюся их, чи не чували що о мазепии? И они розсказуют мене о мазепинцах правдивые вести, которые и нашими и чужими газетами подтверждаются. мазепия теперь в Австрии скорчилася в чотыри погибели. Головная, выходившая во Львове украинская газета Дiло переселилася, со страху перед казаками, насамперед на Мазурщину, в Новый Санч, но як русские казаки и Новый Санч заняли, бежала она в Ведень, где выходит лишь раз на тыждень, и то страшно искалеченная та обкусанная. Но, теперь и там не чуется безпечною и скоро перенесется на месяц. В Ведне страшная теснота и нищета, бо все из Галичины со страху перед казаками бегут туда: поляки, немцы, жидова, цыгане и мазепинцы. При том всем, на беду и горе, вышла еще вот якая комедия. Як венгерцы и австрийцы арестовали и убивали по тутешних галицких селах многих наших русских селян, то где куда вышла ошибка и непорозуменье, и то тут, то там, арестовали, або застрелили, чи там повесили межи русскими и мазепинца. Бо то, видите, русские казаки часто так быстро и ненадейно налетали, що австрийцам не было времени долго украинца слухати, як он божился, що он не руссофил, не казап, на москаль, не москвофил, а часто таки арестовали, бо вся та мадьярская и швабская погань совсем не розумела украинского базиканья. Тому то разом с нами русскими крестьянами погнали австрийцы в свои тюрьмы и немало мазепинцев, а теперь, хотя и прошло столько месяцев, нияк еще там не могут роспутати, кто русский а кто мазепинец. И осталися мазепинцы в глупом положенью: сидят в австрийской тюрьме проклинаючи мазепию ледащицу и Австрию лукавцу, на чем свет стоит. И выходит такое, що будто они пострадали як и русские, но за такое страданье русский народ не только не скаже мазепинцам спасибо, но даже не помянет их. Иначе решил в своей премудрости мазепинский посол и атаман сiчей Трилёвский. А якая то мудрая голова, то вы познали сей весны из его беседы на нашем процессе о державную здраду. Он собрал своих темных, як осенняя ноченька, гуцулов, дал им в руки то топорцы, то колы из плотов и послал их разом с польскими соколами и бартошами против русских армат и штыков. И теперь несчастные хлописка через глупую затею Трилёвского гибнут массами, як подкошенная трава в лузе, ни за що, ни про що. Нет им ниякого способа ни в Австрии остатися, ни на русскую сторону перебратися и терпят страшную беду. Летом выбралися хлописка лишь в коротеньких та легоньких киптариках, а теперь зима, снега, мороз. Другие народы кладут свои молодецкие головы в обороне дорогой отчины, за свободу, а наши гуцулы за тумана Трилёвского. Уже то он туманил безсовестно наших гуцулов в часе всяких выборов, а теперь наконец погнал из всех на резню как баранов. Но другие мазепинские главари-атаманы уже махнули на Австрию подертыми рукавами и поехали глядати помочи и притулку - куда бы вы думали? Не угадаете - аж в Турцию! Выволоклися мазепинцы в турецкую столицу Константинополь, пришли до басурманского нехристя-бея, ударили перед ним своим безстыдным челом и просили пустити их до султана. Но султан не пожелал их видети, и послал до Талаат-бея. Припали мазепинцы до ног басурмана и стали просити его взяти их в оборону перед Россиею. - Ой, беда с мазепию! - сказал, мотаючи реденькими як у кота усиками, Талаат-бей. Великая беда и черная година. Было колись славное на Украине козацкое войско на Запорожской Сечи, и люто нас, турок, побивало, наши селения опустошало и палило, в плен нас забирало...Сегодня его потомки земно нам кланяются. Видно, зле дуже зле с ними...Если хочете, щобы Аллах и его пророк Махамет вас благословил, то в знак вашего нам подчинения взываем ваших сiчовиков в нашу турецкую службу, в ряды наших янычар -. И сгодилися на то мазепинцы, турецкому бею низко-низехонько поклонилися и во всех своих и немецких газетах оголосили: Дрожи, Россия! С нами - Турок! Но то все еще ничого в сравненью с тою чудасиею, якую выкинула найбольшая голова во всей мазепии - сам Михайло Грушевский. Увидевши, що всю Галичину уже забрала Россия, що русского казака, сдается и сам Трилевский не задержит, що в Ведне также сидети небезпечно, а турок, просто насмехается, думал-думал, а потом, тишком-нишком, с фальшивым паспортом за пазухою, пробрался из австрии в Киев, и с початку прятался под чужим именем по закуткам, як наши мазепинцы по Львове, а потом начал помаленьку высовувати свою великую голову на улицу. Зачудовалася дуже русская полиция яким то способом из австрийского боку, через такий пекольный военный 1000-верстный фронт, где вечно, днем и ночью, грохочут с обоих сторон арматы, теркочут пулементы, сыплются градом и свищут кули, шумят шрапнели, пан Михайло перебралися целый, здоровый и веселый на русскую сторону и стала интересоватися, допытоватися...А що Михайло не мог того скоренько пояснити, то теперь долго-долгесенько роздумуе над отповедью в Ивановой хате. Иногда приходят сюда, во Львов, из наших сел такие чудацкие вести, що нияк их не розберешь, не поймешь, ничогосенько хоть убейте. Недавно стали нам наши сознательные крестьяне доносити, що якие то органисты и сурдутовцы берутся навертати наше селянство в латинскую веру, в римо-католичество! Вы не верите? И я не верил, но теперь верю. Злые духи нашептуют нашим селянам так: Теперь вас русские власти заставляют силою переходити из унии в православие. А що царства небесного на другом свете доступит лишь тот, кто держится римского папы, то треба вам приставати до польского костела. Ну, що вы скажете? Як вам подобается такая штука? И находятся, правда редко, такие крестьяне, которые тому верят. То уже не комедия, а - лайдацтво. Где, от кого и коли слышал кто такую небылицу, що будто русские власти насильно заставляют когось переходити в православие? Такой дурацкой беседе не поверит и слепая курка. По-що русским властям силувати русских селян переходити в православие, коли все они от деда-прадеда православные и только беда в том, що нет священников, бо их або вывезли або вывешали, а новых ис России пока що невозможно достарчити. Та кто ж то из русских людей знал якую веру унию? Скажите. кто из вас селян называл себя униатом? Чи чули вы, щобы наш мужик коли сказал: Я не православный христианин, а униатский христианин? Русские власти прекрасно знают, що ониосвободили своих одной крови и одной веры братьев и що силовати православ. христиан до православной веры не треба. И православная вера якая тут была в Галичине, такою и останется во веки веков аминь. Таким органистам, що пускают такие слухи, буде круто, як возьмут хлопы буки в руки и начнут показывати им дорогу в Рим. Во Львов прибывае каждый день много наших крестьян из горных местностей в которых забегали на короткий час австрийцы. Они росповедают о невероятных их зверствах над нашими селянами. А що теперь мазепинцев нестало, то доносчиками на наших людей суть жиды. Жиды указуют на русских крестьян жидам офицерам в австрийской армии и жиды в австрийских мундурах наших людей вешают и розстрелюют. С плачем пытаются селяне: за що нас мучат жиды? Чому не любит русского хлопа польский шляхтич - знаем, чому мазепинец - также знаем. Тому, що он им не дается. Но чому ненавидят и катуют нас жиды? Та ж русский крестьянин каждому жиду полударом робил, платил ему за пожички добрые проценты, был его верным наймитом и выписал за добрые гроши всю его водку-палюнку. Чому ж он так нас страшно ненавидит? Так пыталися крестьяне сими днями таки самых жидов. И жиды, гордо закручуючи пейсы, сказали так: Все то, правда, що вы говорите, однако, мы ненавидим вас за то, що через вас, русских крестьян, Россия забирае теперь Галичину? И сказали на сей раз жидиска правду. Так, бо лишь по причине нечеловечовского, жестокого и безпощадного переследованья русского крестьянина поляками и австрийским правительством наш Царь-Ботюшка послал свои славные войска освободити нас из многовекового рабства неволи. Нестерпимые страдания нашего забитого народа поранили вселюбящее Царское русское сердце, народные слезы и вопли достигли до небес, до стоп самого Господа Бога. теперь по-диавольски страшат жиды наших селян тем, що будто прийдут снова австрийцы, которым они, жиды, предложат список крестьян, нежелающих им подчинятися, як руссофилов, щобы их австрийцы розстреляли. Бедный, ограбленный и обманутый наш народ и верит тому и не верит. Но, знаючи уже, що австрийцы с ними дотеперь чинили, страшно боится по ворота заклятого ворога, а жиды ту его боязнь всякими хитрыми способами выкорыстуют. И смешно сказати, на якой подставе жиды так безсовестно наших людей тревожат. В гдеяких местностях русские войска, тому еще два месяца, щось там раз чи два разы на хвилю, як то в войне бывае, отступили, щобы потом австрийцев тем лучше в пух и прах розбити. А лукавые жидиска с того корыстают и стращат, поки с ними не сделают порядка русские власти. Пропал на веки вечные жидовский танцюристый рай и не вернутся больше николи на русскую землю австрийцы. Семен Бендасюк Голос Народа (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm А да сим словом бувай же здоров, Бувай же здоров, пан господарю, Не з собою, изь газдинею, Изь газдинкою, зо всев челядков, Изь сыноньками, изь доненьками, А з усем родом, з кречным обходом! Дай же ти, Боже, в поли урожай, В поли урожай, а в гумно звожай, А в гумне хлебно, в оборе вбойно, В дому весельно, на славу втешно!

Ять: Голос Народа. Высокомилостивые слова Н-р 30. Львов. четверг. 27 ноября (10 декабря) 1914 Голос Народа Орган Русской Народной Организации Иллюстрированная, просветительная, экономическая и политическая газета для русского народа Голос Народа, Н-р 30. Львов. четверг. 27 ноября (10 декабря) 1914, с.2 Высокомилостивые слова Война застала деяких наших Народных деятелей в России. Все они сьехались в Киев и тут образовали Карпато-русский Освободительный Комитет под председательством д-ра Ю.А. Яворского. В комитет вошли членами: д-р М.Ф. Глушкевич, д-р Ю.И. Секало, С.А. Лабенский и д-р М.Э. Сохоцкий. Сейчас в начале своей деятельности Комитет выслал 2 августа следующую телеграмму Государю Императору: Его Императорскому Величеству Государю Императору. Петергоф. Председатель бюро Карпато-русского освободительного комитета Юлиан Яворский и члены Мариан Глушкевич, Семен Лабенский, Юлиан Секало, Михаил Сохоцкий от имени собравшихся в матери городов русских, древнестольном Киеве, жителей и народных деятелей Карпатской Руси повергают к стопам Вашего Императорского Величества чувства безпредельной верноподданнической преданности и моля Всевышнего о даровании славной победы русскому освободительному оружию, всеподданнейше просят Ваше Императорское Величество всемилостивейше принять изстрадавшуюся в многовековой лютой чужеплеменной неволе Карпатскую Русь в родное лоно Великой Русской Семьи и завершить святое историческое посланничество собирания Земли Русской. Генерал-адьютант Трепов Голос Народа (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm В нашого пана, пана крайника, Писано, ей писано, Злотом му терем писано. Тисовы сходы, яворовы сени; По сходах ходит молода пани, Молода пани ключами дзвонить. Помалы дзвонет, золоты ключи, Помалы дзвонет, пана не збудет. Бо наш панойко з войны приехав, З войны приехал, з Угорской земли, Прийшли до нёго та братя ёго, Стали ся в него выведовати: Ой брате, брате, що там слыхати, Шо там слыхати в Угорской земле? - В Угорской земле добре слыхано, Ой бо там уж е пречь поёрано, Злотом засено, заволочено, Заволочено, пречь погороджено - Дай же вам Боже, счастья, здоровья, А из своею господинею! В стайници радость, в хижи веселость, Дай вам Боже!

Ять: Современная Галичина *** Доверительно. Для широк, ознакомл. Г.г. офицеров Действующей армии. Современная Галичина. Этнографическое и культурно-политическое состояние ея, в связи с национально-общественными настроениями. Записка составл. при Военно-Цензурном отд. Управ. Генерал-Квартирм. Штаба Главнокомандующего Армиями Юго-Западного Фронта (июль 1914г.) Походная типография Штаба Главнокомандующего Армиями Юго-Западного фронта. 1914 Схема главнейших населенных мест Галичины, с показанием пунктов, в которых находятся сознательные сторонники Русской Народной Партии и члены Галицко-Русского Народного Совета Содержание 1. Национальности в Галичине и их распределение 2. Как распределяются культурные, политические и экономические силы в Галичине 3. Галицкий Народный Совет и Русская Рада 4. Члены Народного Совета по выборам на 1914 год 5. Карпато-Русский Освободительный Комитет 6. Настроения в Галичине А. Русские а) Русский лагерь. Органы партии, Национальные песни и цвета. Где находятся сознательные сторонники Русской народной партии? б) Украинский лагерь. Органы партии, Песни и цвета. Как относиться к украинофилам? Б. Польское население. Польский лагерь. Польские крестьяне. Рабочие социал-демократич. организации Органы польских партий В. Евреи. 7. Общее настроение ... 29-го же июля Карпато-Русск. Освобод. Комит. составил следующее возвание для распространения среди населения и войск Галицкой Руси: Многострадальный Русский Народ Галицкой земли! Братья и Сестры! Велик Бог Земли Русской! Шестьсот лет стонала наша Галицкая Русь в чужом ярме! Шестьсот лет стонал в лютой неволе многострадальный народ русского Галича! Шестьсот лет лились горячие слезы сынов Галичины. Шестьсот лет текла у нас русская кровь на потеху врагам нашего народа и всей Великой Руси. Шестьсот лет трудился, Ты, несчастный русский мужик-хлебороб, в поте чела, не для себе и своих деток, а для тех, що тебе сковали в цепкии ланцюхи и держали в неволе. Страдал Ты, истекал кровью и слезами, но заносил горячии мольбы перед Престол Всевышнего и ждал искупления. Но проходили годы и сотни лет, а вместо искупления враг теснейше сковывал Тебе, в ярме неволи. Коли першии вороги твои довольствовались плодом твоего тяжкого труда и неповинной кровью твоих дедов и прадедов, последний твой повелитель и враг - злопамятная Австрия, напоселась на твою душу, на твою Веру, на твое славное имя Русь, русский. Поруганы наша церковь и православный обряд, поруган Святый православный трираменный Крест. В народ внесена зараза братоубийственного раздора. Расколол его враг на две части, напустил одних на других и, потираючи руки, ждал, коли наш народ своею несгодою сам себе сотрет с лица Галицкой Руси. Казалось не будет искупления, не засияет на нашей несчастной родине луч русского свободного солнца. Но Велик Бог Земли Русской! Он подверг Тебе, Русский народ Галича, тяжкому испытанию, но не забывал о тебе, Он готовил тебе свободу и лучшее будущее!... По велению Всевышнего славное и непобедимое воинство Православного Русского Царя вступило на Галицкую землю, шобы принести ея несчастному народу волю и счастье, щобы приняти его в просторный и достатный дом одной, неразделимой русской Родины. Открывай храмы и, преклоньше колена, вознеси ты, русский мужик Галичины, к Престолу Всевышнего горячую молитву. Радуясь искуплению, благодари Всевышнего за посланное счастье. Не перерывая молитву, бери крест и хоругви и с торжественным пением молитвы: С нами Бог! встречай Православное Русское Воинство, которое несет тебе не только широкий простор земли и хлеб для утоления голода телесного, но несет тебе также твое незапятнанное имя Руси; несет тебе православную веру твоих предков, несет тебе волю и свободу русского человека на своей родной Русской земле. Ты-же, несчастный русский Галичанин, которого жестокая судьба заставила в рядах вражеской армии с оружием в руках выступити против своих братьев, несущих нашему народу искупление, осени себе крестным знамением, благослови ту хвилю, в которой совершается освобождение родной земли. Кидай оружие и отдавайся Православному Воинству, которое приймет Тебе не як военного пленника, а як родного брата, вертаючего с неволи под стреху родной хаты. Кидай оружие, щобы в велику хвилю освобождения Галицкой Руси не лилась кровь брата от руки брата. С теми словами под сю великую хвилю, звертаемся до тебе, Русский народ Галича, мы твои сыны, которых судьба случайно вынесла за пределы родного края, и дала нам возможность в матери городов русских, древнем Киеве, содействовати великому делу освобождения родного народа. Киев, 29 июля 1914 За Карпато-Русский Освободительный Комитет: Председатель: Д-р Ю.А. Яворский, писатель. Секретарь: С.А. Лабенский, редакт. Прикарпат. Руси и член Нар. Сов. Гал. Руси. Члены: Д-р М.Ф. Глушкевич, член Нар. Сов. Г. Р. Д-р Ю.И. Секало, уездн. организ. Рус. Нар. Организации Д-р М.Е. Сохоцкий, член Народного Совета Галицкой Руси. Современная Галичина: этнографическое и культурно-политическое состояние ея, в связи с национально-общественными настроениями: записка составл. при Военно-цензурном отд. Упр. генерал-квартирм. штаба главнокомандующего армиями Юго-западного фронта (июль 1914г.). с.30, карт. Российская Государственная Библиотека http://dlib.rsl.ru/01004102748 pdf 28Мб Современная Галичина http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_188.htm

Ять: Современная Галичина *** 1. Национальности в Галичине и их распределение (Русский элемент, Польский элемент, Евреи и Немцы) 1. Русский элемент. Он густо населяет всю восточную часть Галичины (от русск. вост. и сев.-вост. границы до линии: Развадов-Пржеворек (польская местность) - Дынов и линии, идущей на запад, парал. Карпатам по Новый Санч). Русское население (более 3.1/4 милл., не считая Буковины) в своей массе крестьянское. Интеллигенцию и полуинтеллигенцию (несколько тысяч) составляют: униатское духовенство (главная масса интеллигенции) и сельские учителя (по деревням); в городах и местечках, кроме духовенства и учителей, интеллигенцию составляют адвокаты, врачи и чиновники. Русских помещиков почти нет. Торговля и промышленность - вся в чужих, преимущественно, в еврейских руках. Имеется среди русских крестьянская кооперация, но в слабом, зачаточном развитии. Зато кредитное дело поставлена у русских довольно солидно: его обслуживает густая сеть кредитных кооперативов. Густота русского населения. 1) В Карпатах и в Подгорской части (отроги Карпат, до жел. дор. линии: Станиславов - Долина - Стрый - Самбор), русских 90-100%. 2) На Северо-востоке и Севере (уезды: Броды, Радсков, Каменка, Жолков, Рава русская, Сокаль, Яворов, и др.), до реки Сан, - русских 80-90%. 3) В Черноземной полосе - Подольская область (уезды: Гусятин, Скалат, Бучач, Залещики, Барезаны, Трембовля, Тарнополь), а также в полосе, перерезываемой жел. дор. линией: Тарнополь-Золочев-Львов-Перемышль-Ярослав, - русских 65-90%. 2. Польский элемент. Он населяет остальн. часть края (Западную), где pуccких совсем нет. В восточной (русской) части Галичины польский элемент встречается: 1) в крупн. городах (от 25.000 насел.) - в значительной мере; 2) в уездн. городах и местечках - гл. образом, среди чиновников; З) среди помещиков и крупн. землевладельцев (В настоящее время 30% крупного землевладения - в руках евреев); 4) в черноземн., полосе и по жел. дор. линии: Львов-Перемышль, часто попадаются колонии польских крестьян (мазуров). 3. Евреи. Они населяют дов. густо города, местечки, в котор. иногда их абсолютное большинство; по деревням можно встретить от 5 до 15 и более семейств. 4. Немцы. Немецкие колонии времен Иосифа II до того немногочисленны, что немцы, как национальный фактор, в крае никакой роли не играют. 2. Как распределяются культурные, политические и экономические силы в Галичине 1. Русский элемент страдает во всех отношениях от культурного и политического засилия поляков, а также от экономического засилия евреев. Благодаря этому, эмансипационная борьба, которую ведут русские, - безуспешна. 2. Польский злемент силен как держатель государственной власти (чиновники), как культурн. фактор и экономический, - в области (исключительно) землевладения. 3. Еврейский элемент идёт в политической жизни по указке правительства (следовательно, поляков). В культурной области он усиливает отчасти польские ряды, отчасти предается идеи сионизма. Разговорный и печатный язык у евреев Галичины - т. наз. жаргон. В экономическом отношении евреи всесильны. 4. Немцы, ни в культурн., ни в политическом, ни в экономическом отношении, собственно, силы не имеют. Немецкая политика, поскольку таковой может быть признана политика Австро-Венгрии, имеет своим проводником польский элемент с евреями, а в последнее время к ним подслуживается т.н. украинофильствующая часть населения, которая совершенно определенно дает понять австрийскому правительству, что с помощью украинофильской партии может быть отторгнута от России Украина, для присоединения к Галиции. 3. Галицкий Народный Совет и Русская Рада Галицкий Народный Совет является верховной магистратурой Галицко-Русского населения. В своем известном ответе Газете Львовской (Прикарпат. Русь, 1912г. N 771) он сам дает себе следующее определение: Народный Совет - верховное представительство той части Галицко-Русского населения, которая - исповедует исторические русские начала и остается верной русской национальности. Экзекутивным (исполнительным) органом Народного Совета является учр. в 1848г. Русская Рада. Значение Народного Совета. Он представляет из себя, т. обр., самый важный орган, ведающий народной жизнью русской Галичины. В заседаниях своих, созываемых в особ. важные моменты, при участии окружных организаторов, он вникает во все области народной жизни: политики, экономии, финансов, разбирает национальный, вероисповедный и культурный вопросы. Он же дает указания и поручения всем Галицко-Русским Обществам. Состав Народнаго Совета. В него входят: а) 20 членов, избираемых на Народном Съезде (ежегодно, в феврале месяце); б) члены правления Русской Рады; в) представители центральных культурных и экономических учреждений Гал. Руси; г) организации: Народный Дом, Ставропигион, Общество Качковского, Защита земли; д) Галицко-Русские депутаты Галицкого сейма и Венского парламента и е) Редакторы газет: Прикарпат. Русь и Голос Народа. Организация Народного Совета идет снизу вверх. - Каждая местность избирает определенное число местных организаторов, которые созываются на окружной сьезд. На окружных сьездах избираются окружные организаторы (для каждого политического уезда) и помощники окружных организаторов (для судебных уездов); помощников избирают, обыкновенно, по два. Кроме того, окружными уездами избираются доверенные лица (по 6-9 на уезд), для участия в Народном Сьезде, который собирается раз в год во Львове. Народный сьезд решает все народные (культурные и политические) дела, подлежащие всенародному обсуждению и решению. На этом сьезде и избираются 20 членов Народного Совета. 4. Члены Народного Совета по выборам на 1914 год 1. Д-р прав Лев Ю. Алексеевич, адвокат в Станиславове 2. Д-р прав Кирилл С. Черлюкчакевич, адвокат в Перемышле 3. Д-р прав Иван С. Черлюнчакевич, адвокат в Скалате 4. Д-р прав Мелитон М. Видрак, адвокат в Черткове 5. Д-р прав Александр И. Савюк, адвокат в Сяноке 6. Д-р прав Михаил Е. Сохоцкий, адвокат в Турке (Переех. в Киев 28/VII 1914г.) 7. Д-р прав Мариан Глушкевич, адвокат во Львове (Переех. в Киев 28/VII 1914г.) 8. Д-р прав Владимир. Ф. Дудыкевич, адвокат в Коломые 9. Д-р мед. Корнилий Миронович, врач в Сколье 10. Свящ. Корнилий Сеник, в Бережнице-Королевской, возл. Жидачева 11. Свящ. Маркилл Раставецкий, в Громне, возл. Комарна 12. Крест. Лука Старицкий, из Знесенья, возле Львова 13. Мещ. Гавриил Мулькевич, из Каменки Струмиловой 14. Крест. Фома Дьяков, из Вербежа, возле Миколаева на Днестре 15. Свящ. Иоанн Мащак, в Липице Дольной, возле Рогатина 16. Свяш. Николай Винницкий, в Галиче 17. Помещ. Антон Крыськов, в Унятычах, возле Дрогобыча 18. Д-р прав Иван Н. Дрогомирецкий, адвокат в Золочеве 19. Кандид. прав Владимир Н. Котельницкий, во Львове 20. Нотариус Александр Строцкий, в Оттынии Редакторы газет: 21. Прикарпатская Русь - Семен Андреевич Лабенский (Переех. в Киев 28/VII 1914г.) 22. Голос Народа - Илья Иванович Церох. Депутаты: 1. Венского парламента и Гал. сейма - Д-р прав Димитрий А. Марков 2. Венского парламента - Сов. судебн. палаты Владимир М. Куриллович. Примечание: Необходимо точно отличать Галицкий Народный Совет от Народного Комитета, также заседающего во Львове и являющегося органом Украинофильствующей национал-демократической партии (см. далее). 5. Карпато-Русский Освободительный Комитет В самом начале кампании 1914 года, по инициативе одного из офицеров Русской службы, видные представители Галицкой культурной и общественной жизни, оказавшиеся, благодаря счастливой случайности, к этому времени в России, составили в г. Киеве особый Комитет, все значение которого легко взвесить, если принять во внимание, что в состав его вошло несколько членов Галицкого Народнаго Совета. 29 июля 1914г. состоялось в Киеве учредительное собрание Комитета, названного Карпато-Русским Освободительным Комитетом. Председателем его избран Ю.А. Яворский, известный Галицкий писатель, живущий постоянно в Киеве; в секретари С.А. Лабенский, редактор газ. Прикарпатская Русь и член Народного Совета; в состав комитета вошли членами: адвокат М.Ф. Глушкевич, изв. защитник Бендасюка, вице-председатель Народного Совета, адвокат Михаил Емельянович Сохоцкий, секретарь Народного Совета, и адвокат Юлиан Ильич Секало, уездн. организатор Русской Народной Организации. Цель и задачи Карпато-Русскаго Освободительного Комитета: 1. Осведомление Русского общества и Освободительной Русской Армии об исторических пореживаниях и современном национально-культурном и политическом положении русского Прикарпатья. 2. Забота о военных беженцах и пленных русских Галичанах. Средствами для этого служат: а) Издание периодич. органа - газеты, назван. Прикарпатская Русь и летучих листков; б) Устройство публичных собраний и бесед. В случае оккупации восточной части Галичины Русскими войсками, К.Р.О.К. переносится во Львов 29-го же июля Карпато-Русск. Освобод. Комит. составил следующее возвание для распространения среди населения и войск Галицкой Руси: возв. 6. Настроения в Галичине (Национально-общественные и политические группы) А. Русские Два лагеря: а) Русский и б) Украинский. Русское население, вообще, называет себя в Галичине Pусынами, Русснаками. Женщины говорят о себе: я русска. Свою веру, язык и т.д. они называют - русскими. Поляки называют русское население: русины, руски, в отличие от русских в России, которых они называют росиане, москале, росийски, москевски. Интеллигенция делится на два нациоальных лагеря: а) Русский, который украинцы называют - кацапским, а крестьяне - твердыми русынами и б) украинский, который крестьяне называютъ - мягкими русынами. а) Русский лагерь. Органы партии, Национальные песни и цвета. Где находятся сознательные сторонники Русской народной партии? а) Русский лагерь. Он организован в Русскую Народную организацию, которую называют также Русской народной партией. Органы партии: 1) Ежедн. газета: Прикарпатская Русь (1500 подписч.), изд. во Львове, и популярные еженедельники: 2) Голос Народа (8000 подписч.) изд. во Львове. 3) Русская земля (4000 подписч.) изд. в Перемышле. 4) Русская Рада (ок. 2000 подписч.) изд. в Коломые. Это издание врём. прекращено за смертью ред. издателя. 5) Народная Воля (ок. 2000 подписч.) изд. в Черновцах. 6) Просвет. о-во имени Мих. Качковского (12000 членов) выпускает ежемесячно популярые книжки. 7) Русские Дружины - пожарно-гимнастические организации, объединяют свыше 20000 членов по деревням. Русская народная партия на парламентских выборах, несмотря на противодействие правительства и террористическую агитацию других, враждебных групп, собирает не менее одной трети всех голосов, подаваемых русским населением. Национальные песни Русской народной партии: 1) Пора, пора за Русь святую; 2) Мир вам, братья и другие на тему единства Руси - от Карпат до Камчатки. Национальная лента: бело-сине-красная. Сине-желтая лента, присвоенная ныне украинофильской партией, собственно была некогда общей галипко-русской национ. лентой. Где находятся сознательные сторонники Русской народной партии? Массы сознат. сторонников этой партии населяют в подавляющем или значительном большинстве след. админестрат. уезды или поветы (на местн. наречии - повит). На северо-востоке: Поветы: Броды, Скалат, Зборов, Золочев (польск. Злочув), Каменка Струмиловая, Радехов, Сокаль, Рава Русская, Жолков, в значит, мере поветы: Львов, Городок Ягеллонский и Яворов. В центре края: Поветы: Перемышляны, Жидачев, Дрогобыч, Добромил, в значит, мере Стрый, Перемышль, Рудки, Ярослав, Станиславов, Толмач и Бучач. В Подкарпатской области и Карпатах: Поветы: Коломыя, Печенежик, Калуш, Долина, Сколье, Турка, Сянок, Леско, Березов (польск. Бржозов), Ясло, Горлицы, Новый Санч (крайн. запад Русской Галичины). В остальн. поветах: кое где разсыпаны отд. сёла - Крепости русского национального сознания. Внешние признаки принадлежности данного селеноя к Русск. народной организации 1) Существование в селе: читальни имени Михаила Качковскаго, Русской Дружины (пожарн.-гимнастическ. организации) или наличие подписчиков и читателей газет: Голос Народа, Прикарпатская Русь, Русская земля и других. б) Украинский лагерь. Своеобразное течение русской национальной жизни в Галичине, известное под названием украинофильства и получившее кое-где кличку мазепинства (за измену исконным русским началам), возникло в 60-х годах XИX столетия. В начале, до 1890-х годов, оно играло положительную роль и работало рука об руку с русским национальным лагерем. Искусная политика распада здоровых начал, принятая в Австро-Венгрии, на основании старого принципа: разделяй и властвуй, вскормленного на славянской почве с откровенным Габсбургским цинизмом, очень скоро оценила все значение украинства. С 1890-х годов Галицкая украинская партия вступает на путь оппортунизма и, в угоду правящему польскому элементу, провозглашает на Галицком сейме идею национального обособления малороссов от великороссов. Милости польских правителей только усугубили рвение партии, и в 1900-х годах мы можем проследить возникновение идеи самостийной Украины. Так. образом, нелепая, интеллигентская затея и мертворожденная, в сущности, идея искусственно подогревалась польской администрацией, проводившей взгляды Австро-Венгерского правительства, открыто указывавшего на это пугало для России. Однако, одновременно с этим, растут и аппетиты новоявленной партии, и в последние годы заметны нешуточные опасения предержащего власть польского элемента перед возможностью усиления влияния хотя и угодной, но все же не польской партии. В 1907г. уже совершенно определено высказывается мысль о создании Украины под скипетром Габсбургов, для чего должна быть от России отторгнута Малороссия. Венский и Берлинский кабинеты усиленно подогревают эту идею, и слухи о создании в мечтах Франца-Фердинанда Киевского Княжества вовсе не так уж измышлены. Нужно-ли удивляться после этого, что в Галичине можно было недавно встретить лиц, старающихся насадить всеми способами ненависть к России? Униатское духовенство, во главе с митрополитом гр. Шептицким, не оставалось в стороне от этой работы, усиленно поддерживая ненависть к схизме (православию). В обшем, украинский лагерь следует рассматривать, в связи с текущими событиями, с двух точек зрения: политической и народной. Политическое значение его до войны - дутая ценность, которой курс поддерживала венская печать и венское правительство ради соображений, связанных с наступлением на Россию. Антирусская проповедь, к счастью, слишком непродолжительно действовала: с 1907г. она захватила пока часть интеллигенции, гл. обр., часть пылкой молодежи. Народной толщи она почти не коснулась. Так наз. милитарные организации галицких украинцев - детская забава. Этот факт подтверждает недавний смотр, состоявшийся во Львове в день убийства эрц-герцога Франца-Фердинанда. Крестьянство приняло в нем участие в виде экскурсии во Львов, издержки которой (путевые и на харчи) уплатили устроители съезда. Рассматривая народный момент, следует установить: массы крестьянства, состоящие под влиянием украинцев, привлечены ими на свою сторону лозунгами борьбы Руси с Польшей, которую вели прежние украинофилы. Эти массы к России относятся сочувственно, как к государству, в котором тверда русская вера и мужицкий царь, в котором земли много и налоги меньше. О присоединении к России мечтает и значительная часть украинской интеллигенции, та часть, которая не развращена еще в конец политикой своих вождей. При оккупации края достаточно было бы закрыть издание украинских органов (см. ниже) и установить надзоры за украинцами во Львове и в таких провинциальных центрах, как Стрый, Перемышль, Тарнополь, Станиславов, Коломыя. По деревням надзор, в подавляющем большинстве случаев, поведет само крестьянство. Для активного выступления украинцев против оккупац. власти нет никакой почвы. К тому же главные сеятели антирусской травли несомненно предпочтут уйти с отступающими австрийскими войсками. Однако, возможно, что австрийское правительство во время мобилизации раздало оружие украинским организациям в некоторых крупных городах. Возможно также, что оружием снабжены видные представители т.наз. украинского лагеря. Хотя серьезной силы эти организации не представляют, однако с ними, в случае вооружения их, придется считаться, как это ни печально для нас, русских. Органы партии: ... Песни украинского лагеря Ще не вмерла Украина. В противовес им русские поют эту же песню, вставляя вместо Украина - слова: Русь святая. Кр. того, в Украин. лагере поют: Не пора, не пора москалеви, ляхови служити. Партийная лента: Сине-желтая, узурпированная, собственно, у общей национальной Галицкой кокарды. Внешние признаки принадлежности к Украинофильским партиям. В помещениях украинских редакций и обществ. организаций находятся часто портреты Мазепы и других гетманов, боровшихся об руку с Польшей против Москвы. В селениях мазепинской организации: читальни Просвіты, пожарно-гимнастич. организации Сич-и и Сокіл-ы. Среди интеллигентов легко отличить украинофила от русского, по библиотекам и выписываемым газетам. Русские читают: Прикарпатскую Русь, Голос Народа, русские газеты и журналы (напр. Нива) из России. Украинофилы читают: Діло, Руслан, а из России получают Киевское издание: Литерат. Науковый Вестник, написанный на жаргоне искусственно и уродливо созданном интеллигенцией (крестьяне - литературного украинского языка не понимают). Как следует относиться к украинофилам К крестьянам, привлеченным в лоно этого лагеря, следует относиться, пока нет активных выступлений, снисходительно и даже предупредительно. Они были грубо обманываемы своей властолюбивой интеллигенцией и не могли разобраться в этом, т. как не знали великорусской и малорусской исторической и бытовой правды. К интеллигенции надо относиться выжидательно: быть может, своим поведением и сознанием настоящего положения вещей, она, не взирая на свое властолюбие заставит нас забыть старое, и нам не придется прибегать к применению суровых законов военного времени. Б. Польское население. Польский лагерь. Польские крестьяне. Рабочие социал-демократич. организации Органы польских партий ... В. Евреи. Примыкая, обыкновенно, к сильнейшей партии, в дан. время к полякам, евреи на самостоятельное активное выступление не решатся, особенно, если почувствуют, что это бьет их по карману. Беднейшая часть еврейского населения склонна к тому, чтобы перейти под Россию, где жить дешевле чем в Австрии, которая разоряет граждан непомерными налогами. Общее настроение Подходя, со всей осторожностью, к общему заключению, необходимо признать, что победа Русского оружия была бы встречена почти всеми общественными кругами Галичины, в общем, сочувственно, тем более, что враждебные нам слои населения убеждены в том, что Австрия, при столкновении с Россией, потерпит поражение. Известный недавний процесс о государственной измене (дело Бендасюка), и вынесенный польскими присяжн. заседателями оправдательный вердикт можно считать, до известной степени, показателем некоторой чуткости польского общества в отношении современного положения вещей, созданного в Галичине интенсивной подготовкой Австрии к войне с Россией. Благоприятные тона общего настроения заставляют нас с особой тщательностью ознакомиться с общественно-политическими группами, дабы можно было без всякого труда разобраться в современном положении родной нам по крови и по духу Галичины Современная Галичина: этнографическое и культурно-политическое состояние ея, в связи с национально-общественными настроениями: записка составл. при Военно-цензурном отд. Упр. генерал-квартирм. штаба главнокомандующего армиями Юго-западного фронта (июль 1914г.). с.30, карт. Российская Государственная Библиотека http://dlib.rsl.ru/01004102748 pdf 28Мб Современная Галичина http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_188.htm

Ять: Прикарпатская Русь К.Р.О.К. (Карпато-Русский Освободительный Комитет) продолжает свою деятельность издаючи в Киеве под редакцией С.А. Лабенского закрытую во Львове австрийскими властями газету Прикарпатская Русь. Между прочим Комитет издал также прокламацию до галицко-русского населенья. В Киеве появились два первых номера Прикарпатской Руси (от 10 и 17 августа). Коли русские войска заняли Львов, редакция переехала в Броды и тут появился 3-ий номер Пр. Руси (от 26 августа), вмещающий в собе также отдел для газ. русского крестьянства Голос Народа. Члены К.Р.О.К. ишли разом с русскими войсками и попутно освобождали из тюрем нашим узников. Особенную ревность проявил в том деле гр. В.А. Бобринский, который вступил добровольцем в армию яко гусарский корнет, щобы, як раньше словом, так теперь и делом защищать свовю любимую Галичину. Дальший н-рь Пр. Руси появился уже во Львове 12 сентября и с тех пор та газета начала появлятись правильно Голос Народа. Н-р 30. Львов. четверг. 27 ноября (10 декабря) 1914, с.2 (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm Прикарпатская Русь Повременное издание Карпато-Русского Освободительного Комитета. N 1. Киев. Воскресенье 10 августа 1914г. N1 Высокознаменательные слова Государя Императора о предстоящем освобождении Карпатской Руси З сего августа г. Киевский генерал-губернатором получена Высочайшая телеграмма следующего содержания: Передайте Мою благодарность Карпато-русскому освободительному комитету за выраженные им чувства. Всею душею разделяю его сокровенную надежду, если на то будет Господня Воля, увидеть наших зарубежных русских братьев, свободно слившихся с Великою Русью. Николай Телеграмма эта последовала в ответ на посланную 2 сего августа начальником края Его Императорскому Величеству телеграмму такого содержания: Председатель бюро Карпато-русского освободительного комитета Юлиан Яворский и члены Мариан Глушкевич, Семен Лабенский, Юлиан Секало, Михаил Сохоцкий от имени собравшихся в матери городов русских, древнестольном Киеве, жителей и народных деятелей Карпатской Руси повергают к стопам Вашего Императорского Величества чувства безпредельной верноподданнической преданности и моля Всевышнего о даровании славной победы русскому освободительному оружию, всеподданнейше просят Ваше Императорское Величество всемилостивейше принять изстрадавшуюся в многовековой лютой чужеплеменной неволе Карпатскую Русь в родное лоно Великой Русской Семьи и завершить святое историческое посланничество собирания Земли Русской. Генерал-адьютант Трепов Воззвание Верховного Главнокомандующего к русскому народу в Австрии Братья! Творится суд Божий! Терпеливо, с христианским смирением в течение веков томился русский народ под чужеземным игом, но ни лестью, ни гонением нельзя было сломить в нем чаяний свободы. Как бурный поток рвет камни, чтобы слиться с морем, так нет силы, которая остановила бы русский народ в его порыве к объединению. Да не будет больше Подъяремной Руси! Достояние Владимира Святого, земля Ярослава Осмомысла и князей Даниила и Романа, сбросив иго, да водрузит стяг единой, великой и нераздельной России. Да поможет Господь Царственному Своему Помазаннику, Императору Николаю Александровичу всея России, завершить дело великого князя Ивана Калиты. А ты, многострадальная братская Русь, встань на стретение русской рати. Освобождаемые русские братья! Всем вам найдется место на лоне матери-России. Не обижая мирных людей, какой бы они ни были народности, не полагая своего счастья на притеснении иноземцев, как это делали швабы, обратите меч свой на врага, а сердца к Богу, с молитвой за Россию и за Русского Царя. Верховный Главнокомандующий генерал-адъютант Николай. 5 августа 1914 Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm Се ТрГлаве молiхомь Влiце а Мале

Ять: Прикарпатская Русь Прикарпатская Русь. 1914, н.1. с.3 Еще седой Карпат, как пленный богатырь, Потупя гордый взор, обьят страдальной думой. Еще и Днестр и Сян, и тихий Буг и Стырь, Как бы насторожась, застыли в тьме угрюмой. Но близок уж разсвет. В изломах облаков Сверкнула цепь огней и громом разразилась. Подземный слышен звон распавшихся оков: Встает от сна Карпат! В нем сердце вновь забилось! И вот, над храмов гор, где, словно алтари, Встают за кряжем кряж в клубах курений сизых, Уже мерцает свет предутренней зари: В град-Галич День грядет, как жрец, в лучистых ризах. Разсеялся туман. На солнце золотясь, Открылись города, селенья, реки, горы. Народ надежды полн. И, истово крестясь, Молитвы шепчет он, подьемля к нему взоры. Он слышит Божий глас и в помыслах Царя Зрят жертвенно-святой и предреченный пламень. В сей День он отстрадал и, сретеньем горя, Он встал днесь отвалить от гроба смертный камень. М. Глушкевич Прикарпатская Русь. 1914, н.1. с.3-5. М. Глушкевич. Заметки к моменту Заметки к моменту I Разразившаяся столь неожиданно война сразу, с первых же дней нашла себе во всех слоях русского общества самую верную оценку, выразившуюся, между прочим, в согласном определении ея общепризнанного характера и в общепринятом ея названии. Как только Австрия напала на Сербию и, несколько дней спустя, Германия обьявила войну России, для всех сразу-же стало ясно, что России придется вести упорную и многотрудную, а притом по истине народную войну, целью которой является, с одной стороны, освобождение не одной только России, но чуть ли не всех народов европейского материка, от милитарных тисков двигающегося германского шовинизма, с другой же стороны, окончательное освобождение славянских народов от чужеплеменного ига. Вот почему настоящая война и получила принадлежащее ей по всем правам, великое и грозное, но верное и достойное название освободительной войны. И это с первого же момента, за долгое, сравнительно, время до появления воззваний верховного Главнокомандующего к Полякам и к русскому народу Прикарпатья, каковые акты явились блестящим и ободряющим подтверждением, укреплением и поглублением с высоты компетентных кругов общего всем настроения и общих всем надежд. В ответ на дерзкий вызов воинствующего германизма, великий русский народ, кроткий и долготерпеливый, поднялся во весь свой могучий рост, чтобы, быть может, окончательно и навсегда свести счеты с историческим врагом, не только за себя, но уже заодно и за все славянство. Воскресли надежды всех славян, порабощенных настоящими в силу своего происхождения, Гуннами-Мадьярами и теми-же гуннами по культуре - Немцами. Опять воспряли духом Сербы, поражая мир своею храбростью. Воскресли надежды Чехов, западных славянских стражей. В грозный и ответственный момент среди темных туч завидели просвет Поляки, и в их груди забилось славянское сердце. Несомненно, всколыхнулись вековые чаянья в народной душе Словенцев, Словаков и Лужицких сербов. Все это чувствуют, почти все об этом постоянно читают, многие об этом пишут. Но, в силу особых, исторически сложившихся условий, далеко не все, далеко не многие даже вдумываются в грядущие события, как в совершающийся на наших глазах величайшей важности исторический акт окончательного обьединения всех русских земель. Напротив того, усвоенный значительной частью печати, несколько узкий взгляд на эту войну как-будто закрывает перед памятью народной тесную историческую связь настоящего с прошлым, не позволяя с достаточной ясностью видеть в готовящихся событиях не какие-нибудь чисто милитарные завоевательные стремления России, и последовательное проведение основной национальной идеи всего русского, проходящей красной нитью во всей тысячелетней истории его и выражающейся в неуклонном, заложенном в самой природе его, стремлением к собиранию всех русских земель в одно культурное и политическое целое. И если настоящая война, как может быть, конечный этап борьбы с Немцами, сама по себе чрезвычайно популярная, вызвала небывалое возбуждение в Державной Руси, в русском государстве, как таковом, то насколько сильнее это возбуждение и общий подьем должна чувствовать также Русь, как единый народный дух, как нация, вспомнив, что после великих и знаменательных слов южной Малоросии: Волим под Царя восточного, православного -, и после не менее великих, торжественных слов Екатерины II: Отторженная возвратих -, в скором времени жертвенным подвигом народа будут осуществлены и на веки на скрижалях его запечатлены слова: Да не будет более Подьяремной Руси -, торжественно вылившиеся из чувствилищных недр слившихся воедино русских сердец. А уже никакой песнью слов и никакими звуками не выразить подьема, вызванного этой войной в Галицкой, Буковинской и Угорской русских землях, вчера еще забытых и безмолвных, но сегодня уже как-бы святым трубным гласом разбуженных для того, чтобы после многолетней разлуки, слитые в едино-неразделенное... Обьединение всех русских племен - национальный идеал России Обьединение всех русских племен, представляющих один народ с общим происхождением, с одними традициями, с одним языком, но раздавленных злою судьбою, является заветной идеей русской нации в ея целом. Эта идея, на протяжении всей 1000-летней русской истории служившая главным содержанием не только национального сознания всех русских племен и земель, но также политической программы всех исторически слагавшихся культурно-политических центров, должна сделаться усилием всего русского общества, всего русского народа и созданного им государства, она должна быть самой нацией поставлена во главу угла национально-политической проблемы Великой России. Одухотворяющее начало общественно-политического развития русской нации, - она в то же время одна из важнейших исторических задач ея, священный завет, за исполнение которого в настоящий момент, небывалый по благоприятствующим ему условиям, все современные русские люди, вся Русь ответственна перед грядущими поколениями, перед историей. Вот почему она, изначальная и основная, общая всему русскому народу, всем племенам и землям его, всем векам его истории, прошлой, настоящей и будущей, требует безусловной выдержки, требует самых решительных, неуклонных и последовательных усилий, которые, естественно, должны подавить обывательские чувства и переживания, все временные, условные, партийные и сословные разницы. Если даже оставить в стороне национальный мотив, окажется, что присоединение Прикарпатской Руси к России должно явиться удовлетворением важнейших интересов и насущных потребностей русского государства. Прикарпатская Русь необходима России по строго государственным соображениям, каковыми являются соображения стратегические, политические и общекультурные... М.Ф. Глушкевич. Взгляд на прошлое, настоящее и будущее Прикарпатской Руси в связи с великой войной. Ростов-на-Дону: изд. А.Г. Батыкого на складчину ростовских Карпаторусских беженцев, 1917, 32с. Знаменщица Русского Народа. Русская идея http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_749.htm Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь Прикарпатская Русь Повременное издание Карпато-Русского Освободительного Комитета. N 2. Киев. Воскресенье 17 августа 1914г. N2 Ю. Яворский. На заре народной свободы Долга и беспросветна была карпато-русская ночь. Тяжел и кошмарен был шестивековый народный сон. Мучительный сон в горбу заживо погребенного народа, то окутанный сплошь черными, уродливыми тенями внутреннего безсилия, то судорожно пронизываемый лютыми молниями ненасытной вражеской злобы и шипящим заревом мученических костров. Нестерпимо ныла и обливалась кровавым потом истерзанная народная грудь, тревожно метался и задыхался в смертельной тоске прибитый, оскверненный, обезличенный народный дух. Черна и безпробудна была карпато-русская ночь! Но, загнанный и замученный до полусмерти, изувеченный и истерзанный до уродства, он все-таки нетленно жив и непокорен, наш многострадальный народ-богатырь. Сквозь вековую тьму и бурю, сквозь вражеские костры и тюрьмы, он вынес благоговейно и верно свой святорусский облик, свою прадедовскую речь и веру, свою подлинную душу живую. И в сокровенных тайниках народного сознания он сохранил бережно и свято, словно заветную каплю чудодейственной живой воды, аркую надежду на грядущее освобождение, на братскую помощь и ласку своей державной родни... Долго, безконечно долго тянулось это томительное ожидание свободы и света. Поколенье за поколеньем падало во тьме в рабскую могилу, к безплодной борьбе и тоске сгорали лучшие жизни и души одна за другою, зловеще редели изнуренные ряды последних борцов, а лютые цепи вьедались в народное сердце все проникновеннее и глубже. Казалось, близок уж последний, смертный час народа, уж нет ему надежды никакой. Но, утерянный случайно и нелепо в кровавой тьме веков, косно и малодушно обойденный и оставленный на произвол судьбы в последующее время собирания и обьединения Русской Земли и, наконец, уж совершенно заброшенный и забытый родной, великой Россией, он, этот верный народ-страдалец, с неизменной любовью и верой устремлял свои потухшие взоры на братский Север и чутко, последними силами истомленной души своей, ждал от него благовестного луча освобождения, соединения, немеркнущей народной правды и любви... И пробил великий, святой час. Над селами, повитыми извечной тьмою и тоской, гребнями Карпат вдруг, по чудотворному мановению Судьбы, забрезжило, просияло воскресной зарею долгожданное утро золотое. И, злобно шипя, разступается могильный мрак, исчезают зловещие тени неволи, распадаются ржавые, едкие цепи. Вместо диких криков палачей и унылого рабьего стона, поднимается к просиявшему небу победный всерусский гимн и горячая воскресная молитва возстающего из многовекового гроба народа. Радостно и доверчиво раскрываются на встречу освободителю-брату раскованные братские обьятия, восторженно и умиленно раскрывается ему на встречу благодарное сердце народное. Ярко и благовестно занимается над воскресающей Карпатской Русью долгожданная заря любви и свободы. Разсеются скоро и последние разсветные тени, исчезнут навсегда кошмарные воспоминания ночи. И сквозь кровавый туман святой освободительной жертвы взойдет победно и незакатно торжествующее, вечное солнце! Ю. Яворский Витязям южной дружины Стоите вы у поля битвы И смелой грудью рветесь в бой. К вам, к вам прикованы молитвы И взор любви Руси святой. Сияют перед Вами горы, - Там та же Русь седых Карпат; Заставы ваши и дозоры Уж занимают древний скат. Грохочет бой, - и ты, дружина, Шагнешь вперед за Прут, за Сан. И силой мощной исполина Разсеешь ты коварный стан. Скорее братьям дай свободу, В разстрелах гибнущим, в крови, И вековую их невзгоду Развей ты подвигом любви... Неси же стяг на поле битвы За Древний Галич наш родной, Благословят тебя молитвы И взоры всей Руси святой. Михаил Балясный н.2. с.5 Дм. Вергун. Из Славянских заметок Область, которую заняли русские войска, перешедшие реку Збруч в Галиции, составляла в XII веке удельное княжество, независимое от Киева и Галича, со стольным городом в Теребовле. Еще до настоящего времени уцелели в этом городе развалины древнего кремля, построенного на слиянии рек Серета и Гнезны. Здесь княжил несчастный Василько Ростиславович, ослепленный Давидом Игоревичем и Святополком после Любеческого сьезда всех русских князей, на котором они целовали крест прекратить все междуусобицы и распри из за уделов. Только благодаря поддержке Владимира Мономаха, Васильку удалось сохранить свой княжеский престол, который впрочем вскоре после его смерти был уничтожен галицкими князьями. В настоящее время Теребовль маленький городок с 3-4 тысячами жителей. Во время польского и затем австрийского владычества этот когда-то цветущий русский город пал так же, как и ближайший Звенигород, превратившийся из княжеского города в простое малороссийское село. Но, подвигаясь по направлению к Галичу и Львову, русские войска заняли несколько других городов, выросших во время польского владычества. Таков Тернополь с 10.000, Золочев с 30.000, Бережаны с 20.000, Чертков с 15.000, Броды с 30.000 жителями, Рава Русская с 10.000 жителями, Каменка с 12.000 жителями и др. Это все торговые города, ведшие раньше торговлю с Веной. Скоро русские войска подойдут к самой столице Галиции - гор. Львову. Русский князь Лев Давидович перенес сюда из Галича столицу своего княжества, обнимавшего в XIII веке всю Западную Русь, от Закарпатья до Днепра. Только одно столетие гор. Львову суждено было быть русским городом. Его завоевал король Казимир польский, и с тех пор этот город находился под чужим игом. Сегодня (статья появилась 15 авг.) русские жители Львова справляют свой храмовый праздник в одной из древнейших своих церквей, построенной молдавскими господарями. Русские войска, подходя к городу. услышат колокольный звон из всех десяти русских храмов древней русской княжьей столицы. С колокольным звоном будет спорить гул крепостных орудий, разставленных на старой австрийской цитадели, на Высоком Замке, созданном поляками в память Люблинской унии и на Кайзер-вальде. Мы уверены, что скоро замолкнет пальба австрийских орудий, и звон русских колоколов и гул русских орудий осилят ее. Вся Русь, от Тихого океана и до Карпат, шлет об этом горячие молитвы к небесам вместе с русскими жителями Львова и всего Прикарпатья. (Нов. Вр.) Приложение к Прикарпатской Руси Карта русских областей Австро-Венгрии (Русь Галицкая, Буковинская и Угорская) Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь Члены К.Р.О.К. ишли разом с русскими войсками и попутно освобождали из тюрем нашим узников. Особенную ревность проявил в том деле гр. В.А. Бобринский, который вступил добровольцем в армию яко гусарский корнет, щобы, як раньше словом, так теперь и делом защищать свовю любимую Галичину. Дальший номер Прикарпатской Руси появился уже во Львове 12 сентября и с тех пор та газета начала появлятись правильно Голос Народа. Н-р 30. Львов. четверг. 27 ноября (10 декабря) 1914, с.2 (Редактор И.И. Цьорох) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm N 1414 Львов 12 (25) сентября 1914 Прикарпатская Русь Ежедневная политическая, общественная и литературная газета. Орган Русской Народной Организации в Галичине Высочайшая телеграмма Львов. Из Царского Села Генерал Губернатору Галиции Передайте депутациям русских организаций Галиции, явившимся к вам с выражениеми любви и преданности, мою сердечную благодарность и мой привет многострадальному русскому народу. Вся Россия со мной радуется совершающемуся возсоединению с дорогою каждому русскому древнею Червонною Русью. Вам лично желаю полного успеха. Николай. Эта телеграмма последовала в ответ на посланную 9 сентября Его Высокопревосходительством Генерал Губернатором Галиции графом Георгием Александровичем Бобринским телеграмму следующего содержания: Царское Село. Его Императорскому Величеству! Счастлив донести Вашему Величеству, что сегодня ко мне явились депутация от 19 культурно-просветительных и экономических русских организаций Галиции и от имени Галицкого Русского Народа просили меня повергнуть к Стопам Царским чувства верноподданической преданности, сыновьей любви и благодарности к их природному Белому Русскому Царю, освободившему Червонную Русь от многовекового рабства и воссоединившего её с ея Матерью Россиею. Граф Бобринский. N 1414 Львов 12 (25) сентября 1914, с.2 Русскому народу Братья! Творится суд Божий! Терпеливо, с христианским смирением, в течение веков томился Русский народ под чужеземным игом, но ни лестью, ни гонением нельзя было сломить в нем чаяний свободы. Как бурный поток рвет камни, чтобы слиться с морем, так нет силы, которая остановила бы русский народ в его порыве к объединению. Да не будет больше подъяремной Руси! Достояние Владимира Святого, земля Ярослава Осмомысла и Князей Даниила и Романа, сбросив иго, да водрузит стяг единой, великой, нераздельной России. Да свершится Промысел Божий, благословивший дело великих собирателей земли Русской. Да поможет Господь Царственному Своему Помазаннику, Императору Николаю Александровичу Всея России, завершить дело Великого Князя Ивана Калиты. А ты, многострадальная братская Русь, встань на стретение русской рати. Освобождаемые русские братья! Всем вам найдется место на лоне матери России. Не обижая мирных людей, какой бы они ни были народности, не полагая своего счастья в притеснении иноземцев, как это делали швабы, обратите меч свой на врага, а сердца свои к Богу, с молитвой за Россию, за Русского Царя. Верховный Главнокомандующий Генерал-Адъютант Николай. 5 августа 1914 Воззвание Верховного Главнокомандующего. Народы Австро-Венгрии! Венское правительство обьявило России войну за то, что Россия, верная своим историческим заветам, не могла оставить беззащитной Сербию и допустить ея порабощение. Народы Австро-Венгрии! Вступая во главе Российского войска в пределы Австро-Венгрии, Именем Великого Русского Царя объявляю вам, что Россия, не раз уже проливавшая свою кровь за освобождение народов от иноземного ига, ничего иного не ищет, кроме восстановления права и справедливости. Вам, народы Австро-Венгрии, она также несет теперь свободу и осуществление ваших народных вожделений. Австро-венгерское правительство веками сеяло между вами раздоры и вражду, ибо только на вашей розни зиждилась его власть над вами. Россия, напротив, стремится только к одному, чтобы каждый из вас мог развиваться и благоденствовать, храня драгоценное достояние отцов - язык и веру, и, объединенный с родными братьями, жить в мире и согласии с соседями, уважая их самобытность. Уверенный, что вы будете всеми силами содействовать достижению этой цели, призываю вас встречать Русские войска, как верных друзей и борцов за ваши лучшие идеалы. Верховный Главнокомандующий Генерал-Адъютант Николай. август 1914 Несущим свободу Я боюсь, что вам чужд будет тихий привет Сына Родины, темной от злыдней и бед. Где, скорби о пленении прадедных нив, Склонял головы долу строй плакальщиц ив, Где красу смяли вихри не только сосны: Где печаль и в цветах и в улыбке весны; Где страдалец-народ, непокорный судьбе, Пять столетий с врагом стоял в грозной борьбе, Богатырские внуки в могилы легли, Не дворцы а курганы встают из земли; Где и песни - стенание жалкое птиц, Что средь бурь от родимых отстали станиц; Где Христос на обрубленном Римом кресте Точно на век застыл в своей скорбной мечте, Увядали высоких стремлений цветы Где и хаты, и люди, и мысль и дела Так же серы как осенью низкая мгла, Где как будто лишь камней таинственный глас Миру скорбный про Галич поведает сказ... Где так чужды нам ласка, участье, привет, Как рожденным в тюрьме золотистый разсвет М. Глушкевич Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь N 1417 Львов, вторник 16 (29) сентября 1914 Прикарпатская Русь Ежедневная политическая, общественная и литературная газета. Орган Русской Народной Организации в Галичине Главный редактор: Д-р Ю.А. Яворский Преображение Львова Даже из могилы вырастают иногда и тянутся к синему небу прекрасные, торжествующие цветы. Даже в тюрьме снятся иногда тоскующему, измученному узнику чудесные, светозарные сны. Туманные, золотистые сны о былой волюшке и мощи, о зеленом раздольи родных полей и лесов, о тихом счастьи далекого родного очага. Прекрасные, светлые сны озаряли время от времени, словно благовестные проблески грядущей, немеркнущей зари и тяжелую тьму вековой карпато-русской ночи. И самым светлым, самым благовестным из них был вечный и - казалось - безумный сон о русском Львове, о победном русском знамени на его седых, прибитых неволей стенах, об удалом посвисте козацком на его завявших, заполненных врагами улицах. О родной воле и правде на своей - не своей земле, о воскресном, свободном биении ея старого, усталого сердца - древне стольного Львова... И этот пророческий сон ныне сбылся. Сбылись сокровенные, заветные грезы многих поколений, сбылось чудесное марево многих веков. Наш старый львинный град - опять, и уже, даст Бог, навсегда - русский! Царственно парит над ним победоносный русский двуглавый орел, торжественно и привольно развеваются над ним давно невиданные русские знамена. В его старинных стенах, бывших вчера еще немыми свидетелями вражеских оргий и лютых гонений и издевательств над исконным его хозяином - русским народом. В этих многострадальных стенах его вековой тюрьмы, закипела вдруг, новая, свободная русская жизнь. Еще недавно чужие и холодные улицы и площади его наполнялись молодецким темпом и гулом освободительного русского воинства, огласились родными звуками великой и свободной русской речи, залились победными переливами чудесной и могучей русской песни, лихим, козацким посвистом орлов-богатырей. Преобразился, воскрес к новой свободной жизни древний русский Львов. Забилось вновь горячей русской кровью застывшее было старинное сердце Карпатской Руси. И если так слабо и редко еще это его воскресное биение, если лишь медленно и робко поднимается в нем заглохшее было хозяйское, державное сознание его, если еще так много на нем внешнего, чужевластного налета, чужой культурной краски и пыли, - то. Русские свободные люди, не судите его слишком строго, не отчисляйте его разочарованно к чужой, налетной стихии, не считайте его угасшим, потерянным для русской культуры и жизни, не-русским, чужим центром. Нет, не чужой он, не мертв и не утерян, наш древнестольный город князя Льва, не польский Lwow он, не немецко-еврейский Lemberg! Осиянный родным солнцем святорусской правды и воли, приобщенный к заветным сокровищам великой общерусской культуры и речи, согретый теплой лаской и любовью безкорыстного освободителя-брата, он вскоре совсем стряхнет с себя чужую мишуру и позолоту, сотрет налетную пыль и краску, отвергнет и забудет навязанную ему в рабстве чужую речь и веру. Он будет снова, он будет навсегда русским! Ю. Яворский Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь N 1419 Львов, четверг 18 сентября (1 октября) 1914 Прикарпатская Русь М. Глушкевич. Митрополит Шептицкий и русское дело. Прикарпатская Русь. N 1419-1420 Львов, 18-19 сентября, 1914 I. 6 сентября бывший галицкий униятский митрополит граф Андрей Шептицкий по распоряжению русских властей вывезен из Львова в глубь России. Мера решительная и в тоже время вполне справедливая, вызванная всей преступной деятельностью гр. Шептицкого носившего, как бы в насмешку, древнее историческое звание митрополита галицкого и киевского... Для того, чтобы мера, принятая по отношению к бывшему галицкому духовному сановнику стала вполне ясна и понятна, мы считаем долгом хотя бы вкратце, насколько позволяет газетная статья, изложить всю столь вредную для русской церкви, русской народности, русского государства и, значить, русского дела вообще, деятельность гр. Шептицкого. В 1882 году австрийское правительство, конечно, не без благословения Рима, решило пойти на последний решительный приступ против галицко-русской, хотя и униатской, но все таки русской церкви. Нельзя ведь забывать, что галицко-русский народ, совращенный со своей родной православной веры в унию многовековыми усилиями польской шляхты и иезуитов, сохранил в своей душе прежнюю преданность православной вере. Ведь разница заключалась в сущности только в том, что униятская церковь сохранив полностью весь православный церковный обряд и славянские богослужебные книги, признала главенство папы и католический догмат о происхождении св. Духа от Отца и Сына. Фактически народная масса, не входя в догматические тонкости, считала себя по прежнему православной. Таким образом давнишняя польско-иезуитская идея - оторвать Галицкую Русь сперва в религиозном, а потом и в национальном отношениях от остальной православной Руси все еще была далека от осуществления. Поэтому врагам русского дела нужно было принять более решительные меры для скорейшего окатоличения и значит, денационализации Прикарпатской Руси и даже всей Малороссии. С этой целью австрийское центральное и польское областное правительство решило в 1882г. все русские монастыри чина св. Василия Великого передать в руки иезуитов для окончательного преобразования их в дух католического фанатизма и для изгнания из униятскаго богослужения всего, что в нем осталось чисто православного. В это время граф Андрей Шептицкий, блестящий драгунский офицере, неожиданно почувствовал сильное влечение к монашеской жизни. Потомок когда-то русского дворянского рода, окончательно ополяченного уже несколько веков тому назад, сам рьяный поляк, не знавший ни слова по-русски, так-же загадочно-неожиданно полюбил русский народ, русский язык и его галицкое наречие. Поступил скромным монахом в василианский монастырь в Добромиле. Офицер превратился вдруг в монаха, поляк в русского... Прошло несколько лет и гр. Шептицкий был назначен униатским епископом в Станиславове, а немного спустя, по смерти митроп. Куиловского, - митрополитом Галицкой Руси. Его аристократическое происхождение, огромное влияние в решающих кругах, блестящие манеры и умение говорить всем сладкие слова, привлекли к нему симпатии чуть ли не всего галицко-русского духовенства, ошибочно видевшего в нем смелого и сильного защитника восточного обряда галицкой униятской церкви. Но вот, вслед за словами пошли дела, не оставившие ни в ком сомнения относительно стремлений изворотливого иезуита. С свойственной этой касте решительностью, не останавливаясь ни перед какими средствами, он стал насаждать и укреплять как среди подчиненного ему духовенства, так и в народных массах мазепинский сепаратизм. Епископами он назначал рьяных приверженцев украинского сепаратизма, злейших врагов всего русского. Управление униятскими духовными семинариями он вверил тем же мазепинцам, отрекшимся от русского имени. Кандидатов духовного звания, не скрывавших своего русского происхождения, перестали принимать в духов. семинарии, а поступивших начали исключать оттуда. Дошло до того, что в львовской униятской духовной семинарии из общего числа 216 воспитанников осталось только 11 человек не желавших преклониться перед украинской идеей, но и те немногие подвергались, с ведома и одобрения Шептицкого, бойкоту, побоям и всякого рода издевательствам со стороны товарищей украинцев. Молодых русских людей, для которых мечтой жизни было сделаться священниками и работать для просвещения и экономического блага народа, Шептицкий исключал из духовной семинарии после того, как они прошли четыре курса, нарочно для того, чтобы вычеркнут из их жизни несколько лет. Одновременно с такой чисткой в рядах русского духовенства и русских семинаристов б. митрополит Шептицкий стал вводить pазные новшества в униятское богослужение, дабы приблизить его к латинскому, как-то, супликации, ..., молебны к Иисусову Сердцу, майские молебствия, коронки, шкаплержи, монстранции и пр. причем первыми новаторами явились те же реформированные на иезуитский манер монахи-василиане, у которых ненависть к русскому православному обряду доходила до бешенства. Руссофобский характер носила и издательская деятельность василианских монастырей. Издания эти были переполнены изступленной хулой православной веры в роде той, что Иуда, предавший Христа, тем самым перешел из католической в православную веру. Приведенные до сих пор примеры деятельности Шептицкого явились только первым этапом для осуществления его более широко задуманного плана: совратить в унию а потом в католичество и наконец ополячить всю Малую и Белую Русь. Для более успешного достижения этой цели б. униятский митрополит с одной стороны притворился восторженным поклонником возвышенной идеи обьединения всех церквей и стал принимать самодеятельное участие организации и трудах кирило-мефодиевских сьездов в Велеграде. На этих сьездах, блистая своей образованностью, знанием русского языка и догматов православной церкви, он всячески старался привлечь живые симпатии русских теологов, чтобы тем вернее обмануть высшее русское общество относительно своих замыслов. С другой стороны Шептицкий изследовал почву в самой России. Сперва он послал туда своего доверенного монаха-василиянина ксендза Ломницкого, а затем уже стал ездить сам. Ввиду того что истинная цель посещений Шептицким России должна была оставаться скрытой, также как и его деятельность там, поездки его были окружены тайной, он ездил в Россию инкогнито, с подложным паспортом под видом представителя какой-либо торговой фирмы. II. Резко отличается деятельность гр. Шептицкого в России, когда он бывал там официально, - от той, которую он проявлял при посещениях России инкогнито. Однажды многих поразило сообщение газеты Час, органа краковской польской шляхты, ставленником которой являлся на галицко-русской митрополичьем престол ея брат по духу и крови - польский граф Шептицкий. В названной газете сообщалось, что львовский митрополит, поставивший себе задачей жизни заботу о своей пастве, обратился к русским правительственным кругам с ходатайством о разрешении скупать землю в Белоруссии и поселять на ней галицко-русских крестьян. Благодаря знакомству с высокопоставленными лицами ему удалось получить разрешение приобретать землю в Минской губернии. Графу Шептицкому удалось своему ходатайству придать вид особенной заботливости с его стороны не только о материальном благе галицко-русских крестьян; он доказывал, что переселение более просвещенных и в национальном отношении более сознательных галицко-русских крестьян в области, населенные ополяченными римо-католиками белоруссами, принесет пользу русскому делу и будет способствовать переходу белоруссов из католицизма в унию и тем самым возвращать их русской национальности. В действительности цель гр. Шептицкого была совратить в унию неополяченных римо-католиков белороссов, а именно православных мало-велико- и белороссов. Для этого Шептицкий заблаговременно позаботился подготовить в Львове, Инсбрук и других местностях агитаторов, набранных как из числа местных украинофилов так и из числа русских неудачников, выгнанных из России пропагандистов и даже уголовных преступников. Все они, получив здесь в Львове поверхностное духовное образование и, главное, пройдя курс религиозно-политической пропаганды, должны были вместе с крестьянами-переселенцами отправиться в Россию для распространения среди русского населения религиозного и политического сепаратизма т.е. унии и мазепинства. Теперь вспомним о том, что делал гр. Шептицкий в России, когда являлся туда под чужим именем на пр. в качестве агента велосипедной фирмы. Не стесняясь ничем, уверенный в том, что ему удалось обмануть деятельность русских властей, он шел наверняки, проникая всюду, куда ему было нужно. Закон, правила общественной жизни, для него не существовали. Была только цель: пропагандой унии нанести удар православию, разделить русское общество, русский народ на два враждующих стана, отравленных сильнейшей из страстей: религиозной. В тонко разсчитанную игру вовлекались им и русский идеалист, мечтающий о примирении всего человечества, конечно прежде всего в области религиозной; и озлобленный на весь русский мир революционере; и оскорбленный в своих чувствах ханжа; и самый обыкновенный аферист. Таинственность, вернее подпольность этой организации придавала какой то особый отпечаток именам ея членов. Ксендзы Верцинский в Москве, Дейбнер в Петрограде, Траче в Львове. Но и Буковина не была оставлена Шептицким без внимания; и туда он сумел проникнуть, совратив в католичество нескольких липован (православных сектантов, переселившихся туда из России), которым он обещал создать церковную иерархию под главенством папы. Найдя себе поддержку как со стороны австрийского правительства так и со стороны поляков, видя сравнительно немалый успех своей деятельности, Шептицкий стал мечтать о том, чтобы сделаться патриархом всех униатов. Мысль эту ему нашептывали круги, мечтавшие разбить Россию, и присоединить к будущей, Великой Габсбургской монархии всю Южную и Западную Русь, воскресить и освободить от московского ига Украину. Привлекая к унии возможно большее число приверженцев, Шептицкий одновременно задумал порвать еще одну сильную связь униатской церкви с православной: а именно изьять славянские богослужебные книги. Разсчет был весьма прост: сколько ни убеждали Галицкие мазепинцы, галицко-русские крестьянские массы в культурной и национальной самостоятельности мало-русского племени, все доводы их разбивались о священные книги, общие во всех русских землях. Поэтому-то и нужно было изменить язык церковных книг. Гр. Шептицкий начал с молитвенников, которые приказал впредь издавать на галицко-русском простонародном наречии, испещренном полонизмами. Наконец, после этих подготовительных роботе, гр. Шептицкий созвал совещание из своих единомышленников, священников, решивших славянский язык богослужебных книг униатской церкви, заменить украинским языком. Военные события застигли гр. Шептицкого в самом разгар его вышеизложенной деятельности. До чего непоколебимы были его надежда на разгром России, доказывают, в числе многих других, хотя бы следующие факты. Накануне открытия военных действий он издал воззвание своей пастве, в котором в весьма неизысканных выражениях говорил о московском царе, готовящемся наложить кайданы рабства на галицко-русский народ, его веру, его духовную и материальную культуру. Узкие рамки настоящей статьи не позволяют нам привести это воззвание полном виде, но это будет сделано в отдельной статье в одном из ближайших номеров нашей газеты. Другой факт ярко характеризует не только поступки, но и внутренние качества Шептицкого. Тысячи галицко-русских крестьян и интеллигентов всех сословий, в том числе свыше 600 священников, заподозреваемых в сочувствии русскому делу, были арестованы австрийскими властями тотчас по обьявлению мобилизации. Всех их отвозили и отводили в тюрьмы, при чем уличная озверевшая толпа жестоко их избивала. На улицах Львова евреи били по лицу русских священников, плевали им в лицо, бросали в закованных цепями камни. Некоторые, каким то чудом избежавшие такой же участи русские священники, тюремные врачи (поляки), видевшие в тюрьмах наших узников в крови и ранах, наконец даже польское высшее духовенство обратились к б. митрополиту Шептицкому с просьбой прекратить подобные ужасные сцены, унижающие достоинство духовенства вообще. Шептицкий хладнокровно и резко отказал, добавив, что русское дело в Галиции окончательно погибло и что оставшихся на свободе русских священников может спасти только скорейшее отречение от русского имени и переход к украинцам. Через неделю после занятия г. Львова русскими войсками, гр. Шептицкий был арестован и увезен в глубь России. Причиной его ареста была, однако, не его, крайне вредная России деятельность, предшествовавшая падению Львова, а факт, что он не счел нужным, хотя бы в видах простого приличия, несколько уняться, умерить свою неслыханную вражду и ненависть к вере победоносных русских войск. Хитрая игра Шептицкого с иезуитско-ловким разсчетом окружить себя ореолом мученичества, потерпела, вместе со всей его разрушительной работой, полную неудачу. Он увезен, не оставив по себе сожаления и вызвав своим отьездом не сочувствие в русском народе, а глубокий вздох облегчения. М. Глушкевич Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь N 1422 Львов, Понедельник 22 сентября (5 октября) 1914 Прикарпатская Русь Ю. Яворский. Русский язык в Карпатской Руси В вековой героической борьбе карпато-русского народа за свое заветное национальное культурное достояние, за свою живую народную душу и честь народную свою, весьма яркую, а иногда даже первенствующую и основную черту представляют его безпрерывные и упорные усилия отстоять природные права своего родного русского языка, как в частном национальном обиходе, так и во всех проявлениях общественной и гражданской жизни страны. Тяжела и в общем безпросветна была эта борьба, случайные временные успехи вновь нещадно смывались ближайшей противной волной вражеского натиска и засилья, часто и надолго, бывало, сиротливо пряталась по темным углам и безпомощно замирала до робкого рабьего шопота, всячески обезличиваемая и изуродованная веками неволи, царственная русская речь - но не сломалась, не сдалась у Карпат ея первородная воля и мощь, но не потеряли здесь своей исторической правды и силы ея исконные хозяйские права! Приниженная и прибитая до земли, загнанная и затравленная до креста, она все снова, с каждым новым подьемом народных сил и надежд, уверенно и гордо поднималась верх и властно пробивала себе. Среди вражеских глумлений и угроз, свой немеркнущий царственный путь. От старых, кошмарных времен лютой польско-иезуитской неволи, до самых последних судорог безпощадного австрийского гнета, до приснопамятного процесса Бендасюка включительно. И ныне, после чудесного свершения великого Божьего чуда, когда с многострадальной Карпатской Руси неожиданно спали многовековые вражеские цепи и ослепительно ярко просияла для нея незакатная заря свободы и правды, когда она из удушливой рабской тьмы выходит опять на широкий, светлый простор всерусской культуры и жизни, - ныне прежде всего должна бы победно воспрянуть в ней и нераздельно осенить ее всю воскресным, торжествующим гимном прекрасная и свободная, великая и могучая, царственная русская речь! Во всех областях и проявлениях ея общественной и государственной жизни, в школах и канцеляриях, в собраниях и печати, в надписях, обьявлениях, речах. Так оно, конечно, раньше или позже и будет. И иначе быть не может и не должно. В исконно-русском крае, героически отстоявшем в течении шестивековой неволи свой заветный национальный характер и облик, с его старой несменной столицей, древне-княжеским Львовом, во главе, не должно быть более, после нынешнего великого подвига освобождения и возсоединения, никакого чужого налета и засилья, не должно быть другой публичной, общественной и государственной речи, кроме единственной, победной, хозяйской речи - русской! Так понимает, очевидно, свою великую историческую миссию и первый Царский посланец - устроитель Карпатской Руси, граф Г.А. Бобринский, когда он, в ответ на несмиряющиеся польские притязания, заявил ясно и твердо: В этих землях коренное население всегда было русское, и устройство их должно быть основано на русских началах. Я буду здесь вводит русский язык, закон и строй -. Радостно и благоястно отзовется по всей истомленной и замученной нашей родине этот великий, светлый обет (даваемое Богу обещание). И если еще ныне, в вихре и смуте военного времени и происходят еще в некоторых случаях те или другие недоразумения и ошибки, если иногда и поднимаются еще вчужь уродливые призраки чужевластного прошлого, то это, будем надеяться, только случайные и временные тени, которые вскоре и навсегда изчезнут под благодатными лучами светозарного всерусского солнца. А священным залогом близкого и полного торжества родной русской речи в Карпатской Руси есть и будет во веки не только возстановленное в ней ныне ее державное достоинство и право, но и извечная беззаветная любовь к ней всего карпато-русского народа, для которого она была всегда и остается и ныне еще не заурядной и стертой обиходной монетой, а драгоценным и прекрасным талисманом его воскресения, священным символом его народной правды и воли! Ю. Яворский Ю.А. Яворский. Русский Язык. Львов. 1925. Издательство Живое Слово http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_688.htm Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь N 1423 Львов, вторник 23 сентября (6 октября) 1914 Прикарпатская Русь Есть слова, которые, будучи произнесены, не тускнеют, не забываются, не умирают, но светятся во тьме, светятся в глубине веков все ярче и ярче. - Да не будет больше Руси подьяремной! - Дорогие, великие слова! Произнесенная Верховным Главнокомандующем в самом начале войны, они приобретают с каждым днем все больше и больше значение. Глубокий смысл их выяснится по мере развития событий. В начале войны они являлись кличем патриота-вождя, ведущего свои полки на жертвенный подвиг освобождения единокровных братьев. Как счастливы те, кто честно и храбро потрудились мечом для величайшей идеи, выраженной этими простыми словами, кто с оружием в руках прогнал врага, стоявшего стражем у тюремных стен Прикарпатской Руси! Как счастливы будут те, кому на долю выпадет честь исторгнуть у покоренного врага окончательное державно правное признание великой истины великих слов! Как счатсливы будут те, кто будет звать всю русскую землю на радостное торжество сретения древних княжьих городов Галича, Львова и Перемышля с Киевом, Москвой и Петроградом! Такое счастье - тот же подвиг, понять, постичь и совершить который могут только избранные, одаренные счастливцы. Не менее велик, чем ратный, и столь же многотруден будет подвиг устроителей того края, в котором, после шестивекового царства вражды и насилия, должно засиять солнце своей, родной, русской правды. Сколько самоотверженного труда, какая сила патриотического чувства к родному народу должны явить те, кто призваны и будут призваны управлять всей страною и каждой ея частью. Ведь задача их - быть строителем правды и обновления. Нужна глубокая, нерушимая вера, необходимо изучение всех, часто весьма запутанных, отношений и особенных, исторически сложившихся условий, умение побеждать зло, устранять уродства, залечивать раны. Притом, нельзя забывать одного - отсутствия каких-либо противоречий между завоевателями и побежденными. Прикарпатская Русь - та же русская земля, на которую, однако, инородческое иго наложило свой отпечаток. Она всегда верила в Державную Русь, хоть и не видела ея. - Посмотрите на руки мои и на ноги мои! Это - я сама! - говорит она сегодня. И глядя на нее с любовью и пониманием можно ли сказать: не верю, хоть и вижу? Считать ее за что-то другое, было бы ошибкой, явным заблуждением. Которое всячески старалось внушить австрийское правительство тем, кому не хотелось самому убедиться в нем. Правда, заблуждения, держатся более крепко и цепко, чем этого можно было бы ожидать. Но, во-первых, сильнее их сама жизнь. Во-вторых, великая Русь все таки не лишена людей, знающих русское Прикарпатье, любивших его и верующих в него. Есть люди, которые, точно по промыслу Божью, как бы на то и родились, чтобы указывать своей Отчизне на недособранною часть русской земли и на обиды, нанесенные ей врагами завоевателями. Часто не встречая надлежащей признательности в широких кругах общества, разбитого на сильно враждующие партии, они удваивали, удесятиряли свою энергию в борьбе за священную для них идею. И потому таким дорогим именам, как проф. Т.Д. Флоринского и гр. В.А. Бобринского, всецело и навсегда принадлежат признательные сердца карпатороссов, интеллигентов и крестьян, в них они видят и были бы счастливы видеть всегда первозванных деятелей, согревающих и оживляющих теплотой своего духа великое дело нашего народного возрождения. А сбывшаяся на их же веку мечта их жизни, какой неиссякающий запас сил, должно быть, сияла в их груди! Не взирая на массовые аресты преданных русских делу галичан, буковинцев и угророссов, не лишена и наша родина многих сынов и деятелей, кто в страдные годы лютых гонений, не смыкая глаз от скорби, от трудов и волнений, сберег в себе и в народных массах несокрушимую веру в русское дело и силу для честного служения ему. Для служения торжеству правды и свободы нужен дружный легион честных патриотов, людей образованных и мудрых, с чистой совестью и творческими способностями, деятелей, умеющих воспитывать и направлять самодеятельность народных масс, могущих научить народ быть хозяином на своей земле, вложить в него свободную волю и способность самостоятельно строить свою жизнь. Только тогда не будет больше подьяремной Руси! М. Глушкевич. Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Прикарпатская Русь N 1427 Львов, Суббота 27 сентября (10 октября) 1914 Прикарпатская Русь Ю. Яворский. Наша Голгофа Отходящая тьма пред разсветом особенно черна и грозна. Последние судороги бури, последние порывы шквала наиболее неистовы и злы. Победный восторг достижения, торжествующий прорыв новой жизни и воли, жертвенно искупляются прежде жестокой и жуткой мистерией сугубых томлений и мук. Искупительный путь к Воскресению ведет через крестные страсти Голгоф. Тяжкой и мучительной крестной жертвой окупила ныне свое долгожданное светлое Воскресение и многострадальная родина наша, исстари нуждой пребитая, неизбывным горем повитая Карпатская Русь. Закаленная в многовековой борьбе и неволе, привычная к любым гонениям и мукам, она, извечная страдалица-рабыня, подверглась накануне своего Воскресения таким чудовищным издевательствам и гонениям, такой бешенной травле и пытке, пред которыми вчуже бледнеют самые мрачные дикие ужасы средневековых застенков. В трупном предчувствии близкого падения и бегства, в судорожном страхе позорного, мрачного конца, обезумевший враг пытался выместить на своей безответной жертве последнюю отчаянную свою ярость, упырно упиться ея слезами и кровью в свой последний, предутренний час! И упился ими безумно, безудержно! Залил, обагрил ими все скорбное лицо мученицы. Оплевал, осквернил святое лицо ея гнойным ядом своей кощунственной слюны. Опалил, прожог его сплошь жгучим заревом злорадных пожаров и костров. Разорил ея убогие, старые гнезда, ограбил или уничтожил злостно ея старый и нищенский скарб. Поругал ея древние святыни, зверски оскорбил ея чистую народную честь. Завалил свой беглый путь трупами ея лучших, любимых сынов. Тысячи других поверг в свои цепкие тюрьмы, мучил и истекал безпощадно и, наконец, без вести увлек за собою на своем предсмертном бегу. Да будет же проклята в мире его гнусная, черная память, да сгинет на вечные веки проклятый, безумный кошмар! Ю. Яворский Прикарпатская Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_753.htm

Ять: Живая мысль. Вып.6. 1903г. Песнь преступников (Мужской хор). Сл. Н.А. Некрасова. Муз. И.И. Тёроха (от Наташи Гаттас) Николай Алексеевич Некрасов (1821-1877). Песня преступников 1 Дружней! работа есть лопатам, Недаром нас сюда вели, Недаром бог насытил златом Утробу матери-земли. Трудись, покамест служат руки, Не сетуй, не ленись, не трусь, Спасибо скажут наши внуки, Когда разбогатеет Русь! 2 У ней, родимой, требы много: Бедна по милости воров! В ней пышны барские чертоги, Но жалки избы мужиков. Недостает у ней дохода В неурожай кормить крестьян, И нечем выкупить народа Царю у палачей-дворян!.. 3 Пускай бежит в упорном деле С нас пот ручьями, как вода, И мерзнет на клейменом теле, Когда почием от труда. Пускай томимся гладом, жаждой, Пусть дрогнем в холоде зимы, Ей пригодится камень каждый, Который добываем мы! Ее сложил в часы недуга Наш тихий, вечно грустный Крот, и часто, поминая друга, В своем углу ее поет Прощенный ссыльный. Здесь мы гости, Сюда вернулись мы не жить - С отцами рядом положить Трудом изломанные кости, Но рады, рады и тому!.. Начальство к нам добрее стало, Получше отвело тюрьму И хорошо аттестовало. Что будет с нами - до конца Тяжелой было нам загадкой, Но в умиленные сердца Прокрался луч надежды сладкой. Так, помню, солнышко украдкой Глядит, бывало, поутру И в нашу черную нору… Но он надежде верил мало, Едва бродя, едва дыша, И только нас бодрить хватало В нем сил…Великая душа! Его страданья были горды, Он их упорно подавлял, Но иногда изнемогал И плакал, плакал. Камни тверды, Любой попробуй…но огня Добудешь только из кремня. Таков он был. Воспоминанья Страшней не помню: знал и я Изнеможение страданья, - Но что была печаль моя? К довольству суетному зависть, Быть может, личная ненависть, Тоска по женщине пустой, С тряпичной, дюжинной душой, Томленье скуки, злость бессилья. Я, говорят, был мелко зол В моей тоске…Не так орел Свои оплакивает крылья, Которых мощь изведал он, Которых царственная сила Его под небо уносила… Да! возвращаясь с похорон, Недаром в голос мы сказали: Зачем его Кротом мы звали? И мертвый сходен он лицом С убитым молнией орлом! - О чем была его кручина? Рыдал ли он рыданьем сына, Давно отчаявшись обнять Свою тоскующую мать, И невеселая картина Ему являлась: старый дом Стоит в краю деревни бедной, И голова старухи бледной Видна седая под окном. Вздыхает, молится, гадает и смотрит, смотрит, и двойной В окошко рамы не вставляет Старушка позднею зимой. А сколько, глядя на дорогу, Уронит слез - известно богу! Но нет! и бог их не считал! А то бы радость ей послал! Любовь ли бедного томила? Что сталось с нею? Позабыла? Или грустит…и далеко Несется…мысленно заглянет И содрогнется глубоко? Где ей? в ней сердца недостанет! Ах! чувство женское легко! Они его хранят, лелеют, Покуда радует оно, Но если тучи тяготеют И небо грозно и темно - Его спасти им не дано! Быть может, он душою верной Припоминал былых друзей; В кичливой гордости своей, Быть может, враг высокомерный Ему являлся в час ночной… И с криком кинувшись, ногами, Отягощенными цепями, Топтал он призрак роковой? Или изгладила чужбина Всё то, чем молодость жила, И только слезы гражданина Душа живая сберегла? Как знать! Пред ним мы дети были, Ничем мы права не купили Делить великую печаль; Не все мы даже понимали, За что его сюда заслали, Но было трудно, было жаль. Закоренелого невежду Спроси, и тот отдать бы рад Свою последнюю надежду - Под небо родины возврат - За миг единый облегченья Его тоски, его мученья. Но только правосудный бог Утешить мученика мог. И скоро гробовые двери Пред ним открылись, но не вдруг Клейменых каторжников друг Сошел в них: роковой потери По капле яд глотали мы. Почти два года из тюрьмы Не выходя, он разрушался. Зачем? Известно небесам! - Чтоб человек не баловался, - Смеясь, говаривал он нам. И день и ночь поочередно Его мы ложе берегли, Зимой окутывали плотно, Весной на солнышко несли (Был для того у нас устроен Снаряд особенный): больной Кивал тихонько головой И как-то грозно был спокоен. Не шевельнется целый день; Тосклив и кроток беспредельно, Молчит: так раненный смертельно, Глядит и смерти ждет олень… И наконец пора пришла… В день смерти с ложа он воспрянул, И снова силу обрела Немая грудь - и голос грянул! Мечтаньем чудных окрылил Его господь перед кончиной, И он под небо воспарил В красе и легкости орлиной. Кричал он радостно: «Вперед!» - И горд, и ясен, и доволен; Ему мерещился народ И звон московских колоколен; Восторгом взор его сиял, На площади, среди народа, Ему казалось, он стоял И говорил… Прошло два года. Настал святой, великий миг, В скрижалях царства незабвенный, И до Сибири отдаленной Прощенья благовест достиг. Разверзлась роковая яма, Как птицы, вольны вышли мы И, не сговариваясь, прямо Пришли гурьбою из тюрьмы К одной могиле одинокой. Стеснилась грудь тоской жестокой, И каждый небо вопрошал: Зачем он жил, зачем страдал, Зачем свободы не дождался? - Чтоб человек не баловался! - Один сказал - и присмирел. Переглянулись мы уныло, И тихий ангел пролетел. Лишь буря, не смолкая, выла И небо хмурилось. Земли Добыв лопатою привычной, Мы помолчали - и пошли. И жизнь пошла чредой обычной!.. Хотелось мне увидеть мать, Но что пришлось бы ей сказать? Кто подтолкнуть не устрашится Утес, готовый обвалиться, На плечи брата своего? Кто скажет ей: Уж нет его! Загородись двойною рамой, Напрасно горниц не студи, Простись с надеждою упрямой И на дорогу не гляди!» Пусть лучше, глядя на дорогу, Отдаст с надеждой душу богу… Но люди звери: кто-нибудь Утес обрушит ей на грудь… Кто знал его, забыть не может, Тоска по нем язвит и гложет, И часто мысль туда летит, Где гордый мученик зарыт. Пустыня белая; над гробом Неталый снег лежит сугробом, То солнце тусклое блестит, То туча черная висит, Встают смерчи, ревут бураны, Седые стелются туманы, Восходит день, ложится тьма, Вороны каркают - и злятся, Что до костей его добраться Мешает вечная зима. 1856 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_384.htm ...Не вдруг мы поняли его, Но он учить не тяготился - Он с нами братски поделился Богатством сердца своего! Забыты буйные проказы, Наступит вечер - тишина, И стали нам его рассказы Милей разгула и вина. Пусть речь его была сурова И не блистала красотой, Но обладал он тайной слова, Доступного душе живой. Не на коне, не за сохою - Провел он свой недолгий век В труде ученья, но душою, Как мы, был русский человек. Он не жалел, что мы не немцы, Он говорил: Во многом нас Опередили иноземцы, Но мы догоним в добрый час! Лишь бог помог бы русской груди Вздохнуть пошире, повольней - Покажет Русь, что есть в ней люди, Что есть грядущее у ней. Она не знает середины - Черна - куда ни погляди! Но не проел до сердцевины Ее порок. В ее груди Бежит поток живой и чистый Еще немых народных сил: Так под корой Сибири льдистой Золотоносных много жил -. ... Но спит народ под тяжким игом, Боится пуль, не внемлет книгам. О Русь, когда ж проснешься ты И мир на месте беззаконных Кумиров рабской слепоты Увидит честные черты Твоих героев безыменных? О ней, о родине державной, Он говорить не уставал: То жребий ей пророчил славный, То старину припоминал, Кто в древни веки ею правил, Как люди в ней живали встарь, Как обучил, вознес, восславил Ее тот мудрый государь, Кому в царях никто не равен, Кто до скончанья мира славен И свят: Великого Петра Он звал отцом России новой. Он видел след руки Петровой В основе каждого добра. Сто вечеров до поздней ночи Он говорил нам про него - Никто сомкнуть не думал очи И не промолвил ничего. Он говорит, ему внимаем И, полны новых дум, тогда Свои оковы забываем И тяжесть черного труда. Встает во мраке подземелья Пред нами чудный лик Петра, И, как монашеская келья, Тиха преступников нора. Сносней наутро труд несносный, Таскаешь горы не плечах, Чтоб трудолюбец венценосный Сказал спасибо в небесах... Да! видит бог, в кровавом поте Омыли мы свою вину И не напрасно на работе Певали песенку одну: ...Вплотную к работе над поэмой (Несчастные) Некрасов приступил в ноябре-декабре 1856г., будучи на лечении в Риме. В письме к Тургеневу от 25 ноября 1856 г. он сообщал: Я не писал к тебе потому, что работал. 24 дни ни о чем не думал я, кроме того, что писал. Это случилось в первый раз в моей жизни...Что вышло, не знаю - мучительно желал бы показать тебе... ...Однажды, в шестьдесят третьем, кажется, году, отдавая мне томик своих стихов, он (Некрасов) указал мне на одно стихотворение, Несчастные, и внушительно сказал: Я тут об вас думал, когда писал это (т.е. об моей жизни в Сибири), - это об вас написано... (Ф.М. Достоевский. Полн. собр. худ. произв., т. XII. М.-Л., 1929, с.348). В настоящем издании восстановлен полный текст Песни преступников с порядком расположения частей по автографам ИРЛИ Б и ГБЛ (Зап. тетр. No 4). В прижизненных изданиях Некрасов, стремясь намекнуть читателю на то, что последнее восьмистишие исключено по цензурным причинам, нумеровал второе восьмистишие определенным образом: или 2,-3, или 3, оставляя над этой цифрой цифру 2, пробел и черту (см.: Другие редакции и варианты, с. 323--324). Третье восьмистишие цензура не пропустила даже в 1905г., когда А.Н. Пыпин хотел опубликовать его в книге Н.А. Некрасов (см. корректурную гранку книги А.Н. Пыпина. ИРЛИ, ф.250, оп. 5, N49). http://az.lib.ru/n/nekrasow_n_a/text_0270-1.shtml

Светлаока: Ять пишет: И православная вера якая тут была в Галичине, такою и останется во веки веков аминь. Таким органистам, що пускают такие слухи, буде круто, як возьмут хлопы буки в руки и начнут показывати им дорогу в Рим. Ох, пришло иное время, и взяли хлопы буки в руки, да не те, и почали стрелять да убивать.

Ять: Четвертый раздел Польши *** После того как в 1772г. в результате первого раздела Польши земли древней Галицкой Руси, захваченные Польшей еще в XIV веке, перешли к Австрии, австрийские власти, стремившиеся ослабить влияние польской шляхты в Галиции, оказали определенную поддержку галицким русинам. Но когда по второму (1793 г.) и третьему (1795 г.) разделам Польши правобережная Украина, Волынь и Подолия соединились с Россией, после чего границы России и Австрии сошлись на Збруче, австрийцы изменили свое отношение к галицким русинам из-за опасения возможных притязаний России на Галицкую Русь. Вместо используемого первоначально наименования русинов - русские (Russen), австрийские власти стали применять имевший латинское происхождение термин рутены (Ruthenen). Причем этому термину придавалось не национальное, а вероисповедное значение, указывающее на принадлежность русинов к униатскому - греко-католическому вероисповеданию. Л. Соколов. Вопрос о национальной принадлежности галицких русинов в 1848 году http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_1848.html 220 лет назад, 3 января 1795 г., была подписана Петербургская декларация России и Австрии о третьем разделе Польши http://topwar.ru/66008-3-yanvarya-1795g-220-let-nazad-peterburgskaya-deklaraciya-rossii-i-avstrii-o-tretem-razdele-polshi.html Декларация России и Австрии о третьем разделе Польши 23 декабря 1794г. - Под стягом России: Сборник архивных документов. М., Русская книга, 1992 http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/poland3.htm

Ять: Корни ненависти (причины появления украинского сепаратизма) Этнографическая карта составленная Д.Н. Вергуном ...Но между Галичиной и Галицией - большая разница. Галичина это только восточная область Галиции, которая среди коронных земель бывшей Австро-Венгрии носила пышное название: Галиция и Лодомерия (испорченная Владимирия) с великим княжеством краковским и княжеством освенцинским и заторским -. Вот что такое Галиция в географическом смысле. Это австрийское месиво из древней Червонной Руси и краковской Малой Польши. Когда обе части размежуются, в духе воззваний верховного главнокомандующего к полякам и русским, тогда только никто не будет смешивать Галичины с Галицией и станут отличать понятия - галицкий (т.е. галичский) от прилагательного - галицийский (с.53-54) Д.Н. Вергун. Что такое Галиция? Петроград. 1915, 65с. http://www.ukrstor.com/galizia.html#galizia_rusgaliz 1.713Мб http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_708.htm Весь трагизм галицких украинцев состоит в том, что они хотят присоединить Великую Украину, 35 мил., к маленькой Западной Украине, (так они стали называть после первой мировой войны Галичину) - 4 миллиона, т.е., выражаясь образно, хотят пришить кожух к гузику (пуговице), а не гузик к кожуху. Да и эти четыре миллиона галичан нужно разделить надвое. Более или менее половина из них, т.е. те, которых полякам и немцам не удалось перевести в украинство, считают себя издревле русскими, не украинцами, и к этому термину, как чужому и навязанному насильно, они относятся с омерзением. Они всегда стремились к объединению не с Украиной, а с Россией, как с Русью, с которой они жили одной государственной и культурной жизнью до неволи. Из других двух миллионов галичан, называющих себя термином, насильно внедряемым немцами, поляками и Ватиканом, нужно отнять порядочный миллион несознательных и малосознательных украинцев, не фанатиков, которые, если им так скажут, будут называть себя опять рускими или русинами. Остается всего около полмиллиона завзятущих галичан, которые стремятся привить свое украинство (то есть ненависть к России и всему русскому) 35-ти миллионам русских людей Южной России и с помощью этой ненависти создать новый народ, литературный язык и государство. И.И. Терох. Украинизация Галичины.Свободное Слово Карпатской Руси - ССКР, 1960, 9-10 (1962, 5-6) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_735.htm Чтобы выяснить, как возникло то, проникнутое лютой ненавистью к России политическое украинское движение, которое получило наибольшее развитие в совершенно оторванной от России австрийской Галиции, чтобы отыскать его корни, необходимо начать с рассмотрения польского вопроса. После перехода в 1654г. гетмана Богдана Хмельницкого в подданство к русскому царю и последовавшей за этим длительной войны с Польшей, удалось воссоединить с Россией только левобережье Днепра и г. Киев, что было закреплено сначала Андрусовским перемирием 1667г., а затем Вечным миром 1686г. Правобережье осталось под властью Польши еще более чем на столетие, и было воссоединено с Россией в конце XVIII в. по второму (1793г.) и третьему (1795г.) разделам Польши. Подчеркнем, что хотя и в нашей истории эти события именуются разделами Польши, Россия здесь не посягала на исконные польские территории, а лишь возвратила захваченные ранее Польшей древние земли Руси. Однако Галицкая или Червонная Русь тогда возвращена не была - она к тому времени уже не принадлежала польской короне, так как по первому разделу Польши (1772г.) перешла во владение Австрии. В 1815г. на Венском Конгрессе российский император Александр I согласился на создание под эгидой России Королевства (Царства) Польского на месте образованного Наполеоном в 1807-09гг. Великого герцогства Варшавского. Александр I полагал, что этим облагодетельствует поляков, предоставляя им государственность, - ведь в противном случае территория бывшего Великого герцогства была бы поделена между Пруссией и Австрией. Таким образом, в результате разделов Польши и решений Венского Конгресса возникла ситуация, при которой часть древних русских земель (Галицкая Русь) осталась за пределами России, а в то же время в состав Российской империи вошли коренные польские земли, что и создало предпосылки для последовавших затем серьезных политических осложнений. Хотя Королевству Польскому была предоставлена самая широкая автономия, польская шляхта не была удовлетворена. В частности, она потребовала присоединения к своему королевству земель, входивших в состав Речи Посполитой до разделов XVIII века, на что правительство России ответило отказом. Тем не менее в Юго-Западном крае - на Волыни, Подолии и Правобережной Украине после 1815г. польское управление было восстановлено почти во всей его прежней полноте. Все важнейшие отрасли управления были сосредоточены в руках поляков, администрация и школы были польскими, в Кременце действовал польский лицей. Несмотря на это, поляки, стремившиеся к возрождению полностью независимой Польши в ее исторических границах, принялись за подготовку восстания. В связи с этими событиями мы и встречаем первые проявления враждебного России политического украинофильства. В середине 1824г. в Житомире состоялся съезд польских заговорщиков, на котором, среди прочего, было решено развернуть пропаганду среди украинских крестьян на Правобережье, чтобы привлечь их на сторону поляков. В этом направлении работали Вацлав Ржевуский и Томаш Падура. Они старались “разбудить в народе Малорусском веру в его будущее под крылом Орла белого”, то есть под властью Польши. В отличие от романтического или этнографического украинофильства, возникшего на Левобережной Украине, представителями которого были Котляревский, Квитка-Основьяненко, Гулак-Артемовский, украинофильство политическое зародилось на Правобережье в польских кругах, и с самого начала ставило своей целью вызвать у малороссов Юго-Западного края стремление отделиться от России и привлечь их “под крыло белого орла”. Польское восстание 1830-31гг. потерпело поражение, последствием чего стало ограничение автономии Королевства Польского, хотя его управление сохранило свой польский характер. Но в губерниях Юго-Западного края в делопроизводстве польский язык был заменен русским, вместо польских школ введены русские, польский лицей в Кременце был закрыт, а в Киеве открыли русский университет св. Владимира. Однако и после этого польское господство на Правобережье не было серьезно поколеблено. Как отмечал украинский историк Д. Дорошенко, в 1838 г. в трех губерниях Киевской, Волынской и Подольской среди населения “4.200.000 творили селяни-українці, поголовно панські кріпаки, над ними стояла дворянська верства, поголовно польська, в числі 100.000 людей”. Хотя университет св. Владимира в Киеве был русским и все науки в нем преподавались по-русски, “одначе головна маса студентів у ньому були діти польських поміщиків з правобережної України”. В 1850-х годах среди польской студенческой молодежи киевского университета образовалась группа так называемых “хлопоманов”. Польское общество смотрело на Правобережную Украину как на часть исторической Польши, часть, которая должна войти в состав возрожденного польского государства. “Хлопоманы” старались приобрести доверие и сочувствие к польскому делу среди крестьянской массы на Украине, обещая ей в своих брошюрах и прокламациях свободу в будущей возрожденной Польше. В группу “хлопоманов” в начале 60-х годов входили Владимир Антонович, Борис Познанский, Тадеуш Рыльский, Павел Свенцицкий и др. Но в своих надеждах привлечь на сторону поляков крестьян Правобережной Украины “хлопоманы” жестоко ошибались. Д. Дорошенко писал: “Але воно [польське громадянство] гірко помилялось що до українського селянства. Як каже Познанський, супроти поляків, супроти їхньої культури на Правобережжу, Їхніх політичних ідеалів “стояв український селянин в його закостенілому історичному типі, з укритою злобою проти своїх панів-поляків, з вірою в існування правди, уособленої в далекому образі “білого царя”. Тільки на нього покладав свою надію український селянин, тільки від нього сподівався собі бажаної волі.” В конце 50-х - начале 60-х годов XIX в. польские деятели в эмиграции приступили к подготовке нового восстания против России. При этом они непременно должны были обратить внимание на украинофильство. Подрыв единства России собственными силами поляков был делом крайне трудным, но если пробудить и укрепить у малороссов сознание их полной национальной отдельности от великороссов, внушить враждебность к великороссам, то такая внутренняя вражда привела бы к ослаблению России и облегчила полякам достижение поставленной цели. В этот период за границей появляются публикации на исторические и языковые темы, посвященные данному вопросу. Особый вклад в это дело внес Франтишек Духинский, который выдал целую «теорию» о неславянском происхождении «москалей». Очевидно, что между жителями юго-западной и северо-восточной России в XIX в. имелись определенные различия. Украинский историк Н. Костомаров опубликовал в 1861г. статью под названием «Две русские народности», в которой отмечал эти различия между великороссами и южнороссами. Но, говоря о двух народностях, Костомаров тем не менее говорил о двух русских народностях. Духинский же и его последователи заявляли о том, что это совершенно разные, чуждые и глубоко враждебные народы, не имеющие между собой ничего общего. В чем заключалась цель такого разделения двух русских народностей, откровенно заявлял в своем политическом завещании один из руководителей восстания 1863 г. генерал Людвик Мерославский: «Бросим горящие факелы и бомбы за Днепр и Дон в самое сердце Руси; разбудим ненависть и споры среди русского народа. Русские сами будут рвать себя своими же когтями, а мы тем временем будем расти и крепнуть.» Л. Соколов. Корни ненависти (причины появления украинского сепаратизма) http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_korni.html

Ять: Знать историю Одним из наиболее ярких лозунгов в период "перестройки" был лозунг национального возрождения. Именно национальная идея после крушения "империи" должна была вывести народы бывшего Союза на путь благоденствия и процветания. Неотъемлемым элементом национальной идеи в Украине объявлялась неприязнь к русским. По этому поводу сразу же появилась масса публикаций, в которых настойчиво старались внушить людям мысль о существовании давней, вековечной вражды украинцев к России. Но прошло несколько лет, суровая реальность развеяла возникшие поначалу надежды на быстрый расцвет Украины, и на самом высоком уровне было признано, что "национальна iдея не спрацювала", и большая часть Украины не восприняла предложенную трактовку. Консолидировать нацию на основе ненависти к Москве не удалось. Однако в нашем государстве существует регион, где украинская идея именно в таком варианте пользуется поддержкой. Это - Галичина. В чем причины такого отличия ее взглядов от восточной Украины? Простейшее объяснение сводится к тому, что мол, западные области после установления советской власти в 1939 году очень пострадали от репрессий тоталитаризма. Однако восточные области пострадали от этих же бед не в меньшей, а, может быть, и в большей степени. Свидетельство того, что указанные различия во взглядах между галичанами и восточными украинцами не являются порождением советской власти, а имеют более давние корни, находим, например, в воспоминаниях П. Скоропадского, бывшего гетманом Украины в 1918г. Говоря о галичанах, он отмечал: ...их культура из-за исторических причин слишком разниться от нашей. Затем, среди них слишком много узких фанатиков, в особенности в смысле исповедования ненависти к России [1]; ...наш украинец будет всегда украинцем "русским", в отличие от "галицких" украинцев[2]. Обратившись в поисках причин такого явления к истории Галичины XIX-начала XX вв., мы обнаружим, во-первых, что в наше время, несмотря на объявленную гласность и восстановление исторической правды, от современного массового читателя тщательно скрывается значительная часть исторического материала, относящегося к данному периоду. Во-вторых, мы обнаружим, что ненависть к России действительно уже имела место, но она была присуща не всем галичанам, и была привита им искусственно, исходя из определённых политических целей. Приведём отрывок из статьи, опубликованной во львовской газете Прикарпатская Русь в 1910 году: Разбойная тактика украинофиловъ превзошла самое себя в послЪдней избирательной борьбЪ, разыгрывающейся в стрыйскомъ округЪ. Издающаяся в СтрыЪ газетная тряпка "Пiдгiрська Рада" накликаетъ открыто и явно къ погромамъ русскихъ людей; (...) Въ послЪднемъ, 16 номерЪ от 1 н.ст. сентября т.г. той же газетки читаемъ такой пассусъ: "Можемо однак впевнити власти, що, наколи вони будуть так байдужно з боку глядiти на таке провокацiйне вщiплювання росiйщини на нашiм ґрунтi, а що бiльше попирати (?!) сю злочинну роботу, то наш нарiд положить сам кiнець чорносотенщинi i винищить Московщину до нащадку всiми можливими способами, хоч би се його мало сотки жертв коштувати ... I не стане вкоротцi сухих верб, щоб завiсити на них ренегатське, кацапське стерво! Нищити тих собак без милосердя се наша девiза i будемо нищити без помилування." Сами эти угрозы намъ, положимъ, ни по-чемъ; для цЪлей самообороны у нашего Ивана найдется тоже колъ и сухая верба; (...) Однако важно то, что что такiя наущенiя и поощренiя пускаются въ народъ противъ того же народа, въ крестьянскую массу противъ такой же массы бокъ о бокъ живущей.(...) Но гдЪ же ты, ц.к. прокурорскiй надзоръ? Не спишь-ли г. прокуроръ? Когда въ "ГолосЪ Народа" напечатаютъ въ приличномъ тонЪ критику дЪйствий гр. Шептицкаго, ты уже замЪтил нарушенiе закона, а когда въ ряды русскаго народа пускаютъ такую опасность, водворяютъ дикую анархiю, ты, г. прокуроръ, этого не замЪчаешь. Али милЪе тебЪ гр. Шептицкiй, нежели четыре миллiона русскаго крестьянства, которое сумасшедшiе твои лакеи науськиваютъ на братоубiйственную борьбу? " [3] После прочтения этого отрывка нетрудно придти к выводу, что ненависть к русским в Галичине существовала уже в начале XX века. Однако у современного читателя, получившего свои исторические познания исключительно из нынешних публикаций, несомненно, возникнет ряд вопросов. Почему в австрийском Львове печаталась газета на языке, который ныне принято называть иностранным? Почему написано "украинофилы", а не "украинцы"? О каких русских людях, "кацапах", идет речь? Возможно это какие-то приезжие из России, но что тогда означают слова о четырех миллионах русского крестьянства? Русские, "кацапское стерво", которых в приведенной выше публикации приказывали вешать на сухих вербах, это не какие-то пришельцы из России, а коренные галичане. Во второй половине XIX-начале XX века галицкие русины (а назывались они тогда официально именно так - русины, по-немецки-рутены) разделялись на два течения: так называемых старорусинов или москвофилов и молодорусинов или украинофилов. Старорусины сами себя называли русскими, молодорусины-украинофилы вначале именовались рускими, руськими, затем народовцами и, наконец, украинцами. Различие между этими двумя течениями заключалось в трактовке национальной идеи. Русская национальная идея, на позиции которой стояли старорусины, основывалась на том, что в прошлом существовало единое русское государство-Русь, объединявшее под властью князей из династии Рюриковичей все восточнославянские племена. И хотя в силу различных политических обстоятельств это государство распалось, отдельные части его были захвачены иноземцами, но в основе своей и Русь северо-восточная - Московская или Великая Русь, и Русь юго-западная - Малая Русь, или Русь западная - Белая Русь, и также и Галичина - Русь Червонная, в отношении историческом, национальном, языковом, религиозном, несмотря на возникшие в течение столетий отличия, представляли тем не менее единую Русь. Термин "русские" являлся тогда обобщающим названием для великороссов, малороссов, белорусов, т.е. для всех восточных славян, живших некогда на территории древней Руси. Как же, при каких обстоятельствах произошло размежевание галицких русинов на упомянутые два течения? Ко времени перехода в 1772 году под власть Австрии Галицкая Русь уже более четырех столетий находилась под польским владычеством. Высшие сословия галицко-русского общества давно ополячились, но народ сохранял историческое название своей земли - Русь, и свое историческое имя - русины, русские. Связывала народ со своим историческим прошлым и религия. Хотя униатская церковь была подчинена Риму, но обряд в ней оставался восточным, тем, который принимал князь Владимир Великий. Языком богослужения был церковно-славянский язык, язык богослужения во всей Руси. Сознавали национальное единство Галицкой Руси с остальным русским миром и австрийские власти, которые назвали вначале Червонную Русь Rot-Russland, а русинов - Russen, и лишь затем ввели термин - Ruthenen. - Граф Перген, первый губернатор Галиции, доказывал в 1773 году, что на две трети население состоит из русских (Russen).[4] Вначале австрийские власти оказывали поддержку галицким русинам, чтобы использовать их в противовес полякам, но, когда после второго (1773 г.) и третьего (1795 г.) разделов Польши границы России и Австрии сошлись на Збруче, в правительственных сферах Австрии возникли опасения по поводу возможных притязаний России на Галицкую Русь на том основании, что в прошлом ею владели русские князья из династии Рюриковичей. Осознавая языковое единство галицких русинов с русскими в России, австрийские чиновники, преимущественно немцы, решают ввести в народных школах Галичины польский язык и мотивируют это в докладе в придворную канцелярию от 13 декабря 1816 г. N24.7863 следующим образом:...если же рассмотреть политические соображения, то окажется менее желательным вместо польского распространять рутенский (ruthenisch) язык, который есть лишь наречие русского (nur eine Abartung der russischen ist).[5] В 1818г. австрийское правительство издало распоряжение от 22 мая 1818г. N24.852, в силу которого вводился польский язык как язык преподавания во всех школах, как для поляков, так и для русинов. Полонизация посредством народной школы продолжалась до 1848г. Однако русская национальная идея жила в сознании народа. В 1832г. в Перемышле образовалось "Общество ученых", состоявшее из польской и галицко-русской гимназической молодежи и богословов. Был среди них галицко-русский богослов Николай Кмицикевич, который в 1834г. написал статью "O zaprowadzeniu Abecadla polskiego zamiast kirylicy do ruskiej pisowni" ("О введении польской азбуки вместо кириллицы в русскую письменность"). Статья Н. Кмицикевича, написанная по-польски, хранилась в рукописи и была опубликована на языке оригинала профессором В. Щуратом в "Записках Наукового товариства iм Шевченка" в 1908 году. Н. Кмицикевич выступал против замены кириллицы латинской азбукой и приводил общие рассуждения о русском народе и русском языке: "А. Под народом русским понимаем сильно разветвленный род славян от Белого моря до Крыма, от границ Курляндии до пределов царства Казанского и гор Волгайских, от Печоры на границе северной Азии до истоков реки Тисы в Королевстве Венгерском. B. Народ этот в зависимости от мест своего расселения имеет разные названия: Великая Русь, Малая Русь, Белая Русь, Черная Русь, Карпато-Русь, Украина, Подолье, Волынь, Червонная Русь. (...) C. Все эти русины говорят одним и тем же языком, разделяющимся на разные наречия, которых до сих пор никто из ученых ни описать, ни различать не старался. Все исповедуют обряд греческий, частью в соединении с Римским костелом, частью в раскольничестве, и совершают богослужение на одном старорусском или славянском языке. D. Чем ближе русины жили к полякам, либо жили в смешении с ними, тем большим изменениям подвергся их язык, что легче всего можно наблюдать в епархиях Перемышльской, Холмской и Луцкой. Язык этот можно назвать польско-русским. (...) Чем дальше русины жили от поляков, тем более чистым и приближенным к старорусскому сохранился их язык. (...) G. Русский язык обладает достоинствами, которых отрицать не может ни один иной язык, он имеет два литературных, выработанных и многими классическими произведениями подкрепленных наречия, то есть старорусский или славянский и великорусский. На первом имеем церковные книги, священное писание, множество произведений древних и недавних. (...) На другом, великорусском, имеем неисчислимое количество произведений во всех отраслях науки, литературы, искусств. (...) [6] В 1835г. Львов посетил проездом профессор Московского университета М.П. Погодин, направлявшийся в путешествие по славянским землям. Во Львове он познакомился с настоятелем Свято-Онуфриевского монастыря Варлаамом Компаневичем, а также с другими лицами. Особенно тесные отношения установились у него с Денисом Зубрицким, Яковом Головацким, Иваном Вагилевичем. Впоследствии можно было встретить утверждения, что русскую национальную идею привез в Галицкую Русь именно М.П. Погодин, однако приведенные выше отрывки из статьи Н. Кмицикевича и из доклада австрийских чиновников свидетельствуют, что осознание этой идеи в Галичине существовало и до приезда Погодина как среди самих галицких русинов, так и у австрийских властей. Революционные события 1848г. резко изменили ситуацию в Галиции. Поляки выступили на стороне революции против австрийской власти. И теперь австрийцам ничего не оставалось, как в противовес полякам искать поддержку у галицких русинов. Отмена панщины делала крестьянство юридически полноправным сословием и давала возможность для обретения галицкими русинами национальных прав. При содействии губернатора Галиции графа Ф. Стадиона во Львове образуется национальный представительный орган галицких русинов "Головна Руска Рада". Однако, соглашаясь предоставить им такие права, австрийские власти, тем не менее, не забывали о внушавшей им беспокойство национальной и языковой близости галицких русинов с русскими в России. Перед графом Стадионом стояла задача - отделить русинов от поляков, но в то же время не допустить проявления у них русского национального сознания. Поэтому Ф. Стадион поставил руководству Головной Руской Рады условие - отмежеваться от России и русских в национальном и языковом отношении. Не желая входить в конфликт с властями в столь ответственный момент, представители русинов приняли это условие и признали себя народом "рутенов". "Въ 1848 роцЪ вопрошали насъ, що мы? Мы сказали, що мы всесмиреннЪйши Ruthenen (Господи! Если бы праотцы наши узнали, що мы сами прозвали себе тымъ именемъ, якимъ окрестили насъ во время гоненiя наши найлютЪшiи вороги, они въ гробах зашевелили-бъ ся ). (...) А може вы русскiи? допрошалъ насъ Стадiонъ. Мы кляли душу-тЪло, що мы не русскiи, не Russen, но що мы таки собЪ Ruthenen".[7] Однако австрийские немцы никакого народа "рутенов" не знали, а знали на востоке Европы только русских. Это потребовало от галицких русинов дать по поводу своей национальности разъяснения, которые были изложены в ряде обращений, адресованных венскому парламенту. В одном из этих документов, озаглавленном "Братьям немцам!" и датированном 23 августа 1848г. говорилось: "Раздаются голоса, подозревающие нас в тяготении к России и поэтому не желающие допустить нашего национального развития. (...) Братья-немцы! Также и русские (Russen) являются нашими соплеменниками, та же славянская кровь течет в наших жилах, общая судьба в прежние времена, родственный язык, обычаи и.т.п. делают русских (russischen) братьев для наших сердец ценными и дорогими (werth und theier). Если бы мы хотели это отрицать, то не нашли бы у вас никакой веры; мы бы лгали и не могли бы выступать перед очами Европы как честные и добросовестные люди." [8] Даже находясь в столь сложном политическом положении, галицкие русины не могли категорически отмежеваться от русской национальной идеи, ибо это явилось бы, по их собственным словам, очевидной ложью. Хотя русины и признали себя отдельным народом рутенов, но практически стали издавать свои книжки и единственную в то время газету "Зоря Галицка" на языке весьма приближенном к общерусскому литературному языку. В конце 1851г. власти Австрии, отменив принятую во время революции конституцию, вернулись к абсолютистскому способу правления. Головна Руска Рада была распущена. Наместником Галиции был в то время поляк граф Агенор Голуховский. Главную свою задачу по отношению к галицким русинам он видел в том, чтобы не допускать никакой духовной связи Галицкой Руси с Россией, дать такое направление развитию галицко-русского языка, чтобы максимально обособить его от общерусского. Денис Зарубин писал Погодину 5 (17) мая 1852 г.: "Чисто-русский язык подозревают у нас как симпатизирование с Московщиной. Самый тихий и смиренный журналец "Галицкая Зоря" получил увещевание, чтоб не осмеливался употреблять московских слов под опасением запрещения. Однажды написал редактор в одной статье русскими буквами слова "крещендо декрещендо"; вдруг перечеркнула их цензура как московскую уродливость, насилу только успел бедный редактор доказать, что это не московские, а итальянские музыкальные слова. Цензор не умеет ничего русского, ни церковного языка, только нечто мужицко-польско-русского наречия, начальство строго повелевает ему смотреть за языком, а кроме того есть у нас много невежд и плутов галичских русинов, которые для своих личных корыстей изменяют народному благу - и вот наше состояние" [9] Для осуществления своих замыслов граф Голуховский старался посеять рознь в среде самих русинов - "пустить русина на русина". Он преследовал сторонников русской идеи и поддерживал тех, кто в угоду властям и для своих личных корыстей готов был от этой идеи отречься. Так постепенно возникало размежевание среди галицких русинов на два течения: старорусинов, твердо стоявших на почве русской идеи, и молодорусинов, эту позицию отвергавших. Признание себя народом рутенов не принесло русинам никаких положительных результатов в языковом и культурном развитии Галицкой Руси, поэтому они решили, наконец, ясно и недвусмысленно высказаться о своей национальной принадлежности. 27 июля (8 августа) 1866 г. в газете "Слово" появилась статья под скромным заголовком "Поглядъ въ будучность", ставшая своего рода манифестом, в котором русины заявляли о своей национальной, языковой, религиозной связи с русским миром. "…Такъ вовсе удивляти не можетъ никого, если намъ Рутенамъ не позволено въ певномъ времени употребляти ни выраженiй русскихъ, ни гражданки русской, ни русской скорописи, но допущено лишь то, щобы намъ яко Рутенамъ свободно было подаянья до урядовъ и судовъ писати-друковати церковною кирилицею, а языкомъ такимъ якимъ бесЪдуется по окрестнымъ того уряда торгахъ и корчмахъ. И для чогожъ мы не сказали въ 1848 роцЪ, що мы русскiи, що границею нашою народною ни Збручъ, но дальше ДнЪпра? Бо тогды настрашилибы ся насъ были, щобы мы, связаны исторiею тысячилЪтною, обрядомъ церковнымъ, языкомъ и лiтературою съ великимъ русскимъ народомъ, не забагали коли отъ Австрiи ото рватися, и не были насъ допустили до свободъ конституцiйныхъ, были бы насъ слабенькихъ тогды придушили, шобысьмо и не дыхнули дыханиемъ русскимъ. (...) И на соймЪ Львовскомъ, где была найлучша способность высказати ясно и Полякамъ и ЕвропЪ, не сказалъ никто изъ нашихъ, що всЪ усилiя дипломацiи и Поляковi сотворити зъ насъ особный народъ рутеновъ-униатовъ оказалися тщетными, и що Русь Галицка, Угорска, Кiевска, Московска, Тобольська и пр. подъ взглядомъ етнографическимъ, историческимъ, лексикальнымъ, литературнымъ, обрядовымъ есть одна и таяже самая Русь, (...). Для того есть мнЪнiемъ нашимъ, що время уже преступити нашъ Рубиконъ и сказати откровенно въ слухъ всЪмъ: Не можемо отдЪлитися хиньскимъ муромъ отъ братей нашихъ, и отстояти отъ языковой, литературной, церковной и народной связи со всЪмъ русскимъ мiромъ! Мы не Рутены зъ 1848 року, мы настоящiи Русскiи; но якъ всегда были, так есьмо и останемъ въ будуще непоколебимо вЪрны нашому августЪйшому австрiйському Монарху и свЪтлЪйшой династии Габсбурговъ!" [10] . Это заявление галицких русинов было с крайним недовольством воспринято галицкими властями. Особенно резкой была реакция "Газеты Народовой". Она призывала к решительной борьбе со старорусским движением, с "москвофилами" и ставила задачу для противодействия этому движению создать "антимосковскую Русь в Галиции". "Такая антимосковская Русь, связанная унией с Польшей, будет для Австрии оборонным валом против Москвы, основой ее будущей политики, устремленной на Восток " [11] . "Газета Народова" также отмечала: "... в своей манифестации орган московской агентуры (т.е. газета "Слово",-Л.С.) выразительно говорит, что...пытаются организовать особую национальность русинов, поднять народный язык Руси, развить его в письменный. Но московская агентура этого не желает, со всей силой против этого протестует. Она хочет, чтобы русины стали москалями, а тут...им препятствуют и работают над тем, чтобы генетически из народа развить национальность русинов!" [12] Далее ставилось требование безусловно устранить сторонников русской идеи из школ и администрации, а также проводить соответствующую работу с депутатами: "Известно, кто из депутатов гмин признается москалем, к Москве тянется, а кто держится своей национальности руской, и хочет остаться русином и впредь. Так вот русинов истинных выбирать следует во все комиссии, из москалей никого. Различие это должно быть строго проводимо и наглядно показано, чтобы весь мир знал, что большинство (галицкого сейма,-Л.С.) борется против москалей, а не против русинов " [13] . "Москалями" здесь называли сторонников русского единства, а "истинными русинами" тех, кто готов был признать признать себя "особой национальностью". Так в Галичине было положено начало политическому размежеванию в среде галицких русинов. Старорусины оставались на своих прежних позициях, а на основе молодорусинского движения стала формироваться "антимосковская Русь" - будущее галицко-украинское движение, проникнутое духом непримиримой вражды и ненависти ко всему русскому. Последующие десятилетия истории Галицкой Руси проходят под знаком борьбы этих двух движений. Таким образом воплощался в жизнь уже известный нам принцип "пустить русина на русина" ... 1870г. старорусины основали политическое общество под названием "Русская Рада". В 70-х годах старорусское движение было преобладающим среди галицких русинов, молодорусское же находилось еще в зачаточном состоянии. Однако молодорусины пользовались покровительством властей и обвиняли старорусинов в том, что они якобы являются агентами Москвы и врагами Австрии. В 1882 г. Был проведен показательный политический процесс над 11 деятелями старорусского движения, обвиненными в государственной измене. Но суд присяжных не признал подсудимых виновными в этом преступлении. С 1880г. украинофилы начинают выпускать свою газету "Дiло" (газета старорусинов "Слово" выходила с 1861г.), а в 1885г. образуют политическое общество "Народна Рада". К концу 80-х годов силы движений практически сравнялись. В 1900г. старорусское движение преобразуется в Русско-народную партию, печатными органами которой были газеты "Галичанинъ" и "Русское слово", а в 1909 г. образуется Русская народная организация со своими печатными органами - газетами "Прикарпатская Русь" и "Голосъ народа", руководство которой осуществлял "Народный Совет". Русское движение в Галичине имело также целый ряд обществ культурно-просветительского и экономического характера, а в австрийском парламенте и галицком сейме оно было представлено своими депутатами. Всю эту работу приходилось вести в условиях непрекращающихся нападок как со стороны уже окрепших политически украинофилов. И хотя к началу XX века последние серьезно враждовали с властями, главными своими врагами они по-прежнему считали сторонников русской идеи. Обвинения всего русского движения в антигосударственной деятельности, в измене, в шпионаже в пользу России не сходили со страниц галицко-украинских газет. Но когда, желая отреагировать на эти доносы, власти организовали в начале 1914г. политический судебный процесс над активистами русского движения С. Бендасюком, В. Колдрой и священниками И. Гудимой и М. Сандовичем, обвиненными опять же в государственной измене, то после трехмесячного разбирательства суд присяжных полностью оправдал подсудимых. Ибо русское движение в Галичине действовало в рамках австрийской конституции, а нападки его врагов были не более чем безосновательной клеветой, стремлением свести таким образом счеты со своими политическими противниками. Летом того же 1914г. началась первая мировая война. Власти, отбросив законы и конституцию, подвергли сторонников русского движения жесточайшим репрессиям, в ходе которых десятки тысяч галицких русинов были расстреляны, повешены, брошены в тюрьмы и концлагеря. Но и после войны, несмотря на понесенные потери, русское движение в Галичине возродилось и продолжало свою деятельность в 20-х и 30-х годах, хотя оно, конечно, уже значительно уступало по своей силе украинскому движению. Ныне, организуя русское движение в современных условиях, мы должны восстанавливать историческую память, мы должны знать, что русские, проживающие на древних землях Галицкой Руси, никогда не были чуждыми Украине и не должны быть таковыми в будущем. Преодолев конфронтацию, объединившись, они способны укрепить межэтническое согласие и дать государству великий шанс стать державой. [1] Скоропадський, П.: Спогади, Київ-Фiладельфiя, 1995, с.52 [2] Там же, с.255 [3] Прикарпатская Русь, 23 августа (5 сентября) 1910, N 275 [4] Brawer A.J.: Galizien, wie es an Osterreich kam, Leipzig/Wien:1910, s.20 [5] Lewicki J.: Ruch Rusinow w Galicji w pierwszej polowie wieku panowania Austrji (1772-1820) , Lwow:1879, s.24. [6] Щурат В.: Азбучна стаття Миколи Кмицикевича, Записки Наукового Товариства iм Шевченка, т.LXXXI, 1908, кн.I, с.135-144 [7] Слово, 27 июля (8 августа) 1866, N59 [8] Malinowski, Michael von: Die Kirchen-und Staatssatzungen bezueglich des griechisch-katholischen Ritus der Ruthenen in Galizien, Lemberg:1861, s.575 [9] Письма къ М.П.Погодину изъ славянскихъ земель (1835-1861), выпуск 3, Москва: 1880, с.587-588 [10] Слово, 1866, N59 [11] Gazeta Narodowa, 9.08.1866, N183 [12] Gazeta Narodowa, 25.08.1866, N196 [13] Gazeta Narodowa, 29.11.1866, N275 Л. Соколов. Знать историю. Статья публиковалась в сборнике И завтра жить, Львов: Цивилизация, 2000, с.111-125 http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-znatistoriju.html

Ять: Ложь под маской правды В трех номерах львовской газеты "За вільну Україну" (№№51-53 за 14, 15 и 17 мая 2002г.) опубликована статья доктора филологических наук, профессора Львовского национального университета им. И. Франко, академика Академии наук высшей школы Украины, лауреата Всеукраинской премии им. И. Огиенко Василия Лызанчука под заголовком "Пізнаймо правду..." ["Познаем правду..."]. Обращаясь к "уважаемому Читателю" (с большой буквы), автор указывает, что находясь в море разнообразнейшей информации очень важно выяснить, какое слово приносит правду, а в каком - скрытая неправда, дезинформация. С этой мыслью можно безусловно согласиться, чего, однако, ни в коей мере нельзя сказать о содержании самой статьи. В. Лызанчук упоминает о двух учебниках "История России", вышедших в Москве в 2000 и 2001гг., о публикациях М. Бахарева - главного редактора "Крымской правды", но основное внимание уделяет статье председателя партии "За Русь Единую", председателя Русского Движения Украины А.Г. Свистунова "Русский вопрос", опубликованной в газете "Русский мир" (№2, сентябрь-октябрь 2001г.). Профессор Лызанчук приводит пространную цитату из названной статьи, а затем обрушивает на А.Г. Свистунова поток обвинений в кощунстве, в черной ненависти к Украине и т.п., приправив все это нападками на личность автора. Заполнив подобными излияниями два абзаца, пан профессор наконец переводит дух и говорит: "Вибач, шановний Читачу, за надмірну експресію." ["Прости, уважаемый Читатель, за чрезмерную экспрессию".] Что же вызвало у пана профессора такой неудержимый приступ бешенства? Всего лишь то, что А.Г. Свистунов открыто высказал мысль об историческом единстве Руси и выступил против тех, кто стремится разобщить украинцев и русских. Повторно приводя отрывки из уже ранее цитированного фрагмента статьи "Русский вопрос", В. Лызанчук пишет: "...О. Свистунов наполегливо популяризує стару, як московський імперіялізм, тезу, що "предки современных украинцев считали себя тоже русскими", мовляв, вони себе й тепер усвідомлюють "частью Русского мира - цивилизации, берущей свое начало в Древней Руси". ["...А. Свистунов настойчиво популяризирует старый, как московский империализм, тезис, что "предки современных украинцев считали себя тоже русскими", мол, они себя и теперь осознают "частью Русского мира - цивилизации, берущей свое начало в Древней Руси".] Пообещав читателю усмирить свои эмоции, профессор Лызанчук приступает к критическому разбору положений, высказанных в статье "Русский вопрос": "Тут, зрозуміло, не лише плутанина з термінами "руський", тобто "українець" і "русский" тобто "московит", "росіянин". Може, О. Свистунов не знає правдивої давньоруської, тобто давньоукраїнської історії, історії Московії, а після злодійського вчинку Петра І, тобто найменування Московії давньоукраїнською назвою Русь, історії справжніх відносин України і Росії? А може свідомо все перекручує, підтримуючи в нашому суспільстві таке явище, як інтелектуальний антиукраїнізм." ["Тут, понятно, не только путаница с терминами "руський", то есть "украинец" и "русский", то есть "московит", "россиянин". Возможно, А. Свистунов не знает правдивой древнерусской, то есть древнеукраинской истории, истории Московии, а после злодейского поступка Петра I, то есть наименования Московии древнеукраинским названием Русь, истории настоящих отношений Украины и России? А может, сознательно все перекручивает, поддерживая в нашем обществе такое явление, как интеллектуальный антиукраинизм."] Характерно, что стоило только профессору Лызанчуку от трескучих пустопорожних фраз и личных оскорблений перейти к попытке научно обоснованной критики взглядов оппонента, как пан профессор незамедлительно попадает впросак, ибо выдвинутые им упреки в незнании истории или в сознательном извращении фактов могут быть в полной мере обращены к его собственной персоне. С терминами "руський" и "русский" действительно существует известная путаница. В древних русских летописях можно встретить упоминание о земле "Руской", "Русской", "Русьской", "Рустей", но эти названия относятся не к каким-либо отдельным территориям, а к русской земле как к целому и стоят в текстах летописей буквально рядом. Просто тогда терминология еще не была окончательно установлена. Смысловое разделение слов "русский" и "руський", о котором пишет В. Лизанчук, произошло в XIX столетии в Галицкой Руси, находившейся под властью Австрии, было обусловлено сложившимися там политическими обстоятельствами, и никакого отношения к древнерусской истории не имеет. Что же касается "злодейского поступка Петра I, то есть наименования Московии древнеукраинским названием Русь", то право же, не к лицу человеку, носящему звания профессора и академика, писать такую чушь. Ведь даже школьнику должно быть известно, что при Петре I было введено название Российская империя, а Русью и Россией Московское государство называлось задолго до Петра I. Далее В. Лызанчук утверждает: "Київську Русь як державу консолідував не міфічний "русский" етнос, а праукраїнці на давньоруському етапі свого історичного розвитку." ["Киевскую Русь как государство консолидировал не мифический "русский" этнос, а праукраинцы на древнерусском этапе своего исторического развития."] Однако в те давние времена не этнос консолидировал государство, а наоборот, образование древнего Русского государства, подчинение многочисленных славянских племен власти князей из династии Рюриковичей, затем принятие в этом государстве христианской религии, появление единой церкви и общего книжного языка консолидировало эти племена в древнерусскую, а не в "древнеукраинскую" народность, ибо перечисленные выше факторы действовали на всей территории древнего Русского государства, а не только на той его части, которая впоследствии вошла в состав современной Украины. В. Лызанчук пишет: "Державна традиція княжої Руси обривається у Галичині 1340 р., а у Києві - лише 1471 р., зі скасуванням Литвою Київського князівства. А вже в 1490 р. маємо першу письмову згадку про українських козаків на Нижньому Дніпрі." ["Государственная традиция княжеской Руси обрывается в Галичине в 1340г., а в Киеве - только в 1471г. с упразднением Литвой Киевского княжества. А уже в 1490г. имеем первое письменное упоминание про украинских казаков на Нижнем Днепре."] Говоря о пресечении государственной традиции княжеской Руси в Галичине и Киеве, для полноты картины следовало бы заметить, что на северо-востоке Руси эта традиция вообще не прерывалась, а получила непосредственное продолжение в Московском государстве. Не надо быть профессором и академиком, чтобы сообразить, кто имел более близкое отношение к киевским великим князьям - их прямые потомки по мужской линии, великие князья, а затем цари московские из династии Рюриковичей, или та весьма разношерстная публика, которая стала собираться на Нижнем Днепре. Украинский историк И. Крипьякевич отмечает, что название казаков тогда, около 1490г., означало людей, которые промышляли в степях. "Ім'я козаків спершу не означало якогось стану чи класу, а тільки вказувало на заняття - степові промисли." ["Имя казаков вначале не означало какого-либо сословия или класса, а только указывало на занятия - степные промыслы".] (Крип'якевич І.П. Історія України, Львів, 1990, с.157.) И эти люди, по мнению пана профессора, были продолжателями государственной традиции княжеской Руси? В. Лызанчук пишет далее: "Головні культурні, політичні, духовні, економічні центри Руси - Київ, Чернігів, Переяслав, Володимир, Галич, Львів та інші міста стали центром козацької України, міцно з'єднавши два послідовні періоди української історії." ["Главные культурные, политические, духовные, экономические центры Руси - Киев, Чернигов, Переяслав, Владимир, Галич, Львов и другие города стали центром казацкой Украины, крепко соединив два последовательные периода украинской истории."] В том, что касается причисления Галича и Львова к центрам казацкой Украины, фантазия автора явно перехлестывает через край. Значит, в 1648г. казацкое войско Б. Хмельницкого осаждало казацкий же центр - город Львов? Так, выдавая явные вымыслы за неопровержимые свидетельства, подтвержденные данными всевозможных наук, пренебрегая даже элементарной логикой, профессор Лызанчук завершает первую часть своей статьи и переходит к обоснованию изначальной и полной отдельности украинцев от "московского" народа. Отождествляя древнюю Русь только с Украиной, В. Лызанчук в то же время отмечает: "Територія, яка стала потім етнічним ядром, де сформувався московський (російський) народ, першопочатково була землею угро-фінських (чудських) племен." ["Территория, которая стала потом этническим ядром, где сформировался московский (российский) народ, первоначально была землей угро-финских (чудских) племен."] Ссылаясь на книги М. Грушевского и его последователей, профессор Лызанчук указывает, "що період Київської держави перейшов не у володимиро-московський, а в галицько-волинський (XIII ст.), потім - у литовсько-польський (XIV-XVI ст.)" ["что период Киевского государства перешел не во владимиро-московский, а в галицко-волынский (XIII ст.), потом - в литовско-польский (XIV-XVI ст.)"], и, приведя цитату из Грушевского, резюмирует: "Отже, "окремішність" українців є наскрізною ідеєю багатьох етно-генетичних теорій - від Грушевського до сучасних." ["Итак, "отдельность" украинцев является сквозной идеей многих этно-генетических теорий - от Грушевского до современных."] Суть концепции М. Грушевского состояла в том, чтобы исключить Киевское государство из истории великорусской народности. Однако в своей основе данная концепция не принадлежит Грушевскому, и идея "отдельности" украинцев от великороссов имеет более раннее происхождение. Тем не менее украинские авторы предпочитают выводить ее от Грушевского, замалчивая имя подлинного основоположника. "Фундаментальный вклад" в теоретическое обоснование отдельности украинцев от великороссов внес поляк Франтишек Духинский, который совершил без преувеличения "революционный переворот", коренным образом изменивший всю концепцию истории славян вообще, а Польши и России в особенности. В период подготовки поляками восстания против России, в 1858-1861гг. вышла во Франции главная работа Духинского "Основы истории Польши и других славянских стран, а также история Москвы." Великороссы или "москали", по утверждению Духинского, вообще не являются славянами, а принадлежат к народам "туранской ветви" (т.е. угро-финским и урало-алтайским). Кстати, не случайно и В. Лызанчук угро-финнов вспомнил. Ф. Духинский писал: "С IX по XIV век варяги или норманны-русины с князьями из династии Рюрика господствовали над москалями и над славянами новгородскими, надднепрянскими и надднестрянскими. От этих норманнов-русинов земли тех славян и москалей имеют и свое название Руси с различными прилагательными: Малой, Белой, Червонной и т.д., но москали хотя и были связаны со славянами посредством династии Рюрика, были не славянами, а уральцами". (Duchinski F. Pisma, t.1, Rapperswyl, 1901, s.80.) "История Руси до XIV века есть историей, подготавливавшей жителей этих земель, и рюриковичей и славян, к соединению со славянами надвислянскими. [...] Исключать историю славян из Гродно, Новогрудка, Трок, Вильно, Витебска, Могилева, с Волыни и восточной Галиции из истории Польши до XIV века и включать историю этих земель, называемых Русью, в историю Москвы до XIV века является важнейшей исторической ошибкой и величайшей преградой для понимания образования польского государства." (Там же, с.87.) "Теория" Духинского была призвана обосновать претензии поляков на обладание западными и юго-западными русскими землями. Кстати, даже в предисловии к собранию сочинений Духинского, вышедшему в 1901-1904гг., сказано, что Духинский не был ученым в точном смысле этого слова, а своими научными раcсуждениями боролся за политические интересы Польши. В 1866г. во Львове начал выходить журнал "Siolo", основанный польским эмигрантом, участником восстания против России 1863г. П. Свенцицким. В предисловии к первому номеру говорилось: "Всем известно, что российский панславизм, своими претензиями угрожающий славянству, главным образом опирается на самозванном признании финно-монгольской Москвой себя славянской Русью вначале, Всей Русью затем, и Россией теперь. Поэтому если путем исследований, как исторических, так и литературных, подлинная Русь сможет обосновать свои национальные права, если убедит весь мир, что является отдельной национальностью, не имеющей ничего общего с Россией - тогда панславистские претензии москалей рухнут, не имея под собой почвы, и аппетиты Москвы будут умерены. Россия говорит, что нет Руси как отдельной национальности, докажем ей, что дело обстоит наоборот, что Москва только присвоила себе права славянской Руси - и увидим, что отодвинется от Европы, и между ней и Западом встанет непробиваемая стена - славянская Украина-Русь." В то время, когда был написан процитированный текст из журнала "Siolo" (1.07.1866) в Галиции не было ни Товариства "Просвіта", ни "Наукового товариства ім. Шевченка", до появления на свет М. Грушевского оставалось еще около трех месяцев, но цель исследований, которыми им придется заниматься, была уже поставлена, результат был наперед задан, требовалось только подвести под него обоснование. Вполне откровенно сформулирована здесь и задача, решению которой должны были служить подобные исследования - отделить Украину от России и превратить в барьер между Россией и Западом. Сама постановка задачи вполне очевидно выдает ее политический, а не научный характер. Причем достичь требуемого результата исследований, идя строго научным путем, было невозможно. "Теория" Духинского с наукой ничего общего не имела и представляла собой набор столь явных глупостей, что в чистом виде не могла быть использована. Однако галицкие украинофилы, взявшиеся за выполнение поставленной перед ними задачи, не смогли придумать ничего лучшего и просто риспособили "теорию" Духинского к своим потребностям, заменив Польшу на Украину и устранив упоминание о русинах как о восточных поляках. Выдумки о москалях-финнах, которые похитили название Русь, были пущены в ход. За увлечение "духинщиной" галицких украинофилов-народовцев неоднократно резко критиковал украинский историк М. Драгоманов. А такие видные украинофильские деятели как Н. Костомаров и П. Кулиш, разобравшись, во что превращается украинофильство, перешли на позиции признания русского единства. Чтобы придать украинскому варианту "духинщины" наукообразный вид, австрийские власти по ходатайству князя А. Сапеги и наместника Галиции графа К. Бадени учредили во Львовском университете соответствующую кафедру, возглавил которую М. Грушевский. Такова предыстория появления исторической концепции М. Грушевского, на которой базирует свои рассуждения и В. Лызанчук. В Австро-Венгрии теория об отдельности русинов-украинцев от великороссов стала инструментом официальной политики и усиленно насаждалась властями. Сторонников идеи русского единства среди галицких русинов власти подвергали преследованиям, а в годы первой мировой войны и жестоким репрессиям, отправляя десятки тысяч галичан на расстрелы и виселицы, за колючую проволоку Талергофа и в казематы Терезина. Так на землях Галицкой Руси внедрялась украинская национальная идея. В России же великороссы, малороссы и белорусы принадлежали к единому русскому народу, что не только было утверждено официально, но и глубоко коренилось в сознании народа. "Свидомых украинцев" было крайне мало и фактически украинская нация начала формироваться только после революции 1917г. Д. Дорошенко писал в своих воспоминаниях: "Нас, "свідомих українців", було так мало, ми всі так добре знали один одного, були так тісно зв'язані між собою різними зв'язками по громадській роботі, що в нас виховалася ота "кружковщина", сектярська вузькість і замкненість, [...] Тепер поняття нації безмірно поширилося, і властиво сама нація українська тільки тепер почала формуватись і викристалізовуватись." ["Нас, "свидомых украинцев", было так мало, мы все так хорошо знали друг друга, были так тесно связаны между собой разными связями по общественной работе, что у нас выработалась та "кружковщина", сектантская узость и замкнутость, [...] Теперь понятие нации безмерно расширилось, и собственно сама нация украинская только теперь начала формироваться и выкристализовываться."] (Дорошенко Д. Мої спомини про недавнє минуле (1914-1920), друге видання, Мюнхен, 1969, с.321-322.) Другой украинский деятель тех времен В. Андриевский отмечал: "Українські соціялісти поставили собі за першу і з початку за одиноку ціль: поділити після Марксового катехизму українську націю на кляси. Одно тілько вони забували, що на Великій Україні тоді ще не було Української Нації!" ["Украинские социалисты поставили себе как первую и вначале единственную цель: поделить согласно Марксового катехизиса украинскую нацию на классы. Одно только они забывали, что на Великой Украине тогда еще не было Украинской Нации!"] (Андрієвський В. З минулого, т.1, ч.1, Берлін, 1921, с.112.) Если в австрийской Галиции общерусское национальное сознание искореняли поляки и австрийцы, то на российской Украине это сделали большевики, официально разделив русский народ и оставив название "русские" только за великороссами. Именно при советской власти в сознание народа было введено представление о русских (великороссах), украинцах и белорусах как об отдельных народах, но тогда все-таки говорили о трех братских народах, а теперь нам настойчиво внушают мысль, что украинцы и "московиты" (россияне) всегда были совершенно чуждыми и враждебными народами. При этом широко используются такие методы, как фальсификация, подтасовка, замалчивание неугодных фактов, а любая попытка изложить иную точку зрения встречается истеричными воплями, оскорблениями и обвинениями в антиукраинизме. Вот и профессор Лызанчук, начав с бесспорного утверждения о необходимости познать правду, так и не смог выйти за рамки вышеперечисленных методов. Почему же пан профессор допустил в своей статье такое количество искажений исторической правды (мы упомянули лишь часть из них), которые свидетельствуют либо о некомпетентности, либо о сознательном обмане читателя? Дело в том, что профессор Лызанчук вынужден руководствоваться ложной концепцией, созданной в свое время по политическому заказу, и в наши дни служащей аналогичным целям, ибо на протяжении последних полутора столетий всегда находились "заказчики", желающие превратить Украину в барьер между Россией и Западом, а то и столкнуть Украину с Россией. Излагая вымыслы, весьма далекие от подлинной истории, В. Лызанчук постоянно твердит о правде, без стеснения приводит в свою поддержку даже цитату из святого Евангелия: "Познайте правду, и правда освободит вас". Очевидно, расчет пана профессора сделан на то, что оригинальные публикации XIX - начала XX века неизвестны современному читателю и крайне малодоступны, поэтому состряпанные в тот период на австро-польской пропагандистской кухне антиисторические фальшивки сойдут за чистую монету, читатель так и не сможет по-настоящему познать правду, а поэтому и дальше останется в плену навязанных ему мифов, не ведая об истинных причинах, вызвавших появление на свет этих мифов. В. Лызанчук пишет: "Повноцінно жити і правильно будувати - значить, користуватися правдивою інформацією." ["Полноценно жить и правильно строить - значит, пользоваться правдивой информацией."] И это верно. Вся практика последних более чем десяти лет наглядно подтверждает это правило, однако, доказывая его от противного. Разве была дана народу правдивая информация, когда обещали небывалый расцвет Украины после распада "империи"? Нет, народ цинично обманули, широко используя при этом и псевдоисторическую дезинформацию. Как следствие получили не полноценную жизнь и правильное строительство, а развал, вымирание и деградацию. Но невзирая на это, нас и дальше продолжают гнать по гибельному пути и, громогласно ратуя за правду, оболванивать население лживыми измышлениями. О том, что в современной Украине распространяется фальсифицированная версия истории, не раз писали и говорили. Однако, было бы наивно полагать, что фальсификаторы устыдятся и прекратят свое занятие. Не будем забывать, - они не заблуждаются, а выполняют заказ. Отвечать на их нападки такими же нападками, используя, к примеру, терминологию из профессорского лексикона: "духовная бедность, интеллектуальная безголовость, национальное вырождение" и т.п., да этим и ограничиться, значит встать с ними на одну доску, опуститься до их уровня. Это, впрочем, и бессмысленно, ибо ничего не доказывает. Слабая сторона фальсификаторов именно в том, что они фальсификаторы. Они превосходно могут навешивать политические ярлыки, имея в этом деле большой опыт (только "антисоветизм" теперь заменили на "антиукраинизм"), но они совершенно не способны аргументировать по существу. На ложь и дезинформацию мы должны отвечать не жалобами и нареканиями, не всплесками эмоций, а убедительно доказывать свою правоту и развенчивать измышления фальсификаторов истории. Статья В. Лызанчука еще раз подтверждает, что существует настоятельная потребность в публикации материалов, посвященных данной тематике. Согласимся с заключительным высказыванием пана профессора: С неправдивым словом можно бороться только правдивым словом. Л. Соколов. Ложь под маской правды http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_falmasq.html

Ять: Рождественское письмо. Иван Ильин Это было несколько лет тому назад. Все собирались праздновать Рождество Христово, готовили елку и подарки. А я был одинок в чужой стране, ни семьи, ни друга; и мне казалось, что я покинут и забыт всеми людьми. Вокруг была пустота и не было любви: дальний город, чужие люди, черствые сердца. И вот в тоске и унынии я вспомнил о пачке старых писем, которую мне удалось сберечь через все испытания наших черных дней. Я достал ее из чемодана и нашел это письмо. Это было письмо моей покойной матери, написанное двадцать семь лет тому назад. Какое счастье, что я вспомнил о нем! Пересказать его невозможно, его надо привести целиком. Дорогое дитя мое, Николенька. Ты жалуешься мне на свое одиночество, и если бы ты только знал, как грустно и больно мне от твоих слов. С какой радостью я бы приехала к тебе и убедила бы тебя, что ты не одинок и не можешь быть одиноким. Но ты знаешь, я не могу покинуть папу, он очень страдает, и мой уход может понадобиться ему каждую минуту. А тебе надо готовиться к экзаменам и кончать университет. Ну, дай я хоть расскажу тебе, почему я никогда не чувствую одиночество. Видишь ли ты, человек одинок тогда, когда он никого не любит. Потому что любовь вроде нити, привязывающей нас к любимому человеку. Так ведь мы и букет делаем. Люди это цветы, а цветы в букете не могут быть одинокими. И если только цветок распустится как следует и начнет благоухать, садовник и возьмет его в букет. Так и с нами, людьми. Кто любит, у того сердце цветет и благоухает; и он дарит свою любовь совсем так, как цветок свой запах. Но тогда он и не одинок, потому что сердце его у того, кого он любит: он думает о нем, заботится о нем, радуется его радостью и страдает его страданиями. У него и времени нет, чтобы почувствовать себя одиноким или размышлять о том, одинок он или нет. В любви человек забывает себя; он живет с другими, он живет в других. А это и есть счастье. Я уж вижу твои спрашивающие голубые глаза и слышу твое тихое возражение, что ведь это только пол-счастья, что целое счастье не в том только, чтобы любить, но и в том, чтобы тебя любили. Но тут есть маленькая тайна, которую я тебе на ушко скажу: кто действительно любит, тот не запрашивает и не скупится. Нельзя постоянно рассчитывать и выспрашивать: а что мне принесет моя любовь? а ждет ли меня взаимность? а может быть, я люблю больше, а меня любят меньше? да и стоит ли мне отдаваться этой любви?.. Все это неверно и ненужно; все это означает, что любви еще нету (не родилась) или уже нету (умерла). Это осторожное примеривание и взвешивание прерывает живую струю любви, текущую из сердца, и задерживает ее. Человек, который меряет и вешает, не любит. Тогда вокруг него образуется пустота, не проникнутая и не согретая лучами его сердца, и другие люди тотчас же это чувствуют. Они чувствуют, что вокруг него пусто, холодно и жестко, отвертываются от него и не ждут от него тепла. Это его еще более расхолаживает, и вот он сидит в полном одиночестве, обойденный и несчастный... Нет, мой милый, надо, чтобы любовь свободно струилась из сердца, и не надо тревожиться о взаимности. Надо будить людей своей любовью, надо любить их и этим звать их к любви. Любить — это не пол-счастья, а целое счастье. Только признай это, и начнутся вокруг тебя чудеса. Отдайся потоку своего сердца, отпусти свою любовь на свободу, пусть лучи ее светят и греют во все стороны. Тогда ты скоро почувствуешь, что к тебе отовсюду текут струи ответной любви. Почему? Потому что твоя непосредственная, непреднамеренная доброта, твоя непрерывная и бескорыстная любовь будет незаметно вызывать в людях доброту и любовь. И тогда ты испытаешь этот ответный, обратный поток не как «полное счастье», которого ты требовал и добивался, а как незаслуженное земное блаженство, в котором твое сердце будет цвести и радоваться. Николенька, дитя мое. Подумай об этом и вспомни мои слова, как только ты почувствуешь себя опять одиноким. Особенно тогда, когда меня не будет на земле. И будь спокоен и благонадежен: потому что Господь — наш садовник, а наши сердца — цветы в Его саду. Мы оба нежно обнимаем тебя, папа и я. Твоя мама -. Спасибо тебе, мама! Спасибо тебе за любовь и за утешение. Знаешь, я всегда дочитываю твое письмо со слезами на глазах. И тогда, только я дочитал его, как ударили к рождественской всенощной. О, незаслуженное земное блаженство! Иван Ильин http://3rm.info/publications/42604-rozhdestvenskoe-pismo-ivan-ilin.html

Ять: Потуги разъединения и ослабления русского народа *** В своей брошюре - Потуги разъединения и ослабления русского народа, вышедшей во Львове в 1924г. вторым изданием после конфискации, Г.С. Малец писал: В образовании русского литературного (книжного) языка, в создании всей русской культуры принимали участие все русские племена: малоруссы, великоруссы и белоруссы. Что до книжного языка, то можно сказать, что малоруссы положили для него основу, а великоруссы дали ему свой выговор. И потому неверно и смешно, если нам кто-то говорит, что тот язык не есть нашим (малоруссов), что это московский, или российский язык. Нет это не верно! Он есть общерусским литературным языком, так же московским, как киевским и львовским -. Говоря о старом, этимологическом правописании, автор отмечал, что оно - и есть одним из тех признаков, который указывает более наглядно на единство общерусского языка для всех русских племен, и удерживает это единство. Фонетика же вводит уже различия в способе писания и потому-то именно фонетика и была насильственно заведена Австрией в галицких школах, чтобы нас разделить и затруднить нам галичанам доступ к богатой общерусской культуре. Потому-то и теперешняя Польша не допускает русских школ и не признает у себя прав гражданства для общерусского литературного языка, и проводит дальше политику старой Австрии -. - А почему же мы русины должны отрекаться от своей старины, своей истории, своего названия, своего национального единства, своего уже столетиями выработанного книжного языка и всей нашей культуры?! Почему одно русское племя должно отрекаться от другого, заводить взаимные споры и ненавидеть себя взаимно?! Только одно ослепление, только неразумие могут вести нас к тому, на несчастие и погибель себе, а на радость нашим врагам! Григорий Семёнович Малец. Потуги разъединения и ослабления русского народа. Львов: Изд Ставропигийского института, 1924, 40с. Л. Соколов. Русский язык для Украины - не иностранный http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-russkij.html О политических игрищах тяжеловесов европейской политики, Германии и Австрии, на Украине рассказывает брошюра галицко-русского публициста Григория Семеновича Мальца (1867-1935) - Потуги разъединения и ослабления русского народа, изданная в Львове в 1924 году. Автор описывает тот же джентльменский набор средств европейской политики, который мы видим и сегодня: поддержка украинских радикалов, провоцирование раздоров между малороссами и великороссами, бесконечные увещевания, весь смысл которых в том, что первым лучше жить в самостийной державе и не глядеть на восток, а вторым – сидеть на востоке и не поглядывать в сторону Малороссии. Германия и Австрия понимали, що для того прийдеся им вести тяжкую борьбу - войну з русским народом и только победивши его, змогут добитесь своей цели. Но они тоже добре розумели,що як довго межи всеми русскими племенами буде едность и згода, як довго они чувствовати и признавати себе одним народом, так довго они, немцы, не змогут ничого добитись, бо не устояти им против всеи великой русской силы. И для того хитро и скрыто взялись немци на способы, щобы вызвати роздоры, и борьбу межи русскими племенами и ослабити их власными своими руками. А тогды легче буде немцам справитись с русским народом, где-бы он не жил, и добились своей цели. Вся хитрость полягала в том, щобы указуючи на где яки рожнице межи малорусским и великорусским племенем, внушити (вмовити) малоруссам, що они суть отдельным народом от великоруссов, що им выгоднейше буде отделитися от них и утвердити особну, самостийну державу. В той цели потреба було зменити и назву того нового народа и его будущой самостийной державы: выкинути и затерти его природну историчну назву русский, русин, Русь. На месце того начала вводитись для всего малорусского племени назва украинский, Украина. Украиной начала называтись еще за часов Польши только часть русской земли, т.е. часть малоруссами занимаемой земли, котра лежит на краю (у края, на границе) Польши и така назва може подходити, и теперь подходит только для земель Киевской, Полтавской, Харьковской, та части Черниговской и Екатериновской губерний. Но словом Украина никогда не называлась ни Подолье, ни Волынь, ни Холмщина, а тим меньше Галицка, Буковинска и Угорска Русь. Но и теперьшна правдива Украина, т.е. Киевщина, Полтавщина и др., в старину и всегда, назывались только русскою землею, Русью. Таже в Киеве пошла русска государственность и русска вера по всей Руси, из Киева игло русске письменство, русске просвещение по всех русских землях, а также и повночных! Киев назывався – материю русских городов. Германский министр Эрцбергер: Русский вопрос является ничем иным, как частию большого спора, который немцы ведут с англичанами в целях господства (панованя) над миром. Нам (немцам) нужна Литва и Украина, которые должны быть аванпостами (передовыми сторожами) Германии. Польша должна быть ослаблена. Если и Польша будет в наших руках, то мы закроем все пути (дороги) в Россию и она будет принадлежать нам. Для кого не ясно, что только на этом пути лежит будучность Германии -. И так по думце Эрцбергера и всех германцев для будучности Германии конечно есть потребный украинский сепаратизм. Так само и полякам. Вот що пише наш Галицкий украинец А. Каменский, котрый в своей брошуре, Галиччина Пиемонтом, тверезо и реально розбирае и осветляе русско-украинский вопрос. - В сепаратизме Украины, говорит вон, - заинтересован головно польский элемент Правобичной Украини (по праву сторону Днепра). И се головни пионери (агитаторы) украинского визволения. Се видаеться трохи дивним, але так воно е. Правобични поляки чувствуют, розумиют, що Польша аж до Днепра й Чорного моря не можлива. Еслиб на Правобиччу хотили хоч здалека будувати Польщу, скрипилиб тильки антипольски (противопольскии) тенденции (настроенья). Вони стараються тому всими силами будувати Украину, роблячись украиньскими патриотами. Вони знают, що украинська держава утвердилаб позицию и забеспечила би истнувания Польши-. А в другом месце Каменский говорит: хто в даних обставинах важае будувати Украину поза межами России, той, будуе не Украину, а Польщу (кто желает строить Украину вне границ России, тот строит не Украину, а Польшу). – Ми же скажем от себе, вполне сознаючи и ясно видячи тое, що всяке будуванье Украины, Украины в новом пониманю, а особливо в национальном и культурном отношенью, есть руйнованьем Руси, ослаблюваньем русского народа во всей его целости, а тим самым и Украины, що нашим недругам только желательно. А буде то именно з выгодою и корыстию не только для Польши, но головно для Германии и других соседов, желающих поживитись необьятными просторами и богатствами Русской Земли -. Не стоит ли нам сегодня более внимательно вслушаться в голоса наших соотечественников, живших до нас? Владислав Гулевич. Украина в фокусе мировой политики http://www.otechestvo.org.ua/main/201401/2819.htm

Ять: Банкротство «украинского Пьемонта» Термин «украинский Пьемонт» как образное наименование Галичины, символизирующее ее ведущую роль в становлении украинской государственности, был извлечен на поверхность в период так называемой перестройки вместе с прочим идеологическим инвентарем галицких украинофилов времен Австро-Венгерской монархии. Пьемонт — историческая область Италии, в прошлом королевство, вокруг которого в середине ХIХ века произошло объединение итальянских земель, приведшее к созданию единой Италии. Главенствующая роль Пьемонта в объединении Италии была обусловлена его экономическим и военным превосходством над другими итальянскими государствами. Название «Пьемонт» в значении области, возглавляющей процесс национального объединения, для Галиции первоначально применили галицкие поляки. Они исходили из того, что в этой австрийской провинции после введения в Австрии конституционного правления поляки занимали в политическом отношении более выгодное положение, чем в других частях Польши, принадлежавших тогда России и Германии, и поэтому Галиция должна была стать лидером в процессе возрождения Польши. Галицкие украинофилы-народовцы, копируя поляков, также стали называть Галичину Пьемонтом, только украинским, имея в виду, что Галичина станет объединителем украинских земель. Но если поляки были в австрийской Галиции господствующей нацией, в их руках была сосредоточена крупная земельная собственность и административная власть, то галицкие русины, представленные в основном крестьянством и крайне малочисленной интеллигенцией, находились в положении подчиненном. Само украинофильское движение в Галицкой Руси было порождением польской политики и предназначалось, во-первых, для борьбы с галичанами, исповедовавшими идею национального единства всей Руси (в польской терминологии — с «москвофилами»), а во-вторых, для развития и последующего распространения идеи украинского сепаратизма на юге России с целью подрыва русского единства. В конце ХIХ века политическое украинофильство стало орудием также австрийской и германской политики. Поскольку это движение изначально создавалось как «антимосковская Русь» и было направлено против России, неотъемлемым элементом его идеологии являлась ненависть к России и всему русскому, которая усиленно насаждалась среди галичан. Очевидно, что австрийские власти оказывали поддержку галицким украинофилам потому, что будущая «самостийная» Украина мыслилась ими как составная часть монархии Габсбургов. Только победа Австро-Венгрии и Германии в войне с Россией могла обеспечить Галичине роль «украинского Пьемонта». Никаких собственных предпосылок для успешного выполнения такой роли эта, одна из наиболее отсталых провинций Австро-Венгерской империи, не имела. Малоземелье на селе, отсутствие промышлености в городах, массовая безработица — вот что характеризовало Галичину в начале ХХ века. Крушение Австро-Венгерской империи лишило галицких народовцев возможности реализовать идею «украинского Пьемонта». Поляки довольно быстро показали им всю беспочвенность таких претензий. Как бы ни оценивать сейчас советский период нашей истории, следует признать, что именно воссоединение с Украиной как частью Советского Союза, вхождение в единый союзный народно-хозяйственный комплекс открыло путь к решению давних экономических проблем Галичины. В то же время политика советской власти объективно способствовала укреплению позиций галицкого национализма. Разложение советской системы, предательство компартийной верхушки повлекло за собой не только падение общественно-политического строя. Глубоко порочная «ленинская национальная политика» привела к распаду страны. И в тот момент, когда на передний план выдвинулись лозунги разрушения, оказались востребованными идеологические разработки, приготовленные в австрийской Галиции для противодействия галицко-русскому движению и для подрыва единства России. Так снова было поднято знамя «украинского Пьемонта» как символ лидерства Галичины в процессе отрыва Украины от России и насаждения антирусской идеологии по всей Украине. Галичина, провозглашенная «островом свободы», была незамедлительно превращена в полигон, на котором стала отрабатываться модель будущей «нациократической Украины». Начали, естественно, с отстранения «москалей-оккупантов» от руководства и замены их «своими». Такие мелочи, как профессиональная квалификация, в расчет не принимались. Простые галичане встретили перемены с большим энтузиазмом, активно ходили на митинги и ожидали, что вот-вот начнут жить «как в Европе». «Провидныки нации» быстро внушили народу, что все беды галичан происходят от «клятых москалей», которые съели их сало и выпили их горилку, а «свои», придя к власти, непременно обеспечат им благополучие. Столкнувшись с экономическими проблемами, вызванными распадом Союза, «свои» руководители оказались способными лишь на то, чтобы благополучно разворовать доставшиеся им предприятия и обеспечить Галичине один из самых высоких на Украине уровень безработицы. В 1998г. Львовская область заняла первое место на Украине по показателю падения объемов промышленного производства — 27% от уровня 1990г., тогда как в целом по Украине он составлял 50%. А ведь экономический крах самостийной Украины в целом и Галичины в особенности был результатом вполне закономерным и легко прогнозируемым. Галичина, где в XIX — начале ХХ века взращивалась политическая сила, призванная в интересах Австрии и Германии оторвать Украину от России, имела, таким образом, исторические предпосылки стать во главе разрушительных процессов на Украине в начале 90-х годов ХХ века. Но в то же время Галичина была в наибольшей степени обречена стать жертвой этих процессов. Однако в начале 90-х годов любые объяснения, что разрушение единого государства приведет к развалу экономики и падению жизненного уровня большинства населения Украины, встречали решительный отпор со стороны приверженцев самостийности. Потребовалось десять лет, чтобы на страницах галицкой «национально-свидомой» прессы был поставлен вопрос об отставании Галичины и сделаны попытки проанализировать причины создавшегося плачевного положения, выходящие за рамки известной схемы «москали съели наше сало...» Львовская газета «Поступ» (№ 137, 2001 г.) поместила статью под названием «Почему Галичина отстает?» с подзаголовком «Или Как долго мы еще будем отставать?» В ней говорится о вещах достаточно известных. Примечательно, однако, что упоминание о них в кругах «национально-свидомых» еще недавно расценивалось как проявление «антиукраинских настроений». Говорится о том, что Галичина является отсталым и проблемным на протяжении сотен лет регионом, для которого характерна аграрная перенаселенность, что реальные шаги для индустриализации Галичины начали делаться только «за совитив». С вхождением Украины в мировой рынок промышленность Галичины пострадала едва ли не в наибольшей степени, потому что продукция машиностроения, которая здесь производилась, могла иметь спрос только на советском рынке. В то же время сохранился спрос на изделия металлургических предприятий Донбасса и Приднепровья. Это по существу является признанием факта, что после развала Союза в незалежной Украине начала формироваться экономика классического колониального типа, ориентированная на производство не готовой продукции, а сырья и полуфабрикатов наименьшей степени обработки. Далее сказано и о том, что как центр украинской культуры Львов в советское время был известен в значительной мере благодаря тому, что в нем работали выдающиеся личности из других регионов Украины; что элита Галичины послевоенного периода, прежде всего управленческая, инженерно-техническая и научная в областных центрах большей частью была сформирована из русских, евреев и украинцев (в смысле украинцев восточных, которых здесь отличают от галичан, в худшую, конечно, сторону, как «несвидомых»). «Победа национально-демократических сил в Галичине в начале 90-х годов устранила эту элиту от власти. Люди, которые пришли на смену, совсем не имели опыта, прежде всего экономического и управленческого». Статье предпослан вопрос: «Почему отставание Галичины обсуждается именно сейчас, на 10-м году независимости Украины, почему об этой проблеме не говорили тогда, когда идея самостийности только реализовывалась?» Ответ дается следующий: «И сейчас мы затрагиваем вопрос “Почему Галичина отстает?” просто потому, что 10 лет назад никто не рассчитывал все преимущества и потери, которые даст этому краю независимость Украины и переход к рыночным условиям хозяйствования». Вот уж поистине святая простота. Никто, значит, не рассчитывал... Теперь, когда экономический провал Украины и Галичины стал свершившимся фактом, люди, по-видимому, считающие себя интеллектуалами и «провидныками нации», не находят ничего лучшего, как прикинуться дурачками. Кто действительно не просчитывал ситуацию, так это масса рядовых обывателей, которая, развесив уши, тешилась россказнями о том, что, оказывается, с Украины пошла вся мировая цивилизация, что украинская мова древнее санскрита, а после обретения незалежности на Украину прольется золотой дождь из бочки гетмана Полуботка. Реально принимавшие решения деятели, как и находившиеся у них в услужении прихвостни, все прекрасно просчитывали, и в их действиях безусловно доминировал голый прагматизм, причем густо замешанный на цинизме. Расчет был предельно прост. Создателям нового мирового порядка нужно уничтожить Советский Союз. Если посодействовать им в этом деле, вывесив для прикрытия лозунг построения незалежной процветающей Украины, то в случае распада Союза на обломках некогда великой державы можно будет неплохо поживиться, и, предоставляя обманутой и презираемой массе бесконечно дожидаться осуществления очередной утопии, самим в кратчайшие сроки обеспечить свое личное благополучие. Вот почему тема неизбежного экономического провала самостийной Украины, а вместе с ней и Галичины, не обсуждалась десять лет назад «национально-свидомыми». Наоборот, они делали все возможное, чтобы заглушить голоса тех, кто предупреждал о грядущей катастрофе, старались представить их «врагами Украины». Потому что если бы народ своевременно узнал, что его ждет впереди, он мог бы и не полезть в расставленную для него западню, сорвать планы разрушителей. «Украинский Пьемонт» обанкротился не только экономически. Он продемонстрировал полное банкротство идеологии, гласившей, что благо Украины может быть достигнуто только путем ее отделения от России; подтвердил на практике, что эта идеология, созданная для целей польской, австрийской, германской политики, и в наши дни служит чужим — американским, германским, польским интересам, но только не интересам самого народа Украины. Налицо также моральное банкротство проводников этой идеологии, обманувших свой народ, сыгравших роль «козлов-провокаторов», загнавших стадо в пропасть. В статье «Почему Галичина отстает?» в целом правильно отмечены причины отставания, но вот на вопрос подзаголовка «Как долго мы будем отставать?» ответа нет и близко. Автор, сказав «а», так и не отважился сказать «б», — сказать, что отставать мы будем до тех пор, пока не будет восстановлено в том или ином виде экономическое и политическое единство Украины с Российской Федерацией и Белоруссией — историческое единство Руси. Только такое единство создаст основу для проведения курса, направленного на защиту своих интересов, а не на угодливое пресмыкательство перед сильными мира сего и выпрашивание у них жалких подачек, чем занимается сейчас Украина, как, впрочем, и Российская Федерация. Во второй половине ХХ века говорили о странах развитых и развивающихся. Идущий сейчас процесс глобализации делит мир на страны высокоразвитые и те, которые никогда не станут развитыми. Украине отводится место среди последних. Российской Федерации тоже. С Россией пока еще считаются из-за оставшегося военного потенциала, но его не удастся долго сохранять в условиях общего упадка экономики, а тогда и России грубо и бесцеремонно укажут ее место. У народа Украины и Российской Федерации не только общее прошлое, у нас общие цели — выжить в современном мире, устоять перед беспощадным натиском глобализации, уготовавшей нам место на мировых задворках. Галичане, воспитанные поляками и австрийцами в антирусском духе, с особым рвением выступали за развал Союза. Теперь, когда последствия этого развала стали предельно очевидными, галичанам следует понять, что, продолжая противиться сближению Украины и Российской Федерации, они губят Украину и прежде всего затягивают удавку на собственной шее. Леонид Соколов. Банкротство «украинского Пьемонта». http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-bankrotstvo.html Книга современного Львовского историка Леонида Соколова «Осторожно: «украинство»! состоит из ярких и содержательных исследований, посвященных теме «украинского» сепаратизма, его истории и идеологических установок. В книге поднимаются наиболее значимые вопросы, связанные с проблемой «украинства». Автором анализируется, кому выгодно, чтобы Украина была против России, развенчивается миф об «извечной вражде» русских и украинцев. Рассказывается, в чем были причины появления украинского сепаратизма, стремились ли украинцы к самостийности в 1917 году, кто сделал Львов украинским городом, чья мечта сбылась в 1991 году и другие вопросы. Для всех интересующихся историей, политикой, языкознанием и геополитикой. Содержание Публицистика Была ли в Советском Союзе советская власть? 7 Украина против России: кому это выгодно? 25 Сепаратисты от истории. 37 Руський или русский? 48 Русский язык для Украины — не иностранный. 55 Неучи с профессорскими званиями. 89 Идея национального единства Руси. 97 За СССР или за Русь единую? 99 Чья мечта сбылась в 1991 году? (К десятилетию украинской «незалежности») 115 К вопросу об «извечной вражде» русских и украинцев. 121 Русский — не обязательно коммунист! 129 История «украинства» Исторические корни украинского национализма. 143 Переяславские соглашения 1654 г. — договор равных или переход в подданство? 152 Наполеон Бонапарт — борец за волю Украины 172 Забытый основоположник. 175 Ответ идейным наследникам Духинского. 187 Валуевский циркуляр 1863г. и Эмсский указ 1876г. Правда и вымыслы. 200 Русская либеральная интеллигенция и политическое украинофильство. 225 П.А. Столыпин — реформатор и патриот. 238 «Знать историю». 243 Стремились ли украинцы к самостийности в 1917 году? 252 История Галиции Вопрос о национальной принадлежности галицких русинов в 1848 году. 271 Большой политический процесс русских в Галиции. 287 «Королевство Голиции и Голодомории», или Каким был жизненный уровень галичан под властью Австрии. 303 Юбилей императора Франца Иосифа на фоне кризиса украинской национальной идеи. 313 Подстрекатели. 320 Об украинском патриотизме. 323 Памятник Даниилу Галицкому как символ прозападной ориентации Галичины. 331 Кто сделал Львов украинским городом? 336 «Высокая и достойная» перспектива Галичины. 340 Банкротство «украинского Пьемонта». 342 Провокатор, или Неутомимый борец с «кацапизмом». 347 Леонид Б. Соколов. Осторожно: "украинство"! Москва: ФондИВ, 2009. 352с. http://malorus.livejournal.com/59526.html

Ять: Чья мечта сбылась в 1991 году? В августе Украина отметила десятилетие своей "незалежности". Назвать независимостью то состояние, в котором Украина оказалась десять лет назад, у любого здравомыслящего человека, не намеренного обманывать других людей, просто язык не повернется. Однако нам внушают, якобы в 1991 году сбылась вековечная мечта украинского народа. Как будто народ веками только и мечтал о массовой безработице, нищете и собственном вымирании. Из чего следует вывод - либо народ всегда страдал склонностью к мазохизму, либо нас и дальше держат за придурков, предлагая торжествовать и праздновать по поводу событий, представляющих собой величайшую катастрофу в истории народа, масштаб трагических последствий которой и сейчас еще осмыслен далеко не всеми. Компартийные перерожденцы, стремившиеся поскорее приступить к разграблению общенародного достояния, развалили не просто советскую систему, не только большевистское творение, известное под названием СССР, а, по существу, историческую Россию - тысячелетнее государство, создававшееся десятками поколений русских людей, начиная со времен легендарного Рюрика. Но этим "иванам не помнящим родства", вскормленным на идеологической мертвечине, было глубоко безразлично историческое прошлое своей страны, как, впрочем, и ее будущее. Не вековечную мечту народа осуществили они десять лет назад, а сделали народ жертвой наглого и циничного обмана. Одолеваемые жаждой власти и наживы, преследуя свои шкурные интересы, они фактически воплотили в жизнь давние замыслы всех врагов исторической России и русского народа, состоявшего из великороссов, малороссов и белорусов. О том, чтобы стравить между собой малороссов и великороссов, расчленить единую Россию, мечтали польские повстанцы, боровшиеся за возрождение великой Польши с восточной границей по Днепру; австрийцы, планировавшие нанести смертельный удар Российской империи созданием Украинской державы как составной части монархии Габсбургов. Были свои виды на Украину у германского кайзера и у Гитлера. После Второй мировой войны западные державы вложили триллион долларов в подрывную работу против СССР. Неужели их побуждало к этому только бескорыстное желание осчастливить украинский народ? В старой России русские патриоты, в том числе и среди малороссов, прекрасно понимали, что счастье и процветание Малороссии возможно только при условии тесного единения ее с остальной Русью, и решительно отвергали мысль об украинском сепаратизме. В 1863 г., когда политическое украинофильство с антирусской направленностью пребывало еще в зачаточном состоянии, в австрийской Галиции стал выходить украинофильский журнал "Мета", проповедовавший идею разобщения малороссов и великороссов. Тогда же издававшийся в Киеве историко-литературный журнал "Вестник Юго-Западной и Западной России" опубликовал письмо, адресованное издателю "Меты" Ксенофонту Климковичу. Пропагандисты политического малорусского сепаратизма были названы в нем "презренными орудиями, назначенными исключительно для нанесения ран русскому народу", играющими позорную роль в планах "раздробить Россию, или по крайней мере оторвать от нее кусок живого тела, называемый Малороссией". При этом говорилось, что в случае расстройства единой православной России малороссы будут обращены в "разряд хлопов, или быдла", на котором поляки и евреи "будут возить воду, песок, навоз, кирпич и другие тяжести". В 1908г. газета Галичанин - орган Русско-народной партии в австрийской Галиции отмечала:...Для Руси не страшна никакая сила в мире, будь у нее только согласие и единство. Русь представляет в своем единстве такое могущество, что нечего ей опасаться с какой бы то ни было стороны. Но водворись в ее недрах раскол, разделись она на мелкие части, поборивающие с ожесточением друг друга, как то бывало во время княжеского периода русской истории, тогда она не представляет никакой силы и самый слабый враг может легко покорить ее. Мы видим в истории, сколько труда стоило русскому народу, пока он был в состоянии опять собрать все русские земли в одно целое и сплотить все русские силы в могущественный организм. Русь может быть уничтожена только Русью, и потому самопонятно, что самым большим и единственным врагом для Руси есть сепаратистическое движение, имеющее целью разделить русский организм на враждебные таборы, поборивающие друг друга с крайним остервенением. Этот вопрос предстоит перед нами совсем ясно, и в том отношении не может быть ни малейшего сомнения -. В 1911г. газета Свет в статье под заголовком "Великая пошлость" писала, что те, кто выступает против русской национальной идеи, единой для всех русских племен, подставляют свои спины всем непримиримым врагам русского государства и русского народа; и если бы цели врагов нашли свое осуществление, то "малороссы пострадали бы совершенно так же, а может быть и больше, чем великороссы". Лозунги украинского сепаратизма никогда не находили серьезной поддержки на российской Украине. Но в австрийской Галиции власти усиленно насаждали антирусские настроения среди галичан, и эта работа дала свои плоды. Павел Скоропадский, бывший гетманом Украины в 1918г., так писал в своих воспоминаниях о галичанах: "...к сожалению, их культура из-за исторических причин слишком разнится от нашей. Затем, среди них много узких фанатиков, в особенности в смысле исповедывания идеи ненависти к России. Вот такого рода галичане и были лучшими агитаторами, посылаемыми нам австрийцами. Для них неважно, что Украина без Великороссии задохнется, что ее промышленность никогда не разовьется, что она будет всецело в руках иностранцев, что роль их Украины - быть населенной каким-то прозябающим селянством." Уже вскоре после Первой мировой войны было ясно, что малые страны, появляющиеся на карте Европы, не могут иметь перспективы подлинно независимого существования, и будут вовлекаться в сферы влияния крупных государств. В 1924г. во Львове вышла книга под названием "Галичина Піємонтом". Ее автор Андрей Каминский писал, что "независимая Украина - Западная или Соборная - одинаково стала бы только переходной стадией в принятии чужой доминации". И далее: "Ныне тот, кто лелеет идею независимости Украины, работает для ее деструкции, работает для Англии и Германии, сознательно или несознательно". Пагубные последствия украинского сепаратизма, прежде всего для самой Украины, были ясны каждому, кто знал историю и ориентировался в современной политике. Но десять лет назад народ был предан не только компартийной верхушкой, но и так называемой научной интеллигенцией, теми людьми, которые, казалось, обладая соответствующими знаниями и способностью к самостоятельному мышлению, имели возможность объективно оценить обстановку, а затем разъяснить народу, к чему приведет распад СССР. Во всяком случае в 1990г. за это бы не расстреляли и в Сибирь не сослали. Однако вместо этого ученые мужи, еще недавно подобострастно воспевавшие божественную мудрость родной партии, наперегонки поспешили, чтобы вылить на головы народа массу самых несуразных бредней, лишь бы завлечь народ в западню сепаратизма. Тех немногих, кто пытался предупредить народ о надвигающейся катастрофе, клеймили как врагов Украины, которые хотят удержать республику в "имперском ярме" и не позволить украинцам насладиться всеми прелестями "незалежного" рая. А уж как расписывали картины чудесного преображения Украины после ее отделения от "ненавистной империи": пройдет всего лишь год-два и Украина, достигнув небывалого расцвета, займет место в ряду наиболее развитых стран мира. При этом с нескрываемым злорадством рассуждали о том, что "москали" без Украины совершенно пропадут. Правда, в то же самое время, когда во Львове и Киеве заявляли, что Москва грабит Украину, в Москве убеждали обывателя, что наоборот, республики грабят Россию, и только провозгласив суверенитет, Россия поднимется к высотам благосостояния. И вот в 1991 году сбылась мечта...Единое государство развалили. Ну и кто расцвел? Да, великороссы пострадали, но и украинцам долго радоваться не пришлось, потому что они, как и следовало ожидать, пострадали еще больше. Стало реальностью то, о чем писал автор письма издателю журнала "Мета" в 1863г. - украинцы превратились в холопов, в быдло, и таскают на себе песок, кирпич и другие тяжести в Польше, а также в Чехии, Греции, Португалии и т.д. Действительность даже превзошла мрачные прогнозы автора письма - он едва ли мог предвидеть, что украинские женщины поедут по заграницам торговать своим телом, чтобы выжить в условиях обретенной "незалежности". Украинская промышленость большей частью похоронена, крестьянство прозябает...Всё как по писанному. Националисты сейчас пытаются оправдаться тем, что им мешают бывшие коммунисты, засевшие в органах власти. Но ведь именно коммунисты преподнесли им в 1991г. "незалежность" на блюдечке с желто-голубой каемочкой, а иначе не видать им этой "незалежности" как своих ушей. Дело не в формальной партийной принадлежности, а в том, что разумный, порядочный человек, ответственный перед своим народом, никогда не поддержал бы планы разрушения единого государства, зная, что это принесет народу неисчислимые бедствия и страдания. От тех же, кто обманул народ, наплевал на его жизненные интересы, народ никогда ничего хорошего не дождется, как бы они ни били себя в грудь и ни клялись, какие они "патрийоты" Украины. А. Каминский отмечал в начале 20-х годов, что среди сепаратистов есть, во-первых, "чистые идеалисты, которые идут за всем, что высокое и прекрасное - их не очень много", во-вторых, "люди, которые готовы наполнять собой все европейские канцелярии полиции и иностранных дел и предлагать свои услуги всем консулам мира, заинтересованным в отрыве Украины от России". Возможно, что и в наше время среди сепаратистов есть люди честные и искренне заблуждающиеся. Но какой надо иметь уровень умственного развития, чтобы до сих пор заблуждаться? В основной же массе нынешние сепаратисты полностью соответствуют той второй категории, о которой писал А. Каминский. Тогда в 20-х годах он, конечно, не мог знать, кто персонально возглавит "незалежную" Украину через семьдесят лет, но в том, что это будут предатели, у него сомнения не было: "...украинство... старается только сменить пана... основывает и творит господство предательства, предательства как метода и принципа, следовательно отрицание не только державы, а и всякого житья-бытья". Если бы отделение Украины было совершено не бывшими коммунистами, а потомственными галицкими националистами, результат был бы аналогичным. Потому что сознательно или несознательно, но объективно они бы работали на интересы Германии, Англии, Америки, Польши, но ни в коей мере не Украины. В жестокой борьбе за передел сфер влияния в мире СССР, преданный компартийным руководством, потерпел сокрушительное поражение. Население с безразличием, а то и с радостью восприняло не только крушение советской системы, но и распад страны, не задумываясь, что все тяготы поражения придется нести именно ему. Десять лет - достаточный срок, чтобы отрешиться от иллюзий. То, что происходит на Украине - это не случайность, не ошибка, а закономерный итог политики, целью которой было уничтожение великой державы, как бы она ни называлась - Российская империя или Советский Союз. После распада Союза Украина, как и предполагалось, попала под "чужую доминацию". Но если в 20-х годах А. Каминский указывал, что "Малым державам при каждом случае, не касающемся внутренней жизни, их действия диктуются", то в наши дни Украине диктуются и условия внутренней жизни. Пока публика на площадях Москвы и Киева выясняла, кто кого грабит, самих же и ограбили - и "суверенных", и "незалежных". Но одним только ограблением дело не ограничится. Нашим новообразованным "суверенным" и "незалежным" государствам продиктованы условия, неизбежно ведущие к физическому вымиранию населения. Для победителей важны на "постсоветском пространстве" в первую очередь энергетические и сырьевые ресурсы, количество которых в мире имеет предел, и они неуклонно исчерпываются. Эти ресурсы должны быть поставлены на службу экономике стран-победителей, и чем меньше их будут потреблять аборигены, тем лучше. Еще лучше, если самих аборигенов станет меньше. Главное, чтобы они, разделенные новыми границами, одураченные, ограбленные и униженные, как можно дольше не осознали, что в действительности с ними произошло, не вздумали снова объединиться и совместными усилиями отстоять свои национальные интересы. Пусть и дальше считают, что десять лет назад сбылась их вековечная мечта, и достаточно только разворовать еще несколько заводов, сократить количество рабочих мест, поднять цены и тарифы, а вдобавок запретить русский язык, вот тут "нэнька Украина и розквитнэ". Поэтому нельзя сбавлять обороты пропагандистской машины. Побольше трескотни о "незалежности", о том, что иного не дано, и пусть празднуют десятую годовщину своего постепенного уничтожения. Еще несколько таких годовщин и на Украине останется 15 млн.человек, в Российской Федерации - 50 млн., и тогда вопрос будет решен окончательно и бесповоротно. Сепаратистский эксперимент практически подтвердил тот результат, который давно был просчитан теоретически - отделение Украины от России обернется бедой для самой Украины. Сепаратистская идея обанкротилась, и какую бы новую ложь ни городили в ее защиту, это не изменит ситуацию, продолжение эксперимента только увеличит количество жертв. Можно извести горы бумаги и потратить массу эфирного времени на радио и телевидении, чтобы заморочить людям головы националистическими мифами, самым бесцеремонным образом извратить историю. Но как отмечал в свое время украинский историк В. Липинский: "Писаную историю можно фальсифицировать сколько угодно, но реальной жизни, которая вытекает из действительной истории, сфальсифицировать невозможно". К сожалению, украинские историки и пропагандисты националистического направления на деле всегда игнорировали эту очевидную истину, предпочитая вместо подлинного просвещения народа надувать пузырь сепаратистской утопии и быть "презренными орудиями", предназначенными для разобщения украинцев и великороссов. Суровая реальность со всей беспощадностью показала, к чему они вели народ. Однако во все времена среди украинцев были люди, понимавшие необходимость единения Украины и Великороссии. К этому пониманию пришли такие известные украинофильские деятели как Н. Костомаров, П. Кулиш, М. Драгоманов. Бывший гетман П. Скоропадский так видел будущее Украины после падения большевизма: "...я остался глубоко убежденным, что Великая Россия восстановится на федеративных началах, где все народности войдут в состав великого государства, как равное к равному, где измученная Украина может лишь свободно расцвести, где жизнь не будет пронизана насилием и справа, и слева, как до сих пор, что только тогда наступит покой, только тогда мы дойдем до периода нового, совместного, народного творчества, и нам не страшны будут ни Центральные Государства, ни Антанты того времени." Большинство галичан, конечно, думало иначе. Но и в Галичине были сторонники русского единства. Упомянутый выше А. Каминский писал: Наши времена требуют единения. Такова экономика и такова политика нынешнего дня...Такие два народа, как украинцы и великороссы...идут и могут идти как один. Выискивание особенностей и отдельностей можно оставить с одной стороны академикам и ученым, а с другой чужим агентам. Наше время требует противопоставления гигантским силам чужим (Англия, Германия, Япония, Китай) нашего величия -. Хорошо сказано, и вполне актуально, вот только нам сейчас единение необходимо не столько для демонстрации собственного величия, сколько для элементарного выживания. Л. Соколов. Чья мечта сбылась в 1991 году? (К десятилетию украинской незалежности) http://www.ukrstor.com/sokolov.html http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_dream.html Книга современного Львовского историка Леонида Соколова «Осторожно: «украинство»! состоит из ярких и содержательных исследований, посвященных теме «украинского» сепаратизма, его истории и идеологических установок. В книге поднимаются наиболее значимые вопросы, связанные с проблемой «украинства». Автором анализируется, кому выгодно, чтобы Украина была против России, развенчивается миф об «извечной вражде» русских и украинцев. Рассказывается, в чем были причины появления украинского сепаратизма, стремились ли украинцы к самостийности в 1917 году, кто сделал Львов украинским городом, чья мечта сбылась в 1991 году и другие вопросы. Для всех интересующихся историей, политикой, языкознанием и геополитикой. Содержание Публицистика http://www.edrus.org/content/category/10/72/47/50/50/ Была ли в Советском Союзе советская власть? 7 http://www.edrus.org/content/view/294/62/ Украина против России: кому это выгодно? 25 http://www.edrus.org/content/view/118/68/ Сепаратисты от истории. 37 http://www.edrus.org/content/view/114/68 Руський или русский? 48 Русский язык для Украины — не иностранный. 55 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-russkij.html Неучи с профессорскими званиями. 89 http://www.edrus.org/content/view/2722/68/ Идея национального единства Руси. 97 http://www.edrus.org/content/view/109/47/ За СССР или за Русь единую? 99 http://www.edrus.org/content/view/111/68/ Чья мечта сбылась в 1991 году? (К десятилетию украинской «незалежности») 115 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_dream.html К вопросу об «извечной вражде» русских и украинцев. 121 http://www.edrus.org/content/view/107/62 Русский — не обязательно коммунист! 129 http://www.ukrstor.com/ukrstor/vestnik20082-sokolov.html История «украинства» Корни ненависти (причины появления украинского сепаратизма) Исторические корни украинского национализма. 143 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_korni.html http://www.edrus.org/content/view/104/68/ Переяславские соглашения 1654 г. — договор равных или переход в подданство? 152 http://www.edrus.org/content/view/292/47/ Наполеон Бонапарт — борец за волю Украины 172 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_bonapart.html Забытый основоположник. 175 http://www.edrus.org/content/view/1044/47/ Ответ идейным наследникам Духинского. 187 http://www.ukrstor.com/ukrstor/vestnik20074-sokolov.html Валуевский циркуляр 1863г. и Эмсский указ 1876г. Правда и вымыслы. 200 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_ukazy.html Русская либеральная интеллигенция и политическое украинофильство. 225 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_lib-int.html П.А. Столыпин — реформатор и патриот. 238 http://morozova1079.narod.ru/school_figna/dokls/ist/stolipin_patriot_reform.html «Знать историю». 243 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-znatistoriju.html Стремились ли украинцы к самостийности в 1917 году? 252 http://www.ukrstor.com/ukrstor/vestnik20072-sokolov.html История Галиции Вопрос о национальной принадлежности галицких русинов в 1848 году. 271 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_1848.html Большой политический процесс русских в Галиции. 287 http://www.edrus.org/content/view/1793/47/ «Королевство Голиции и Голодомории», или Каким был жизненный уровень галичан под властью Австрии. 303 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-uroven-kuk.html Юбилей императора Франца Иосифа на фоне кризиса украинской национальной идеи. 313 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_franc.html Подстрекатели. 320 http://www.edrus.org/content/view/113/47/ Об украинском патриотизме. 323 http://maxpark.com/community/4407/content/1815550 Памятник Даниилу Галицкому как символ прозападной ориентации Галичины. 331 Кто сделал Львов украинским городом? 336 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_lvovua.html «Высокая и достойная» перспектива Галичины. 340 http://www.edrus.org/content/view/110/47/ Банкротство «украинского Пьемонта». 342 http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-bankrotstvo.html Провокатор, или Неутомимый борец с «кацапизмом». 347 Леонид Б. Соколов. Осторожно: "украинство"! Москва: ФондИВ, 2009. 352с. http://malorus.livejournal.com/59526.html Маратон рехворматорiв, Л. Соколов К вопросу о реформировании украинского правописания http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_maraton.htm Ложь под маской правды http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov_falmasq.html Процесс по делу С. Бендасюка и товарищей http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-bendasjuk.html Кривое зеркало острожского профессора http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-krivoezerkalo.html От сепаратизма украинского к сепаратизму галицкому http://www.ukrstor.com/ukrstor/sokolov-separatizm.html

Ять: Становление сектантства на Украине (массовая обработка сознания с применением конкретных психотехнологий) ...признаки, характерные для всех структур сектантского типа: Во-первых, структуры сектантского типа используют навязчивую пропаганду, формируя у своих членов черно-белое восприятие действительности. «Примерим» этот признак на нынешнюю Украину. Собравшиеся на майдане были подвергнуты шквалу пропагандистских воздействий: марши, концерты, выступления артистов и политиков, ежедневное многократное коллективное исполнение гимна Украины со словами «Станем, браття, в бій кривавий», массовое скакание... Формирование у толпы чувства «слиянности», единения и противопоставления «врагу» осуществлялось нон-стоп, без остановки, днем и ночью — три месяца подряд. При том, что, по оценке психологов, для затягивания человека в секту достаточно месяца плотного воздействия. Позже украинские СМИ приступили к созданию «образа мира», в котором «подлинной» Украине — космосу, средоточию порядка, справедливости и пр. — противопостоит «зона АТО» как воплощение хаоса, беззакония, разрушения всех норм и устоев. Другим мощным антиподом «незалежной» стал «агрессивный монстр» — Россия. Во-вторых, сектантские структуры отсекают доступ своих членов к «нежелательной» информации. В марте 2014 года на Украине были отключены все российские каналы ТВ, а ведь многие украинские граждане смотрят в основном телевизор. Пользователи же интернета сталкиваются здесь с массированными вбросами дезинформации о положении дел в стране и за рубежом. В-третьих, эти структуры запугивают адептов, внушая им, что только внутри «своего» круга они в безопасности. Всякий, кто вне этого круга, — враг: «Кто не скачет, тот москаль!» (Напомним, что для введения в секте «белых братьев» в определенные состояния практиковались, в том числе, длительные синхронные прыжки под скандирование «Кто не прыгает — клипот!».) УкроСМИ истерически накачивали тему «кровожадности» тех, кто поставил себя «вне» Украины, находящейся под властью хунты: донбасских «сепаратистов» и «террористов». В-четвертых, в сектантских структурах подогревается чувство избранности, «инаковости», превосходства над окружающими, миссии. Про «древних великих укров» не знает сегодня только ленивый. Миссия же современных украинцев состоит в том, чтобы возродить великую нацию в ее чистоте и первозданности, «вытравив» дух «москальства». В-пятых, сектантские структуры претендуют на то, что являются носителями непогрешимой истины. Сектанты утрачивают способность признавать ценности, не являющиеся внутригрупповыми. Все, кто общался с обработанными пропагандой украинцами, отмечают у многих из них утрату способности к критическому мышлению. Вопреки любым аргументам, адресующим к рациональному осмыслению действительности, они твердокаменно стоят на внушенной им позиции, отрицая даже очевидное. Характерны разговоры, которые велись во время начала «АТО»: трупы мирных жителей Донбасса — это «постановочные кадры». Не менее характерен переход от полного отрицания факта убийства мирных граждан к позиции: «Сами виноваты — доигрались со своим референдумом!» В-шестых, попавшие в секту, будучи вырванными из привычного круга жизни, частично или полностью утрачивают навыки самостоятельного существования. Люди, несколько месяцев прыгавшие на майдане, фактически оказались неспособными безболезненно переключиться на прежний рабочий режим. У них происходила самая настоящая «ломка» — как после употребления наркотиков. Ведь сложная смесь чувств, которыми была заряжена толпа на майдане (чувсто единения, иллюзия преодоления собственного одиночества, ощущение причастности к «историческому деланию», а одновременно безнаказанность, снятие запрета на агрессию), — это очень мощный допинг... Кстати, сами наркотики на майдане тоже раздавали — например, подмешивая в чай. Известны случаи, когда бабушки, постояв на майдане за небольшую плату и попив там «чайку», приходили домой, а на следующий день уезжали на «скорой помощи» с диагнозом «наркотическая интоксикация»... Какой невыносимой тоской веяла на участников майданного «карнавала» перспектива возвращения к прежной жизни...И насколько «кстати» пришлось начало «АТО», когда нежелание вернуться к серым будням после «карнавала» оказалось столь сильным, что война против мирных жителей Донбасса — занятие, по моральным меркам крайне сомнительное, — стала для многих «майданутых» приемлемой и желанной (во всяком случае, на первом этапе). Психологи отдают дань профессионализму украинских специалистов по ведению информационно-психологической войны, столь «вовремя» переключивших внимание участников майдана, которые были уже в сантиметре от глубочайшего разочарования, на войну. Сравнения можно продолжить. Анна Кудинова, Егор Горшков, Валерий Цикунов. Становление сектантства на Украине http://ruspravda.info/Stanovlenie-sektantstva-na-Ukraine-9526.html http://gazeta.eot.su/article/kto-ne-skachet-tot-moskal-5 http://gazeta.eot.su/article/kto-ne-skachet-tot-moskal-4 http://gazeta.eot.su/article/kto-ne-skachet-tot-moskal-3 http://gazeta.eot.su/article/kto-ne-skachet-tot-moskal-2 http://gazeta.eot.su/article/kto-ne-skachet-tot-moskal

Ять: КарпатоВедение Ту бо то дяехомо во спомiнь гуре Карпенсте А тон щас се iменова род наше Карпене В Карпаты, в Карпаты, где спит Святогор, откуда виднеется русский простор - ДиМитрий Вергун В 1907 году нами было приступлено к собиранию материалов для изследования по неизданным источникам ...Изображены (слева сверху по часовой стрелке): A.И. Добрянский, Д.И. Зубрицкий, Я.Ф. Головацкий, А.С. Петрушевич, И.Г. Наумович, В.Д. Залозецкий, Н.Л. Устианович, И.Н. Гушалевич, Б.А. Дедицкий, В.И. Хиляк, А.А. Полянский, Ф.И. Свистун, О.А. Марков, Д.А. Марков, М.Ф. Глушкевич, Ю.А. Яворский, О.А. Мончаловский, Д.Н. Вергун, И.И. Процык, В.Ф. Луцык, Г.И. Купчанко, Е.А. Фенцик, И.А. Сильвай, А.Ф. Кралицкий, И.И. Раковский, А.В. Духнович Ф.Ф. Аристов. Карпато-русскiе писатели. Томъ первый. ИзслЪдованiе по неизданнымъ источникамъ. Въ трехъ томахъ. Томъ первый. Москва 1916 Карпаты являются общеславянской прародиной, откуда в VII веке славянские племена разселились в разные стороны Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm ...моя душа бунтовалась против беззастенчивого затирания следов Руси на нашей земле. Я задумал составить пособие, в котором решил вывести на свет отвергнутых и отстаивать Русь. Мне хотелось осведомить молодое поколение и указать будущему исследователю на то, что галицко-русская письменность является органической частью обще-русской литературы, хотя она развивалась в особых, исключительно тяжелых условиях польского и австрийского ига В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm Владимир Игнатьевич Хиляк http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_665.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Особый русский язык (Иероним Аноним. Повести и рассказы. Юбилейное иэдание общ. Академический Кружок. Львов, 1882-1887) У нас более или менее известно существование Галиции, сопредельной австрийской провинции, населенной в большинстве чисто русским (южно-русским) народом; из истории помнят, что это было некогда русское галицкое княжение, которое с половины XIV-го века подпало под власть Польши и затем, после долгой бурной судьбы в составе Речи-Посполитой, по разделам Польши досталось Австрии; в последнее время до русского общества доходили, впрочем, более или менее отрывочные, известия о внутренней борьбе, совершавшейся в Галиции, о стремлениях галицких патриотов поднять положение русского народа, о их спорах с поляками, которые по преданию старого господства и сословных преимуществ не хотят слышать об уступках, - и вместе о домашних спорах самих русских галичан. Одни из них, создавая себе идеальное представление о едином русском народе от Карпат до Камчатки, стремились к нравственно-национальному единству с этим народом, а друге, (как это надо признать) не сочувствуя политическому быту великого русского народа, ограничивают свои симпатии более тесной средой своего собственного народа и его ближайших единоплеменников - южной ветви русского народа, малороссиян, которая по их теоретическому взгляду составляет отдельное этнологическое целое и имеет право особого культурного и литературного существования. В последнее время русское общество получило и более близкие сведения о наших единоплеменниках галичанах: некоторые из них (именно из первой упомянутой группы) приняли известное участие в деле новейшего возсоединения униатов, наконец переселялись в Россию, как недавно умерший Головацкий, как гг. Наумович и Площанский, или как те учителя латинской и греческой грамматики, которые создали себе довольно определенную репутацию. Но у нас почти абсолютно неизвестны подробности внутренней жизни этого галицкого народа, и та небольшая, но довольно оживленная литература, в которой выражается и быт народа, и стремления его более образованного класса. И в русской, и в галицкой печати (в последней, у людей первой категории) было очень много говорено о глубоких национальных началах, соединяющих или долженствующих соединять оба племени или великое племя - с его небольшой отраслью, оторванной от целого внешними насилиями природы; не мало было брошено укоров тем, которые недоумевали о необходимости и самой возможности этого единства и думали только о своем галицко-русском народе, который при всех исторических связях с древнею восточною Русью оставался особым народом, мало имеющим общего с тем, что развилось приблизительно с XIV-го века на русском северо-востоке, и связанным по ближайшим историческим преданиям, обычаю и языку только с южно-русским народом империи; - при всем том наше братство и единство с галичанами остается весьма проблематическим или, по крайней мере, чрезвычайно слабым и зачаточным. Галичане очень мало знают современную русскую литературу и, как прочие братья-славяне, начинают узнавать ее только потому, что о ней в последнее время стали много говорить сами немцы. Это незнание, происходящее ближайшим образом от обоюдного недостатка сношений, довольно понятно, но оно имеет и свои более глубокие исторические причины. Прежде всего, жизнь русского государства и громадного русского народа так далека от небольшого галицкого племени, издавна живущего в пределах чуждых государств, что здесь не может быть непосредственного близкого интереса; умственная жизнь русского общества и в старые времена московского царства, и особливо с XVIII-го века и в новейшее время, имела так мало общего с тем, что делалось в Галиции, что многое в ней не только чуждо галичанам, но без настоящего, почти специального изучения будет просто непонятно; в настоящее время склад русского общества и народа еще больше осложнился, так что понимание становится еще труднее; самые формы русского быта для галичанина чужды и необычны; наконец и русский язык, образовавшийся в условиях, опять неизвестных Галиции, и притом диалектически различный для галичанина, не учившегося ему особо, должен быть не вполне вразумителен. То же самое в обратную сторону должен испытывать русский читатель, обращаясь к галицко-русской жизни и литературе: этот край так удален от нас историей, что жизнь его становится понятна только путем изучения; его современное положение, племенные и политические отношения не имеют ничего общего с нашими привычными понятиями. Если мы можем более или менее удобно осваиваться с особенностями нашей Малороссии, то это весьма естественно после политического и образовательного объединения, начавшегося еще с половины ХVII-го века, - но ничего этого не было у нас с Галицией: она осталась в тех условиях польского (прежде политического, ныне культурного) господства, которые для нашей Малороссии прекратились уже более двухсот лет назад; она остается с унией и многими старыми бытовыми порядками, которые давно прошли для Малороссии и тем менее понятны для нас. Книжный язык современной галицкой Руси до сих пор остается в переходном положении, в роде того, в каком был южно-русский язык в XVII столетии, на пол-пути между народным и школьно-церковным, или наш литературный язык в первой половине XVIII-го века, когда в нем сталкивались самые разнородные элементы: и живая народная речь, и формы и слова церковно-славянские, и целый запас слов иностранных из школы, из техники и из латино-немецкой канцелярии. Когда в эпоху галицко-русского возрождения, с 1830-х годов, возник по необходимости вопрос о литературном языке, которым должна была говорить начинающаяся литература, этот вопрос представил чрезвычайный и, кажется, едва одолимые трудности. Действительно, в эту эпоху всеобщего славянского оживления дело шло о том, чтобы поднять угнетенное до тех пор чувство своей народности: начались усердные этнографические поиски, собирались исторические предания, изследовался народный быт, предпринимались заботы о пробуждении сознания в массах, и понятно, что к народу надо было обратиться на том языке, какой был бы ему родным и понятным; действовал вместе с тем пример нашей Малороссии, где параллельное движение вызвало небольшую литературу на чисто народном языке; но чувствовалось также, что средства народного языка недостаточны для произведений научного характера, а вместе с тем в старых памятниках южно-русской литературы и в хранившемся церковном употреблении привычны были элементы церковно-славянского языка (в их северно-русской и южно-русской модификации), - и в результате всего этого стал складываться тот особый русский язык, который с тех пор и доныне отличает галицко-русскую литературу. Нельзя сказать, однако, чтобы этот язык установился во что-нибудь определенное даже теперь, по истечении полувека с начала новейшего галицко-русского возрождения. Разнообразные элементы языка, каким пользуются галицко-русские писатели, до сих пор находятся в состоянии брожения и настоящей борьбы. Нам случалось говорить об этом положении вещей, о -твердых - русинах, которые настаивают на единстве русского племени и языка от Карпат до Камчатки и желают писать на нашем русском литературном языке, и партии народнической, которая стоит за отдельность южно-русского племени и языка и держится последнего в своих литературных трудах. Таким образом, немногочисленные литературные силы небольшой народности (в пределах Австрии) разделены на два лагеря, относящееся друг к другу весьма враждебно. Притом в каждом лагере его литературное оружие далеко не прочно, не представляет ясной, для всех обязательной системы. Язык - твердых - русинов есть вообще нечто странное и путанное: когда они думают, что пишут (и говорят?) на русском языке, нашему читателю их писания напоминают - вовсе не наш нынешний язык, язык Пушкина, Тургенева, язык современной научной литературы, а скорее язык прошлого века - Ломоносова, Сумарокова и т.п.: так он старомоден, искусствен, тяжеловёсен, а вместе и пересыпан местными особенностями. С другой стороны язык народной партии также не всеми выдерживается в предполагаемой чистоте: когда одни, повидимому, привыкли в изложении на южно-русском (галицком) языке, другие колеблются в его формах и делают заимствования форм, слов и оборотов из книжного русского языка. Наконец, те и другие встречаются с внешними условиями, которая неодолимо действуют на литературный язык, придавая ему специальную местную складку, и отделяют его одинаково и от литературного великорусского, и от нашего малорусского языка. Дело в том, что в то время как - твердые - русины не знают хорошо нашего русского языка (которым желают писать), их противники находятся также в затруднительном положении: чистый народный язык может быть выдержан разве только в поэзии, в беллетристике, в повестях из народного быта и тому подобному, но он оказывается недостаточным в литературе научной и политической, как и для поэтических произведений более сложного содержания. Наука требует развития целой терминологии, которая едва ли может образоваться без обширной, между прочим, университетской научной работы на этом языке; с другой стороны, жизнь политическая, которая в последние десятилетия становится важным интересом галицко-русского общества, идет по преимуществу не на русском, а на немецком и польском языке. Читая галицко-русские газеты, в их политическом отделе, русский читатель встречается с целою массой терминов и выражений общественно-политической жизни, прилаженных с немецкого или повторенных с польского и совершенно неизвестных русскому языку в обеих наших его отраслях. Это доходить иногда до такой степени, что иные фразы (надо думать, не в особенно умелых руках) кажутся как будто польскими, переписанными по-русски. Состояние языка бывает в большей степени отражением самой жизни. Галицко-pyccкий быт всего больше подлинного русского (т.е. южного) сохранил, конечно, в низших народных слоях, сохранил не в силу того полу-мистического представления, что народ есть верный хранитель истинного предания, а интеллигенция и т.д., а просто в силу того, что быт народного слоя, с его элементарным трудом, в его обыкновенно экономически стесненном и в Галиции нередко бедственном положении, с его недостатком и даже невозможностью сколько-нибудь широкого школьного образования, - что этот быт всего меньше испытывает те культурные влияния, каким гораздо легче подпадают городские, более достаточные и более образованные слои. В этих последних слоях галицко-русского общества издавна складываются бытовые черты чисто местного характера, опять несходный с общественной жизнью России, и северной, и южной. Это было вполне естественно; долгие годы сожительства с польским обществом и нравами, а в последнее столетие влияние немецкого управления, школ и канцелярий, наконец светских обычаев и мод, не могли не отражаться на галицко-русском быте, особенно в том городском населении, которое всего чаще вступает в соприкосновение с элементом польским и немецким. Сопротивление почти немыслимо: еслибы существовал в галицко-русском народе свой аристократический высший класс, он мог бы иметь руководящее влияние по своему общественному положению и богатству, но в Галиции этот класс, старое боярство, еще с ХIV-го века стал подпадать польскому влиянию и давно уже превратился в польскую аристократию; городское мещанство в прежнее время довольно упорно держалось старых русских преданий, но в конце концов его энергия была сломлена; политическое господство Польши и уния, затем немецкое господство разорвали его связь с восточными единоплеменниками и предоставили его самому себе, без патриотического центра и руководства. В последние десятилетия в галицко-русской жизни начинает развиваться политическое сознание: повидимому оно делает успехи, но история так запутала отношения этого осколка русского племени, что не мудрено, что его представители в новейшее время не в силах были разрешить фатального недоумения: что они такое, где их отечество, к кому им примкнуть и куда стремиться? Очевидно, отсюда должна была выростать масса трудных положений, недоумений и противоречий, - из которых только немногое достигает до нашего сведения. Предоставленные своим скудным силам, ведя борьбу на тесном пространстве, галицкие патриоты становятся тем нетерпимее и исключительнее, доводят до крайности свои положения, а также и сбиваются с пути. Иным - твердым - русинам казалось, наконец, единственным выходом -буквальный выход из своего отечества, как это сделал Головацкий; иные из своей пропаганды единого русского отечества делали выгодную аферу, в конце концов дискредитируя дома и самих себя, и свою идею, а мы, не зная их похождений, приветствуем их как заслуженных славянских братьев. Другая сторона, полагая, что ведет чисто народное дело, доходит до другой крайности, проповедуя отдельность и исключительность южно-русского племени, отвергая солидарность с русской литературой и давая фантазии гораздо более места, чем следует по положению вещей и по истории. Если они (как и их противники) кончают тем, что не знают русской литературы, то есть того лучшего, что было ею создано, и тем, конечно, стесняют запас нравственно-образовательного содержания, какой мог бы быть почерпнуть из этого столь близкого источника, то мы, с своей стороны, в сущности отталкиваем эту литературу родственного народа, - которую должны были бы знать и которой могли бы принести помощь, - когда встречаем ее цензурными запрещениями...(с.354-359) А.Н. Пыпин. Особый русский язык. Вестник Европы. 1888г., Т.6. N11, с.354-372 http://starieknigi.info/index/VE.htm Выпуски с 1802-1917гг. http://starieknigi.info/Zhurnaly/VE/Vestnik_Evropy_1888_134_Harward.pdf 49Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_314.htm А.Н. Пыпин. Обзор малорусской этнографии. Вестник Европы, 1885г., N8, с.744–778; N9, с.325–350; N10, с.777–804; N11, с.351–387; N12, с.778–817 (или в 3 томе: А.Н. Пыпин. История русской этнографии. Спб. 1891) А.Н. Пыпин. Обзор малорусской этнографии. IV. Польские и галицкие этнографические сборники 30-х годов. V – Лукашевич и Метлинский (с.351-384) Вестник Европы. 1885 Ноябрь (том 116) http://starieknigi.info/Zhurnaly/VE/Vestnik_Evropy_1885_116_Harward.pdf 62Мб Яков Головацкий. Заметки и дополнения к статьям Г. Пыпина напечатнным в Вестнике Европы за 1885 и 1886 годы. Вильна. 1888г. с.87 http://www.ukrstor.com/golowackij.html 7Мб Русская этнография только в последние десятилетия, почти только с сороковых годов, получила характер настоящей научной дисциплины. В своем изложении мы останавливаемся на главнейших фактах этой истории… мы желали бы распространения исторических знаний о предмете, столь близком интересам каждого просвещенного человека, в возможно большем кругу читателей, а не в одном тесном кругу кабинетных специалистов А.Н. Пыпин. История русской этнографии (в четырех томах). Из-во: Типография М.М. Стасюлевича (СПб), 1890-1892гг., Общее кол-во страниц: 1777 Том І. Общий обзор изучений народности и этнография великорусская. 1890г. 440с. Том ІІ. Общий обзор изучений народности и этнография великорусская. 1891г. 446с. Том ІІІ. Этнография малорусская. 1891. 442с. Том ІV. Белоруссия и Сибирь. 1892г. 508с. http://rapidlinks.org/link/?lnk=495406 PDF 76,52 MB

Ять: В настоящем случае мы хотим остановиться на одном писателе этой литературы. Вероятно, только очень немногим людям, которые интересуются у нас галицко-русской словесностью, известно имя писателя, заглавие сочинений которого мы выше поставили; между тем это имя весьма популярное между русскими галичанами, и Иероним Аноним считается одним из лучших современных представителей их литературы. Издание его повестей и разсказов сделано академическим кружком, то есть обществом русских студентов во Львове, на память десятилетней годовщины этого кружка. Приводим несколько слов из предисловия кружка, чтобы показать, какое значение придается в самом молодом поколении произведения Анонима, а вместе - каким языком пишут в Галиции по-русски. - Много у нас пишут и говорят об успехах сделанных в последныи времена на поприще возбуждения русско-народной жизни в Галичине. Мы далекии от пессимизма, признаем, что много, очень много сменилося в лучшее, но не лзя замолчати, что надежды, оживлявшии первых поборников святой нашей справы, еще далеко не осуществленныи. Правда, интелигенция нашая, с изъятием людей запродавших свое народное достоинство, не стыдается теперь родного слова, но чи стается (становится ли) она тем самым русскою? Нет! Только речь у нея русская, а мысли, чувства, идеалы - чуждыи! - Познавати свой народ учатся у нас из Брашевских, Захарьясевичев, Сахер-Масохов и проч. - не позорь ли то? Не отдаляете ли нас тое чем раз более от того народа, который один съумел сохранити все памятники великой минувшести? Крайная отже (поэтому) потреба ширенья родной беллетристики, которая могла бы освободити нас от чужих, так вредных произведений - наглядна. Тожь думаем, что не могли мы почтити десятилетней годовщины основания Академического Кружка полезнейшим отечеству делом, як изданием повестей самого лучшаго нашего новелиста. - Теперь передаем их Вам, Отцы наши, который учили нас любви в всему родному, да будете тое для Вас доказом, что труды Вашии не были безуспешными; передаем их Вам, русскии красавицы, из них уведаете, что и родное слово в состоянии поднести духа, загрети сердце; наконец, передаем их и Вам, юныи русскии братья, крепется родною мыслью, бо поприще для Вашей будущей деятельности великое! С верою наперед! - Настоящее имя Анонима есть Хиляк (Владимир Игнатьевич). Краткая биография, приложенная к четвертому тому, настоящего издания, так говорит о начале и развитии его литературной деятельности (приводим опять слова подлинника, для образчика языка). - Среди умственного застоя, вызванного главно политическими неудачами и среди породившейся вследствие того апатии, отзывался постоянно голос из-под Лемковского Бескида, который под видом прехороших повестей и розсказов стремел розбудити духа спящей блаженным сном Галицкой Руси. Голос тот приобрел себе вскоре большую популярность. Кому же у нас неизвестны повести и разсказы: Шибеничный верх, Польский патриот, Влечение сердцем, Повесть в пору, Русская доля и прочии? Читались они на разхват; каждый чувствовался ободренным и спрашивал: Кто их автор? Но имя автора скрывалось долшее время под разными псевдонимами; вскоре же узнали любопытныи, что автором тех чрезвычайно занимательных и многоценных повестей и розсказов есть: о. Владимир Игнатьевич Хиляк, приходский священник в Бортном, горлицкого повета, известный под псевдонимами: Иероним Aноним, В. Нелях, Я Сам, Некий -... А.Н. Пыпин. Особый русский язык. Вестник Европы. 1888г., Т.6. N11, с.354-372 http://starieknigi.info/index/VE.htm Выпуски с 1802-1917гг. http://starieknigi.info/Zhurnaly/VE/Vestnik_Evropy_1888_134_Harward.pdf 49Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_314.htm И. Левицкий. Биографический очерк (от Наташи Гаттас) Иероним Аноним (Владимир Игнатьевич Хиляк) Биографический очерк Среди умственного застоя, вызванного главно политическими неудачами и среди породившейся вследствие того апатии, отзывался постоянно голос из-под Лемковского Бескида, который под видом прехороших повестей и розсказов стремел розбудити духа спящей блаженным сном Галицкой Руси. Голос тот приобрел себе вскоре большую популярность. Кому же у нас неизвестны повести и розсказы: Шибеничный верх, Польский патриот, Влечение сердцем, Повесть в пору, Русская доля и прочии? Читались они на разхват; каждый чувствовался ободренным и спрашивал: Кто их автор?... ... ...Вконце следует еще приметити, что о. Владимир, яко неутомимый труженик на поле родного слова, обогатил тоже нашу очень бедну этнографическую литературу двумя весьма интересными статьями из жизни Лемков, напечатавши в Литературном Сборнике за г. 1871: Свадебные звычаи у Лемков, и в Родимом Листке за г. 1880: Юмор у Лемков. Львов, 1(13) ноября, 1887 Иван Ем. Левицкий Последние произведения В.И. Хиляка (от Наташи Гаттас) О.А. Мончаловский. Критико-биографический очерк о Иерониме анониме. Владимир Хиляк родился 15(27) июля 1843г. в семье священника Игнатия Хиляка, настоятеля прихода села Верхомля великая, на западном рубеже Червонной Руси, в так называемой Лемкомщине. Первоначальное образование получил Владимир Хиляк дома, от отца, народную школу и первые шесть классов гимназии кончил в Новом Сандеце, седьмой же и восьмой класс в Пряшеве, на Угорщине. Поступив в 1862г. в генеральную духовную семинарию во Львове, где пробыл три года, он на четвертый курс перешел в епархиальную семинарию в Перемышле, где и был в 1866г. рукоположен в священники. Пастырскую деятельность начал Владимир Хиляк в селе Долина близ Шимбарка, затем был переведен в Избы, в 1870г. получил бедный горский приход Бортное, отчего друзья и сродники обыкновенно называли его Бортнянским, а в 1892г. переехал на приход в село Литыню, где и умер. Владимир Хиляк выступил на литературное поприще в 1872г., напечатав в фельетоне газеты Слово под псевдонимом В. Нелях повесть Польский патриот. С тех пор по конец жизни автора, имя его не сходит со страницы галицко-русских изданий, стоящих за единство русского народа и исторические основы его развития. Не смотря на то, что литературная деятельность Владимира Хиляка продолжалась всего двадцать лет, он написал и напечатал необыкновенно много. Произведения его пера были напечатаны в следующих изданиях: В фельетоне газеты Слово: в 1872г. повесть Польский патриот; в 1874г. повесть Влечение сердец; в 1875г. фельетоны: С новым годом - и - Я и она; в 1876г. фельетоны: Предсказания на 1876г.; в 1877 и 1878гг, большая повесть Шибеничный верх; в 1883г. разсказ Упрямыи старики, в 1884г., разсказ Кусок жизни людской; в 1882г. в юбилейном н-ре Слова, изданном по случаю годовщины 25-летнего существования этой газеты, юмореска Также юбилей -, которая однако пала жертвою конфискации. В литературном журнале Pодимый Листок в 1879г, повесть Супружество и четыре факультеты - и разсказ На св. Андрея; в 1880г. повесть Русская доля, а в 1881г. повесть Великий перекинчик в малом розмере - и два разсказа: Смерть и жена от Бога - и - Лихо на свете. В литературном журнале Беседа в 1887г. разсказ Мой бл. пам. дьяк - и две юморески: Рыба, переделанная из конфискованной в 1885г, юморески Также юбилей - и - Клара Милич Тургенева; в 1888г. разсказ По совету врача; в 1889г. разсказ Не только жену, но и тещу выбирай - и юмореска Познал свою жену; в 1891г. повесть Первая любовь; в 1892г. разсказ Столько и ни за що. Во Временнике Ставропигийского Института за 1886г. разсказ Небоженька лучшая была; за 1892г. рассказы: Причина и последствие - и - Синкова Поляна или заручины в болоте; за 1893г. разсказы Не все ровно - и - В день серебряной свадьбы (Этот разсказ напечатан в предлежащем издании п.з. Женитьба по разсеянности. Это случилось потому, что получив от семьи покойного автора черновую рукопись разсказа, я его приготовил к печати и дал ему название, не зная о том, что автор несколько дней перед своею смертью списал рукопись на чисто и переслал ее г. М.М. Клемертовичу для напечатания во Временнике. - О.А. М-ий). В сатирическом журнале Страхопуд напечатано множество его мелких статей и фельетонов под псевдонимами: Некий, Я Сам - и под криптонимами: альфа и омега - и - гамма. Особенно замечательны его фельетоны в Страхопуде в 1890 году Кумедна чудасия; в 1891г. Мудрое письмо русского дурака; в 1892г. Поединок. В отдельном издании появился в 1873г., как приложение к газете Слово, разсказ Повесть на часе. В Науке напечатаны слъдующие повести: в 1888г. разсказ: Да не приимеши имени Господа Бога твоего всуе - и Последняя чарка не с руки - или Семь бед за один обед; в 1889г. Счастье не в грошах; в 1892г. В гресе и наказаниe - и в 1893г. Не судите, да не судимы будете. В фельетоны газеты Пролом в 1881г. разсказ: Чи рыдати, чи смеятись? В фельетоне газеты Новый Пролом в 1883г. три сатирическая статьи: В Федоровицу, На що русский очи дивлятся и О росте человеческом; в 1884г. разсказ: Под почтовый рожок; в 1886г. юмореска Надпорядочная любимца. В газетах: Новый Пролом, Червоная Русь, Галицкая Русь и Галичанин напечатаны между прочим следующие разсказы и фельетоны Владимира Хиляка: В Новом Проломе рассказ: Две повестки, отпечатанный также отдельно; в Червоной Руси за 1889г., десять юмористических фельетонов п.з. О всем и ничем, фельетон С Новым Годом и два фельетона Дедушки и бабушки; в Галицкой Руси за 1892г. фельетоны п.з. Львовский провинциальный синод, а в Галичанине за 1893г. разсказ И смешно и жалко -, начало которого было впрочем напечатано в прекратившемся Литературном приложении к Черв. Руси. Часть произведений Владимира Хиляка, разбросанных по разным газетам и журналам, появилась в отдельном издании, а именно в 1882г. общество русских студентов Академический Кружок во Львове издало три тома, в которые вошли: I том: Шибеничный верх; II т.: Русская доля, Последнии из рода, Влечение сердец и Лихо на свете; III т.: Польский патриот, Смерть и жена от Бога, Повесть в пору (на часе), Супружество и четыре факультеты - и Великий перекинчик в малом розмере. Четвертый том сочинений В. Хиляка. изданный под моею редакциею, появился в 1887г, и содержит портрет автора с кратким его жизнеописанием и характеристикою его произведений и следующие рассказы и повести: Мой бл. п. дьяк, Рыбы, Почтовый рожок, Клара Милич Тургенева, Упрямый старики, Кусник жизни людской. Некоторые рассказы В. Хиляка были перепечатаны в России в русских литературных журналах и газетах, а именно: В 1880г. в петроградском журнале Славянский мир была напечатана повесть Шибеничный брег (верх); в 1885г. в журнале Иллюстрированный Мир (Петроград) была перепечатана таже самая повесть п.з. Народные тираны; в фельетоне газеты Орловский Вестник за 1899г. напечатан разсказ Мой бл. п. дьяк, а в петроградском журнала Русский Вестник были напечатаны следующие разсказы: в 1889г. Мой бл. п. дьяк. Почтовый рожок и Упрямые старики, а в 1891г. Великий перекинчик в малом размере и Смерть и жена от Бога. Все произведения нашего писателя, напечатанные в Русском Вестнике, переложены из галицко-русского наречия на литературный русский язык А.Д. Погодиным, с которым я по этому делу вел переписку и который сообщил мне, что намерен читающую публику в России познакомить со всеми лучшими повестями Иеронима Анонима... Владимир Игнатьевич Хиляк http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_665.htm Русский вeстник. 1856-1906 http://starieknigi.info/index/RV.htm

Ять: Изданные теперь труды Хиляка заключают, кажется, полное собрание его беллетристики (кроме, может быть, еще более новых): мы находим здесь одну большую историческую повесть из второй половины прошлого столетия и ряд разсказов из современной галицко-русской жизни, которые отчасти касаются образованного круга общества и воспоминаний студенческого быта, отчасти сельской народной жизни. Историческая повесть, Шибеничный верх, построенная частью на документальных сведениях, частью на местных преданиях, относится к 1768 году и разсказывает о хозяйничанье польских конфедератов (перед первым разделом Польши) в той самой Лемковщине, которая составляет родину и место жительства самого писателя. На главной сцене - отношения поляков к местному русинскому населению; эти отношения автор изображает самыми мрачными красками. Конфедераты не только разоряли народ реквизициями, но совершали и другие насилия, соединенные с коварством. Военные нравы, и в военное время, не отличаются мягкостью; автор, кажется, это знает, но он именно рисует коварное злодейство, которое губит ничем неповинную крестьянскую семью: глава семьи гибнет на виселице (шибенице), дочь-девушка теряет рассудок, и т.д. В конце концов порок наказывается, и главный виновник, польский ротмистр, преследуемый мстителями, казнит себя самоубийством на том самом месте, где было совершено его злодеяние. Сами галицкие критики, высоко ценя повесть, находят в ней недостатки, именно некоторую искусственность; на наш взгляд эти недостатки покажутся, вероятно, еще значительнее; ее манера несколько старомодная, мелодраматическая, но при всем том есть в ней и положительные достоинства -в особенности в картинах народного быта, написанных всегда с любовью и хорошим знанием. В исторической повести Хиляка уже сказывается одна черта галицкой жизни - племенная и политическая вражда в польскому элементу. Мы не раз встретим ее и в других разсказах, напр. в Польском патриоте и Русской доле. В первой из этих повестей изображен ловкий бродяга, который, приняв на себя видь повстанца, сражавшаяся (в 1863-64) за отечество, обманывает своих и чужих и попадает, наконец, в руки правосудия. Изображаемый здесь - патриот - не может быть принят за обычное явление, и жертвою обманов бродяги становятся и сами соотечественники мнимого пана Коморницкого; но польско-русские отношения рисуются, напр., тем, что бродяга, очевидно предлагающий себя на всякие услуги, является агентом польской партии при выборах, обманывает русских поселян-избирателей, и т.п. В Русской доле русскому человеку, прямому, скромному и достойному, приходится терпеть людскую несправедливость, которую олицетворяют особенно поляки. Вообще, польско-русские отношения рисуются приблизительно в том тоне, как изображала их русинская публицистика, причем на стороне русских оказывается добродетель, на стороне поляков - порок. Беда, однако, в том, что из этих же разсказов можно видеть, что русские часто бывают сами виноваты в своих бедах - недостатком солидарности и понимания своих дел... А.Н. Пыпин. Особый русский язык. Вестник Европы. 1888г., Т.6. N11, с.354-372 http://starieknigi.info/index/VE.htm Выпуски с 1802-1917гг. http://starieknigi.info/Zhurnaly/VE/Vestnik_Evropy_1888_134_Harward.pdf 49Мб Иероним Аноним Повести и рассказы. Том 1 Львов. Издание Академического Кружка. 1882 Из типографии Ставропигийского Института под управлением Стефана Гучковского Юбилейное издание Общ. Академический Кружок В память десятелетней годовщины основания общества русских студентов Академический Кружок в Львове (1871-1881) Много у нас пишут и говорят об успехах сделанных в последныи времена на поприще возбуждения русско-народной жизни в Галичине. Мы далекии от пессимизма, признаем, что много очень много сменилося в лучшее, но не лзя замолчати, что надежды, оживлявшии первых поборников святой нашей справы, еще далеко не осуществленныи. Правда, интелигенция нашая, с изьятием людей запродавших свое народное достоинство не стыдается теперь родного слова, но чи стается она тем самым русскою? Нет! Только речь у нея русская, а мысли, чувства, идеалы - чуждыя! Познавати свой народ учатся у нас из Крашевских, Захарьясевичев, Сахер-Масохов и проч. - не позор ли то? Не отдаляет ли нас тое чем раз более от того народа, который один сьумел сохранити все памятники великой минувшести? Крайная отже потреба ширенья родной беллетристики, которая могла бы освободити нас от чужих, так вредных произведений - наглядна. Тожь думаем, что не могли мы почтите десятьлетней годовщины основания Академического Кружка полезнийшим отечеству делом, як изданием повестей самого лучшего нашего новелиста. Теперь, передаем их Вам Отцы нашии, которые учили нас любви к всему родному, да будет тое для Вас доказом, что труды Вашии не были безуспешными; передаем их Вам русскии красавицы, из них уведаете, что и родное слово в состоянии поднести духа, загрети сердце; наконец, передаем их и Вам юныи русские братья, крепится родною мыслью, бо поприще для Вашей будущей деятельности великое! С верою наперед! Шибеничный верх Повесть по народному преданию и различным запискам. Введение Ты наверно, любезнейший читатель, не посетил подбескидских стран. Не дивуюсь тому, ибо, если бы та закутина русской земли отличалась изящною красотою природы или необыкновенным явлением физическим, наверно не укрылась бы она пред пристрастным любопытством сплиноватого Англичанина - и ты, читая панегирик в заграничных часописях, не выдержал бы, что с чужинцами не отдати признательность природою украшенной земле русской. Но на несчастье, так не есть. Нужденная Лемковщина не имеет ничего, чем бы могла принадити к себе якого туриста; окрестность всюда стереотипна, гора и лес, лес и гора, а одна и другая однообразны. И села, между ними положенныи, почти ничем не розличаются. Всюда те же хаты однообразныи, тягнущиеся вздолжь потока, всюда церковна деревяна, с трема червоными куполами, одна управа полева, овес редонький, картофеля низенькая, луги скупенькии...Понимаешь, что переходити подобную страну одному - страшно скучится, и что мне приятный был бы товарищ в дорозе. Прото не вмени мне во зло, если я тебе, любезнейший читатель, умильно в сопутники приглашаю. Не нужно тебе журитись над стратою времени и грошей, ибо я, як повестеписатель, владею другим средством движения, чем суть локомотивы или дилижансы. Употребляя того средства, не наживешся той невыгоды личной, якою наделяет железная дорога своих пасажиров, ни не будешь ползати слимачим ходом, свойственным нашим дилижансам, за что еще нужен - экстра-тринкгельд, я бо движусь из одного местца в другое на крылах фантазии, скорше, чем летом молнии, а свободнейше, чем летом орла... Движись со мною! Владимир Игнатьевич Хиляк (Иероним Аноним). Повести и рассказы. I том. Львов: О во Акад. кружок, 1882 http://lemko.org/pdf/chylak.pdf 73Мб http://lemko.org/books/index.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_665.htm Читателям нашым буде не лем интересно, але и практично познакомится из литературном минувшином своих предков, о том як писали лемкы осемдесять и сто лит тому назад. Мы избрали едну повисть Владимира Хиляка, котру он основал на народной лемковской приповидки: Што кому призначено, то го не мине -, або - Смерть и жена — от Бога призначена. А може и не основал, лем тоты приповидкы на ньом буквально исполнилися. http://lemko.org/pdf/LTB1958.pdf 10Мб

Ять: Украинствующие и мы *** Очередной юбилей родившегося 1(13) января 1878 года в Киеве Василия Витальевича Шульгина остался, как обычно, совершенно незамеченным. Конечно, назвать Шульгина забытой фигурой в истории никак нельзя. Его книги воспоминаний «Годы», «Дни», «1920 год» регулярно выходят достаточно большими тиражами, он часто цитируется в исторических исследованиях. Напечатаны в последние годы и его ранее неизвестные работы и записи бесед с ним. Но в массовом сознании Шульгин практически полностью воспринимается как мемуарист, автор увлекательных книг о дореволюционной России и Гражданской войне. Как выдающийся идеолог общерусского единства он известен мало, что и неудивительно. Шульгинская политическая публицистика времен Гражданской войны, в которой украинская тема была одной из главных, почти недоступна – для этого надо идти в архивы и поднимать плохо сохранившиеся подшивки «Киевлянина», «Великой России» и других газет, издававшихся при Деникине и Врангеле. Лишь очень немногие его статьи того времени были переизданы. А основополагающий труд Шульгина, посвященный истории и философии общерусского единства «Украинствующие и мы», не переиздавался с 1939 года и хорошо хоть доступен сейчас в интернете. Между тем совершенно невозможно переоценить значение этого небольшого по объему, но чрезвычайно содержательного исследования для сознания нашей общей Родины, нерушимой духовной общности трех ветвей единого русского народа. Ведь именно идея русского «триединства» была главной в жизни этого коренного «волыняки». Он имел сразу две малых Родины – родную Волынскую губернию и Киев, всегда бывший для главного редактора «Киевлянина» самым любимым городом в мире и одной из трех столиц исторической Руси (недаром книга Шульгина о нелегальной поездке в Советскую Россию и посещении Киева, Москвы и Ленинграда была им названа «Три столицы»). «Украинствующие и мы» писалась автором в тяжелых условиях эмиграции, а время ее выхода в свет отнюдь не было случайным. Надвигалась мировая война, и было абсолютно очевидно, что она не сможет обойти Советский Союз. Однако при всем его тогдашнем (позже оно серьезно трансформировалось, чему посвящена была книга «Опыт Ленина») негативном отношении к Советской власти Шульгину было очевидно, что украинский вопрос обязательно используют немцы для раскола исторической Руси. А платить единством Родины ради борьбы с большевиками он считал для белой эмиграции абсолютно морально недопустимым. Советская власть для него, по позднейшей терминологии Сталина, «приходила и уходила», а общерусское единство было ценностью вечной и непреходящей. Подобное использование «украинства» уже происходило на его глазах во время Гражданской войны и в период польской оккупации Волыни. Он хорошо помнил, как мазепинская агитация превратила в ярого русофоба его собственного племянника Александра Шульгина, который посвятил жизнь борьбе против общерусского единства и родного дядю называл не иначе как «дьяволом». А Волынь, где у Шульгина было небольшое имение, некогда отдававшая в Российской империи на выборах в Думу самый большой процент голосов за монархистов, после многолетней обработки националистами стала в последующем одним из базовых регионов действий «бульбашей» и ОУН-УПА. Много сил и веры надо было, чтобы сохранить верность единому Отечеству, когда враги общерусского единства, как писал Шульгин, соблазняли «малых сих» сладкими посулами: «Предайте свое русское имя. Отрекитесь. Назовитесь украинцами. И хорошо вам будет, и все блага земли посыпятся на вас». Кстати, именно так все последние годы, по сути, и проходила пропаганда за «евроинтеграцию», закономерно закончившаяся «евромайданным» путчем. Недаром для Шульгина идеология мазепинской русофобии – это прежде всего апология предательства. Предательства самого себя, своего рода и исторических корней. И более чем показательно, что эпиграфом к своей работе он взял следующий отрывок из гоголевской «Страшной мести»: «Великую обиду нанес мне сей человек: предал своего брата, как Иуда, и лишил меня честного рода и потомства на земле». Но в книге показывается, что и в самые страшные времена неизменно находились не предавшие своего русского имени. Шульгин приводит идущие из самой глубины души слова узника австрийского концлагеря Талергоф львовского крестьянина Фомы Дьякова: Нехай не гине николи память о наших невинных тысячах русских людей, лучших и дорогих наших батьков и матерей, братов и сестер, котри в страшних муках погибли от куль, багнетов и на австро-мадьярских шибеницах, що неначе густый лес покрыли всю нашу землю. Той зверский террор в световой истории записан кровавыми буквами, и я верю, що та память о мучениках буде вечная. Наши дети, внуки, правнуки и тысячелетни потомки будут их вспоминали и благословити за тое, що в страшных, смертельных муках и страданиях не выреклися свого великого славянского русского имени и за идею русского народа принесли себе кроваво в жертву. Ганьба буде на вечный спомин за писемни и устни ложни доноси выродних наших родних братов, которы выреклися тысячелетного русского имени, стались лютыми янычарыма, проклятыми каинами, юдами, здрадниками и запроданцами русского, славянского народа и русской славянской земли за австрийскии и германскии охлапы! Не менее показательны цитируемые в книге слова и другого простого галичанского крестьянина: «…торжественно могу заявити, що, если б навек все отреклися их идеи, то есть Святой Руси, здорова селянска душа крепко ей держатися, бо та идея освящена кровью наших батьков и матерей». Шульгин в книге детально показал, что русофобия мазепинцев, отрицание общего прошлого, но и будущего направлено не только против России, но и всех жителей древней земли Киевской Руси: «Утверждение, что Великая Россия была, есть и будет незаменимой колонией для Малой, - не парадоксальная фраза, а неопровержимая действительность. Украинствующие, желающие нас этого нашего естественнаго прибежища лишить, с точки зрения разума - безумны, а с точки зрения интересов Южно-Русскаго народа - преступны! Ибо кто же потеснится в этом неласковом мире? Кто нам заменит гостеприимных москалей - кацапов? Не поляки ли, которые не имея свободной земли, сами ищут выхода на наши территории? Или быть может, немцы, чей Drang nach Osten есть явление, вызванное тем, что немцам тесно в границах Германии. Немцы могут выгнать малороссов из их черноземных степей, но они не властны подарить украинствующим ни одного акра немецкой земли. И не примут они ни одного «чигиринца» на свои фабрики и заводы в качестве рабочего или инженера …» В «Украинствующих» автор предсказал и к чему приведет победа врагов общерусского единства. Этому посвящены следующие эмоциональные и глубоко поэтические строки, так нехарактерные для политической аналитики: «И для наших потомков «ридна маты Вкраина» станет злой Мачехой… - «Мабудь, вы сказылись, пани матко, тоди, як вкупи з русским именем выреклысь и руськои земли, що тягне аж до краю свита. Доки цяя безкрайна руська земля була и наша земля, був нам свит в виконцях, бо було, як то се каже, де «главу преклонити». А теперь? Де подинемось?!» История действительно распорядилась так, что после многолетней агрессивной обработки умов и прямого вмешательства внешних сил «ридна маты Вкраина» стала для многих миллионов своих жителей злой мачехой. Пришедшая после февральского переворота власть сделала русофобию государственной идеологией. Предпринимается все, чтобы затоптать в грязь и стереть из сознания людей жизненно необходимое для их будущего сознание общности Русского мира. Подобное, как это показано в «Украинствующих», уже неоднократно происходило в нашей истории, но в конечном итоге органическое, идущее из глубины веков сознание общерусского единства неизменно побеждало. Должно победить оно и сейчас, когда его вновь испытывают на прочность. Хотя, возможно, этих страшных испытаний удалось бы избежать, если бы идейное наследие Шульгина изучалось ранее должным образом. Андрей Дорошев. Незамеченный юбилей пророка единого Отечества. 17.01.2015 http://odnarodyna.com.ua/node/27257 В.В. Шульгин. Украинствующие и мы (Издательство Russia Minor, Белград, 1939). Свободное слово Карпатской Руси. 1986(9-10) http://www.angelfire.com/nt/oboguev/images/shulgin1.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_630.htm

Ять: Вестник Европы. Выпуски с 1802-1917гг. http://starieknigi.info/index/VE.htm А.Н. Пыпин. Обзор малорусской этнографии. Вестник Европы, 1885г., N8, с.744–778; N9, с.325–350; N10, с.777–804; N11, с.351–387; N12, с.778–817 (или в 3 томе: А.Н. Пыпин. История русской этнографии. Спб. 1891) А.Н. Пыпин. Обзор малорусской этнографии. IV. Польские и галицкие этнографические сборники 30-х годов. V – Лукашевич и Метлинский. Вестник Европы. 1885 Ноябрь (том 116), с.351-384 http://starieknigi.info/Zhurnaly/VE/Vestnik_Evropy_1885_116_Harward.pdf 62Мб В Вестнике Европы за ноябрь 1885 года, с.351, помещена была статья г. Пыпина под заглавием: Обзор малорусской этнографии. Разсуждая о Малороссии, автор в изложении своем коснулся смежной с Россией Галиции и старался по возможности разъяснять исторические, политические, литературные и международные отношения Поляков к Русским в Галицкой Руси. Соглашаясь во многом с г. Пыпиным и признавая всю полезность его обстоятельного изложения малоизвестного в русской литературе предмета, мы считаем необходимым сообщить некоторые разъяснения и пополнения, чтоб исправить многие неточности и неправильные суждения в этой замечательной статье, преимущественно с тем, чтобы предостеречь других от невольных ошибок и неверных взглядов повторяемых за авторитетным писателем и нередко становящихся аксиомой в науке… Г. Пыпин нашел многие вопросы для себя неразъясненными. И понятно, живя в России и глядя с особой точки зрения, не зная местных обстоятельств, жизни в Галиции и смотря на все глазами русского человека, он многое мог истолковать себе превратно. Чтобы понять все эти недоразумения, нужно пожить на месте, обстоятельно изследовать почву, познакомиться с народом, его бытом, отношениям к окружающим его элементам, словом — принять во внимание все условия жизни. При наблюдении исторического процесса политической и социальной жизни Поляков и Русских, все зависит от точки зрения и взгляда на совершившиеся события. Если Поляки, по словам г. Пыпина, окружают фантастическим блеском свое прошедшее в бывшей Речи посполитой и воспламеняют свой патриотизм до фанатизма и все это в глазах г. Пыпина вполне естественно, позволительно, даже похвально, почему же не допускать у Русского подобное же увлечение славой и пламенною любовью к давно прошедшему русскому быту, о котором мечтает русский Галичанин, окружающей неподдельным блеском своих князей Ростиславичей и Мономаховичей, и зачем же порицать Галичан за воспоминания об единстве всей Руси? Гордясь славой своих предков, доблестями Володаря и Василька и могуществом Ярослава Осмомысла, Даниила и Льва, силой и преобладанием своего народного быта, независимостью и господством Русского народа и православия во всей стране, где впервые родилась и объединилась русская народность и была в полном смысле русская и православная, русский Галичанин желает господства Русского элемента надо всеми наносными наслоениями и возвращения прежней русской жизни. Напротив, Поляки и полякующие претендуют на свою потерянную власть в этих искони русских землях, при жизни масс Русского народа, мечтают о польском господстве от моря до моря, велят Русским забыть свою историю и всякое воспоминание о русской старине считают бунтом против несуществующей Польши и изменой фантастической их ойчизне! (с.3-4) ...г. Пыпин (с.738) пытается разъяснить взаимные отношения Поляков (галицких) к галицким Русским, но весьма неудачно. Допустим, что - с самих первых веков истории Руси (вообще, не специальной галицкой, так как в то время Галиции не было, разве в головах венгерской и немецкой дипломатии) были военные столкновения с Польшею (не всею, а только соседними Малою Польшей и Мазовшем), что могло иметь некоторое влияние на соседнюю Русь, но не меньше того было воздействие Руси на Поляков, особенно принимая во внимание высшую степень русской культуры в то время, когда Русь имела своих писателей, проповедников, летописцев и пр., а польский язык до завоевания Червонной Руси королем Казимиром был языком безграмотным, не культурным; самая же Польша (по выражению авторитетного историка Лелевеля) была в Европе известна на столько, на сколько чрез нее шел тракт к Киеву и на Русь. Припомним, что могущественные русско-галицкие князья вмешивались не только в политические дела Малой Польши и Мазовша, но и в дела венгерского и чешского королевства и даже в дела крошечного австрийского герцогства. В то время галицко-перемышльская Русь не была изолирована так, как теперь, и немецким кордоном отделена от прочей Руси. Не смотря на разгром Татарами, которому она подверглась, (хотя может и меньшему разорению, чем киевская и северная Русь), она была в тесной связи со всею Русью или, употребив часто повторяемое г. П—ым слово, с обще-русскою землей. Князья галицкие Мстислав Мстиславович и юный Даниил Романович участвовали в битве на Калке, доставили галицкую конницу по суху, а галицкую пехоту (выгонцев) в тысячи лодьих по Днестру и Черному Морю на сборный пункт у острова Хортицы. Когда же по причине малолетства Романовичей Андрей Угорский захватил галицкий престол, то Мстислав Удалой примчался с Новгородскими полками и прогнал Венгерцев из обще-русской земли. Галицкая и перемышльская епархия всегда состояли под верховною властью киевских, а после московских митрополитов обще-русской земли и Галичанин св. Петр, нетленные мощи которого покоятся в Успенском соборе в Москве, возседал на кафедре митрополитов всея, то-есть и Галицкия, Руси. Митрополиты посещали между прочим и галицкие и перемышльские церкви. Многие из Галичан возседали на митрополичьей кафедре в Киеве. Галичанин Стефан Яворский содействовал Петру Великому в преобразовании России. Таким образом и разгром татарский не уединил галицкой Руси (то есть правильнее Галицкой, Перемышльской, Белзкой и Теребовельской или Червенской Руси) от остальных русских земель, тем менее присоединение (то есть завоевание или насильное завладение) Галицкой Руси к Польше в половине XVI столетия могло окончательно связать эту русскую землю с Польским государством и совсем неверно, что будто бы - с тех пор и до ныне Галицкая Русь осталась оторванною от русского целого -. Между тем Галицкая Русь называемая Галицией и Лодомерией, только с 1772 года оторвана от русского целого и поневоле стала отрезанным ломтем без связей: церковных, книжных и бытовых с русским целым. Тем отраднее для всякого русского человека, что в Галичанах чувствуется русская кровь, в их груди бьется русское сердце, они любят Русь, и что в них отзываются симпатии к общерусскому отечеству, а в России находятся друзья и покровители обще-русской идеи, не обращая внимания на то, представляется ли это сближение друг с другом г. Пыпину и К – более или менее справедливым (с.740-41), - искусственным или даже нелепым - ?! До тех пор (с XIV столетия) Галицкая или Червонная Русь или просто Русь, как говорили Поляки, хотя и политически подчиненная Польше, не прекращала своих связей с остальными Русскими землями, преимущественно с юго-западной Русью, вошедшей в состав Литовско-Русского Великого княжества. Червонная Русь всегда была составною частью Киевской митрополии и в духовной связи с северо-восточною Русью и православным миром. Когда строилась Львовская Ставропигийская церковь, то епископ Балабан обращался за помощью в Москву, и не даром. До сих пор красуется в куполе церкви русский двуглавый орел с надписью: Федор Иванович царь Москво-России благодетель бысть храма сего. Церковные братства, их школы и типографии были в непрерывной связи и переписки. Львовские епископы и церковные братчики и переписывались с Киевским, Виленским и Могилевским братствами, поддерживали друг друга и не чуждались как теперь. Разве только добро-польские и добро-австрийские дельцы могут игнорировать эти братские связи. Даже г. Спасович не отрицает, того, что - старинный город князя Льва — сердце Червонной Руси. (Ист. слав, лит., II, 497). Поселившись во Львове, Москвитин Иван Федоров жил как между родными и основал типографию при св. Онуфриевском монастыре. Не знаем, но каким особенным - связям с Польшею Русь Галицкая - будто бы - не была однородна даже с Днепровскою Русью Киева, Подоли и Волыни - (?), когда между этими областями не было большего разъединения, как между нынешними губерниями или Галийскими бецирками. Другое дело - южная Русь левого берега Днепра, то-есть Ново-Россия -, которая в то время представляла - дикое поле -, по которому гарцевали татарские орды. Впрочем, может-быть и правда, что в этих областях, - влияние полонизма наступило позднее -, хотя в обезлюденных Подоли и Украине селилось больше выходцев из Польши, а к Козакам был всегда сильный наплыв баннитов, то-есть, судебным приговором лишенных прав шляхтичей. Напротив того, Червонная Русь всегда была гуще заселена и меньше нуждалась в колониях. Если впрочем внедрявшийся полонизм и католичество встретили народный отпор в казацких возстаниях, то раньше того Галичане боролись под началом Дашка из Острога и покутянина Мухи; наконец Поляки находили сильный отпор в Молдавянах, с которыми православная Русь была заодно. Были и в Карпатах, свои гайдамаки и опрышки, наводившие ужас на всех подкарпатских панов. При разделах Польши Галиция не могла быть присоединена к России наравне с другими русскими землями уже потому, что при первом разделе Польши, на который согласились король и Речь Посполитая, участвовали только коммиссары австрийские и польские, Россия же не принимала непосредственного участия, так как между Россией и Червонною Русью существовала еще Волынская и Подольская земля (см. нашу статью в Русск. Вестнике 1885г, июль, с.242). При 2 и 3-м разделах – ея принадлежность к русским землям в самом деле была как бы забыта (с.55-58) Яков Головацкий. Заметки и дополнения к статьям Г. Пыпина напечатанным в Вестнике Европы за 1885 и 1886 годы. Вильна. 1888г. 87с. http://www.ukrstor.com/golowackij.html 7Мб В настоящей книге собраны многолетние работы по истории изучения русской народности, первоначально помещавшиеся в Вестнике Европы (1881-1888). Объединенные здесь в одно целое, они были вновь пересмотрены и в различных местах более или менее значительно дополнены. ...Русская этнография только в последние десятилетия, почти только с сороковых годов, получила характер настоящей научной дисциплины. В своем изложении мы останавливаемся на главнейших фактах этой истории…мы желали бы распространения исторических знаний о предмете, столь близком интересам каждого просвещенного человека, в возможно большем кругу читателей, а не в одном тесном кругу кабинетных специалистов А.Н. Пыпин. История русской этнографии (в четырех томах). Из-во: Типография М.М. Стасюлевича (СПб), 1890-1892гг., Общее кол-во страниц: 1777 Том І. Общий обзор изучений народности и этнография великорусская. 1890г. 440с. Том ІІ. Общий обзор изучений народности и этнография великорусская. 1891г. 446с. Том ІІІ. Этнография малорусская. 1891. 442с. Том ІV. Белоруссия и Сибирь. 1892г. 508с. http://rapidlinks.org/link/?lnk=495406 PDF 76,52 MB

Ять: Читателям нашым буде не лем интересно, але и практично познакомится из литературном минувшином своих предков, о том як писали лемкы осемдесять и сто лит тому назад. Мы избрали едну повисть Владимира Хиляка, котру он основал на народной лемковской приповидки: Што кому призначено, то го не мине -, або - Смерть и жена — от Бога призначена. А може и не основал, лем тоты приповидкы на ньом буквально исполнилися. *** Шестый час выбил на часах вcиx веж пештянскых. Свист машины прошиб воздух, штурман сперся на свойом колеси, пароход двинулся горой Дунайом. Дивне чувство овладило мном, коли я в первый раз пустился в дорогу кораблем. Я отвернул мои очы от амфитеатрально розмищенной Буды и от золотосияющей крышы цисарской палаты, котра, озарена червоными лучами клонящогося к западу солнца,слипила мой взор…Я оперся о поруча парохода и дивился безмысленно в синьи волны Дуная. Нит! Не безмысленно — се лишь сумне занятие идиота — а я поневольно думал. Мни пришла на гадку давна школьна задача, в котрой профессор велил нам описати сравнение между человическом жизнью, а pиком. Як то тяжко приходило мни тогда найти таке сравнение, а як легко днесь! А вот, жизнь тече, як pика, як бы и сей Дунай, в границах природных, або силом рук человическых направленных, то быстро, то повольно - то бурливо, то спокойно. Чым ближе к источнику, к молодости, тым pика быстрийша, вода яснийша, точно, як и свитлы дни молодости...Чым ниже по течению, pика повольнийша, вода мутнийша - испытанный образ дозрилого мужчины, обреченного заботами, или мрачной, невеселой старости. Якесь уныние нашло на мене. Я подивился вокруг себе. На поклади бавилися дити шариками. Счастливы дити. Они не предчувствуют, што незабавом придеся им бороти с волнами жизни, где нераз тяжко от боли застогнают, точно, як сей пароход, котрого машина сапит, штобы перебороти сильне течение Дуная. И я подневольно пригадал coби свитлы дни мойого дитства в родительском доми, по котрых слидувала уже меньше беззаботна школьна жизнь - и мои гадкы опинилися тут-же на одной точки... Владимир Хиляк. Смерть и жена от Бога призначены. Издание Лемко-Союза. НьюЙорк. 1958, 36с. http://lemko.org/pdf/LTB1958.pdf 10Мб Владимир Игнатьевич Хиляк (Иероним Аноним). Повести и рассказы. I том. Львов: О во Акад. кружок, 1882 http://lemko.org/pdf/chylak.pdf 73Мб http://lemko.org/books/index.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_665.htm

Ять: Я - русин Я русин был и русским буду, Пока живу, пока дышу, Покамест имя человека И заповедь отцов ношу. Когда австрийцы и поляки Да немцы лютые меня С правдивого пути не сшибли И не похитили огня, То ныне ни крутым запретам, Ни даже ста пудам оков Руси в моей груди не выжечь Во веки вечные веков. Василь Романович Ваврик Крестьяне - Поэты Народная поэзия - сокровищница всего народа. Создавали и создают её талантливые певцы, поэты, лирники, сказатели. Автор Слова о полку Игореве был, несомненно, одним из баянов на дворе галицкого князя Ярослава Владимировича Осмомысла. Летопись отметила, что при князе Данииле Романовиче прославился певец Митуса. Он один нам известен, а сколько имен затерялось и пропало бесследно в продолжение веков! Отзвуки народного творчества древней Руси сохранились в обломках до сих пор: колядки, щедровки, гаивки, русалии, ладкания, голосения, поговорки, пословицы, загадки, сказки, былины. Эти крошки народной словесности представляют собой ценнейшие источники быта наших предков. Галицко-русские писатели, связанные неразрывными узами с народом, всем сердцем и разумом оберегали заветы и наследие своих отцов и дедов. Д.И. Зубрицкнй начал свое литературное поприще рассуждениями о народных песнях: Uber galizische Volkslieder (1823). Священники И.Г. Наумович,В.Д. Залозецкий, В.И. Хиляк, прожившие всю жизнь в деревне, были глубокими знатоками народной души, а И. Вишенский, И. Гушалевич, Ф. Белоус, Ф. Свистун, Д. Вергун, Д. Марков, С. Бендасюк вышли из самых недр народа. В ниже следующих рядках остановимся на именах подлинных народных певцов-крестьян, песни которых представляют яркую картину самобытной поэзии и отличаются глубоким патриотическим содержанием. Не много их, всего несколько человек, но все они - соль Галицкой Руси. Помянуть их хотя бы самым скромным словом - неотложный долг благодарности потомства. Димитрий Гаврилович Третьяк Русь - моя мати Наша доля Любовь и наука Русином звуся Все вперед Исидор Романович Пасечинский Наша доля близь За Русь Гей, хто Русин Думка Читальня Русь Иван Ильич Процык Курган Русь едина Сян - наша граница Зазулька Час вставати Честь Иван Федоров Федоричка Наша нива Талергоф Колись а ныне Любовь Свете, ты наш свете! Даниил Ильич Сысак Верный сын с. Джурина Моей жене Печальная панихида Награда Моему ровеснику В больнице Иван Васильевич Тернопольский Война Мати Моя палата Поворот з Талергофа Плач Руси Роковины Афанасий Гаврилюк Судьба хлебороба Орач До светла Михаил Иванович Волошинович Дума селянина Люблю тебе За Лемковину Верю я Там на приспе Нестор Димитрьевич Жилич (Любомир Камянский) Моя люба Лемковина Могила партизана Лемковской матери Суседу Образ Тылича Флоринка Сян Славянам Народный кермеш Екатерина Ивановна Приплесь-Дычкевич Народному деятелю Заклик Добродею-патриоту Под талергофским крестом Иван Юрьевич Русенко Наша Лемковщина Лемки Народ воскрес Теперь на Лемковщине Моя отчизна Василий Ваврик. Крестьяне - Поэты (Галицко-русские Писатели). Лувен, 1973, 86с. http://lemko.org/pdf/Vavrik1973.pdf 12 Mb В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Украинский лад *** Украиноманы и Поляки, а за ними и г. Пыпин, с безпримерною ожесточенностью нападают на тех Галичан, которые, сознавая единство Руси, стараются писать на исторически-развитом общерусском, грамматически обработанном языке, имеющем богатейшую литературу. Они защищают шаткое мнение – молодых - Галичан, пытающихся образовать какой-то украинский или даже галицкий или русинский письменный язык, который не имеет ни общепринятой грамматики, ни литературы, ни даже возможности и сил создать оную. Украиноманы пытаются доказать, что они одни в состоянии просветить народ своими плохенькими книжонками, печатаными небывалым правописанием на своем искусственно-составленном жаргоне, тщательно стараясь избегать форм и слов сходных с общерусскими и подбирая и придумывая такие, которые менее употребительны или вовсе не употребительны. Многие утверждают (Пыпин, Ист.I, 352), что русский язык в книге не понятен для огромной массы южно-русского народа, но к несчастью никто не хочет практически проверить, насколько понятен народу общерусский язык и насколько он способен быть органом народного образования, конечно если слог прост, и предмет не выше круга понятий народа. Попытаемся провести параллель между общерусским языком галицко-русского писателя и дословным переводом той же статьи под руководством грамматики и словарей - молодых Галичан -. В первом столбце мы помещаем несколько строк из Истории древнего Галицко-Русского княжества, соч. Д. Зубрицкого. Львов, 1852, II,3, во втором же перевод (собственно переложение) текста на жаргон галицких народников, в котором все слова, формы и правописание заимствованы из Немецко-руского словаря О. Партицкого, изд. Во Львове 1867 года, и Грамматики руского языка Мих. Осадцы, там же 1862 года. Вот образчик письменного языка - общерусских Галичан и народников украиноманов. Кто решится сказать, что язык Зубрицкого менее понятен народу, чем язык передранный на украинский лад. Зачем же коверкать и уродовать слова и формы, когда можно писать правильно на удобопонятном для всех русском языке? Яков Головацкий. Заметки и дополнения к статьям Г. Пыпина напечатанным в Вестнике Европы за 1885 и 1886 годы. Вильна. 1888г. 87с. http://www.ukrstor.com/golowackij.html 7Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_314.htm

Ять: Иван Ильич Процык (1864-1911) Иван Кум был на Галицкой Руси более известен, нежели Иван Процык. Он родился в Прысовцах Зборовского уезда. Отец его был малоземельным пахарем. Ваня учился хорошо, но не мог окончить лишь среднее училище. Был удален из VIII-го класса за участие в манифестации в честь И.Г. Наумовича. Оставался в родном селе до призыва в австрийскую армию. Выслужив в ней 12 лет вахмистром, жил некоторое время в Чехии, где приобрел много полезных знаний. Женившись на чешке, устроился не плохо, но тоска по родине заставила его поблагодарить добрых славян за хлеб-соль и вернуться в родные стороны. Иван Процык, вместе с братом Богданом, решил издавать народный журнал п.з. Наука - по образцу просветителя Иоанна Наумовича, черпал из его сокровищницы, перепечатывал его статьи и повести, но всё же не доровнял ему. Он сочинял патриотические стихи, писал шуточные сатиры, в которых беспощадно высмеивал пороки галицко-русского общества, подвергал острой критике гнёт польско-австрийских властей, грабёж евреев, наглых эксплуататоров и экпроприяторов народного добра, а - Простая беседа - Ивана Кума была любимой лектурой крестьян, которым по душе были веселый тон, юмор и крепкие выражения. Львов — оплот польского шовинизма — давил душу крестьянина. Приходилось ему жить в чрезвычайно тяжелых условиях и работать в качестве писущего, редактора, экспедитора. Умер в крайней нужде. Согласно его желанию студенческий хор спел на его могиле песню Некрасова: Укажи мне такую обитель, Я такого угла не видал, Где бы сеятель наш и кормитель, Где бы русский мужик не стонал. Иван Кум всецело был предан родному народу. Теплым словом он старался его просвещать и укреплять в нем веру, что неволя захватчиков Галицкой Руси раньше или позже кончится, и великая Русь подаст ей руку помощи. В 1905г. Процык издал популярный сборник Декламаций с портретами галицко-русских культурных деятелей: Наумовича, Яхимовича, Качковского, Добрянского, Дедицкого, Куземского, Гушалевича, Белоуса, Площанского, Малиновского и Барабаша - крестьянина и посла галицкого сейма, одного из подвижников Иоанна Наумовича. Литература: Ф.Ф. Аристов, Карпато-русские писатели» т.III (рукоп.). Курган Серед поля Зборовского Темнее курган. Сорок тысяч вороженьков Там поклав Богдан. Не из злобы, а за правду И за Русь святу Упокорив Хмельниченько Вражую буту. Правда, ныне на курганe Красуется крест, Но не врагам належится За то хвала, честь. Крест Никита из Присовец Сооружив тот, Якраз тому вже минае Двесте третий год. Наоколо у Зборова Тих курганов тьма, А гаразду, як не було, Так таки нема. Народ русский наш, як терпев, Так терпит теперь. Ему всегда перед правом Зачинена дверь. Русь едина Гей-же, братья галичане, Вже настала та пора, Щоб на небосклоне Руси Засияла нам зоря. Зоря правды и любови Щоб злучила всех сынов, Що родились в русском краю, Де Перемышль, Галич, Львов. Мы Червоной Руси дети Пятьсот лет стоим в борьбе. У нас нет друзей-суседов, Только Бог, и мы одни. Мы еще не победили, Но и враг не победил. Только силы сполучимо, У нас много-много дил. Мы не знаем земли красшой, Як наш край: Галичина — Часть всей Руси безпредельной, Наша близша вотчина Поза Бескид и Карпаты, Понад Сян, Буг, Збруч и Прут. Станьмо в обороне Руси, Най не делят Русь, не рвут. Разом руки! Разом силы! Мы часть мира, мы — народ! Русь едину передаймо Нашим детям з рода в род. Сян - наша граница Чому кружишь, ляцкий орле, Понад русску хату, Чому несешь в русску землю Польскую гакату? Тут свята Русь, а не Польша, Тут слава гремела, Тут владели, князювали Сыны Владимира. Тут искони земля русска, Земля Ярослава, Тут лягала и вставала Наша русска слава. Тут прадедны родны наши Даниила чада Грудью, кровью Русь спасали От гибели ада. Тут мы сами володари, Тут наша землиця, Перемышль наш и Карпаты, Сян - наша границя. Зазулька Шла девчина левадою, Шла на панский лан. Перед нею серед поля Выступив курган. Под курганом головоньки Козацких сынов. На кургане трираменный Крест святый зчорнев. А на кресте зазуленька Села и куе. Заслухалася девчина, Аж серденько бье. И залилася девчина Аж у три ручья: Скажи, птичко, чи воскресне Матенька моя? Злепотела зазуленька 3 куком понад лан. Дивись, доню! Солнце всходит, Мерехтит курган. Час вставати Слышу вопли из-под Львова, Плач и стоны у 3борова. Якась орда напирае, Край Подолья разоряе. Краде мову, грабит веру Нема Руси! гласит миpy. Хто те враги? Чи татары Летят на Русь наче хмары? Не татары! Я их знаю, На мече еще кровь маю. Кровь запеклу з-под Збаража, Де корилась душа вража. Лежат в земле тихомолки Козацкии славны полки. Лежат, не спят, лишь дремают, Замогильну стражу мают. А як сурмы-трубы грянут, ВСе головы на бой встанут. Не корися, русский роде! Борись мужно против орды, Як лях стане напирати, Кличь: Богдане, пора встати! Честь Честь вам, наши славны дети, Честь страдальцям пять веков, Що не дали одолети Святой Руси тьме врагов. Наши отцы в вечном мире Спят в могилах. Вечны сны. При Руси стоят оплотом Славных предков их сыны. Они знают умирати За народ, за Русь, за честь, Им не страшен удар грома, Не страшна им ляцка месть. Поки чути русске слово, Поки течут Сян и Прут, Русь живе и жити буде, Процветати буде тут. Василий Ваврик. Крестьяне - Поэты (Галицко-русские Писатели). Лувен, 1973, 86с. http://lemko.org/pdf/Vavrik1973.pdf 12 Mb http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_756.htm В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Димитрий Гаврилович Третьяк (1842-1897) Родился в с. Турье Бродовского уезда в семье мелкого землепашца. У дьячка научился грамоте. Жажда знания завела его в уездный город Броды, где ему удалось поступить в 7-классное училище и при помощи добрых людей окончить его с отличным успехом. Вернулся домой. Лишенный возможности дальше учиться, он стал учительствовать. В начале работа шла тяжело, но потом, изучив необходимые пособия, он вполне удовлетворительно справлялся с требованиями начальной школы. Как на зло, за отдачу голоса на русского кандидата в австрийский парламент, он был уволен со службы. Это было в годы черной реакции наместника Казимира Бадени. Что делать? На голове жена и дети. И он принял место сельского писаря в Заболотовцах, но скоро был лишен и этого скромного заработка на хлеб. Д.Г. Третьяк слагал стихи под влиянием галицкой народной поэзии на мотив легкой коломыйки в коротких мило-звучных строфах; можно их найти во всех галицко-русских изданиях второй половины 19-го века. В них преобладают патриотические, нравоучительные и набожные нотки. Многие из них стали народным достоянием, ибо были взяты из его сокровищницы. После смерти поэта они вышли особым сборником п.з. Песни для старых и молодых, Коломыя, 1910. Книжечка скоро разошлась по деревням, и её трудно найти даже в библиотеках. Кроме стихов, Д.Г. Третьяк писал статьи из сел, где учительствовал: из Вырова, Заболотец, из-над Стыра в изданиях: Временник, Календарь Общества им. Мих. Качковского, Русская Рада, Ластовка, Приятель детей, Учитель, Газета школьная. В тех же селах записывал народные песни, сказки, приповедки, загадки. Литература: Временник (Львов, 1901), некролог: Д.Г. Третьяк, И.Е. Левицкий: Галицко-русская библиография, т.II. Львов, 1895. Русь - моя мати Христе Боже, царю славы, 3 милуйся над нами Невинными и бедными В свете Русинами. Мене враги ненавидят, Страшат старшиною, Що люблю тебе я, Русе, Все держу с тобою, Що подшептов не слухаю Щоб тобе зменити. Але дарма! Русь, без тебе Не могу я жити. Ой, Русином я родився, И Русь - моя мати, Чи ж могу ею лишити, Сором ей задати? Нет! Ей-Богу, я не могу Двом панам служити. Бо я - Русин, то ж и русским Житьем мушу жити. Наша доля Сумно стало в кождой хате, Що гаразду не видати; Не видати, не чувати, Надаремно выглядати. Гаразд буде, добры люди, Коли у нас розум буде. Нема чого журитися, Но на других дивитися. Як они про себе дбают, Як гаразд нам забирают: Одних грошем подплачуют, Других хитро отстрашуют. И на милость не пытают, На свое все завертают, Щобы тебе погубити, Щоб не мог ты в свете жити. Но ты, брате, не журися, На них собе задивися, И за своим увивайся, Баламутити не дайся! И не дайся подкупити, То счасливо будешь жити, Дбай про себе и родину, То оминешь злу годину. Твое добро не пропаде, Твое добро свой посяде, Только пильнуй всегда свого И не пнися до чужого. Бо чужое тебе зрадит, На лихий путь запровадит. Возьме тобе твою славу, Втрутит твоим ген под лаву. Наша правда не загине, Як любовь в нас не застыне, Выйде на верх, як олива, И Русь буде вся счастлива. Пора, братья, розум мати, Пора до рук книжку взяти, Свою долю боронити, Бо инакше - нам не жити. Любовь и наука Темность страшна нас обняла И весь гаразд нам забрала. Той великим наречется, Кто нас вчити подоймется. Того все возлюбят люди, Любовь всех крепити буде. Кто нас збудит, спамятае И всех с Русью поеднае? То одна любовь лишь зможе, Коли Господь допоможе, Бо где любовь и наука, Там к доброму есть понука. Где свет, нужда уступае, Добро скоро повертае, Где спокой, лад, мир и згода, Там есть сила у народа. Там счастливо проживают, Где науку все плекают. Кождый Русин мусит знати И собе запамятати, Що в науце лишень сила, Котра весь свиет победила. Русином звуся В руках моих не остане Все, що для Руси погане. Ту горелку, чорта справу, Tpеcнy нею геть под лаву. Туда арак и росоля, Бо то все русска недоля, Людей чести позбавляе, С грунту, хаты выганяе. А що-м твердый Русин сроду, Люблю пити чисту воду, Без всех трунков обойдуся, Бо щирым Русином звуся. Все вперед Зажурились арендари, Що мают робити? Не хотят вже господари Их горелки пити. Ходят, стонут, раду радят, Носы поспускали, Бо заставы и проценты На веки пропали. Бо господарь став тверезым, Добрый розум мае И газеты с Коломыи Платит и читае. Хлопы станут богатети, Шинкари конати, И с победою Русь буде Все вперед ступати. Василий Ваврик. Крестьяне - Поэты (Галицко-русские Писатели). Лувен, 1973, 86с. http://lemko.org/pdf/Vavrik1973.pdf 12 Mb http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_756.htm В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Исидор Романович Пасечинский (1853-1903) Дом Романа Пасечинского, настоятеля прихода в Красном Турчанского уезда в Бойковских Карпатах был особенным домом. По вечерам в нем раздавалась музыка, слышалось пение. Вся семья участвовала в хоре. В праздники приезжали соседи. Сам о. Роман играл на скрипке, хорошо пел, любил блеснуть собственными стишками. Дочери его Анна и Стефания играли на рояле, унаследовали от отца любовь к поэзии. Сын Исидор стал поэтом. Исидор Романович Пасечинский был странным человеком. Попович, но он заодно с крестьянскими парнями. Он всецело примкнул к крестьянскому сословию. Несмотря на полное среднее образование, несмотря на возможность устроиться выгоднее и получше на государственной службе, он предпочёл свободную жизнь, свободный труд, свободную песню. Продолжительное время бродил по обоим скатам Карпат и, возвратившись в родное село Красное, женился на крестьянке и занялся сельским хозяйством. Он полюбил село и его жителей, всем старался помогать советом и делом. Как поэт, Исидор Пасечинский - преимущественно лирик, песни которого отличаются искренностью и непосредственностью настроения среди роскошной природы Карпат. В них бьется сердце горячей любовью к Родине, таится глубокое, сильное чувство, порожденное неволей, но укрепляющее дух и стойкость народа в борьбе за волю. Духом патриотизма проникнута поэма Бесталанный (Коломыя, 1872) и глубокой грустью Думка на похоронах сестрицы (1871). И.Р. Пасечинский писал рассказы, собирал народную словесность среди бойков между Ломницей и Сяном в Турчанском, Старосамборском и Стрыйском уездах: Приповедки, небылицы, банялюки для забавы и науки. Составил тоже Словарец, бойковско-русских слов. Некоторые его стихи и статьи появлялись под псевдонимом: Сидор Бойко. Печатались они в Слове, Временнике, Проломе, Русской Раде, Галичанине и в других изданиях. Литература: И.Е. Левицкий. Галицко-русская библиография, Львов. 1895. Наша доля близь Не сумуй днесь, русский брате, Не рыдай! Незадовго в нашей хате Стане рай. Сам собою пожурись, До роботы заберись, Не спускайся на сосед, Бо не вкусен чужий хлеб. Тихо, щиро помолись, Наша доля близь! Не ходи ты, русский друже, Мановцем, Хоч во внутри голод струже, Мов млынцем. Весна блисла, бери рало, Трудись щиро, як бувало. За скибою скибу край, Чистым зерном засевай. Тихо, щиро помолись, Наша доля близь! Русь нехай нам процветае Все под лад. Сердце скаже, хто нам ворог, А хто брат. За Русь Высокая Магурина Мраком закурилась. Наша родная родина Тяжко зажурилась. Чого ж тобе так журитись, Наша родна мати! Хотят мене родны дети До гробу загнати. Если чужи мене грызут, Не чуд, не дивниця, Бо пять веков мене с ними Судилося биться. Но велике чудо-диво, Що власньи дети Напоселись с ворогами Мене задавити. Они хотят, щоб я Русью Зватись перестала И щобы на Украину Я теперь пристала. Украина, Украина, От так на тимчасом, Потом буде чиста Польша - Лях вторуе басом. Высокая Магурино, Перестань куритись, Дорогая Русь-родино, Не пора журитись! Бойковщина, Лемковщина, Гуцулия крикне: Хто касуе имя Руси, Най зо света зникне! Гей, хто русин Гей, хто Русин, з нами стань, Доокола себе глянь! Що доброго, научися, А подлости стережися! Я сам За святу Русь житье дам. Свою прошлость, Русин, знай, О будуще лучше дбай! Маем врагов щонемера, Но Русь хранит свята вера. Не забит: Свята вера - Руси щит. Гей, я Русин з рода в род, Русин батько, Русин дед. Русска мати моя была, Русским мене породила. Так есть: Русска мати - моя честь. Памятай, що мы весны Дождемось, не все паны Будут нами обертати И за чубы нас тягати. Час прийде, Русь вперед нас поведе. Думка Суть богаты, що грош мают, Но о Русь они не дбают. Пьют, едят и грают в карты, Строят собе з всего жарты. А хто лишь о себе дбае, Для народа пропадае. Як бы мы все русски дети Навернулись до просветы, Стало б у нас веселейше, Приятнейше и краснейше. Жили бы мы так, як други, Не були бы чужим слуги. Если б наши все гуцулы Просвещенье роздобули, Если б подоляне, бойки Просветились крепко, стойко И все лемки з их дочками, Була б сила межи нами. Щоб я так мав, як не маю, Я бы тобе, родный краю, Поклав бурсу в каждом месте, Прийняв в кажду хлопцев двесте, О, як бы Русь просветилась, Яка песня бы полилась! Читальня В своей хате своя правда, И воля и сила. Своей хаты мы дождались, Правда победила. Заки сдвигли мы ту хату, Було много трудов, Бо в громаде майже в каждой Есть богато юдов. На таких мы не дивились, Своего допяли, Поставили собе хату, Горазд обладнали. Намахавшись хлоп косою, А жена граблями, Забавятся в своей хате Русскими книжками. И газету прочитают, И найдут новинку, Прийдут щодня до читальни Хоть бы на хвилинку. Тут ничого мы не стратим, А много придбаем, Та и другим ще розкажем, Що тут прочитаем. Ой, горнетесь, громадяне, Под читальни стреху, Вперед, вперед, разом в купе Руси на потеху! Русь Ой, не раз нам говорили Наши вороженьки, Що они нам опекуны Щиры, солоденьки. А мы знаем их опеку Уже не от ныне, Они беды наварили Всей нашой родине. Огородись, Русь святая, Твердою скалою, Бо тебе чуже поводье Забере з собою. Свои рады б заменити Русь на Украину, Хотели бы нас убрати В ляцку кринилину. Но если Русь Русью звется Тысячу лет з ряду, То та назва для нас в славу, А не на заваду. Василий Ваврик. Крестьяне - Поэты (Галицко-русские Писатели). Лувен, 1973, 86с. http://lemko.org/pdf/Vavrik1973.pdf 12 Mb http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_756.htm В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Иван Федоров Федоричка (1872-1930) Это был замечательный крестьянин, увидевший свет в Лужке Дольном Старо-Самборского уезда. Окончил только 3-классное училище. Чтение книжек доходило у него до пристрасти, и оно сделало его стихотворцем. Во время работы, в стодоле или на подворье, он всегда имел при себе мел, которым записывал свои стихи на хлевах,воротах и шопах и под вечер списывал их на бумагу. Он никогда не расставался с карандашом и тетрадкой, ходил ли за плугом, жал или косил - всё заносил в свою книжечку. Иван Федоров Федоричка выступал с своими патриотическими стихами на собраниях членов Общества им. Мих. Качковского, на народных вечерах Русской народной организации и на разных торжествах и манифестациях, и везде имел огромный успех. Поэтому скоро стал широко известным, народным, красноречивым оратором. За это и был арестован в начале войны 1914-го года и вывезен в Талергоф возле Граца. Не судилось, однако, ему погибнуть в песке на чужбине. Оп перенёс все лишения в австрийской каторге, вернулся на Родину и продолжал свои думы на малом хозяйстве до последних дней жизни. Иван Федоров Федоричка был поэтом свыше. Стихи его - Из-под селянской стрtхи, Из сумных часов, Колись и ныне, Где корень зла - писаны не чернилами, а крестьянской кровью. В них слышится стон русского раба в польской неволе, в них льются горькие слезы обездоленного нуждаря, но и блестят лучи надежды на волю, свободу и воссоединение галицко-русского народа с родным великим русским народом. Этого дня, однако, ему не довелось дождаться. Большая историческая поэма Ивана Федорова Федорички п.з. Талергоф или Русская Голгофа - посвящена незабвенной и вечной памяти жертв австрийского военного террора в Талергофе, который поэт называет нероновским амфитеатром 20-го столетия. Вторая поэма Полатайко рассказывает о кромешном нуждаре, который зарабатывает на кусок черного хлеба починкой чужих вещей. У него ни поля, ни хаты. Живет в темном углу у соседа. Наша нива Ниво наша дорогая, прадедная ниво, Чом така сумненька стала и глядишь тужливо? Та чому ты, родна ниво, горем вся повита, Ой, чому ты, родна ниво, слезами залита? Чом замовкла, мати родна, мовбы в домовине, Чом орел орла не кличе на твоей долине? Не спевае соловейко в гаю, як бувало, Чом зазульку у садочку чути якось мало? Чом у твого господаря серденько зболеле, Чом у красной девчиноньки личенько змарнело? Чом не водит хороводов и не вье веночок, Не выходит с женчиками на родный ланочок? И пшеничка золотая марно пропадае, До земленьки приклонилась, женцёв выглядае. Не выходят трудолюбны женчики из хаты, Золотую пшениченьку в снопики збирати. Не выходят и не выйдут, бо выйти не в силе, Бо все они, пшениченько, лежат у могиле. Нема, нема, тай не буде женчика Богдана, Нема батька Михаила, нема Иоанна. Сеятели, твои женцы, що так потрудились, На тобе, родная ниво, все упокоились. Их могила темна, сера в свои недра взяла, И ты, буйна наша ниво, сиротою стала. Талергоф В Талергофе близ гангара Мучеников стоит хмара, Поставленых в довгий ряд. А кругом них з диким криком, 3 наеженым острым штыком Патрулюе лютый шваб. И зубами аж скрегоче, Кляне, плюе, теренкоче Окаянный людоид. Кождому он прагне смерти, Рад бы з лиця земли стерти Ненавистный русский род. Горе, горе! Братья мои! Тут в немецком Вавилоне. Плачи, зойки, стон, завод. Печаль нервы розрывае, Сердце в грудях завмирае, Меркне з болю в очах свет. Тут несчастный Рус смиренный, Багнетами оточеный, Попадав в обморок: Под багнетом мусит жити, Спати, встати, воши бити, Под багнетом кождый крок. Под багнетом менаж-зупка, Под багнетом до выходка, Под багнетом — айне, цвай, драй, Под багнетом споведайся, Под багнетом грехов кайся, Под багнетом умирай! Под багнетом гроб открытый, Под багнетом труп зарытый, Под багнетом в лице бьют, Под багнетом написала Тирания, щоб Русь стала И на страшный божий суд. Горе, братья галичане! Дрожат нервы, сердце вяне, Меркне з болю в очах свет. Як погляну, душа млее, Як тут русский род марнее, Кровью росит кождый след. Горе, горе, чорна доле! Стонут горы, стоне поле, Неслыханный, лютый гнет. Всем нам грозит тут заглада, И здается, з того ада Жива душа не уйдет. Смерть-погибель царит всюды: Стрелы в плечи, штыки в груди, Ни вперед, ни в бок, ни взад. Слеза слезу вытискае, Рана рану постигае. Талергоф — кромешный ад! Колись а ныне Под Карпатскими горами, Меж буйными царинами, Плыве речка, шумит лес. Село в лепоту зацвило. Ах, Господи! Як тут мило Тут родився, тут я зрос. В юности тут веселився, Ходив в школу и учився, Читав пильно з книжочок. А там в поле, милый Боже, Яке ж було житье гоже! Пас череду овечок. Гей, гей! Як тут житье плыло, Як тут було любо, мило! Як згадаю, Боже мой: Гуляв, буяв, не журився, Спевав песни, не журився, Як в садочку соловей. Ах, вы чудны, чародейны Лета юны, лета стройны, Де вы? Уплынулн в даль! Завертелось, закружилось, Що осталось, що лишилось, Що? Неутолимый жаль! Любовь Любовь — венец нашей жизни, Любовь — бедным, ближним, Любовь — корень всех блаженств. Любовь — се наш ключ до неба, Любовь — альфа и омега Христианских совершенств. Любовь добры дела творит, Любовь правду все говорит, Любовь родит чудеса, Любовь злобу ненавидит, Любовь грехом собе бридит, Любовь веде в небеса. Свете, ты наш свете! Гей, гей! Свете, ты наш свете, Студеный, завзятый, Окаянный, злобный, грешный, Лютый, сорокатый. Не могу тебе сегодня, Непроглядный свете, Ни поняти, ни познати, Ни порозумети. Скажи, свете, де есть корень, Де тому причина, Що на тобе злобы море, Правды окрушина? И та правда поругана, В лахманах, оплюта, А неправда в павильонах В золото окута. И та правда слезы ронит В кутику нужденном, А неправда шумит-гудит Трясе шаром земным. Ба, що больше? Густо, часто И таке бувае, Що неправда правду живцем На крест розпинае. Гей, гей! Свете, ты наш свете, Яке лихо, горе! Век двайцятый, а на тобе Кровавое море. Василий Ваврик. Крестьяне - Поэты (Галицко-русские Писатели). Лувен, 1973, 86с. http://lemko.org/pdf/Vavrik1973.pdf 12 Mb http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_756.htm В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Украино-польский лад *** В XVII и XVIII столетии польская администрация и униатская иеpapxия до того исковеркали письменную речь и так обезобразили русский язык, что от него отказались сами русские интеллигенты. Приближая свое наречие к чистому русскому стилю, Галичане вводят в общественный язык множество чисто русских слов, очищают его от полонизмов, знакомят народ с славяно-русскими выражениями и таким образом дают возможность читать и понимать всякие русские и церковные книги, открывая широкое поле для интеллектуального и нравственного развитая. Напротив того, мнимые народовцы, придумывая новые слова, коверкая их на польский лад и принимая чешские и сербские выражения, вместо того, чтобы приблизить, отталкивают народ от русского корня, из которого вырос народный говор и здоровыми соками которого питался в продолжении тысячи лет. Галичане жили с остальною Русью тысячу лет в мире и никогда не спорили о моем и твоем; Великороссы и Белороссы не сделали Галичанам никакого зла, а всегда сочувствовали им. С Чехами и Сербами они не имели и не будут иметь никакой общности, кроме платонической дружбы. Что же касается до Поляков, то Русские пережили столько неприятных столкновений с ними, что вся многовековая история переполнена непрерывной борьбой и международной враждой. Галичанам надоела уж эта - очень грубая, как называет г. Пыпин, польская культура -. Поляки, конечно, имеют свои счеты с – Москалями -. Поляки были с Димитрием Самозванцем и Наполеоном I в Москве, а Суворов и Паскевич брали Варшаву, но русские войска не причинили Галичанам никакого вреда ни в 1809, ни в 1849 годах, когда спасли Галицию и Венгрию от революционной безурядицы. Галичане встретили Русских дружно и разстались дружно. Негодовать на Россию могут разве те, которые держат сторону Поляков и уже теперь считают себя подданными фантастической Польши от - моржа до моржа -. (с.69-79) Яков Головацкий. Заметки и дополнения к статьям Г. Пыпина напечатанным в Вестнике Европы за 1885 и 1886 годы. Вильна. 1888г. 87с. http://www.ukrstor.com/golowackij.html 7Мб http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_314.htm Александр Каревин. Русь нерусская (Как рождалась - рідна мова -) - Нет! Это в самом деле не украинский язык! Такого языка у нас не разберут и ничего из него не поймут, а если что-то и разберут, то в голове останется что-то невыразительное, каламутное, какая-то муть -. И.С. Нечуй-Левицкий Необходимое предисловие В мае 2000-го года известный политик (ныне глава Национального союза писателей Украины) Владимир Яворивский жаловался в своей авторской радиопрограмме, что на всю многомиллионную Украину лишь несколько десятков тысяч человек по-настоящему владеют украинским языком. Действительно, язык, объявленный у нас «родным языком украинцев» (и на этом основании получивший статус единственного государственного) не очень-то популярен в народе. Люди общаются преимущественно на русском языке или на так называемом «суржике». Почему? Украинцы отреклись от родного языка? Предали его? Или, может быть, этот язык оказался слишком уж оторванным от народной почвы, а значит – для большинства не родным? Об этом и пойдет речь. Из-за обилия цитат эту книгу можно упрекнуть в компилятивности. Дело, однако, в том, что автор и не претендует на роль первоткрывателя. То, что изложено в моей работе – давно известно. Но известно, к сожалению, лишь узкому кругу специалистов. Между тем, в силу ряда причин, языковая проблема на Украине вышла далеко за чисто научные рамки. Что представляет собой украинизация? Что это такое? Возврат к истокам, восстановление естественных прав украинского языка или, наоборот, попытка оторвать Украину и украинцев от общерусского корня? Эти вопросы интересуют не только ученых. Ответить на них можно только опираясь на факты. Факты, изложенные в документах и специальной литературе, но старательно замалчиваемые сегодня. Привлечь внимание читателей к таким фактам и является задачей книги. Наверняка, она (книга) будет воспринята неоднозначно. Не исключено, что в адрес автора последуют обвинения в «шовинизме», «украинофобии», подрыве «украинской национальной идеи». Поэтому хотелось бы оговориться сразу: данная работа ни в коей мере не направлена против украинского языка. На этом языке создана большая научная литература, написаны художественные произведения (в том числе и талантливые). Есть люди, которые считают этот язык своим, желают развивать его дальше. И это их право. Тем более здесь нет украинофобии. Наоборот, «Русь нерусская» написана в защиту права подавляющего большинства украинцев пользоваться действительно родным языком. Что же касается обвинений в «подрывной деятельности», то нужно напомнить навешивателям ярлыков слова выдающегося русского писателя (украинца по происхождению) Всеволода Крестовского: «Прямое слово правды никогда не может подрывать и разрушать того, что законно и истинно. А если наносит оно вред и ущерб, то только одному злу и беззаконию». «Русь не русская видится мне диковинкою, как если бы родился человек с рыбьим хвостом или с собачьей головой» – заметил как-то Григорий Сковорода. К сожалению, именно в такую диковинку превращают ту часть Руси, которая сегодня зовется Украиной. Нападкам подвергается все русское – русский язык, русская культура, даже русская (православная) Церковь. Административными методами проводится тотальная украинизация. Украинизируются детские сады, школы, вузы и т. д., вплоть до высших органов государственной власти. Сами украинизаторы, ненькопатриоты (как когда-то назвал их один из публицистов) объявляют происходящее «национальным возрождением», «пробуждением национальной сознательности украинцев» (мнения которых, между прочим, никто не спрашивает), «преодолением последствий трехсотпятидесятилетней русификации». Они уверяют, что хотя многие украинцы считают русский язык родным, но в глубине души в них все равно сидит та самая мова, возврат к которой приведет к более полному раскрытию потенциала личности, а значит - к расцвету науки и культуры. Так ли это? Действительно ли украинизация - это благо? А.С. Каревин. Русь нерусская. (Как рождалась «рiдна мова»). Москва 2006; Издательство Имперская Традиция. 224с. В книге киевского историка Александра Каревина подробнейшим образом рассматривается история создания т.н. «украинского языка»: какие силы, каким образом и при каких обстоятельствах из народных диалектов сотворили язык, удаленный от общерусского языка больше, чем от польского. Феномен т.н. «украинского языка» тем более удивителен, что на нем никто, кроме кучки политиков, журналистов и профессиональных патриотов не говорит, но, тем не менее, постоянно декларируется необходимость его насильственного внедрения и защиты от языка общерусского - языка, на котором писали Гоголь, Булгаков, Короленко и даже кумир украинцев - Шевченко. Автор тщательно исследует вопрос – зачем создавался этот искусственный язык? Стояли ли за создателями «мовы» какие-либо внешние силы, и если стояли – то какие? Ответы на эти и другие вопросы читатель найдет в книге. Автор книги - Александр Семенович Каревин — историк, специалист в южнорусской истории. Автор родился в 1966 году в Киеве. Окончил исторический факультет Киевского университета им. Тараса Шевченко. Публиковался в украинских газетах «Киевские новости», «Новости», «Новости ньюс», «Киевский телеграф», «Сегодня», «Освiта Украiни»и др., а также в газетах «Наша страна» (Аргентина) и «Русский голос» (США). Автор работ «Николай II. Правда и вымысел» (К., 1998), «Чертовщина под украинским соусом» (Горловка, 2002). Содержание: Русь нерусская. (Как рождалась «рiдна мова») Необходимое предисловие Глава 1. Возникновение наречий Глава 2. «Не было, нет и быть не может» Глава 3. Птенцы «гнезда» Франца-Иосифа Глава 4. «Чертовщина под украинским соусом» Глава 5. Революция и украинизация Глава 6. «Батько Тарас» или «батько Лазарь»? Глава 7. Русский погром Глава 8. Манкуртизация Вместо послесловия Примечания Выдумка старого гетмана Поэт и царь Не сотвори себе кумира. (Тарас Шевченко: оборотная сторона медали) Не сотвори себе кумира. (Еще раз о Тарасе Шевченко и тарасопоклонниках) Культ «великого Кобзаря» Правда останется правдой Первая киевская Преступление профессора Грушевского Взлеты и падения Симона Петлюры Убийство Симона Петлюры Еще один украинский президент (Черные дела «монсеньера» Волошина) Электронный текст книги (без статей) http://www.russian.kiev.ua/books/karevin/rusnorus/rusnorus.shtml http://www.zaistinu.ru/articles/?aid=1396 http://rudocs.exdat.com/download/docs-96677/96677.doc

Ять: Русский погром Вплоть до самого распада Австро-Венгрии власти прилагали невероятные усилия, чтобы насадить в Галицкой Руси «украинскую национальную идею» и язык. На национальные отношения существенно влияло отсутствие в стране свободы. Формально Австро-Венгрия являлась конституционным государством, где все сферы жизни регламентировались законом. Фактически трудно было найти в Европе другую державу (за исключением, разве что, Турции), где законы оставались простой бумажкой. По закону различные нации, населяющие империю, могли свободно развиваться. Однако Галиции, Буковины, Закарпатья это не касалось. Преподавание на русском языке в государственных школах было запрещено. Изучавшие русский язык самостоятельно подозревались в шпионаже в пользу России. Русские национальные организации преследовались, против русских деятелей (их называли «москвофилами») фабриковались надуманные обвинения в государственной измене, организовывались фальсифицированные судебные процессы. Русских детей третировали в школах (особенно усердствовали в этом учителя-украинофилы). По закону жители Австро-Венгрии свободно могли перейти из одной религии в другую. В действительности же каждый случай перехода в православие опять таки расценивался как государственная измена. Формально население могло избирать в парламент и местный сейм своих представителей. На самом деле власти пускали в ход все средства давления на избирателей, включая открытый террор, чтобы не допустить избрания русских кандидатов. Когда давление не помогало, шли на откровенную фальсификацию, подтасовывая голоса. Если же фальсифицировать в нужных масштабах результаты по каким-либо причинам не удавалось и побеждал кандидат русской партии, часто (хоть и не всегда) итоги голосования просто объявляли недействительными. Даже современные «национально сознательные» историки, вообще-то весьма положительно отзывающиеся об австрийских порядках, признают, что выборы в Галиции «проходили в атмосфере невероятных избирательских злоупотреблений». При этом «злоупотребления» часто заканчивались кровопролитием. Зная, что фальсификация выборов вызовет возмущение населения, власти заранее направляли на участки, где должны были подтасовать голоса, жандармов, не останавливавшихся перед применением оружия. Так было, например, во время выборов 1907 года в селе Горуцко. «Все село проголосовало за русского кандидата, даже еврей-корчмарь. И вдруг ожидавшие результатов селяне узнают от «украинского» священника, бывшего председателем избирательной комиссии, что якобы избран украинский депутат. Это вызвало естественное негодование. Внезапно в селе появляются никогда до того не бывавшие здесь жандармы, стреляют в толпу и убивают четырех человек, причем одного старика прямо в его доме, а 10 тяжело ранят». Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине ХІХ вв. В преддверии Талергофа. Рубеж XIX-XX вв.-1914 г. М.,2000. с.130 http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html Особый упор делался на кадровую политику. В школы назначались учителями исключительно адепты «украинской национальной идеи». В то же время педагоги с русскими убеждениями переводились в другие регионы империи, а то и просто оставались без места. То же самое творилось и в церкви. «Приём в духовные семинарии юношей русских убеждений прекращается, - вспоминал галицкий общественный деятель И.И. Терех. – Из этих семинарий выходят священниками заядлые политиканы – фанатики, которых народ называл «попиками». С церковного амвона они, делая своё каиново дело, внушают народу новую украинскую идею, всячески стараются снискать для неё сторонников и сеют вражду в деревне. Народ противится, просит епископов сместить их, бойкотирует богослужения, но епископы молчат, депутации не принимают, а на прошения не отвечают. Учитель и «попик» мало-помалу делают своё дело: часть молодёжи переходит на их сторону, и в деревне вспыхивает открытая вражда и доходит до схваток, иногда кровопролитных. В одних и тех же семьях одни дети остаются русскими, другие считают себя «украинцами». Смута и вражда проникают не только в деревню, но и в отдельные хаты. Малосознательных жителей деревни «попики» постепенно прибирают к своим рукам. Начинается вражда и борьба между соседними деревнями: одни другим разбивают народные собрания и торжества, - уничтожают народное имущество, (народные дома, памятники – среди них памятник Пушкину в деревне Заболотовцы). Массовые кровопролитные схватки и убийства учащаются. Церковные и светские власти на стороне воинствующих «попиков». Русские деревни не находят нигде помощи. Чтобы избавиться от попиков, многие из униатства возвращаются в православие и призывают православных священников. Австрийские законы предоставляли полную свободу вероисповедания, о перемене его следовало только заявить административным властям. Но православные богослужения разгоняются жандармами, православные священники арестовываются и им предъявляется обвинение в государственной измене» ...Россия и дальше молчит: Дескать, не ее дело вмешиваться во внутренне дела другого государства. Галицко-русские интеллигенты, чтобы удержать фронт в этой неравной борьбе, чтобы содержать свою преследуемую конфискациями прессу и свои общества, облагают себя податью во сто корон и свыше ежемесячно и собирают среди крестьянства средства с помощью так называемой лавины-подати. Против украинской пропаганды решительнее всех реагировала галицко-русская студенческая молодежь. Она выступила против украинской Новой Эры открытым движением - Новым курсом. Галицко-русские народные и политические деятели опасаясь усиления террора, вели все время консервативную, осторожную и примирительную политику с поляками и с австрийскими властями. Чтоб не дразнить ни одних, ни других, они придерживались в правописании официального термина руский (с одним с) и всячески пытались замаскировать свои настоящие русские чувства, говоря молодежи: будьте русским в сердцах, но никому об этом не говорите, а то нас сотрут с лица земли. Россия никогда не заступалась за Галичину и никогда не заступится. Если мы будем открыто кричать о национальном единстве русского народа, Русь в Галичине погибнет навеки. И.И. Терох (1880-1942). Украинизация Галичины. Свободное слово Карпатской Руси, 1960, сент.-октябр. 9/10 (1962, 5-6) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_735.htm А.С. Каревин. Русь нерусская. (Как рождалась «рiдна мова»). Глава 7. Русский погром. Москва 2006; Издательство Имперская Традиция. 224с. http://www.russian.kiev.ua/books/karevin/rusnorus/rusnorus.shtml http://rudocs.exdat.com/download/docs-96677/96677.doc

Ять: Русский погром Одновременно с политикой «кнута» Вена применяла и «пряник». Созданные под руководством украинофилов крестьянские кооперативы получали щедрую государственную поддержку. И наоборот – те кооперативы, в которых не культивировалась «украинская национальная идея», такой помощи лишались. И всё-таки прочно насадить украинство австрийским властям не удавалось. Ярый ненькопатриот М. Павлик (друг И. Франко) в ноябре 1884 года жаловался в польской газете «Курьер львовский», что «москвофильские настроения среди масс галицко-русской народности» намного сильнее украинофильства, а на Буковине и в Угорской Руси вообще «украинского чувства нет и до сих пор». В 1906 году тот же М. Павлик предупреждал, что на всех западно-украинских землях в душе «наших крестьянских масс» дремлет давнее «народное москвофильство», которое вот-вот проснётся. ...Но какими б не были причины, факт оставался фактом: подавляющее большинство коренного населения Галиции исповедовало «москвофильские» взгляды и в национальном отношении считало себя одним народом с великороссами. «Как славянин не могу в Москве не видеть русских людей. А хотя я малорусин, а там живут великорусы; хотя у меня выговор малорусский, а у них великорусский, но и я русский, и они русские» – писал И. Наумович. ...В 1866г. на страницах Слова Наумович выступил с программной статьей под скромным заголовком Взгляд на будущее, в которой едва ли не впервые в печати так определенно заявил, что - все усилия дипломатии и поляков сделать из нас особый народ рутенов-униатов оказались тщетными и что Русь Галицкая, Угорская, Киевская, Московская, Тобольская и пр. с точки зрения этнографической, языковой, литературной, обрядовой - это одна и та же Русь...Мы не можем отделиться китайской стеной от наших братьев и отказаться от языковой, литературной и народной связи со всем русским миром. Статья была подписана Один из многих. Она вызвала отклики не только в австрийской прессе, но также в России, Франции, Германии. В галицкой польской печати она произвела настоящую бурю, так, Газета народова писала в том же 1866 году, что задача правительства может состоять только в том, чтобы уничтожить всякие влияния, которые стараются Галицкую Русь омосковщить. В ответ Наумович в N83 Слова за тот же год писал: Как христианин и как проповедник науки Христовой я не могу не видеть в Москве моих ближних, братьев, не могу их не любить или любить меньше, чем люблю ближних и во Христе братьев в Кракове, Варшаве и Познани. Как Славянин не могу в Москве не видеть русских людей. А хотя я Малорусин, а там живут Великоруссы; хотя у меня выговор малорусский, а у них великорусский, но и я русский и они русские...Старый наш отец Нестор, родом Малорусе, начал летопись свою словами: Се повести временных лет откуду пошла есть русская земля...Под этой русской землей он подразумевал не одну Галицкую или Малую Русь, но всю Русь, весь северо-восток Европы Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине ХІХ вв. Русское движение конца 1860-70-х гг. Деятельность И.Г. Наумовича. М.,2000. с.84 http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html Галицко-русский народ по своему историческому прошлому, культуре и языку стоит в тесной связи с заселяющим смежные с Галицией земли малорусским племенем в России, которое вместе с великорусским и белорусским составляет цельную этнографическую группу, т.е. русский народ, - говорилось в тексте коллективного прошения об официальном признании прав русского языка в Галицкой Руси (сто тысяч таких коллективных прошений из разных концов Галиции были в 1907 году посланы в австрийский парламент). – Язык этого народа, выработанный тысячелетним трудом всех трех русских племен и занимающий в настоящее время одно из первых мест среди остальных мировых языков, Галицкая Русь считала и считает своим и за ним лишь признает исключительное право быть языком ее литературы, науки и вообще культуры Ф.Ф. Аристов. Карпато-русские писатели. Том первый. Исследование по неизданным источникам. Москва 1916 http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб http://bookre.org/reader?file=1337589 19мб http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Как это часто бывает, давление со стороны власти встретило мощное противодействие населения. - Защитники Руси нашли самую сильную опору в массах галицкого народа, – вспоминал активный участник галицко-русского движения В.Р. Ваврик. – Крестьянину трудно было сразу перекреститься с русина на украинца. Ему тяжело было потоптать то, что было для него святым и дорогим. Еще тяжелее было ему понять, почему украинские профессора как-то туманно, хитро и блудно меняют Русь на Украину и путают одно имя с другим (в Галиции, где почти никто не знал наименований «Украина», «украинский», тем более – «украинец», а только «Русь», «русин», «русский», «руський» - украинофилы предпочитали использовать термины «Русь-Украина», «русько-украинский народ» и т.п. – Авт.). Всем своим существом народ осознал, что творится неправда, фальшь, измена…Чем сильнее был напор на Русь, тем упорней становилась ее защита на Карпатах В.Р. Ваврик. Терезин и Талергоф. 1966 http://www.ukrstor.com/talergof/terezin.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_709.htm А.С. Каревин. Русь нерусская. (Как рождалась «рiдна мова»). Глава 7. Русский погром. Москва 2006; Издательство Имперская Традиция. 224с. http://www.russian.kiev.ua/books/karevin/rusnorus/rusnorus.shtml http://rudocs.exdat.com/download/docs-96677/96677.doc

Ять: Карпато-русские писатели Ф.Ф. Аристов. Карпато-русскiе писатели. ИзслЪдованiе по неизданнымъ источникамъ. Въ трехъ томахъ. Томъ первый. Москва 1916 Изображены (слева сверху по часовой стрелке): A.И. Добрянский, Д.И. Зубрицкий, Я.Ф. Головацкий, А.С. Петрушевич, И.Г. Наумович, В.Д. Залозецкий, Н.Л. Устианович, И.Н. Гушалевич, Б.А. Дедицкий, В.И. Хиляк, А.А. Полянский, Ф.И. Свистун, О.А. Марков, Д.А. Марков, М.Ф. Глушкевич, Ю.А. Яворский, О.А. Мончаловский, Д.Н. Вергун, И.И. Процык, В.Ф. Луцык, Г.И. Купчанко, Е.А. Фенцик, И.А. Сильвай, А.Ф. Кралицкий, И.И. Раковский, А.В. Духнович. Предисловие В 1907 году нами было приступлено к собиранию материалов для изследования по неизданным источникам - Карпато-русские писатели. Целью этого труда являлось восполнить пробел в науке путем ознакомления образованного общества с жизнью и деятельностью писателей Карпатской Руси. Обыкновенно историки русской литературы ограничивались разсмотрением жизни и творчества писателей, работавших в России, деятели же общерусской литературы в Карпатской Руси, к великому сожалению, оставались вне поля исследования. Отсюда проистекало явное противоречие: в то время как статистика и этнография устанавливали существование четырех миллионов русского народа в Австро-Угрии, история литературы, замалчивая факты литературного развития Карпатской Руси, как бы отвергала неопровержимые данные статистики и этнографии! Односторонность и неправильность такого явления нужно прежде всего объяснять тем, что в России историческая наука, а вместе с нею и история литературы, все еще находятся под сильным влиянием принципа государственности в ущерб идее народности. В русском обществе, а также и в науке, было слабо развито сознание того, что этнографические границы русского народа идут дальше политических границ русского государства и что русские живут как в России, так и в Австро-Угрии. История русской литературы должна представить ход литературного развития всего русского народа (следовательно и четырех миллионов русских галичан), а не только его главной массы, живущей в пределах России. В своем трехтомном изследовании мы дали биографии и характеристики всех выдающихся писателей общерусского направления Галицкой, Буковинской и Угорской Руси. В качестве введения ко всему труду предпосланы очерк - История Карпатской Руси, с древнейших времен и до наших дней, а заключением, обобщающим все исследование, служит статья - История общерусской литературы в Карпатской Руси. При разсмотрении жизни и творчества карпато-русских писателей мы заботились о том, чтобы были приведены следующие историко-литературные данные: 1) Биография или автобиография (необходимо при этом отметить, что все автобиографии по большей части написаны специально для нашего изследования). 2) Разбор важнейших произведений с приведением из них выдержек. 3) Отзывы критики о данном писателе. 4) Общая оценка писателя с определением его значения в общем ходе литературного развития Карпатской Руси. 5) Полный перечень сочинений писателя (что являлось особенно кропотливой работой, представляющей продолжение, за последние 20 л., — известного труда И.Е. Левицкого - Галицко-русская библиография). 6) Указатель всей литературы о писателе (наглядно показывающий, насколько данным автором интересовались историки литературы). 7) Кроме того, обращено большое внимание на то, чтобы, по возможности, привести в изследовании все портреты данного писателя в разные периоды его жизни. Содержание трехтомного изследования следующее: Том I. История Карпатской Руси. Д.И. Зубрицкий. А.В. Духновичъ. Н.Л. Устианович. Я.Ф. Головацкий. И.И. Раковский. А.И. Добрянский-Сачуров. А.С. Петрушевич. И.Н. Гушалевич. Том II. И.Г. Наумович. Б.А. Дедицкий. И.И. Шараневич. В.Д. Залозецкий. О. Анатолий Кралицкий. И.А. Сильвай. В.И. Хиляк. Е.А. Фенцик. Ф.И. Свистун. О.А. Марков. Г.И. Купчанко. В.О. Щавинский. А.А. Полянский. Том III. O.A. Мончаловский. В.Ф. Луцык. И.И. Процык. Д.А. Марков. Д.Н. Вергун. Ю.А. Яворский. М.Ф. Глушкевнч. История общерусской литературы в Карпатской Руси. Одновременно с исследованием Карпато-русские писатели нами было предпринято издание многотомной Библиотеки карпато-русских писателей, представляющей уже не биографии-характеристики деятелей общерусской литературы в Карпатской Руси, а самые сочинения карпато-русских писателей. Карпато-русские писатели отразили в своих сочинениях идею национально-культурного единства русского народа, т.е. тот основной факт нашей истории, который известен под именем - собирания Русской Земли. По горькой иронии судьбы, собирание русской территории в свое время как раз не коснулось Карпатской Руси, которая в течение всей своей истории постоянно ратовала за эту идею. Известно, что первый митрополит Московский - Петр, внушивший московским князьям мысль о необходимости собирания всей Руси, был родом из Галичины, которая воспитала в нем любовь к русской национальной идее. С тех пор и до настоящего времени идея общерусского национально-культурного единства являлась основным фактором всей общественной жизни Карпатской Руси, где даже разделение на два главных политических течения было основано на этом принципе: русофилы выступал как убежденные поборники единства, украйнофилы же, наоборот, стояли за сепаратизм. Выдающиеся карпато-русские писатели, хотя и касаются в своих произведениях местных тем, однако, при этом постоянно стремятся показать важность идеи обще-русского национально-культурного единства, почему их сочинения имеют огромное воспитательное значение и должны быть своего рода национальным катехизисом для каждого русского человека. Действительно, стоить только хотя бы в самых общих чертах, ознакомиться с характером сочинений писателей Карпатской (Галицкой, Буковинской и Угорской) Руси, чтобы увидеть, сколько в этих произведениях заключается для русского общества нового, интересного и в высшей степени поучительного. Первым по времени карпато-русским писателем общерусского направления является Д.И. Зубрицкий, написавшей Историю древнего галичско-русского княжества, которая познакомила русских галичан с их историческим прошлым и положила начало историческому изучению Галицкой Руси. Рядом с Д.И. Зубрицким работают его ученики: Я.Ф. Головацкий, поэт, этнограф, историк литературы и языковед, напечатавший четырехтомное собрание Народных песен Галицкой и Угорской Руси, а также А.С. Петрушевич, неутомимый русский историк и археолог, написавший несколько сот сочинений, в числе которых почетное место занимает его шести-томная Сводная галичско-русская летопись; за свои ученые заслуги автор был избран почетным членом русской Академии Наук. Одновременно с Галичиной совершается национальное возрождение и Угорской Руси, где работают: А.И. Добрянский-Сачуров, человек энциклопедического образования, политический вождь угро-руссов и выдающейся писатель; А.В. Духнович, поэт, драматург, историк и педагог, деятельность которого составляет целую эпоху в истории Угорской Руси, и священник И.И. Раковский, которому принадлежит заслуга широкого распространения общерусского литературного языка в угро-русской журналистике, а также воспитание целого поколения в русском национальном духе и преданности восточному христианству; после смерти И. Раковского воспитанное им поколение угро-руссов открыто перешло из унии в православие. Вслед за учеными и народными деятелями выступают и поэты; так, в Галицкой Руси пишут стихи: Н.Л. Устианович и И.Н. Гушалевич, которые в своих произведениях стремились очищать галицко-русское наречие от чужеземных слов и выражений и тем самым сближать его с общерусским, литературным языком. Высшей точки развитая достигает литературное движение в лице И.Г. Наумовича, который написал несколько сот сочинений публицистического, повествовательного и популярно-научного характера, был депутатом Львовского сейма и Венского парламента и еще при жизни получил почетное название Просветителя Галицкой Руси. В 1861 году возникла во Львове большая политическая газета Слово, выходившая первые десять лет под редакцией Б.А. Дедицкого, неутомимого журналиста, писателя, поэта и народного деятеля. На поприще журналистики выдающиеся заслуги принадлежать О.А. Маркову, издававшему ряд газет, литературных сборников и отдельных сочинений карпато-русских писателей. Брать его - Д.А. Марков тоже известен как талантливый публицист, много сделавший для распространения общерусского языка в Галичине, а кроме того, в качестве депутата, произнесший впервые речи на русском литературном языке в Венском парламенте — 27 июня (9 июля) 1907 года и во Львовском сейме — 1 (14) февраля 1914 года. Живым звеном, соединяющим галицко-русскую журналистику с остальной славянской был В.О. Щавинский, ежедневно помещавший в газете Прикарпатская Русь, Письма из Вены, которые знакомили русских Галичан с общественной и парламентской деятельностью славян в Вене, отличались хорошим языком и были проникнуты непоколебимою верою в торжество русско-славянской национальной идеи. В Угорской Руси общерусская литература имеет в этот период таких представителей, как о. Анатолий Кралицкий, весьма разносторонний и плодовитый писатель, оставивший после себя ряд сочинений по русской истории и разсказов из народной жизни; И.А. Сильвай (Уриил Метеор), самый выдающийся угро-русский беллетрист; Е.А. Фенцик, поэт и журналист, основатель и редактор журнала Листок, выходившего в течение 19 лет. В Буковине в это время работал Г.И. Купчанко, издававший в Вене журналы Русская Правда и Просвещение и написавший много сочинений популярно-научного и повествовательного характера. Научное течение представляют в Галицкой Руси И.И. Шараневич, проф. австрийской истории во Львовском университете и автор целого ряда трудов по истории и археологии Галичины, и Ф.И. Свистун, ученый всестороннего образования, работающий в областях русской истории, литературы, педагогики и публицистики, а кроме того, принимающей самое видное участие в общественной жизни, состоя одновременно директором библиотеки Народного Дома и председателем Общества имени Мих. Качковского. Разсказы из народной жизни писали: В.Ф. Луцык (Бодак Музыка), И.И. Процык (Иван Кум) и особенно В.И. Хиляк (Иероним Аноним), произведения которого изданы в пяти книгах и являются любимым чтением русских галичан. Народную жизнь изображает также А.А. Полянский (Недолев), которому принадлежит кроме того большая заслуга в деле развития в Галицкой Руси драматической литературы и введения по деревням любительских народных театров. Первое место среди беллетристов занимает В.Д. Залозецкий, отпраздновавший в 1910 голу 50-летний юбилей своей литературной деятельности. Русские галичане издали, по общенародной подписке, ко времени юбилея три тома его сочинений; последний же (четвертый) том выйдет в Москве. Самым выдающимся публицистом является О.А. Мончаловский, неутомимый труженик на поприще русской литературы, издававший журналы Страхопуд и Беседу и принимавший видное участие в Галичанине и Литературном Сборнике Галицко-Русской Матицы, а также работавший во всех крупных львовских русско-народных организациях (Полное собрание его сочинений будет напечатано в Москве). Литературная критика представлена в лице Ю.А. Яворского, автора ряда стихотворений, очерков и разсказов, отличающихся красотою языка, а кроме того, постоянно работающего в области изучения южно-русской словесности, причем отдельные его сочинения издает русская Академия Наук. Поэзия нашла прекрасное выражение в стихах Д.Н. Вергуна и М.Ф. Глушкевича. Первый поэт касается главным образом национальных тем, второй же - посвящает больше внимания любовной лирике. И Червонно-русские отзвуки Д.Н. Вергуна, и Мелодии М.Ф. Глушкевича были очень сочувственно встречены критикой, которая отметила в этих сборниках наличность безспорного таланта, оригинальность содержания и красоту языка. Таким образом, Карпатская Русь со времени своего национального возрождения 1848г., т.е. в течение всего полустолетия, дала целую плеяду выдающихся писателей, с которыми уже успели познакомится не только славяне, но и все культурные народы Запада. Теперь очередь за русским обществом, для которого эти писатели не иностранные, а свои же, родные. Пора заполнить пробел в нашем образовании и тем самым доказать, что труд карпато-русских писателей не был только для одной Карпатской Руси: ведь они писали свои сочинения, имея в виду весь русский народ от Карпат до Камчатки. Великая война 1914 года имеет для России то огромное значение, что, с присоединением Галицкой Руси, завершилось дело собирания русских земель, начатое еще при Иване Калите. Прежде чем наступило политическое обьединение, оно уже было подготовлено в идейном отношении, благодаря самоотверженной литературной и народной деятельности карпато-русских писателей. Труд карпато-русских писателей настолько значителен, что заслуживает самого подробного ознакомления со стороны русского образованного общества. Будем верить, что в России карпато-русских писателей, наконец узнают, а узнав оценят и полюбят... Москва май 1916г. Ф.Ф. Аристов Федор Федорович Аристов. Карпато-русские писатели. Том первый. Исследование по неизданным источникам. Москва 1916 http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб http://bookre.org/reader?file=1337589 19мб В заключение я приведу слова галицко-русского народного гимна, который распевают наши русские братья в борьбе за свою русскую веру и народность. Этот гимн я думаю не чужд будет и нашим русским сердцам. Вот его слова: Пора, пора за Русь Святую Идти на бой сынам, ура. Пора за Русь неразделиму Вставать нам всем против врага. Бог нам поможет, Бог есть с нами, Вставай, народ, уже не спи, Смело ступай отцов следами И вeру русскую храни. http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm

Ять: Карпато-русские писатели Ф.Ф. Аристов. Карпато-русскiе писатели. ИзслЪдованiе по неизданнымъ источникамъ. Въ трехъ томахъ. Томъ первый. Москва 1916 Изображены (слева сверху по часовой стрелке): A.И. Добрянский, Д.И. Зубрицкий, Я.Ф. Головацкий, А.С. Петрушевич, И.Г. Наумович, В.Д. Залозецкий, Н.Л. Устианович, И.Н. Гушалевич, Б.А. Дедицкий, В.И. Хиляк, А.А. Полянский, Ф.И. Свистун, О.А. Марков, Д.А. Марков, М.Ф. Глушкевич, Ю.А. Яворский, О.А. Мончаловский, Д.Н. Вергун, И.И. Процык, В.Ф. Луцык, Г.И. Купчанко, Е.А. Фенцик, И.А. Сильвай, А.Ф. Кралицкий, И.И. Раковский, А.В. Духнович. Вышедший из печати первый том Карпато-русские писатели вызвал восторженные отзывы у крупных учёных лингвистов и славистов: А.Л. Погодина, А.И. Покровского, К.Я. Грота, И.А. Минчинко, Т.Д. Флоринского, М.Н. Cперанского, Ю.А. Яворского, Е.У. Калужняцкого, Ф.И. Свистуна. Профессор Харьковского университета Александр Львович Погодин писал: Автор его задался целью проследить развитие среди русских галичан того политического и литературного направления, которое стремилось связать национальное сознание галичан с общерусским и сделать русский литературный язык господствующим в Галиции. В продолжение многих десятилетий эти люди мечтали о том времени, когда Галиция присоединится к России, и, сохраняя лояльность по отношению к Австрии в существующих тогда политических отношениях, они упорно работали над объединением русского населения Галиции и Венгрии с русским народом в области церкви и языка… Зубрицкий, Головацкий, Добрянский, Петрушевич, деятельности которых, главным образом, посвящен первый том исследования Ф.Ф. Аристова, - все это были крепкие, как дубы, люди, дожившие до глубокой старости и выносившие на своем веку такие грозы, такие бури, которые смяли бы менее устойчивые натуры… Патриотизм этих людей, смело бросающих свои обвинения в лицо господствующим в Венгрии мадьярам, в Галиции полякам и немцам, так же вызывает почтение, как и их проницательность. Одним из первых был Головацкий, закончивший свои дни в России, собиратель знаменитого сборника русских песен, издатель Русалки Днестровой, которая, появившись в 1837 году, послужила основанием русско-галицкого литературного возрождения. Помимо чисто научных и литературных работ, в которых Головацкий проявил редкую неутомимость, он имел огромное значение для современников и соотечественников, как деятель, вечно будящий энергию и веру в будущее… Еще значительнее более крупный государственный деятель Австрии, вождь русского народа в Венгрии - Добрянский...Его идея о национальных отношениях, его взгляды на значение мелких народностей, его учение об общеславянском языке заслуживают специального исследования... Вслед за крупными вождями шли меньшие, готовые положить свою душу за свою веру и, действительно, клавшие ее. Беспощадное преследование православия в Венгрии перед войной, известные процессы Кабалюка и др. свидетельствуют об этом. События войны бросили тысячи этих людей, веривших в Россию и гонимых у себя дома и австрийской властью, и - своими заклятыми домашними врагами - украинцами Грушевского, - бросили их к нам...(Журнал Русская Свобода. Петроград-Москва. 1917. N22-23). О выходе из печати первого том Карпато-русские писатели Ф.Ф. Аристова, выходец из Галичины журналист А.В. Копыстянский сообщал читателям: Издавая свой труд, автор руководился не только желанием восполнить пробел в истории русской литературы, которая, по его мнению, - должна представить ход литературного развития всего русского народа (следовательно, и четырех миллионов русских галичан), а не только его главной массы, живущей в пределах России. Он принимал во внимание еще другие, важнейшие соображения. Выдающиеся карпато-русские писатели хотя и касаются в своих произведениях местных тем, однако, при этом постоянно стремятся показать важность идеи общерусского национально-культурного единства, почему их сочинения и должны быть своего рода национальным катехизисом для каждого русского человека... Автор подчеркивает те моменты в их жизни, когда они, воспитываясь в школах с преподаванием на немецком и мадьярском языках, чуть не погибли в национальном отношении под давлением чуждых им культур. Он обращает внимание читателей на те факты, которые пробуждали в их сердцах любовь к Святой Руси и еще в юности заставляли их мечтать о неусыпном труде в пользу русской идеи. Хотя отношение этих людей к австрийскому правительству было вполне лояльным, и деятельность их происходила в строго законных рамках, тем не менее они не избегли преследований. Значение деятельности этих людей - велико. Они не только словом и пером пробуждали у своих земляков чувство русского самосознания, но своим примером самоотверженной работы и стойкости убеждений не дозволяли потухнуть русской свече на склоне Карпатских гор. (Исторический Вестник. Петроград. 1917. N4.). Не осталась в стороне и Российская Академия Наук удостоив труд Федора Федоровича Аристова Шахматовской премией и медалью, признав тем самым огромный вклад учёного в славяноведение. - (В. Разгулов. Выдающийся русский славист-карпатолог. Календарь Общества им. А. Духновича. Ужгород. 1995. с.35). Валерий Разгулов. Ф.Ф. Аристов и Карпатороссия. 2001, с.20-22 http://libinfo.org/?id=10610 2.1.Мб 100с. Федор Федорович Аристов. Карпато-русские писатели. Том первый. Исследование по неизданным источникам. Москва 1916 http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб http://bookre.org/reader?file=1337589 19мб В заключение я приведу слова галицко-русского народного гимна, который распевают наши русские братья в борьбе за свою русскую веру и народность. Этот гимн я думаю не чужд будет и нашим русским сердцам. Вот его слова: Пора, пора за Русь Святую Идти на бой сынам, ура. Пора за Русь неразделиму Вставать нам всем против врага. Бог нам поможет, Бог есть с нами, Вставай, народ, уже не спи, Смело ступай отцов следами И вeру русскую храни. http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: В Карпаты, в Карпаты, где спит Святогор, откуда виднеется русский простор - ДиМитрий Вергун В настоящее время, время ожесточенной борьбы за русскую народность, в Галицкой Руси, время национальных лжеучений, сбивающих с верного народного пути неопытную молодежь и доведших их последователей до изменнического отречения не только от единства с русским народом, но даже от священного имени Русь, исторические идеалы русского народа приобретают великое значение. Они, как путеводные звезды, освещают бурное житейское море и руководствуют мыслями и деяниями людей, преданных русской народности и любящих свою родину. Лучшие сыны русского народа вылили свою любовь к Руси в художественных произведениях, которые, как яркие светила, блещут в русской литературе. Мы и напечатали в сем сборнике выдающиеся памятники поэтического творчества русских писателей, посвященные любви к родине, дабы юным русским галичанам, ищущим возвышенного и благородного, указать путь к достижению их стремлений. Может-ли, однако, быть что-либо возвышеннее, благороднее и непорочнее, чем любовь к святой Руси? Чувство этой любви выражено искренне и горячо в стихотворениях, напечатанных в этом сборнике. В них читатель найдет целое созвучие чувств, волнующих верного, любящего сына Матери-Руси: тихие, спокойные мотивы, задумчиво-грустные молитвенные мысли, тяжелую и глубокую тоску, восторженный призыв к взаимной любви и дружной работе и торжественные гимны сознания мощи русского народа и его будущих великих судеб. Вместе с тем юные русские галичане найдут в сборнике прекрасные образцы русской художественной поэзии, примеры правильной и изящной формы стихотворений и богатый материал для изучения русской литературной речи. Да принесет-же эта книжечка русскому юношеству в Галицкой Руси желательную и наибольшую пользу: одушевит восторженных, ободрит унывающих, убедит сомневающихся, утвердит колеблющихся, исправит заблудших и всех оплодотворит искреннюю, бескорыстною любовью к святой Руси, побуждая к неутомимой и самоотверженной деятельности в ея пользу. Подобное собрание русских художественных произведений появляется впервые в Галицкой Руси. Да достигнет-же оно своей цели, выраженной певцом горя русского народа, Н.А. Некрасова, в следующих стихах: И ангел милосердия Не даром с чудной песнею Над юношей витал. Года ученья минули, И юноша отмеченный Печатью дара божьего, Стал пылким и восторженным Певцом освобождения Униженных, обиженных На всей святой Руси Собрал и издал для галицко-русской молодежи О.А. Мончаловский, Львов, типография Ставропигийского института,1905 Запевка Л.А. Мея Ох, пора тебе на волю, песня русская, Благовестная, победная, раздольная, Погородная, посельная, попольная, Непогодою-невзгодою повитая, Во крови, в слезах крещенная - омытая! Ох, пора тебе на волю, песня русская! Не сама собой ты спелася-сложилася: С пустырей тебя намыло снегом, дождиком, Нанесло тебя с пожарищ дымом-копотью, Намело тебя с сырых могил метелицей! Гимн Н.А. Некрасова Господь! Твори добро народу, Благослови народный труд, Упрочь народную свободу, Упрочь народу правый суд! Чтобы благия начинанья Могли свободно возрасти, Разлей в народе жажду знанья И к знанью укажи пути! И от ярма порабощенья Твоих избранников спаси, Которым знамя просвещенья, Господь! Ты вверишь на Руси! А.С. Пушкину Д.Н. Вергуна Им хорошо, певцам Руси державной, Им гениев своих не трудно восхвалять! По образцам певцов плеяды славной Легко им песни петь, легко их и слагать! Но нам, сынам Руси той подьяремной, Что век шестой уже ярем чужой влачит, Нам, рвущимся на свет из тьмы тюремной, Где нам учится петь, нас кто-же вдохновит? И мы поем нескладно и как знаем, И трудно нам ласкать песнолюбивый слух, Но в песнях наших свято сохраняем Огонь любви к Руси и святорусский дух! Тот свет, что Владимир-князь По всей Руси зажег, Тот дух - на нашей родине Давным давно бы мог Погаснуть, улетучиться... И в копоти чужой Не раз уж задыхался он... Но всякий раз живой Пахнул дух русский в нашу Русь - И ожил, не потух, И вспыхнул ярким пламенем Наш святорусский дух! Пахнул раз дух Хмельницкого, Козаков удалых, Потом и Гонта мстительный Приободрил родных, - А там пришли будители, Вдохнули в наш народ Тот дух, которым до сих пор Он дышет и живет... И крепнет Русь Червонная, И не погибнуть ей, Пока стомиллионная Там Русь стоит за ней! - Едина, неделимая - Храни святой завет, Стой, стой, непобедимая, И обнови весь свет! У Межигорского Спаса (монастырь под Киевом, бывшая приходская церковь запорожских козаков) В.Ф. Луцыка (Бодака Музуки) Видишь-ли Ты, Чудотворный, Кто здесь бьет поклоны? Знаешь-ли Ты, чьи днесь слышны Мольбы да и стоны? И чия свеча икону Твою озаряет, Кто молитву от души недр К Тебе посылает?.. Знаешь-ли Ты?..Прикарпатских Я пределов житель; Скорбь меня в Твою святую Пригнала обитель. Скорбь пригнала и надежда В Твоих чудес силу, Что не дашь нас, живых, класти В сырую могилу... Защити нас!..Вот сын предков Пред Тобою в прахе, Тех, что кровь несли за веру, Головы на плахи; Тех, что мощную рукою Врагов покоряли, И для Руси славы, чести, Воли добывали, Клали злато на престол Твой, Жемчуги, саиты, И умели буйны чубы Пред Тобой корити... Я, сын предков тех могучих, Голодный и голый!.. У меня нет сребра, злата На Твои престолы: Не замету буйным чубом Праха пред Тобою: Злато...взято - чуб...оборван Вражею рукою, На челе-же - вместо венка, Древней предков воли - Начертано рабство знамя, Горя и недоли... Но Ты моей не стыдися Рубахи дырявой! Ведь не я ее замарал Рабскою неславой... Ведь в моей-же груди томной Тот-же огнь пылает, Пред которым враг всесильный Трусит, убегает; Ведь в моем-же сиром сердце Та-же предков вера, Насажденная рукою Князя Владимира; Ведь в моем-же слезном взоре Та-же гордость тлеет, Пред которой палач даже Трепещет, немеет... Не стыдися, Чудотворный! Я ведь сын народа, Что сберег свой прапор русский От рода до рода, И днесь взор свой с упованьем К Тебе обращает, Солнце доли в окно хаты Своей ожидает. И молится, уповая В Твоих чудес силу, Что не дали нас, живых, класти В сырую могилу... Друзьям М.Ф. Глушкевича Когда, друзья, мечтами опьяненный, Я ваших весь заслушаюсь бесед, Тогда пред вашим кругом преклоненный, Твержу вам мой восторженный привет: Вперед, вперед, герои молодые, Ставайте под родное знамя в ряд, Любви, науки меч и щит святые Пусть славой родину нам озарят! Пусть труд, тот гордой вольности родитель Страстям, безволью, лжи живой укор, Приемлет вас в священную обитель, На вас направит прочих братьев взор! Бодритесь духом, силы призывайте, Пусть силу духа освятит любовь, Свободой гордые главы склоняйте Пред верой в счастье будущих веков! Заветные слова святой отчизны: За Русь и за свободу, жизнь и труд - Пусть, наконец, трудами нашей жизни, В желанный, прочный подвиг, возрастут! А ты, великий, мощный, неизменный, Ты, русский дух, свой храм благослови И юный жар дружины вдохновенной Огнем святых порывов оживи! О.А. Мончаловский. Родина. Сборник избранных русских стихотворений http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_689.htm Осип Андреевич Мончаловский (1858-1906) Димитрий Николаевич Вергун (1871-1951) Владимир Федорович Луцык (1859-1909) Мариан Феофилович Глушкевич (1878-1935) см. Василий Романович Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Первая мировая война. Талергоф 1 августа 1914г. (все даты по новому стилю) Германия объявила войну России. И тотчас же началась кампания беспощадного террора против русского населения Галичины, против всех, кого только можно было заподозрить в симпатиях к России. Тюрьмы наполнились заключенными, край - виселицами. Интенсивно заработали военно-полевые суды. Период Первой мировой войны, вероятно, самый тяжкий период в истории русского движения в Галичине. Это период массового, физического уничтожения русских галичан, казней, издевательств, насилий. Были созданы концлагеря, концлагерь в Штирии Талергоф, предшественник гитлеровских лагерей стал символом этого страшного времени. Страшного не только насилиями, чинимыми австрийской администрацией и военщиной над ни в чем не повинными законопослушными мирными жителями, но и тем, что беспощадными врагами русских галичан были свои же, галичане украинского направления, которые готовили заранее списки неблагонадежных [127, вып.2, с.21], по доносам которых хватали невинных [напр., см.127, вып.1, с.142, 143, 148 и мн.др.]. - В самом начале этой войны, - пишет И.И. Терех, - австрийские власти арестуют почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперед заготовленным и переданным административным и военным властям украинофилами, сельскими учителями и попиками [129, с.8]. И.И. Терох (1880-1942). Украинизация Галичины. Свободное слово Карпатской Руси, 1960, сент.-октябр. 9/10 (1962, 5-6) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_735.htm Многочисленные воспоминания оставшихся в живых жертв террора говорят о том, что каинова работа своих же вызывала особый ужас и отвращение. Мобилизация началась 31 июля 1914г. В ночь с 30 на 31-е были арестованы депутат парламента доктор прав Д.А. Марков, юрист, также доктор прав Кирилл Сильвестрович Черлюнчакевич, бывший адвокатом на процессе Бендасюка. В эту же ночь была арестована Наталия Юлиановна Несторович, руководительница женского пансиона в Перемышле, автор газетных очерков по русской литературе. Первых двух ждал процесс о государственной измене, так называемый Первый Венский, а девушку - концентрационный лагерь Талергоф. За арестом первых троих последовал массовый террор против русских галичан. Хватали как подозрительных всех, кого можно было заподозрить в каких-либо симпатиях к России, русской культуре - достаточно было кода-то побывать в России, быть членом читальни Общества им. М. Качковского, читать русскую газету, а то и просто слыть руссофилом или назвать свой, родной язык russische Sprache. Иногда, чтобы прослыть шпионом, достаточно было посмотреть на проходившие войска - так был заколот стоявший в своем саду крестьянин Григорий Вовк, в селе Бортниках жандармы арестовали и увели четырех 10-летних мальчиков за то, что они смотрели на проезжавший поезд [127, вып.1, с.35]. С 18 августа началось наступление русских войск. Казни приняли массовый характер, во всех случаях предусматривалось - сокращенное судопроизводство - и публичные казни [127, вып.1, с.29]. Корреспонденту Утра России Михаилу Ратову крестьянин из Городецкого уезда рассказывал о расстрелах в Городе: Вот видите, на этих деревьях перед окнами висели заподозренные в руссофильстве. Так прямо на деревьях вешали. Сутки повисят, снимут - и других на них же вешают...А тут за углом учителя расстреляли. Поставили к стене, а напротив 5 солдат с ружьями...Здесь, на этом месте, со связанными назад руками, подкошенный пулями свалился несчастный - по доносу шпиона. А шпионов развели австрийские власти массу. На заборах, стенах - всюду висели объявления с расценками: за учителя - столько-то, за священника - столько-то, за крестьянина цена ниже и т.д. [127, вып.1, с.40]. В том же Городецком уезде, как рассказал И.В. Вовк, было казнено без суда 60 крестьян, в селе Залужьи было расстреляно 5 крестьян, в селе Поречьи - 6, в Зушицах повешено 16, в Каменоброде казнено 55 человек и т.д. - это только в одном уезде...[127, вып.1, с.40 - 43]. 4 августа 1914 г. был арестован только что выпущенный из заключения, оправданный львовским судом о. Максим Тимофеевич Сандович, отдыхавший после процесса у своего отца крестьянина на Лемковщине. Вскоре арестовали также его отца и жену. 6 сентября без суда и следствия по приказу ротмистра жандармерии рано утром он был расстрелян на площади в Горлицах на глазах старого отца и беременной жены, специально приведенных в камеры, выходящие окнами на место казни. Православный священник-мученик, погибший со словами: Да живет русский народ и святое православие!, канонизирован Польской православной церковью. Родившийся в Талергофе его сын, тоже Максим, стал православным священником, как и отец [127, вып.1, с. 176-183]. Все русские общества во Львове с началом военных действий были закрыты [127, вып.1, с.82]. Тюрьмы все более переполнялись заключенными - к 28 августа только во Львове оказалось около 2 тысяч узников, - опасных для государства москвофилов [127, вып.1, с.27]. Жертвы террора располагались в разных местах заключения, но их катастрофически не хватало и с начала сентября 1914 года в Штирии был организован огромный концентрационный лагерь Талергоф. Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине ХІХ вв. Глава 13. Первая мировая война. Талергоф. М.,2000. с.140-143 http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html В.Р. Ваврик. Терезин и Талергоф. 1966 http://www.ukrstor.com/talergof/terezin.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_709.htm

Ять: Первая мировая война. Талергоф Впервые книга узника Австро-Венгерского концентрационного лагеря Талергоф Василия Романовича Ваврика была переиздана нами в 2001 году. Эта книга-предупреждение. Предупреждение о том, что мазепинская идеология, согласно которой украинцы не только никогда не были важнейшей составляющей русского мира, но боролись с ним, были враждебные ему, будучи сфабрикованной, лживой и абсурдной, но не будучи опровергнутой, будет распространять свое влияние дальше на Восток Украины. Издавая книгу в 2001 году, мы не питали иллюзий о том, что она перевернет сознание жителей Галиции, что они, узнав правду о своем русском прошлом, прозреют и вернуться к нему. Нет, мы пытались достучаться до тех, кто на землях Центра и, тем более, Востока Украины (Донбасса, Крыма Новороссии) способен слышать, думать, понимать, тех, кто чувствует ложь пропаганды о вековой борьбе Московской и Киевской Руси, о мнимом порабощении последней первой. Мы хотели и хотим дать, кто интуитивно чувствует эту ложь, правдивые и достоверные исторические знания об общерусском национально-культурном единстве. Но силы были неравны. Пока Россия и русские просыпались, вновь обретали и осознавали свою идентичность, свои права, свою историческую субъектность и православную религиозную миссии, те, кто создает из Украины антироссийский Пьемонт, действовали и наступали. На одну нашу книжку и несколько книг, изданных по данной проблематике Михаилом Смолиным, приходятся сотни книг, учебников, программ, фильмов, доказывающих прямо противоположное. Временная победа оранжевой революции в 2004 году продемонстрировала тот факт, что граница распространения мазепо-бандеровской мифологии и идеологии Украины как антиРоссии передвинулась из Галиции на восток, захватила центральные области Украины и Киев. Киев становился Львовом все годы незалежности - галицийские идеологи знали, что материя отнюдь не первична, спокойно отдавали днепропетровским менеджерам экономику, но занимали ключевые посты в сфере образования, культуры, идеологии, религиозной политики, СМИ. Ковали свою элиту. В итоге к 2004 году гуманитарный класс и медиа сообщество Киева-матери городов русских, был на стороне оранжевых. В результате оранжевой революции 2004 года русскоязычный Киев стал Львовом. Львовская идеология стала государственной. Президент Ющенко добился принятия Закона о голодоморе, согласно которому этот большевистский социоцид признается геноцидом внес в Верховную Раду еще один законопроект об уголовной ответственности за отрицание голодомора как геноцида украинской нации. Ющенко не просто поддерживает церковные расколы, как это делали его предшественники - Кравчук и Кучма, а создает Рабочую группу при своем Секретариате, целью которой является разрыв последней и самой главной связи Киевской и Московской Руси-духовной, отрыв Украинской Православной Церкви от Московского Патриархата. Теперь битва за умы, за историческую правду, за самосознание переместилась на Юго-Восток, Донбасс, Крым и Новороссии, исторически великорусские земли, переданные УССР большевистской властью. Главная задача оранжевой власти - их ассимиляция и дерусификация. Нам возразят - это же невозможно, Севастополь - это город русской славы. На что придется сказать необходимую правду. К сожалению, возможно. В конце девятнадцатого века Львов тоже был городом русской славы, десятки тысяч исповедников Православия и русских патриотов Червонной (Галицкой) Руси шли на крест, на плаху за право считать себя православными и русским. Но в итоге Львов стал антирусским Пьемонтом. А Киев, где еще перед большевистским переворотом мысль о нерусскости Киева и отделении от России считалась бредом. Из этого следует, что автоматически, в силу традиции и исторической памяти, религиозное и национальное самосознание сохранить невозможно. Побеждают пассионарии, тем, кто знает свои цели и имеет волю их реализовывать. Галиция победила потому что она религиозна и идеократична. Ее религиозность оппозиционна православной, она дает своим носителям пусть ложные, но цели и смыслы...Кирилл Фролов. Геноцид карпато-русских москвофилов - намеренно замолчанная трагедия XX века: воспоминания узника концентрационного лагеря Талергоф Василия Ваврика. Москва, 2007, 144с. http://www.e-reading.mobi/book.php?book=1014073 В.Р. Ваврик. Терезин и Талергоф. 1966 http://www.ukrstor.com/talergof/terezin.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_709.htm

Ять: Первая мировая война. Талергоф В то время, когда славяно-русский табор считал своим священным долгом беречь и отстаивать историческое имя своих предков, имя Руси, озаряющее на протяжении долгих столетий хижины многомиллионного русского народа, лагерь германофильского направления, к большому удивлению самих врагов Славянства, с легким сердцем отказался от своего исторического русского имени, забросал его насмешками и грязью, заменил его областным в Прикарпатье чуждым понятием Украина и вместе с немцами принялся всех и все, что носило печать Руси, преследовать и уничтожать. Это разделение становилось все шире и глубже, и неминуемо должен был произойти разрыв. С внезапным взрывом войны славянского мира с германским миром разыгрались сцены, о которых одно воспоминание заставляет стынуть кровь в жилах... Талергоф (нем. Interniertenlager Thalerhof, 4 сентября 1914 - 10 мая 1917) - концентрационный лагерь, созданный властями Австро-Венгерской империи в первые дни Первой мировой войны. Располагался в песчаной долине у подножия Альп, возле Граца, главного города провинции Штирия. Один из первых концентрационных лагерей в мировой истории XX века, первый в Европе. Сюда были депортированы жители Галиции и Буковины, симпатизирующие или предположительно симпатизирующие России, высланные из Галиции по заявлениям поляков и украинофилов. Всего через Талергоф с 4 сентября 1914 года до 10 мая 1917 года прошло не менее 20 тысяч пророссийски настроенных галичан и буковинцев, только в первые полтора года погибло около 3 тысяч заключённых. Первый транспорт в составе 2000 человек обоего пола прибыл 4 сентября 1914 года из Львова. Четверо суток держали людей под открытым небом, окружив узников живым кольцом жандармов и солдат. Заключенными были, по свидетельству священника Феодора Мерены, пережившего Талергоф, - люди разных сословий и возрастов. Были там священники, прелаты, адвокаты, судьи, доктора, преподаватели, частные и государственные чиновники, учителя, крестьяне, мещане, псаломщики, писатели, студенты, актеры, военные судьи, военные священники -, все русские галичане, за исключением незначительного процента румын, цыган, евреев, поляков, мазепинцев и 3 блудниц из Перемышля...По возрасту Талергофская публика была также весьма разнообразна, начиная почти столетними стариками (прелат Дольницкий 94 л.) и кончая грудными младенцами. В отхожие места интернированные сопровождались конвоем. Не было тут различия между мужчинами и женщинами. Естественные потребности отправлялись по команде, а не успевших справляться прокалывали штыками... http://www.ukrstor.com/talergof/almanah3_uznik.html ...Предвестником воспоминаемых ужасов был ряд политических процессов в Галичине, Буковине и Угорской Руси, начиная с 80-ых годов XIX столетия. Обвиняемые русские люди оправдывались коронными судами за неимением доказательств, ибо исповедывание культурного и национального единства галицко-русской ветви с остальным русским миром не подлежало наказанию по австрийским законам. Как видим, почва к обговариваемым событиям подготовлялась австрийским правительством зарание. В Прикарпатском Крае живут три племена: русское, польское и еврейское. Каждое из них пропитано разною культурой, характером и особенностями. Евреи устраивают свое благополучие на экономическом порабощении ими поляков и русских. Поляки, собственно их духовенство и шляхта проникнуты культурными налетами западной Европы стараются устроить благополучие своего народа на счет закрепощенного ими еще в средневековье части русского народа. Галицко-русский народ несмотря на продолжительное подневольное пробывание его под польским и австрийским владычеством благодаря своей стойкости, не потерял русско-восточного облика и всегда относился с предубеждением к западным завоевателям. Он смотрел на запад, как на культурного хищника, стремящегося его съесть культурным образом. Не по душе было галицко-русскому народу отдать западу свои русские культурные приобретения и растворится в его стихии. Он мечтал о культурном возсоединении с ближайшим, родным востоком и лелеял надежду, что раньше или позже настанет пора, когда он освободится из под чуждого ему владычества. Сохранение русской души в русском населении Прикарпатской Руси объясняется еще и тем, что русское боярство очень скоро ополячилось, пропиталось западной культурой и совершенно денационализировалось, а тем самым и подрезало в корне доверие к себе галицкого простонародья и избавило его от нежелательного влияния запада, стремившегося проникнуть в русскую среду посредством отпавшего от народа высшего сословия. Доказательством сего служат разные унии, сулившие галицко-русскому народу блага на земле и небесах, а между тем послужившие только для вящего его закрепощения иноплеменному элементу. И русское население Прикарпатья чувствовало эту чужую экспансию. Оно сослужило русскому миру службу внешней предохраняющей оболочки, через которую Западу необходимо было проникнуть в русскую сердцевину. Уразумела это Австрия, которая, считая Прикарпатье Ахиллесовой пятой русского народа, пошла на него приступом. Последние описываемые нами события из жизни галицко-русского народа являются завершением движения западно-европейской культуры на русский Восток. В дни великой войны грянул на нашу голову гром и посыпались удары за ударом. Ополчились тогда против нас представители австрийской власти с своими янычарами галицкими украинофилами. Все вражие силы в союз с украйнофильствующей австрийской мирской и духовной иерархией использовали войну для уничтожения галицко-русского населения, исповедующего свое единство с остальным русским народом... ...Уже 1 авг. 1914 года начались аресты русских интеллигентов. Всех влекли из одной тюрьмы в другую, наконец одних заключили в Талергоф, других передали военным судам, a только немногих конфиновано в западных провинциях бывшей австрийской монархии. За интеллигенциею пришла очередь и на русских мещан и крестьян, которых также арестовали в громадном числе, и то по большей части на основании доносов. Многие злые люди считали надоспевшую ужасную пору желанною, чтобы разсчитаться со своими противниками, из-за каких бы то ни было причин, преимущественно чисто личных. Довольно было только указать жандарму или солдату на кого-то пальцем, и он нашелся уже сейчас в тюрьме, если не под виселицею. Жандармам, по большей части с очень скудным школьным образованием, предоставлено было решать на счет лояльности и благонадежности русского народа. Команды снабдили их почти неограниченными полномочиями, они ими и воспользовались. Некоторые из них, как Евгений Кляпа и Дрешер, окружили себя целым штабом конфидентов и денунциянтов и многих неповинных, не исключая даже женщин и детей, повесили. К аресту и к судебным приговорам причинились особенно евреи своими ложными доносами. A надо заметить, что евреи считались во все время войны патентованными австрийскими патриотами. Замечательно, что одновременно с арестами русской интеллигенции жандармы пускали в ход вздорные и тенденциозные вести, вероятно, чтобы этими сплетнями успокоить народ насчет производимых поголовных арестов, с другой же стороны и поддержать в народ воинственный дух. Так, об одном арестованном разсказывали жандармы и их сателиты, будто бы у него найдены в стене или под иконою военные планы, другого будто бы схвачено при черчении таких же, у третьего будто бы найдено под полом боченка с росс. империалами, у четвертого - тайный телефон, бомбы, гранаты, пятого будто бы схвачено при взрыв моста или телеграфических проводов. Удивительно, что все эти слухи появлялись одновременно и разнозвучно в различных местах по точно выработанному плану... Талергофский альманах. Пропамятная книга австрийских жестокостей, изуверств и насилий над карпато-русским народом во время всемирной войны 1914-1917гг. Выпуск второй. Львов, 1925. Издание Талергофского Комитета (Не вношу никаких изменений. Подаю то, что было собрано Комитетом, и продолжаю их работу. Разумеется, что весь материал, который уже появился и в будущем появится, не отвечает строгой системе распределения; это сделает будущий труженник, изследователь-историк горя карпато-русского народа. Задача современных издателей заключалась и заключается в собрании всего того, что еще уцелело в памяти самих мучеников и очевидцев неслыханного в мире террора. В.Р. Ваврик) http://talergof.org.ua/ http://www.ukrstor.com/talergof/ Геноцид карпато-русских москвофилов - намеренно замолчанная трагедия XX века: воспоминания узника концентрационного лагеря Талергоф Василия Ваврика. Москва, 2007, 144с. http://www.e-reading.mobi/book.php?book=1014073 В.Р. Ваврик. Терезин и Талергоф. 1966 http://www.ukrstor.com/talergof/terezin.html http://www.zaistinu.ru/ukraine/church/terezin.shtml http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_709.htm Талергоф В Талергофе близ гангара Мучеников стоит хмара, Поставленых в довгий ряд. А кругом них з диким криком, 3 наеженым острым штыком Патрулюе лютый шваб. И зубами аж скрегоче, Кляне, плюе, теренкоче Окаянный людоид. Кождому он прагне смерти, Рад бы з лиця земли стерти Ненавистный русский род. Горе, горе! Братья мои! Тут в немецком Вавилоне. Плачи, зойки, стон, завод. Печаль нервы розрывае, Сердце в грудях завмирае, Меркне з болю в очах свет. Тут несчастный Рус смиренный, Багнетами оточеный, Попадав в обморок: Под багнетом мусит жити, Спати, встати, воши бити, Под багнетом кождый крок. Под багнетом менаж-зупка, Под багнетом до выходка, Под багнетом — айне, цвай, драй, Под багнетом споведайся, Под багнетом грехов кайся, Под багнетом умирай! Под багнетом гроб открытый, Под багнетом труп зарытый, Под багнетом в лице бьют, Под багнетом написала Тирания, щоб Русь стала И на страшный божий суд. Горе, братья галичане! Дрожат нервы, сердце вяне, Меркне з болю в очах свет. Як погляну, душа млее, Як тут русский род марнее, Кровью росит кождый след. Горе, горе, чорна доле! Стонут горы, стоне поле, Неслыханный, лютый гнет. Всем нам грозит тут заглада, И здается, з того ада Жива душа не уйдет. Смерть-погибель царит всюды: Стрелы в плечи, штыки в груди, Ни вперед, ни в бок, ни взад. Слеза слезу вытискае, Рана рану постигае. Талергоф — кромешный ад! Иван Федоров Федоричка (1872-1930) Этот фильм рассказывает о геноциде русских людей во время Первой мировой войны в Австро-Венгерской империи. Отсюда и пошли первые концентрационные лагеря Талергоф и Терезин. http://www.youtube.com/watch?v=kXILwMi_1Gs http://talergof.org.ua/

Ять: Государственная публичная историческая библиотека России Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва 2001 От автора Предлагаемая читателю работа - первый в историографии опыт дать цельное изложение истории русского движения в Галичине на протяжении последних двух столетий. Русское движение во всем Карпатском регионе, по древней терминологии Червонной Руси, - сложный феномен отечественной истории. На протяжении последних 8 десятилетий история его - одно из белых пятен нашей историографии. Думается, для глубокого его исследования еще не настало время. Из-за распада СССР (и ряда сопутствующих причин) использовать богатейшие материалы архивов и библиотек Западной Украины сейчас исследователю-москвичу трудно. Множество материалов доныне хранится в частных архивах карпатских деятелей, однако внуки и правнуки их едва ли захотят вслух вспоминать сейчас своих русских дедов и прадедов. Московские государственные архивы относительно бедны. В библиотеках России далеко не полно представлены источники и литература, вышедшие за пределами ее, особенно начиная с 20-х годов XX в. Отечественная литература откровенно тенденциозна - прорусская до Октября и проукраинская в советскую эпоху; советских работ или упоминаний о русском движении почти нет, даже тенденциозных. Немного дали и послесоветские годы. В этих условиях мы решили выбрать форму свободных популярных очерков, причем ограничиться лишь историей русского движения в Галичине - наиболее трагичной и наименее исследованной (История карпатско-русского движения в Закарпатье и за пределами Карпатской Руси - отдельные большие темы, также неразработанные). Своей скромной задачей автор считает дать лишь представление о движении и идеологии русских галичан, практически не известных не только широкому читателю, но даже специалистам-славистам. Факты порой пришлось брать из вторых рук, из литературы. Хотя работа популярная, она снабжена ссылками. Автор использовал доступную русскую и зарубежную литературу, некоторые обнаруженные им архивные находки, материалы небольшого собственного архива, а также прессу, как русскую дореволюционную, так и русских галичан. К сожалению, в московских библиотеках последняя представлена очень скудно. Важнейшей работой, а отчасти и источником, является трехтомный труд Ф.Ф. Аристова (1888 -1932) Карпато-русские писатели. После краткого исторического введения автор дает развернутые биографии отдельных карпато-русских деятелей, максимально полные списки их трудов, включает в биографии их мемуары (Поскольку все карпато-русские деятели, исследуемые Аристовым, оставили свои работы, автор использует для них понятие - писатели, хотя часто их труды не относятся к области художественной литературы). К сожалению, в 1916г. был опубликован только первый том труда Аристова [2]. Гранки двух других томов находятся в архиве дочери его Т.Ф. Аристовой и многие годы ждут своего опубликования. Традицию писать не о движении, а об его отдельных деятелях подхватили В.Р. Ваврик(1889-1970) и Н.В. Водовозов (1902-1977). Перу Ваврика принадлежит небольшая, но емкая книга-справочник Краткий очерк галицко-русской письменности, в которой читатель находит сведения о галицко-русских деятелях с XII по XX век. Биографиям предшествует предисловие о самом авторе, написанное издателями - книжка вышла после смерти Ваврика в Лувене (Бельгия), рукопись удалось переправить за границу [8]. Небольшая статья Н.В. Водовозова - Русские писатели в австрийской Галиции - содержит некоторые общие сведения и биографии 14 галицко-русских писателей XIX-начала XX вв. [16]. Краткие справки о деятелях галицко-русского движения опубликовала в последние годы в Большой российской энциклопедии Т.Ф. Аристова. Ее перу принадлежит и ряд историко-публицистических статей в газетах по проблемам русского движения в Карпатском регионе [напр. 3]. Историю Галичины и галицких проблем XIX в. читатель находит в большом труде галицко-русского исследователя Ф.И. Свистуна - Прикарпатская Русь под владением Австрии (1896). Книга, снабженная ценными дополнениями, была переиздана в США в 1970г. [122]. Работа галицкого ученого содержит огромный комплекс фактических данных, подтвержденных ссылками на источники. Материалов по русскому движению там, конечно, много, но в целом труд не дает представления о том, что же такое было русское движение XIX в. По XX в., как нам известно, такого труда вообще нет (Удачная попытка на одной странице церковной газеты дать картину русского движения в Галичине с 1848 по 1939гг. принадлежит А. Внукову [15]. Это, кажется, единственный опыт подобного рода). Таким образом, настоящие очерки - первый скромный опыт цельного изложения этого феномена отечественной истории. Несколько слов о терминологии. Мы сознательно употребляем слово Галичина с ударением на последнем слоге, а не Восточная Галиция. Он принят в исторической литературе и наиболее полно отражает понятие. Им обозначаются земли Карпатского региона, которые ныне находятся в составе Западной Украины - Львовская, Тернопольская, Ивано-Франковская области - а также Польши - трагическая Лемковщина с ее древнерусским Перемышлем. Мы избегаем употреблять для Галичины термин - Западная Украина, а для галичан - украинцы. Эти термины появились лишь со 2-й половины XIХ в., когда в национально-освободительном движении края произошел раскол, породивший антагонизм русских галичан и галичан украинцев. Тогда термин украинец носил не этнический, а скорее национально-политический характер (Об этом ниже). Первоначальное самоназвание населения - русский, руский, руський. С начала австрийского владычества в Галичине широко входит термин русины и искаженное ratheni. Сам термин русин не нов, в частности, как синоним русского он встречается например, в московском памятнике XVI в. В XIX - XX вв. в Галичине, как и в Закарпатье, самоназвание русины наряду с русские получило и среди населения, и у представителей интеллигенции широкое распространение. Мы будем пользоваться этим термином для обозначения коренного населения Галичины. Примечательно, что прилагательное от русин, как считают сами русины, не русинский, а только русский, руский (Цитаты на употреблявшемся галицкими будителями руском языке или галицко-русском наречии очень часто образные, но порой трудные для нашего понимания. Мы приводим их почти всегда в переводе на русский литературный язык). Нам еще необходимо определить, что же собственно подразумеваем мы под русским движением в Галичине. При всем разнообразии форм деятельности русских галичан и различий их убеждений в различные периоды неизменным было признание единства всего русского народа - от Карпат до Камчатки, включая, разумеется, Белоруссию и Украину, сознание собственной принадлежности к этому единому русскому народу и признание русского литературного языка родным литературным языком русинов. В предлагаемых очерках мы будем говорить лишь о русском движении в самой Галичине. С рубежа XIX-XX вв. начинается массовая эмиграция галичан в США и Канаду, так называемая - демократическая эмиграция. Части ее свойственна русская идеология. Этого явления мы вообще касаться не будем, хотя именно там более всего понимают проблему. Содержание I. От Киевской Руси до национального возрождения. IX в. - 30-е гг. XIX в. II. Первый период национального возрождения. С 30-х гг. XIX вв. до революции 1848-1849гг. 1. Первые будители 2. Русские книги. Русские друзья 3. Язык? Наречие? 4. Накануне революции III. Весна народов 1848-1849. 50-е годы - годы реакции 1. Революция 2. Глухие 50-е IV. Под австрийским и австро-венгерским скипетром 1861-1918 1. В преддверии дуализма 2. Львовское Слово и его оппонент 3. Обрядовое двюкение. И.Г. Наумович 4. На ниве культуры 5. Украина? Москва? Русь! 6. Под знаком дуализма. Этнографическая выставка. Судьба Якова Головацкого 7. Русское движение конца 60-х-7-х гг. Деятельность И.Г.Наумовича 8. Процесс Ольги Грабарь 1882г. 9. На путях к православию 10. После процесса. 80-е - 90-е годы 11. Русские друзья, оппоненты, помощники 12. В преддверии Талергофа. Рубеж XIX-XX вв. - 1914г. 13. Первая мировая война. Талергоф. V. Между двумя мировыми войнами VI. Эпилог Литература Указатель имен Нина Магометхановна Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Гос. публ. ист. б-ка России. М., 2001. 201с. http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html http://www.twirpx.com/file/240368/ 4.4Мб

Ять: Важнейшей работой, а отчасти и источником, является трехтомный труд Ф.Ф. Аристова (1888-1932) Карпато-русские писатели. После краткого исторического введения автор дает развернутые биографии отдельных карпато-русских деятелей, максимально полные списки их трудов, включает в биографии их мемуары (Поскольку все карпато-русские деятели, исследуемые Аристовым, оставили свои работы, автор использует для них понятие - писатели, хотя часто их труды не относятся к области художественной литературы). К сожалению, в 1916г. был опубликован только первый том труда Аристова [2]. Гранки двух других томов находятся в архиве дочери его Т.Ф. Аристовой и многие годы ждут своего опубликования. Ф.Ф. Аристов. Карпато-русские писатели. Т.1. М., 1916. XVI, 304с. http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Традицию писать не о движении, а об его отдельных деятелях подхватили В.Р. Ваврик(1889-1970) и Н.В. Водовозов (1902-1977). Перу Ваврика принадлежит небольшая, но емкая книга-справочник Краткий очерк галицко-русской письменности, в которой читатель находит сведения о галицко-русских деятелях с XII по XX век. Биографиям предшествует предисловие о самом авторе, написанное издателями - книжка вышла после смерти Ваврика в Лувене (Бельгия), рукопись удалось переправить за границу [8]. В.Р. Ваврик Краткий очерк галицко-русской письменности. Лувен, 1973. 80с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/vavrik-galruspismennost.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm Небольшая статья Н.В. Водовозова - Русские писатели в австрийской Галиции - содержит некоторые общие сведения и биографии 14 галицко-русских писателей XIX-начала XX вв. [16]. Н.В. Водовозов. Русские писатели в австрийской Галиции (Краткий обзор). Вопросы русской литературы. М., 1976. с.91-309. УЗ МГПИ N405 http://www.edrus.org/content/view/4669/62/ http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_271.htm Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва 2001 http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html http://www.twirpx.com/file/240368/ 4.4Мб

Ять: На страницах Временника Ставропигийского института и отдельной брошюрой Ваврик опубликовал краткую, но очень емкую справку о русском движении в Галичине на 1929г. [12], к сожалению, по 30-м годам подобных изданий нам обнаружить не удалось. – Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. с.165 Содержание: Историческое прошлое. Территория Галицкой Руси. Население и его национальное имя. Основы галицко-русской жизни. Галицко-русская библиография 1929 года. Американские издания. Историческое прошлое Древняя, седая история Карпат наполнена упорной и подвижнической борьбой, отмеченной безконечными крестами и могилами. На истоках рек Днестра и Сяна, вдоль Карпатского хребта, жило в глубокую старину славянское племя, по имени хорваты (Я.Ф. Головацкий: Великая Хорватия, или Галицко-Карпатская Русь. Москва, 1841), которое на заре державной Руси составляло часть киевского княжества. В годы Владимира (980-1015) эта прикарпатская полоса имела название: Червенские города, и вплоть до смерти Ярослава Мудрого (1054) разделяла одну судьбу с Киевом; вскоре потом сделалась самостоятельным княжеством, со столицею в Галиче. Из Червенских городов родилась Галицкая Русь, ярко и выпукло отличающаяся от римо-германской культуры запада и сохранила свою державную жизнь до 1340 года. В неравном бою пала под ударом короля Казимира. Сохранив все еще сильную самобытную, волевую и свободолюбивую личность, Галицкая земля, под названием русского воеводства, находилась в составе польской речипосполитой до 1772 года и, как Галицкое княжество, перешла под владычество Австрии, где тянула свою жизненную лямку до 1914 года. После окончании войны в 1920г. она опять досталась на основании приговора амбассадоров великих держав Польше, которая, перечеркнув ее национальное, историческое имя, переименовала ее в Мало-Польшу. Вот таковы судьбы Галицкого края! Территория Галицкой Руси Пространство Галицкой Руси, от речки Збруча по Горлицы, распадается на две части: восточную Галичину и западную Лемковщину. Первую, значительно большую, половину составляют три воеводства: львовское (20.720 km^2), тернопольское (16.240) и cтаниславское (18.368). В состав Лемковщины входит 5 уездов: Новый Санч (1.262 km^2), Грибов (585), Горлицы (916), Ясло (820) и Кросно (727). Таким образом, площадь восточной Галичины равняется 55.328 km^2, а площадь Лемковщины 4.310 km^2; итого 59.638 km^2. Лемковщина почти целиком входит в состав краковского, коренного польского, воеводства; она расположилась на скатах нижнего Бескида, от реки Попрада к Дуклянскому перевалу. Южная ее граница идет вдоль чехоловацкой республики; последней русской деревней на западе считают Королеву Русскую в грибовском уезде,_ а северную границу ведут через села: Бинчарово, Белянку, Ропицу Русскую, Розделье, Пилигримку, Мысцово и Гирово. Население и его национальное имя Русское население Галицкой Руси (восточной Галичины и Лемковщины) разделено официальной польской статистикой, оконченной 30-го ноября 1921 года, на две национальности: русскую (rosyjskа) и русинскую (украинскую). Относительно русских подсчет безусловно неточен и неверен, что подчеркивает сам д-р А. Крысинский, говоря: Spis z r. 1921 znalaz wprawdzie Rosjan, lecz odsetek ich ocenil stanowczo zbyt nizko. Число русских в восточной Галичине он исправил из 1.008 человек на 155.808, на Лемковщине из 44 - на 34.907 человек. Эту ошибку, весьма разительную и внушительную, заставило его исправить общее и тайное голосование при выборах депутатов на сейм в 1928г. Согласно подсчетам д-ра А. Крысинского, число греко-католиков в восточной Галичине достигает 2.945.820, а православные - 3.003 душ (Цифры заимствую из статьи д-ра А. Крысинского, помещенной в журнале: Sprawy Narodowosciowe. Czasорismo poswiecone badaniu spraw narodosciowych. Rok II. N6. Grudzin 1928. Warszawa. Dr. A. Krysinski: Liczba i rozmleszczenie Ukrainccow w Polsce). На Лемковщине он находит 54.581 греко-католиков и всего только 112 православных, т.е. итого 3.002516 человек русских и украинцев. Однако со всею решимостью русские и украинские этнографы единодушно твердят, что население Галицкой Руси (восточной Галичины и Лемковщины)насчитывает от Збруча по Горлицы, Криницу и Кросно 3.500.000 до 4.000.000 душ, куда входят греко-католики, православные, латинники и другие вероисповедания русской национальности. Исходя с научной и исторической точки зрения, разделение Галицкой Рyси на русских и украинцев граничит с абсурдом, так как народная масса, от незапамятных времен до нынешних дней, называет себя русской. Термины: Русь, русин, руснак, русский, руський, сохранившийся по обеим сторонам Карпат, не есть пустые звуки; они записаны в летописях, греческих, латинских, польских и немецких источниках и грамотах польских королей, литовских князей и австрийских императоров. Галицкое население бережет эту святыню до последней капли крови, чему дало доказательство в 1914 году, идя за свое национальное имя в немецкие вязницы и на смерть. Наоборот, украинским галицкое население никогда, решительно никогда, себя не называло, а русинским – тем паче. Последний термин придуман поляками весьма неудачно, и д-р А. Крысинский считает его этимологически чудацким и совсем не обретаемым (etymologicznie dziwaczny i w zyciu zupemie nie spotykany przymiotnik: rusinski). Совершенно прав д-р А. Крысинский, когда боится, чтобы упразднение старых народных терминов: Русь, русин, русский не повлекло за собою необходимости признать в Галичине существование российской нации, и чтобы кончина – русинов - не призвала к жизни не только украинцев, но и россиян. Кажется все таки, что эти опасения беспредметные, так как галицко-русский народ в корне консервативен; он свято, по традиции, оберегает установившийся порядок, обычай и обряд, свое имя и веру; он не даст подорвать себе тех своих устоев, на которых простоял неизменно полное тысячелетие. Основы галицко-русской жизни Галицкая Русь разбита на партии, главным образом на две идеологически себе противоположные: русскую, с программой единства русского народа и украинскую, с программой самостоятельной Украины. Эти две идеологически партии разделяются на несколько политических, разделений. С оттенками украинских партий я мало знаком, однако должен сказать, что они вместе представляют теперь в крае подавляющую силу. Русская идея в настоящее время культивируется главным образом Русской Селянской Организацией (РСО), начавшей свою деятельность под названием, Русской Народной Организации в 1921 году в ужасных условиях: во всем галицко-русском крае, во Львове, по всем уездным городам, местечкам и селам были австрийской властью закрыты и конфискованы: общества, народные дома, читальни, ученические пансионы, гимнастические дружины и библиотеки. Все это было Австрией передано украинцам, как верным своим союзникам. Приказом последнего австрийского императора Карла было вычеркнуто национальное имя, русская земля была объявлена Украиной. Основная задачи Русской Селянской Организации (смотри Русский Голос, N254, от 20-го мая 1928г. Львов. Организационный наказ – устав Русской Селянской организации) заключаются в двух положениях: а) Русская Селянская Организация является союзом русского крестьянского населения, признающего национальное и культурное единство всех русских племен; ее целью является защита национально-культурных, экономических и социальных прав русского крестьянина в Польше. б) Русская Селянская Организуя входит в состав общерусской национальной организации в Польше, имеющей название Русское Народное Объединение, чтобы общими силами добиваться в Польше всех гражданских правь: школ, равенства и свободы на родной своей земле. Судя по подсчету голосов во время выборов депутатов в 1928 году, число членов Русской Селянской Организации колеблется между 80.000 и 100.000 душ. На русский список в Галичине пало 80.000 голосов; на Лемковщине, в округе Ясло, не было вовсе русского списка, так как тамошние русские вошли в союз с одной из польских партий. Культурная жизнь Русской Селянской Организации группируется менеее-более вокруг следующих центров: 1) Ставропигийского Института; 2) Русского Народного Дома; 3) О-ва имени Михаила Качковского; 4) Галицко-русской Матицы; 5) О-ва Русских Дам; 6) Кооперативных союзов, в особенности Русского Рев. Союза; 7) О-ва Русская Школа и 8) студ. о-ва Друг – всех во Львове, 9) разных культурно-просветительных заведений на провинции и 10) постоянных и повременных изданий... 3. Общество имени Михаила Качковскаго создал в 1874г. известный под именем просветителя галицкого народа, Иван Григорьевич Наумович; оно служит исключительно крестьянской массе: учить крестьян лучшему хозяйничанию, обрабатыванию поля и огородов; устраивает курсы для крестьян», с целью привить им основное знание медицины, ветеринарии, садоводства, пчеловодства. Старается двинуть крестьянство из неграмотности, пьянства, суеверия и дать ему элементарное просвещение из истории словесности, песни. Основы его деятельности зиждутся на четырех, Иваном Григорьевичем Наумовичем придуманных, девизах: молись, учись, трудись, трезвись. По завещанию Наумовича, члены О-ва должны ежегодно, преимущественно осенью, в одном из уездных городов Галицкой Руси устроить общее (генеральное) собрание для подведения итогов своей деятельности и избрания нового правления, которое управляет обществом. Свое имя О-во получило от мецената Михаила Качковского, который на просвещение народа дарил 60.000 австрийских гульденов. О-во располагает своим собственным домом во Львове и несколькими домами на провинции, которые вместе составляют сумму одного миллиона злотых, библиотекой предназначенной для народа. Во время войны, когда австрийские власти закрыли О-во, множество ценных книжек пропало. До войны О-во имело в каждом уездном городе свою филию, сверх 1.000 деревенских читален и около 12.000 членов. В настоящее время О-во имеет 4 филии: в Бродах, Жолкве, Самборе и Сяноке, 209 читален и 4.614 членов. В общем говоря, О-во Качковского имеет за собою весьма громадную заслугу ввиду народа. Наиболее успешно работало оно тогда, когда его руководителями были выдающееся галицко-pyccкиe народные работники-писатели: И.Г. Наумович, Б.А. Дедицкий, О.А. Мончаловский и Ф.И. Свистун. В настоящее время О-во ведет живую акцию в народной массе посредством, своих инструкторов, преимущественно в агрономической области, по указаниям неутомимого работника Г.С. Мальца (Г.С. Малец (1867) видный деятель Галицкой Руси, кроме численных очерков по агрономии, написал брошюру Потуги розъдинения и ослабления русского народа (1924), в которой доказывает необходимость этимологического правописания для всех русских» наречий) В.Р. Ваврик. Справка о русском движении на Галицкой Руси, с библиографией на 1929 год. Львов, 1930. 16с. Из Временника Ставропигийского института, 1930 http://www.twirpx.com/file/1220617/ 327Кб

Ять: Русская Галиция и "мазепинство". Сборник под ред. М.Б. Смолина. Из-во: Имперская Традиция. 592с. 2005 Аннотация Со времен Святого Владимира прикарпатские земли, называвшиеся тогда полосой Червенских городов, или Червонной Русью, всегда были частью Большого Русского мира. Нашествие монголов, а затем экспансия польская и венгерская постепенно подчинили эти русские территории чужеземной власти. Несмотря на долгие годы неволи и национального угнетения (Польша и Австро-Венгрия), русские Прикарпатской Руси старались сохранить свою природную русскость. В XIX столетии в Галиции началось русское возрождение - стремление русского населения к соединению с Российской Империей и возвращение в лоно Православной Церкви из унии. В годы Первой мировой войны русские живущие в Прикарпатской Руси, подверглись настоящему геноциду. Австр.-венг. власти провели масштабные чистки русского населения, жертвами которых стали несколько сотен тысяч человек расстрелянных, повешенных, лишенных крова и замученных в лагерях. Австрийские концлагеря, забытые сегодня - Талергоф и Терезин, - были первыми ласточками германских Освенцима, Дахау и Треблинки. Именно в Талергофе и Терезине была опробована политика массовых убийств мирного населения. Прикарпатские русские пережили свою национальную Голгофу. Особую роль "общественных полицаев" в этом геноциде сыграли профессиональные "украинцы", "мазепинцы" усердствуя в доносах и участвуя в расправах над русскими галичанами, буковинцами, угро-руссами. "Роль этих народных предателей, так называемых "украинцев", - вспоминал один их пострадавших, - в эту войну общеизвестна…Прикарпатские "украинцы" были одними из главных виновников нашей народной мартирологии во время войны". Об этой забытой жуткой странице русской истории и рассказывает наш сборник, в который войдут как работы галицко-русских публицистов, так и знаменитый "Талегрофский альманах". Содержание М.Б. Смолин. Украйнская “Русь подъяремная”. Русская Галиция и мазепинство Ф.И. Свистун. Погибнет ли Прикарпатская Русь? Профессор И.П. Филевич. По поводу теории двух русских народностей Профессор И.П. Филевич. Вопрос о двух русских народностях и “Киевская старина” О.А. Мончаловский. Литературное и политическое украинофильство Протоиерей Иоанн Чернавин. Тарас Шевченко и его религиозно-политические идеалы О.А. Мончаловский. Мазепинцы Д.А. Марков. Последнее слово перед Австрийским военным судом Талергофский альманах. Пропамятная книга австрийских жестокостей. изуверств и насилий над карпато-русским народом во время всемирной войны 1914-1917гг. Выпуск первый Террор в Галичине в первый период войны 1914-1915 годов Выпуск второй Террор в Галичине. Террор в Буковине. Отзвуки печати Терезин. Глинд. Гнас и др. Беллетристика Выпуск третий Талергоф Выпуск четвертый Талергоф Доктор А.Е. Хиляк. Виновники Талергофа в освещении исторических документов B.P. Ваврик. Краткий очерк галицко-русской письменности Примечания

Ять: Д.А. Марков. Последнее слово перед австрийским судом Государственная публичная историческая библиотека России Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва 2001 С начала войны большая часть деятелей русского движения прошли муки Талергофа. Однако одного из наиболее ярких лидеров русского движения того времени, депутата парламента и львовского сейма известного Д.А. Маркова, ждало худшее - страшная венская тюрьма Чертова башня и процесс по обвинению в государственной измене. Кроме него на этом так называемом Первом венском политическом процессе в качестве обвиняемых было привлечено еще шесть человек - депутат венского парламента В.М. Курылович, адвокат доктор прав К.С. Черлюнчакевич (защитник М. Сандовича на львовском процессе 1914г.), адвокат И.Н. Драгомирецкий, журналист, корреспондент Нового времени Д.Г. Янчевецкий, крестьянин Ф. Дьяков и кузнец Г. Мулькевич [127, вып.2, с.142]. В качестве свидетелей обвинения были привлечены украинские деятели Галичины. среди них Кость Левицкий, лидер и идеолог украинского национализма, вскоре, в 1918г., ставший одним из организаторов и руководителей Западноукраинской народной республики (ЗУНР), профессор Львовского университета Кирило Студийский, позже - советский академик, редактор львовского украинского Діла Ярослав Веселовский и др. Вся деятельность руссофилов имела вполне легальный характер, судить было не за что. Но их судили не за деяния, а за убеждения, недаром адвокат Ф. Ваньо, привлеченный к процессу в качестве свидетеля-эксперта, прямо сформулировал: Кто употребляет русский язык, не может бьпъ хорошим австрийцем; хорошими австрийцами являются лишь украинцы, поэтому все члены русско-народной партии - изменники, ибо они не украинцы [127, вып.2, с. 144]. Главный обвиняемый Д.А. Марков в своем блестящем последнем слове неоднократно говорил, что деятельность руссофилов проходила в рамках закона, а под конец подчеркнул: Меня защищает правда, а сила правды непреодолима. Эта правда - моя национальная идея, идея культурного и национального единства русских племён. Несмотря на то, что сегодня эту идею придавили тяжелые камни враждебных политических устремлений, я убежден, что эта идея, эта моя правда, найдёт дорогу к свету! - А так как - цель украинства негативна, именно разбитие единой национальной культуры русских племен, то я не считаю его культурным движением, я считаю его противным культуре, и уже по этим чисто культурным причинам не являюсь сторонником украинства [71, с.56]. Все семеро были приговорены к смертной казни через повешение [127, вып.2, с. 142-146]. Приговоренных спас от смерти Николай II. Через испанского короля Альфонса XIII ему удалось добиться замены смертной казни на пожизненное заключение [21, с.123, 125, 142; 17, прил., с.38]... 71. Д.А. Марков. Последнее слово перед австрийским судом (По стенографическому судебному протоколу). Перевели [из немец.] А.Х. и Р.Л. [Александр Хиляк и Роман Луцык], Львов: Издание газ. Русский голос, 1938. 59с. Оттиск из газ. Русский голос. В квадратных скобках, подчеркнутое - чернилами на титульном листе дописано рукой В.Р. Ваврика. - Архив Н.М. Пашаевой. 127. Талергофский альманах: Пропамятная книга австрийских жестокостей и насилий над карпато-русским народом во время всемирной войны 1914-1917гг. Вып. 1-4. Львов: Издание Талергофского комитета, 1924-1932 Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. М. 2001, с.156-157 http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html http://www.twirpx.com/file/240368/ 4.4Мб Талергофский альманах. Пропамятная книга австрийских жестокостей. изуверств и насилий над карпато-русским народом во время всемирной войны 1914-1917гг. Вып. 1-4 http://talergof.org.ua/ http://www.ukrstor.com/talergof/ Д.А. Марков. Последнее слово перед австрийским судом (По стенографическому судебному протоколу). Перевели [из немец.] А.Х. и Р.Л. [Александр Хиляк и Роман Луцык], Львов: Издание газ. Русский голос, 1938 Русская Галиция и "мазепинство". Сборник под ред. М.Б. Смолина. Из-во: Имперская Традиция. c.193-208. 2005 Димитрий Андреевич Марков (1864-1938) (Родной брат Осипа Андреевича Маркова (1849-1909), журналиста и редактора Галичанина и Русского Календаря). Крестьянский сын из Грушева Дрогобычского уезда. Во Львове окончил немецкую гимназию и богословский факультет, в Инсбруке получил степень доктора юридических наук. Был депутатом Галицкого сейма и Австрийского парламента, где в 1907г. произнес речь на русском языке. В 1914 году был арестован и военным трибуналом в Вене приговорен к смертной казни через повешение. Приговор был заменен на вечную каторгу в Терезинской крепости. Вышел на свободу после развала Австрии. Димитрий Марков - неустрашимый борец за свободу Галицкой Руси. Отстаивал её права в Париже во время мирной конференции. Свое имя прославил речами на вечах в селах, парламенте и сейме. На литературном поприще он выступал, как публицист. Перечень его работ: Письма публициста (1905), Австрия и Россия (1910), Русская и украинская идея в Австрии (1911), Слово перед австрийским военным судом (1915), Записки о Прикарпатской Руси на мирной конференции (1919), Воспоминания о Наумовиче (1926), Кто нас спасал в 1915г. (1934). Die russische und ukrainische Idee in Oestereich. Wien und Leipzig, 1912. Д.А. Марков был главным представителем молодого поколения карпато-русского национального движения, которое открыто заявляло о своей идеологии единства русского народа, т.е. великороссов, малороссов и белороссов. Литература: Masarykuv slovnik (Прага, 1929), Временник (1930). В.Р. Ваврик Краткий очерк галицко-русской письменности. Лувен, 1973. 80с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/vavrik-galruspismennost.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Д.А. Марков. Последнее слово перед австрийским судом ...Я кончаю свою речь. Высокочтимый военный прокурор сказал тут вчера много такого, что решительно требует возражения. Но я не буду на этом больше останавливаться, так как время уходит и я хочу мою речь закончить. Высокий военный суд! Меня защищает правда, а сила правды непреодолима. Эта правда - моя национальная идея, идея культурного и национального единства русских племён. Несмотря на то, что сегодня эту идею придавили тяжелые камни враждебных политических устремлений, я убежден, что эта идея, эта моя правда, найдёт дорогу к свету! Ибо культурный прогресс со стихийной, непреодолимой силой направляет развитие моего народа в народное русло и оставляет в стороне всякий неприродный путь. Этот противный природе путь, на который главным образом из-за польской политики - вступило отчасти культурное развитие моего народа, - это идея так называемого украинства. Так как цель украинства негативна, именно разбитие единой национальной культуры русских племен, то я не считаю его культурным движением, я считаю его противным культуре, и уже по этим чисто культурным причинам не являюсь сторонником украинства. Высокий военный суд! Я человек, который идет за голосом своей правды, правды, в которую верит. Я эту мою национальную веру искал, я ее научно исследовал. История Руси, которая открылась мне в мои детские годы и затем в гимназии, и не верить которой, сомневаться в которой я не имею никакого основания, затем мнения и взгляды научных авторитетов, за которыми я пошел в моем зрелом возрасте, уже как бывший священник, как студент университета в Инсбруке, и в особенности - я это подчеркиваю - сравнительные исследования в области немецкого культурного развития, - все это приковало меня к моей национальном правде, которой я с тех пор верю как вечной правде. То что сегодня, после различных унижений, бывших моим уделом в течение последнего года, и после разнообразных нравственных пыток я стою ещё перед угрозой получить клеймо политического преступника, наконец, что - привлекаюсь к ответственности как народный представитель, как депутат, правда не прямо, но окольным путем, на основании подозрений, - все это я не ставлю в вину никому, ни отдельным членам польской знати, ни членам украинской партии. Я записываю все это в счет теперешней несчастной констелляции, критическое констелляции мировой политики. Однако, высокий военный суд, это жуткое, это критическое время пройдет. Я верю, что скоро зазвучат слова отрезвления и слова любви, и - поскольку вопрос касается меня - история меня оправдает. Ибо, как я уже об этом упоминал, культуру нельзя насаждать - я повторю здесь слова моего глубокоуважаемого защитника - культуру нельзя насаждать циркулярами галицких уездных старост или даже наместников, развитие культуры - это я подчеркиваю, это я должен подчеркнуть - развитие культуры какого бы то ни было племени, какого бы то ни было народа, нельзя приостановить посредством мук и жертв отдельных личностей. Наоборот, муки и жертвы все способное к жизни только укрепляют. Я позволю себе в связи с моими словами, привести здесь слова одного из величайших поэтов: Ни время, ни сила не разобьют отлитой формы, которая живая развивается. Я кончаю мою речь. И предоставляю Вам, высокочтимые члены военного суда как носителям правовых норм, как представителям закона, этого зеркала каждого народа и каждого государства, этой совести каждого государства, я предоставляю Вам судить о моей вине. Я кончил Д.А. Марков. Последнее слово перед австрийским судом (По стенографическому судебному протоколу). Перевели [из немец.] А.Х. и Р.Л. [Александр Хиляк и Роман Луцык], Львов: Издание газ. Русский голос, 1938 Русская Галиция и "мазепинство". Сборник под ред. М.Б. Смолина. Из-во: Имперская Традиция. c.193-208. 2005

Ять: Ф.И. Свистун. Погибнет ли Прикарпатская Русь? Государственная публичная историческая библиотека России Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва 2001 Историю Галичины и галицких проблем XIX в. читатель находит в большом труде галицко-русского исследователя Ф.И. Свистуна - Прикарпатская Русь под владением Австрии(1896). Книга, снабженная ценными дополнениями, была переиздана в США в 1970г. [122]. Работа галицкого ученого содержит огромный комплекс фактических данных, подтвержденных ссылками на источники. Материалов по русскому движению там, конечно, много, но в целом труд не дает представления о том, что же такое было русское движение XIX в. 122. Ф.И. Свистун. Прикарпатская Русь под владением Австрии. 2-е доп. изд: Издатель П.С. Гардый. Lane Trum-bull Connekticut, 1970. 645с. 1 ил. Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. М. 2001, с.156-157 http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html http://www.twirpx.com/file/240368/ 4.4Мб Ф.И. Свистун. Прикарпатская Русь под владением Австрии. Часть I. Львов 1895, 350с. I. Первый роздел Польши и занятие Галичины и Буковины Австриею II. Политика Марии Тересии и Иосифа II, относительно русского народа, и мероприятия австрийского правительства. Состояние русского народа III. Вторый и третий роздел Польши. Судьба униатской церкви IV. Устройство политического, судебного экономического и школьного управлений V. Движения поляков в 1795-1846гг. и их последствия для галицкой Руси VI. Духовная жизнь австрийской Руси в 1772-1847гг. VII. Настроение умов в Австрии накануне 1848г. VIII. 1848 и 1849 годы Ф.И. Свистун. Прикарпатская Русь под владением Австрии. Часть 2 (1850-1895). Львов 1896, 743с. IX. Правительственная система Шварценберг-Баха и ея отношение к русскому народу X. Крымская война и ея последствия для австрийской Руси XII. Конституцийное переустройство Австрии в 1860-1868гг. - Введение польской автономии в Галичине и борьба гал. Руси за ея народныи права XIII. Славянофильство в России и русско-турецкая война 1877/8г. - Воздействие их на отношения Австро-Венгрии вообще и австрийской Руси в частности XIV. Нынешнее состояние Прикарпатской Руси. - Народонаселение и его социальные отношения. XV. Производительные силы Галичины и Буковины XVI. Духовная жизнь Прикарпатской Руси XVII. Американская Русь XVIII. Погибнет ли Прикарпатская Русь? Ф.И. Свистун. Погибнет ли Прикарпатская Русь? Если взглянем на все прошедшее Прикарпатской Руси, то видим, що она, поставленная на страже юго-западных окраин Руси, в продолжении тысячи лет верно и непоколебимо исполняла свою задачу. Начало ея падения относится собственно к нашествию татар и розорению ними всех земель на северном склоне Карпат. Имея с одной стороны подольскую их Орду, с двух других же сторон два государства: Польшу и Венгрию, поднимавшии постепенно свое могущество - розслабленная Червонная Русь не долго могла отстаивати свою независимость. Однако причиною утраты ея независимости не были в такой степени оба выше названныи государства, в якой была нею римская курия, безпристанно наклонявшая владетелей Польщи и Венгрии к войне с - схизматиками - в галицко-владимирском княжестве. Римская курия наклонила Казимира вел. и короля венгерского соединити свои силы для покорения той земли, откуду найлегче могло католичество дальше роспространятись к Востоку. Казимир вел. нанес тяжелый удар Червонной Руси. При нем из прежняго русского боярства остались лишь следы; он наметил ту политику относительно червоно-русских городов, которой придерживались так он сам, як и ближайшии его наследники, т.е. щобы посредством магдебургского права червоно-русским городам придати латинский характер. Потерявши городы, Червонная Русь лишилась очагов своей духовной и гражданской жизни. Не смотря на то, народ, оставшееся нечисленное дворянство и духовенство обнаружают в последующее время необыкновенную стойкость в защите православия и своей национальности. В 15 и 16 веках возникает даже новая червоно-русская шляхта из князей волошских селений, войтов и солтысов - и она, можно сказати, не меньше и даже усерднейше стоит на страже русской национальности, чем прежнее русское дворянство. В 10 веце червоно-русскии городы стают заполнятись свежим русским мещанством, оживотворенным и возбужденным к деятельности греками-пришельцами. Когда Червонная Русь опять стала подниматись, приходят иезуиты и начинают борьбу против русского племени. Иезуиты наносят ему тяжелыи удары, отчуждая русское дворянство и князей от народа, подстрекая польское мещанство против русских сожителей, заводя церковную унию, латинизуя и полонизуя русский народ. Но и теперь Червонная Русь обнаружает необыкновенную стойкость. Она последняя из литовско-польских земель принимает церк. унию, принявши же таковую, всегда борется за греко-славянский обряд. Придавленная в пору падения Польщи, она опять поднимается под владением Австрии. Если розглянемся дальше в том, кто в первой линии враждебно относился к Прикарпатской Руси, то увидим, що то было во время, когда еще карпато-россы были православными: прежде всего римская курия с латинским своим духовенством, подстрекавшая польских королей против схизматической Руси. Кроме того также мещане немецкой народности относились враждебно к Руси. Когда червоно-русскии городы стали ополячиватись, видим в них также усиливающуюся русскую стихию. Вообще, вникнувши глубше в историю Прикарп. Руси, видим, що для ней немецкий элемент был больше опасный, нежели польский. Поляк темпераментом своим доводит лишь к тому, що дразнит и обезпокоивает, но другой национальности не истребляет в такой степени, як немец, действующий систематически, спокойно, последовательно и всегда с успехом. Польский народ, если его не подстрекали латинское духовенство или иноземцы, никогда не относился враждебно к русскому. Врагами русского народа были всегда олигархи. Замечательно, що и сегодня на истребление русского народа в Галичине настаивают олигархи - все ровно, польского, еврейского, армянского или немецкого-ли они происхождения. Кроме олигархов врагами Руси есть также римское ультрамонтанство. Вообще можно сказати, що если Прикарпатская Русь вынесла гонения и страдания в продолжении сверх 500 лет, то и сегодня, среди больше розвитых духовных средств самозащиты нияк не можно думати, щобы она погибла. Новыи гонения усилят лишь русский дух, закалят его и побудят к живейшей деятельности. Из поодиноких сословий, в продолжении истории, видим, що самою слабою стихиею в национальном отношении были литовско-русскии князья, а затем дворяне и разом с ними церковная иерархия, которая плохо держалась. Самою сильною стихиею были мещане, затем мелкая шляхта и простонародие с низшим духовенством. Тем именно, так сказати демократическим элементам, одолжена Прикарпатская Русь, що не вынародовилась и що существует до нынешняго времени, не утративши своего характера. http://www.ukrstor.com/ukrstor/svistun2.html Филипп Иванович Свистун (1844-1916) Родился в крестьянской семье в Тоболове Каменка-Бугского уезда. Гимназию и университет окончил во Львове, затем преподавал географию и историю в Ряшевской гимназии. После ухода в отставку был директором библиотеки Русского Народного Дома во Львове. Умер в Ростове на Дону, куда ушел перед австро-мадьярским террором. Филипп Свистун - историк и филолог, исследователь Прикарпатской Руси. Важнейшие его труды: Galicyjskie Beskidy i Karpaty lesiste (1876), Чем есть для нас Шевченко (1885), Галицкая Русь в европейской политике (1886), Спор о варягах и начале Руси (1887), Прикарпатская Русь под владением Австрии (1896), Галицко-русское войско в 1848г. (1899), Граф Агенор Голуховский и Галицкая Русь (1901), Литвинович и Наумович (1905), Лев Трещаковский (1910). Кроме исторических трудов, Филипп Свистун писал еще повести, как: История одной пятки, Кровавые лета, Гальшка Острожская. Последняя повесть основана на исторических документах. Литература: Беседа (1894), Временник (1903, 1923) В.Р. Ваврик Краткий очерк галицко-русской письменности. Лувен, 1973. 80с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/vavrik-galruspismennost.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: О.А. Мончаловский. Литературное и политическое украинофильство - работа опубликована в газете Галичанин, a затем была издана отдельной брошюрой во Львове в 1898г. Мы, русские галичане, однако, больше тридцати лет боремся с украинофильским сепаратизмом, мы были свидетелями его развития и вырождения в политическую секту, мы, наконец, перенесли по причине борьбы с украинофильством столько неприятностей и гонений, что можем считать себя компетентными в оценке этого движения и в издании справедливого о нем суда. Мы постараемся сделать это в кратком обзоре литературного и политического украинофильства, отношений польских политических деятелей к украинофильству и отношений украинофильских вожаков к русской партии в Галичине, чтоб под конец вывести заключение, логически вытекающее из фактов и могущее, по нашему мнению, служить практическим руководством и наставлением для деятельности в настоящем и будущем. Печальная роль вырожденного украинофильства есть в действительности несчастье галицко-русской интеллигенции, несчастье русского населения Австрии, несчастье всего русского народа. Мы уже теперь видим в Галичине и Буковине печальные плоды украинофильства, порожденного плохо понятым местным патриотизмом, извращенного невежеством и поддерживаемого политической хитростью противников русского народа из боязни перед его грозным единством, именно - национальное обезличение вольных или невольных сторонников украинофильства. Мы видим, как гибнут не только безплодно, но даже вредно, силы по природе хорошие, но увлеченные примером или матерьяльными разсчетами и как уклонение от твердой национально-исторической почвы приводит заблудших к рабскому подчинению чужим идеям, чужим планам. ... Заключение Мы видели выше, что украинофильство, как всякое тенденциозное произведение, уже в самой своей основе носит ложь и элементы разложения, вследствие чего его последователи перескакивают от одной программы к другой и не могучи ни при одной из них остаться, распадаются на фракции и группы, взаимно друг друга ненавидящие и поборивающие. Мы видели, что украинофильство, сознавая свое безсилие даже в одной Австрии бороться с национально-историческим направлением развития галицких и буковинских малороссов, призвало на помощь польских политиков, которые, под видом любви и сострадания к малороссам, желают их втянуть в дело столь им чуждое и враждебное, сколь оно чуждо и враждебно всему русскому народу - и создать весьма существенное затруднение в культурно-историческом развитии малорусской, а по крайней мере галицко-русской и буковинско-русской ветвей русского народа. Мы видели примеры братоубийственной борьбы, ведомой в Галичине украинофилами против русской партии, искренно верящей в необходимость для русского населения Австрии культивироваться и развиваться без разрыва связи с традиционными устоями, на основаниях, указанных ему историей, и убежденной, что только на культурно-исторической почве лежат пути для духовного сближения веками отчужденной Червонной Руси с великим русским миром и для развития и возвышения нашего теснейшего отечества. Мы видим, как во имя национального сепаратизма и в школе и в церкви Галичины и Буковины уничтожают следы, указывающие связь Червонной Руси с остальным русским миром и как, наконец, стараются даже историческое имя нашей родины заменить другим, отвечающим стремлениям сепаратизма. Мы, наконец, видим, что украинофильство, заставив своих последователей отрицать единство русского народа и искать помощи у польских политиков и правительства, тем самым понизило национальное самосознание, а между тем каждый маломальски образованный человек поймет, что с понижением национального самосознания естественно изсякает и национальное творчество. Благодаря понижению национального самосознания, у нас, вместо здорового, естественного развития национальных основ, способных улучшить условия человеческой жизни, в деятельность народа внесен раздор не только партийных, но и частных желаний и апетитов. Национальная жизнь мельчает и поглощается напряженною борьбой за преобладание партий и личными счетами. Отсутствие патриотизма является неизбежным признаком такого национальнаго упадка. В чем-же лежит задача русской партии в русских землях, принадлежащих Австрии? В старании не только защитить русское население перед тлетворным влиянием полонизма и латинства и убийственного для национальности и веры западного социализма, но и путем просвещения самой себя и народа в духе и направлении, указанном историею, развивать наши национальные силы. Так как на пути своих стремлений русская партия встречается с украинофильством, то естественно, она принуждена и ему противодействовать. Однако она противодействует украинофильству не путем накликания на него жандармов и всей рати польских политиков, как это часть политических украинофилов делает относительно русской партии, но указанием на те органические связи, которые Червонную Русь соединяют в языковом и этнографическом отношении с русским народом в один национальный организм и доказывают несбыточность украинофильской утопии... О.А. Мончаловский. Литературное и политическое украинофильство. Львов. 1898г. 193с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/monczalowskij_ukrainofilstwo.html http://www.ukrstor.com/monczalowskij.html http://bookre.org/reader?file=748474 6.7Мб Осип Андреевич Мончаловский (1858-1906) Сын учителя начальной школы в Сушне Каменка-Бугского уезда. Окончил немецкую гимназию во Львове. За русские убеждения был удален из униатской духовной семинарии. Принял православие и поступил на юридический факультет. Всецело посвятил себя журналистике. Обладал организаторским и ораторским талантом и в совершенстве владел русским литературным языком. Осип Мончаловский основал и редактировал журналы Беседа и Страхопуд. Первый журнал был посвящен вопросам галицко-русской и русской литературы, а второй бичевал польские и австрийские злоупотребления и беспощадно высмеивал ренегатов Галицкой Руси и ее врагов. Осип Мончаловский прожил недолго, но оставил заметный след в родной культуре. К лучшим его трудам принадлежат: Житье и деятельность Ивана Наумовича, 1899, Живые вопросы, 1900, Грамматика русского языка, 1902, Петр Великий в Галицкой Руси, 1903, Участие малороссов в общерусской литературе, 1904, Главные основы русской народности, 1904. Галицкие украинофилы, не исключая Ивана Франко, подвергали Мончаловского жестокой критике, но мало обоснованной и обьективной. (Литература: Галичанин, 267, 1906, С.Ю. Бендасюк - О.А. Мончаловский, 1930) Святая Русь http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_679.htm Главные основы русской народности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_684.htm Житье и деятельность Ивана Наумовича http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_685.htm Положение и нужды Галицкой Руси (заметка - О названиях Украина, украинский и описание очевидцем и активным участником политической жизни самостийнического и русского движений в Галиции с 1840 по 1890 годы - Литературное и политическое Украинофильство) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_687.htm Родина. Сборник избранных русских стихотворений http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_689.htm Петр Великий в Галицкой Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_690.htm Грамматика русского языка http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_691.htm Значение Гоголя в русской литературе http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_706.htm Собиратель русских былин А.Д. Григорьев, и былина о Дюке Степановиче http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_707.htm В.Р. Ваврик Краткий очерк галицко-русской письменности. Лувен, 1973. 80с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/vavrik-galruspismennost.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

Ять: Русская Троица и Русалка Днестровая ...быть может, для русской закордонной публики, так как в России, исключая десяток-другой сторонников украинофильства, на этот национальный сепаратизм смотрят с улыбкою, как на шалости избалованного ребенка. Дело в том, что большинство русской закордонной публики не понимает нынешнего украинофильства и считает его не только естественным, но и похвальным выражением привязанности к особенностям родного малорусского слова, к природе мягкого юга и к особенностям южнорусской жизни. Такое понимание украинофильства было бы, однако, непростительным заблуждением. Нынешнее украинофильство - не благородное и естественное украинофильство Костомарова, Шевченка и Кулиша, а раньше их Котляревского и Кветки Основяненка, так как с течением времени и под влиянием враждебной русскому народу, но хитрой политики его противников, первоначальное чистое, литературное украинофильство, выражавшееся в любви к родному слову, к преданиям козацкой старины, к обычаям южной Руси, выродилось в национально-политическое сектантство, которое, при благоприятствующих для него обстоятельствах могло бы принести много вреда русскому народу. Зло нынешнего украинофильства в том, что оно, под покровом народничества, впрочем карикатурно извращенного, каплею по капле отравляет несведущих ложью... Украинофилы вообще, а галицкие в особенности, любят ссылаться на неживущих уже выдающихся деятелей и делать их своими единомышленниками, благо - мертвые срама не имутъ - и протестовать не станут. В России они сделали своим родоначальником И.П. Котляревского, а в Галичине Маркиана С. Шашкевича. Что касается галицких сепаратистов, то они считают М. Шашкевича родоначальником своей литературной самостоятельности на том основании, что - Русалка Днестрова - составлена на галицко-русском наречии и напечатана наполовину фонетикою, именно с опущением (и то не во всех статьях и словах) буквы - ъ -, хотя другие буквы, ныне украинофилами выброшенные, Ъ (ять) и - ы - в Pyсалке задержаны. Между тем разве одному г. Маковею неизвестно, что в 1837 году в Галичине вся местная русская интеллигенция, состоявшая почти исключительно из священников, говорила и писала по польски и за малыми исключениями о русском языке и письме меньше имела понятия, чем псаломщики, обучавшие тут и там детей грамоте на Часословах и Псалтырях. Сочинители и издатели Русалки Днестровой, составляя ее на галицко-русском наречии, решительно не имели намерения выразить этим самостоятельность малорусского языка и народа, а что касается опущения буквы - ъ - в Русалке, то оно произошло по причине незнания правильнаго правописания и под влиянием чеха Добровского, который выбросил -ъ - из славянской азбуки и серба Вука Караджича, употребившего в издании сербских песен фонетическое правописание. По свидетельству Якова Головацкого, товарища и сподвижника Маркиана Шашкевича и главного автора Русалки, М. Шашкевич после выхода Русалки сожалел о своем увлечении и в появившихся позже своих сочинениях всегда употреблял этимологическое правописание. Замечательно также и то обстоятельство, что галицкие украинофилы только в 1893 году додумались произвести M.C. Шашкевича в родоначальники галицкого украинофильства. До того времени их авторитетом был Т. Гр. Шевченко, котораго поэтические произведения составляли альфу и омегу их литературных, культурных, политических и социальных знаний и стремлений. Но с поры провозглашения в львовском сойме г. Романчуком пресловутой программы в 1890 году, в которой католицизм был объявлен основой русько-украинской народности, Т. Гр. Шевченко, как православный, должен был уступить, особенно, что язык произведений Шевченка слишком пахнет московщиной для нынешних украинофилов. Котляревский и Кветка-Основьяненко то же не могли занять места корифеев галицкого украинофильства, так как и они были православными. Оставалось выбрать кого-либо из галицких униатов в сепаратистские авторитеты и выбор пал на М. Шашкевича. Сепаратисты не имеют, однако, ни малейшего права анектовать для своих целей М. Шашкевича. Русалка Днестрова была созданием не одного М. Шашкевича, но также Я. Головацкого и И. Вагилевича. Впрочем, если бы М. Шашкевич один составил Русалку, то сепаратисты не в праве злоупотреблять его имя для своих целей, так как в разсуждении: Azbuka i abecadlo, odpowiedz na zdanie o wprowadzeniu abecadla polskiego do pismiennictwa ruskiego, написанном M. Шашкевичем в 1836 году против попытки ввести латинскую азбуку в русское письмо и в составленном ним учебнике Читанка для малых детей до школьного и домашнего употребления, изданном в 1850 году, нет и следа украинофильского сепаратизма. По этому галицкие сепаратисты напрасно облекают М. Шашкевича в свой халат и незаслуженно оскверняют память человека, которого высоко чтит галицкая Русь. (С Маркианом Семеновичем Шашкевичем сыграли ґалицкие сепаратисты еще иного рода комедию. Возведши его в родоначальники галицкого украинофильства, сепаратисты постановили отпраздновать торжественно в 1893 году 50-летнюю годовщину его смерти, перенести из деревни Новоселок, где он умер, его тленные останки во Львов и напечатать его портрет. За портретом искали долго и, наконец, нашли и напечатали. Но когда портрет появился, то крылошане Михаил Малиновский и А.С. Петрушевич, знавшие лично М. Шашкевича, решительно заявили, что портрет - подложный. - Прим. авт.) О.А. Мончаловский. Литературное и политическое украинофильство. Львов. 1898г. 193с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/monczalowskij_ukrainofilstwo.html http://bookre.org/reader?file=748474 6.7Мб http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_687.htm Русская Троица (1834-1837) Три студента богословского факультета Львовского университета, Маркиан Семенович Шашкевич, Иван Николаевич Вагилевич и Яков Федорович Головацкий, осознали себя сынами Руси и приняли древнеславянские имена: Руслан, Далибор и Ярослав. Они сказали во всеуслышание: как на небе Бог в Троице единой, так на земле Русь в троице единая: Великая, Малая и Белая Русь - одна Русская земля. Троица студентов вышла из русских деревень Прикарпатья. Почувствовав русскую почву под своими ногами, энтузиасты твердо решили трудиться в пользу родного племени, оторванного от великого русского народа и изнывавшего в тяжелом ярме польской шляхты. Первый рукописный свой опыт они назвали Руси сын (Русин), затем Зоря, которая должна была рассеивать мрак над Галицкой Русью. Издание, однако, не осуществилось, ибо подверглось запрещению административным порядком в 1834 году. Всё же зачинщики не покорились и не сдались. Они придумали новое название: Русалка Днестровая. Это общий труд Шашкевича, Вагилевича и Головацкого. Руслан предпослал альманаху трогательное предисловие: судилось нам быть последними. Он поместил несколько своих стихов рядом с переводами чешских и сербских народных песен, новеллу Олена и рецензию на Ruskoje wesile И. Лозинского, причем осудил латинский алфавит в русской письменности. Далибор указал на значение русских народных песен и привел тексты колядок, гаивок, ладканий и думок из разных местностей Галицкой Руси, а также поместил две баллады, написанные им под влиянием романтической поэзии Адама Мицкевича. Ярослав снабдил сборник своим оригинальным стихотворением и переводом двух народных сербских песен и опубликовал русские и славянские рукописи из архива Василианского монастыря во Львове. Благодаря его настойчивости и энергии первый галицко-русский альманах увидел свет в 1837 году в Будапеште, что и есть его особенной заслугой. В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm ...В 1831-32г., кончив гимназию, я поступил на философический факультет Львовского университета...Никто не мешал читать во время лекции какую угодно книгу. Я пользовался той свободой, читал книги, посещал библиотеки, но читал уже с большим разбором книги, касающиеся истории и языкознания, преимущественно русского и славянского. Не легко давалась мне та наука русского языка без руководителя. По собственному влечению я делал себе выписки и извлечения из всяких книг и изучал единственную находящуюся в унив. библиотеке немецко-русскую грамматику Гейма и переписал весь Сборник малороссийских песен Максимовича (с 1827г.), некоторые песни Кирши Даниловича (изд. 1818) из имевшихся в библиотеке Оссолинских экземпляров, прежде в черновую тетрадку, а потом дома переписывал начисто. Между тем мой сборник русско-народных песен постоянно увеличивался. Слушатель второго года философии (физики) Маркиан Шашкевич, который, в свою очередь, занимался русским языком и историей Руси, заметил, в каком направлении я читаю книги и делаю эксцерпты (выписки); он сблизился со мною, прямодушно открыл свои думы, сказав, что он русин, и заявил решительно, что нам, молодым русинам, нужно соединиться в кружок, упражняться в славянском и русском языках, вводить в русских кругах разговорный русский язык, поднять дух народный, образовать народ и, противуборствуя полонизму, воскресить русскую письменность в Галичине. Я пришел в восторг от такого предложения, о котором я позволял себе только грустно желать. Шашкевич познакомил меня с Иваном Вагилевичем, моим коллегою на первом году философии, и с тех пор мы стали сердечнейшими друзьями. Мы постоянно, встречаясь дома, в аудиториях, на прогулках, всюду мы втроем говорили, толковали, спорили, читали, критиковали, рассуждали о литературе, народности, истории, политике и пр., и почти всегда мы говорили по-русски, так что коллеги называли нас в насмешку русская тройца... Шашкевич, смелейший от нас всех на всякий подвиг, приобрел все больше сочувствующих нашим идеям. Мы условились, что всякий, приобретенный нами и вступающий в наш русский кружок, должен подать руку и заявить честным словом, что он обещает всю жизнь действовать в пользу народа и возрождения русской народной словесности. Чтобы освятить то обещание, мы приняли славянские имена: Шашкевич - Руслана, Вагилевич - Далибора, я - Ярослава. Затем явились Велимир - Лопатынский, Мирослав - Илькевич, Богдан - мой брат Иван, Ростислав - Бульвинский (умер); явились Всеволоды, Мстиславы, Володари и пр. Шашкевич пошел еще дальше: он составил альбум Русская зоря, в котором записывались желающие со своими стишками или девизами, но не иначе, как русской скорописью на русском языке. Я вписался с другими при словах: пізнай себе, буде з тебе. Шашкевич привел из песни Максимовича: Світи, зоре, на все поле, закіль місяць зійде. Острожинский написал: Час уже ляхам перестати, а нам, русинам, начинати. Вписались философы, и богословы: Покинский, Урицкий, Минчакевич, Кульчицкий, Охрымович, Гадзинский, Белинский и др. В семинарии начались толки о русском народе, о его просвещении посредством народного языка. У нас, правда, не было ясного понятия и определенной программы, всякий понимал дело по-своему, но движение между молодым поколением было сильно. В то время Вацлав из Олеска (Залеский) напечатал свой сборник песен народных; мы гордились тем, что поляк ставил русские песни во много выше польских по поэтическому творчеству; но мы негодовали на то, что русские песни напечатаны вперемежку с польскими и что напечатаны польскими буквами. Нам хотелось бы иметь национальный сборник, вроде Максимовича (с 1827г.). Я со своей стороны величался тем, что в моем сборнике находится много истинно народных песен, которых нет ни у Максимовича, ни у Залеского. У нас зародилась мысль издать русский альманах под названием Зоря, в котором были бы помещены народные песни, сочинения стихами и прозой, памятники прежней народной поэзии и переводы. Сказано: довольно слов, надобно приступать к делу. Начали сочинять статьи: Шашкевич написал на основании Бантыш-Каменского биографию Богдана Хмельницкого, сказку Олена и несколько стихотворений; Вагилевич: Мадея и Жулина и Калину; я сочинил Два веночки и выбрал песни из моего сборника, к которым Вагилевич взялся написать предисловие. Насчет правописания происходили долгие споры. Я предлагал правописание Максимовича; мои сотоварищи требовали применения (по мнению Копитара и Гримма, самого логического) сербского правописания Вука Стефановича Караджича. Я отстаивал русскую азбуку и не допускал латинского j... через несколько дней у Шашкевича на квартире сделали ревизию. Полицийные комиссары перерыли все его вещи, но не нашли ничего запрещенного. К счастью, его альбум Зоря была при нем в кармане, его же особы не трогали; а то, если б нашли список имен с девизами, немцы были бы уверены, что они открыли русский заговор, и Шашкевич по своей неосторожности погубил бы столько полной надежды молодежи. После ревизии Шашкевич бросил свою Зорю в нужник... После вакансов в г. 1835 меня приняли на второй курс университета во Львове...Я опять встретился с прежними друзьями. Вагилевич был тот же горячий энтузиаст, с широкими планами и полный мечтательных идей. Напротив того, Шашкевича, посетив его в семинарии среди музейного шума, я нашел совсем упавшим духом; он называл все наши затеи ребяческими игрушками, мечтательными грезами, никогда не исполнимыми; он уповал в какие-то предстоящие реформы, и все обнадеживался, полагаясь на благосклонность немцев. Наконец он сознался под секретом, что его приглашал директор полиции к обеду, расспрашивал о желаниях молодых русинов, обещал все, только чтобы мы не вязались с поляками. Я пристыдил Шашкевича, что он столько легковерен и полагается на немцев, тогда самых больших противников славян, а Вагилевич прямо сказал: Стережись! Шашкевич уже на той дороге записаться в полицейские шпионы. Он уже открыл им наши планы... В продолжение 1835 и 1836...Я переписал почти все статьи из рукописной Зори (статья о Хмельницком где-то затерялась у Шашкевича), мы добавили некоторые новые статьи и назвали наш сборник Русалка Днестровая, - и я послал его Петровичу. Вскоре последовало разрешение цензуры и услужливый Петрович прислал мне счет за напечатание книжки в сумме 400 гульденов. На радости я написал письмо к директору Верещинскому в Коломыю, и он согласился дать 400 флоринов. Русалка напечатана в 1000 экземплярах, и Петрович прислал мне все во Львов, за исключением 100 экз., посланных в Ведень... Казалось, все идет как по маслу. Между тем полиция стала пристально смотреть за молодежью, попалось несколько русинов...То были самые надежные молодые люди, с которыми мы сообщались, и некоторые из них прислали Шашкевичу материалы по русской литературе, и потому он поместил их имена в предисловии Русалки. Львовская цензура заподозрила нас в сообщничестве с ними по делу преступления. Ректор и цензор Венедикт Левицкий, в душе сочувствующий русскому делу, но над меру щепетильный моралист, бился с мыслями, как бы, не нарушая своего австрийского патриотизма, не погубить нас. Шашкевич был в отчаянии, ему угрожало исключение из семинарии и духовного звания. Мать-вдова, полагавшая всю свою надежду на него, старшего сына, оставалась с тремя сынами и тремя дочерьми на жертву нищеты. Вагилевич отрекся от всего, сказав, что мы с Шашкевичем издавали вдвоем Русалку, без его ведома. Чтобы спасти Шашкевича, я принял на себя всю вину, заявляя, что будто бы, будучи в Пеште, я нашел возможность издать книжку, не зная о том, что в Галиции действуют другие законы, чем в Венгрии. Левицкий выхлопотал прежде всего у правительства, чтобы дело расследования было предоставлено семинарскому начальству без всякого вмешательства полиции. Нас извинили незнанием законов и простили, но так как в Русалке напечатаны также статьи, которые уже запрещены были львовской цензурой, то над нею сделан был строжайший цензурный приговор: Damnatur! Наступило полное разочарование, рассеялись мечты о движении русско-народной письменности, и мы очутились на краю безнадежности. Я.Ф. Головацкий. Пережитое и перестраданное. Воспоминания, 1885 http://litopys.org.ua/zahpysm/zah15.htm Я.Ф. Головацкий. О первом литературно-умственном движении русинов в Галиции http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_675.htm

Ять: Русская Троица и Русалка Днестровая Не журися Русалочко з над Днестра, що-сь не прибрана, в наряде який вид природи и простодушного и добросердного народа твойого приймила-сь, - стайешь перед твоеми сестрицями. Они добри, видачятти, приймут тя и прикрасят Русалка ДнЪстровая. Будим 1837 Воскресить с новой силой Русскую славу, русскую власть! однакож язик и хороша душа руска була серед Славлянщини, як чиста слеза дЪвоча в долони серафима Книга начинается вступительным словом М. Шашкевича - Предисловие, в котором он подчеркивает красоту русского языка и литературы и списком наиболее важных поднепровских литературных и фольклорных изданий того времени - честь им най буде и слава, а в руских детех най усерднейша подяка! Далее материал разделен на четыре части - Народные песни, Сочинения, Переводы и Старина. В них опубликованы сборники народных дум и песен с предисловием И. Вагилевича, оригинальные произведения М. Шашкевича - Воспоминание, Погоня, Тоска по милой, Сумрак вечерний, Елена; Я. Головацкого - Два веночка; И. Вагилевича - поэмы Мадей, Жулин и Калина, а также переводы сербских песен, три исторические песни из старых рукописей и другие произведения Я.Ф. Головацкий. О первом литературно-умственном движении русинов в Галиции http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_675.htm

Ять: Руслан Шашкевич. Згадка Русалка ДнЪстровая. Будим 1837. c.60-65 Як в мЪю так пЪю – приповЪдка народна Згадка ЗаспЪваю що минуло, ПередвЪцкій згану чяс, Як весело колись було Як то сумно нинЪ в нас! Святовида [1] лиця ясні За Лабою [2] Славлян чтиў, Купайловий [3] танок красний Царинами вЪтром спЪў. - Гай ся на честь гарной Лади [4] ПЪньом дЪвиць розлягаў, Мір в подяцЪ для Коляди [5] Веселячись снопи клаў. — Над ярою Волтавою [6] Суд Любушин [7] мир даваў, Над ДЪнпром славотицьою Так Ярослав ся вславляў. [8] По за бЪлими водами БЪлий гнЪздо орел виў; А рускими сторонами Звін вЪчовий гомотЪў. — Новгорода сила й слава СвЪтом цЪлим зголосла, Киева золота глава Під небеса ся звела. Слави дочка величана На свЪт цЪлий сияла ПЪснь Люмира пЪснь Бояна [9] ГолоснЪсше Ъй гула. — НинЪ думка йде сумненько Темним лЪсом гомонит, За Дунай, за ДнЪпр туженько Згадка журна лиш летит. По над ДнЪстра берег крутий Гамор галич розлягат — Там сум душу хапле лютий В безвЪсть гадка проподат. — Городища де бували Днесь могили ся звели, Богiв храми де стояли Грехiт мохи поросли. — По за води по за тихi 3 Славоў гаразд пробуваў — ЗагудЪвши вихорь лихий И слЪди их позмЬтаў! — Красна Ретра з Арконою [10] Пилом вЪчним припали, ДЪти вЪрні з матерьою Десь в безвЪстьох изчезли... Де ворони ся злЪтают Колись славний стояў тин [11] Тяжкі мраки днесь лягают Як на ногах татарин. [12] Щастє гаразд з під могили Гомонем лиш залЪтат; Як Славляне колись жили Журна думка лиш з гадат; Из Русина щирой груди В побратимий летит край, Побратимі де сут люди По за Вому за Дунай. — Руслан Шашкевич 1. Святовид. бог Славлян надлабских в надбальтицких виображающий сонце 2. Лаба Albis fluvius 3. Купайло, бог Плодів земних. Опис обрядів Купайлових найдеш кромЪ инших в Исторіи Малой Россіи Дм. Бантыш Каменского Ч. III. стр. 84. прим. 4. Лада, бог милости, ладу и женидби або весЪля; доси у нас пЪсни весЪльні зовут ся ладканя 5. Коляда бог миру, и пированя 6. Волтава рЪка у Ческій земли Moldau Fluss. 7. За Княгини Любуши споминают-ся первий раз у Чехів desky prawdodatne зри Kralodworský rukopis: Saud Ljbušin 8. Ярослав Володиміровичь (1019) зчиниў зберку прав руских знакому під именем Правди рускои 9. Люмир и Боян пЪвцЪ стародавной Славлящими - ceй на Руси той у Чехов. - зри Слово о полку Игоря - Kralodwarsky rukopis 10. Преславни городи у Славлян над нинЪшним морем Балтицким 11. Твердогород, замок. - ПримЪри: Милятин, Гусятин, Рогатин, Чорнятин, Славетин и м. и. 12. ПовЪдают люди, що Татари вертаючи с полоняним міром у свiйцю, коли стагали на нічлЪги повязаним полонянцям лягали на ноги, щоб не поўтЪкали. Я.Ф. Головацкий. О первом литературно-умственном движении русинов в Галиции http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_675.htm

Ять: Крестьяне - Поэты. Василий Романович Ваврик Я - русин Я русин был и русским буду, Пока живу, пока дышу, Покамест имя человека И заповедь отцов ношу. Когда австрийцы и поляки Да немцы лютые меня С правдивого пути не сшибли И не похитили огня, То ныне ни крутым запретам, Ни даже ста пудам оков Руси в моей груди не выжечь Во веки вечные веков. I. Краткая биография Василий Романович — выходец из народа. Он родился в крестьянской семье 21 марта 1889 года в селе Яснище Бродовского р-на Львовской обл., где и прошел начальную грамоту. Окончив успешно немецкую гимназию в Бродах, он записался на юридический факультет Львовского университета. Вспыхнувшая летом 1914 года мировая война повернула его путь в совершенно другое направление. В пределах Прикарпатской Руси начались ужасы, гонения, и зверства военного произвола, которые не прошли мимо молодого студента. Василий Романович был арестован в селе Манаеве; через Зборов, Золочев и – бригидску – тюрьму во Львове, был заточен в Терезинскую крепость в Чехии, а затем переброшен в ужасный своими пытками Талергоф возле Граца в Штирии. В конце 1915 года он был зачислен в 80-й полк австрийской армии. В штрафной роте он вытерпел немало издевательств и обид в тылу и на фронте в Альпах. На горе Слеме он попал в плен; год спустя из Италии уехал во Францию и поступил добровольцем в Русский корпус, сражавшийся с немцами. Осенью 1917 года, через Англию и Ледовитый океан, отплыл вместе с русскими солдатами в Россию и прибыл в Петроград как раз в первый день Октябрьской революции. Призыв к братанию с немцами никак не вмещался в голове галичанина, испытавшего на себе все ужасы Терезина и Талергофа. В поисках Руси, взлелеянной им еще на школьной скамье, он очутился в отряде карпатороссов, возникшем для борьбы за свободу Карпат. Отряд, развернувшийся в полк, пытался через Украину и Волынь, проникнуть к родным границам, но был разбит сильной группой анархиста Махно на Днепре. В 1920 году Василий Романович переехал, через Югославию и Венгрию, в Закарпатскую Русь и в Ужгороде возглавил редакцию еженедельной газеты Русский Вестник. Осенью записался на историко-филологический факультет Карлова университета в Праге. Предложив диссертацию на тему: Яков Федорович Головацкий и его значение в галицко-русской словесности, получил в 1926 году ученую степень доктора славянской филологии. Вернувшись на родину, Василий Романович еще три года занимался в польском университете во Львове. Защитив на философском факультете вторую диссертацию на тему: Иван Николаевич Далибор-Вагилевич, его жизнь и деятельность, он выдержал в 1929 году экзамены по славянской филологии, немецкому языку и педагогике и получил диплом преподавателя. Несмотря на это, государственной службы он не получил и работал в качестве секретаря в Ставропигийском институте вплоть до прихода Советской Армии. В 1939-1941гг. Василий Романович состоял старшим преподавателем русского языка в университете. В годы немецкой оккупации (1941-1944) зарабатывал на хлеб в домоуправлении Ставропигийского ин-та. Тогда же довелось ему пережить тревожные и грозные дни: его брата Петра, пятидесяти-шестилетнего крестьянина и отца шестерых детей, расстреляли украинско-немецкие террористы, а второго брата Павла избили до того, что он скончался от тяжелых ран. Сам же Василий Романович, кроме материальных недостатков, постоянно находился под наблюдением немецких агентов. Не взирая на это, он всячески действовал в пользу родного края и славянских народов, за что был награжден медалью За доблестной труд в Великую Отечественную войну 1941-1945гг. После освобождения Карпат от немцев, Василий Романович работал старшим научным сотрудником в Историческом музее, будучи одновременно лектором по истории города Львова. Решением Совета Института литературы им. Тараса Григорьевича Шевченко АН УССР от 11 октября 1956 года ему была присуждена ученая степень кандидата филологических наук, на основании чего Высшая Аттестационная Комиссия Министерства высшего образовани СССР выдала ему в Москве 21 ноября 1956 года диплом кандидата Наук за N 000199. В конце того же года он вышел в отставку с пенсией 56-ти рублей в месяц. II. Литературные работы Еще в гимназии начал В. Ваврик сочинять стишки подражательногого характера. Первый его опыт – Карпаты - был напечатан в ежедневной газете Прикарпатская Русь N 1021, Львов, 1913). Все им написанное он сам объединил в общее заглавие: Червонная Русь. Это сделано им сознательно с целью обратить внимание на юго-западный угол Руси по склонам и подгорьям Карпат, который на заре истории русского народа обьединял т.н. Червенские города: Червень, Перемышль, Галич, Звенигорсд, Буск, а позже Холм и Львов, - все достояние Ростиславичей и Романовичей Рюрикова рода. В 1340 году Червонную Русь захватила Польша, а в 1772 году Австрия. После второй мировой войны значительная часть этой исконной русской земли отошла к Польше и Словакии. По своему жанру и характеру работ В. Ваврика расположены в следующих разделах: - Красная горка, лирика, - Трембита, баллады и поэмы, - В чужом ярме, новеллы и рассказы, - Лоскутья, статьи и записки, - Драматические картины, - Научно-популярные очерки, - На закате гаснущих дней, воспоминания, - Переписка... Карпаторусский Календарь Лемко-Союза на 1964: Р.Л. Мирович. Василий Романович Ваврик (к 75-летию со дня рождения). с.97-100; И.С. Шлепецкий. Георгий Юлианович Геровский (1886-1959). с.101-114; В.Р. Ваврик. Иван Степанович Шлепецкий. с.115-121) http://lemko.org/pdf/KLS1964.pdf 17Мб Крестьяне - Поэты. Василий Романович Ваврик http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_756.htm

Ять: В.Р. Ваврик. Иван Степанович Шлепецкий (Краткая справка) На исторических путях культурной жизни карпато-русского народа, в борьбе за его лучшее будущее, демократическая интеллигенция Карпатской Руси всегда шла впереди. На протяжении многих лет она была опорой в стане поработителей карпатских русинов. Даже в самые черные дни мадьярской неволи, среди общей тишины и трепета раздавался смелый голос: Подкарпатские русины, оставьте глубокий сон!... Светлые идеи, за которые боролись карпато-русские культурные деятели: Балудянский, Лодий, Орлай, Венелин, Кукольник, Добрянский, Духнович, Павлович, Кралицкий, Сильвай, Раковский, Фенцик, Ставровский, Митрак, Лучкай, Грабарь, Бескид, Поливка, Карабелеш и много других, не пропали бесследно. Семена, брошенные ими в народную почву, взошли хорошими плодами здоровой, разумной, творческой жизни, основанной на началах духовного раскрепощения и нравственной чистоты карпатского русина. Если бы их следами пошла карпато-русская интеллигенция после 2-ой мировой войны, то народная нива могла бы уже теперь заколоситись пышными всходами, тем более, что русский язык приобрел в школах полные права гражданства. К сожалению, однако, нашлись в ее рядах хулители всего родного прошлого. Они расковеряли и огадили вспаханную удобренную и улучшенную здоровым зерном карпато-русскую почву, подвергли несправедливой критике своих отцов и дедов, осмеяли подвиги своих предшественников. Вследствие украинской суматохи и насилия, уцелевшая карпато-русская интеллигенция выбилась из нормальной жизненной колеи; ею овладели призраки растерянности, расхлябанности, неуверенности, апатии, дряблости духа. Вслед за этим она лишилась вольных импульсов здорового творчества и простого желания осмыслить сущность настоящего дня, выявить свое лицо, открыто и организованно заявить о своих законных правах, о своих насущных нуждах. Несмотря на то, что личный, служебный и профессиональный состав карпато-русских учителей, врачей, юристов, агрономов, священников постоянно увеличивается, все же совершенствование условий материальной и духовной культуры, улучшение жизни не двигается вперед. Все выше названные носители культуры, прибитые обухом безголовия, не могут придти в себя и под давлением страха представляют собой воплощенный испуг. Они опасаются смело ступать по улицам своих городов и деревень. Они боятся громко говорить и шепчут шопотом потихоньку да с оглядкой на все стороны. Горе Карпатской Руси усугубляется еще тем печальным фактом, что она разбита на три части: русскую, польскую и словацкую и окружена пятью границами: советской, румынской, мадьярской, польской и чехословацкой. Творческие ее дарования изгнали за ее пределы. Выдающийся ее поэт Андрей Васильевич Карабалеш, испытавший на себе пытки железа и крови в мадьярских и немецких концлагерях, хруст своих костей и незалечивший еще ран гестаповского произвола, очутился в когтяг – сiчовых - атаманов и влачит жалкое существование не только в материальном, но и духовном смысле вдали Родины на границе северной Чехии в Рыхнове возле Либерца. Подающий большие надежды литератор Олег Алексеевич Грабарь пропал без вести. Талантливый журналист и выдающийся общественный деятель Иван Степанович Шлепецкий надрывается в чешской Праге. Доцент ужгородского университета Петр Васильевич Линтур и старший преподаватель пряшевского пединститута Андрей Степанович Шлепецкий, как могут и знают, приспособливаются к тяжелым обстоятельствам. В настоящей статье хочу вкратце обратить внимание на скромного, без каких-либо претензий доктора медицинских наук Ивана Степановича Шлепецкого, пламенного патриота Карпатской Руси, который прошел сквозь бурю и грозу лютых гестаповцев и их холопов-украинских СС террористов да чехословацких буржуазных националистов. Все же он не погнулся, не сдался и непоколебимо всегда сохранял свой национальный русский облик. Проживая в настоящее время в Праге, он не боится требовать того, что полагается его Родине по законам чехословацкой конституции. Иван Степанович Шлепецкий родился 9-го апреля 1907 года в Великом Буковце на Пряшевской Руси, расположенном в том-же Стропковском районе, что и Вышняя Ольшава, откуда происходил Михаил Андреевич Балудянский, первый ректор Санкт-Петербургского университета. Родители Ивана Шлепецкого, Степан Дмитриевич и Анна Андреевна, урожденная Поливка, занимались земледелием. Отец его умер в 1916 году и мать осталась с пятью малолетними сиротами в разоренной войною обстановке. И только благодаря заботам старшего брата, известного общественного деятеля Американской Руси, благодетеля Пряшевской Руси, журналиста и историка, протоиерея Андрея Степановича Шлепецкого, которому в 1912 году удалось благополучно сбежать за океан из австро-венгерской тюрьмы народов, Иван Степанович смог получить приличное образование. Начальную школу он закончил в родном селе, гимназию в Ужгороде, а медицинский факультет в Карловом университете в Праге. Там-же сразу стал работать в клинике по внутренним болезням у профессора Д-ра В. Прусика. Не медицина, однако, приковала к себе Ивана Степановича, хотя он с давних пор популяризует в народе медицину и пишет статьи на разные медицинские темы, как: Здоровье в Карпатских ущельях, На новом пути здравоохранения, Обязанность гражданина при несчастных случаях, Рак - скрытый враг здоровья человека и др. Он нашел другое поприще. Деятельность его можно определить тремя словами: все для Руси!.. Карпаторусский Календарь Лемко-Союза на 1964: Р.Л. Мирович. Василий Романович Ваврик (к 75-летию со дня рождения). с.97-100; И.С. Шлепецкий. Георгий Юлианович Геровский (1886-1959). с.101-114; В.Р. Ваврик. Иван Степанович Шлепецкий. с.115-121, написано в 1963) http://lemko.org/pdf/KLS1964.pdf 17Мб http://lemko.org/books/index.html Иван Степанович Шлепецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_457.htm

Ять: Георгий Юлианович Геровский (1886-1959) Пряшевщина - самая западная часть исторических земель древней Руси, Киевского государства - дала своему народу много выдающихся культурно-просветительных и общественно-политических деятелей, как, например, Арсений Коцак (1737-1800), Иван Югасевич (1741-1814), П.Д. Лодий (1764-1829), М.А. Балудянский (1769-1847), Ю.И. Венелин-Гуца (1802-1839), А.В. Духнович (1803-1865), А.И. Добрянский (1817-1901), А.И. Павлович (1819-1900), А.Ф. Кралицкий (1835-1894), А.Л. Поливка (1841-1888), Ю.И. Ставровский-Попрадов (1850-1899), И.Ф. Кизак (1856-1929), И.И. Ханат (1857-1936), И.А. Поливка (1866-1930), И.Э. Грабарь (1871-1960), К.П. Мачик (1875-1938), Н.А. Бескид (1883-1947) и др. Многие из них не ограничили свою деятельность для народа только своего небольшого участка русской земли, но внесли значительный вклад в сокровищницу русской культуры вообще, как, например, М.А. Балудянский, первый ректор Петербургского университета (1819-21), Ю.И. Beнелин-Гуца, русский филолог и историк-славист, И.Э. Грабарь, советский живописец, искусствовед и деятель в области охраны и реставрации памятников искусства, народный художник РСФСР, П.Д. Лодий, первый декан юридического факультета Петербургского университета и др. К этой плеяде культурно-просветительных деятелей и стойких борцов за социальное и национальное возрождение своего карпато-русского народа следует присоединить и Г.Ю. Геровского (1886-1959), неутомимого труженика и исследователя в области языковедения, истории, литературы и фольклора всего русского Закарпатья, о которой наш земляк, известный советский художник, академик И.Э. Грабарь в письме к д-ру Д.О. Семанюку пишет: За эти последние дни умер мой единственный двоюродный брат Георгий Геровский в Пряшеве, очень образованный доктор-филолог -. Львовский же ученый, доктор славянской филологии В.Р. Ваврик в письме от 19 апреля 1959 года пишет: Присоединяюсь к Вашей глубокой скорби по случаю кончины выдающегося карпато-русского ученого Георгия Юлиановича Геровского, оставившего за собою богатую и полезную работу. В течение горьких лет он внедрял необходимость изучения карпатских говоров и знал их особенности до мелочей -. … Слово сказано на могиле Г.Ю. Геровского в Пряшеве 7 февраля 1959 года Дорогой Георгий Юлианович! Ваша неожиданная, преждевременная кончина причинила нам большое горе и печаль. Сошлись мы здесь, чтобы отдать последнюю честь Вашему праху. Да иначе и не может быть! К этому обязывают нас Ваши неоценимые труды на поле науки, истории, языковедения, фольклора, журналистики. Да, Вы уходите от нас, как наша единственная крупная научная сила, наша энциклопедия отечество-ведения! Вы целые десятилетия трудились на благо нашего родного края и своими академическими работами заставляли молчать всяких недорослей, извращавших факты исторического бытия, действительного положения существования нашего народа. Именно этот способ действия создал для Вас тернистый путь, по которому Вам приходилось идти. Значение нашей старинной народной поговорки - Правда очи колет - сильно отразилось именно на Вас, на Вашем существовании. Защищая правду и справедливость, Вы попадали в немилость, в преследования. И действительно, немало горя и лишений прожили Вы в прошлом. Во время Австро-Венгрии — преследования и арест, во время первой буржуазной Чехословацкой республики - лишение права на труд и обречение на голодовку…И только наше современное социалистическое правительство реабилитировало Вас, оценило Ваши труды, дало право на труд и отдых. И вот, когда бы Вам только спокойно жить и продолжать трудиться на научном поприще, Вы уходите от нас. Дорогий Георгий Юлианович! Вы уходите от нас как раз в тот момент, когда наша страна более всего нуждается в таких кропотливых научных работниках, как Вы, когда вновь появляются всякие недоросли, зазнайки и фальсификаторы истории нашего края. Но мы не будем падать духом. Прощаясь с Вами в повышенном настроении от гигантских планов XXI съезда КПСС, которые несомненно будут иметь немалое значение и для нашей страны, мы можем только обещать Вам, что мы пойдем по пути заветов наших предков и, строя новое, социалистическое общество и светлое будущее, мы будем стойко защищать правду и справедливость по Вашему примеру. Спите спокойно! Простите всем, кто Вас обидел ведомо или неведомо! Мы же обещаем Вам, что сохраним о Вас добрую память в наших сердцах. Да будет Вам легкой родная земля! Д-р И.С. Шлепецкий Карпаторусский Календарь Лемко-Союза на 1964: Р.Л. Мирович. Василий Романович Ваврик (к 75-летию со дня рождения). с.97-100; И.С. Шлепецкий. Георгий Юлианович Геровский (1886-1959). с.101-114, написано в Праге, авг. 1959; В.Р. Ваврик. Иван Степанович Шлепецкий. с.115-121, написано в 1963) http://lemko.org/pdf/KLS1964.pdf 17Мб Георгий Юлианович Геровский http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_458.htm

Ять: Георгий Геровский. Язык Подкарпатской Руси В 1925-1928 годах Г.Ю. Геровский исследовал юго-карпатское наречие Закарпатской области и Пряшевщины и составил первую диалектологическую карту этой языковой области. Исследование состояло в определении отдельных типов наречий, объяснении их фонетических и морфологических особенностей, в обозначении более важных изоглосс — линий, соединяющих на географической карте места с одинаковыми языковыми особенностями населения. Собранный материал был основой для классификации наречий на основании данных об их происхождении (древнее и новое наречие) и их фонетических и морфологических особенностей, причем принимались во внимание местный словарный состав или же чужие, неорганические элементы или связь с наречиями совсем иной наречной группы. Результаты этого кропотливого труда изображены в наглядном виде в диалектической карте, впервые составленной в научной (языковедческой), литературе для этой языковой области. Для собирания диалектологических материалов нужно было совершить немало научных поездок, необходимо было обладать железной выдержкой и затратить много тяжелого труда, посетить наиболее отдаленные села горной области, преодолеть многие препятствия. Собранные материалы были им обработаны в 1934 году опубликованы – И.С. Шлепецкий От издателей Инициатором данного издания является карпаторусский народный деятель Михаил Ильич Туряница, основатель и многолетний редактор журнала Свободное слово Карпатской Руси (США), запрещенного советской цензурой. В книге проведен подробный филологический анализ подкарпаторусского диалекта, его сходств и различий с мало- и великорусским диалектами, составлена карта говоров Подкарпатской Руси. На основании анализа всех подкарпаторусских литературных памятников автор аргументированно утверждает, что литературным языком Подкарпатской Руси был сначала церковно-славянский, а затем - общерусский литературный язык карпаторусской редакции, одинаково понятный носителям всех карпаторусских говоров. - В ответственные моменты карпатороссы (русины) сами решали, как им жить и каким литературным языком пользоваться. На всенародном опросе о языке преподавания в школах в 1937 году каждый селянин получал 2 билета, на одном из которых было написано: малоруський язык (украинский язык), на другом - великорусский язык (русский язык). Несмотря на явное жульничество со словами малоруський и великорусский - ибо малорусский народный язык - это не украинский, а русский (литературный) - это не великорусский, самостийники потерпели полное поражение, ибо 86% селян, подчиняясь тысячелетнему чувству единства всего русского народа, голосовали за великорусский язык (Мих. Прокоп. Из книги Путями истории, НьюЙорк, 1979). Карта говоров Подкарпатской Руси была нами увеличена и изображена в цвете для большей наглядности, были также сняты границы районов на 1934 год, которые её сильно перегружали. Книга рассчитана на преподавателей словесности, студентов филологических вузов, а также на всех тех, кто интересуется филологией Г. Геровский. Язык Подкарпатской Руси. М., 1995, с.90; подготовлена С.В. Шараповым (пер. с чешского редакции 1934г.) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_347.htm Почти все многочисленные сочинения Георгия Геровского по истории, диалектологии, фольклору и истории литературы остались в рукописях. Ни чехи, ни мадьяры, оккупировавшие Закарпатскую Русь с 1939 по 1944гг., ни коммунисты Пряшевской Руси, куда он переселился после II Мировой войны, не разрешали печатать сочинения местных русских ученых Свободное Слово Карпатской Руси http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Георгий Юлианович писал: Замечательным для истории языка этого маленького полумиллионного народа...есть его решительное усилие не отдаляться все более и более от русского корня введением собственных диалектических особенностей в литературу, решительное сознательное стремление к языку русской литературы, к русской школе, руководимые естественным инстинктом самозащиты и чувством языковой принадлежности ...Подкарпаторусский диалект относится к единому языковому образованию, называемому русским языком, диалекты которого занимают великую восточно-европейскую равнину к северу от Карпат. Русский язык состоит из трех основных диалектов или диалектных групп: 1. северо восточный или великорусский, 2. южно-русский или малорусский и 3. западный или белорусский, являющийся в определенном смысле связующим звеном между двумя предшествующими диалектами. Карпаторусский диалект относится к южнорусской или мало-русской группе, с которой его связывают общие языковые особенности ...Подкарпаторусский диалект характеризуется некоторыми особенностями, не известными ни одному из других малорусских диалектов ...особенности, характерные только для подкарпаторусского диалекта и не представленные в других малорусских диалектах и даже находящиеся в противоречии с их основными чертами, позволяет сделать вывод: что подкарпаторусский диалект является самостоятельным диалектом южнорусского типа. Он не может быть включен ни в одну из научно признанных групп малорусских говоров и должен быть признан особым диалектом наряду с другими диалектными группами ...Исследование словарного фонда юго-карпатского наречия привело к факту сохранения слов древнего основного фонда (главным образом юридической терминологии - головник), а сравнение со словарными особенностями других русских наречий - к родственности юго-карпатских говоров и северо-великорусских, в которых сохранились те же слова, исчезнувшие в наречиях средней области под влиянием бурных исторических событий (сравни - жуковина - кольцо в Закарпатье и в северо-великорусских наречиях; (см. Словарный состав южно-карпатской народной речи. Костер, N9, Прага 1946, с.149-150) – И.С. Шлепецкий, с.108) ...Изучив наречие местного населения, он научно поддержал мнение тех, кто утверждает, что население Пряшевской Руси - это - прямые потомки жителей древней, Киевской Руси - лемки, наречие которых ближе всех стоит к русскому языку (В.А. Анукин, А.И. Спиридонов: Закарпатская область. Москва, 1947, с.93 - И.С. Шлепецкий, с.111) Георгий Юлианович Геровский http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_458.htm

Ять: Из русских в нерусские - Вы не создаете украинское, вы уничтожаете русское, оставляя после себя духовную, культурную и научную пустоту. Ваше - украинство - призвано стать колом, вбитым в русский народ. Обвинить великорусов во всех бедах малорусов, уничтожить созидательное русское начало, путем внедрения в создание малорусского мужика зоологического неприятия единокровных и единоверных братьев из Великой России…Лингвистические региональные различия не значат ничего: немцы, французы, итальянцы так же пишут и говорят неодинаково, но только лжецу, ненавистнику и предателю их отечеств придет в голову поднимать эти различия на государственные знамена. Вашими трудами мы выведем русский народ до отдельных сел и хуторов… - из выступления Георгия Геровского во Всеукраинской академии наук, 28 января 1924 года. За пару месяцев до отбытия из Советского Союза домой, в Подкарпатскую Русь, Георгий Юлианович Геровский получил звание академика Всеукраинской академии наук и Академии наук СССР, однако пробыл в них не долго. В начале своего становления советская власть испытывала острую нехватку в образованных специалистах, массово выехавших из СССР, посему терять таких ценных кадров как Геровский совершенно не хотелось, к тому же в свете политики украинизации, проводимой советской властью и КП УССР. После успешной работы в Саратовской губернии и заведовании историческим отделом библиотеки самого на тот момент крупного на Волге Саратовского университета, Геровского попросили остаться и заняться научной работой в Киеве. Попросили и тут же пожалели. На второй день пребывания Георгия Юлиановича в стенах Всеукраинской академии наук, на заседании комиссии по развитию украинского языка Геровский вступил в научную дискуссию с Михаилом Грушевским, закончившийся, по воспоминаниям академика Петровского, - перепалкой, где Грушевскому не нашлось, что ответить, кроме обвинений Геровского в москвофильстве. Георгий Юлианович просто и изящно доказал полную несостоятельность труда Грушевского - История Украины-Руси, указав на историческую, культурную и лингвистическую мистификацию тезисов о наличии - украинской нации -, подлога с введением в народный обиход населения Советской Украины этнонима - украинец -, а так же уничтожении общерусской культуры, путем насильственной украинизации. Открыто Геровского не поддержал никто, только тогдашний председатель Всеукраиснкой академии наук, Владимир Ипполитович Липский в полголоса сказал: когда-нибудь это должно было произойти. На следующий день, 29 января 1924 года, Георгий Юлианович написал заявление об уходе, указав, что не может работать с маргиналами, ставящими идеологию выше науки и цель деятельности которых - уничтожение русского единства. Лесь Иванив. http://allpravda.info/content/2642.html Список трудов, статей и заметок Г.Ю. Геровского Г.Ю. Геровский владел всеми живыми славянскими языками, а также старославянским. Кроме того, он владел немецким, французским, мадьярским, греческим и латинским языками. Писал он, кроме научных и исторических трудов, статьи на разные актуальные темы на русском, чешском, словацком, немецком и других языках. Работы его печатались в разных периодических и непериодических изданиях, в нередких случаях под разными псевдонимами, так что их нелегко собрать. Краткий, далеко неполный перечень его трудов и статей прилагаем в конце нашего очерка. При этом следует еще отметить, что Г.Ю. Геровский в октябре 1957 года представил филологическому факультету Карлова университета в Праге обширный труд - диссертацию Происхождение Восточнославянского заселения в Верхнем Потисье и его древнейшие судьбы (По языковым и историческим данным) - на соискание научной степени доктора филологических наук. Этот интересный труд (293 страницы машинописи) остался неизданным ...Итак, оценивая труды Г.Ю. Геровского, каждый беспристрастный человек должен признать, что ему по праву принадлежит первое место как ученого, языковеда и историка в закарпатской отечественной истории. Список трудов, статей и заметок Г.Ю. Геровского: 1. Книги: Русский язык в церковно-славянско-русской грамматике Михаила Попа-Лучкая, Ужгород 1930. Joyk Fodkarpatske Rusi. I. Lidova rec (s mapou jihokarpatskych ruskych nareci), II. Sposovny jazyk XII-XX stol. Ceskoslovenska vlastiveda, III. (Jazyk). Praha 1934. Разбор новой угрорусской грамматики. Под редакцией Г.Ю. Геровского и В.И. Крайняницы. Ужгород 1940. История угрорусской литературы в изображении Володимира Бирчака. Ужгород 1943. II. Статьи в разных изданиях: Из северо-русской фонетики. (Звуковые явления говора села Липовки Саратовского уезда). Slavia, VII, Прага 1928. Zur Behandlung der Lautverbingen-dl-tl- im Sudkarpatorussischen (ugrorussischen). Zeitschrift fur slavische Philologie, VII, 1929. О языке грамоты 1404 года Грушевского монастыря на Карпатской Руси. Slavia, XVII, Прага 1929. Die altrussischen Scheibweisen дъжчь und дъжгь. Zeitschrift fur slavische Philologie, XX, 1943. Духнович. По поводу годовщины рождения. Народная газета N17 от 24 апреля 1928, Пряшев. Евгений Сабов и его значение для преподавания русской речи. Русская школа. 1937, Прага. Русские и украинские слова. По поводу их сравнения в книжке Русский чи Украiнець. Рус. Нар. Голос, 1938, Ужгород. Разбор граматики Панькевича. Slavia, VI, 1926; книжное издание, Ужгород 1930; журнал Русская школа, 1936, Прага. Как называли себя и свою землю наши предки? Русская Правда, 1940. Ужгород. Легенда о Раковском. Руское Слово, 1941, Ужгород. Борьба закарпатского народа за свое освобождение в течении столетий (Историческая справка). Альманах, 1945, Ужгород. Словарный состав южно-карпатской народной речи. Костер, Прага, N9, 1946, с.149-150. Как называется себя народ Пряшевщины? Костер, Прага, N1, 1947, с.7-10. Историческое прошлое Пряшевщины. Пряшевщина, историко-литературный сборник. Прага, 1948, с.57-93. Народная речь Пряшевшины. Пряшевщина, Прага 1948, с.94-144. Народная культура населения Пряшевщины. Пряшевщина, Прага 1948, с.145-163. Южно-карпатское название Руснак и его западнославянские соотношения. Ceskoslovanska rusistika, Прага 1957, с.429-442. К вопросу о значении названия Руснак. Дукля, Пряшев, N3, 1958, с.47-52. Исторические сводки: I. Время заселения южных склонов карпатских гор нашим народом. II. Происхождение предков нашего народа. Дукля, Пряшев, N1, 1959, с.53-58. О специфике литературного двуязычия у восточных славян. Вопросы языковедения, N3. Издание АН СССР. Москва 1959, с.86-88. О древнерусских написаниях жг, жч и г. Вопросы языковедения, N4. Москва 1959. Река Латорица в обрядовых песнях северного Шариша. Slavia, 1959, N5. Прага. III. книги, подготовленные к печати: Нынешнее состояние исторической науки о старой истории бывшей Угорской Руси (Написанное в 1952-53гг.). Южно-карпатское наречие и карпатская группа говоров (Написанное в 1943-44гг.). Замки на Пряшевщине. Происхождение Восточнославянского заселения в Верхнем Потисье. (По языковым и историческим данным). Д-р И.С. Шлепецкий. Прага, Август 1959 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_458.htm Г. Геровский. Древняя история Закарпатской Руси. Свободное Слово Карпатской Руси. май-август 1989, с.50-61 Г. Геровский. Наша народная песня. ССКР, 1972, март.-апрел. 3/4 (159/160), с.11-12 Г. Геровский. О слове Русин. ССКР, 1973, янв.-февр. 1-2 (169-170) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_347.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm К вопросу о значении названия Руснак http://www.ukrstor.com/ukrstor/gerovskij_rusnak.htm Письма Г.Ю. Геровского – А.В. Флоровскому (26 мая 1958 - 2 янв. 1959) http://ras.ru/avflorovsky/3_actview.aspx?id=3218 Г. Геровский. Язык Подкарпатской Руси. М., 1995, с.90; подготовлена С.В. Шараповым (пер. с чешского редакции 1934г.) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_347.htm

Ять: Пряшевщина - историко-литературный сборник *** мы можем только обещать Вам, что мы пойдем по пути заветов наших предков и, строя новое, социалистическое общество и светлое будущее, мы будем стойко защищать правду и справедливость по Вашему примеру - из слова сказанного И.С. Шлепецким на могиле Г.Ю. Геровского в Пряшеве 7 февраля 1959 Дощечка N 5, Текст, Документ N 5 Дощечка N 5-я, вероятно, является по своему языку самой архаичной, если этот язык сравнивать с языком предыдущих дощечек. Вид дощечки по данным Ю.П. Миролюбова, кто старательно презервировал ее, так как она весьма ветха по времени, изьедена червями и внутри трухлява. Изследуя язык, я нашел, что он действительно очень древен и отличается от языка других, известных мне дощечек... Фонд 10143, опись 41 (Архив А.А. Куренкова), рулон 7 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_334.htm Дощ.5а Спондробенце се защатi намо тоя околы Рщемо тако iжде ляты до Дiроу за тенсенце пентеста iдоша ПраДы нашы до гуре Карпанеске а тамосе осЪднеща а жiвя кладно То бо Родi сен правiщася од Оцi Родцi а старенце Родоу бя Щк одо Iрiан Тоi бо уще Паркун бо ны сен благволящлен бо то утщехом Соi А тако сен бящ жiвут пентеста ляты А тамо тщехом сен до восхдяцу Суне а iдехом до Ньпре Та бо рiека есе до морнже тецяi А то полуноце сядще на не а сен iменова Непре Препенте яко бо вутце сен iменова Непре Препенте А тамо сендещя пентосент ляты вще сен правiщя сен а тако Бозема хранiвен одо многаiа рьще соязенце Iлероув бяща мносте там оседiцы огнiщаны А тако бо скотiа сен венденце во ступы а i тамы тако Бозема сен хранiтi Можяще так ОрЦе вiодех не Ау пенжiяшет i многа злато а богаце жiвхо ста Дощ.5б Сiце се Iензенце одовратiшасе до полудене а само нехаяi ны А тако iдща на ведене скотiа говада своа I беща ту птiцы срiяща мноства тещiяшетi до не А тiто галща i вранi од ядi летiяi А бясте яде велiка в ступiях То б тоi племены Костобце налязяi А сiце отвережiтi раны многая а крве лiяща Ту внезапы главе сякша врзiям свема a тыя суте враны ядла А тако Стрiбы свiщашуте во стпiях а Боряе гундяшете одо полунще небеспенцетеса ны Бiя ту сЪща велiка Ензiце а Кустобце серазiтi со злые утечеце а воры говiяд нашех Тако бяшет уборiца тая а дваста ляты А наше родiще тещяшетi до Ляшi пребендены суте а тамо сядша За сты лятi бящi тамо Годе Iерменрехе а се злобящы на ны А ту бяща уборце влiка а Годе бя потсняна а одтрцена до Донще а Доне а Iерменрех пiяi вiна любы братресте по зе воявенде нашы А такосе утворжешетiся бя жiвуте нове Влесова книга http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_1.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_3.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_13.htm Вот подробности, как начались мы в округе этой. Скажем так, что лет за тысячу пятьсот до Дира наши Прадеды в Карпатские горы пошли и там поселились, и жили покойно. И роды ведь управлялись сами Родичами Отцами, а старейшина Рода был Щеко из Ириан. Он ведь учил, что Паркун нам благоволит, потому как мы Его почитали, и такой наша жизнь была лет пятьсот. А там и двинулись мы к восходящему солнцу и к Непре пошли. Та ведь река к морю течет. И к полуночи мы сели на ней и звалась Непра препятствием, потому как вожди...И там поселились они и пятьсот лет все сами собой управлялись, и так были Богами хранимы и многими, которых зовут соязычниками. Ильмеров множество было там, огнищан оседлых. И так скот себе водили в степи, да и там так Богами хранимы были. Может, так еще Орей Отец водил их. И денежек и золота много имели, и богато жили мы с вами. Вот эти Язы отошли на полдень и там не тревожат нас. И так пошли они скот водить и говяд своих. И видели тут, как множество птиц к ним летело. И те-то галки и вороны с пира летели. И пир был великий в степях. То ведь те племена Костобоков напали. И они наносили многие раны и кровь проливали. То неожиданно головы секли врагам своим, и их-то вороны и ели. И так Стрибы свищут в степях и Бореи гудят к полуночи об опасности для нас. Была тут сеча великая, чтобы с Язами и Костобоками сразиться, с пакостными убегающими ворами говяд наших. И брань та двести лет вот так была. И родичи к Ляхам убежали, ввержены во беды, и там осели. Сто лет спустя там были готы Германреха и злобились на нас. И брань большая тут была, и Готы были потеснены и отброшены до Донца и Дона. И Германрех пил вино братской любви с воеводами нашими, и так вот сотворилась жизнь новая Влескнига. Литературный перевод (с примечаниями) Н.В. Слатина http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_689.htm Пряшевщина, историко-литературный сборник. Прага, 1948 (от Наташи Гаттас) И.С. Шлепецкий. Пряшевщина (с.55-57) (Данные, какие представляет о ней наука) Под названием Пряшевщина подразумевается область, заселенная русским населением, живущим на юге Карпат между реками Ужом и Попрадом, точнее, в Землинской, Шаритской, Спишской и Абауйской областях (по карте Шольца, соответствующей парижскому мирному договору 1919 года), культурным центром которого является город Пряшев. Историческое существование русского населения на этой территории, как и его русское происхождение, является неоспоримым. Эту неоспоримость подтверждают многие ученые мира. Известный чешский ученый, профессор Нидерле устанавливает, что даже - большая часть восточных словаков - ословаченные русские…(Нидерле: Slovansky svet, Прага 1909). - Русская область распространяется дальше на запад, где часть нынешней Словакии раньше была русской, тянулась более глубоко на юг и в смежную область ныне мадьярскую и даже занимала значительную часть во внутренней Трансильвании (Нидерле: Slovanske starozitnosti, 1925, IV, с.162-163)... Г. Геровский. Историческое прошлое Пряшевщины. Пряшевщина, историко-литературный сборник. Прага, 1948, с.57-93 Г. Геровский. Народная речь Пряшевшины. Пряшевщина, Прага 1948, с.94-144 Г. Геровский. Народная культура населения Пряшевщины. Пряшевщина, Прага 1948, с.145-163 Пряшевщина - историко-литературный сборник http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm

Ять: Пряшевщина - историко-литературный сборник *** И.С. Шлепецкий. Пряшевщина (Данные, какие представляет о ней наука) Под названием Пряшевщина подразумевается область, заселенная русским населением, живущим на юге Карпат между реками Ужом и Попрадом, точнее, в Землинской, Шаритской, Спишской и Абауйской областях (по карте Шольца, соответствующей парижскому мирному договору 1919 года), культурным центром которого является город Пряшев. Историческое существование русского населения на этой территории, как и его русское происхождение, является неоспоримым. Эту неоспоримость подтверждают многие ученые мира. Известный чешский ученый, профессор Нидерле устанавливает, что даже - большая часть восточных словаков - ословаченные русские…(Нидерле: Slovansky svet, Прага 1909). - Русская область распространяется дальше на запад, где часть нынешней Словакии раньше была русской, тянулась более глубоко на юг и в смежную область ныне мадьярскую и даже занимала значительную часть во внутренней Трансильвании (Нидерле: Slovanske starozitnosti, 1925, IV, с.162-163)... О спишском, шаришском и земплинском населении словацкий историк Мишик пишет следующее: Я убежден, что вопрос, являются-ли спишские или шаришские и земплинские униаты словаками, не будет возникать, как только будет хоть сколько-нибудь исследован их говор, ибо потом каждый беспристрастный человек придет к убеждению, что они собственно – русские. Прошу простить меня, если скажу без того, чтобы притязать на решающее слово, что со своей стороны я уже и теперь убежден в русском облике и русском происхождении наших спишских униатов (Мишик: Slovanske Pohl'ady, 1895, с.501). Там же Мишик пишет далее: Что спишские русские считались таковыми и в далеком прошлом, это подтверждается грамотой польского короля Сигизмунда III, изданной в 1590 году в Варшаве -. Эта грамота на латинском языке, в которой спишское население несколько раз названо Russici - русские, Russorum - русских, и т.д. (См. Slovanske Pohl'ady, 1895, с.501). О наречии русских сотаков словацкий ученый Заборский пишет: Кажется, что нынешнее наречие есть русская речь сильно пропитанная словацкой, значит произведение не так давнего времени. Дело в том, что с переводом в римское католичество (латинство) были православные русские ословачены (Заборский: Slovanske noviny, Вена, 1850-52). Не иначе пишет о земплинском населении Нидерле. Он указывает, что - в Земплине и соседнем Ужгороде выступают перед нами впервые в бОльшем количестве русские, здесь повсюду называемые руснаками, составляющие часть одноцельной области, которая распространяется начиная с Земплина и Ужгорода к востоку…(Нидерле: Mistopis а nar. stat., Прага 1919). Там же он в дальнейшем отмечает, что в Земплине - есть села, жители которых хотя говорят - по словяцки - (т.е. шаришеким наречьем), но вероисповедание у них православное (униатское), или села, народная одежда и весь быт которых является большей частью русским, но пробуждающееся там национальное сознание находится в противоречии с языком (Нидерле: Mistopis а nar. stat., Прага, 1919, с.16). Национальное сознание чешский ученый у них устанавливает несомненно русское. Несмотря на то, что сам Нидерле заключает, что - на востоке нельзя установить старую (русско-словацкую) границу и определение границы по Вагу, Грону, Топле или Торисе есть не более, как гипотеза (Нидерле: Slovansky svet, Прага 1919), все-таки как Нидерле, так и Мишик подтверждают что - самым западным русским селом является Остурня (Нидерле: Mistopis a nar. stat., Прага 1919) Однако по вопросу о русско-словацкой границе Нидерле с решительностью настаивает, что - мы знаем, что тут она не шла так далеко, как сегодня (почти к Тисе), ибо большая часть восточных словаков есть пословаченные в историческое время русские (Нидерле: Slovansky svet, Прага 1909, с.72). Очевидно, что русско-словацкая этнографическая граница постепенно передвигалась на восток искусственно, в ущерб русскому народу. И несмотря на то, что русское население некоторых частей этого края подвергалось сильной денационализации, все-таки оно до сих пор сохранило свой русский облик. Неоспоримой действительностью является то, что - область русского языка в Словакии была первоначально больше, чем cегодня. Все знатоки восточной Словакии соглашаются с тем, что словацкий язык проникает в русские села и что русское население подвергается словацкому влиянию…большинство греко-католических словаков является русского происхождения (Ceskoslovenska vlastiveda, Прага 1936). Нужно отметить, что о Пряшевщине много говорилось в Сен-Жермене после первой мировой войны. Об этом первый губернатор Карпатской Руси, д-р Жаткович, пишет следующим образом: данные, на основе которых заключен в Сен-Жермене договор о добровольном присоединении русских (живущих на юге Карпат) к Чехословакии, ясно подтверждают, что Спиш, Абауй, Шариш и Землин должны быть присоединены к автономной Карпатской Руси (Жаткович: Русский Вестник, Pittsburgh, 1919, см. Наш Путь, Ужгород, 18. I. 1936). И вот, несмотря на сильный напор денационализации, население Пряшевщины считает себя русским, принадлежащим к великому русскому народу. Пряшевщина - историко-литературный сборник. И.С. Шлепецкий. Пряшевщина (с.55-57) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm

Ять: Пряшевщина - историко-литературный сборник *** Георгий Геровский. Историческое прошлое Пряшевщины История Пряшевщины и вообще южных склонов Карпатских гор еще далеко не разработана. В последнее время в исторической литературе об этом крае особенно много обращалось внимания на происхождение его населения, на начало заселения этих склонов. Казалось загадочным, каким способом и когда восточно-славянские (или русские) племена могли с севера перейти через Карпаты и занять южную сторону, равнинные части за горами. Об этом теперь существует целая литература, с противоположными мнениями разных историков. I. Мадьярские ученые стараются доказать, что те Славяне, которых они застали в IX столетии, при занятии страны, в дунайской котловине, ныне не существуют; они, по их мнению, растворились в массе новых пришельцев. Славянские же народы, ныне живущие в дунайской котловине, пришли на свои нынешние места уже после пришествия Мадьяр, не раньше XI столетия. Будапештские ученые Мелих и Книежа (родом Словаки) доказывают это на основе разбора местных названий, как относительно южных Славян (Сербов), так и относительно Словаков и старинной южно-карпатской Руси, допуская первое появление русских Славян южнее Карпатских гор не раньше XI столетия (Книежа, Народы Угорщины в XI столетии — Die Volkerschaften Ungarns im XI. Jahrhundert. Archivum Europ. centro-orient.,IV, 1938). Эти названия в том виде, как они встречаются у Славян в настоящее время, хотя и являются по происхождению славянскими, но прошли через мадьярские уста и в таком измененном Мадьярами виде восприняты нынешним славянским населением. Следовательно оно появилось тут уже после Мадьяр. Такой способ объяснения Мелих применяет к названию замка Землина на реке Бодроге, к замку Боржаве, к названию Мукачева (Munkacs), которые все имеют будто бы мадьярский вид. Однако, на самом деле весь этот вопрос обстоит совершенно иначе, чем доказывают мадьярские ученые, и нет сомнения в том, что нынешние Славяне дунайской котловины являются потомками Славян домадьярского времени. Восточные или русские Славяне присутствовали южнее Карпатских гор несомненно уже задолго до пришествия Мадьяр. Чешский ученый Л. Нидерле считает, что восточно-славянские (русские) племена проникали за Карпаты уже с VI-VII столетий. А.Л. Петров указывает VII—VIII столетия, как время поселения восточных (русских) Славян за Карпатами. Причиной были нападения кочевников в областях по Днестру и Пруту у Чорного моря (в Ателькузе). Против Мелиха Петров правильно указал, что город Землин на реке Бодроге, который был взят Мадьярами при их нашествии в IX столетии, был построен восточными Славянами для своей защиты с юга, и нет причины приписывать его болгарским Славянам, поселения которых находились южнее, между Дунаем и Тисой. Неправильно мнение Мелиха относительно того, что в языке южно-карпатского населения название замка на Бодроге (по-мадьярски Земплин, Zemplen) заимствовано от Мадьяр, ибо в устах местного населения окрестностей этого замка его названием является Земно (по выговору в полосе смешанных цотацких говоров Жемно с мягким -ж'-), что произошло от древне-русского Земльно, где звук -л- между согласными выпал, и осталось Земно (как нынешнее Псков из древнерусского Пльсков). Так называется до сих пор селение (Земно), замок же назывался по древнерусски в мужеском роде Земльн, в позднейшее время, с переходом -ь- в -е-, Землен, что передавалось с точностью в латинских грамотах Zemlin, Zemplen или Zemlyen. Нынешнее оффициальное мадьярское Zemplen (Земплин, Земплен)есть латинизованный вид названия со вставным -п-, как в латинских словах (tento или tempto = пытаюсь и т.п.), и отсюда Земплинская столица (Zemplinska stolica) перешло в народную речь как оффициальное название области. Первоначальная область восточнославянского (русского) заселения южнее Карпатских гор находилась, по мнению Братиславского профессора Е.Ю. Перфецкого, в равнинной полосе по течению рек Лаборца, Топли, Ужа (Уга), Латорицы и по Бодрогу до Тисы. Этот край говорит теперь смешанным, так называемым цотацким наречием, которое состоит из составных частей польских и словацких на русской основе, но прежде тут господствовала та же самая народная южно-карпатская речь, какая слышится на южных склонах гор. Ибо цотацкие говоры явились вследствие языкового смешения в XVIII столетии, когда после турецких войн произошел сильный наплыв польских и отчасти словацких поселенцев, причем число прибывавших поселенцев, не имевших своих домов (жидлярей из немецкого Siedler = поселенец), часто достигало числа коренных жителей Руснаков (Карпатороссов), как это видно из протоколов обьезда тогдашней Мукачевской русской епархии униатским епископом Мануилом Жидиком-Ольшавским в 50-х годах XVIII столетия, касательно нынешней Пряшевщины. Мнение Перфецкого о первоначальной заселенности упомянутого края Восточными (русскими) Славянами является вероятным благодаря тому, что именно тут находится упомянутый выше замок Землин (Земльн), существовавший уже в IX веке. К сожалению, Перфецкий на это не указал и своего взгляда не обосновал достаточно, что дало повод к резким возражениям со стороны А.Л. Петрова, склонного переносить нынешнее соотношение между отдельными диалектическими группами в глубокое прошлое. Между тем старая заселенность указанной равнинной части края по упомянутым нижним течениям рек, присутствие тут древнего города Землина (Земльна), происхождение местного говора от сходного с южно-карпатским первоначального говора русского типа - доказывают именно то, что тут находилась колыбель того народа, который ныне называется южно-карпатскими Руснаками или Карпатороссами. Горы, как во всех горных странах, так и тут были заселены лишь позднее и постепенно. Это было внутреннее расселение умножавшегося народа, которое происходило в особенности с XIII-XIV столетий, после опустошения края Татарами. Данные диалектологии - картина распределения говоров на карте южно-карпатского русского наречия - подтверждают, что говоры распространились с юга на север, от южных равнинных частей в горы; все говоры старого сложения (коренные) имеют вид такого распространения с юга на север, причем ядро каждого из них находится на юге. Таким образом доказывался, что южнее Карпатских гор уже в IX столетии существовало восточнославянское (русское) население со своим племенным городом Земльном, имевшее свое племенное устройство с племенными князьями, как на это указывает известие угорского летописца, магистра Петра (Анонима), писавшего в конце XII или в начале XIII столетия на основе более старых записей (Gesta Vetera) и сообщающего о князьях в укрепленных замках (князь Лаборец) в этой Русской области (confinium Ruthenorum). Другие племенные укрепленные города, которые называет тот же летописец, были южнее Карпатских гор: город Уг (castrum Hung - нынешний Ужгород), замок Боржава (castrum Borsoa), Мукачево (locus Muncas). Следы этой древнейшей племенной организации южно-карпатской Руси сохранялись и в позднейшее время; упоминание о национальных князьях мы находим и в позднейших латинских грамотах и немецких источниках об этом крае (kenezii, Knosen). Область древнейшего заселения восточными (русскими) Славянами на Пряшевщине Г. Геровский. Историческое прошлое Пряшевщины. Пряшевщина, историко-литературный сборник. Прага, 1948, с.57-93 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_459.htm

Ять: Владимир Штепа. От редактора Свободное Слово Карпатской Руси. 1-4. (349-352). январь-апрель 1988 (от Наташи Гаттас) Основатель и редактор журнала (1959-1989) Михаил Ильич Туряница (4 окт. 1912г. Свалява - 5 дек. 2001) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Владимир Штепа. От редактора (от редактора исторического журнала Факты) История всегда делилась на две неравные части: историю государства и историю живущих в ней народов. Первую изучают везде, вторая же старательно отброшена в фольклор и этнографию на Западе, а в России вообще запрещена уже около тысячи лет, и в этот запрет входило сжигание древнерусских рукописей – хотя бы оные одной истории касались (См. А.И. Сулукадзев. Книгорек…Там же есть отдел – Книги непризнаваемые, коих ни читать, ни держать в домах не дозволено -. А.И. Сулукадзев является крупнейшим после графа А.И. Мусина-Пушкина антикварием, собирателем русских древностей. После этого постоянного и ревнивого уничтожения наших памятников, Шлецер и другие немецкие историки, нанятые Петром Великим для описания и систематизации русской истории, имели основание сказать, что восточные (а уж тем более западные!) славяне никакими письменным источниками истории не располагают. А вскоре их ученики, до сих пор забивающие все поры академической науки, признали Новгородский архив, вывезенный Шведами в 1617 году, - не имеющим научной ценности. (Anna Grosskopf. Unika handskrifter slaktades till omslag, газета Svenska Dagbladet, 25 января 1985 года). Перевод: А. Гросскопф, Уникальные рукописи резались на обложки -. Речь шла о пергаментах Новгородского архива, значительная часть которого была изрезана на обложки для бюрократической документации. Вторая часть рукописей после отказа Петербургской Академии Наук принять их, осела в Финляндии. В настоящее время в Швеции ведется работа по реставрации уникальных документов, которые признаны ценнейшими из документов, когда-либо хранившихся в Швеции. Подобная же судьба постигла и Киевский архив, вывезенный в 1018 году из Десятинной церкви польским королем Болеславом Храбрым, который конечно не стали даже разыскивать, хотя Польша долго была частью российской территории. Те из рукописей славян и руссов, что чудом избежали этого тотального уничтожения, неизменно и всегда объявлялись подделками, даже сверкающие гением Слово о полку Игореве и Влесова книга. А их первооткрыватели А.И. Мусин-Пушкин и А.И. Сулукадзев утонули в потоке клеветы всех этих бесчисленных грекофилов и норманистов. Отец русской истории и первооткрыватель Русской Правды В.Н. Татищев почти 11 лет, т.е. до самой смерти, преследовался судебно… Мало что изменилось и в XX веке. Но мнение об отсутствии письменных источников истории славян и руссов все-таки оказалось преждевременным. В настоящее время насчитывается около 1000000 славянских рукописей, т.е. столько же, сколько и латинских. Правда, если латинские все находятся в научном обороте, то из славянских в науку попало только около 3000 рукописей. Значит история как наука искажена в таком же соотношении. Естественно доверять ей не более, чем эти 0,003. Нашему журналу не под силу исправить это положение, поэтому мы поставим более скромные задачи: собрать и опубликовать наиболее интересные страницы славяно-русской истории, в основном народной истории. Такая история включает в себя в первую очередь то, как сам народ или его певцы, вожди, жрецы описывают легендарные дали своей истории, передвижения своих племен, свои верования, быт, отношения с соседями и т.д. Основной их источник - изустные некогда сказания, позже записанные на доски, шкуры, бересты, камни, бумагу. Уничтожение народной истории всегда было равносильно уничтожению народной памяти, народной души, равносильно превращению народа в массу безликих рабов. Такое всегда проделывалось нашими врагами и всегда делалось умышленно. Мы должны сознавать, что почти все учебники русской истории, написанные для высшей и низшей школы, а также и популярная литература носят четко выраженный анти-славянский и, особенно, анти-русский характер. Многие и многие поколения воспитаны в этом духе…Журналу несомненно придется преодолевать встречный ветер этого восприятия истории. Мы считаем, что славяно-русская история должна строиться заново от самых древнейших эпох и до наших дней. Нам также хорошо известно, что западно-европейцы пишут истории своих стран, не обращая ни малейшего внимания на критику своих иностранных коллег, что особенно касается историков немецко-романских. Русским необходимо именно в этом взять их за образец и не допускать западных критиков (а также доморощенных варягов!) иметь влияние на строительство славяно-русской исторической науки. История, как общемировая наука, к сожалению, не существует, а есть лишь набор национально патриотических историй. Мы, разумеется, не зовем сделать еще одну кривую историю, но лишь отобрать украденное у нас. Выполняя нашу задачу, мы напечатаем наиболее важное из написанного нашими историками народного направления: И. Тереха, Ю. Миролюбова, С. Лесного и других. Они известны уже многим русским читателям, но далеко не большинству. Наряду с этим будет проводиться обработка материалов современными методами. В частности, обработка различных словарей и топонимики Европы-Азии. Читателей ждет много удивительного! Постепенно наладим ознакомление наших читателей и с достижениями археологии, особенно в славянских областях, с оригинальными расшифровками древних языков и т.д. Для всякого сложного дела очень важно найти такое звено цепи, за которое можно вытащить и всю тяжкую цепь. Таким звеном мы сочли изучение славяно-русских корней в скандинавских языках. Параллельно постараемся показать, как западные историки – изучают - наши славянские корни, выводя на основании ничем не ограниченного коверкания (предположительной интерполяции) 30-40 слов и наименований (в областях, через которые прокатились десятки разных народов), происхождение Киевской Руси либо от скандинавов, либо от иудеев. Читатель впервые получит возможность сравнения подобных работ по количеству и качеству. Вместе с тем мы ждем и появления новых оригинальных авторов, ибо за пределами официального всегда имелись защитники славянства, эти воины-одиночки, сохраняющие историю народов многие тысячелетия. Редактор надеется, что читатели найдут в нашем журнале пищу для размышления, а также источники интеллектуального удовольствия. И во всех случаях много полезного. Мы заранее благодарны нашим подписчикам и возможным меценатам, которых мы так нуждаемся. Большое спасибо, друзья! Владимир Штепа. Адрес редакции: FAKTS Box 231 38200 NYBRO, SWEDEN Подписная плата $30 Владимир Штепа. От редактора http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_460.htm

Ять: Древняя история Закарпатской Руси *** мы можем только обещать Вам, что мы пойдем по пути заветов наших предков и, строя новое, социалистическое общество и светлое будущее, мы будем стойко защищать правду и справедливость по Вашему примеру - из слова сказанного И.С. Шлепецким на могиле Г.Ю. Геровского в Пряшеве 7 февраля 1959 Дощечка N 5, Текст, Документ N 5 Дощечка N 5-я, вероятно, является по своему языку самой архаичной, если этот язык сравнивать с языком предыдущих дощечек. Вид дощечки по данным Ю.П. Миролюбова, кто старательно презервировал ее, так как она весьма ветха по времени, изьедена червями и внутри трухлява. Изследуя язык, я нашел, что он действительно очень древен и отличается от языка других, известных мне дощечек... Фонд 10143, опись 41 (Архив А.А. Куренкова), рулон 7 http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_334.htm Дощ.5а Спондробенце се защатi намо тоя околы Рщемо тако iжде ляты до Дiроу за тенсенце пентеста iдоша ПраДы нашы до гуре Карпанеске а тамосе осЪднеща а жiвя кладно То бо Родi сен правiщася од Оцi Родцi а старенце Родоу бя Щк одо Iрiан Тоi бо уще Паркун бо ны сен благволящлен бо то утщехом Соi А тако сен бящ жiвут пентеста ляты А тамо тщехом сен до восхдяцу Суне а iдехом до Ньпре Та бо рiека есе до морнже тецяi А то полуноце сядще на не а сен iменова Непре Препенте яко бо вутце сен iменова Непре Препенте А тамо сендещя пентосент ляты вще сен правiщя сен а тако Бозема хранiвен одо многаiа рьще соязенце Iлероув бяща мносте там оседiцы огнiщаны А тако бо скотiа сен венденце во ступы а i тамы тако Бозема сен хранiтi Можяще так ОрЦе вiодех не Ау пенжiяшет i многа злато а богаце жiвхо ста Дощ.5б Сiце се Iензенце одовратiшасе до полудене а само нехаяi ны А тако iдща на ведене скотiа говада своа I беща ту птiцы срiяща мноства тещiяшетi до не А тiто галща i вранi од ядi летiяi А бясте яде велiка в ступiях То б тоi племены Костобце налязяi А сiце отвережiтi раны многая а крве лiяща Ту внезапы главе сякша врзiям свема a тыя суте враны ядла А тако Стрiбы свiщашуте во стпiях а Боряе гундяшете одо полунще небеспенцетеса ны Бiя ту сЪща велiка Ензiце а Кустобце серазiтi со злые утечеце а воры говiяд нашех Тако бяшет уборiца тая а дваста ляты А наше родiще тещяшетi до Ляшi пребендены суте а тамо сядша За сты лятi бящi тамо Годе Iерменрехе а се злобящы на ны А ту бяща уборце влiка а Годе бя потсняна а одтрцена до Донще а Доне а Iерменрех пiяi вiна любы братресте по зе воявенде нашы А такосе утворжешетiся бя жiвуте нове Влесова книга http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_1.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_3.htm http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_13.htm Вот подробности, как начались мы в округе этой. Скажем так, что лет за тысячу пятьсот до Дира наши Прадеды в Карпатские горы пошли и там поселились, и жили покойно. И роды ведь управлялись сами Родичами Отцами, а старейшина Рода был Щеко из Ириан. Он ведь учил, что Паркун нам благоволит, потому как мы Его почитали, и такой наша жизнь была лет пятьсот. А там и двинулись мы к восходящему солнцу и к Непре пошли. Та ведь река к морю течет. И к полуночи мы сели на ней и звалась Непра препятствием, потому как вожди...И там поселились они и пятьсот лет все сами собой управлялись, и так были Богами хранимы и многими, которых зовут соязычниками. Ильмеров множество было там, огнищан оседлых. И так скот себе водили в степи, да и там так Богами хранимы были. Может, так еще Орей Отец водил их. И денежек и золота много имели, и богато жили мы с вами. Вот эти Язы отошли на полдень и там не тревожат нас. И так пошли они скот водить и говяд своих. И видели тут, как множество птиц к ним летело. И те-то галки и вороны с пира летели. И пир был великий в степях. То ведь те племена Костобоков напали. И они наносили многие раны и кровь проливали. То неожиданно головы секли врагам своим, и их-то вороны и ели. И так Стрибы свищут в степях и Бореи гудят к полуночи об опасности для нас. Была тут сеча великая, чтобы с Язами и Костобоками сразиться, с пакостными убегающими ворами говяд наших. И брань та двести лет вот так была. И родичи к Ляхам убежали, ввержены во беды, и там осели. Сто лет спустя там были готы Германреха и злобились на нас. И брань большая тут была, и Готы были потеснены и отброшены до Донца и Дона. И Германрех пил вино братской любви с воеводами нашими, и так вот сотворилась жизнь новая Влескнига. Литературный перевод (с примечаниями) Н.В. Слатина http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_689.htm Свободное Слово Руси. 1-2 (337-338) янв.-феврал. 1987 Основатель и редактор журнала (1959-1989) Михаил Ильич Туряница (4 окт. 1912г. Свалява - 5 дек. 2001) http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm Журнал Свободное Слово Карпатской Руси/Свободное Слово Руси - издавался в США с 1959 по 1993 год. Отдельные комплекты журнала хранятся в ряде библиотек университетов и исторических обществ в США, православной семинарии в Джорданвилле (HolyTrinityOrthodoxSeminary), и почти все номера журнала, скомплектованные в несколько аккуратных книг в твердом переплете, находятся на хранении и для открытого общего использования в огромной Нью-Йоркской публичной библиотеки. Здесь отсутствуют только следующие номера журнала: N1-2 и N3-4 за 1970 год; N5-6 и N7-8 за 1973 год; а за 1974 год есть только N11-12. Н.Г. Ботов, Журнал Свободное Слово Руси и М.И. Туряница как Личность в оценках писателей, журналистов и друзей. 12.02.2013 http://tol-nabat.info/main/16805-zhurnal-svobodnoe-slovo-rusi-i-m-i-turyanica-kak-lichnost-v-ocenkax-pisatelej-zhurnalistov-i-druzej.html Г. Геровский. Древняя история Закарпатской Руси После смерти Алексея Геровского (17 апреля 1972), его жена Магдалина Геровская передала редакции Св. Сл. Руси рукопись - Древняя история Закарпатской Руси, принадлежащей перу Георгия Геровского (брата Алексея). Мы решили поместить ее в журнале, чтобы таким образом сохранить этот ценнейшей труд по истории Руси, который не может быть издан в современной России, так как там существует антирусский заговор, соглашение, заключенное между коммунистами и самостийниками. Древняя история Угорской или южно-карпатской Руси еще мало исследована, а спорные вопросы, касающиеся этой истории, не выяснены и не разрешены с достаточной точностью и научной безупречностью. Прежде всего расходятся мнения ученых относительно происхождения южно-карпатского восточно-cлавянского (или русского) заселения и относительно времени этого заселения на южных склонах Карпатских гор. В нынешней исторической литературе известный археолог Л. Нидерле отстаивает взгляд, что этот народ живет на нынешней своей области с давнего времени: он думает, что восточные или русские Славяне начали заселять южные склоны Карпатских гор с VI столетия, когда Авары вытеснили сюда с Волыни русское племя дулебов. Турецкие болгаре около того же времени, а потом угры, занявшие приморский край между устьями Днепра и Дуная (Ателькузу) в IX столетии, печенеги, вытеснившие оттуда угров на нынешнюю угорскую равнину после 860 года, заставили восточно-славянские племена уличей и тиверцев, сидевшие по Пруту и Днестру, отойти на запад, за Карпаты. - Передвижение русских славян в Карпатские горы происходило от конца VI до конца XI века -, а довершило это передвижение нашествие половцев на Ателькузу в 1064 году (Л. Нидерле. Posatky Karpatske Rusi. Narodnopisny Vestnik, XV 1922, 2, 26-28, XXIV,1931, 1-2 и Slovanske Starozitnosti, IV, 162 и след.). Об уличах и тиверцах см. теперь также А.Н. Насонов. Русская земля и образование территории древнерусского государства, 131, 41 след., о дулебах - Б.Д. Греков, Киевская Русь, 437 и след. Борьба Руси за создание своего государства, 25 и след... Г. Геровский. Древняя история Закарпатской Руси. Свободное Слово Карпатской Руси. 1-2 (337-338) янв.-феврал. 1987, с.13-15; (343-344) 1987; 1-4. (349-352). январь-апрель 1988, с.46-53...(от Наташи Гаттас) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_458.htm

Ять: Владимир Штепа. Дорогие друзья, русские патриоты! Свободное Слово Руси. 1-2 (337-338) янв.-феврал. 1987 Дорогие друзья, русские патриоты! В августе-сентябре выйдет из печати новый русский журнал ФАКТЫ, посвященный в первую очередь собиранию, сохранению и распространению фактов и следов древнейшей славяно-русской истории. Наш русский народ находится сейчас в таком состоянии, когда ему нужна помощь в обретении им своей национальной памяти. Память русского народа громилась много раз, ее грецизировали, германизировали, иудизировали и просто уничтожали без лишних слов…Но всегда находились у нас подвижники, которые сохраняли некоторую часть народной истории. Теперь и моему поколению пришла пора взять эстафету и издать все редкое, наиболее ценное, попутно давая отпор хулителям русского народа. Первый номер открывается сенсацией: исследованием распространенности русских корней РУС и РОД в скандинавских языках. Любители истории будут потрясены. Вторая половина журнала будет отдана научно-популярному отделу: статьям, посвященным логике, физике, астрономии, экономике и научному опровержению марксизма. Мы надеемся, что русский гений неисчерпаем и надо дать ему возможность высказаться. Для затравки будет помещена большая серия старей, дающая целостное научное мировоззрение, подготавливающее критический удар по многим заблуждениям современной науки, которая, как и хотелось марксистам, отбросила свой здравый смысл и находится на грани умопомешательства. Мы надеемся на дискуссию по многим интересным вопросам... Так как политических журналов очень много, мы не станем помещать статей на политические темы. Наша – политика – будет содержаться в самой борьбе за историческую память и новую, немарксистскую науку. Такого журнала еще не было у эмиграции, но надобность его очевидна. Любителей подумать над сложными фактами и загадками много - и их ждет интеллектуальное наслаждение! Одновременно содержание журнала будет нацелено на читателя в России, куда журнал будет обязательно пересылаться. Журнал станет выходить 4 раза в год на 40 страницах. Формат соответствует Св. Сл. Руси. Годовая подписка 30$. Редакция обращается ко всем русским патриотам с просьбой поддержать новый журнал подпиской и пожертвованиями по адресу: VLADIMIR SCHTЕРА 163 IERALEMON STREET, BOX 1126 BROOKLYN, N.Y. 11201 U.S.A. Владимир Штепа. Дорогие друзья, русские патриоты! Свободное Слово Руси. 1-2 (337-338) янв.-феврал. 1987, c.24-25 (от Наташи Гаттас) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_460.htm

Ять: Карпаторусские писатели Ф.Ф. Аристов. Карпато-русские писатели. Изследование по неизданным источникам. В трех томах. Том первый. Москва 1916 Изображены (слева сверху по часовой стрелке): A.И. Добрянский, Д.И. Зубрицкий, Я.Ф. Головацкий, А.С. Петрушевич, И.Г. Наумович, В.Д. Залозецкий, Н.Л. Устианович, И.Н. Гушалевич, Б.А. Дедицкий, В.И. Хиляк, А.А. Полянский, Ф.И. Свистун, О.А. Марков, Д.А. Марков, М.Ф. Глушкевич, Ю.А. Яворский, О.А. Мончаловский, Д.Н. Вергун, И.И. Процык, В.Ф. Луцык, Г.И. Купчанко, Е.А. Фенцик, И.А. Сильвай, А.Ф. Кралицкий, И.И. Раковский, А.В. Духнович http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб Предпринимаемое в настоящее время в Соединенных Штатах новое издание классического труда профессора Федора Федоровича Аристова - Карпаторусские писатели, - вновь привлекает наше внимание к этому замечательному человеку, неутомимому изследователю, собирателю и историку. Среди изследователей русской литературы, Федор Федорович занимает совершенно особое место. Он всецело посвятил себя изучению наименее известному разделу русской литературы, а именно - литературы Карпатской Руси. Среди русских литературоведов, Федор Федорович Аристов является тем человеком, который приложил много сил и глубокого внимания, чтобы не только разсказать русской общественности о существовании карпато-русской литературы, но и подчеркнуть ее кровные, извечные и нерушимые связи с литературой общерусской, в найболее широком значении этого понятия. Федор Федорович Аристов заинтересовался вопросами карпато-русской и галицко-русской литературы не случайно. Интерес ученого к творчеству галицко-русских и карпато-русских писателей и поэтов основан на глубоком понимании исторических процессов происходивших в конце XIX и начале XX в.в. в Галичине и в Карпатах, в обстановке австро-венгерского террора, жесточайшаго преследования всего, что русское. Исповедание русскости в тогдашних условиях было подлинным подвигом, исторической миссией русского зарубежного мира. И Аристов, - глубоко-идейный славянофил, выросший и воспитанный в традициях великой общерусской литературы, не мог не обратить внимания на новый для него самого, а в России почти никому не известный, мир Карпатской Руси. Многовековая, полная оторванность Галицкой и Карпатской Руси от России, привела к тому, что в России почти ничего не знали о нуждах и запросах карпато-русского населения. Русское славянофильство, правда, стремилось к оказанию помощи болгарам, черногорцам и сербам, к отнюдь не символичному водружению православного креста над святой Софией. Но те же славянофилы ничего не знали о своих русских, кровных братьях, проживающих тут-же, за межою русско-австрийского рубежа! Русская империя, презрительно называя Австро-Венгрию - лоскутной монархией, даже и не подумывала об оказании какой либо помощи русскому населению проживавшему в Галицкой и Карпатской Руси. Отдельные карпато-русские деятели, находившие себе приют в России, быстро терялись в общерусском море, не сумев привлечь симпатий России к русскому Зарубежью. Даже весна народов не пробудила интереса России к русскому населению в Австро-Венгрии, где они находились почти в условиях крепостного строя и постоянного религиозного, национального и классового угнетения. Федор Федорович Аристов занялся изучением огромного литературного наследства XIX столетия. Перед ним оно не было систематизировано и изучено. Перед молодым русским литературоведом стояла огромная задача. Нужно было выявить, неоднократно спасая от гибели, литературные архивы уже умерших писателей и поэтов, навязать переписку с живущими. Изучение творчества XIX и начала XX века необходимо было вести по первоисточникам, на основании оригинальных изданий и публикаций печати, рукописей, воспоминаний, критических отзывов современников и т.п. Достаточно сказать, подчеркивая значение задачи, поставленной Ф.Ф. Аристовым, что карпато-русская литература XIX века была богаче чем, например, сербская и болгарская литература прошлого столетия вместе взятые! Пионерский характер труда предпринятого Ф.Ф. Аристовым требовал специальных усилий в деле собирания необходимых литературоведческих материалов. Более того: карпато-русская и галицко-русская литература прошлого века издавалась малыми тиражами, книжки в библиотеках зачитывались до отказа, их всегда нехватало. Многих изданий Ф.Ф. Аристову так и не удалось приобрести, несмотря на усиленные розыски проводимые как им самим, так и лично заинтересованными авторами. Тем не менее, несмотря на все трудности, Ф.Ф. Аристову удалось собрать огромную библиотеку. Это было собрание книг карпато-русских и галицко-русских поэтов и писателей, равного которому не имелось в мире. Особенно богато был представлен отдел уникальных рукописей и автографов. Даже трудно поверить, что подобное библиотечное собрание могло являться результатом коллекционирования только одного ученого. А ведь приходилось преодолевать и денежные и иные затруднения. Нужно знать, что труд проф. Ф.Ф. Аристова никем и никогда не был субсидирован! Проф. Ф.Ф. Аристов старался приобретать для своего музейного собрания различные экспонаты связанные с жизнью и бытом Галицкой и Карпатской Руси, с историей этих земель, с творчеством галицко и карпато-русских писателей и поэтов. Собрание проф. Ф.Ф. Аристова давало широкую картину о повседневной жизни населения Карпатской Руси, и собранные им этнографические материалы имели большое научное значение. Особенную ценность имела так называемая Карпаторусская картотека, которую вел Ф.Ф. Аристов. По его личному свидетельству, она насчитывала свыше 10.000 карточек и содержала краткую документацию его работ и научных изысканий в области карпато-русской и галицко-русской литературы. К сожалению, картотека эта погибла вместе со всеми собраниями проф. Ф.Ф. Аристова, в ломбард, куда была передана на сохранение в начал революции. Гибель этих материалов весьма затрудняла позднейшие возстановительные работы ученого над его частично уцелевшими отрывками рукописей и корректурных отпечатков. Ф.Ф. Аристову приходилось неоднократно возвращаться к возстановлению безследно утерянных материалов. К сожалению, не только он сам, но и, после его смерти, его дочь не смогли закончить возстановительной работы. Небольшая группа энтузиастов, знакомая с трудами покойного профессора, ведет в настоящее время работы тематически связанные с проблематикой карпато-русской либо галицко-руской литературы. К сожалению, их литературоведческие поиски не объединены общим планом, единой целью. Кром того, дает знать о себе отсутствие отчетливой формулировки основного вопроса: чем в сущности говоря, является карпато-русская и галицко-русская литература для литературы общерусской? Многие из молодых историковедов вынуждены разсматривать галицко-русскую и карпато-русскую литературу не как интегральную часть литературы общерусской. Эта, в корне ошибочная, установка является следствием того, что молодым ученым приходится считаться с официальным подходом к понятию Украина. Ф.Ф. Аристов твердо и непоколебимо стоял на почве безоговорочнаго признания общности исторических корней, единых для всех ветвей русского народа. В одной из своих лекций, прочитанных в 1915 году, Ф. Ф. Аристов подчеркивал кровную связь карпато-русской и галицко-русской ветвей единого русского народа с так называемой Русью московской потому, что Червоная Русь, - это извечно русская, прарусская земля, независимо от того, как кто ее называет. Ф.Ф. Аристов с большим преклонением относился к деятелям эпохи карпато-русского возрождения. Он подчеркивал эти достижения на народной ниве, в области просвещения и культуры. Мечтой Ф.Ф. Аристова было создание в России карпато-русского издательского фонда. Эта идея смогла быть им осуществлена только частично, когда ему в начале первой мировой войны (1914-1916) удалось напечатать и выпустить в свет несколько книг сочинений карпато-русских и галицко-русских писателей, а также ряд био-библиографических очерков им посвященных. Говоря о деятельности проф. Ф.Ф. Аристова, нельзя не указать на то, чти его рабочая установка, даже в годы войны, далеко не совпадала с официальной точкой зрения на Австрию, господствовавшей в правительственных кругах России. Работа проф. Ф.Ф. Аристова , истинного демократа, человека передовых взглядов, далеко не всюду встречала должное понимание. Доходило даже до того, что проф. Ф.Ф. Аристову, при выпуске своих трудов, посвященных вопросам карпатоведения, приходилось преодолевать значительные трудности. Появление первого тома Карпаторусских писателей обратило на себя внимание не только в кругах специалистов, но и в более широких слоях русской интеллигенции. О книге не только заговорили, ее расхватали с полок книжных магазинов Москвы. Почти шестьдесят лет отделяет появление нового издания труда проф. Ф.Ф. Аристова от времени, когда он впервые вышел из печати. Теперь новое издание Карпаторусских писателей выходит не в России, а в Соединенных Штатах Америки, и на этот раз, несомненно, будет встречен читателями с не меньшим интересом, чем первое его издание. Труд проф. Аристова является именно той книгой, неимение которой в книжном обращении ощущается особенно остро во всем русском мире. Он представляет собой то звено, которое соединило разрозненную цепь единого исторического развития общерусской культуры, выявленного в литературных и научных трудах русских людей, разделенных между собой временем и государственными границами. Предлагаемый том представляет собою как-бы законченную целостность. Он дает богатый фактический и литературоведческий материал по истории карпато-русской литературы и в этом его самая главная, основная, непреходящая ценность. Огромное значение переиздания книги проф. Ф. Ф. Аристова заключается также в том, что, благодаря перепечатке, замечательная эта книга сохранится для потомства. Насколько известно, от ее первого издания сохранились только единичные экземпляры. А книги этого рода не могут, не имеют права быть преданными народному забвению! Федор Федорович Аристов. Опыт литературной биографии писателя и историка литературы. Статья П.В. Юрьева опубликована как предисловие к репринтному изданию Карпаторусские писатели. США 1974 http://www.ukrstor.com/ukrstor/ffaristov.html Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Карпаторусские писатели Ф.Ф. Аристов. Карпато-русские писатели. Изследование по неизданным источникам. В трех томах. Том первый. Москва 1916 Изображены (слева сверху по часовой стрелке): A.И. Добрянский, Д.И. Зубрицкий, Я.Ф. Головацкий, А.С. Петрушевич, И.Г. Наумович, В.Д. Залозецкий, Н.Л. Устианович, И.Н. Гушалевич, Б.А. Дедицкий, В.И. Хиляк, А.А. Полянский, Ф.И. Свистун, О.А. Марков, Д.А. Марков, М.Ф. Глушкевич, Ю.А. Яворский, О.А. Мончаловский, Д.Н. Вергун, И.И. Процык, В.Ф. Луцык, Г.И. Купчанко, Е.А. Фенцик, И.А. Сильвай, А.Ф. Кралицкий, И.И. Раковский, А.В. Духнович http://elib.npu.edu.ua/info/R7PQTirgQriXuO 8 Мб В принцип трехтомного труда Ф.Ф. Аристова возведена идея общерусского культурного единства, а прежде всего единство исторических истоков и культурных устремлений Буковинской, Галицкой и Угорской Руси. Ф.Ф. Аристов всегда горячо отстаивал и защищал идею всерусского культурного единства. Такое понимание единства было для него основоположным для определения карпато-русской литературы, как составной части общерусской литературы. Именно поэтому Ф.Ф. Аристов придавал такое большое значение своей заключительной статье в третьем томе Карпаторусских писателей, говорящем об истории общерусской литературы в Карпатской Руси. После смерти Ф.Ф. Аристова этой теме посвятил ряд своих работ известный галицко-русский литературовед Василий Романович Ваврик. Насколько автору этих строк известно, в настоящее время несколько молодых ученых предприняли работу в области тематики предусмотренной программой содержания второго и третьего томов Карпаторусских писателей Федора Федоровича Аристова. Выход в свет первого тома Карпаторусских писателей произвел огромное впечатление, как среди читающей публики, так и в ученых кругах. Книга моментально исчезла с полок книжных магазинов, ее раскупили в течение нескольких дней, и в некоторых книжных лавках в течение двух-трех часов! Российская Академия Наук удостоила труд Ф.Ф. Аристова высокой ученой наградой, - так называемой Шахматовской премией. Первому тому Карпаторусских писателей посвятили свои отзывы такие солидные органы печати, как Исторический вестник (в номере 4 за 1917 год), Русская Свобода (Петроград, 1917, номер 22-23). Сочувственные отзывы дали такие ученые, как К.Я. Грот, А.Л. Погодин, Ф.И. Свистун, М. Н. Сперанский, А.И. Покровский, Ю.А. Яворский и целый ряд других. Проф. А.И. Покровский, на страницах газеты Утро России, выходившей в Москве, посвятил Карпаторусским писателям большую статью под заглавием Во славу Руси подъяремной. Эта статья была признанием огромных, неоценимых заслуг проф. Ф.Ф. Аристова. Федор Федорович Аристов. Опыт литературной биографии писателя и историка литературы. Статья П.В. Юрьева опубликована как предисловие к репринтному изданию Карпаторусские писатели. США 1974 http://www.ukrstor.com/ukrstor/ffaristov.html Профессор Харьковского университета Александр Львович Погодин писал: Автор его задался целью проследить развитие среди русских галичан того политического и литературного направления, которое стремилось связать национальное сознание галичан с общерусским и сделать русский литературный язык господствующим в Галиции. В продолжение многих десятилетий эти люди мечтали о том времени, когда Галиция присоединится к России, и, сохраняя лояльность по отношению к Австрии в существующих тогда политических отношениях, они упорно работали над объединением русского населения Галиции и Венгрии с русским народом в области церкви и языка… Зубрицкий, Головацкий, Добрянский, Петрушевич, деятельности которых, главным образом, посвящен первый том исследования Ф.Ф. Аристова, - все это были крепкие, как дубы, люди, дожившие до глубокой старости и выносившие на своем веку такие грозы, такие бури, которые смяли бы менее устойчивые натуры… Патриотизм этих людей, смело бросающих свои обвинения в лицо господствующим в Венгрии мадьярам, в Галиции полякам и немцам, так же вызывает почтение, как и их проницательность. Одним из первых был Головацкий, закончивший свои дни в России, собиратель знаменитого сборника русских песен, издатель Русалки Днестровой, которая, появившись в 1837 году, послужила основанием русско-галицкого литературного возрождения. Помимо чисто научных и литературных работ, в которых Головацкий проявил редкую неутомимость, он имел огромное значение для современников и соотечественников, как деятель, вечно будящий энергию и веру в будущее… Еще значительнее более крупный государственный деятель Австрии, вождь русского народа в Венгрии - Добрянский...Его идея о национальных отношениях, его взгляды на значение мелких народностей, его учение об общеславянском языке заслуживают специального исследования... Вслед за крупными вождями шли меньшие, готовые положить свою душу за свою веру и, действительно, клавшие ее. Беспощадное преследование православия в Венгрии перед войной, известные процессы Кабалюка и др. свидетельствуют об этом. События войны бросили тысячи этих людей, веривших в Россию и гонимых у себя дома и австрийской властью, и - своими заклятыми домашними врагами - украинцами Грушевского, - бросили их к нам...(Журнал Русская Свобода. Петроград-Москва. 1917. N22-23). О выходе из печати первого том Карпато-русские писатели Ф.Ф. Аристова, выходец из Галичины журналист А.В. Копыстянский сообщал читателям: Издавая свой труд, автор руководился не только желанием восполнить пробел в истории русской литературы, которая, по его мнению, - должна представить ход литературного развития всего русского народа (следовательно, и четырех миллионов русских галичан), а не только его главной массы, живущей в пределах России. Он принимал во внимание еще другие, важнейшие соображения. Выдающиеся карпато-русские писатели хотя и касаются в своих произведениях местных тем, однако, при этом постоянно стремятся показать важность идеи общерусского национально-культурного единства, почему их сочинения и должны быть своего рода национальным катехизисом для каждого русского человека... Автор подчеркивает те моменты в их жизни, когда они, воспитываясь в школах с преподаванием на немецком и мадьярском языках, чуть не погибли в национальном отношении под давлением чуждых им культур. Он обращает внимание читателей на те факты, которые пробуждали в их сердцах любовь к Святой Руси и еще в юности заставляли их мечтать о неусыпном труде в пользу русской идеи. Хотя отношение этих людей к австрийскому правительству было вполне лояльным, и деятельность их происходила в строго законных рамках, тем не менее они не избегли преследований. Значение деятельности этих людей - велико. Они не только словом и пером пробуждали у своих земляков чувство русского самосознания, но своим примером самоотверженной работы и стойкости убеждений не дозволяли потухнуть русской свече на склоне Карпатских гор. (Исторический Вестник. Петроград. 1917. N4). Валерий Разгулов. Ф.Ф. Аристов и Карпатороссия. 2001, с.20-22 http://libinfo.org/?id=10610 2.1.Мб 100с. Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Галицко-русские писатели Славянская Дума. Ряд статей по важнейшим для сознательного Славянства вопросам. Ф.Ф. Аристов. Славянская Дума. Вып.4. Галицко-русские писатели (В.Д. Залозецкий, Д.Н. Вергун, М.Ф. Глушкевич). Москва, Славия, 1911, с.16 В 1911 году в книжной серии Славянская дума, издававшихся книгоиздательством Славия, Федор Федорович Аристов печатает свою монографию Галицко-русские писатели. Она посвящалась В.Д. Залозецкому, Д.Н. Вергуну и М.Ф. Глушкевичу. Львовская газета Прикарпатская Русь, в том же году, в номере 552, полностью перепечатывает её Валерий Разгулов. Ф.Ф. Аристов и Карпатороссия. 2001, с.14 http://libinfo.org/?id=10610 2.1.Мб 100с. Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Василий Дмитриевич Залозецкий Славянская Дума. Ряд статей по важнейшим для сознательного Славянства вопросам. Ф.Ф. Аристов. Славянская Дума. Вып.4. Галицко-русские писатели (В.Д. Залозецкий, Д.Н. Вергун, М.Ф. Глушкевич). Москва, Славия, 1911, с.16 Василий Дмитриевич Залозецкий Биографические данные (детство и благотворное влияние матери; получение образования и рукоположение в священники; народническая деятельность пастыря и основание им общества проповедников трезвости; оставление проповедничества и начало литературной деятельности; 50-ти летний юбилей В.Д. Залозецкого, как писатели и издание полного собрания его сочинений). Его произведения: 1) исторические повести, 2) очерки из современной жизни (Записки священника) и 3) научные исследования: о Слове о Полку Игореве, и по русско-славянской МИФОЛОГИИ. Отзывы критики о В.Д. Залозецком, как беллетристе. Общая оценка его литературного значения и таланта. Василий Дмитриевич Залозецкий родился в 1833 году, в Буковине, в селе Погореловцах. Первые годы своей жизни он провел в селе Княжьи, где отец его был приходским священником. В.Д. Залозецкий рос под благотворным влиянием матери, которая сумела внушить своему сыну истинно-христианское отношение к людям и любовь к науке и литературе. По получении образования (в Коломые, Червонцах, Львове и Вене), В.Д. Залозецкий был в 1858г., рукоположен в священники и принялся со всем жаром молодого сердца за служение родному народу. Прежде всего, нужно было бороться с страшным пьянством, которое приняло огромные размеры среди галицко-русского населения. В.Д. Залозецкий выработал с этой целью устав общества проповедников трезвости и обратился за его разрешением к львовскому митрополиту Иосифу Сембратовичу. Последний не только утвердил это доброе начинание, но кроме того постановил еще открыть ряд подобных обществ в разных местностях Прикарпатской Руси. Однако, полезная деятельность о. Василия продолжалась недолго, так как постоянные разьезды и проповеди по открытым небом надломили и без того некрепкое здоровье пастыря и заставили его совершенно отказаться от проповедничества. С тех пор началась другая, еще более плодотворная, работа В.Д. Залозецкого, но уже на поприще литературы. В 1861 году появилась его первая повесть – Не святоюрщина, которая сразу обратила на себя всеобщее внимание. Затем имя писателя стало часто встречаться в повременных изданиях: Слово, Пролом, Родимый Листок Червонная Русь, Галицкая Русь, Беседа, Временник Ставропигийского Института, в книжках Общества имени Мих. Качковского, а в последнее время, в газете Прикарпатская Русь. Значительную часть своей жизни В.Д. Залозецкий провел в селе Горнем, где в 1910 г., отпраздновал пятидесятилетний юбилей своей литературной деятельности. Галицко-русское общество засвидетельствовало свои симпатии к маститому писателю юбиляру тем, что по общенародной подписке, издаст полное собрание его сочинений в четырех томах (из них три тома уже появились в свет). Все произведения В.Д. Залозецкого, по характеру своего содержания, распадаются на три отдела: 1) исторические повести, 2) очерки из современной жизни и 3) научные исследования о Слове о Полку Игореве, и по русско-славянской мифологии. К историческим сочинениям относятся: Половецкая моленица, Звонимира (том I), Евфимия Володаревна, Ростислав, Старинная юмореска, Роковой танец, Сопелка и гусль (том II). Славу писателя составила историческая повесть Половецкая моленица, задачи и характер которой лучше всего определены самим автором в предисловии к данному произведению. В.Д. Залозецкий говорит следующее: Если какой-либо угол Руси нуждается в исторической повести, то именно наш Галич. Убыток народной жизни пополняется только давними, запыленными источниками. Их надобно отыскать и очистить. Если имя здешнего русского человека не должно быть только одним праздным словом, то подобает его огласить эхом давних, шумных былин. В выборе периода мне не представлялось трудностей. Татарский период не прельщал, время польского господства не привлекало. Удары, нанесенные в это последнее господство подлинному русскому духу, способны навлечь на читателя только одни унылые думы, а мне хотелось ободрить сердце читателя. Этому отвечало только время Ярослава Осмомысла, время, к сожалению, короткое, но светлое, время расцвета Галича, но уже и зарождавшегося тут же червя. В лице этого знаменитого древнерусского государственного деятеля олицетворялись две роковые силы в самых капитальных чертах: одна вознесла Галич почти из ничего до апогея силы, среди других русских земель, другая повергла его в ад нескончаемых бедствий. Даровитый строитель древних червенских городов построил своею государственною мудростью державу от Ряшева по Дунай; неверный супруг и жалкий отец крайне безнравственного сына, оставил державу в добычу крамоле, отучневшей в сенях его мятежного дома… С личностью его вяжутся дни славы, с памятью его - дни унижения Галича. Над последними да ропщет русский историк; перо повествователя скорее остановится на первых. Я не задавался целью дать последовательный перечень событий правления Ярослава; я хотел единственно дать тебе, любезный читатель, верную культурную картину тогдашней эпохи -. Очерками из современной жизни являются Записки священника (всего 28 разсказов, занимающих весь III том). В них автор касается самых разнообразных вопросов и попутно дает яркие описания быта галицко-русского народа. Народнические симпатии В.Д. Залозецкого нашли яркое выражение в разсказе Мой первый приход. Видя вокруг себя почти поголовное пьянство и воровство, автор говорит: Я сталь отчаиваться в полезности своих духовных наставлений…Грустное чувство отчужденности в среде этого испорченного миpa охватило мою душу (с.21). Я переживал тогда кризис, который переживает, кажется, каждый из наших священников (с.22). И спросив себя, не оттого ли погибает община, что некому любить ее, В.Д. Залозецкий приходит к верному и глубоко знаменательному выводу: Кто-ж в самом деле заботился когда-нибудь об этих твореньях Божьих — русских мужиках? Чей дух любви согревал их, чья ласковая рука отверзала глаза этим вековым слепцам? (с.32). Ты пастырь им…Тебя просветили, чтобы ты просвещал слепцов… С этими словами мир воцарился в моей груди. Люди были все такими же, но в сердце моем произошла важная перемена: я стал глядеть на них другими глазами (с.32) и, заключает писатель, -смотря теперь на нашего крестьянина, я прежде всего стараюсь узнать добрые свойства его характера (с.40). Записки священника, благодаря своим высоким качествам, должны сделаться настольной книгой не только каждого русского священника, но и вообще каждого верующего человека. Кромe исторических повестей, и очерков из современной жизни, В.Д. Залозецкий написал еще несколько научных изследований: о Слове о Полку Игореве и по русско-славянской мифологии. (См. статьи во II томе: О Бояне в Слове о Полку Игореве и О Велесе, языческом боге). Проследив творчество В.Д. Залозецкого в трех главных направлениях, познакомим теперь читателей с отзывами критики о его художественном даровании. Вот как определяет беллетристический талант В.Д. Залозецкого русский критик Н.Н. Филиппов (Всемирная Иллюстрация, за 1897г., N 1463): Во всех произведениях о. Василия виден сильный первоклассный талант. Высокие же нравственные идеалы, завещанные им будущим поколениям: человечность, глубина психологического анализа, светлая струя самого чистого патриотизма, без всякой примеси нетерпимости, огненная жизнерадостная фантазия, при строго обдуманной, горячо прочувствованной прекраснейшей и истинно художественной формe его речи, делают его произведения не только перлами местной провинциальной литературы, маленького уголка многомиллионной Руси, но и составляют один из много-ценнейших вкладов в общерусскую сокровищницу литературы -. В заключение дадим нашу оценку литературного значения и таланта галицко-русского писателя. В.Д. Залозецкий первый дал в Прикарпатской Руси образцы общерусской художественной прозы, и в этом заключается его главная и неоспоримая заслуга. Признавая за русским языком» право быть общим литературным, и научным, органом для всех ветвей русского народа, писатель часто вводит в свои сочинения малорусские слова и обороты, так как считает, что русская речь, подобно многоводной и могучей реке, должна обогащаться новыми, местными соками. Во всех его произведениях ярко выражено национально-культурное единство русских племен» т.е. та идея, которая нашла такое знаменательное воплощение в деятельности великих малороссов: политической - Богдана Хмельницкого и литературной - Н.В. Гоголя. В.Д. Залозецкий, по преимуществу, - исторический романист, но это не мешает ему касаться также и тем из современной жизни, а, кроме того, писать научный изследования о русской языческой старине. Все три вида его творчества находятся между собой в самой тесной связи: неудовлетворенность настоящим, заставляет автора углубляться в прошлое, которое он сперва подробно разбирает в своих научных изследованиях, а затем уже художественно воспроизводит в ряде повестей. Прошлое и настояние не могут, однако, настолько поглотить беллетриста, чтобы он забыл совсем о будущем, наоборот, он только для того и воспевает давно минувшие времена, чтобы ободрить читателей подвигами предков и заставить их, не удовлетворенных настоящим, бороться за светлое и лучшее будущее Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm

Ять: Василий Дмитриевич Залозецкий 2 сего февраля умер в с. Горном, стрыйского уезда великий муж Галицкой Руси Отец В.Д. Залозецкий, один из лучших галицко-русских писателей, выдающийся ученый изследователь родной старины и, вместе с тем благородный и живой народный деятель-священник. В.Д. Залозецкий родился в 1933 в с. Погорельцах, на Буковине, в семье сельского священника. Его отец, человек высоко образованный, вдохнул в душу сына любовь до своего народа и до его великой минувшости. Школы окончил В.Д. в Коломые и Черновцах. Он решил посвятити себя духовному званию, щобы непосредственно трудится для блага и возрождения родного народа. В 1858г. Он был рукоположен еп. Литвиновичем в пресвитери. С того часу начинаеся широкая и благодатная литературная и общественная деятельность В.Д. Залозецкого. В 1862г. он напечатал во львовских Вечеринцях свое первое стихотворение, а в следующем году свой первый росказ Несвятоюрщина. В том же часе о. Василий Д. Залозецкий принимает живое участие в журнале Галичанин, в газетах Слово, Пролом, Галичанин и в других местных изданиях, до нашей Прикарпатской Руси и Голоса Народа включительно. Одновременно В.Д. Залозецкий с рвением принялся за борьбу с одним из самых страшных зол галицко русского крестьянства – пьянством. Разом с И. Наумовичем, Р. Мохом и Мардаровичем он открывает общества, которые скоро покрыли всю Галицкую Русь. В продолжении многих лет он розьезжает по всей Галицкой Руси, проповедуючи всюду борьбу с пьянством и захочуючи крестьян до просветительной и экономической работы. Та народная робота сильно подорвала здоровье покойного, в силу чего он был принужден прекратити дальнейшую деятельность в том направлении и посвятити исключительно лит. Труду. С половины 80-ых годов начинают появлятися в галицко-русских изданиях его повести и розсказы, с початку из крестьянского житья, потом из эпохи галицко-русского княжества. Большою его историческою повестью есть Половецкая моленица, одно из лучших исторических произведений В.Д. Залозецкого, дальше идут повести Евфимия Володаревна, Ростислав и др. Изучению древне русского быта посвятил В.Д. Залозецкий последние 30 лет своего житья. В печати появились очерки: О бояне в Слове о Полку Игореве, Половецкая эра нашей истории, Олег Святославич, Плач Ярославны и трилогия русских языческих богов и др. В 1907г. началось печатание полного собрания сочинений покойного писателя. До сих пор вышло 3 томы. О. В.Д. Залозецкий дожил счастливых дней, дождался освобождения нашей много-страдальной родины от векового ига. Мир праху великого сына Червонной Руси! (И. Терох?) Голос Народа. Львов, 1915 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_752.htm Василий Димитриевич Залозецкий (1833-1915) Уроженец Буковинской Руси, села Погореловцы. Среднее училище прошел с отличием в Коломые и Черновцах. Высшее образование получил в Вене и Львове. С жаром молодого богослова принялся за просвещение родного народа. С крестом в руках искоренял среди него пьянство. Глубоко изучил его душу, положительные и отрицательные стороны в Горном Стрыйского уезда, где прожил почти всю свою душпастырскую жизнь. Василий Залозецкий продолжал народную работу Иоанна Г. Наумовича. Начал писать по-польски: Jarmark w Kutachy (1854) и Obrazki cyrkulu Kolomyjskiego (1854), затем писал только по-русски Несвятоюрщина (1862), Регские гуцулы (1875), Дедова скрипка (1878). Все рассказы бытового характера включены в Записки русского священника (1883). Это лучший источник познания галицко-русского села, его навыков и заветов. Василий Залозецкий - выдающийся романист Галицкой Руси. Глубоко изучив старину своей родины, он воспроизвел ее прошлое в исторических романах: Звонимира (1883), тут показана картина языческого быта; Половецкая моленица (1891), относится ко времени кн. Ярослава Осмомысла; Евфимия Володаревна (1903), где прославлена дочь кн. Володаря и говорится о посягательствах Польши на Галицкую Русь. Литература: Полное собрание сочинений В.Д. Залозецкого (1907-1909); Ф.Ф. Аристов. Карпато-pyccкиe писатели (1916). В.Р. Ваврик Краткий очерк галицко-русской письменности. Лувен, 1973. 80с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/vavrik-galruspismennost.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm Василий Дмитриевич Залозецкий (1833-1915) родился в селе Погореловцах на Буковине. Он учился в Коломые и Черновицах, а высшее образование получил во Львове и Вене. Залозецкий начал писать еще на школьной скамье. В 1862 году появилась его первая повесть Не-Святоюрщина, обратившая на себя внимание галицко-русских читателей. К числу лучших его рассказов следует отнести: Лунатка (1867), в котором чувствуется влияние Н.В. Гоголя; Речские гуцулы (1875), представляющий собою художественно-этнографический очерк о жизни Карпатских гуцулов деревни Речки; Дедова скрипка (1878), близкая по содержанию к рассказу Г. Сенкевича Янко музыкант и Пригоды русской молодицы (1879), также из деревенского быта. От бытовых повестей и рассказов В. Залозецкий перешел к сочинениям на исторические темы. В 1891 году появилась его лучшая повесть Половецкая моленица, которой автор предпослал следующее предисловие: Если какой-либо угол Руси нуждается в исторической повести, то именно наш Галич. Убыток народной жизни пополняется только давними, запыленными источниками. Их надобно отыскать и очистить. Если имя здешнего русского человека не должно быть только праздным словом, то подобает его огласить эхом давних, шумных былин. В выборе периода мне не представлялось трудностей. Татарский период не прельщал, время польского господства подлинному русскому духу способно навлечь на читателя только одно уныние дум, а мне хотелось ободрить читателя. Этому отвечало только время Ярослава Осмомысла, время, к сожалению, короткое, но светлое, время расцвета Галича, но уже и зарождавшегося тут же червя. В лице этого знаменитого древнерусского государственного деятеля олицетворялись две роковые силы в самых капитальных чертах: одна вознесла Галич почти из ничего до апогея силы, среди других русских земель, другая повергла его в ад нескончаемых бедствий. Даровитый строитель древних червенских городов построил своею государственною мудростью державу от Ряшева по Дунай; неверный супруг и жалкий отец крайне безнравственного сына, оставил державу в добычу крамоле, отучневшей в сенях его мятежного дома. С личностью его вяжутся дни славы, с памятью его - дни унижения Галича. Над последними да ропщет русский историк; перо повествователя скорее остановится на первых. Я не задавался целью дать последовательный перечень событий правления Ярослава; я хотел дать единственно тебе, любезный читатель, верную культурную картину тогдашней эпохи -. Следует признать, что писателю удалось вполне его намерение. В основу повести им положен известный исторический факт: любовь князя Галицкого Ярослава Осмомысла, о котором так восторженно говорил певец Слова о полку Игореве, к Настасье Чагровой. Ради нее Ярослав оставляет свою жену Ольгу Юрьевну, дочь основателя Москвы Юрия Долгорукого, от которой у него был беспутный сын Владимир и дочь Ефросинья - прославленная Ярославна из Слова о полку Игореве: Галицкие бояре, недовольные самовластным правлением Ярослава, устраивают заговор и заставляют князя вернуться к его жене, а Настасью сжигают на костре, как чаровницу. Повесть Половецкая моленица свидетельствует о большом литературном даровании ее автора. Несколько архаизированный язык придает повести особую выразительность. Изучение автором былин, летописей, Слова о полку Игореве плодотворно отразилось на ее изобразительных средствах. Бесспорной удачей автора является поэтический образ героини повести Настасьи - наложницы князя Ярослава Осмомысла. Она говорит о себе: Когда увижу утреннее солнце по холмам, дух мой возносится. Когда в полдень буйным ветром, мятой, васильком и житом запахнет наша земля, грудь широко вздымается; а взойдет вечером печальный месяц, лягут на луга ночные тени, тихие, таинственные, раздольные, мне неисповедно томно становится тогда. Чем томится грудь моя? Не Русью ли, не ее ли запахом, тишиною полей, шумом ее лесов, тревогою и роскошью ее? Не любила бы, не томилась бы я -. Вторая историческая повесть В. Залозецкого - Звонимира относится к языческим временам еще до Киевской Руси. Она не так удалась автору, как первая. Недостаточно мотивирован и конец ее, когда Звонимира сама бросается в костер и сгорает в нем. Третья повесть Евфимья Володарьевна - воскрешает времена Перемышльского князя Володаря (1124-1145). В ней хорошо показаны польско-русские отношения в самом начале возникновения Перемышльского княжества, даны прекрасные описания древнерусских обрядов и суеверий. Сочинения В.Д. Залозецкого получили известность не только в Галиции, но и за её рубежами. Современный ему русский критик Н. Филиппов писал, например: Во всех произведениях Залозецкого виден сильный, первоклассный талант. Высокие же нравственные идеалы, завещанные им будущим поколениям: человечность, глубина психологического анализа, светлая струя самого чистого патриотизма без всякой примеси нетерпимости, огненная жизнерадостная фантазия при строго обдуманной, горячо прочувствованной, прекрасной и истинно художественной форме его речи, делают его произведения не только перлами местной провинциальной литературы, маленького уголка многомиллионной Руси, но и составляют один из многоценнейших вкладов в общерусскую сокровищницу литературы. В.Д. Залозецкий был не только талантливым беллетристом, но и выдающимся ученым-исследователем галицкой старины. Им написано несколько ценных работ, из которых отметим следующие: О Бояне в Слове о полку Игореве (1901), О Велесе, языческом боге (1901), Половецкая эра нашей истории (1908), Олег Святославич (1908), Плач Ярославны и трилогия русских языческих богов (1908), Русские языческие божества: Карна, Жля, Мара, Яга-Пага (1908) и др. Н.В. Водовозов. Русские писатели в австрийской Галиции (Краткий обзор). Вопросы русской литературы. М., 1976. с.91-309. УЗ МГПИ N405 http://www.edrus.org/content/view/4669/62/ http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_271.htm Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm

Ять: Василий Дмитриевич Залозецкий В.Д. Залозецкий. О Бояне в Слове о полку Игореве (отрывок из исследования о Слове). Оттиск из Русского Философского Вестника. Варшава: тип. Варш. учеб. окр. , Краковское Предместье N3. 1901 http://www.knigafund.ru/books/41009 Рекъ Боянъ и ходы на Святъслава, пЪстворца стараго времени Ярослава: Ольгова коганя хоти! Тяжко ти головЪ кромЪ плечю, зло ти тЪлу кромЪ головы - руской земли безъ Игоря! http://www.nevmenandr.net/slovo/slovo.php?clicked=0&fragm=209&notclicked=0&str=0 Стоим перед самым темным местом Слова. Сам автор его как бы ухитрился, завязать тут твердый не легко развязываемый узел, и место это успело уже отпраздновать сотую годовщину своей иероглифической таинственности. Много остроумия потрачено толкователями на развязку этого места, да все понапрасну. Русский Сфинкс как то не хотел проглаголать. Наконец единогласно заблагоразсудили взвалить всю вину на переписчиков. Они де испортили текст и затемнили его на этом именно месте до неузнаваемости! Мы позволим себе быть другого мнения. Текст в этом месте удивительно цел. Недоставало только в списке, найденном А.И. Мусиным Пушкиным в каком то старинном сборнике, соответной нынешним правилам слога интерпунции, сказать вернее, не било никакой. Поэтому То и бегали одинокие слова сего места без всяких препинательных возжей вкривь и вкось перед глазами толкователей, цепляясь то за задние, то за передние строчки. К этому прибавились еще и внутренние затруднения в тексте. Автор позволил себе сделать в словах: Рек Боян - такую эволюцию мысли, о которой толкователям не могло и присниться. Дальше завеяло от этого другого песнотворца Святослава особою таинственностью. Не успели еще толкователи познакомиться хорошо с первым, сиречь с Бояном, а тут, чего доброго, уже второй! В конце, эта Ольгова когана хоть, эта голова, кроме плечей, это тело кроме головы! Взаправду, одни ребусы! … … Как малоросс, галичанин, из той австрийской планеты, где не живут настоящим, а дышут только прошедшим, я не могу скрыть тайного желания что-бы как не объяснился еще вполне этот наш словесный Китай в продолжении целого века, так же бы он и не объяснялся и дальше и служил долго миражем для фантазии, ристалищем для русского духа! В этой таинственности, во мраке этого нашего древнего очага лежит его великое, его невысказанное обаяние. Сокровенные двери заманчивы, а у пещеры угодника, где тускло теплится лампада, нередко больше богомольцев, чем в ярко освещенных храмах. Особенно же тебе, моя родина, тебе, мой дорогой несчастный Галич, поверженный в мрак и нищету, стоящий под секвестром недружной тебе руки, тебе нужна лампада из погасших костров древней хвалы и тебе ее заботливо поддерживать. Погаснет она – погаснешь и ты!..Когда бегут от нас (центробежно) осколки нашего жизненного ствола, ломимые и крошимые нашими домашними слепцами, не могущими возвыситься над своими диалектическими вербами, калинами и вышивками; подобает нам, зрящим людям, тем паче очищать от нанесенного мусора наш древний очаг и тесно плотиться вокруг него. Слово о полку Игоревом, это общий базис одного культурного строя всего русского народа. На его почве не грозны нам никакие разъединительные затеи. Пусть Галицкая Русь и гинет, когда уже сама не хочет жить, но и за ея Ахеронтом вопият будет этот памятник об ея едином прошлом с всею прочею Русью, с Всеволодом на Дону и Волге и с рыщущим влъком Всеславом у прибалтийской Немиги. Но мы хочем жить, пожалуй, хоть уже и этой скудной жизнью, какую навязал нам рок. Мы хочем жить, как дивный, своеобразный плод культуры, пересеченной по Божьей воле всякими разнородными стихиями, и принесть в свое время также свой плод. Ничто не пропадает в мире, тяжелые опыты и по давно. Ведь и тернистая агава долго разрешается от бремени своего дивного цвета. Наша жизнь издавна тернием переткана, только еще от воды, воздуха и солнца не оттолкнула нас недружелюбная рука; но глухого, песенного стона от брегов нашей земли не могла она отстранить от нашего слуха. Все наше целое и святое лежит в прошлых, померкших звездах…Там пока и сонный молекюл нашего дивного агавного цвета. Только раскрывать бы нам эти звезды, изучать и познавать, не прельщаясь никакими миражами настоящей поры!... В.Д. Залозецкий, (священник с. Горне п. п. Стрый). Октябрь. 1900 Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm В.Д. Залозецкий. Полное собрание сочинений В.Д. Залозецкого. Т.1-3. Издатели: Г.А. Полянский, А.А. Полянский. Львов Тип. Ставропигийского Института под упр. М. Рефця 1907-1909гг. I т.(389с. с портретом автора): 1.Половецкая Моленица: историческая повесть, 2. Звонимира: картина из нашего языческого быта; II т.(449с.): 1.Евфимия Володаревна: историческая повесть, 2. Ростислав, родоначальник галицких князей, 3. Старинная юмореска, 4. О Бояне в Слове о Полку Игореве: отрывок из обширного исследования о Слове, 5. Роковой танец: историческая быль, 6. Сопелка и гусль: историческая быль, 7. О Велесе, языческом боге: критический очерк. IIIт. Записки священника (всего 28 рассказов: Мой первый приход...)

Ять: Из автобиографии, А.А. Полянского, составленного для труда проф. Ф.Ф. Аристова - Карпато-русские писатели (с.14-21). …В 1918 году Амвросий Афанасьевич оставил Конюхов и переселился в Горне, получив приход своего умершего друга В.Д. Залозецкого, где и живет в настоящее время на скромной пенсии сельского священника, отдавая по прежнему свои силы на служение общерусской художественной литературе. Наиболее богаты нравственными переживаниями в жизни А.А. Полянского были 15 лет (1913-1928гг.). на которые падают такие факты, как подготовка к печати Избранных сочинений, изданных под редакцией Ф.Ф. Аристова в Москве (в предпринятой им многотомной Библиотеке карпато-русских писателей, отличающейся не только внешним изяществом, но и любовно—вдумчивым отношением к судьбе деятелей общерусской литературы в Карпатской Руси и строго научной постановкой всего издания); затем мучительные тревоги мировой войны, во время которой А.А. Полянскому и В.Д. Залозецкому, как убежденным поборникам национально-культурного единства русского народа, - от реки Тисы до берегов Тихого океана и от Белого до Черного и Каспийского морей,- неоднократно грозила австрийская виселица, уже вырвавшая немало жертв из рядов карпато-русского населения; далее тяжелая скорбь, причиненная последними днями со смертью старого друга В.Д. Залозецкого; одиночество, нездоровье и старость, наконец, возобновление через 15 лет переписки с молодым другом (ныне профессором) Ф.Ф. Аристовым, вносящим бодрость в монотонную жизнь и первым вспомнившем о 75-летии со дня рождения А.А. Полянского и наступающем в 1930 году полувековом юбилее его литературной деятельности! (с.14) ...Когда в Австрии была объявлена всеобщая мобилизация (в июле месяце 1914г.), А.А. Полянский находился в путешествии, объезжая на Адриатике албанские острова, и незадолго до начала мировой войны успел вернуться в Галичину. Здесь все было в лихорадочном и одновременно хаотическом состоянии. От населения власти требовали выражения патриотизма (австрийского, забывая, что узники не могут радоваться успехам своих тюремщиков), сверх-лояльности к Австрии и даже боевого настроения против врага (т.е. родных братьев, находящихся по другую сторону политической границы). Все обязаны были выказывать казенный оптимизм. Всякое сомнение в победоносных действиях - лоскутной империи - разсматривалось как измена. Мысль была задушена, критика уничтожена, ибо все - обстояло благополучно… Не только за безобидный поступок, но и за неосторожное слово можно было нажить крупнейшую неприятность. Всюду шныряли жандармы и тайные сыщики, нашедшие для себя обильную жатву… Шли безконечные обыски, аресты, интернирование в концентрационных лагерях, в роде кошмарного Талергофа, людей вешали и разстреливали без всякого суда и следствия в одиночку и целыми группами. Словом, творился какой-то ад! Дряблая перед внешним врагом, Австрия хотела показать свое могущество перед мирным и беззащитным населением своей же собственной страны. Неудачи на фронтах сопровождались еще большим озверением австрийских властей, превращавшихся в настоящих палачей народа. При каждом отступлении хватали виновных и невиновных, разстреливали, вешали и чинили всяческие насилия. Одновременно с этими зверствами, казенные австрийские патриоты имели безстыдство распространять нелепые слухи о жестокостях русских войск и в частности казаков. Терроризированное население спасалось, куда глаза глядят. Крестьяне массами уходили в горы. Галицкая Русь, ставшая театром военных действий, была разорена. Австрийские патриоты, столь усиленно бряцавшие оружием и всех инакомыслящих считавшие изменниками, первые поспешили, под разными предлогами, покинуть Галичину и скрыться во внутренних провинциях страны. А.А. Полянсюй и В.Д. Залозецкий решили с самого начала войны оставаться на своих местах, покориться судьбе и безропотно ждать своей участи, находясь все время под Домокловым мечом (с.17) …Во время занятия русскими войсками Галицкой Руси, А.А. Полянский и В.Д. Залозецкий часто виделись, беседуя о множестве вопросов. О чем только не передумали и не переговорила оба старые друга за эти дни. В.Д. Залозецкий любил погружаться мыслями в прошлое. Он вспоминал умершею от рака горячо любимую свою жену Антонию, которая оказала такое благотворное влияние на весь склад его характера, давала пример стойко переносить житейские невзгоды и всегда поощряла его литературную деятельность. С редкою нежностью говорил он о рано умершем сыне Владимире, кандидате прав и благородном идеалисте подававшем большие надежды. При этом В.Д. Залозецкий замечал, что наш московский друг Ф.Ф. Аристов напоминает ему столь любимого сына Владимира. Недаром Василий Дмитриевич всегда с такою радостью писал в Москву и любил получать письма от Федора Федоровича. - Что-то делает теперь наш друг, - часто повторял глубокий старик-писатель, которому шел тогда уже девятый десяток. - Я ему послал обширную автобиографию, где изложил не только свою жизнь, но и свои национально-культурные идеалы о нашей Святой Руси, о всей общеславянской родине Славии, о взаимо-отношениях Запада и Востока. Эта автобиография появится в свет после моей смерти (если бы она была напечатана, то австрийские власти меня бы за нее повесили). Ф.Ф. Аристову я также послал все свои произведения и передал ему право на их издание в течение 50 лет со дня моей смерти. - Вот мы с вами приуныли, а вдруг дверь откроется и войдет к нам Федор Федорович; он сразу принесет с собой жизнерадостность, сердечно, по родственному, обнимет нас и снова и снова будет побуждать нас к литературному труду. Я его еще до войны приглашал к себе погостить, отдохнуть от усиленных занятий по изучению Карпатороссии, но он всегда, тронутый вниманием, отвечал, что отдых существует не для него. Сперва хочет закончить свое изследование Карпато-русские писатели, а затем уже с этим детищем явиться к нам в гости. - Что-то делает Федор Федорович - сражается ли он за нас пером, или же мечом. В России, как пишут, призваны на войну почти все мужчины среднего возраста, значит, и наш друг одел военную форму. Ведь он также издает Избранные сочинения А.А. Полянского в своей многотомной Библиотеке карпато-русских писателей. Ф.Ф Аристов - человек не только удивительно работоспособный, горячо любящий Россию и нашу обездоленную Карпатороссию, но и на редкость точный, за что возьмется, то доведет до конца -. Так говорил В.Д. Залозецкий, уносясь мечтами к светлым явлениям и отвлекаясь тем самым от тревожной действительности. В то время, как часть Галичины находилась уже под властью России, в Карпатских горах не смолкала орудийная канонада. Все эти треволнения сильно повлияли на здоровье В.Д. Залозецкого. Он начал хворать, жалуясь на головную боль, ослабление памяти. Не имея около себя близких родственников, без ухода, без забот, терпя лишения в пище, не зная, что делается вокруг, он грустил и терял силы. От скуки постоянно курил свою трубку, набитую вместо табаку сушеным ореховым листом, что еще более вредило его здоровью. В октябре 1914г. наступила новая тревога. Австрийцам удалось в Карпатах прорвать фронт, русские войска отступили за Стрый, и австрийская армия заняла Горне и Конюхов. Опять начались виселицы (в Синеводске, напр., повесили 13 крестьян). Под Стрыем разразилась битва, которая на другой же день окончилась разгромом австрийской армии. Австрийцы спасались бегством в Карпаты и на угорскую границу. А.А Полянский и В.Д. Залозецкий опять уцелели и оправились от тревоги. В.Д. Залозецкий стал сильнее хворать, часто ложась в постель. Призванный врач ничего не помог. Предчувствуя кончину своего друга, А.А. Полянский ежедневно навещал его. Сам Василий Дмитриевич также чувствовал скорое приближение смерти и постепенно передавал Амвроcию Афанасьевичу свою последнюю волю относительно похорон. А.А. Полянский советовал своему другу составить завещание, но больной медлил, пока не потерял (в самом конце января) сознания. Впав в агонию, он скончался 2 (15) февраля 1915 года. Так умерь знаменитый писатель, создатель общерусской художественной прозы в Карпатской Руси. Вечная ему память! Похоронен В.Д. Залозецкий скромно, на местном кладбище, около церкви, которой служил свыше 30 лет. Родственники хотели поставить на могиле памятник, но обещание это до сих пор остается не исполненным (с.19-21) Ф.Ф. Аристов. Амвросий А. Полянский. Жизнь и творчество (По поводу 75-летия рождения и 50-летия писательства). Львов, 1930. Настоящий очерк заимствован из труда проф Ф.Ф. Аристова - Карпато-русские писатели, том 2-ой, с.11-37, который в данное время подготовлен к печати) http://bookfi.org/book/1336955 2.75Мб Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm

Ять: Федор Федорович Аристов и карпаторусская проблема Ф.Ф. Аристов. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва 1928 (репринт 1995) ...В большевистском СССР Ф.Ф. Аристов остался забытым по указаниям сверху, а потому малоизвестным современному молодому поколению, несмотря на то, что его идеи и научные труды и сегодня являются благодатной почвой для диссертаций, докладов, лекций, сообщений. Можно смело сказать, что никто из русских ученых не уделял изучению Галицкой, Угорской, Буковинской Руси столько внимания, сколько Ф.Ф. Аристов. Так, в течение десяти лет (1907-1917) он собирал и систематизировал самые различные материалы, из которых был составлен единственный в своем роде не только в России, но и в Европе Карпато-русский музей в Москве. В нем находились редчайшие рукописи и письма выдающихся карпаторусских писателей, ученых, священников; музей содержал множество книг, не имевшихся даже в библиотеках Российской Академии Наук, Румянцевского и Исторического музеев, а также в зарубежных книгохранилищах. В музее было собрано до 100 тысяч различных экспонатов, в т.ч. отпечатанные портреты и нигде не опубликованные материалы об экономическом, историческом, религиозном, литературном, этно-территориальном, этно-культурном, географическом развитии Галичины, Угорской Руси, Буковины. Карпато-русский музей имел следующие отделы: - рукописный, содержавший около пяти тысяч всевозможных рукописей: биографий и автобиографий, воспоминаний, дневников, исторических, литературных, языковедческих географических научных сочинений и писем; - книгохранилище, содержавшее всю важнейшую печатную научную и художественную литературу о Карпатской Руси; - художественно-иконографичесхий, представлявший собрание рисунков, связанных с русским религиозным и национальным движением в Карпатах: портреты священников и деятелей истории, литературы, религии, искусства; виды городов, сел, этнографические типы, а также карты, схемы, диаграммы; - научно-справочный, предназначавшийся для выдачи разного рода библиографических справок о книгах, рукописях и рисунках; с этой целью составлялась аннотированная картотека; - кабинеты писателей. Каждому писателю в музее отводился отдельный кабинет, дававший полное представление о его рабочей комнате. Летом 1917г. экспонаты музея были сданы на хранение в ломбард, и с тех пор судьба их неизвестна, очевидно, они погибли в Гражданскую войну. Наряду с созданием музея, Федором Федоровичем было задумано и начато издание 30-томной Библиотеки карпато-русских писателей, боровшихся за русскую идею, русское имя, русскую веру, язык и литературу в Карпатской Руси. Эта Библиотека представляла собой сочинения карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова, которому удалось опубликовать из этой серии сочинения А.В. Духновича, О.А. Мончаловского, А.А. Полянского, Д.И. Маркова. В набор был сдан 4-й том полного собрания сочинений писателя-священника В.Д. Залозецкого, как дополнение к трем томам, изданным во Львове в 1910 году. Книга, однако, не была напечатана, как и не были также изданы подготовленные к печати полные собрания сочинений О.А. Мончаловского, М.Ф. Глушкевича. кроме этого Ф.Ф. Аристов опубликовал ряд научно-критических очерков о А.И. Добрянском, Б.А. Дедицком, М.Ф. Глушкевиче, Ю.А. Яворском, И.И. Шараневиче, А.А. Полянском, А.Ф. Кралицком и задумал создать книгу о В.Р. Ваврике, А.В. Карабелеше и других. С предложением о популяризации карпаторусской литературы в России он обращался в своем письме к М. Горькому 16 июня 1928г... 17 сент. 1993. Татьяна Ф. Аристова, доктор исторических наук Ф.Ф. Аристов. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва 1928 (репринт 1995). Книга подготовлена к изданию стараниями Т.Ф. Аристовой и С.В. Шарапова. Добавлена статья Т.Ф. Аристовой - Федор Федорович Аристов и карпаторусская проблема. 49с. http://en.booksee.org/book/748556 49с., 1.42Мб Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Печатные работы Ф.Ф. Аристова Русско-славянский ежегодник на 1908г. М., 1907. (В этом издании Ф.Ф. Аристову принадлежат все этнографическо-статистические очерки о южных и западных славянах, указатель литературы по славяноведению и ряд заметок) Славянский путешественник. Редактор и составитель Ф.Ф. Аристов. М., 1908. Общеславянский съезд. Славянский путешественник. М., 1908, N1 Славянская идея. Славия, М., 1909, вып.1 Пятидесятилетие литературного фонда. Прикарпатская Русь. Львов, 1909, N50 Национальный вопрос. Прикарпатская Русь. Львов, 1909, N55,57 Национальный вопрос и его разрешение. Прикарпатская Русь. Львов. 1909, N75-76 Славянскому съезду в Софии. Прикарпатская Русь. Львов, 1910, N231 Обсуждение русского вопроса в обществе Славия. Прикарпатская Русь. Львову 1910, N345,346 Л.Н. Толстой и славянский вопрос. Прикарпатская Русь. Львов, 1910, N347 Малорусский вопрос. Обзор новейшей русской литературы. Прикарпатская Русь. Львов, 1910, N353-354 Вечер студенческого общества Славия в честь русских галичан. Прикарпатская Русь. Львов, 1910, N368 Галицко-русский вопрос в обществе Славянской культуры в Москве. Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N375-376 Доклад академика Ф.Е. Корша по малорусскому вопросу (подпись Москвич). Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N409-410 Новая чешская литература. Славянское Возрождение (с конца XVIII в. и до 1848). Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N517-523 Чешская литература. Новейшая литература (1848-1910). Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N524-526 Чешская литература. Гуситское движение и Золотой век, Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N617-620 Общеславянский язык. М., Изд-во Славия. 1911 Общеславянский язык. Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N552 Сущность сокольства. Прикарпатская Русь, Львов, 1911, N594 Сербо-лужицкая литература. Прикарпатская Русь. Львов, 1911, N656-659 Галицко-русские писатели В.Д. Залозецкий, Д.Н. Вергун, М.Ф. Глушкевич. М., Изд-во Славия, 1911 Доклад В.А. Бобринского и концерт галицко-русской крестьянской певческой дружины. Лекция С.О. Коничка об Угорском крае (корреспонденция Ф. Аристова, из Москвы). Прикарпатская Русь. Львов, 1912, N736 Годичное собрание всеславянского общества Славия. Прикарпатская Русь. Львов, 1912, N757 Черногорский гимн короля Николая. Вечерние известия, М., 1912, N20 И. В. Голечек. Утро России, М., 1913, N48 Карпато-русский писатель. Прикарпатская Русь, Львов, 1913, N986; Галичанин, Львов, 1913, N27 Московские вести (подпись Славянолюбов). Славянин, СПб., 14 февраля 1913 Славянская идея в XX веке. Славянин, СПб., 24 февраля 1913 М.Ф. Глушкевич (К десятилетию со времени выхода первого сборника его стихов). Славянин. СПб., 28 февраля 1913 Славенская Матица в Москве (подпись Славянолюбов). Славянин, СПб., 28 февраля 1913 Московская печать о славянских делах (подпись Славянолюбов). Славянин, СПб., 7 марта 1913 В.Д. Залозецкий. К 80-летию со дня рождения. Славянин. СПб., 24 марта 1913 В.Д. Залозецкий. Славянин, Прага, 1913, N3-4 (на русском и чешском языках) Д.И. Зубрицкий (К 50-летию со дня смерти). Известия Общества славянской культуры, М., 1913, т.X, кн.2 Александр Васильевич Духнович. Русский архив, М., 1913, кн. 1, N2, с.277-292. О славянском социализме (статья без подписи). Славянин. СПб., 7 апреля 1913 Адольф Иванович Добрянский-Сачуров. Русский архив, М., 1913, кн. 1-2, N3, с. 377-411, кн.1-2, N4-5, с. 663-706 Иван Григорьевич Наумович. Русский архив. М., 1913, кн.2, N6-7, с.126-143 Галицко-русские деятели (без подписи). Утро России, М., 1913 Гонения на православное движение в Угорской Руси. Итоги жизни. М., 1914, N5-6, с.12-19 История Карпатской Руси. Прикарпатская Русь, Киев, 1914, N7. Истинная история карпато-россов или угорских руссинов. Издана народолюбцем А. Духновичем в 1853г. Русский архив, М., N4, кн.1, с.528-559 Значение А.В. Духновича как угро-русского историка. Русский архив. М., 1914, N5, кн.2, с.144-155 Славянский вопрос. Россия и судьба Чехии. Московский листок, 1914, N29 Россия и чешский вопрос. М., 1914 Славянский вопрос. Нужды Галицкой Руси. Московский листок, 1915, N21 Славянское объединение. Редактор Ф.Ф. Аристов. М., 1915. Что должна получить Россия от войны. Славянское объединение. М., 1915, N1-2, с.1-9 Карпато-русские писатели. Славянское объединение. М., 1915, NN1-2, с.11-16 Памяти В.Д. Залозецкого. Славянское объединение. М., 1915, N3-4, с.65-79 Новейшая болгарская литература. Славянское объединение. М., 1915, N3-4, с.74-79 Угро-русская литература. Славянское объединение. М., 1915, N5-6, с.99-112 Библиотека карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова: О.А. Мончаловский. Положение и нужды Галицкой Руси; Д.А. Марков. Русская и украинская идея в Австрии. С портретами авторов и критико-биографическими очерками, составленными Ф.Ф. Аристовым. М., 1915 Библиотека карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова: А.А. Полянский. Избранные сочинения. М., 1915 Библиотека карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова: А.В. Духнович. Полное собрание сочинений. М., 1915 Библиотека карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова: Ф.И. Свистун. История Карпатской Руси. М., 1916 Карпато-русские писатели. Исследование по неизданным источникам в трех томах. Т.1. М. 1916 Русские национальные социалисты. М., 1917 ; Лев Толстой и славянский вопрос. Республика, Тифлис, 1917, N101 М.А. Бакунин и федерализм. Республика, Тифлис, 1917, N101 М.П. Драгоманов и национальный вопрос. Республика, Тифлис, 1917, N105-106 Славянская идея (подпись Всеславянский). Республика, Тифлис, 1917, N109 Проф. А.Д. Градовский и национальный вопрос. Республика, Тифлис, 1917, N122 Русский вопрос. Республика, Тифлис, 1917, N129 Институт славяноведения. Республика, Тифлис, 1917, N121 Книги - друзья. Республика, Тифлис, 1918, N139 Русский национальный вопрос в Закавказье. Тифлис, 1918 Русское религиозное и национальное самосознание. Тифлис, изд-во Закавказская Русь; Независимая Чехословакия, Речь, Тифлис, 1918, N43 Национальный вопрос в России и вне ее. Тифлис, 1918. Создание Югославии. Речь, Тифлис, 1918, N41 А.И. Добрянский. Ужгород, 1924 Г.А. Дедицкий. Львов, 1927 М.Ф. Глушкевич. К 30-летию его литературной деятельности, Львов, 1928; Русский Голос, 1929, N37 Ю.А. Яворский. Львов, 1928 И.И. Шараневич. К 100-летию со дня рождения. Львов, 1929 Карпато-русские писатели. А.В. Духнович, Ужгород, 1929 А.А. Полянский. Львов, 1930 А.Ф. Кралицкий. Ужгород, 1930 Карпато-русская библиография. Аннотированная библиотека. Львов, 1931; Временник Ставропигийского института. Львов, 1932 Ф.Ф. Аристов. 1888-1932. Краткие Сообщения (Т.Ф. Аристова, В.Р. Ваврик). Институт Славяноведения Академии Наук СССР, N27, 1959, с.87-93 http://bookfi.org/book/748634 169кб Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm Ф.Ф. Аристов. Общеславянский язык. Славянская Дума (ряд статей по важнейшим для сознательного Славянства вопросам, Выпуск 2, Москва, Из-во Славия, 1911г.); Общеславянский язык. Прикарпатская Русь. Львов. 1911 N552 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_719.htm

Ять: Общеславянский язык ...Тут мы должны отметить весьма важную черту в вопросе об общеславянском языке. До сих пор говорилось, что русский язык следует употреблять Славянам при взаимных сношениях, т.е. в своих внутренних делах, и всегда обходился молчанием вопрос о том, какой язык будет посредником Славян с другими народами, т.е. в их внешних делах. Граф Куденгове, говоря о Немцах и Славянах, указывает на русский язык. Но ведь Славяне находятся в постоянных сношениях не только с Немцами, но и с другими народами. Необходимо и здесь также (исключая официальной политики, где принят французский язык) всегда пользоваться отдельным Славянским народностям общим для них всех русским языком. В противном случае получится то, что на различных международных сьездах (писателей, ученых, художников, врачей и проч.) Славянам придется говорить на иностранных языках. Изучение Русского Языка делает быстрые успехи среди Славян, которые видят в нем Защиту для себя от иноземного порабощения. Общеславянский (русский) язык должен распространяться без всякого принуждения, так как он служит великой задаче обьединения и освобождения Славянства. Замечательное верное выражение этой идеи находим в стихотворении словенского поэта А.А. Ашкерция - Русский Язык: Язык ты русский, великан славянский! Как мог бы раб быть вместе и герой? Как дал бы ты сковать себя в оковы? Как мог бы ты мириться с злою тьмой? Нет, нет, не можешь ты служить тиранам И создан ты чтобы весь мир встряхнуть Чтоб вестником быть правды и свободы Из тьмы нам к солнцу уготовить путь! Зажги же луч, язык могучий, русский И всех согрей от балтийских берегов Чрез степи, горы, тундры и чрез реки До океана Тихого валов! И от морей полночных, ледовитых До Индии да грянет голос твой, Воздвигнет слабых он из бед и праха И свет свободы принесет с собой! Ф.Ф. Аристов. Общеславянский язык. Славянская Дума (ряд статей по важнейшим для сознательного Славянства вопросам, Выпуск 2, Москва, Из-во Славия, 1911г.); Общеславянский язык. Прикарпатская Русь. Львов. 1911 N552 http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_719.htm Живая Мысль – ежемесячное литературно-общественное издание. Вып.6. 16 февраля (1 марта) 1903 (от Наташи Гаттас) За живой мыслью – живое дело! Русский Язык (Стихотворение Антона Ашкерца) Язык чудесный, братский, всеславянский, Как слух твои мне звуки веселят! Когда услышу я твои глаголы В душе родные струны зазвенят! Язык великий, русский, благогласный Не есть-ли ты язык и мой родной? Не усыпляла-ль в детстве мать родная Меня тобою сладко на покой? Серебрянная арфа, неги полна, Лишь прикоснется персть к тебе певца, Твои напевы музыкою райской Волнуют даже чёрствые сердца! То струны робко, тихо зарокочут, Звенят как шёпот сладостной любви, То зарыдают и с тоски заноют – И замирает, стынет жизнь в крови. То вновь раскатом грянет песнь святая И гром и рёв в ней и призыв на бой, То забушует море под скалами А то бесится, словно, вихрь степной… Могуч язык ты русский! Повеленьям Твоим внимают тучи храбрецов, За родину и гордую свободу На зов твой каждый умереть готов. Но и мыслителю ты молот годный, Тобой для истины куёт он щит, Ты упадешь гремя на наковальню И мыслью новой мир он поразит. Язык ты русский, великан славянский! Как мог бы раб быть вместе и герой? Как дал бы ты сковать себя в оковы? Как мог бы ты мириться с злою тьмой? Нет, нет, не можешь ты служить тиранам И создан ты чтобы весь мир встряхнуть - Чтоб вестником быть правды и свободы Из тьмы нам к солнцу уготовить путь! Зажги же луч, язык могучий, русский И всех согрей от балтских берегов Чрез степи, горы, тундры и чрез реки До океана Тихого валов! И от морей полночных, ледовитых До Индии да грянет голос твой, Воздвигнет слабых он из бед и праха И свет свободы принесет с собой! Славянский Век. N58. С словенского перевел Димитрий Вергун

Ять: 100 лет со дня смерти Василия Димитриевича Залозецкого Василий Димитриевич Залозецкий. 7 февр. 1833 - 2(15) февр. 1915 В.Р. Ваврик. К 50-летию смерти В.Д. Залозецкого (литературная справка). Львов. 1965...Василий Димитриевич Залозецкий родился в Погореловцах на Буковине в 1833 году, где его отец был приходским священников и в то время высоко образованным человеком. Он внушил сыну любовь к науке, а мать вдохнула в его душу сочувственное отношение к людям. Мальчик учился в Коломые и Черновцах по программе немецких училищ, высшее образование получил в Венском и Львовском университетах. В 1858 году был рукоположен в священники. С жаром молодого энтузиаста он принялся за просвещение родного народа, в гуще которого провел всю свою жизнь. Прежде всего В.Д. Залозецкий выработал устав трезвости, и вместе с проповедниками Ильей Мардаровичем и Рудольфом Мохом, взялся за искоренение пьянства, понижавшего достоинство галицкого населения и разорявшего его материальное состояние. Постоянные разьезды по селам и пламенные проповеди миссионеров увенчались хорошими успехами. Деревня за деревней отказывались от употребления горячих напитков. Здоровье, однако, Василия Димитриевича пошатнулось. Он вынужден был прекратить разьезды; зато он всецело посвятился литературной деятельности, когда получил приход в Горном Стрыйского уезда. Там же его могила. Он скончался 15-го февраля 1915 года. В.Д. Залозецкий пробовал писать уже на школьной скамье. В студенческие годы уже печатал статьи в польских изданиях: Jarmark w Kutachy (1854) и Obrazki cyrkulu Kolomyjskiego (1854), на которых сказалось сильное влияние Н.В. Гоголя. В 1862 году вышла первая повесть В.Д. Залозецкого - Несвятоюрщина, обратившая на себя внимание галицко-русского общества, которые поляки с насмешкой называли святоюрским, москвофильским. Истинный, своеобразный талант писателя выступает в рассказе Речские гуцулы (1875). Он был очарован красотой деревни Речки и назвал ее венцом гуцульских Карпат. С поэтическим увлечением он описал природу, мужчин и жен в колыбах, их житье-бытье, наряды, одежду, обычаи и суеверия. Это замечательная этнографическая картина, на фоне которой Мих. Коцюбинский написал Тiнi забутих предкiв (1904). Трогательный рассказ Дедова скрипка (1878) сроден с новеллой Г. Сенкевича Janko muzykant и чешского писателя А. Гейдука Dedove housle. Мальчик старого ткача, днем и ночью, дома и в поле, постоянно слышал чудесные звуки. Он жаждал приобрести скрипку. Подарил ему ее дряхлый скрипач-дед. Мальчуган скоро научился играть, и его стали призывать на свадьбы даже в соседние села. И вот, однажды, нашли его мертвым на снегу; возле него лежала скрипка. Второй рассказ из сельского быта - Пригоды (приключения) русской молодицы (1879) замечателен с психологической стороны. Ирина, крестьянка села, где не было еще ни одной трубы на крыше, заметила пропажу своих кораллов и чуть не умерла от удара. Выздоровев немного, она пошла к колдуну; конечно, он сразу разгадал ее горе: за десятым холмом в десятой хате живет твоя воровка. В самом деле, Ирина нашла ее, но случилось другое несчастье: пал ее последний вол. Несчастная опять заболела, и в горячке приснился ей тяжелый сон: будто она умерла, и лежит на скамье. Оса летает над ее глазами, от свечи загорелась простыня, но она не в силах отогнать назойливою осу и потушить огонь. Вдруг прыгает на ее лицо петух и клюет ее острым клювом. Она теряет память и умирает. В глубоко продуманных Записках русского священника (1883) Залозецкий, деревенский интеллигент, касается самых разнообразных вопросов: истории, этнографии, политики, воспитания, хозяйства, пьянства, воровства, суеверия, нищеты галицкого села. Он подвергает острой критике эксплуататоров крестьянского населения: польских помещиков, еврейских лихварей и русских попов, обрушивается на лень интеллигенции и пустые мечты космополитов и поучает, что пахать родную землю, кушать черный хлеб, сберегать свои устои, проникать в сущность Руси – наибольшее счастье на земле каждого гражданина на каждом поприще. На этих записках Залозецкого заметно влияние суждений Гоголя, Пушкина, Тургенева, Достоевского, Толстого, Лескова и прочих русских классиков. По преимуществу это прекрасные по содержанию бытовые и психологические картинки из народной жизни в период польского лихолетия и австрийской бюрократии. От бытовых очерков, рассказов и повестей – Утренний урок (1883), Смерть мужика (1899), Пророк (1899), Жена учителя (1900), Сын дьяка (1900), После одного судного дня (1902), Попугай (1904) Василий Димитрович перешел к историческим произведениям. Имя крупного писателя составили ему повести Галицко-русского княжества: Звонимира (1888), Половецкая моленица (1890), Ростислав (1892), Евфимия Володаревна (1895). Вкратце остановимся на их содержании. Звонимира - картина из древнего, языческого русского быта. На Черемоше всего несколько шалашей. Сюда приводит Звонимира, только-что расцветшая лилией красавица, старого и слепого гусляра. Он велит ей приготовится на костер. После смерти деда в жупе (деревне) испуг. Все закрывают ворота и окна. Звонимира бродит по лесу, и тут встречает ее молодой красавец Волос Доброгнедин. Он предлагает ей свою руку и любовь. Тихо прощается с ним девушка, медленно подходит к костру гусляра и бросается в его пламень. Повести Половецкая моленица, автор предпослал трогательное предисловие: Если какой-либо угол Руси нуждается в исторической повести, то именно наш Галич. Убыток народной жизни пополняется только давними, запыленными источниками. Их надобно отыскать и очистить. Если имя здешнего русского человека не должно быть только одним праздным словом, то подобает его огласить эхом давних, шумных былин. В выборе периода мне не представлялось трудностей. Татарский период не прельщал, время польского господства не привлекало. Удары, нанесенные в это последнее господство подлинному русскому духу, способны навлечь на читателя только одни унылые думы, а мне хотелось ободрить сердце читателя. Этому отвечало только время Ярослава Осмомысла, время, к сожалению, короткое, но светлое, время расцвета Галича, но уже и зарождавшегося тут же червя. В лице этого знаменитого древнерусского государственного деятеля олицетворялись две роковые силы в самых капитальных чертах: одна вознесла Галич почти из ничего до апогея силы, среди других русских земель, другая повергла его в ад нескончаемых бедствий. Даровитый строитель древних червенских городов построил своею государственною мудростью державу от Ряшева по Дунай; неверный супруг и жалкий отец крайне безнравственного сына, оставил державу в добычу крамоле, отучневшей в сенях его мятежного дома. С личностью его вяжутся дни славы, с памятью его - дни унижения Галича. Над последними да ропщет русский историк; перо повествователя скорее остановится на первых. Я не задавался целью дать последовательный перечень событий правления Ярослава; я хотел дать единственно тебе, любезный читатель, верную культурную картину тогдашней эпохи -. Половецкая моленица, несомненно, одна из лучших повестей в галицко-русской словесности. Торжественный, выдержанный, усеянный кстати архаизмами слог придает много прелести и свежести. В ней отзвуки былин, летописей, апокрифов, поучений, Слова о полку Игореве и вся старина Галича, а содержание ее таково: В княжении Ярослава Осмомысла там, где ныне село Чагров, стояло несколько хижин. В селении был княжьим тиуном Чагров, язычник нерусского происхождения. По вольному выбору смердов священником стал Аввакум Станило. Охотясь в той окрестности, князь Ярослав оставил на попечение попадьи своего раненного дружинника Остафия Душиловича, а сам остановился у Чагра. Дружинник полюбил поповну Василису, а князь увлекся красавицей Анастасией Чагровной. С тех пор он разлюбил свою жену Ольгу Юрьевну, дочь суздальского князя. Это не понравилось боярам. Заговорщики сожгли Настасью на костре в Галиче. В то время Василину порвал половчанин Воронка и продал ее в Берладе. Евстафий решил ее отыскать. Переодевшись за гусляра, он пробрался в Берлад и спас ее, уже помоленную, т.е. обреченную на гибель истукану. В повести лучше всех героев вышли женские типы: кн. Ольга Юрьевна, попадья Дария, ее дочь Василина, Анастасия, наложница Ярослава, чувство которой к князю крепко сочеталось с пламенною любовью к Русской земле: Когда увижу утреннее солнце по холмам, дух мой возносится. Когда в полдень буйным ветром, мятою, васильком и житом запахнет наша земля, грудь широко вздымается. А взойдет вечером печальный месяц, лягут на луга ночные тени, тихие, таинственные, раздольные, мне неисповедно томно становится тогда. Чем томится грудь моя? Не Русью ли? Не ее ли запахом, тишиною полей, шумом ее лесов, тревогою и роскошью ее? Не любила бы, не томилась бы я -. Повесть Ростислав, родоначальник галицких князей – выдержала три издания. В ней изображен Ростислав молодым, красивым, смелым и предприимчивым воином. Он – сын Владимира, внук – Ярослава Мудрого. У него жена-красавица и три сына: Рюрик, Володарь и Василько. Жадный славы, он идет походом на Тмутаракань и падает жертвой византийского коварства от напитка с отравою. Повесть Евфимия Володаревна отличается равно-же глубоким знанием древне-русского быта и мировоззрения. У князя Володаря Ростиславича (1134-1145) дочь Евфимия, проникнутая христианским учением, всецело посвящает себя переписыванием книг. За вырученные деньги она выкупает своих земляков из польского рабства. Как сознательная патриотка Русской земли, она отвергает предложение польского князя быть его женой и предпочитает пойти в монастырь. Кроме глубокого анализа русско-польских отношений на западной окраине Русской земли, повесть замечательна бытовыми особенностями. Чудно описана умычка русской девушки Марины польскими наездниками в Тучапах на Сяне. На красной горке собрался весь мир еще до восхода солнца. Долгий блестящий ряд девушек, сцепленных руками, стал лицом к восходящему Даждь-богу. Хороводница поклонилась ему с блюдом хлеба и крашенных яиц. За нею поклонилась вереница девушек. Марина расположила девушек на два хора. Началось ладкание: а мы просо сеяли, ой, дед ладо, сеяли. С болью сердца В.Д. Залозецкий описал тяжелое положение своей Родины после развала королевской Польши: Накануне 1848 года представлял наш край вид заколдованного двора. Всё костенело. Никто не знал своего минувшего, никто не печалился о будущем. На берегах Сяна, Днестра, Прута, Черемоша никаких духовных следов в слове, камне, кисти. Галич оставил только кучу мужицкого глиняного черепья и панского фарфора, как бы в доказательство того, что миллионы народа прекрасно исполняли свои плотские повинности, ели, пили и больше уже не о чем не думали. Правду сказать, не до мысли было коренному населению в тисках жесткого змея. Народ рабов смотрел, как Лаокон, отчаянным взором в небо, а его томитель видел небо на земле, потопая в житейских роскопах, упивался блеском своих гербов и не нуждался в духовных, человеколюбивых подвигах. Он считал целый край своею инвентарною собственностью и распоряжался в нем, как в своем патриархальном хлеву -. Клеймо раба осталось на галичине и при режиме Австрии. Он был патриотом только дома, а на улице и в быту его не было видно и слышно. Он прятал свою русскую душу, опасаясь помехи в карьере, но ему и так хода не было, ибо городская молва умела как-то подкараулить его душу и занесла его в список скрытых москофилов. Это как, известно, самая опасная кличка для здешнего русского чиновника. Василий Димитриевич был не только даровитым бытописателем. Он был равно же и выдающимся исследователем галицкой старины. К этой области нужно отнести такие труды, как: 1. Слово о полку Игореве (1901), к которому Залозецкий часто обращался в продолжение своей жизни. Он писал о Бояне, Велесе, Карне, Жле, Маре, Даждь-боге, Хорсе, Ладе, Мокоше, Световиде, Обиде, Бусе, Плеснеске, Кисане, Диве, Тьмутороканском болване, Ярославне, Сне Святослава, Оборотне Всеславе Полоцком, Половцах. Своим критическим анализом он пролил много света на темные места Слова. 2. Половецкая эра нашей истории (1911). Половцы не были завоеватели. Они были грабителями русского имущества. Эти язычники, осевшие между Волгою и Доном, считали войну единственным средством наживы. Галицкий князь Роман Мстиславович разбил их вдребезги. В 13-ом веке они были сметены татарским вихрем бесследно. 3. Данило у Батыя (1911). В половине 13-го века несметные орды татар разгромили Русь от Урала до Карпат. Возвратясь в Приволжские степи, они праздновали свои кровавые победы. В 1250 году грозный Хан Батый позвал к себе галицко-волынского князя Даниила Романовича на Волгу. Хан обошелся с ним ласково. Всё же Даниил, прибыв на Родину, изрек: о, злее зла лесть татарская. Писатель посвятил много внимания родному языку в статьях: Родный язык (1874), Язык и стекло (1911), Народный и церковный язык (1911), Язык и его динамит (1911), Язык и печать (1911). Он болел по причине того, что галицко-русское наречие подвергалось сильному влиянию польского языка и писал: Печать разорения, опустошения и убожеств лежит на галицко-русском наречии. Стоит взять в руки любой труд галицких писателей украинского авторимента, пожалуй даже лучших из них, хотя бы и даровитого и плодовитого Ивана Франко, и вы увидите там вопиющие полонизмы в языке и слоге. Но он по необходимости идёт на сделку с польским языком, потому что украинской словесности строго запрещен её же печальниками вход на цветущие нивы церковного или общерусского языка. Стиль такого серьезного украинского ученого, как Мих. Грушевский, просто стонет в омуте польского строя речи и проявляет местами такие капризности, над которыми приходится иногда призадуматься -. Краткой статьей не возможно охватить весь обьем и всю глубину мысли В.Д. Залозецкого. Он силен, как пастырь народа, ставший ним из любви к нему по зову сердца и глубокому внутреннему убеждению, как апостол трезвости, и борьба с пьянством составляла одну из важнейших забот его деятельности, как демократ чистейшей воды, до дна вникающий в душу народа, как патриот Галича, которому предсказал светлое будущее: Необьятый простор, везде жемчуги, цветы, фимиам. На отечественных нивах колышутся волны ржи и пшеницы, и там, где стояли болота, цветут вишни и груши. Гайдук не стоит с палкой за спиной поющих жниц. В селах белеют хаты под черепицею, красуются великолепные храмы и богодельни там, где стояли раньше грязные корчмы. С богатым грузом плывут баржи по Днестру и Галичу, где на злато-кованном престоле сидит вся в голубых блаватах чудо-красавица. К ней подходят простые крестьяне, рабочие и ученые, но все в одинаковых платьях, согретые друг к другу пламенной любовью. Она улыбается приветливо всем и распоряжается насчёт народных школ, гимназий, университетов, академий, заводов и всяких предприятий. Кругом раздаются напевы родного русского слова -. В своих Заветных мыслях (1912) В.Д. Залозецкий подводит итоги своей литературной деятельности. Он строг к самому себе. Он горячий защитник Карпатской Руси против насилий польских, австрийских и еврейских грабителей. Он непоколебимо верит в здравый смысл русского народа. Он убежден в том, что русский гений могучим словом, наукой во всех областях человеческого знания и искусства в самых совершенных видах взнесется на наивысшие высоты. Общая оценка литературного наследия В.Д. Залозецкого дана критиками Н.Н. Филипповым и Ф.Ф. Аристовым. Первый на страницах Всемирной Иллюстрации, (СПб, 1897, N 1463) подчеркнул: Во всех произведениях Залозецкого виден сильный, первоклассный талант. Высокие нравственные идеалы, завещанные им будущим поколениям: человечность, глубина психологического анализа, светлая струя самого чистого патриотизма без всякой примеси нетерпимости, огненная жизнерадостная фантазия при строго обдуманной, горячо прочувствованной, прекраснейшей и истинно художественной форме его речи, делают его произведения не только перлами местной провинциальной литературы маленького уголка многомиллионной Руси, но и составляют один из многоценных вкладов в общерусскую сокровищницу литературы -. Второй ученый критик Ф.Ф. Аристов, большой знаток карпато-русской словесности и истинный, искренний друг Василия Димитриевича в Славянине (СПб, 1913, 13) дополнил Н.Н. Филиппова: В.Д. Залозецкий первый дал в Прикарпатской Руси образцы общерусской художественной прозы, и в этом заключается его главная и неоспоримая заслуга. Признавая за русским языком право быть общим, литературным и научным органом для всех ветвей русского народа, писатель часто вводит в свои сочинения малорусские, галицкие слова и обороты, так как считает, что русская речь, подобно многоводной и могучей реке, должна обогащаться новыми, местными словами. В.Д. Залозецкий, по преимуществу, - исторический романист, но это не мешает ему касаться также и тем из современной жизни, а, кроме того, писать научные исследования о русской языческой старине. Все три вида его творчества: исторические повести, очерки из современной жизни и научные исследования, находятся между собой в самой тесной связи -. Кроме двух названных критиков следует еще указать на следующие отзывы: Т.А. Билинкевич. По прочтении Половецкой моленицы. – Беседа. Львов, 1891, N11-12 К. Вольфарт (Wohlfart) перевел на немецкий язык повести Половецкая Моленица и Евфимия Володаревна, которым предпослал вступительное слово, напечатанное газетой Галицкая Русь. Львов, 1891, N18 О.А. Мончаловский. В.Д. Залозецкий. – Временник. Львов. 1905 А.А. Полянский. Обзор и характеристика сочинений В.Д. Залозецкого. - Временник. Львов. 1910 О.О. Марков. В.Д. Залозецкий. – Прикарпатская Русь. Киев. 1915 Н.Ф. Андрусейко. Из воспомининий о забытом писателе Галицкой Руси. – Русь. Львов. 1922. N20 В.С. Вилинский. Корни единства русской культуры. Ужгород. 1928 (Познать глубину национального общерусского духа можно лишь на основе уважения к культуре своего собственного племени. Не надо бояться того, что влияние местной культурности заслонит собой общее здание всерусского культурного богатства: русская культура способна освоить все подлинные духовные ценности, и глубоко прав был В.Д. Залозецкий, когда не боялся вводить в свои сочинения малорусские слова и обороты, считая, что русская речь, подобно многоводной и могучей реке, должна обогащаться новыми, местными соками. Русская культура — жива; не завершен еще процесс созидания и накопления; поэтому особенно важно всестороннее развитие всех духовных сил, дабы можно было создать поистине величественное и всеобъемлющее здание общерусского духовного богатства). M.П. Микула. Заметки о жизни В.Д. Залозецкого. 1955. рукоп. Еще на школьной скамье я сильно увлекался личностью славного писателя. В 1912 году, после получения аттестата зрелости, я попал в село Горное. Я пробыл там целую неделю. Василий Димитриевич обдарил меня своими книгами и горячо советовал заниматься литературой. Все книги захватил австрийский жандарм, когда арестовал меня в начале войны 1914 года. В 1915 году довелось мне быть на могиле В.Д. Залозецкого в Горном. По поручению Галицко-Русской Матицы я отвез туда чугунную табличку с именем писателя, которая при стечении жителей села была прикреплена к черному дубовому кресту. В 1955 году я составил о писателе большую монографию в 200 страниц машинописи. Как мирно жил боян Галича, так и мирно покоится его прах в кустах кладбищенского затишья возле убогой деревянной церковки, в которой он 39 лет исполнял должность приходского настоятеля. Сошел он в могилу в счастливую пору: на Карпатах еще стояла русская рать. Жизнь и правда бьют ключом из литературного наследия В.Д. Залозецкого, которое является отражением пережитых им впечатлений. Вышло оно в трех томах: Полное собрание сочинений В.Д. Залозецкого. Львов. 1907-1909 заботами братьев А.А. и Г.А. Полянских. Не всё там собрано. Следует отметить, что вера галицкого писателя в едину Русь от Карпат к берегам Тихого океана в борьбе за один русский литературный язык препятствует его известности и беспристрастной оценке его трудов. Не далеко, однако, то время, когда они будут оценены по заслугам В.Р. Ваврик. Львов. 1965 В.Д. Залозецкий. Полное собрание сочинений В.Д. Залозецкого. Т.1-3. Издатели: Г.А. Полянский, А.А. Полянский. Львов Тип. Ставропигийского Института под упр. М. Рефця 1907-1909гг. I т.(389с. с портретом автора): 1. Половецкая Моленица: историческая повесть, 2. Звонимира: картина из нашего языческого быта; II т.(449с.): 1.Евфимия Володаревна: историческая повесть, 2. Ростислав, родоначальник галицких князей, 3. Старинная юмореска, 4. О Бояне в Слове о Полку Игореве: отрывок из обширного исследования о Слове, 5. Роковой танец: историческая быль, 6. Сопелка и гусль: историческая быль, 7. О Велесе, языческом боге: критический очерк. IIIт. Записки священника (всего 28 рассказов: Мой первый приход...) ...в набор был сдан (Ф.Ф. Аристовым) 4-й том полного собрания сочинений писателя-священника В.Д. Залозецкого (этнографические очерки и философские статьи), как дополнение к трем томам..., книга, однако, не была напечатана РГБ О Бояне в Слове о полку Игореве: (Отр. из исслед. о Слове) 1901 ГПИБ Евфимия Володаревна. Львов. 1903 - Фонд:КХ, Шифр Е 19 /42 Даждьбог Хорс, Лада Мокошь, Световит. Львов. Прикарпатская Русь. 1911 - Фонд: КХ, Шифр 10 /182 РНБ Звонимира: Картина из нашего языческого быта. Львов: газ. Черв. Русь, 1888. 75с. Половецкая моленица: Историч. рассказ В.Д. Залозецкого. Львов: ред. Черв. Руси, 1890. 467с., 1 л. фронт. (портр.) Ростислав, родоначальник галицких князей: Историч. рассказ. Львов: газ. Галицкая Русь, 1892. 143с. (Всё РНБ 91/1499 приплетено к Звонимире) Половецкая Моленица. Исторический рассказ. Червоная Русь. 1890. Отдельное издание: Половецкая Моленица. Львов. 1890. Полное собрание сочинений. В.Д. Залозецкого. Том I. Львов. 1907 Евфимия Володаревна. Рассказ из нашей старины. Беседа. Львов. 1895. Отдельное издание: Евфимия Володаревна. Львов. 1903. Полное собрание сочинений. В.Д. Залозецкого. Том II. Львов. 1908 Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm

Ять: Василий Дмитриевич Залозецкий. Заветные мысли (Автобиография) Василий Димитриевич Залозецкий. 7(19) февр. 1833 - 2(15) февр. 1915 - Я ему послал обширную автобиографию, где изложил не только свою жизнь, но и свои национально-культурные идеалы о нашей Святой Руси, о всей общеславянской родине Славии, о взаимо-отношениях Запада и Востока. Эта автобиография появится в свет после моей смерти (если бы она была напечатана, то австрийские власти меня бы за нее повесили). Ф.Ф. Аристову я также послал все свои произведения и передал ему право на их издание в течение 50 лет со дня моей смерти - В.Д. Залозецкий о Ф.Ф. Аристове Детство и впечатления от окружающей обстановки Я родился 7(19) февраля 1833 года в Буковине, в селе Погореловцах, где мой отец был некоторое время настоятелем прихода, пока не переселился в село Княжье, над рекой Черемошем. Наблюдая постоянно жизнь простого народа и живя среди роскошной природы, я невольно настроился на поэтический и вместе с тем демократический лад. На каждом шагу мне бросалось в глаза резкое противоречие между величием природы и жалким прозябанием крепостного крестьянства. Неудержимое стремление помочь меньшему брату охватило мою впечатлительную душу, и я тогда-же решил посвятить всю свою жизнь на служению родному народу. Влияние родителей на образование моего духовного облика Огромное неотразимое влияние на образование всего моего духовного облика оказали родители: строгий и умный отец приучил меня к неуклонному исполнению долга, а обладавшая редкими качествами души мать воспитала во мне любовь ко всему прекрасному и отзывчивость на всякое людское страдание. Постараюсь, хотя в немногих, но точных чертах дать характеристику моих родителей. Высокого, осанистого роста, с тонким светлым лбом, с голубыми добрейшими глазами, с выразительными, но мягкими чертами лица, с почти неотлучной заботой и тоской на прекрасных, роскошно очерченных губах – таков был внешний облик моей матери: ее образ неизгладимо запечатлелся в моей душе, и я могу уверенно и с радостью сказать, что не было на нем ни единого облачка. Благодаря влиянию матери, я взглянул на жизнь с идеальной стороны и полюбил ее всею душою, не как источник бренных удовольствий, а как высшее воплощение силы, правды и красоты. Но материнские ласки имели, конечно, для меня и другие, обратные последствия. Окруженный постоянными заботами, я не думал о развитии самодеятельности и долго оставался мечтательным юношей. Обыденной жизни я совсем не понимал и часто близким жертвовал ради дальнего. Моя душа ушла всецело в царство мечты, в мир грез, и не сразу от них освободилась. Эти грезы постоянно витали около моего собственного я, и чувство себялюбия начинало невольно развиваться во мне в ту пору. Кстати, о себялюбии. Любовь самого себя есть законное и природное чувство, оно – рычаг сил человеческих. Впоследствии, когда пришла пора этих юношеских мечтаний, я убедился, что именно эта любовь к самому себе дала логическое развитие моим силам, определила мою духовную индивидуальность, и я теперь вполне сознал правоту своих утверждений. Моя мать мне всегда представлялась как олицетворение любви. И теперь еще, на старости лет, я не могу весь не просветлеть при виде ласки, сердечности и любви, в чем бы они не проявлялась: в дружеском ли привете близкого человека, в восторженных стихах поэта, в улыбке женщины или в беззаветной преданности последователя научной истины. Так ведет меня старика, рука моей, уже давно умершей матери, которая незримыми перстами касается моей души, моей мысли, всего моего существа, я ощущаю ее теперь почти также ясно, как и во дни своего детства. Мой отец был красивый и умный мужчина, но сурового и твердого нрава. Это последнее обстоятельство нисколько не мешало ему быть добрым человеком и любящим мужем, которым справедливо гордилась моя мать. Не обошлось, однако у моих родителей без крупных сцен из-за разногласий в приемах моего воспитания. В то время как отец придерживался суровых мер, перенятых им от предков, мать, наоборот, стремилась во всем влиять лаской. Я же был самолюбивый юноша и делал только то, что считал вполне естественным и до чего доходил собственным умом, ненавидя с детства все пошлое, натянутое, неестественное и неискреннее. У отца было обыкновение задавать мне во время каникул какие-либо уроки, должно быть, для того, чтобы я не впал в духовную лень. В этом не было никакой системы, и все сводилось лишь к простому упражнению памяти. Однажды отец дал мне приготовить отрывок из какой-то схоластической книги. Я наотрез отказался на этом раз, в жизни моей первый и последний, исполнить его волю и назвал содержание книги чистейшим вздором. Этим я невольно задел самого отца, так как он любил читать эту книгу. К тому же стоял хороший летний день, и я хотел отправиться в лес. Мой недвусмысленный отказ рассердил отца до крайности. В руках у него очутилась линейка. Я еще больше ожесточился: краска стыда и гнева выступила у меня на лице, и я приняв позу обиженного ритора, выпустил из взволнованной груди какую-то высокопарную фразу на тему о гуманности и прочее. Но тут неожиданно появилась около меня мать, и удар линейки упал на её руку. Отец, взволнованный, вышел из комнаты. Я плакал, а на моей голове была нежная рука любящей матери. Эту руку я никогда не забуду! Начальная школа в Коломые и практическое изучение немецкого языка После домашней подготовки я поступил в начальное училище в Коломые, которым заведовал известный тогда педагог, русский священник Верещинский. Он был строгий воспитатель и хороший учитель, обращавший особенное внимание на изучение немецкого языка на котором все его питомцы обьяснялись вполне свободно. Черновецкая гимназия и работа по самообразованию Из Коломыи я перешел в 1842 году в Черновецкую гимназию. Здесь, среди разноплеменного гимназического юношества: румын, немцев, русских, поляков, евреев и мадьяр, я переходил из класса в класс всегда первым учеником, и наконец, в 1850 году выдержал с отличием экзамен зрелости. Тогдашний законоучитель гимназии, а позднее Галицкий митрополит Спиридон Литвинович, уговаривал меня поступить в папскую русскую коллегию в (с.5-7) Василий Дмитриевич Залозецкий. Заветные мысли (Автобиография) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_462.htm Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: П.С. Федор. Проф. Федор Федорович Аристов. (Ужгород, 1931) (К 25-летию его научно-литературной деятельности) Имя проф. Ф.Ф. Аристова хорошо известно не только в Прикарпатской Руси, но и в России, как ученого изследователя в трех, хотя и различных, но смежных, областях знания карпато-славяно и востоко-ведения. В кратком обзоре нет никакой возможности полностью разсмотреть все труды нашего юбиляра, и поэтому придется остановиться лишь на самых главных, сгруппировав их в три основные отдела. I. Труды по карпато-ведению Никто из ученых не посвятил так много времени, труда и знаний изследованию жизни и творчества карпато-русских писателей, как это сделал проф. Ф.Ф. Аристов. Образцовая точность, ширина и глубина изследования, новизна идей, использование неизданных источников, редкое умение сочетать древность и современность, а равно прекрасный литературный язык и чарующая задушевность изложения - все это является отличительной особенностью трудов проф. Ф.Ф. Аристова. Карпато-русские писатели были всегда светочами общерусского национального самосознания. Их сочинения читали, дела их почитали, но потом все это как-то забывалось и тускнело в памяти народа, изнемогающего в поисках хлеба насущного и не всегда могущего думать о пище духовной. Кто же воскресил в нашем сознании этих национально-культурных героев, кто всесторонне изучил их жизнь и творчество, и кто любовно собрал воедино их, разсеянные и затерявшееся по разным повременным изданиям, произведения, кто, наконец, осветил своими учеными трудами великие и святые заветы наших народных пророков-писателей? Все это сделал Федор Федорович Аристов. До появления трудов проф. Ф.Ф. Аристова в науке наблюдались колебания и шатания взглядов: одни ученые относили Карпатскую Русь к славянскому миру (напр., акад. А.Н. Пыпин рассматривал ее в своей Истории славянских литератур), другие же, хотя и считали нашу родину частью Русской Земли, но обычно разрабатывали историю только ее древнего периода, когда она или входила в состав Русского государства, или, по крайней мере, политически была тесно связана с ними. Кроме того, все такие труды были разсчитаны на узкий круг специалистов, не только не проникали в народную толщу, но даже не были доступны для образованных слоев общества. Огромная заслуга проф. Ф.Ф. Аристова состоит именно в том, что свои ученые изследования он сделал достоянием не только специалистов, но также интеллигенции. Только беззаветная преданность науке, глубокая убежденность в правильности избранного изследовательского пути и необыкновенная настойчивость в преодолении всех жизненных невзгод и лишений, дали возможность Федору Федоровичу совершить этот подвиг. Остановимся теперь на разсмотрении его главнейших трудов, посвященных изучению Карпатской Руси. Карпато-русские писатели. Изследование по неизданным источникам в трех томах. Содержание этого трехтомного труда следующее: Том I. История Карпатской Руси. Денис Иванович Зубрицкий (1777-1862), Александр Васильевич Духнович (1803-1865), Николай Леонтьевич Устианович (1811-1885), Яков Федорович Головацкий (1814-1888), Иван Иванович Раковский (1815-1885), Адольф Иванович Добрянский (1817-1901), Александр Иванович Павлович (1819-1900), Антоний Степанович Петрушевич (1821-1913), Иван Николаевич Гушалевич (1823-1903). Том II. Иван Григорьевич Наумович (1826-1891), Богдан Андреевич Дедицкий (1827-1909), Исидор Иванович Шараневич (1829-1901), Василий Дмитриевич Залозецкий (1833-1915), Анатолий Федорович Кралицкий (1835-1894), Иван Антонович Сильвай (1838-1904), Владимир Игнатьевич Хиляк (1843-1893), Евгений Андреевич Фенцик (1844-1903), Филипп Иванович Свистун (1844-1916), Осип Андреевич Марков (1849-1909), Григорий Иванович Купчанко (1849-1902), Юлий Иванович Ставровский (1850-1899), Владимир Осипович Щавинский (1852-1913), Амвросий Афанасьевич Полянский (род. в 1854). Том III. Осип Андреевич Мончаловский (1858-1909), Владимир Федорович Луцык (1858-1909), Евмений Иванович Сабов (род. в 1859), Иван Ильич Процык (1864-1911), Дмитрий Андреевич Марков (род. в 1863), Дмитрий Николаевич Вергун (род. в 1871), Юлиан Андреевич Яворский (род. в 1873), Николай Павлович Глебовицкий (1876-1918), Мариан Феофилович Глушкевич (род. в 1877). - История общерусской литературы в Карпатской Руси. Трехтомное изследование Карпато-русские писатели содержит сто печатных листов или 1.600 страниц текста. Первый том вышел в свет в Москве в 1916 году в количестве двух тысяч экземпляров и в течение одного месяца был раскуплен целиком. Два другие тома были набраны и отчасти сверстаны, но издать их не удалось вследствие событий мировой войны. В настоящее время проф. Ф.Ф. Аристов переиздает все свое изследование в новом, дополненном виде, печатая, однако, не большими томами, а отдельными, вполне законченными, выпусками. Каждому карпато-русскому писателю предназначается отдельный выпуск. Некоторые из таких монографий (как напр., об А.В. Духновиче, А.И. Добрянском и А.А. Полянском) выходят уже 3-м изданием. Карпато-русские писатели с большим вниманием следили за составлением и печатанием этого труда, посвященного характеристике их жизни и творчества. Знакомясь с ним (еще накануне мировой войны) по корректурным листам, научно-литературные деятели Карпатской Руси составили о нем ясное предоставление и дали свою оценку: Отзывы В.Д. Залозецкого: Заветные мысли, А.А. Полянского, проф. А.И. Покровского: Во славу Руси подъяремной. Утро России. М..1917, проф. А.Л. Погодина: Выброшенные за борт. Русская Свобода. СПб. 1917., д-ра A.B. Копыстянского: статья в Истор. Вестнике. СПб. 1917. Статья в журнале На новом пути. N1, СПб. 1916. II. Библиотека карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова Одновременно с трехтомным изследованием Карпато-русские писатели, Ф.Ф. Аристовым было предпринято издание многотомной научно-критической Библиотеке карпато-русских писателе, представляющей уже не биографии-характеристики деятелей общерусской литературы в Карпатской Руси, а самые сочинения карпато-русских писателей. 1. Полное собрание сочинений Александра Васильевича Духновича (С критико-биографическим очерком, вступительными статьями и примечаниями, портретами писателя, хронологическим и алфавитными перечнями всех его сочинений). Москва. 1915. Художественные произведений. Стихи (около 50 стихотворений). Проза драмы: Добродетель превышает богатство – и - Головный тарабанщик; Частные размышления, Забавки, Загадки и логогрифы, Басня против стыдящихся своей народности и др. Педагогические труды (руководства): Книжица для начинающих, Краткий землепис, Литургический катехизис, Хлеб души, Сокращенная грамматика письменного русского языка, Народная педагогия. Исторические изследования: Истинная история карпато-россов, История Пряшевской епархии, Естественно-духовные разсуждения, Устав Пряшевского соборного причта, Правила чина св. Василия Великого, Биография Василия Поповича. 2. A.A. Полянский. Избранные сочинения. С критико-биографическим очерком и портретом писателя. Москва, 1915, 283с. Цена 2 рубля. Избранные сочинения содержат следующие десять разсказов А.А. Полянского: На вояж, Физиономист, Спасенная, Паралич души, К Адрии, Две силы, Партизаны, Чардаш, Хмарник, и Хаос (часть 2-я). Эта книга была издана в 35 летний юбилей литературной деятельности Амвросия Афанасьевича Полянского. В настоящее время, в ознаменование 50-летия литературного творчества А.А. Полянского проф. Ф.Ф. Аристов подготовляет к печати полное собрание сочинений маститого юбиляра. В это полное собрание войдут вторично избранные сочинения и, кроме того, все другие сочинения А.А. Полянского, как напечатанный ранее в различных сборниках, журналах и газетах, так и остающиеся пока в рукописи всего до 70 названий. Полное собрание сочинений А.А. Полянского будет издано в одной большой книге, но отдельными выпусками, с общей нумерацией страниц. Книга подготовлена к печати самим автором, содержит два его прекрасно исполненных портрета, подробную автобиографию, хронологический перечень всех сочинений и вступительный очерк редактора проф. Ф.Ф. Аристова. Согласно воле писателя, вся чистая прибыль от полного собрания его сочинений поступит, в имеющее быть учрежденным Общество карпато-русских писателей. 3. О.A. Мончаловский. Положение и нужды Галицкой Руси. Д.А. Марков. Русская и украинская идея в Австрии (В одной книге). С критико-биографическими очерками и портретами писателей. Москва, 1915, 68с. Цена 80 копеек. Очерк О.А. Мончаловского - Положение и нужды Галицкой Руси - был прочитан автором в Петрограде в 1903 году и тогда же напечатан (на правах рукописи и без подписи) в самом ограниченном числе экземпляров, совершенно не поступивших в продажу. В Австрии, по политическим условиям, этот очерк, конечно, не мог быть напечатан. Таким образом, эта интересная работа О.А. Мончаловского, дающая яркую картину борьбы галицко-русского населения за свои религиозные, национальные, экономические и политические права, а также выражающая в наиболее полном виде задушевные стремления самого автора об объединении, во всех отношениях, всех русских ветвей, - стала известна широким читательским кругам только благодаря изданию Ф.Ф. Аристова. Очерк Д.А. Маркова: Русская и украинская идея в Австрии (помещенный в той же книге) был первоначально издан по-немецки. Желая познакомить с тяжелым положением Галицкой Руси не только Австрию, но и Россию, автор перевел свое сочинение с немецкого на русский язык и прислал его редактору Библиотеки карпато-русских писателей, где оно и было напечатано. Мысли, высказанные в этом очерке, легли в основу всех дальнейших выступлений д-ра Д.А. Маркова на мирных конфеенциях. 4. В.Д. Залозецкий. Полное собрание сочинений. Том 4-й (Эта книга была сдана в набор, но не вышла в свет. В 1910 году знаменитый галицко-русский писатель, создатель общерусской художественной прозы в Карпатской Руси, Василий Дмитриевич Залозецкий отпраздновал 50-летний юбилей своей литературной деятельности. Русские галичане по общенародной подписке, издали (под наблюдением его друга - А.А. Полянского) и поднесли высоко-заслуженному юбиляру первые три тома полного собрания его сочинений. Четвертый же (последний) том должен был выйти в Москве под редакцией Ф.Ф. Аристова, с его обширным вступительным очерком и объяснительными примечаниями к каждому произведению. В этот том входили: исторические повести, этнографические очерки, философские статьи, изследования по русской мифологии, а также другие, не напечатанные в первых трех томах сочинения автора. События мировой войны не дали возможности напечатать 4-й том. В послевоенное время и первые три тома стали уже библиографической редкостью. Вследствие этого, проф. Ф.Ф. Аристов, которому В.Д. Залозецкий завещал все свои авторские права, подготовляет к печати полное собрание сочинений В.Д. Залозецкого в четырех томах (будет выходить выпусками), куда войдет замечательная автобиография Василия Дмитриевича, а также его многолетняя переписка с Ф.Ф. Аристовым, интересная не только для характеристики личной жизни этого выдающегося галицко-русского писателя, но и освещающая многие вопросы литературно-общественного развития Карпатской Руси. 5. О.А. Мончаловский. Полное собрание сочинений (С критико-биографическим очерком и портретом писателя). Ф.Ф. Аристов получил от наследников О.А. Мончаловского все права на издание полного собрания его сочинений, над осуществлением чего работал несколько лет. Ученик, друг и продолжатель незабвенного Просветителя Галицкой Руси - Осип Андреевич Мончаловский является самым талантливым галицко-русским публицистом. Его историко-литературные очерки, научный и политические статьи, разсказы и стихотворения, а также прекрасные журналы Страхопуд и Беседа - много содействовали укреплению и дальнейшему развитию общерусского национального самосознания среди русских галичан; они были набатом, будившим спящих и призывавшим их к борьбе за лучшее будущее. Недаром, О.А. Мончаловского иногда называют галицким Герценом. Все сочинения О.А. Мончаловского были собраны Ф.Ф. Аристовым, снабжены пояснительными примечаниями и сданы в набор, но книга не могла выйти в свет вследствие событий мировой войны, и будет напечатана при первой возможности. 6. А.В. Духнович. Полное собрание сочинений (Идея этого издания и его план подробно изложены в редакторском предисловии - извещении, которое приведено полностью выше). 7. М.Ф. Глушкевич. Полное собрание стихотворений. С портретом писателя, его автобиографией и вступительным очерком проф. Ф.Ф. Аристова. Мариан Феофилович Глушкевич - лучший лирический поэт Карпатской Руси, отпраздновавший (в 1929) 30-летний юбилей своей литературной деятельности. Издание его прекрасных стихов в России было задумано Ф.Ф. Аристовым еще до войны, но осуществить это начинание удастся только теперь. Таким образом, возобновленная после мировой войны Библиотека карпато-русских писателей под редакцией проф. Ф.Ф. Аристова первую свою книгу посвящает полному собранию стихотворений M.Ф. Глушкевича. Вся эта Библиотека будет заключать до 30 томов или книг и даст полное представление о наиболее крупных представителях художественной и научной литературы в Карпатской Руси. III. Карпато-русcкий музей Ф.Ф. Аристова в Москве Творческий почин Федора Федоровича, его широкий изследовательский размах и замечательное уменье осветить сложную научную проблему так, чтобы она стала ясной и простой для понимания каждого национально-мыслящего русского человека, быть может, ни в чем не проявились с такой наглядностью и убедительностью, как в созданном им Карпато-русском Музее. Карпато-русский Музей имел следующие отделы: 1. Рукописный, в котором было сосредоточено до 5-ти тысяч различных рукописей, а именно: автобиографий, воспоминаний, дневников, записных книжек, литературных и научных сочинений карпато-русских писателей и, наконец, писем. Все эти ценнейшие материалы, часто имеющиеся только в единственном авторском экземпляре, печатались частично в изследовании Карпато-русские писатели и в издании Библиотека карпато-русских писателей; большинство же этих рукописных богатств должно было появиться в Трудах Музея в виде самостоятельных книг, как напр., уже упоминавшиеся письма В.Д. Залозецкого Ф.Ф. Аристову. 2. Книгохранилище, которое заключало в себе всю важнейшую печатную научную и художественную литературу о Карпатской Руси. 3. Художественно-иконографический, представляющий собрание рисунков, тесно связанных с национально-культурным развитием Карпатской Руси: портреты деятелей в области литературы, науки, искусства и общественного движения, виды местностей, городов, сел, а также отдельных достопамятных сооружений, этно-графические типы и, наконец, карты, схемы и диаграммы. 4. Научно-справочный (картотека и читальня), предназначавшейся для выдачи разного рода библиографических справок о книгах, рукописях и рисунках, для чего составлялась подробная аннотированная картотека находившаяся в читальной комнате, где каждый ученый изследователь мог получить не только необходимую справку, но и ознакомиться с соответствующим книжным, рукописными и художественно-иконографическим материалом. Хронологически Карпато-русская библиография охватывает, по преимуществу, последние 80 лет, начиная с национального возрождения Карпатской Руси в 1848г. и кончая 1930 годом, в виде исключения будут даны сведения и об изданиях первой половины XIX века и даже более ранних эпох. Каждая серия будет заключать аннотированные карточки, посвященные различным годам и различным авторам или вообще изданиям (сборникам, журналам); это делается с той целью, чтобы связать текущую и минувшую жизнь, древность и современность, заветы прошлого и национально-культурные достижения настоящего. Если библиография до сих пор фактически являлась книжными некрологами и говорили об авторах как и славных покойниках, то пусть наша аннотированная картотека посвятит не меньшее внимание также и ныне здравствующим писателям и тем самым нащупает пульс современной жизни. В виду такой постановки вопроса, при издании Карпато-русской библиографии сама собой отпадает система расположения всего материала в алфавитном или хронологическом порядке. Взамен этого, на каждой карточке сверху будут помечаться, как название (фамилия или заглавие), так и год издания, что даст возможность каждому, приобревшему Карпато-русскую библиографию, подобрать все карточки в алфавитной или хронологической последовательности. Кроме того, по скончании печатания всего издания, к нему будет дан подробный указатель троякого рода - алфавитный, хронологический и предметный. Этот указатель явится не только ключом ко всей аннотированной картотеки, но и будет представлять собою сжатый Словарь научно-литературных деятелей, книг и повременных изданий Карпатской Руси. Несколько слов необходимо сказать о характере составления самых картотек. На них прежде всего будет даваться подробное заглавие издания (автор или название, год и место издания, формат, число страниц и рисунков, цена и проч.), т.е. все то, что можно назвать официальным паспортом книги; затем будет приведено подробное оглавление издания; далее будут перечислены важнейшие отзывы критики (в виде отдельных выдержек) и, наконец, дана характеристика книги или издания с историко-литературной и вообще национально-культурной точки зрения. Долгое время и история и культурно-национальные движения всей Карпатской Руси в научном отношении были уделом только немногочисленных специалистов, а главным образом русских ученых. Мы имеем, конечно, сочинения по этому поводу и мадьярских ученых, но не все они в достаточной мере безпристрастны и полны; русская душа для мадьярских писателей не всегда представлялась в подлинном и глубоком ее значении. Только в последнее время широко заинтересовались культурно-национальными движениями чехословаки, их работы относятся, однако главным образом к последнему времени и только косвенно затрагивают наше прошлое. Если Нестором карпато-русской истории и демографии мы называем проф. А.Л. Петрова, то первым глубоким и широко образованным следопытом карпато-русского, в широком смысле слова, литературного развития, можно назвать профессора Федора Федоровича Аристова. В своих трудах проф. Ф.Ф. Аристов стремится сочетать два принципа: научность содержания и художественность издания. Как известно, научные изследования (не только на Руси, но и на Западе) часто издаются с внешней стороны самым примитивным способом, совершенно не считаясь с требованиями печатного искусства. Наоборот, так называемый художественные или роскошные издания обычно выпускаются без соблюдения научно-критических требований. В целях лучшего усвоения написанного необходима наглядность. Идеальным должно считаться такое издание, которое сумеет гармонически объединить научность и художественность, что и даст новый тип печатного искусства - научно-художественное издание. Принцип проф. Ф.Ф. Аристова выражен им в его изречении: Книга не только источник знания, но и предмет искусства -. Действительно, хорошая книга должна иметь воспитательное значение, одновременно расширяя умственный кругозор и развивая художественный вкус у читателей. Ведь борьба за такую книгу есть один из видов борьбы за культуру народа. В ряды борцов за развитие общерусской культуры почетное место занимают карпато-русские писатели - эти светочи русского национального самосознания. Заслуги проф. Ф.Ф. Аристова в изучении национально-культурной жизни Карпатской Руси, поистине, огромны. За 25 лет своей научно-литературной деятельности он дал столько трудов, что приходится невольно изумляться, как мог все это сделать один человек, и притом в самых неблагоприятных условиях переходной эпохи, когда такой труд был бы не под силу даже целому ученому учреждению. Федор Федорович Аристов представляет собой пример ученого энтузиаста. Он не только сам увлечен научным трудом, но эту бодрую веру в конечное торжество дорогих для него идеалов национальной свободы и социальной справедливости передает своим ученикам читателям. П.С. Федор. Проф. Федор Федорович Аристов. (Ужгород, 1931); Временник Ставропигийского Института на 1932 год: Временник. Научно-литературные записки Львовского Ставропигиона. Под редакцией В.Р. Ваврика. Львов. 1932, с.81-89 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_463.htm Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: В.Р. Ваврик. Василий Дмитриевич Залозецкий. Львов. 1955 VI. Заключение Еще на школьной скамье, в высших классах гимназии, я отдавал себе отчет в том, что В.Д. Залозецкий - крупный писатель Галицкой Руси. После окончания гимназии, за всякую цену, я хотел посмотреть на него собственным глазом. Я выпросил у матери 6 корон и выехал из Зборова в Стрый. Тут неожиданно на станции я встретился с М.П. Микулой, старшим товарищем по гимназии, который в то время уже окончил богословский факультет. Он ехал к своему товарищу, затем к шурину, о. Иоанну Пинкевичу, сотруднику В.Д. Залозецкого. Из Конюхово в Гирное (В.Д. Залозецкий пояснил, что надо говорить: Гирное, не Горное. Слово происходит от глагола: гирити – с трудом тащить) на приходство мы пришли ночью. Не спалось. На заре я вышел в сад. Напротив меня шел старик в ветхой тужурке, с длинным чубуком в руке, без шляпы. На одной ноге у него был сапог, на второй галоша. Он хромал. По бритому лицу я сразу узнал, что это В.Д. Залозецкий, которого я так пламенно хотел видеть. Я подошел к его руке. Он пожал мою руку и спросил: Откуда? – Из Манаева Зборовского уезда. - Студент? - Только абитуриент гимназии. Счёл долгом лично поклониться лучшему писателю Галицкой Руси. В.Д. Залозецкий легко положил руку на мое плечо, и мы пошли по тропинке. Мы вышли из сада на белую каменную дорогу, за которой простирался луг к Стрыю, притоку Днестра, быстрое течение которого производило монотонное журчание. За речкой вдали в виде большого вала выступал гребень Карпатских гор. Вышло сольце. Старик медленно пояснял мне околицу. Три дня я пробыл в Горном. На прощание В.Д. Залозецкий подарил мне три тома своих сочинений. Это было в жатву 1912 года. Встреча с В.Д. Залозецким, тогда уже славным писателем, раз навсегда запала в мою память. Когда-нибудь напишу о ней шире. Теперь поделюсь чувствами, которые я всегда питал к нему, как к лучшему борцу за лучшее будущее обездоленной Карпатской Руси. Священник В.Д. Залозецкий вышел из среды духовенства: его дед и отец были священниками. Своего деда, богослова antiquae educationis, привлекательными красками он изобразил в рассказе Русская смерть, а отца в автобиографии. - Мой дед не читал ничего кроме религиозных книг, да еще Житья святых и Бесед христианина с жидовином, - всю трудовую жизнь, не скучал никогда, понимал всех, и меньших, и больших, и бедных, и богатых, и жидов, и армян, и цыган, и раскольников, приезжавших к нему на заработки из Буковины. Выражение его облика было для всех одинаково любезное и отзывчивое, угождал всем языкам, развлекался весьма простым, но здоровым образом, ложился с закатом солнца, вставал до зари, как Мономах, внимал клику миллиона жаб, следил внимательно за переменами Луны, ворожил дождь или погоду и умирая, просил своих прихожан, чтобы из клена сделали ему гроб (- Русская смерть). В.Д. Залозецкий стал священником не только по наследству, но и по зову сердца, из любви к родному народу и деревенской тишине, и радо совершал возложенные на него обязанности в захудалых церковках, на кладбищах и полях, по домам и везде, куда его только позвали. - Из вольного и беспечного мечтателя я стал человеком службы, человеком дела, налагающего на меня весьма строгую ответственность перед Богом и людьми…Достаточно ли закалён душою и сердцем? Не потрясусь ли до глубины моей души? Устоит ли духовная целость моя, когда светлые мечты родившееся в моей беззаботной и мечтательной голове, предстанут перед действительной жизнью, а мое самолюбие, химерный плод неги и счастливых дней будут задеты её суровой прозой? Из семинарии, где я провел четыре года, кроме формальных наук, неприневших мне существенной пользы, я не вынес ничего. Это заведение, управляемое холостыми людьми, незнающими своего народа, не приспособило моей души к трезвому тернистому пути (- Мой первый приход). В.Д. Залозецкий преодолел все трудности и скоро сделался не только духовным пастырем своего стада, но и усерднейшим учителем своих прихожан с церковного престола, при посещении им курных хат, при всех общественных, семейных и случайных встречах. - Находясь, как священник, око в око с серою народною душою, я стал ее анализировать и понимать. Меня сильно заинтересовала та таинственная книга, которую я до теперь только по окладинам знал. Я увидел, что не туриста в сего синих очках развертывает это грустное на вид поле свои сокровеннейшие недра, а только для своего работника в запыленном платье, давая ему не только свое золото-колосное зерно, но и лучистые искры синего неба и глухие отзвуки своих оврагов, пылью, потом и полынью жизни для убогой души расплавляемые (- Русская смерть). На всех делах В.Д. Залозецкого лежит печать добросовестнейшего священника (Устав запрещает священнику принимать участие в похоронах самоубийцы. В.Д. Залозецкий не в ризах, а как всякий другой, бывал на похоронах самоубийц и бросал грудочку земли на их гроб в знак сочуствия их горю). По внешнему виду и соблюдению уставных предписаний, он был греко-католическим, униатским священно-служителем, но по глубокому своему внутреннему убеждению, он всецело был предан русской православной церкви, что им так сильно подчеркнуто в автобиографических Заветных мечтах. Он совершенно разделял взгляды Иоанна Григорьевича Наумовича на роль Ватикана и Католической иерархии в пределах Галицкой Руси (с.169-172) В.Р. Ваврик. Василий Дмитриевич Залозецкий. Львов. 1955. 190с. http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_464.htm Василий Дмитриевич Залозецкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_461.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930 В письме к В.Р. Ваврику от 3 августа 1930г. Федор Федорович Аристов писал: Много работаю над своей Карпато-русской библиографией, которая явится моей лебединой песнью в области карпатоведения Проф. Ф.Ф. Аристов. Карпато-русская библиография (Аннотированная библиотека) От составителя Карпато-русская библиография тесно связана с двумя другими нашими трудами по карпатоведению - трехтомным изследованием Карпато-русские Писатели и многотомным научно-критическим изданием Библиотека Карпато-русских писателей. Весь собранный для этих изданий огромный материал, еще до мировой войны, составил Карпато-Русский Музей Ф.Ф. Аристова в Москве (погибший во время революции и ныне частично возстановленный в виде Карпато-Русского Архива). На основании всех этих книжных и рукописных богатств, собиравшихся и изучавшихся на протяжении четверти века, и составлялась Карпато-русская библиография в виде аннотированной картотеки, как естественное продолжение и завершение наших трудов в области изучения Карпатской Руси. Карпато-русская библиография будет печататься не книгой, а в виде картотеки - с целью сделать это издание доступным для приобретения со стороны самых широких читательских кругов. Не только ученые и литературные общества, библиотеки и читальни, редакции газет и журналов, кружки самообразования и другие культурно-просветительные объединения, но и отдельные лица должны иметь это издание, как необходимое научно-справочное пособие по всем вопросам, касающимся Карпатороссии. Карпато-русская библиография составит 1.000 аннотированных карточек, размером журнала Карпатский Свет, т.е. 2.000 страниц текста, или 125 печатных листов. Для ускорения печатания и облегчения приобретения читателями данной картотеки, все издание будет распределено на 100 серий, по 10 карточек в каждой, при чем подписка принимается только на 5 очередных серий сразу, т. е. сперва на серии 1-5. по выходе их в свет — на серии 6-10 и т.д. Все издание будет выпущено в свет в течение 3 лет. Помимо общедоступности в смысле приобретения, картотека, по сравнению с библиографической книгой, имеет и другое преимущество: она всегда закончена и никогда не окончена, т.е. - каждая карточка носит вполне самостоятельный характер и может быть издана отдельно, а в дальнейшем - каждому любителю и ценителю литературы легко будет лично самому дополнять и продолжать данную картотеку по имеющемуся уже образцу. Таким образом, аннотированная картотека будет иметь не только научно-справочное, но и учебно-воспитательное значение, приучая читателей внимательно и сознательно относиться к книжной продукции, вести ей точный учет и давать критическую оценку. Если картотеки могут приохотить читателей к книговедческой работе, то громодзкие библиографические фолианты способны, наоборот, отпугнуть от такого рода занятий, внушая мысль, что библиографом надо родиться и простым смертным нечего и мечтать о подобной работе по книгоописанию. Этим предубеждением, вероятно, и надо объяснять такое печальное явление, что ни одно русское (как в России, так и в Карпатороссии), крупное библиографическое издание не встретило общественной поддержки и не было доведено до конца. Составители-книговеды затрагивали целую жизнь, теряли зрение, неустанно доказывали необходимость и важность библиографических трудов для культурного общества, но все их призывы и доводы оставались гласом вопиющего в пустыне'. Над этим ненормальным положением вещей необходимо серьезно призадуматься и сделать соответствующие выводы. Нам кажется, что причины такого прискорбного явления заключаются в отсутствии взаимного понимания читателей и библиографов-составителей. Действительно, принципиально, теоретически, никто никогда не возражал против важности издания библиографических трудов, но практически русское образованное общество не считало их для себя насущно-необходимыми в том виде и объеме, в каком они обычно выпускались в свет. Эти труды были разсчитаны на ограниченный круг библиофилов и крупных библиотек-книгохранилищ, но не на широкие слои вообще образованных читателей, для которых они являлись своего рода - умной ненужностью - или излишней роскошью. Составитель всякого большого библиографического труда обыкновенно задается трудно выполнимой целью - дать полный обзор публикаций, в алфавитном или хронологическом порядке, за определенный период времени. Это стремление объять необъятное влечет за собой такие недостатки издания, которые значительно уменьшают его положительные стороны. Во-первых, в погоне за полнотой даются сведения о таких книгах, которых сам составитель не только не читал, но даже и не видел, как и всегда, при пользовании материалом из вторых рук, и в данном случае получаются крупные ошибки и неточности; во-вторых система хронологического или алфавитного расположения материала невероятно удлиняет сроки печатания, растягивая иногда на целые десятилетия выход издания в свет и отрывая его от текущей современности, которая как-раз больше всего и интересует широкие читательские круги; наконец в-третьих, самые труды, не только по содержанию, но и по цене, являются совершенно недоступными для среднего читателя-покупателя или даже подписчика. Учитывая опыт предыдущих библиографических трудов в отношении их составления, печатания и распространения, наша Карпато-русская библиография стремится использовать их неоспоримые плюсы, не повторяя, однако, их минусов, которые перечислены выше. Прежде всего, Карпато-русская библиография имеет в своей основе принцип качества, а не количества, и поэтому совершенно не ставит для себя задачу дать полный обзор всех посвященных Карпатской Руси изданий (в том числе, следовательно, прейскурантов торговых фирм, объявлений различных обществ, программ торжественных вечеров-концертов, листовок и проч.), а сосредоточить внимание на действительно важном, что сыграло историческую роль в культурном развитии Карпато-россии и не утратило своего научно-литературного значения с точки зрения современной общественности. Этот же принцип качества проводится и в другом отношении: составитель Карпато-русской библиографии помещает в своем труде только те издания, который имел в руках и лично их описал; лишь при этом условии возможно избежать, часто невольных, ошибок и достигнуть надлежащей точности. Хронологически Карпато-русская библиография охватывает, по преимуществу, последние 80 лет, начиная с национального возрождения Карпатороссии в 1848 году и кончая 1930 годом; в виде исключения будут даны сведения и об изданиях первой половины XIX века и даже более ранних эпох. Каждая серия будет заключать аннотированные карточки, посвященные различным годам и различным авторам или вообще изданиям (сборникам, журналам); это делается с тою целью, чтобы связать текущую и минувшую жизнь, древность и современность, заветы прошлого и национально-культурные достижения настоящего. Если библиографии до сих пор фактически являлись - книжными некрологами - и говорили об авторах, как о славных покойниках, то пусть наша аннотированная картотека посвятит не меньшее внимание также и ныне здраствующим писателям и тем самым - нащупает пульс - современной жизни. В виду такой постановки вопроса и при издании Карпато-русской библиографии, сама собой отпадает система расположения всего материала в алфавитном или хронологическом порядке. Взамен этого, на каждой карточке сверху будут помечаться как название (фамилия или заглавие), так и год издания, что даст возможность каждому, приобревшему Карпато-русскую библиографию подобрать все карточки в алфавитной или хронологической последовательности. Кроме того, по окончании печатания всего издания, к нему будет дан подробный указатель троякого рода - алфавитный, хронологический и предметный. Этоть указатель явится не только ключом ко всей аннотированной картотеке, но и будет представлять собой сжатый Словарь научно-литературных деятелей, книг и повременных изданий Карпатской Руси. Несколько слов необходимо сказать с характере составления самых карточек. На них прежде всего будет даваться подробное заглавие издания (автор или название, год и место издания, формат, число страниц и рисунков, цена и проч.), т.е. все то, что можно назвать официальным паспортом книги, затем будет приведено подробное оглавление издания; далее будут перечислены важнейшие отзывы критики (в виде отдельных выдержек) и, наконец, дана наша характеристика книги или издания с историко-литературной и вообще национально-культурной точки зрения. Впрочем, помня, что -более убедителен не разсказ, а показ, ограничимся этими краткими замечаниями о характере составления аннотированных карточек, о чем читатели смогут получить подробное и всестороннее представление, когда будут иметь в руках первую (пробную) серию нашей картотеки. Таковы цель, задачи, объем и характер содержания Карпато-русской библиографии. Во всяком культурном начинании важна преемственность идей и работы, как непрерывность звеньев в общей цепи развитая национального самосознания и творческого труда. Выпуская в свет нашу Карпато-русскую библиографию, считаем своим нравственным долгом вспомнить об огромных заслугах Ивана Емельяновича Левицкого, составителя и издателя знаменитой Галицко-русской библиографии, доведенной им до 1894 года и продолженной нами, в отношении жизни и творчества карпато-русских писателей, за последующие 20 лет (1894—1914 гг.). Этому труду он посвятил целую жизнь и отдал все свои силы; его труд - не только образец замечательного научного достижения, но и пример великого личного подвига. В знак глубокого преклонения перед исполинскими заслугами покойного И.E. Левицкого в области карпато-русского книговедения, мы посвящаем его светлой памяти настоящий свой труд. Москва, 26(13) апреля 1930 Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930, 26с. http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_465.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_719.htm Ф.Ф. Аристов. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва 1928 (репринт 1995). 49с. https://docs.google.com/uc?id=0BxjaoUK4dQZSRkVLcVBsazItQk0&export=download 35Мб https://cloud.mail.ru/public/66f030add57b/Lit_ra.pdf Ф.Ф. Аристов. Карпаты - общеславянская прародина http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_669.htm КарпатоВедение http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

Ять: Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930 История литературного розвития Карпатской Руси. Предисловие Настоящее изследование представляет собой первый опыт в науке дать цельный обзор литературного развития Карпатской (Галицкой, Буковинской и Подкарпатской) Руси с древнейших времен и до наших дней. Трудность выполнения этой задачи заключается в причинах как фактического, так и методологического характера: во-первых, не приведен в известность весь фактический материал (многие литературные памятники не только не изучены, но даже не опубликованы; точно так же произведения большинства карпато-русских писателей не собраны воедино, а остаются разсеяными в очень редких теперь повременных изданиях, часть которых безследно исчезла во время мировой войны); во-вторых, пока еще не выработаны даже самые принципы изследования (методология) литературного развития Карпатороссии, т.е. Галичины, Буковины, и Подкарпатья в их совокупности и взаимной связи. Несмотря на указания препятствия, назрела необходимость дать теперь уже сжатый обзор, который должен способствовать дальнейшим работам в области карпато-русского литературоведения и одновременно служить кратким руководством для учащейся молодежи Карпатской Руси при ознакомлении с жизнью и творчеством родных писателей. При составлении настоящего обзора была использована вся важнейшая печатная литература вопроса, а также огромные материалы, собранные для Карпато-Русского Музея Ф.Ф. Аристова в Москве и его двух научных изданий: трехтомного изследования Карпато-русские писатели и многотомной Библиотеки карпато-русских писателей. Таким образом, данное изследование основано как на имеющейся печатной литературе, так и на неизданных еще нигде рукописных источниках (и то и другое отмечено в библиографии данной книги). Все эти материалы дают возможность подвести итоги изучения литературного развития Карпатороссии - вообще, и наших работ в этой области - в частности. Ученая критика увидит, что не все вопросы в данном изследовании изложены одинаково равномерно и обстоятельно, к сожалению, скудость источников не давала возможности остановиться на некоторых отделах более подробно. Когда увеличится круг изследователей-карпатоведов, тогда появятся монографии по всем главнейшим вопросам литературного развития Карпатской Руси и о каждом карпато-русском писателе в отдельности. А пока такого разделения труда еще не было, нам приходилось единолично прокладывать просеки в дремучем лесу и создавать совершенно новый отдел в науке - литературное карпатоведение. Глубоко верим, что наше изучение Карпатороссии принесет свои плоды и послужит делу создания целой школы ученых карпатоведов. Найболее тяжелая часть пути осталась уже позади, именно наш единоличный труд в самый неблагоприятный момент - мировой войны и связанных с нею событий. Поэтому всем дальнейшим изследователям можно бодро смотреть вперед, так как общими усилиями они смогут успешно развить, хотя еще и молодую, но уже завоевывающую права гражданства область науки - карпатоведение. Выпускаем эту работу в канун нашего 25-летняго юбилея научно литературной деятельности на пользу Карпатской Руси Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930, 26с. http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_465.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_719.htm

Ять: Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930 Введение. Основы изучения литературного развития Карпатской Руси 1. Объем истории литературы, как науки История литературы должна давать полную картину литературного развития всего данного народа. Никакое государственное раздробление не может нарушить этнографическое единство. Национальное самосознание властно требует внимательного отношения ко всем составным частям данного народа, хотя нередко и раздробленного между несколькими государствами, но образующего единое культурное целое. Это положение является аксиомой для историка литературы любого народа. Так, до 1859 года не было единой Италии, но существовала история итальянской литературы, как картина художественного творчества единого в национально-культурном отношении итальянского народа. Объединенная Германия возникла только в 1871 году, но немецкий народ и при государственном раздроблении сознавал себя в качестве единого национального организма. Немецкие историки литературы излагают в своих трудах деятельность немецких писателей не только Германии, но также Австрии и Швейцарии. Литературные историки Франции всегда с любовью посвящали свое внимание писателям хотя и забитой (немцами), но никогда не забытой (французами), отторгнутой Эльзас-Лотарингии. Раскинувшаяся во всех пяти частях света Британская империя в лице своих ученых всегда вела точный учет всех достижений английской культуры вообще и художественной литературы в частности. Не только государственное раздробление, но и значительные диалектические особенности, имеющие место внутри некоторых европейских языков (как напр., провансальское наречие во Франции или Plattdeutsch в Германии) не являются препятствием к тому, чтобы считать данный народ за единое национально-культурное целое и включать областные литературы в общую историю национального литературно-художественного творчества. Подобно народам Запада и среди отдельных ветвей славянства существует точно такое же понимание объема и задач истории литературы, как науки. Так, несмотря на раздробление довоенной Польши между Россией, Австрией и Германией, польские изследователи всегда давали историю литературы всего польского народа. Сербо-хорваты до первой балканской войны (1912г.) входили в состав четырех государств: Сербии, Черногории, Турции и Австро-Венгрии, но всегда считали себя единым народом, стремившимся не только уничтожить искусственные политические границы, но изжить культурно-историческую обособленность отдельных областей, знаменательным образцом чего является литературно-объединительное движение эпохи иллиризма (Людевит Гай и его сподвижники у хорватов в 1840-х годах). Не только внимательно, но как то даже болезненно-ревниво относились всегда деятели Болгарии к судьбе своих обездоленных братьев - македонских болгар. Для каждого болгарина Македония представляется не иначе, как в образе – неискупленной - части – целокупной - (объединенной) Болгарии. Таким образом, для западно-европейских и славянских изследователей является непреложной истиной, что история литературы должна давать полную картину литературного развития всего данного народа. Только историки русской литературы представляют печальное исключение из этого общего правила. При всех своих неоспоримых заслугах, они имеют один коренной недостаток - полное умолчание в своих трудах о литературном развитии Карпатской Руси. Вследствие этого, все - истории русской литературы - обычно излагают историю общерусской литературы в пределах России, или же одной Великороссии. Ни областные литературы на местных наречиях, как малорусская и белорусская, ни литературное развитие Карпатороссии, в трудах русских ученых в России не находят своего отражения. Поэтому такие - истории русской литературы - не являются полными и, следовательно, не могут считаться отвечающими научным требованиям. 2. Причины забвения историками русской литературы Карпатской Руси Почему историки русской литературы были - ленивы и не любопытны - к вопросам развития Карпатской Руси? На это имелись причины объективного (внешнего) и субъективного (личного) характера. Они отнюдь не дают оправдания такому забвению, но все-же являются - смягчающими вину обстоятельствами. Главнейшими из этих причин были следующие: 1) История русской литературы, как и вообще историческая наука в России, находилась очень долгое время (по крайней мере, целое столетие) под гипнозом принципа государственности в ущерб идее народности. H.M. Карамзин написал Историю Государства Российского и получил официальное звание русского историографа; выступать против его точки зрения считалось чуть ли не подрывом основ русской государственности и можно было попасть в разряд неблагонадежных людей со всеми вытекающими отсюда последствиями...Поэтому большой смелостью и принципиальной заслугой было со стороны H.А. Полевого издание им своей Истории русского народа, как прямого отрицания точки зрения H.M. Карамзина. Вслед за H.M. Карамзиным и два других знаменитых русских историка - С.M. Соловьев в своей Истории России и В.О. Ключевский в Курсе лекций по русской истории по существу явились более государственниками, чем народниками. И до сих пор еще не сооружено то величественное и гордое научное здание, которое должно носить название - история русского народа, но зато собран почти весь необходимый научный материал для возведения такого здания. Можно даже сказать, что это здание частично уже сооружено, но далеко еще не закончено. История русской литературы, как более молодая отрасль русской истории, унаследовала ее общие принципы, не развив их пока до конца и не завоевав себе вполне самостоятельного положения. Гипноз государственности и здесь дает себя чувствовать на каждом шагу. Историки русской литературы еще не усвоили той простой мысли, что и за пределами России простирается Русь. Это пять миллионов коренного русского населения Галицкой, Буковинской и Угорской (ныне Подкарпатской) Руси, представляющей собой небольшую, но стойкую часть обширного русского мира. Весьма характерно, что старейшее в России литературное объединение до сих пор именуется Общество Любителей Российской Словесности. Такая российская, а не русская (т.е. государственная, а не народная) точка зрения превратилась в традицию. Этот консерватизм мысли идет вразрез как с требованиями современной жизни, так и действительной науки. Объем и задачи истории русской литературы должны быть коренным образом пересмотрены и только после этого она превратится из наукообразной в научную дисциплину. 2) Все печатные произведения (на общерусском языке), изданные в Карпатороссии, лишь в виде исключения попадали в пределы России. Цензура их неохотно пропускала, руководствуясь положением о запрещении к ввозу в Россию заграничных русских изданий, под которыми обычно понималась политическая литература русских эмигрантов (Герцен, Бакунин, Лавров и др.). Не только у отдельных изследователей, но и в крупнейших книгохранилищах России карпато-русские издания отсутствовали. 3) Поездки русских ученых в пределы Галицкой, Буковинской и Угорской Руси весьма неохотно разрешались австро-венгерскими властями, чем тормозилась возможность работы на месте. 4) Украйноманы, писавшие в русских повременных изданиях в России, старались фальсифицировать истинное положение вещей в Карпатороссии и создать впечатление, что там все культурные деятели являются приверженцами украинства. В действительности же все выдающееся карпато-русские писатели, составляющие целую плеяду, издавали свои сочинения на общерусском литературном языке и неизменно отстаивали идею национально-культурного единства русского народа. 5) В то время как русская художественная литература в России посвящена по преимуществу социальным вопросам, карпато-русские писатели, главным образом, служили национальной идее. Среди космополитической русской интеллигенции наблюдалось полное пренебрежете к национальной проблеме, национальное самосознание почти отсутствовало и национализм разсматривался, как одно из проявлений консерватизма. Поэтому карпато-русские писатели, эти борцы за национальную свободу, были идейно мало понятны образованному обществу в России, познавшей всю остроту национального вопроса только в эпоху мировой войны и последовавших за нею событий. 6) Русское образованное общество в России, не имея национального лица, вообще не знало, как надо разсматривать карпато-россов: считать ли их коренными русскими, или наоборот, это - вновь испеченные (с 1860-х годов) украинцы, не желающие иметь ничего общего с русской культурой, или, наконец карпато-россы просто братья—славяне. Даже такой крупнейший изследователь, как академик A.H. Пыпин, включил обзор литературного развития Карпатской Руси не в Историю русской литературы, а в свою Историю славянских литератур, чем допустил принципиальную (методологическую) ошибку и не разъяснил, а лишь запутал самый вопрос. Но если гора (Россия) не шла к Магомету (Карпатороссии), то Магомет должен был идти к горе, что и сделали виднейшие представители Карпатской Руси. Они одновременно ознакомили с положением своей обездоленной родины европейское общественное мнение (речи галицко-русских депутатов в Венском парламенте, особенно выступление д-ра Д.А. Маркова на общерусском языке в июне 1907 года (славянский мир), участие на Славянском съезде 1908 года в Праге, где представители России и Карпаторосии, составили одну делегацию, подчеркнув тем самым общерусское национально-культурное единство) и, наконец, побывали на Гоголевских торжествах в Москве (1909г.; где приковали к себе внимание национально-сознательной части русского образованного общества. Убедившись воочию, что карпато-россы самые настоящее русские люди, что у них также, как и в России, имеются на лицо политические течения от умеренно-правых (газета Галичанин) до крайних левых (журнал социалистической молодежи Новая Жизнь), русские изследователи в России должны были заняться всесторонним изучением Карпатской Руси, но этого, однако, не сделали. Этот пробел необходимо восполнить и он, конечно, будет восполнен! Это - вопрос лишь времени и, надеемся, уже недалекого времени! 3. Важность разработки карпатоведения для всестороннего развития общерусской науки Каждый изследователь в области руссоведения, т.е. всестороннего и, действительно, полного изучения русского мира, найдет для себя новый, интересный и мало использованный материал, касающийся прошлой и настоящей жизни Карпатской Руси: ее истории, языка, литературы, искусства, народного быта, религиозных верований, социально-экономического развития и национально-политической борьбы. Все это не только обогатит русскую науку новыми фактами, но и заставит значительно видоизменить самые методы изследования. Короче говоря, невозможно изображение жизни русского народа без использования того материала, который может дать изучение Карпатской Руси в ее прошлом и настоящем. Возьмем для примера некоторые, наиболее важные, вопросы русской науки: 1) Вопрос о русско-славянской прародине, который до сих пор привлекает внимание русских историков и археологов, высказавших целый ряд предположений и догадок и приведший к созданию нескольких школ и направлений - гораздо успешнее и скорее разрешился бы при условии подробного изучения древней истории Карпатской Руси, где русское население было искони автохтонным, чем опровергается с одной стороны теория норманистов, а с другой - отпадает надобность искать прародину славянства и вообще индо-европейского человечества в пределах Средней Азии, где-то неподалеку от Индостана. 2) Вопрос о названии Русь тоже связывался то с призванием варягов, то считался словом готского происхождения; между тем история Карпатороссии свидетельствует о том, что здесь население еще за много веков до призвания варягов называло себя русским. 3) Вопрос о культурном влиянии русских славян на соседние не-славянские народности (румын, мадьяр) и др., от которых русские находились в политической зависимости, также дает весьма поучительный материал в смысле географической номенклатуры (напр., румынский город Галац является искажением русского слова Галич), официальной терминологии и даже литературного развития (в Румынии существовала молдавская письменность, пользовавшаяся русскими языком). 4) Вопрос о судьбах русского книгопечатания тесно связан с Галицкой Русью, куда бежал знаменитый первопечатник Иван Федоров Москвитин. 5) Вопросы русского просвещения не отделимы от истории Юго-Западной (и в частности - Галицкой) Руси, где Львовское Ставропигийское Братство (основано в 1439г.) развило широкую школьную и типографскую деятельность; кроме того, Карпатороссия дала России нескольких выдающихся ученых, как П.Д. Лодий, M.A, Балудьянский и Ю.И. Венелин, который своим трудом Древние и нынешние болгаре - положил начала изучению в России болгарского народа, а в качестве воспитателя Константина и Ивана Аксаковых является отцом русского славянофильства. 6) Распространение русской художественной литературы (за пределами России) нигде не получило таких широких размеров, как в Карпатороссии, через которую перешло и к другим австрийским славянам; они создали в 1907 году Союз славянских депутатов Венского парламента и приняли русский язык, как общеславянский, на котором велись протоколы и произносились все важнейшие речи не только на славянских торжествах, но даже и в австрийском парламенте. 7) Карпатороссия сама создала целую плеяду писателей, издававших свои произведения на прекрасном русском языке; это обстоятельство весьма обогатило общерусскую художественную и научную литературу и заставило в корне изменить рамки ее изучения, включив в понятие - русские писатели - научно-литературных деятелей, как России, так и Карпатороссии. 8) На территории Карпатороссии в течение веков создавался запутанный и сложный узел русско-польских (Галичина), русско-румынских (Буковина) и pyсско-мадьярских (Подкарпатье) отношений. Здесь же возник - пьемонт Украинства. Этот узел не розпутан и до сих пор, а, наоборот, после мировой войны, вследствии неумелого вмешательства великих держав в разрешении русской проблемы, получил еще большую остроту. Таким образом, судьбы Карпатороссии приобрели международное значение. 4. Особенности литературного развития Карпатской Руси Карпатороссия (т.е Галиция, Буковинская и Подкарпатская Русь в своей совокупности) заселена малоруссами, представляющими вместе с великоруссами и белоруссами одно этнографическое целое или один национальный организм - русский народ. Поэтому никакой особой карпато-русской литературы не существует, а есть только отдельные карпато- русские писатели, которые в зависимости от своих личных влечений и политических убеждений, писали или на одном из местных наречий Карпатской Руси и, таким образом, входят в историю малорусской литературы, или, наоборот, пользовались для своих произведений общерусским языком и поэтому должны быть разсматриваемы в истории общей русской литературы. При этом необходимо отметить, что в то время, как писатели украйнофилы пользовались в своих сочинениях почти исключительно малорусским наречием, напротив, писатели общерусского направления отличались большим идейным кругозором, любовно относясь как к местным наречиям (как проявлению многообразия в единстве), так и к русскому литературному языку, и тем самым разграничив сферы применения частного (материнского наречия) и общего (отечественного) литературного языка, созданного трудами всех ветвей русского народа. Вообще, при изучении литературного творчества Карпатской Руси, необходимо помнить, что там в среде одного и того-же карпато-русского (малорусского) населения, одновременно развиваются две параллельных литературы: общая - русская и частная — малорусская. Другой особенностью литературного развития Карпатороссии является то обстоятельство, что русский язык и изящная словесность на нем созданная, хотя и проходили те же самые стадии развития, как и среди основной массы русского народа, в России, но темп этого развития был более медленный, так как русские классики попадали в пределы Карпатской Руси с большим запозданием и притом часто случайно, а кроме того свободное развитие общерусского языка и литературы всячески тормозилось крайне тяжелыми условиями карпато-россов под иноземным владычеством. Далее, надо иметь в виду, что Карпатороссия, составляющая единое этнографическое целое, политически почти всегда была раздроблена между тремя государствами, что заставляло карпато-россов дробить свои силы в борьбе за национальное развитие на основе общерусской культуры. Несмотря, однако, на такое искусственное разобщение трех частей (Галичины, Буковины и Подкарпатья) одной Карпатороссии, - об их литературном развитии каждой в отдельности можно говорить только до эпохи национального возрождения (1849 год). До этой знаменательной эпохи, и Галицкая, и Буковинская, и Угорская Русь имели своеобразные черты в своем литературном развитии (не в древний, а в средний период их истории, т.е, с половины 14 века и до средины 19 столетия). С 1848 года, этой - весны народов -, карпато-русские писатели, независимо от их места рождения и постоянного жительства, своими трудами принадлежат не только всей Карпатской Руси, но и вообще всей Руси, т.е. как родной Карпатороссии, так и великой, братской России. Поэтому нет никакой надобности в том, чтобы с 1848 года подразделять карпато-русских писателей на галичан, буковинцев и угроруссов. Ведь угро-росс по рождению А.И. Добрянский в 1880-х годах считался общепризнанным вождем также и в Галицкой Руси. Галичанин по происхождению Я.Ф. Головацкий стяжал себе почестную известность и в Подкарпатье своим четырех-томным сборником Народные песни Галицкой и Угорской Руси. Буковинец по урождению В.Д. Залозецкий прославился, как писатель Галицкой Руси. Таких примеров можно привести множество, и все они будут свидетельствовать о самой тесной связи литературного развития всех частей Карпатороссии, т.е. Галицкой, Буковинской и Подкарпатской Руси в их совокупности. При изучении жизни и творчества карпато-русских писателей (с 1848 года и до наших дней), лучше всего разполагать их хронологически (по годам рождения), независимо от того, являются ли они уроженцами Галичины, Буковины или Подкарпатья. Идейное значение карпато-русских писателей настолько велико, что никак не может быть ограничено тесными пределами их родного края. 5. Карпато-русские писатели-светочи общерусского национального самосознания Карпато-русские писатели отразили в своих сочинениях идею национально-культурного единства русского народа т.е. тот основной факт нашей истории, который известен под именем - собирания Русской Земли. По горькой иронии судьбы собирание русской территории в свое время как-раз не коснулись Карпатской Руси, которая в течении всей своей истории постоянно ратовала за эту идею. Известно, что первый митрополит Московский - Петр, внушивший московским князям мысль о необходимости собирания всей Руси, был родом из Галичины, которая воспитала в нем любовь к русской национальной идее. С тех пор и для настоящего времени идея общерусского национально-культурного единства являлась основным фактором всей общественной жизни Карпатской Руси, где даже разделение на два главных политических течения было основано на этом, принципе: руссофилы выступали, как убежденные поборники единства, украйнофилы же, наоборот, стояли за сепаратизм... Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930, 26с. http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_465.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_719.htm

Ять: Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930 Выдающиеся карпато-русские писатели, хотя и касаются в своих произведениях местных тем, однако, при этом постоянно стремятся показать важность идеи общерусского национально-культурного единства, почему их сочинения имеют огромное воспитательное значение и являются своего рода национальным катехизисом для каждого русского человека. Действительно, стоит только хотя бы в самых общих чертах ознакомится с характером сочинений писателей Карпатской Руси, чтобы увидеть, сколько в этих произведениях заключается для русского общества нового, интересного и в высшей степени поучительного. Первым по времени карпато-русским писателем обще-русского направления является Денис Иванович Зубрицкий (1777-1862), написавший Историю древнего галичско-русского княжества, которая познакомила русских галичан с их историческим прошлым и положила начало историческому изучению Галицкой Руси. Рядом с Д.И. Зубрицким работают его ученики: Яков Федорович Головацкий (1814-1888), поэт, этнограф, историк литературы и языковед, напечатавший четырехтомное собрание Народных песен Галицкой и Угорской Руси, а также Антоний Степанович Петрушевич (1821-1913), неутомимый русский историк и археолог, написавший несколько сот сочинений, в числе которых почетное место занимает его шести-томная Сводная галичско-русская летопись; за свои ученые заслуги автор был избран почетным членом Русской Академии Наук. Одновременно с Галичиной совершается национальное возрождение и Угорской Руси, где работают А.И. Добрянский, А.В. Духнович и И.И. Раковский. Адольф Иванович Добрянский (1817-1901) был человеком энциклопедического образования - инженер и богослов, историк и публицист, языковед и государство-вед, - являвшийся общепризнанным политическим вождем Угорской Руси, великим славянским деятелем и писателем; после мировой войны ему воздвигли памятники: словаки - в Михайловцах и карпато-русские - в Ужгороде. Александр Васильевич Духнович (1803-1865), поэт, драматург, историк и педагог, деятельность которого составляет целую эпоху - век Духновича, в Угорской Руси; популярность этого выдающегося народолюбца настолько велика, что освободившаяся его родина - ныне Подкарпатская Русь основала Русское культурно-просветительное Общество имени А.В. Духновича, насчитывающее около 15-ти тысяч членов и издающее прекрасный научно-литературный журнал Карпатский Свет. Иван Иванович Раковский (1815-1885), которому принадлежит заслуга широкого распространения общерусского литературного языка в угро-русской журналистике, а также воспитание целого поколения в русском национальном духе и преданности восточному христианству; после смерти священника И.И. Раковского, воспитанное им поколение угро-руссов открыто перешло из унии в православие. Вслед за учеными и народными деятелями выступают и поэты; так в Галицкой Руси пишут стихи: Николай Леонтьевич Устианович (1811-1885), и Иван Николаевич Гушалевич (1823-1903), которые в своих произведениях стремились очищать галицко-русское наречие от чужеземных слов и выражений и тем самым сближать его с общерусским литературным языком. Высшей точки развития достигает литературное движение в лице Ивана Григорьевича Наумовича (1826-1891), который написал несколько сот сочинений публицистического, повествовательного и популярно-научного характера, был депутатом Львовского сейма и венского парламента и еще при жизни получил почетное название Просветителя Галицкой Руси (В настоящее время полное собрание сочинений И.Г. Наумовича издает по общенародной подписке основанное им Общество имени Мих. А. Качковского во Львове). В 1861 году возникла во Львове большая политическая газета Слово, выходившая первый десять лет под редакцией Богдана Андреевича Дедицкого (1827-1901) неутомимого журналиста, писателя, поэта и народного деятеля. На поприще журналистики выдающиеся заслуги принадлежат Осипу Андреевичу Маркову (1849-1909), издававшему ряд газет, литературных сборников и отдельных сочинений карпато-русских писателей. Брать его - Дмитрий Андреевич Марков (род. в 1868г.) тоже известен, как талантливый публицист, много сделавший для распространения обще-русского языка в Галичине, а кроме того, в качестве депутата, произнесший впервые речи на русском литературном языке: в Венском парламенте 26 июня (9 июля) 1907 года и во Львовском сейме 1(14) февраля 1914 года. Его работа - Русская и украинская идея в Австрии, изданная на нескольких языках, привлекла общественное мнение Европы и Америки к многострадальной судьбе Галицкой Руси; за преданность русско-славянской национальной идее Д.А. Марков был во время мировой войны посажен австрийскими властями в тюрьму, а после развала лоскутной империи Габсбургов был избран представителем Карпатской Руси для защиты ее прав на свободное развитие перед делегатами великих держав на мирных конференциях. Д.А. Марков - ученик знаменитого А.И. Добрянского, о котором написал для изследования Ф.Ф. Аристова, Карпато-русские писатели очень интересные воспоминания. Живым звеном, соединявшим галицко-русскую журналистику с остальной славянской, был Владимир Осипович Щавинский (1853-1913), ежедневно помещавший в газете Прикарпатская Русь, Письма из Вены, которые знакомили русских галичан с общественной и парламентской деятельностью славян в Вене, отличались хорошим языком и были проникнуты непоколебимою верою в торжество русско-славянской национальной идеи. В Угорской Руси общерусская литература имеет в этот период ряд даровитых представителей, как А.И. Павлович, Ю.И. Ставровский-Попрадов, И.А. Сильвай, A.Ф. Кралицкий и E.А. Фенцик. Александр Иванович Павлович (1819-1900), друг и непосредственный продолжатель А.В. Духновича, твердо стоявший на основе национально-культурного единства русского народа, поклонник общерусского литературного языка, но и любитель местных угро-русских наречий, которыми пользовался в своих стихах, сделавшимися вполне народными и распространившимися в виде песен (Полное собрание стихотворений А.И. Павловича издал его друг и почитатель А.И. Поливка под заглавием - Венец; в этом сборнике напечатана также и краткая автобиография поэта). Юлий Иванович Ставровский-Попрадов (1850-1899), один из наиболее ярких и талантливых поэтов Русского Подкарпатья, певец природы и последователь идей А.И. Добрянского, в общении с которым находился, будучи настоятелем прихода в его имении - селе Чертежном (Полное собрание стихотворений Ю.И. Ставровского-Попрадова, а также его жизнеописание напечатал H.А. Бескид). Иван Антонович Сильвай (1834-1904), самый выдающийся yrpo-русский беллетрист и автор интереснейших, автобиографических воспоминаний, в которых, между прочим, красочно изображает то неотразимое впечатление, какое произвел на русское и, вообще славянское население Угрии, приход русских войск в 1848 году. Начало этих воспоминаний опубликовал в своем прекрасном журнале Карпатский Край А.В. Попов, много и плодотворно трудящийся в области изучения жизни и творчества Подкарпатской Руси. Анатолий Федорович Кралицкий (1835-1894), весьма разносторонний и плодовитый писатель, оставивший после себя ряд сочинений по русской истории и разсказов из народной жизни; к сожалению, до сих пор еще не появилось ни одного изследования, специально посвященного характеристике литературной деятельности А.Ф. Кралицкого. Евгений Андреевич Фенцик (1844-1903), выдающийся поэт и журналист, основатель и редактор журнала Листок (выходившего в течение 19 лет) и автор повести На родине без отечества, имеющей большое национально-воспитательное значение. В Буковине в это время работал Григорий Иванович Купчанка (1845-1902), издавший в Вене журналы Русская Правда и Просвещение' и написавший много сочинений популярно-научного и повествовательного характера; свою автобиографию Г.И. Купчанка изложил в очерке Способы и средства – украинской - борьбы в Австрии. Научное течение представляют в Галицкой Руси Исидор Иванович Шараневич (1829-1901), профессор австрийской истории во Львовском университете и автор целого ряда трудов по истории и археологии Галичины, и Филипп Иванович Свистун (1844-1916), ученый всестороннего образования, работавший в областях русской истории, литературы, педагогики и публицистики, а кроме того, принимавший самое видное участие в общественной жизни, состоя одновременно директором библиотеки Народного Дома и председателем Общества имени Мих. А. Качковского. Разсказы из народной жизни в Галицкой Руси писали: В.Ф. Луцык (Бодак Музыка), И.И. Процык (Иван Кум) и В.И. Хиляк (Иероним Аноним). Владимир Федорович Луцык (1858-1909) дал образцы замечательного стиля; такие его произведения, как Зазулька и Песня жизни - по изяществу, музыкальности и яркости красок могут быть названы стихотворениями в прозе и неоднократно перепечатывались в России. Иван Ильич Процык (1864-1911), в полном смысле слова народный писатель, работал в духе Просветителя Галицкой Руси - незабвенного И.Г. Наумовича; перед смертью написал (по просьбе Ф.Ф. Аристова для его трехтомного труда Карпато-русские писатели) свою автобиографию, в которой дал подробную характеристику своей жизни и деятельности на пользу родного народа. Крупнейшим писателем юмористом, напоминающим своим дарованием Квитка-Основьяненка и даже Гоголя, является Владимир Игнатьевич Хиляк (1843-1893), произведения которого, изданные в пяти книгах, являются любимым чтением русских галичан; творчество В.И. Хиляка нашло оценку как в Карпатороссии (в лице высоко талантливого галицко-русского публициста О.А. Мончаловского), так и в России (статья академика A.H. Пыпина в Вестнике Европы). Народную жизнь Галицкой Руси талантливо изображает также Амвросий Афанасьевич Полянский (род. в 1854г.), которому принадлежит, кроме того, большая заслуга в деле развития драматической литературы и введения по галицко-русским деревням любительских народных театров. A.A. Полянский очень много путешествовал по различным частям света и свои наблюдения изложил в целом ряде путевых очерков, благодаря которым занимает совершенно своеобразное и почетное место в литературном развитии Галицкой и вообще Карпатской Руси. В 1915 году, по случаю 35-летия литературной деятельности А.А. Полянского, были изданы в Москве его Избранные сочинения, которые привлекли к себе внимание русских читателей и в самый короткий срок разошлись в количестве двух тысяч экземпляров. A.A. Полянский - единственный из крупных писателей Галицкой Руси, который пережил все ужасы мировой войны и дожил до двух знаменательных юбилеев - 75-летия жизни (1929г.) и 50-летия литературного творчества (1830). Оглядываясь на долгий и плодотворный путь, на протяжении которого было немало как горестей, так и радостей, маститый писатель изложил все это в своей интересной автобиографии, которую предзначил для опубликования в труде Ф.Ф. Аристова Карпато-русские писатели - и завещал все свои сочинения тому имеющему быть учрежденным Обществу карпато-русских писателей, которое, исполняя свои задачи, будет стоять на основе национально-культурного единства всех ветвей одного могучего и великого русского народа (Автобиография А.А. Полянского выходит с дополнениями уже З-им изданием). Первое место среди беллетристов занимает Василий Дмитриевич Залозецкий (1833-1915), опраздновавший в 1910 году 50-летний юбилей своей литературной деятельности: русские галичане издали, по общенародной подписке, ко времени юбилея три тома его сочинений (под наблюдением и по почину его друга - А.А. Полянского, последний же (четвертый) том был подготовлен к изданию в Москве (в Библиотеке карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова). Основная заслуга В.Д. Залозецкого, как писателя, заключается в том, что он является создателем общерусской художественной прозы в пределах Карпатской Руси. В своей замечательной автобиографии (составленной для труда Ф.Ф. Аристова Карпато-русские писатели и впервые появляющейся в настоящем изследовании), В.Д. Залозецкий выступает, как глубокий мыслитель, не только художественно излагающей свою жизнь и деятельность, но и философски освещающий новые проблемы Руси, Славии и Евразии в их взаимоотношениях с Западом и Востоком. Эти Заветные мысли (так называется автобиография) во многом являются пророческими и производят сильнейшее, неизгладимое впечатление. Судьба В.Д. Залозецкого - счастливая судьба: при жизни он пользовался всеобщим почтением, как писатель-художник, после смерти - он увековечил свое имя, как мыслитель-философ. Самым выдающимся публицистом Карпатской Руси является Осип Андреевич Мончаловский (1858-1906), неутомимый труженик на поприще русской литературы, издававши журналы: Страхопуд и Беседу и принимавший видное участие в газете Галичанин и Литературном Сборнике Галицко-Русской Матицы, а также работавший во всех крупных львовских русско-народных организациях. Являясь учеником, другом и почитателем незабвенного Просветителя Галицкой Руси, О.A. Мончаловский написал о нем лучшую до сих пор книгу - Житье и деятельность Ивана Наумовича, ему же принадлежат такие прекрасные научно-литературные работы, на которых воспиталось целое поколение галицко-русской интеллигенции, как: Литературное и политическое украйнофильство (1898г.). Живые вопросы (1900), Краткая грамматика русского языка (1902), Петр Великий в Галицкой Руси (1903), Святая Русь (1903), Участие малороссов в общерусской литературе (1904), Главные основы русской народности (1904) и др. Наконец, уже после смерти автора был издан в Москве (в Библиотеке карпато-русских писателей под редакцией Ф.Ф. Аристова) его очерк - Положение и нужды Галицкой Руси, не пропущенный в свое время (1903) австрийской цензурой, дающий сжатый, но всесторонний обзор экономического, политического, национально-культурного и религиозного развития Галицкой Руси, этой забытой части Русской Земли, о которой должна по горячему упованию автора, вспомнить, наконец великая и братская Россия, уже освободившая единоверных и единокровных южных славян...(Все права на печатание сочинений О.А. Мончаловского принадлежат Ф.Ф. Аристову, подготовляющему их полное, научно-критическое издание, с обширной вводной статьей и комментариями к каждому отдельному очерку). Прямыми учениками и последователями являются Д.H. Вергун, Ю.А. Яворский и M.Ф. Глушкевич, представляющие собой новую - галицко-русскую троицу (подобно старой – тройце - 1830-х годов, в лице Я.Ф. Головацкого, M.С. Шашкевича и И.H. Вагилевича, составителей и издателей литературного сборника Русалка Днестровая). Дмитрий Николаевич Вергун (род., в 1871 году) - известен прежде всего, как талантливый поэт, безукоризненно владеющий общерусским языком; его сборник стихов Червонно-русские отзвуки, проникнутый национально-славянской идеей, выдержал три издания (первый два вышли во Львове, последнее в Америке); Д.H. Вергун прославился также, как выдающийся публицист и редактор-издатель двухнедельного журнала Славянский Век, который выходил в течении четырех лет (1900-1904) в Вене и сыграл историческую роль в деле распространения русского языка среди южных и западных славян, получившего значение действительно общеславянского органа; как ученый, проф. Д.H. Вергун вдумчиво осветил в своей книге Немецкий Drang nach Osten в цифрах и фактах - наступательно-борительную политику пангерманизма на территории всей Славии; мысли автора, казавшиеся многим космополитизмом в России (где книга была даже запрещена) - лишь теоретическими предположениями полностью оправдались на практике в момент мировой войны России и Запада против Германии. Блестящим образцом литературной критики проф. Д.H. Вергуна, является его очерк - Евгений Андреевич Фенцик и его место в русской литературе. Юлиан Андреевич Яворский (род. в 1873 году) в настоящее время самый крупный карпато-русский ученый изследователь, посвящающий главное свое внимание древне-русской письменности и народной словесности, а также - отчасти жизни и творчеству отдельных писателей Карпатской Руси. Одновременно с научной работой, проф. Ю.A. Яворский занимается и художественным творчеством в качестве поэта, критика и беллетриста. Все научные и литературные работы Ю.А. Яворского отличаются образцовой точностью и редким изяществом изложения; являясь убежденным поборником идеи общерусского и всеславянского значения русского языка, автор посвятил этому вопросу прекрасный этюд Русский язык, представляющий стихотворение в прозе, в котором счастливо сочеталось научное обоснование вопроса с изяществом художественного творчества. Maриан Феофилович Глушкевич (род. в 1878 году) - самый выдающийся лирический поэт Карпатской Руси, издавший три сборника своих стихов и отпраздновавший в 1929 году 30 летний юбилей литературной деятельности (В настоящее время Ф.Ф. Аристов подготовляет к печати полное собрание стихотворений M.Ф. Глушкевича с автобиографией поэта и опубликованием еще нигде неизданных его стихов, написанных за последнее десятилетие). Несколько особняком стоит Николай Павлович Глебовицкий (1876-1918), даровитый галицко-русский беллетрист, издавший два тома разсказов (Львов, 1905-1906гг.), в которых изображается народный быт, а также жизнь городского общества. Произведения H.П. Глебовицкого отличаются прекрасным общерусским языком, за права гражданства которого писатель неуклонно боролся и в качестве депутата Венского парламента. Из публицистических работ H.П. Глебовицкого обратила на себя внимание, не только в Карпатороссии, но и в России, его юбилейная статья (1909г.) - Н.В. Гоголь и национально-культурное единство, которую автор закончил следующими словами, представляющими национальное – верую - всех поборников общерусского единства: В минуты душевных мук, в минуты сомнения, являлся для Тургенева опорой могучий и прекрасный русский язык, данный только великому народу. В минуты испытаний, в минуты сомнений, в годину тяжелых преследований, горечи и мук да будет для нас опорой великий сын Малороссии Гоголь, вечно живое доказательство неоспоримой истины: национально культурного единства всех ветвей одного русского народа! Семен Юрьевич Бендасюк (род. 1877г.), общественный деятель и видный журналист, главный обвиненный в львовском политическом процессе, накануне всемирной войны, составил себе имя не только в пределах Прикарпатья, но и в России, замечательными фельетонами и очерками: Многострадалица (1904), Сверхсчетный кандидат (1907), в особенности же - Грамматикой русского литер. языка для галичан (1909). Состоя секретарем О-ва им. Михаила Качковского, С.Ю. Бендасюк взял на себя задачу, ознакомлять галицкие народные массы с богатой словесностью русского народа; в 1908 году он составил 4 книжки с биографиями писателей: Л.H. Толстого, H.В. Гоголя, А.В. Кольцова и И.С. Никитина. Статьи за последнее время: Осип Андреевич Мончаловский (1929) и Учено-литературное общество Галицко-русская Матица (1930) обнаруживают в авторе хорошее знание изображаемого им прошлого. Василий Романович Ваврик (род. в 1889г.) очень много работает в послевоенное время на поприще общерусской литературы в Галицкой Руси. Он является одновременно поэтом и литературным историком, а также деятельным редактором Временника и Сборника Галицко-Русской Матицы, возродившегося благодаря его трудам и неутомимым заботам. В.P. Ваврик выпустил монографию об Я.Ф. Головацком, И.Г. Наумовиче и хорошие очерки о Б.A. Дедицком и И.И. Шараневиче, написал очень интересную статью - Галицко-русская литература Слова о полку Игореве и много других. В Буковинской Руси, всегда в общем идущей позади Галичины и Подкарпатья в отношении развития художественного творчества, в годы перед мировой войной была значительно представлена русская наука благодаря существованию Черновецкого университета. Из ученых должны быть названы профессора: Емельян Иеронимович Калужняцкий (1845-1914), лучший знаток вопроса о русском влиянии на румынскую письменность и автор множества трудов по славяноведению; Владимир M. Мильнович, написавший историческое изследование Восточная Европа, изданное по немецки (в Истории человечества Гельмольта) и переведенное на русский язык; по широте охвата темы и оригинальности мысли такой работы не было написано даже в России; Евгений Аксентьевич Козак, специалист по словянской философии и в частности по изучению надписей. После мировой войны Галичина и Буковина очутились в самых тяжелых условиях иноземной власти, препятствующей свободному развитию русской художественной и научной литературы. Только в пределах автономной Подкарпатской Руси наблюдается рост русской культуры. Центром общерусского национально-культурного развития является Общество имени А.В. Духновича, возглавляемое его дожизненным председателем E.И. Сабовым. Евмений Иванович Сабов (род. в 1859 году), заслуженный народный деятель, литературный изследователь, критик, публицист Подкарпатской Руси; книга E.И. Сабова - Хрестоматия церковно-славянских и угро-русских литературных памятников (Ужгород, 1893г.) сыграла историческую роль и на ней воспиталось целое поколение Русского Подкарпатья в любви к своей родине, могущей успешно развиваться только на основе общерусского языка, литературы и культуры. Эта замечательная книга, благодаря которой и ученые России имели возможность знакомиться с литературным развитием Подкарпатской Руси, должна быть переиздана, конечно, с дополнениями, в соответствии с новыми данными науки. Под общей редакцией E.И. Сабова вышла строго-научная Грамматика русского языка, сразу стяжавшая себе общественное признание, несмотря на противодействие официальных сфер, стремящихся искусственно оградить население Подкарпатской Руси от естественного развития на основе общерусской культуры. Наконец E.И. Сабов является душою, основателем и главным редактором прекрасного научно-литературного журнала Карпатский Свет, издаваемого Обществом имени А.В. Духновича в стольном граде Ужгороде. Маститый Евмений Иванович Сабов, своей плодотворной деятельностью, непоколебимостью русских убеждений и красотою духовного облика стяжал себе всеобщее уважение не только у себя на родине, но и далеко за ее пределами - в России, Европе и Америке, о чем неопровержимо свидетельствует празднование 70-летия со дня рождения, когда Евмения Ивановича чествовали не только как научно-литературного деятеля, но и национального вождя. Сотни приветственных телеграмм с различных концов мира, пять тысяч собравшихся на юбилейном чествовании, целый ряд статей крупных ученых, посвященных E.И. Сабову - все это редкое и весьма трогательное явление для деятеля такой страны, которая насчитывает всего полмиллиона русского населения (Часть юбилейных материалов опубликована в книге А.В. Попова - Евмений Иванович Сабов. Критико-биографический очерк жизни и деятельности, изданный ко дню 70 летнего юбилея писателя, критика и публициста, издание Русского культурно-просветительного Общества имени А.В. Духновича, Ужгород, 1929г., 43с., с 3 портретами юбиляра и факсимиле его письма). По присущей скромности, сам виновник торжества не явился на всенародное чествование, а прислал благодарственное письмо. Этот культурный праздник знаменателен в том отношении, что свидетельствует о признании глубоко принципиального характера всей деятельности Евмения Ивановича Сабова, который и в мрачные годы мадьярского ига и в послевоенную эпоху чешского господства неустанно проповедывал непреложную истину: Угорская, а ныне Подкарпатская Русь, устоит на неравной борьбе с соседями лишь при сознании, что она лишь часть обширного русского народа, язык, литература и культура которого являются родными и единственными для всех карпатороссов. Эта идея общерусского национально культурного единства воодушевляет и лучших деятелей современной автономной, Подкарпатской Руси. Прежде всего должны быть названы молодые поэты: Андрей Васильевич Карабелеш (род. в 1906 году), автор двух сборников Избранные стихотворения (издание Общества имени А.В. Духновича. Ужгород 1928г.) и В лучах разсвета (Ужгород, 1929г., 335с.; в этой книге напечатаны 230 стихотворений, а также портрет автора и критико-биографический очерк) и Михаил Степанович Попович (род. в. 1908г.) выпустивший книжку Первые стихи (издание Общества карпаторусских студентов Возрождение, Прага, 1928г., 36с.; в этом сборнике - 32 стихотворения). Оба поэта начали изучать русский литературный язык только после окончания мировой войны, когда Подкарпатская Русь сбросила оковы мертвящей мадьяризации. Оба они вместе учились в гимназии, где их знакомил с богатейшей русской литературой их профессор, наставник и руководитель - А.В. Попов. Оба поэта связаны взаимной дружбой и единством национальной идеологии. Но творчество каждого из них имеет также и своеобразные черты: А.В. Карабелеш - лирик чистой воды, влюбленный в природу, среди которой вырос, преклоняющийся перед всемогуществом высшей Силы, управляющей миром, глубоко верующий поэт, посвятивший себя духовному званию; M.С. Попович любит не только описывать, но и философски размышлять и, помимо стихов посвящает свое дарование художественному роману, давая картину жизни родного народа, и ради этнографической ценности - впечатления, включая в русскую литературную речь местные говоры. В противоположность всей карпато-русской интеллигенции, вышедший из духовной среды, M.С. Попович - почти единственный писатель светского звания, избравший юридическое образование. Если А.В. Карабелеша черезчур строгая критика может упрекнуть в том, что больше уделяет времени изданию своих стихов, чем их художественному созданию, осознанию и разработке, то, наоборот, M.С. Попович - много пишет и мало печатает. В качестве поэта, беллетриста и литературного критика известен Павел Степанович Федор, издавший такие полезные работы, как Краткий очерк деятельности А.И. Добрянского (1926г.) и Очерки карпаторусской литературы (1929г.); было бы желательно, чтобы автор выпустил и свои стихи отдельным сборником. Племянник известного E.А. Фенцика - Степан Андреевич Фенцик много работает, как секретарь центрального правления Общества имени А.В. Духновича, редактор его календарей и журнала Карпатский Свет, вокруг которого сгруппирован ряд крупных научно-литературных сил. Кроме того, д-р С.А. Фенцик напечатал: два сборника народных песен Подкарпатской Руси (Прага, 1921 и 1922г.), Наш национальный гимн (1926г.), Галиция (1928г.) и История музыки и народные песни; наконец, он подготовляет издание собрания сочинений своего дяди - Евгения Андреевича Фенцика, которому народ воздвиг памятник в Ужгороде и теперь очередь за выпуском в свет его литературных трудов. В области литературоведения и историографии Подкарпатской Руси трудятся следующие лица (о которых упоминаем лишь в самых кратких словах, так как не имеем более подробных сведений): д-р Юлий Н. Гаджега (его работы: История Общества св. Василия Великого; Общество имени А.В. Духновича и русские женщины; Краткий обзор научной деятельности Юрия Ивановича Венелина; История Ужгородской Богословской семинарии; и Два исторических вопроса); Ириней M. Кондротович (К истории стародавнего Ужгорода и Подкарпатской Руси); д-р И. Каминский, (Национальное самосознание нашего народа и др.); д-р Николай А. Бескид (Поэзия Попрадова - заключает полное собрание стихотворений поэта, и монография, Ю.И. Ставровский-Попрадов. Страничка из истории угро-русского возрождения, Львов, 1922г.); д-р Евгений Л. Недзельский (Из чешской лирики - историко-литературный обзор и более 50 образцов в переводе автора книги). Наконец необходимо указать на заслуги Александра Васильевича Попова - педагога, журналиста, автора разсказов из народной жизни и литературного изследователя. Поэты А.В. Карабелеш и M.С. Попович - ученики А.В. Попова; он же являлся редактором-издателем прекрасного журнала Карпатский Край - этого прямого предшественника современного Карпатского Света; разсказы из народной жизни собраны в его сборнике В Кар-патах; А.В. Попов любовно и вдумчиво изложил жизнь к творчество многих карпато-русских писателей; таковы его живо и талантливо составленный работы: Биография Юлия Ивановича Ставровского-Попрадова (Мукачево, 1925г.), А.И. Добрянский, его жизнь и деятельность (Мукачево, 1928г.), Иван Антонович Сильвай и Иван Иванович Раковский (Мукачево, 1929г.), Александр Васильевич Духнович (Мукачево, 1929г.) и Евмений Иванович Сабов (Ужгород, 1929г.). В Подкарпатской Руси литературное развитие, на основе общерусской культуры, совершается успешно, но чувствуется недостаток Ужгородского университета, который бы дал научно-подготовительных изследователей в различных областях карпатоведения. Зато в Буковинской Руси, захваченной румынами, русское культурное движение разгромлено, а в Галицкой Руси, находящейся под польской властью, оно проявляет лишь слабые признаки развития. Но нельзя убить культуру великого 125-миллионного народа. Искусственные преграды могут лишь затормозить культурное развитие, которое после временного упадка, снова воспрянет в прежней силе. Жизнь есть борьба. И такую, порой неравную, но упорную, поистине героическую борьбу вели карпато-русские писатели, неизменно веря в торжество национальной идеи над чужою, иноземною силою. Поэтому жизнь и творчество писателей Карпатороссии имеют такое воспитательное значение для русских читателей их ближайшей родины и поучительны для всей необъятной России, ибо эти мирные деятели литературы и науки и являются светочами общерусской национальной культуры Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930, 26с. http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_465.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_719.htm

Ять: Иван Емельянович Левицкий Галицко-русская библиография XIX столетия с увзгляднением русских изданий появившихся в Угорщине и Буковине 1801-1886, составил Иван Ем. Левицкий. Том I, Хронологический список публикаций (1801-1860), Львов, 1888 ...Во всяком культурном начинании важна преемственность идей и работы, как непрерывность звеньев в общей цепи развитая национального самосознания и творческого труда. Выпуская в свет нашу Карпато-русскую библиографию, считаем своим нравственным долгом вспомнить об огромных заслугах Ивана Емельяновича Левицкого, составителя и издателя знаменитой Галицко-русской библиографии, доведенной им до 1894 года и продолженной нами, в отношении жизни и творчества карпато-русских писателей, за последующие 20 лет (1894-1914гг.). Этому труду он посвятил целую жизнь и отдал все свои силы; его труд - не только образец замечательного научного достижения, но и пример великого личного подвига. В знак глубокого преклонения перед исполинскими заслугами покойного И.E. Левицкого в области карпато-русского книговедения, мы посвящаем его светлой памяти настоящий свой труд. Ф.Ф. Аристов. Карпаторусская библиография. Львов, 1930, 26с. http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_465.htm Иван Емельянович Левицкий (1850-1913) Замечательный библиограф, автор громадного труда п.з. Галицко-русская библиография (1888), которому он посвятил всю жизнь. Кроме того у него несколько критических очерков: Прикарпатская Русь в 19-ом веке(1899), Северин Шухевич (1880), Повести и рассказы Иеронима Анонима (1887). Иван Левицкий писал также исторические повести, как: Поражение татар под Шартыновом, Дмитрий Детко, Под Зборовом. Литература: Ф.Ф. Аристов. И.Е. Левицкий (1930) В.Р. Ваврик Краткий очерк галицко-русской письменности. Лувен, 1973. 80с. http://www.ukrstor.com/ukrstor/vavrik-galruspismennost.html http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm Третий отмечаемый нами труд мы также уже многократно цитировали. Это фундаментальная библиография всех галицко-русских изданий с 1800 по 1886 годы. Ее составитель, замечательный библиограф Иван Емельянович Левицкий (1850-1913), не только приводит в ней книги, названия журналов, газет, но и журнальные статьи, важнейшие статьи из газет, часто сопровождает отмечаемую публикацию исторической ссылкой, раскрывает псевдонимы, приводит многочисленные указатели - это труд всей жизни библиографа, писателя и критика…в которой собраны сведения о всех галицких изданиях, в том числе периодических, с указанием помещенных в них материалов Н.М. Пашаева. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва 2001 (Настоящий краткий обзор составлен нами преимущественно по библиографии И.Е. Левицкого. Просмотр фондов московских библиотек, к сожалению, показал, что очень многие галицко-русские издания в Москве отсутствуют. Это еще раз подтверждает наше наблюдение, что русское передовое общество, члены которого оставили нам замечательные собрания нынешних библиотек, относительно мало интересовались судьбами русских галичан) http://ukrstor.com/ukrstor/paszaeva_oczerk.html http://www.twirpx.com/file/240368/ 4.4Мб Иван Ем. Левицкий. Галицко-Руская Библiографiя XIX-го столЪтiя. Том I, 1801-1860 28.6Мб 162с. Иван Ем. Левицкий. Галицко-Руская Библiографiя XIX-го столЪтiя. Том II, 1861-1886 120Мб 738с. Иван Ем. Левицкий. Украiнська Бiблiографiя Австро-Угорщини за роки 1887-1900, Том 1, 1887-1889 11.1Мб 290с. Львов. 1909 Иван Ем. Левицкий. Украiнська Бiблiографiя Австро-Угорщини за роки 1887-1900, Том 2, 1890-1891 7.7Мб 262с. Львов 1910 Иван Ем. Левицкий. Украiнська Бiблiографiя Австро-Угорщини за роки 1887-1900, Том 3, 1892-1893 7.9Мб 290с. Львов 1911 http://www.ex.ua/1265577 Иван Емельянович Левицкий http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_466.htm

Ять: В последних десятках лет текущего века розвилась национальная жизнь между всеми племенами, населяющими австро-венгерскую империю. У нас, в Галичине, уже в 1820-х гг., дряхлый псевдо-клясицизм, давивший свободу духа и царивший через долгии времена не только в восточно-северной и центральной Европе, но также и на далеком - блеском цивилизации сияющем ныне Западе, начал уступати место новым идеям и понятиям, породившим новую жизнь. Настала эпоха романтизма, эпоха имевшая в себе по крайней мере ту позитивную сторону, що вызвала национальную жизнь, так як в романтизме начали чем раз яснейше проявлятись контуры национализма, венчавшогося впоследствии совершенною его победою. И Галицкая Русь не остала далеко по-заду от тех общих культурных стремлений. Хотя, правду сказавши, в галицко-руской литературе XIX-го века, особенно в до-конституцийной ея эпохе (1801-1860гг.), нет периодов, як литературах других народов, то все таки, в 1830-х гг., под влияние главно польского романтизма и демократизма проявились у нас впервый раз слабыи проблески новой жизни, стремившии вызвати на почве романтизма новыи идеалы, которыи призвали бы Галицкую Русь к национальной жизни. Реакция взяла однако вскоре верх и придавила в очах правительства и руского духовного начальства опасное для державы новое литературное направление, считаючи его революционным. Последствия реакцийной победы были весьма губительны не только для Галицкой, но вообще и для Буковинской и Венгерской Руси. Памятный 1848-ый год встретил Австрийскую Русь без соответственной национальной подготовки и потому, в первом ряде, Галицкая Русь, сыграла в период 1848-1860гг. очень сумную роль. Не имеючи за собою почти ниякой национальной жизни, ни преданий прежней своей славы, ни тех высоких идеалов, которыи призывают к жизни народных героев и гениев, попала - в литературном, отношении - главно на путь переводов и подражаний, чуждых характеру и духу руского народа в ширшем его значении; в политическом же отношении: - действовала без высшего национального сознания и была в руках австрийских государственных людей только пионом на шах-мате. Не смотрячи на тот общий характер галицко-руской литературы в ея доконституцийном периоде, пионеры руской мысли на Прикарпатье, поощрены примером других, на высшей степени культуры стоящих словенских племен, потрудились однако не мало для вызова национального духа среди своих соотечественников. Если же их усилия не увенчались большими успехами, то единственно потому, що они, не отличаючись ни политическою зрелостью, ни национальною далековидностью, идентификовали политико-национальное движение с умственным, и вследствие сего начертали для руской словесности в Галичине ея тесныи политическии пределы. Не удивляйтесь тому! Силою неумолимых исторических событий, Прикарпатская Русь, через пять столетий, отлучена от своего национального корня и умственного центра, лишилась в неравной нескольковековой борьбе двух слоев своего общества, именно: дворянского и мещанского, тех главных двигателей политико-национальной и умственной жизни. Не хватило после на Прикарпатской Руси факторов, которыи постояли бы за заветныи права своего народа. Даже сельское духовенство, составлявшее в первых десятках лет текущого века почти единственно галицко-рускую иителигенцию, в одной части, под напором иностранной культуры, было уже также отчуждено от своего меньшого, темного брата; лучшая же его часть, дорожащая скудною спадщиною своих предков, спасла жизнь галицко-руского народа для дальших поколений. Их заслуга большого значения, особенно, если обратится внимание на то обстоятельство, що они, кроме задатков руского областного и церковно-словенского слова, прибретенного ими при первоначальном обучении в родительском доме, до 1848г. не обучались в школах ни рускому языку, ни руской литературе, а мимо то приходилося им после боротись с розничными стихиями не только за руский язык, но также и за рускую букву, боротись с отчаянием - за природныи и историческии права своего народа. Потому неудивительно, що галицко-рускии публикации до-конституцийного периода носят на себе главно печать областного национального достоинства, в которых проявляется пламенная любовь к всему, що родное, любовь - высказанная по понятиям и обстоятельствам тогдашняго времени. Правда, умственный плоды галицко-руских труженников, действовавших в до-конституцийном периоде не выдержат критики из точки зрения нынешного национального прогреса, но, все таки, они были толчком к дальшему их культурному розвитию. Простый затем пиетизм приказует передати позднейшим поколениям имена и труды тех первых галицко-руских пионеров, потрудившихся в незавидных обстоятельствах в пользу своего теснейшого отечества. Задачею же науки должно быти: путем критического анализа изучати исторический ход розвития так национального сознания як и умственного движения Галицкой Руси, оценяючи вместе по заслугам умственныи произведения ея первых труженников. Сознаючи затем важность той задачи, потрудился я через один полный десяток лет над собранием относительных материялов и в прошлом году приступил к изданию Галицко-руской Библиографии XIX-го столетия (1801-1886), принятой весьма симпатично краевою и заграничною печатью. Теперь же окончил я печатание первого ея тома, который содержит в себе хронологический список публикаций до-конституцийного периода (1801-1860). Нет сомнения, що Библиография есть почти единственным источником для истории умственного розвития каждого народа и вообще культуры; она указует все фазы, через которыи переходил народ, стремлячи до своего образования, як также - есть она тем верным зеркалом, в котором олицетворяется вся умственная жизненность народа... Иван Емельянович Левицкий. Галицко-русская библиография XIX столетия с увзгляднением русских изданий появившихся в Угорщине и Буковине 1801-1886. Том I. Введение. Львов, 1888 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_466.htm

Ять: …я решился издати в полнейшем виде Галицко-рускую Библиографию XIX-го столетия,…придерживаючись принципа, що в галицко-рускую Библиографию должны войти: I. Все публикации напечатаныи в Австро-Венгрии на руском языце, так кирилловскими и гражданскими, як также латинскими письменами, без взгляда на народность авторов; II. Все сочинения, появившиеся печатью, так в Австро-Венгрии, як и заграницею, на языках: польском, немецком, латинском и других, которых авторами суть галицко-рускии уроженцы. Исполнение задачи по принятым мною принципам было не легкое, так як на Австрийской Руси не существует ни одна библиотека, в которой находилась бы колекция, хотя бы важнейших, галицко-руских публикаций. Даже в устроеваемой библиотеце Народного Дома, в которой находится книг, брошюр и летущих листков, сверх н-ров 2000, напечатанных уроженцами Австрийской Руси, недостает ей еще много до комплекта. Следовало затем пересматривати, кроме публичных и частных библиотек, также розличныи записки, ценники и каталоги книжных магазинов, архивы и деловодчии книги типографий, щобы, по найденным следам, отискати после и самую публикацию. Список публикаций, войшовших в состав Галицко-руской Библюграфии, по упомянутому принципу, есть верною копиею заглавных листов относительных сочинений, репродукованных на том самом языце и тем родом письмен, на яком напечатан подлинник. Сверх того, добавляю при меньше известных или важнейших публикациях некоторыи подробнейшии данныи, или указую, где можна близше поинформоватись об относительной публикации. Задумавши подати, що так скажу, графичное представление розвития галицко-руской печати, я принял в Библиографии хронологический порядок, который указует через якии фазы переходило розвитие галицко-руской словесности и як в поодиноких годах усилилось наше национальное самосознание. Во виду, що найбогатший материял для галицко-руской словесности, почти вся изящная и научная литература, находится главно в периодических изданиях, як: газетах, журналах, альманах, сборниках, календарях, считал я удобным, наводячи заглавия относительных периодических изданий, навести также в поазбучном порядку и по категориям предметов все внимания достойны статьи. Труд был то не легкий, однако я исполнил свою задачу совестно. Поставивши себе в принцип, Галицко-рускую Библиографию XIX-го века сделати информацийного и практичною книгою для каждого, кто занимается изучением культурного движения Галицкой Руси, я напечатал, при конце хронологического списка публикаций, по-азбучный Указатель, составленный по предметам и именам авторов, открываючи в значительнейшей части псевдонимы и криптонимы галицко-руских писателей, мало кому ныне уже известны. На основании главных черт, якии носят на себе галицко-руские публикации, розделил я целый собранный мною библиографический материял на два отдельных периоды, именно: на до-конституцийный (1801-1860 - всех сочинений 1362), составляющий I-ый том Галицко-руской Библиографии XIX-го века, и конституцийный (1861-1886 - всех сочинений 3343), яко II-ый том. За сим последуют в отдельном издании Биографии лиц, действовавших в XIX-м столетии на Австрийской Руси. Таким образом почтится память численных труженников, посвятивших свои силы по понятиям и обстоятельствам своего времени в пользу родного края. Пояснивши вкратце цель издания Галицко-руской Библиографии ХIХ-го века, думаю, що не будет безинтересным посмотрети на статистические результаты культурного движения Галицкой Руси в ее до-конституционом периоде. С большим трудом успел я составити для той цели следующие табели: I. Перечень публикаций по годам и десятилетиям; II. Перечень публикаций по местам печати; III. Перечень руских публикаций, напечатанных кирилловскими, гражданскими и латинскими письменами; IV. Перечень публикаций по отрослям наук; V. Перечень публикаций относительно объема. ...В до-конституцийном периоде (1801-1860) появилось всех сочинений 1352, а именно: 1224 (91%) в виде отдельных изданий т.е. книг, брошюр и летущих листков и 128 (9%) в виде статей, напечатанных в иностранных газетах, журналах и сборниках. Из отдельно изданных публикаций напечатаны на языках: руском 917 (75%) сочинений, польском 117 (9%), немецком 74(6%), латинском 113 (9%), чешском, французском и мадьяском по 1…Значительнейшее число отдельно изданных публикаций появилось печатью в Галичине, именно 935 (76%), т.е. во Львове 715 (58%), в провинциальных галицких типографиях 220 (18%). Напечатанных по-за пределами Галичины публикации есть 247 (20%). Появились они: в Буковине 13 (1%), в Венгрии 53 (4%), в прочих австрийских краях, главно в Ведни, 104 (13%), в Poccии 15 (1%), в Германии и Италии по 1… В якой прогрессии - будь увеличивалось, будь уменьшалось национально-культурное движение в поодиноких годах, указует следующая табеля: …Найбольшее число публикаций было изданных в 1848г., именно 156, за сим следуют: ...Для верной оценки умственного розвития Галицкой Руси, особенно поучительно есть следующая, по десятилетиям, составлена табеля, в которой олицетворяется всего лучше движение галицко-руской печати. Вот десятилетии результаты упомянутого движения: Иван Емельянович Левицкий. Галицко-русская библиография XIX столетия с увзгляднением русских изданий появившихся в Угорщине и Буковине 1801-1886. Том I. Введение. Львов, 1888 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_466.htm

Ять: Венок русинам на обжинки (т.е. окончание жатвы) 1846 311. Венок Русинам на обжинки уплел Иван Б.Ф. Головацкий. Часть первая, к пользе и вспоможению Галицких селян через поводень второчну подупалых. У Ведни, черенками оо. Мехитаристов, 1846, 16°, с.215 Материялы для Венка собрал Яков Головацкий (См. Литературный Сборник, Львов, 1885, выпуск I, с.38) и сборник сей напечатанный на средства, получени Иваном Головацким от италиянского князя Люкки, которому посвятил 1-у часть сего альманаха. Князь Люкка, инфант Бурбонский, коли-то кандидат на греческий престол, любил славянске Богослуженье и у него в 18З0-х роках придворным капеляном был Михаил Лучкай, звестный перший издатель русских проповедей в Австро-Угорщнне (см. под н-ром 96). - Часть II. Венка - появилася в 1847р. (см. под н-ром 327). Первая часть сего альманаха содержит в собе Приговор читателям (с.7-10), а оттак следуючи статьи: I. Поезии: Головацкий Иван. Що же! безсилен задумав я пети, с.1-4 Яков. Переводы из сербских народных песен, числом 23, именно: Асан - Агяниця. Далматинская песня, с.197-201 Вовчарь та девчина, с.166-167 Выхованье, с.173-174 Дамьян и его любка, с.185 Донька розумнейша, с.177 Девочий суд, с.184 Девчина молодцям вслугуе, с.175 Зависть, с.188-193 Заручена с Воеводою Степаном, с.170-171 Згадка, с.182 Знаки чемнои девчины, с.172 Котра ненька не послухае, с.178-180 Не ма, гаразду с вдовицею, с.169 Нещасна, с. 180 Оден милый та и то далеко, с.108 Попови, с.202-203 Рада милей, с.181 Смерть милых, с.196 Три тузе, с.194-195 Уловлена, с.186 Шкода час марковати, с.183 Школярови, с.204 Що кому до уподобы, с.176 Шашкевич Маркиян (Больша половина его поезий, ввойшовших в I-у часть Венка перепечатана из альманаха Русалка Днестровая, Буда, 1837). Бандурист. Урывок из песнотворца Перекинчик Бисурмансий, с.73-77 Весневка, с.95-96 До***, с.80 До милои, с.101 Днестровянка, с.97 Дума, с.69-72 Думка, с.98 Девчина а рыба, из сербского, с.111 Девчина до рожа. Из сербского, с.112 Девчина лице мыюча. Из сербского, с.114 Зазуля. Из короледворской рукописи, с.109 Згадка, с.82-86 Катиця. Из короледворской рукописи, с.106 Лиха доля, с.101-103 Лишена. Из короледворской рукописи, с.110 Нещасный, с.78-79 Олень. Из короледворской рукописи, с.106-107 Побратимови, посылаючи ему песни Украиски, с.69-72 Погоня, с.87-90 Подлисье, с.99-100 Пуста девчина. Из сербского, с.113 Рожа. Из краледворской рукописи, с.108 Розпука, с.91 Сумрак нечерный, с.81 Туга за милою, с.92-94 II. Оповеданья Шашкевич Маркиян. Олена. Казка (Перепечатано из альманаха Русалка Днестровая, Буда, 1837), с.115-128 III. История Данилович Игнатий. Старина литовско-руского законодательства, сочин., с.131-150 Добрянский Антоний. Крещеное Руси, сочинен., с.13-46 IV. Биография Головацкий Яков Ф. Память Маркияну Р. Шашкевичу, сочинен., с.49-66 V. Научни росправы Головацкий Яков. Народнии сербскии песни сочинен,и переведен., с.153-166 (а взглядно с.153-204) 1847 327. Венок Русинам на обжинки уплел Иван Б.Ф. Головацкий. Часть вторая. У Ведни, черенками оо. Мехитаристов, 1847, 16°, с.XII+396 Вторая часть Венка посвячена Иосифу Раячичу - славено-сербского и волошского народа митрополиту. Сербский патриарх принял дедикацию и прислал издателю 500 гульд. гонорара на подержки печати (см. Литературный Сборник, Львов, 1885, выпуск I, с.39). Первая часть Венка появилась в 1846 р. (см. под н-ром 311). Часть II. Содержит в собе Предисловие (с.III—VIII] и следующие статьи: I. Могильницкий Ант. Слово о повинностях подданых (перед прочими чина священического) ко Царю и Отечеству, голошене перед достойными Настоятелями и честными Гостями, до питомцев греч. кат. Семинарии у Львове дня 9. Листопадня 1839 года…с.1-33 II. Поезии: Вагилевич И.Д. Жулин и Калина. Казка (перепечатано из Русалки Днестровой, сторона 79-88), с.91-102 Мадей (перепечатана из Русалки Днестровой, с.72-76), с.103-108 Головацкий Яков. Весна, с.109-112 Два веночки, с.117-118 Над Прутом, с.121-122 Речка, с.119-120 Туга за родиною, с.113-116 Данкевнч Лука. Беседа о горелце (диялог), с.45—51 Должник жидовский, с.52-54 Шатана жада, с.55-61 И...(ван Головацкий) До Кл..Ол.., с.229 До Ф.И. П…, с.130 Побратимови И.T.., с.131 Семая на чужине весна, сторона 230—239 Торжество. Сон, с.216—228 Три думки посвящении Молодым Новоженцям дня 29. Жолтня 1845 венчаным, с.207-215 Лужецкий Антоний. Голос Вдовице до згаслого Друга, с.40-41 Плачь Вдовици, с.36-39 Песня на честь Его Велич. Милостив. Государя Фердинанда Первого, Кесаря Австрии, Короля Галичины и прч. и прч. (Segen Oeeterreiche Ноhem Sohne) перевел из немецкого, с.34-35 Могильницкий Ан. Згадка старины, с.42-44 Но пробачте, що так смело (помещено в тексте Слова о повинностях, см. статью наведену под I), с.23-26 Скоморовский К. Птице-послы, с.62-64 Устиянович Н. Гей-Гей! милый Боже! с.128-129 Наднестрянка, с.126-127 Осень, с.123-124 Побратимови в день именин Его, с.125 III. Оповеданья и казки Балагур Яцько. Байка и небылице, с.393-396 Добри дети венец. Можебылиця, с.338-345 Казки за Жидов (числом 6), с.346-362 Казки за ЦыганОв (числом 8), с.363-376 Приказочки (числом 15), с.377-392 Головацкий Я. Казки. Из салдатских досугов Владимира Даля-Луганского перевел...У тебе самого в свой розум, с.317-320 Шило в мешку, а грех на совести не утаишь, с.320-331 Темяк Мих. Бог знав, чим человека карати мае. Казка народная, с.332-337 IV. Народнии звычаи, поверья и загадки Балагур Яцько. Вороженье у Русинов, с.262-272 Головацкий Я. Подел часу у Русинов, с.240-254 Слова витанья, благословенства, чемности и обычайности у Русинов, с.255-261 И...(ван Головацкий). Загадки рускии (галицкии, украински, сербскии). с.273-314 V. Историчии статьи Маркевич Ник. Леточислительный спис державцев Малоросии (Перевод зделаный Я. Головацким из Истории Малоросии Николая Маркевича. Москва. 1843, Том V. с.127 и след., с добавленьем колькох заметок из стороны переводчика), с.65-90 Я…(ков Головацкий). Велика Хорватия або Галичско-Карпатская Русь, с.133-206 Иван Емельянович Левицкий. Галицко-русская библиография XIX столетия с увзгляднением русских изданий появившихся в Угорщине и Буковине 1801-1886. Том I. Введение. Львов, 1888, с.26,28 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_466.htm Иван Ем. Левицкий. Галицко-Руская Библiографiя XIX-го столЪтiя. Том I, 1801-1860 28.6Мб 162с. Иван Ем. Левицкий. Галицко-Руская Библiографiя XIX-го столЪтiя. Том II, 1861-1886 120Мб 738с. http://www.ex.ua/1265577 Венок русинам на обжинки (т.е. окончание жатвы) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_467.htm

Ять: Венок русинам на обжинки (т.е. окончание жатвы) А тем временем традиции запрещенных цензурой Русалки Днестровской и Зари продолжили упорядоченный братьями Головацкими литературный альманах Венок русинам на обжинки (издан в Вене, 1845-1847 годах, т. 1-2), который, поместил поэтические произведения М. Шашкевича, Я. Головацкого, И. Вагилевича, М. Устияновича, А. Могильницкого, статьи Я. Головацкого - Память Маркиану Шашкевичу и Великая Хорватия, ряд этнографических очерков и фольклорных материалов и переводы сербских народных песен, донес к читателям, хоть и с опозданием, главные идеи Русской Троицы и, таким образом, сыграл значительную роль в национальной жизни Галичины. Венок Русинам на обжинки уплел Иван Б.Ф. Головацкий. Часть вторая. У Ведни, черенками оо. Мехитаристов, 1847, 16°, с.XII+396 (от Наташи Гаттас, 48.688кб) Предисловие Издавая перву часть Венка, приневолен бул емь с многими и частью непобедимыми обстоятельствами боротися - так то уже звычайно у первенцев водиться. Але, хвалити Господа, счастливо перебулося, головная цель исполненна: почтенне руске читательство с удовольствием и несподеваною благосклонностью приняло первенце моих трудов и стремлений, и вложило на мня долг неувядаемой благодарности. Но перед прочими съобовязало мене всечестнейше и высокодостойнеше галицке духовенство, которе безпримерною своею ревностью и истинным человеколюбием засылая дары зо всех сторон Галиччины в жертву народной словесности, не лишило мене своей великодушной помочи и показало свету, же в нем изключительно есть основа народного нашого просвещения, в нем одном непоколюбиме заступительство, покров и подпора народной словесности. Честь нашому духовенству и слава да будет в сердцях всех верных Русинов! Полен упования приступаю я й теперь к изданию второй части Венка, котора обьятностью и разнообразием статей значительно отличается од первой; и надеюся, же родолюбивии краяне, котори нежными своими пениями и глубокомысленными розправами и сборками столь многоцветно пристроили сию часть Венка, удостоят его благоприятной своей внимательности, и не оставлят мене без помочи в будучем продолжению сих венкоплетин зажнивных. Тут в уведению считаю себе обязанным, хочь в загале набылинити и корошенько побеседовати про саме внешнее лице сего издания т.е. правопись и предложити сим мое оправдание перед общим судом читательства. Необходимым, найпевнейшим и неомыльным руководителем в сем отношению бул мене общий голос, который выдобувшися из самой глубины грудей народа нашого, з давных давен так верно и благозвучно одбивае и розливается в чувствиях и всей делательности русских наших родолюбцев; хотяй не льзя и того поминути, же й другии Словене, именно приятели и ровесники мои соглашаючися с галичанами многим причинилися, и одвели мене од бездорожья, на которе я из нехотя попался; и уверили мене, же не доконче нужно в правописанию держатися выговора простонародного, а ограничившися своим питомо родимым наречием не льзя без оскорбления лишатися общих правил словенской правописи и коренословия. Согласие Галичан и других Словен в одном и том самом взгляде переконало мене, же в загале другим Словенам не доконче знати. як мы одиновкии голосы вымовляем: они удоволени тым, коли мысль нашого народа одгадаши. вырозумети и нам уделитися, а так взаимным духом овенути и перенятися взмогут. То есть головная цель и единственне стремление всех славянских подробных словесностей; а тут видитмися, що едность письма (азбуки) и на общих языкословных законах основана правопись, яко неоминаема дверь к тайнам умственного житья народов, показаючи и утвораючи путь к общему сему сокровищу, есть такожь преимущсетвенным и необходимым средством полного взаимного уделения и искреннего одушевления. Сборки простонародных творений всякого рода становлят одним одну вымену сего общого правила - они должни строго держатися выговора простонародного, они повинни бути верным зеркалом языка и духа простонародного - але не яко наконечная цель сами в собе по мнению декоторых, котори бы ради создати только словесностей, колько наречий, но яко предмет, средство и жерело для природоспытателей языка и духа народного. Я уверен, що ни кто из почтенных читателей сомневатися не буде, же для Словен в загале а для Русинов в особенности есть кирилиця, дорогоценный сей забыток и спадщина наших первых св. Апостолов, враз с своею поважною старословенскою правописью, найспособнейшая ни чим ненадоложимая. - Так кто ж мене схоче укоряти за тое, же я - переконан, що в нашей старей азбуке ни одной буквы нема, котора бы не имела своего певного значения, своего положительного употребления, своеи обще словенской всесторонней основности и правильности - же я, мовлю, в сей части Венка не только самогласни, але також по необходимости нашого наречья вси кореннии согласни и полугласни назад повернул, и так к сему доси еще недостижимому идеялу по возможности приближился?! - Не много я в правду одменил: але розваживши, колько одинокии словенскии племена утерпели мало по малу а все через свое равнодушие к общим правилам, через брак поваги и чести к старосветчине, а легкомысленную любовь к новотам, к самолюбным, одособняющим идеям, котори особливо в новейших часах так широко и глубоко розкоренилися; - всем розважимо, що зблудившися раз з правой дороги, и загубивши след ведущий нас к словесней едности, сему столь ожиданному и едино спасоносному сокровищу, дуже тяжко одглядети правый сей путь, а еще тяжше повернутися к нему назад: - тогде уверимося, же нам не льзя без ускорбу лишатися ани того, що само собою маловажне и нибы збыточне, що доси еще загадкою для нас, що доси всеми трудами и изследованиями наших языкоспытателей еще не со всем выясненно, определенно, еще не со всем установленно, но тым самым нами еще неоцененно, а к дальшим изследованиям общих законов необходимо. - Не хочу я тым утримовати, же од правописи мною употребленной уже лучшой нема: премного дасться еще поправити, подле своего и другихз наречий переначити, из старинных памятников выяснити; но думаю и всякий согласится на тое, же лише неоступно следуя сему путеводителю, т.е. церковной и старословенщине можемо надеятися, що и нам Словенам настигне колись счастлива пора, и нам зродится колись гений, который выяснивши и обьявивши таинства нашой старины. в серцях вдячной потомности вечный огонь душевного житья роздуе а при готовей колоде легше розжарити успее! - Для того нам еще доконче держатися народной проповедки, котора учит: Нового не запроваджай, Старовины держись! Тот есть по моем мнению общий голос народа, голос верных Русинов - его я держусь, за ним я след в след иду. Чи правый сей путь, чи заведе он нас к одиданней цели, предоставляю общему розсуждению благосклонных читателей, которых поучения и справедливи укоры я с внимательностью, покорою и истинным благодарением за всегды приняти, и ними пользоватися готов. У Ведни в день Успения Пресв. Богородицы 1847. Издатель Я.Ф. Головацкий. О первом литературно-умственном движении русинов в Галиции... http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_675.htm Венок русинам на обжинки (т.е. окончание жатвы) http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_467.htm

Ять: Венок русинам на обжинки. Туга (тоска) по родине Яков Федорович Головацкий. 17(29).10.1814-1(13).05.1888. Фотогр. Ректор Львовского университета, 1864 ...Тридцать шесть миль в столичный город Пешт мы прошли пешком. В марте месяце (1835г.) было уже довольно тепло, но в степных полях вешний ветер дул нам в глаза. Мы миновали Сикеов, Ягер (Эрлау), Геделев и наконец достигли нашей цели. В Пеште нашли мы столичную обстановку, университетские порядки более регулированы; профессоры, сами литераторы, даже мадьярские знаменитости, преподавали по своим собственным печатным руководствам. Содержание дороже, чем в Кошицах. На первых же днях я зашел к славянину Иоанну Коллару, который встретил меня весьма дружелюбно. Он давал мне читать книги, познакомил с другими учеными словаками Годрою, Кузманим, хорватом Курелацом и издателем Сербской Матицы и сербом Павловичем, купцом и сербским меценатом Миловуком. Особенно я подружился с сербами-студентами: Георгием Петровичем (издавшим после иллюстрированный листок Сербский народный лист), Николичем, Поповичем и др. Я очутился совсем в своем элементе, читал сербские, словацкие, чешские книги и упражнялся в славянских наречиях. Сначала мы не понимали друг друга и говорили по-латыни или по-немецки (!); я сделал предложение, чтобы всякий из нас говорил на своем наречии, так как мы все братья-славяне и стыдно нам объяснятись на чужих языках. Сербы говорили по-сербски, словаки по-чехословенски, я говорил по-польски или по-русски. Сначала мы не понимали друг друга или понимали плохо, особенно если кто говорил скоро; но после все более усвоивались с выговором, и мало-помалу я довел до того, что мог объяснитись по-сербски и по-словенски. Мне жилось довольно хорошо, но все-таки не так, как на родине. Я грустил, удручаемый тоскою за родным краем, везде казалось мне скучно, тесно. В таком настроении я написал стих: Туга по родине, напечатанный в Венку во II томе, который поместил Гербель в своем сборнику Поэзия славян. Я.Ф. Головацкий, Пережитое и перестраданное. Воспоминания, 1885 http://litopys.org.ua/zahpysm/zah15.htm Туга за родиною Я в чужинЪ загибаю, По чужинЪ блуджу, За своею родиною БЪлым свЪтом нуджу. Ту чужая сторононька, Та люде чужии Не пристанут до серденька, Хоть и не лихии. Най бы яки добри були, Все не свои родни: Я чужая чужениця Межи ними, бЪдный! Ой, по саду, винограду Сумный походжаю, Из чужыны до родины Гадки посылаю. Ох! милая родинонько, Чи на мня згадяешь? Домовая сторононько, Як же ми ся маешь? Солоденька родна мово, Як бы-мь тя рад вчути! Из глубины серця свого Рад бы-мь пЪснь добути. ПроспЪваю спЪваночки, Де но яки знаю, Як бы-мь учул голосочок Из родного краю. Голосочок, як звоночок, К серцю промовляе: Кто ж слухае, зрозъумЪе, Кто тебе познае?! Цвитут сады брескинови, Та виноград мае; А менЪ за родным домом Аж по серцЪ крае. Мильши були гаи родни, Калинови цвЪты, Ох! як тии ходниченьки, Виноградом крыти! Всюды люде купоньками, А я самотою; Всюды люде с играшками, А я со слезою! Веселит ся, чужи люде; Ох, бо мене годЪ! МенЪ втЪхи вже не буде, Аж у своЪм родЪ! Играйте си, роскошуйте, Гаразд вам ся дЪе... Ох, кто знае, одгадае, Як ми сердце млЪе! Ходжу, плачу по над Дунай, Слеза в Дунай кане: Як згадаю родну рЪчку, Аж серденько вяне! Ще й то менЪ доЪдае, Ох, то смерть готова!.. До никого й промовити Сердечного слова! Ни с ким менЪ поплакати, Ни з ким потужити... Розступай ся, синий Дунай, Хоть бы ся втопити! Журба мене гризе нинЪ, Журба грызла вчора; Ой, кто не бул у чужинЪ, Той не знае горя! Пешт 1835 Я. Головацкий Венок Русинам на обжинки уплел Иван Б.Ф. Головацкий. Часть вторая. У Ведни, черенками оо. Мехитаристов, 1847, с.113-116 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_467.htm

Ять: Слова витанья, благословенства, чемности и обычайности у Русинов Чим сердце полне, то и языком сплывае. - Добрый чоловек, сгодливый, чемный чоловек завсегды мае добре слово на устах, чи с своим, чи с чужим все говорит ласково, обычайно, а лиха не мае на гадци, не мае на сердци, тож и в устах нема - коли лихий, задердивый, гневливый, некчемный заедно с чимс выхопиться, все у него або клятьба, або сварка, або лихословье, або яке погане слово на языце. - Де дети добри, кречни, де род сгодливый, там и гаразд в хате, любятся як Бог приказал, одно другому с добрым словом на зустрече иде, умеют и попросити, коли чого треба, знают и як подяковати годиться; а де лихи дети, де род сварливый, там пекло в хате, ничого не чути, лишь сварки, проклен та безчестье, одно другому доганяе, одно друге ест - доброго слова и сказати не умее, бо не навыкло к тому, бо не научилося. - Як в одинокий родине, так ся деяе и в целом народе - народ дикий, срогий, буйный не мае ни яких або дуже мало приговорок обычайности, чемности, почести, лишен он во всем як в деле так и в слове дикий, простый, грубый - на супротив народ образованный, народ обычайный, добрый, людский выробляе в своей беседе розличнии приговорки, в котрых явно оказуеся его добре, зычливе сердце, его обычай, его чемность, людскость; ба чим больше таких приговорок в яком языце, тым сильнейший доказ просещенья народного, тым образованнейший и обычайнейший ие тот народ, кому принадлежат; а хоть и не ие, так певно бул колись. Бо хочь бы сам народ подупал, хочь бы и згрубел, спростаковател; то все его звычай и обычай сведчит о высоком ступни колишнего просвещенья, так як на убогом, нуждном часто по споловелых саетах, та подраных тоненьких суконцях следно, в яком гаразде та богатстве колись пробувал. Нема думаю народа, же бы так бул богатый на приговорки чемности и обычайности, як народ Словенский, а особливо Русин (тут все говориться лишень о простом миру). Его витанья, пращенья, просьбы, перепросы, понуки, благословленья дыхают одним духом доброты, сердечности, обычайности - все они прости, щири, сердечни, нежни, богобойни; а заедно честни, та годни чоловека. - Най ся сховают тоти пански подлестни, не раз и подлии подлизуны образованной Европы, що все закидают на покорнейшого, похильнейшого слугу або служницю. Звычай их удержуе: а розобравши по правде тоти слова, не оден бы ся соромил, що их вымовляе. Розважимо декотри витанья нашого миру: Войшовши в хату, або здыбавшися, заедно кажеся: Слава Богу (слава Исусу Христу). - Одповедают: На веки слава (слава во веки). - Або: Помагай Бог вам. - Отповедь: Дай Боже здоровье. - Первый каже: Як ся маете? - Вторый: Гаразд, Богу дяковати; вы собе як ся маете? - П. Гаразд, поки здорови, фалити Бога. - В. Госте до нас! - П. Госте! бог заплать за слово добре. - В. Що там доброго чувати? - П. Гаразд! Богу дяковати; слово ваше больше. - Одтак уже ся пытают за родину, або за знакомых. - В. Як ся там кума (сестра, або кто) мают? - П. Гаразд! кланяются Вашеце - Ваши як ся мают? - В. Гаразд! - П. Помочь росте? - В. Росте невроку, хвалити Бога. Просимо седати. - П. Дяковать Вашеце Вам, най все добре седае. - Потому уже говорят звычайно за оруду, яку кто мае. Коли под час обеду кто прийде, то господарь по першем привитанью каже - Час до обеду, час! просимо седати. - Прихожий отповедае: Поживайте здорови. - Госп. Просимо до обеду. - Пр. Боже благослови. - Одходячи, каже чужий: Бувайте здорови. - Домашни одповедают: Идите здорови (або: гостите здорови). - Чуж. Майте ся гаразд. - Дом. Дай Боже и Вам. - Чуж. Оставайтеся с Богом. - Дом. Боже провадь счастливе! и пр. Коли кого при роботе застане, то прихожий каже: Помагай Бог вам - (або) Боже помагай. - Одповедь: Дай Боже здоровлье. - Прихожий: Дай Боже счастье (або: счастливо). - Одпов. Дай Боже; дяковать за слово добре. - Молодой старому завсегды каже Вы; а як о нем говорит, то каже: они, их; - старый молодому Ты. Лишень Гуцул каже и батькови и матери и панови Ты, и. пр. Ты панцю солоденький (або) любенький - а духовному: Ты, отченьку святый. - Гуцул чужого кличе: Ге, мой! - Молоде каже заедно старому, хочь и совсем чужому: Пан-отче! (або) батьку, дьедю! Коли женце старей, то: Пань-матко, (або) мамо, нене; - як дуже стари, то: деду, бабо. - А старый паробкови, або девце, хоть бы в чужим селе: Сыну, доню. - Старе старому, коли не ие свояк або кум, то каже: Свату (або) дядьку - а женки: дядино, тете. - Молодце межи собою кличуться: брате (або) побратиме - а девчата: посестро, посестрице, сестро, девонько. Так видно, що все свои краяне живут як бы одна родина межи собою, и хоть незнакоми, зовут себе своими, свояками - та Бог дай и до века жити, як родови с родом жити належит. Годне уваги и то, що наш народ так чемный и кречный, же не вымовит ни якого слова, не то бы уже со всем грубого, непристойного - але и не стак непристойни речи, одежу, або зверя, не сказавши и не переспросивши в перед; и пр. Шановавши сонечко святое (або: месяц светлый), день белый, образы святии, Вас яко кречных, слухи ваши, честь Вашу и други - штаны або дымка (сподниця). Коли зустречаеся одним с другим, то запытуе завше добрым словом: Що там доброго скажете? - Що там доброго везете? За чим добрым идете? - и пр... Коли оноведае що лихого, то завсегды прикаже: Не причком кажучи. - Тогде бы ся деяло! - Коли показуе, як кто кого уда рил, то прикаже: Не против Вас показую чи; нехай ся прочь каже. - Такожь шануют особливо хлеб, або день святый; для того, коли що лихого каже, то заедно приказуе: Окромь хлеба святого; опрочь празника святого; не нине с поминком - и другии. Де котри из сих приговорок закидают на забобонство або пересудок народа. На пример, коли що под ночь страшного розказуе Русин, то прикаже: Не под ночь згадуючи (або) не снило бы ся. - Коли говорит о недузе, то приговорюе: Ишла бы в трестье, та на суху вербу, в горы без вести и. пр. — Коли кто що хвалит, то що бы не уречи, приговорюе: Не вроку (або) цураха поганым очем - и другии. Все то, здаеться, походит из стародавного веку, и ще знать из давнои поганскои веры Словен, а може декотри из повысших, або борше все походят из дохристианской веры, особливо выражения - соненько святе, земля свята, хлеб святый, показуют явно, що народ наш колись сим речам божу честь оддавал, та 'ще й теперь веруючи в одного правдивого Бога, предсе заховал приговорки данного поклонства богам своим: бо тоти приговорки уже вросли в язык и в житье Русина, так що годе було их со всем одлучити. Я.Ф. Головацкий. Слова витанья, благословенства, чемности и обычайности у Русинов. Из сборника - Венок русинам на обжинки (издан в Вене, 1847, том 2), с.255-261 http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_467.htm http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_675.htm

Ять: Василий Дмитриевич Залозецкий. Заветные мысли (Автобиография) Начальная школа в Коломые и практическое изучение немецкого языка После домашней подготовки я поступил в начальное училище в Коломые, которым заведовал известный тогда педагог, русский священник Верещинский. Он был строгий воспитатель и хороший учитель, обращавший особенное внимание на изучение немецкого языка на котором все его питомцы обьяснялись вполне свободно. Черновецкая гимназия и работа по самообразованию Из Коломыи я перешел в 1842 году в Черновецкую гимназию. Здесь, среди разноплеменного гимназического юношества: румын, немцев, русских, поляков, евреев и мадьяр, я переходил из класса в класс всегда первым учеником, и наконец, в 1850 году выдержал с отличием экзамен зрелости. Тогдашний законоучитель гимназии, а позднее Галицкий митрополит Спиридон Литвинович, уговаривал меня поступить в папскую русскую коллегию в Рима, но этому решительно воспротивился мой отец, не говоря уже о том, что и сам я ни за что не хотел расстаться с чарующими своей природой берегами Черемоша и дорогим мне с детства русским населением. В гимназические годы я начал успешно заниматься самообразованием. Кроме книг, имевшихся в школьной библиотеке, я прочитал тогда множество сочинений научного беллетристического характера, для чего вставал ежедневно в четыре часа утра. Этой работе по самообразованию я обязан тем, что пробудил в себе ораторские способности, так необходимые в борьбе с пьянством, а также развил свое критическое чутье, столь необходимое для верного определения характера действующих лиц и изображения психологии героев, выводимых в моих повестях и рассказах. Львовский университет и начало сотрудничества в польских изданиях По окончанию гимназии поступил я в 1850 году на юридический, а потом и философский факультет Львовского университета, но экзаменов не держал. В это-же время я начал сотрудничать в польских журналах. Весьма благотворное влияние оказал на меня редактор Газеты Львовской (Gazeta Lwowska) Ш. Сартыни. Это был ученый человек, почти олимпийский старик, с глубоким умом и великолепными манерами, питомец романтической школы писателей и журналист. Я зашел к нему однажды с первою моею тетрадкою. Он обещал прочесть её. Когда я в другой раз пришел, он принял меня очень и стал со мною беседовать. Я просиял весь: И понял, что тетрадка произвела хорошее впечатление. Это была только несмелая попытка дать очерк народного быта русского населения на Покутье, напечатанная в еженедельных приключениях к Газете Львовской под заглавием Obrarki z cyrkulu kotomyiskiego. С этого дня благообразный старик стал чаще беседовать со мною: он ознакомил меня с основами стилистики и эстетики и раскрывал тайны искусства на иконах и статуях лучших мастеров, произведения которых были собраны у него в большом количестве. Это был, впрочем, состоятельный человек и, как сказано, романтик, но уже с оттенком реализма. Эту его черту я глубоко запомнил и тем скорее и охотнее усвоил, что уже с детства был врагом всякой ложной сантиментальности. Престранное дело: я с юных лет много читал и немало размышлял, но на некоторые вопросы не мог найти ответа. Я нуждался в разумном совете, в опытном руководителе, так сказать, в сжатой математической формуле, и этот старик-поляк мне её дал. Он советовал читать вслух симпатичных мне писателей, и я тогда-же принял за произведения самого любимого моего писателя – Ивана Сергеевича Тургенева, влияние и манеру письма которого нетрудно подметить и в моих сочинениях. Я и теперь много читаю, но какая огромная разница в этом чтении. Я читаю одних только русских писателей и просто впитываю их идеи в себя. Да, русская изящная литература окончательно пленила меня! Благодаря знакомству с творчеством великих русских писателей я понял и основной недостаток своего воспитания: я с детства был стихийно русский человек, но развивавшийся по иноземным образцам. Этот старик, толкнувший меня на романтически-реалистический путь, открыл для меня прекрасный русский мир. И я, русский по рождению, стал теперь русским человеком также и по убеждению. И странно, этот старик был поляк, типичный лях, я же – коренной русский галичанин. Взаимоотношения Руси и Польши представляют картину многовековой борьбы. Тем страннее отмечать на этом тёмном фоне немногие светлые точки, свидетельствующие о возможности польско-русского примирения на основе всеславянского братства и свободы. Вспоминая с чувством искренней признательности своего благородного поляка-руководителя, я, вместе изречения: нет правила без исключения, хочу сказать, исключение только подтверждает правило. Верю, что наступит время, когда все славянские народы дружно будут трудиться для процветания своей общеславянской родины Славии. Семинария, увлечение философией и интерес к ораторскому искусству В 1855 году я был принят во Львовскую духовную семинарию, где пробыл первые два года, а на третий был переведен в Барбареум в Вене. Большой город, преподавание выдающихся профессоров, какими были славист Миклошич, историк Егер и богослов Швец, знакомство с образованными людьми самых разных национальностей – все это расширило мой кругозор, и я стал размышлять над основными вопросами человеческого существования и с большим увлечением принялся за изучение философии. Только по прошествии почти полувека я напечатал плоды философских занятий Венского периода своей жизни в 39-ти фельетонах газеты Галичанин (Львов 1904-1908гг.) под заголовком: Философические письма. Кроме философии меня в то время очень интересовало ораторское искусство. Этому весьма способствовал обычай, заведенный в Венской семинарии, чтобы во время обеда один из питомцев ее произносил речь на духовную тему. Когда очередь дошла до меня, то я удостоился за свою речь весьма лестного отзыва директора заведения, угрорусса Нодя, а также искренних поздравлений с успешным выступлением со стороны своих товарищей. Место преподавания в Черновецкой гимназии По окончании курса богословских наук в Вене я получил место преподавателя в Черновецкой гимназии и, следовательно, стал учить там, где сам раньше учился, в продолжение восьми, самых приятных, лет моей юности. Пробыв недолгое время в столице зеленой Буковины, я оставил учительство и отправился к одному родственников в Стрыйские горы. Здесь я полюби одну девушку и женился на ней. Знакомство с будущей женой и женитьба Со своею будущей женой я встретился в гостях у одной чиновничьей семьи. В этот знаменательный для меня день в этом доме были со своими матерями две весьма интересные немецкие барышни. Одна из них отличалась бойкостью характера, разговорчивостью, известным кокетством и вообще желание обратить на себя внимание. Я вступил с нею в беседу на литературную тему и совсем не интересовался тем, что представляет собой другая барышня, скромно слушавшая мои рассуждения и лишь изредка делавшая те или другие остроумные замечания. Однако, судьбе угодно было, чтобы эта именно девушка сделалась моей женой. Это произошло так: вечером, когда старшие сели за карты, я вместе с девушками вышел в сад. Луна, показавшаяся уже на небе, серебрила головы моих собеседниц, а аромат цветущего жасмина придавал всей обстановке еще большую поэтичность. Все мы сидели у каменного стола среди ветвей жасмина. Я в первый раз посмотрел пристально на свою будущую жену, которая в это время о чем-то задумалась, потом, заметив мой взгляд, невольно смутилась и скромно потупила глаза. В эту минуту она показалась мне особенно интересной и привлекательной. Наступившее молчание прервала другая барышня, предложившая пройтись. Мы все пошли по аллее. Но дорожка оказалась узкой для троих. Поэтому я пошел под руку с одной, а другая, моя будущая жена, пожелала идти сзади нас одна. Таким образом, не осуществилось мое желание, идти под руку с обеими барышнями и одновременно разговаривать с первой бойкой и любоваться чертами лица второй скромной и уравновешенной. Но я уже определил свои чувства к обеим: я знал, что вторая более подходит к моему идеалу. Меня пленила ее естественность, ее скромность и нежелание показывать себя иной, чем она есть на самом деле. На повороте дорожки ветка жасмина зацепила за мою голову. Я оглянулся и едва поверил своим глазам. Скромная девушка остановилась у этого куст