Форум » Влескнига » Изенбек. Ноябрь 1919. » Ответить

Изенбек. Ноябрь 1919.

Игорь: Ф.А. Изенбек Марковскими артиллерийским дивизионом и (с 4.04.1919 г.) бригадой командовали полковник Д.Т. Миончинский, генерал-майор А.Н. Третьяков, полковник П.Н. Машин, ее дивизионами (с 4.04.1919 г.)— полковники А.А. Михайлов, Ю.Н. Роппонет, А.М. Лепилин, Айвазов, Иванов, Шкурко, батареями— полковники В.П. Левиков, Иванов, Харьковцев, штабс-капитан (подполковник) В.И. Стадницкий-Колендо, штабс-капитан А.С. Князев, поручик (капитан) Н. Боголюбский 1-й, штабс-капитан (полковник) А.А. Шперлинг, капитан Тишевский, штабс-капитан Михно, капитан (полковник) Подъесаулчанников, штабс-капитан Масленников, штабс-капитан (полковник) Ф.А. Изенбек, поручик Жуков. Военные Исследования. Глава 4. Офицерство в Белом движении. http://wcry.narod.ru/volkov1/04.html http://wcry.narod.ru/volkov1/04.html В Уманской станице в это время находились три батареи Марковской артиллерийской бригады: батарея полковника Изенбека - личный и конский состав; батарея полковника Лепилина - личный и конский состав; пушки этих батарей погибли при отходе. По Кубани. Николай Прюц http://www.rusk.ru/vst.php?idar=321664. http://www.rusk.ru/vst.php?idar=321664.

Ответов - 115, стр: 1 2 3 4 All

Ять: ***14-6-19 (газета) Письмо Ю. Миролюбова в Редакцию газеты Новое Русское Слово. Пятница. 21 апреля 1967 Дощечки Изенбека М. Г. Г. Редактор! Т.к. на страницах НРСлова от 18 марта т.г. появилось письмо г. Филипьева, то считаю долгом сказать, что я именно тот Ю. Миролюбов, который переписывал Дощечки Изенбека. Переписывал их, действительно я, и длилось это 15 лет, а сам Изенбек не переписал ни строчки. Г. Филипьев сообщает, что в 1923г. в Новом Времени в Белграде было об этом напечатано. Никакой такой заметки, даже краткой, в Новом Времени напечатано не было. Его ввели в заблуждение. Г. Филипьев упрекает С. Лесного, но все, в чем его могу упрекнуть я - это спешный характер работы. В остальном он прав. Он нападает не на всех и вся, а только на норманистов, совершенно безосновательно извративших нашу древнюю историю. Время уже пришло сказать об этом открыто. Что касается каких то вручений Велес-книг, своего рода метрик о браке, то может, в древности еще их выдавали - за подписом и приложением печати? Что то об этом мы не слыхали... Г. Бурову надо все же поблагодарить, ибо она вызвала дискуссию… Юрий Миролюбов. Сан-Франциско. Калиф.

Ять: ***14-5-31 (от руки) Краткий доклад в Музей Русской Культуры, написанный Юрием Миролюбовым 13 марта 1969г. Должен обратить ваше внимание г.г. членов Музея Русской Культуры, что до сих пор не все Дощьки Изенбека были опубликованы по одной очень неприятной причине: за них часто берутся люди, которые исправляют и дополняют тексты! Мы, конечно, не можем согласиться с такими методами! Так, господин Филипьев написал даже в Н.Р.С. (Новое Русское Слово) в письме в редакцию: Дощечки переводил сам Изенбек, а Миролюбов не перевел ни одной -. Откуда он мог почерпнуть подобные сведения, нам, не известно, однако, это еще ничего, но имелись попытки добавлений к текстам совершенной отсебятины! Это уже превысило границы моего терпения, и я довольно резко оборвал таких людей. Они затаили против меня лютую злобу! Если бы дело касалось только меня лично, я бы об этом умолчал. Но когда дело касается исторического документа? Ужели я должен это позволять? Эпоха наша полна аморальных субьектов и приходиться соблюдать осторожность. Сообщил Юрий Миролюбов, научн. сотр. Музея Нина Федоровна Бурова http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_360.htm

Ять: Из архива П.Т. Филипьева. ГАРФ. Фонд 10143, опись 80, 2 рулон ***2-5-4 Письмо А. Кура - П. Филипьеву (внизу приписка: Получено 28 июня 1967 года. П.Ф.) Дорогой Павел Тимофеевич, Здравия желаю: Только сегодня вспомнил, что Вы меня просили дать Вам сведения о Дощечках Изенбека и те данные о их судьбе, которые я знал из моей переписки с Ю.П. Миролюбовым и которые, потом передал сам Ю.П. Миролюбов при встрече с ним в Сан Франциско. Помните, когда Вы были у меня в 1959 году и мы разговаривали с Вами о тех фотографиях с дощечек Изенбека, которые были сожжены бывшей женой Ю.П. Миролюбова еще в Брюсселе, посчитавшей их мусором. Так теперь я могу дать Вам более подробные данные о этих сожженных фотографий дощечек, но уже со слов Ю.П. Миролюбова. Ю.П. Миролюбов сам признался, что после смерти полковника Изенбека, ряд фотографий дощечек он получил в порядке наследства, но его жена немка, а это было во время оккупирования немецкими войсками г. Брюсселя во время 2-й Вел. Войны сожгла их, заявив, что она: не желает иметь в своей квартире русского мусора...и только случайно сохранившийся фотографический снимок с дощечки с текстом о Влесовой книге...сохранился у него. Вы его видели и пересняли. Вместе с этим снимком, Миролюбов мне и ряд световых снимков-копий некоторых дощечек, но весьма плохо снятых. Вы тоже их видели. К моему глубокому сожалению вопрос куда делись самые дощечки Изенбека, для меня остается весьма не ясным. Что об этом я зал, я Вам уже говорил, да, и Вы сами разговаривали с Ю.П. Миролюбовым об дальнейшей судьбе этого ценнейшего документа наших древних предков. Может быть их присвоил заведующий (куратор) имущества покойного Изенбека, толи сами немцы – их ГЕПИУ забрало, толи их сжег кто либо, подогревая кофе. Все может быть. Но тайна осталась тайной... Когда Вы придете ко мне, напомните мне дать Вам фотографию весьма интересной надписи или, как я думаю. Несколько разных надписей, присланных мне для расшифровки. Эта надпись была до 1915 года вделанной в стену церкви Владимира Волынского, но какой то австрийский генерал – Хорват, выковырял ее из стены и увез в свой замок в Хорватию. Как видите, еще немец нанес новый урон. Немецкая культура ярко себя проявляет... Будьте здоровы и позвоните мне, когда приедете, чтобы застать меня. Ваш А. Кур Нина Федоровна Бурова http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_360.htm

Ять: ***2-1-2,3 Письмо П. Филипьева - Н. В. Казакову 8 октября 1968г...Вы не только знали Ф.А. Изенбека, но и близко общались с ним. Не можете ли Вы дать мне сведения о его культурности или некультурности, о знании им русского языка, о его характере, о его жизни в Брюсселе и вообще обо всем, что имеет значение для начертания его биографии... ***2-1-5,6 Письмо Н.В. Казакова - П. Филипьеву 25 октября 1968г. (от руки) ...прежде всего поправка: Изенбека лично я не знал и с ним никогда не встречался. Знакомство же состоялось по Влесовой книге Лесного. Об Изенбеке я спрашивал нескольких лиц и все меня направляли к моему главному, об нем осведомителю, подполковнику Сергею Александровичу Касьянову, который дружил с Изенбеком, бывал у него на дому, беседовал...Прежде всего часть официальная: Имя отца - Артур, мать по рождению Мария Михайловна. Родился Федор Изенбек в Петрограде 9 сентября 1890г., был холост, профессия в Бельгии - художник живописец; скончался внезапно в полдень 10 августа 1941г.; полицейский протокол о смерти составлен 11 августа 1941г. в 9 ч. утра (об учебе и о службе в Императ. Армии сведений у меня нет). Сведения сообщенные С.А. Касьяновым: Изенбек - полковник Марковского артиллерийского дивизиона, офицер и георгиевский кавалер 1-ой мировой войны, честный, доброжелательный, готовый всегда к услуге, очень культурный. Между прочим, написал трактат - изследование о влиянии монгольской культуры на русскую, изложенного хорошим русским языком (никакого другого языка Изенбек не знал и показал великолепное знание России и русской жизни во всех ее проявлениях (Этот трактат Изенбек читал в рукописи С.А. Касьянову.). Жил богемой, бедно, питался плохо и скудно; ослабел; быстро хмелел от выпитого алкоголя (пива)...

Ludovit: Ять пишет: Сведения сообщенные С.А. Касьяновым: Изенбек - полковник Марковского артиллерийского дивизиона, офицер и георгиевский кавалер 1-ой мировой войны, честный, доброжелательный, готовый всегда к услуге, очень культурный. Между прочим, написал трактат - изследование о влиянии монгольской культуры на русскую, изложенного хорошим русским языком (никакого другого языка Изенбек не знал и показал великолепное знание России и русской жизни во всех ее проявлениях (Этот трактат Изенбек читал в рукописи С.А. Касьянову.). Жил богемой, бедно, питался плохо и скудно; ослабел; быстро хмелел от выпитого алкоголя (пива)... Ну, вот так-то!.. А то г-н Барашков-Acov плёл всякую чушь и про Ф.А.И. и Ю.П.М. ...

Ять: ***2-19-2,3 Письмо П. Филипьева - Б.Г. Унбенгауну. 2 августа 1968...в моих руках была только одна фотография дощечек, негатив, 3 неудачных фотостата дощечек и 2 зарисовки начала текстов с глифами посвящения. С них я снял копии...достать один из номеров 1923г. суворинского белградского Нового времени; в нем была статья, в которой вкратце излагались первые сведения о находке дощечек, о их важности для исторической науки и о самом Изенбеке, приехавшем с Галлиполя и собиравшемся ехать с ними в Париж... ***2-1-2,3 Письмо П. Филипьева - Н. В. Казакову 8 октября 1968г...в статье в марте, апреле, или до середины мая. Было еще холодно и мой приятель, принесший эту газету был в зимнем пальто. Статья была на второй странице, во второй строке справа. Эту газету должны иметь советские архивные музеи, так как советчики увезли эмигрантские архивы и из Праги, и из Белграда... ***1-24-1 Письмо П. Филипьева - Ю.Г. Кальскому 27 декабря 1968г...Когда Изенбек выехал из Югославии во Францию? Это очень важно для розыска весеннего номера 1923г. суворинского Нового Времени, издававшегося в Белграде, в котором, повидимому, сам Суворин (без подписи) поместил статью с краткими сведениями об обнаружении Ф.А. Изенбеком дощечек, об их исторической важности и о том, что Изенбек уезжает в Париж и собирается опубликовать тексты дощечек. Эту статью я сам читал и даже помню на какой страницы газеты она была и в каком столбце. Однако не помню месяца и числа, а без этого в Конгрессиональной библиотеке в Вашингтоне, как и в архиве, увезенном из Белграда, а также из Праги в Совдепию, трудно разыскать... ***2-16-1 Письмо П. Филипьева - М.Ю. Шефтелю. 31 декабря 1968...А. Кур описи текстов растерял в записях своих книг и бумаг и до 1967г. три раза обнаруживал у себя целый ряд новых и новых для меня...Я о дощечках и об нашедшем их Изенбеке узнал впервые весной 1923г. из редакционной статьи... ***2-1-39 Письмо Н.В. Казакова - П. Филипьеву, 2 января 1971...Я писал директору библиотеки Сербской Академии Наук и тот, за отсутствием газеты, направил мою просьбу в Народную Библиотеку...Повторяю: Narodna Biblioteka. Knez Mihailova, 56. Beograd... ***2-2-1 Набросок от руки П. Филипьева (Есть машинопись текста: Рулон 14, 13-1-22) Народна Библиотэка у Бэограду. Кнэз Михайлова, 56 Русская Белградская газета Новое время за 1923г. Время: скорей всего март, апрель, или май, но может быть и позднее, до конца сентября. Небольшая статья. Заметка (около 50-ти строк); Насколько помнится, посредине 3-ей страницы. Как статья озаглавлена - уже забылось. В статье сообщается, что во время гражданской войны в России капитан или полковник Ф.А. Изенбек нашел в разгромленном имении древние дощечки с древне-русскими историческими и культовыми текстами на них, приблизительно V-VI век. В конце статьи сообщается, что Изенбек едет в Париж, где и предполагает эти тексты опубликовать. Нужен фотостат этой статьи или, просто, его копия, с указанием N газеты, числа и месяца. Вся работа займет не более 2-3 часов. Будет хорошо оплачена ***2-2-2,3,4 Письмо Кольгицкого от 30.V.1973 Земун...К сожалению ничего я не мог найти...Народной библиотеки больше не существует... ***2-2-4 Кольгицкий Борис (от руки) - Записка - 15 долларов за поиски статьи в газете Новое Время за 1923г. от г. Фильпьева получил 9.VII.1973 Нина Федоровна Бурова http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_360.htm

Worga: Ять пишет: ***2-1-39 Письмо Н.В. Казакова - П. Филипьеву, 2 января 1971...Я писал директору библиотеки Сербской Академии Наук и тот, за отсутствием газеты, направил мою просьбу в Народную Библиотеку...Повторяю: Narodna Biblioteka. Knez Mihailova, 56. Beograd... ***2-2-1 Набросок от руки П. Филипьева (Есть машинопись текста: Рулон 14, 13-1-22) Народна Библиотэка у Бэограду. Кнэз Михайлова, 56 Русская Белградская газета Новое время за 1923г. Время: скорей всего март, апрель, или май, но может быть и позднее, до конца сентября. Небольшая статья. Заметка (около 50-ти строк); Насколько помнится, посредине 3-ей страницы. Как статья озаглавлена - уже забылось. В статье сообщается, что во время гражданской войны в России капитан или полковник Ф.А. Изенбек нашел в разгромленном имении древние дощечки с древне-русскими историческими и культовыми текстами на них, приблизительно V-VI век. В конце статьи сообщается, что Изенбек едет в Париж, где и предполагает эти тексты опубликовать. Осталось только найти энтузиаста, у которого есть доступ в Белградскую библиотеку...

Слатин Н.В.: Worga пишет: Осталось только найти энтузиаста, у которого есть доступ в Белградскую библиотеку... Но где-то выше было приведено, что на самом деле в газете статьи не было... А вот что Изенбек написал трактат - изследование о влиянии монгольской культуры на русскую <...> и показал великолепное знание России и русской жизни во всех ее проявлениях (Этот трактат Изенбек читал в рукописи С.А. Касьянову.). — весьма интересно; только, очевидно, теперь уже ничего не найдёшь...

Worga: Ять пишет: ***2-2-2,3,4 Письмо Кольгицкого от 30.V.1973 Земун...К сожалению ничего я не мог найти...Народной библиотеки больше не существует... Ничего не было найдено потому что негде было искать. Но сама газета-то была! И где-нибудь в архивах вполне могла сохраниться.

Ludovit: Слатин Н.В. пишет: А вот что Изенбек написал трактат - изследование о влиянии монгольской культуры на русскую <...> и показал великолепное знание России и русской жизни во всех ее проявлениях (Этот трактат Изенбек читал в рукописи С.А. Касьянову.). И комментирует: — весьма интересно; только, очевидно, теперь уже ничего не найдёшь... Действительно, как теперь что-то найдёшь,что писал Изенбек ещё перед Войной...

Ять: ***2-4-10 Письмо П. Филипьева - В.С. Крылатову 5 авг. 1968 ...Мы с Вами, оказывается, земляки не только по России, но и по Чехословакии. Жил я там с начала мая 1925 и до первых чисел января 1947 г., когда оттуда и бежал. Там же и учился, там же испытал на себе и советские застенки (смерш) и прочие коммунистические удовольствия. Если Вы учились в Праге, то может быть помните, как поздней осенью 1925г. был скандал в студенческом комитете. Студент - химик Ю. Миролюбов устроил там дебош, кажется из-за портрета Ленина, который он со стены у правительственного чиновника чеха и бросил его с четвертого или пятого этажа в лестничную шахту. Тогда его выселили из Чехословакии и он уехал в Бельгию. Во Влесовой книге Лесного приведены два отрывка из двух писем Миролюбова. В одном он пишет, что Изенбек никого не допускал к дощечкам и даже ему, Миролюбову, показал их только через пять лет знакомства, а в другом разсказывает, как в 1925г. встретился с Изенбеком в Брюсселе у церкви и тот, ведя его к себе домой, показал ему дощечки и как будто бы с этого времени Миролюбов и начал над ними работать. А где же пять лет? Ложь имеет короткие ноги. Что касается наших этимологов и специалистов-историков, то, как я убедился. Все они танцуют только от печки и боятся даже всякого новшества, нарушающего понятия, приобретенные ими в университете. Одна такая специалистка, выслушав меня. С ужасом воскликнула - К чему все это! У Ключевского все так хорошо написано!... Нина Федоровна Бурова http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_360.htm

Ять: Из архива П.Т. Филипьева. ГАРФ. Фонд 10143, опись 80, 16 рулон ***14-6-14 (газета) Заметка Нины Буровой - О Влесовой книге. Газета - РЖ (Русская Жизнь). Пятница. 30 декабря 1966г. Влесову книгу Сергея Лесного каждому русскому человеку следует прочесть с большим вниманием. Полезно с ней ознакомиться вообще всему культурному миру...мне хотелось добавить несколько слов о виновнике торжества, об Али Изенбеке, который спас дощечки, и по которым составлена Влесова книга. В апреле 1960г. была большая и очень удачная выставка АРАСа. Роскошный особняк на 1107 Дженс стрит был предоставлен г-жей Пирсон. Участвовало 25 художников. Один зал был отведен полотнам художника Али Изенбека. Коллекцию его картин (масло) для выставки любезно предоставил бывший талантливый издатель-редактор художественного журнала Жар-Птица - Юрий Петрович Миролюбов. Али Изенбек скончался в Париже в тридцатых годах (если не ошибаюсь) от туберкулеза. Картины Али Изенбека, туркмена по рождению и россиянина по культуре, отражают сочетание в его творчестве влияния западного художественного реализма и традиций старых персидских мастеров живописи. Прекрасна техникой a-ля Утрилло мистическая картина - явление Богородицы - в снежном парижском пригороде. Вспоминая выставку картин 1960 года с благодарностью в 1966г. читаю книги С. Лесного - Русь, откуда ты и Влесову книгу и с уважением чту память Али Изенбека, именем которого названы дощечки, им спасенные. Дополнение: В заметке Нины Буровой о Влесовой книге, помещенной в РЖ от 30 декабря 1966г. при переписки рукописи пропущено несколько строк. Следует читать: С Али Изенбеком я встретилась в Париже в Галлиполийском собрании в тридцатых годах (если не ошибаюсь), а скончался он в Брюсселе от туберкулеза. ***14-6-60 Павел Филипьев. Статья - Плюсы и минусы. Газета РЖ. Суббота. 10 марта 1973г. N 7691. ...Плюсом было то, что раненный и эвакуированный из Крыма с госпиталем Изенбек после Галлиполи и Болгарии, обрел снова в Югославии матросский мешок с его дощечками, привезенный кем то другим не то из Крыма, не то из Новороссийска. К этому плюсу есть и минус: Миролюбов описал иную версию с вестовым, прибежавшим к пароходу и передавшим Изенбеку мешок с дощечками. Мне он признался, что это выдумка и что придумать эту версию посоветовал ему А. Кур... Нина Федоровна Бурова http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_360.htm

Ять: ***14-5-13 Отрывки (последние 2 стр.) из письма П. Филипьева - скорей всего Н. Скрипнику (?) (1972 (?)) ...Миролюбов очень неудачно обогащал описание (?) Руси. Как в любом творчестве, так и в изследованиях, я не сторонник коллективного труда, к какому призывает горе-переводчик П. Соколов из Австралии. Но по пути мне, несколько (?) и с Вами, так как я работаю ради возстановления истории Руси и всего славянства. Вы же свой труд посвящаете только украiнськоi громадi. Однако, считаю своим долгом сообщить Вам вкратце некоторые известные мне факты, чтобы в процессе Вашей работы не сделать по неосведомленности, какого либо ложного шага, который бы мог повредить проблеме, за которую мы, каждый в отдельности взялись. То что я Вам сейчас сообщаю не подлежит оглашению до тех пор, пока я не представлю документальных доказательств. Это прошу помнить. Факты эти следующие: 2. Разсказ Ю. Миролюбова о том как вестовой принес Изенбеку к пароходу мешок с дощечками - вымысел Миролюбова. Изенбек, будучи раненым эвакуировался с госпиталем, а дощечки вывез кто то другой. Он получил позже, только в 1923г., в Югославии. 3. Миролюбов текстов дощечек не переписывал. Их переписывал Изенбек. Бывали случаи, что Изенбек предлагал пришедшему к нему посидеть Миролюбову, переписать при нем текст некоторых...осколков. Это и все. 4. Дощечки не исчезли из квартиры Изенбека после его смерти неизвестно куда. Они в день смерти или в самое ближайшее время попали в руки Миролюбова еще в 1941г. (Имущество Изенбека он получил только в 1943г.) 5. Дощечки и фотографии дощечек и фотостаты (за малым исключением) сожгла фанатка-нацистка, жена Миролюбова Жанна, заявившая: не желаю иметь в своей квартире русского мусора. 6. Сделанные Изенбеком копии текстов дощечек Миролюбов (при участии Кура) сжег в Сан Франциско, - чтобы в этом не копались, т.е. чтобы не обнаружилось, что их переписывал Изенбек, а не Миролюбов. Этим создались тяжелые условия для изследователей. 1. Художник Изенбек родился в С. Петербурге. Где окончил кадетские классы Морского корпуса. Следовательно, вопреки информации Миролюбова, говорил он по русски хорошо. Перед I Мир. Войной он работал в археологии и имел звание член-корреспондент имп. Академии Наук. Это тот минимум, который, по моему мнению, полезно знать серьезному изследователю. В свое время вся эта история будет мною опубликована, с представлением доказательств и свидетельств. Желаю вам успеха. П.Ф. Нина Федоровна Бурова http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_360.htm

Слатин Н.В.: Ять цитирует Филипьева: ...Миролюбов очень неудачно обогащал описание (?) Руси. Чё-то Филипьев не туда гонит... Конечно, у кого не бывает ошибок — но например, меня все писания Миролюбова весьма очень сильно вдохновили. Ять пишет: 3. Миролюбов текстов дощечек не переписывал. Их переписывал Изенбек. Бывали случаи, что Изенбек предлагал пришедшему к нему посидеть Миролюбову, переписать при нем текст некоторых...осколков. Это и все. Ну и кому мы должны больше верить — Филипьеву или Миролюбову?! Что, Филипьев при этом присутствовал? Ять пишет: 4. Дощечки не исчезли из квартиры Изенбека после его смерти неизвестно куда. Они в день смерти или в самое ближайшее время попали в руки Миролюбова еще в 1941г. Да?! Неужто?! Ять пишет: 5. Дощечки и фотографии дощечек и фотостаты (за малым исключением) сожгла фанатка-нацистка, жена Миролюбова Жанна Никаких сведений, что фрау Миролюбофф была нацисткой, нет — скорее наоборот (после войны она работала с американцами машинисткой). И её никогда не звали Жанной, а только "Johanna" ("Иоанна по-русски"), да сам Ю.П.М. и все русские друзья звали её "Галина Францевна", а Юрий Петрович — Галичкой. Ять пишет: 6. Сделанные Изенбеком копии текстов дощечек Миролюбов (при участии Кура) сжег в Сан Франциско Да вот это это вообще бред! Ять пишет: 1. Художник Изенбек родился в С. Петербурге. Где окончил кадетские классы Морского корпуса. Следовательно, вопреки информации Миролюбова, говорил он по русски хорошо. Ну и ладно, я сам думаю, что по-русски он знал очень хорошо — да и не знал никакого другого языка. — Но ни о чём таком это не говорит. Ять пишет: Перед I Мир. Войной он работал в археологии и имел звание член-корреспондент имп. Академии Наук. Об этом нет никаких сведений — непонятно, откуда у Филипьева такое... Наверное, из того жа разряда, как Куренков — генерал... Ять пишет: В свое время вся эта история будет мною опубликована, с представлением доказательств и свидетельств. Ну, и где обещанная публикация? Помер дяденька, и никаких доказательств нет. Но слава нашим Богом

Ять: ***14-6-29 П. Соколов - Симфония Руси. Газета РЖ (Русская Жизнь). Начало - Пятница. 12 марта 1971г. N 7220 Редакции газеты Русская Жизнь М.Г. Одновременно с этим письмом я посылаю Вам перевод части документа, имеющего огромное, неизмеримое для истории, значение - так называемой - Влесовой Книги, о которой Вы уже, конечно, что-то знаете. Человек, у которого бьется в груди русское сердце, не может пройти равнодушно мимо этих текстов; а если проходит, то он просто лишь по названию русский, - он уже потерял всякое русское чутье и понятие. Это - горе или позор эмиграции, что в течение полувека она вот так просто не заметила этого шедевра и почти ничего не предприняла, чтоб показать его миру. Обычная - и очень пошлая, и очень глупая и очень беспечная - отговорка людей, столкнувшихся с этим делом, выражается в одном слове - подделка. С. Лесной и от. С. Ляшевский очень обстоятельно обсуждают такую возможность и неопровержимо доказывают подлинность текстов. Пишу об этом и я. Помимо наших логических доказательств, начали появляться и фактические; на них я указываю в своем месте. Но дело в том, что даже при спорности вопроса, это - документ, который должен быть широко обсужден, и даже в случае подделки (чего я, потративший огромный труд на это дело, ни на минуту не допускаю), - даже и в таком случае, это - великолепный образец творчества, достойный восхищения. Я писал Ю.П. Миролюбову: Поймите, что мы права не имеем откладывать это дело, потому что мы сами стоим на краю могилы. Была библиотека помещиков - и помещики были убиты, а библиотека уничтожена. Был полковник Изенбек, волею судьбы поднявший дощечки - и он умер, а дощечки пропали. Был С. Лесной, вплотную занявшийся тем, что осталось; он опубликовал 8 дощечек - и умер и архив его расхищен неизвестными лицами. Завтра умру я, Вы, - и наши архивы уйдут на свалку, и документ, которому нет никакой цены - просто погибнет бесследно -. Увы: он сообщил мне, что он слишком болен, чтобы работать. Недавно я прочитал о его смерти и о том, что архив его, то есть и первая копия с дощечек, находится в распоряжении его жены-бельгийки, наверное старухи. Какое ей дело до русской истории и нашей боли, нашей гордости, наших интересов? Последняя возможность сохраниться, закрепиться для науки и жизни у дощечек пропадет...Это что-то ужасное, вопиющее...- и позорное, позорное и подлое для всех нас, в рассеянии сущих! К сожалению все, что до сих пор публиковалось - публиковалось отрывками. Часто совсем без перевода, а если с переводом, то лишь частичным и во многих местах неверным. В моем распоряжении имеется около половины всех текстов: остальное я не смог ниоткуда получить. То, что я имею, я перевел по возможности ближе к тексту на литературный язык. - и по мере перевода, я приходил порой в совершенный экстаз, - так роскошно оказалось содержание. Труд - адов. И я благодарю Господа Бога, что Он дал мне возможность его совершить. Может быть другие сделали бы это лучше и полнее меня, но где они? Я хоть, воистину, вложил тут всю душу. Пред нами - мир древний, мир дотоле неизвестный, мир совершенно противоречащий нашим представлениям о нем, но совершенно точно укладывающийся среди фактов нашей истории - и чарующий своей древней простотой, своим естественным благородством и, как это ни удивительно - глубиной и величием мысли. По поэтичности языка Влесова Книга не уступает Слову о полку Игореве, а в чисто историческом значении его превосходит, так как дает нам такие сведения, которых нет нигде. Уважающий Вас П. Соколов

Ять: ***14-6-35...П. Соколов - Симфония Руси. Газета РЖ (Русская Жизнь). Часть II-ая. 14 марта 1971г. Влесова Книга дает нам всю основу нашу. Несмотря на то, что она обнимает период около тысячи лет, она остается неподражаемой, простой и детски-наивной. И все же, в настоящей юности этой, она уже дает нам выпуклый образ того, что придет потом в величавом видении России. Она рассказывает нам о верованиях, обычаях, преданиях и идеалах, к которым стремился русский человек еще на заре своей истории. Она показывает, как складывалась эта история и из каких элементов материальных и духовных; как из бродячих, разрозненных скотоводческих племен в непрестанных битвах с врагами создавалось их обьединение на основе короткого понятия Русь. Она накрепко связывает это понятие с землей и с Богом Светом, в котором видит свой источник. Она указывает основные роды, из которых Русь создавалась, и территорию, которую они населили. Указывает, как скотовод обращался в земледельца и начинал создавать города. И что важнее всего, - утверждает для нас самих наше человеческое достоинство: рисует выпукло, что на простоту и невзыскательность жизни, на невероятные порой испытания, постоянные нападения врагов, кровопролитие и перемещение с места на место, - душа русская не ломается, не черствеет, не озлобляется, а остается все такой же солнечной и доброй. И твердой и крепкой без конца. Прежде чем дать перевод следующей части Влесовой Книги, мне опять необходимо сделать некоторое предисловие. Я не имею полного текста документа и даже то, что имею, я получил разновременно в три приема. Поэтому работа моя имеет бессистемный, рваный характер. Читателю легче будет разобраться в материале, если я предварю его некоторыми обьяснениями; да и самый предмет требует этих обьяснений. Труд свой я предлагаю не в виде целой, обработанной книги, а в виде газетных статей; это влечет за собой свои особенности. Впрочем, суть дела от этого мало страдает: сама Влесова Книга все равно предстает перед нами во всей своей первобытной прелести. Я скажу еще раз: я публикую не научный труд, а литературный: и показываю Влесову Книгу лицом; а уж другие пусть разбираются в подробностях. Так же, по отсутствию у меня на руках сразу всего материала, кое-что было понято неправильно, кое-что выяснилось добавочно из дальнейших текстов и кое-что получило подтверждение. В газетном деле опечатки неизбежны: они имеются и в опубликованной первой части Влесовой Книги; но кроме того, там имеются и мои личные ошибки. Ниже я даю перевод того, что следует исправить. Так как некоторые слова непереводимы, некоторые могут иметь разное значение, а смысл иных вообще неизвестен, - о совершенно точном переводе я не могу и думать. А тут еще имеется порой возможность разделения строки на слова, меняющие и смысл текста. …Что мы делаем? Единственно, что мы делаем с горячностью, - ссоримся. В остальном – слова, теория, схоластика, эгоизм, штамп, пошлость, казенщина и душевный холод. На протяжении полувека находится под угрозой гибели удивительный исторический документ. В течение полувека эмиграция не только не нашла нужным опубликовать его в самом широком виде, а просто не заинтересовалась. …Передо мной ядовито-испытующе стоит самоуверенный молодой человек. - А где находятся эти дощечки? - Они пропали. - Пропали? – Самоуверенный человек бросает на меня издевательский взор. – Пропали?..Фикция! Гипотезы! – заключает он решительно. - Но ведь вы их еще не читали? А где находятся подлинное Евангелие, Слово о полку Игореве, Одиссея? Так выразилась болезнь нашего века: мы начинаем не с веры, а с отрицания – с отрицания сразу, даже не вникнув нисколько в дело. До такой степени опустошена наша душа. Но ведь и суждения академиков часто бывают на таком же уровне. Они отрицают – и истина уходит от них...

Ять: ***14-6- П. Соколов. Обращение. Газета РЖ Обращение к Русской Общественности Я испробовал все возможные пути и ныне не остается иного, как прибегнуть к этому последнему. Рядом с нами пропадает, а может быть уже и пропало неоценимое русское сокровище, следы которого будут жадно и с болью - и с жестоким укором по нашему адресу - отыскивать наши потомки. Это - страницы той Влесовой Книги, часть которой была опубликована в Русской Жизни. Особую ценность тут имеют оригиналы, то есть те первые копии с текстов, которые сделал Ю.П. Миролюбов и только по которым, за гибелью самих дощечек, и можно сверять дальнейшие публикации. Часть этих оригиналов находится на руках вдовы Миролюбова в Германии; другая часть находилась у покойного А.А. Кур (Куренкова) в Сан Франциско. Сохранилась она или не сохранилась, - неизвестно, но со слов заинтересованных в этом деле лиц известно, что архив покойного свален в гараже - так, что к нему даже трудно добраться. Это - несомненная гибель бесценного документа, если он там находится. Неужели среди нас, русских, нет никаго, кому дорого наше прошлое, и кто мог бы проявить инициативу и приложить руки к спасению этого общего нашего достояния? Неужели никакая общественная организация, громко называющая себя русской, и никакой авторитетный русский человек никак не заинтересован этим делом?.. П.Е. Соколов

Ять: ***14-6-58 П. Соколов. Князь Бравлин и Профессора. Газета РЖ. Суббота. 3 марта 1973г Уже четвертый год я работаю над удивительным русским документом, Влесовой Книгой, судьба которого крайне трагична, даже маловероятна, который россияне же стараются всячески унизить, оплевать и выбросить из истории. А между тем пред нами - уникум, редкостная жемчужина, пришедшая к нам из тысячелетий. Это выглядит совершенным анекдотом или карикатурой, что дилентанту-любителю приходится обьяснять представителям науки содержание этого документа и его внутреннюю суть. Где же они были раньше? Где было их знание, поиски истины, труды, положенные на алтарь науки? Как они на протяжении двух столетий могли не заглянуть внутрь, не разобраться, что пред ними находится? Тайна сия велика есть. Ученые мужи, словно сговорившись, дружно кричат о подделке, об известных фальсификаторах, приписывая подделку то Миролюбову, то Изенбеку, то Сулукадзеву, то кому-то неведомому. Им важно только одно: утопить, непременно утопить, чтоб и духу на свете не было. Поздно. Усилиями самоотверженных людей документ, хоть и в жалком виде и не полностью, но все же сохранился. Например, вниманием разных лиц, и я ныне имею Влесову Книгу полностью, - в той части, которая сохранилась; могут разве появиться лишь какие-то отрывки, случайно затерявшиеся. И почти вся Влесова Книга мной ныне переведена - слово за словом, чтобы не нарушить ее строй и содержание. Ученые мужи заявляют о бессмысленном наборе слов, о смешном и грубом изделии, написанном на заумном языке, где много придуманных слов, где новые формы слов перепутаны с древними, где темнота и непонятность являются предусмотренными. Коллекционер Сулукадзев - известный (кому?) фальсификатор, Изенбек просто не мог дощечки вывезти, кроме Миролюбова никто их не видел, и т.д. и т.д. Дощечка-то какая. Вывезти не мог, а все же они оказались как-то в Брюсселе - в виде рафлей и гадальных и магических таблиц. Сообщим профессору: Влесова Книга крайне остро восстает против всякого колдовства и магии. Никто дощечек не видел, а бельгийский университет предлагал их исследовать, от чего Миролюбов с Изенбеком, к сожалению уклонились. Изенбеку было не до дощечек, а я вот собираю их, разбросанные, и перевожу четвертый год. Подумайте: дощечка-то какая...

Ять: ***П. Соколов. Симфония Руси. Наша страна (N 1369), 25 мая 1976г. История Дощечек Изенбека или Влесовой Книги уже неоднократно публиковалась как мной, так и другими людьми; но ввиду задаваемых мне вопросов я кратко излагаю ее еще раз для тех, кому она осталась неизвестна. История эта - это наш русский позор и одновременно наша русская радость, гордость и утверждение, мимо которых эмиграция, к сожалению, проходит, как глухонемой или африканский готтентот. Нам бы уцепиться за нее обеими руками, плясать, кричать, радоваться и духовно обогащаться; а мы или отмахиваемся или ухмыляемся или иссохшими устами разных ученых невежд-профессоров поносим эту жемчужину науки. Поганое тавро на нашем теле. Я прежде всего обращаюсь к тебе, русская молодежь, - к тем, кто в чужой, прекрасной стране не забыл земли своих предков, не забыл ее предания, песни и зовы. Я хочу утвердить тебя в твоем русском достоинстве, так ныне ущемленном и так поруганном. Я хочу познакомить тебя с древнейшими из всех нам известных русских преданий, с уникальным документом, чудесно пришедшим к нам из глубины тысячелетий. Я хочу показать тебе мир давний, почти сказочный, почти невероятный, - но плотный и реальный настолько же, как реален наш сегодняшний день, - мир твоих далеких предков. У меня нет возможности говорить о нем сейчас подробно, и я могу лишь бегло сделать несколько мазков, расставить только редкие вехи, которые укажут вам путь в наше таинственное прошлое. Предупреждаю: в совершенно неизвестное до сих пор прошлое. Этот документ делает его известным. …Современные специалисты-верхогляды, профессора и академики, даже не потрудившись познакомиться с их содержанием, объявили дощечки подделкой. Тем хуже для них, профессоров. Подлинность этих текстов доказывается неопровержимо, и таким путем они обретают значение не только всеславянское, но и общемировое. Доказательств этой подлинности столько, что я не могу их сейчас перечислить; укажу только главные. Само содержание текстов: для всякого грамотного человека, прочитавшего их, станет ясно, что такое невозможно сочинить или подделать, как невозможно подделать 6-ю симфонию Чайковского. В текстах сообщаются такие сведения, которые стали известны только в последние годы; например, приход вендов в район Киева на рубеже нашей эры и приход туда же сарматов в 3-4 веке. Оба эти прихода подтверждаются раскопками. Из текстов выясняется значение и происхождение таких слов, понятий и обычаев, которые были нам неизвестны; например, венды, князь, зга, сердце, старец, жар-птица, коливо, трава на Троицу и сено в Сочельник, колядки и пр., и пр. В Житиях св. Стефана Суроясского и Георгия Амастридского, написанных в первые десятилетия 9 века и ставших нам известными в конце 19 века, говорится об опустошительном нашествии русов на Крым во главе с князем Бравлином. Во Влесовой Книге этот Бравлин не только упоминается, но даже приводится его обращение к народу - призыв к походу на Крым. В этом обращении имеется указание князя на солнечное затмение. По имеющимся у меня картам и таблицам затмений видно, что таковое произошло 30 ноября 810 г. Значит, поход князя Бравлина совершался в зиму 810-811г. Рассчитать это затмение ни Сулукадзев, ни его предшественники не могли. В дощечке 15 говорится о том, что славяне, пришедшие с юга на озеро Ильмень, приносили в жертву белую лошадь; а археолог Тараканова сообщает, что при раскопках во Пскове был найден жертвенник и около него скелеты двух лошадей. Фальсификатор отважился изобрести свой собственный язык, требующий специального словаря, да еще с племенными различиями, и написал на нем целую книгу. Отважился изобрести и свой собственный алфавит - рядом с общеупотребительной кириллицей, - и чудесным путем этот алфавит оказался одинаков с тем алфавитом, который лишь в 50-х годах нашего века открыт археологами на знаменитых берестяных грамотах и пр. Объясните, ученые мужи, как могло это случиться? Думаю, что и этого достаточно. В чем же заключается значение Влесовой Книги? Она заполняет тот пробел, который существует в наших знаниях о древней, дорюриковской, истории нашего народа и дает хоть и отрывочные, но все же обширные сведения о тех далеких временах: об истории, быте, верованиях, нравственности, общественном устройстве, о варягах - и о ранней письменности русов. Сообщает кое-что и уже о совершенно-древних временах. И эти сведения совершенно опрокидывают укоренившиеся у нас представления о тогдашней жизни. Сопоставляя эти сведения с данными современной археологии, мы теперь можем нарисовать совсем иную картину возникновения как России, так и самого русского народа. Вся история славян как восточных, так и западных, встает пред нами совсем в другом свете, чем это принято официальной наукой. Это - очень много. Случилось так, что Влесова Книга появилась как раз в то время, когда уже одна археология требует такого коренного пересмотра. Влесова Книга красочно показывает нам, как и на каких основах Русь строилась, откуда она возникла, как жила и сохранилась в невероятно-трудных условиях. ...Ну, а кроме того, она отвечает на множество и других вопросов, - иногда совсем нежданно. Повторяю: ВК - это целый переворот в изучении русской истории, в нашем представлении о нас самих. Она должна быть опубликована, чтоб дети наши и иноземцы не плюнули нам в глаза. http://slavs.org.ua/simfoniya-rusi-vles-kniga

Ять: ***14-6-60,61 Павел Филипьев. Статья: Плюсы и минусы. Газета Русская Жизнь. Суббота. 10 марта 1973г. N 7691 (продолжение 13 марта, N 7692) (также машинопись статьи см. 15-2-40) Давайте поспорим На страницах Русской Жизни в двух сериях был помещен большой труд нашего сотрудника П. Соколова из Австралии, Влесова книга и в связи с ним и вторая статья его же пера - Князь Бравлин и профессора. Вчера мы поместили очень обоснованную статью протоирея о. С. Ляшевского - Доисторическая Русь. Нам известно, что многих наших читателей, в особенности из рядов молодого интеллектуального поколения, полного любознательности, прошлое Руси и руссов очень интересует, и мы с удовольствием даем им возможность познакомиться со сведениями разных источников. Вообще, Русская Жизнь избегает открывать страницы полемике между сотрудниками, если она носит острый и, иной раз, неприятный тон. Все же мы решили поместить и труд П. Филипьева, который сам посвятил много времени изучению вышеупомянутых тем. Она написана остро и не совсем примиримо, а посему, мы просим заранее уважаемого П. Соколова не принимать близко к сердцу резкие выражения, а если последует его ответ, сделать его парламентарно и по существу. Редакция. Павел Филипьев. Плюсы и минусы …Все это есть великая тайна, так же как то, что Сварог является и Перуном и Световидом. Оба они держимы на небе и оба - Белбог и Чернобог - противоборствуют. Их Сварог держит, дабы его свету не быть повергнувшимся. В связи с опубликованием в Русской Жизни работ г. Соколова - Симфония Руси и Влесова Книга - проследим скрещивания плюсов и минусов в судьбе дощечек Изенбека, найденных им в разгромленной библиотеке имения Куракино в Орловской губ. Первым плюсом было то, что они, вместе с их древним владельцем, не погибли на костре греческой инквизиции в первые века христианства на Руси и попали, наконец, в руки кн. Ф.А. Куракина - того, что собирал древности и имел большой архив исторических документов в имении Надеждино в Саратовской губ. Минусом же нужно считать, что они не были исследованы специалистами, работавшими, как теперь известно, в этом архиве по разработке древних документов и не были опубликованы. Князь, по какой-то причине, держал дощечки не в Надеждино, а в Куракино. Возможно, что они хранились в Задонском монастыре и попали к нему незадолго до его смерти (в 1913г.). Во всяком случае Ю.П. Миролюбов что-то слышал от Изенбека о Задонском монастыре, в связи с дощечками, но так как его интересовали не дощечки, а возможность посидеть с Изенбеком и поболтать за кружкой пива, о своих былых подвигах, он не мог потом вспомнить при чем тут Задонский монастырь. Плюсом было, что кап. арт. (после полковник) Ф.А. Изенбек нашел дощечки в разгромленной библиотеке, но минусом было, что часть из них была раздроблена на мелкие осколки, а другая сильно повреждена сапогами грабившей имение…русской революции. Плюсом было то, что раненый и эвакуированный из Крыма с госпиталем Изенбек после Галлиполи и Болгарии, обрел снова в Югославии матросский мешок с его дощечками, привезенный кем то другим не то из Крыма, не то из Новороссийска. К этому плюсу есть и минус: Миролюбов описал иную версию с вестовым, прибежавшим к пароходу и передавшим Изенбеку мешок с дощечками. Мне он признался, что это выдумка и что придумать эту версию посоветовал ему А. Кур. Плюсом было, что в начале 1923г. М. Суворов в своем Новом Времени оповестил читателей о находки этих дощечек и о намерениях уезжающего в Париж Изенбека, с указанием на то, насколько важна эта находка для русской и мировой истории. Поселившийся после в Брюсселе Изенбек, работал как художник (до первой мировой войны он четыре года учился в парижской школе живописи и ваяния), изрядно нуждался и был все время в погоне за заработком, да к тому же и попивал, но все же переписывал понемногу, для издания, тексты дощечек и сделал с них фотографии и фотостаты. Большим и потрясающим минусом является для нас то, что после неожиданной смерти Изенбека, когда, несколько необычным образом, имущество покойного попало к Ю. Миролюбову, его жена - фанатически настроенная немка-нацистка (даже в Сан Франциско любовавшаяся еще своим нацистским значком) - сожгла эти фотографии и фотостаты… - Не желаю иметь русского мусора в своей квартире (Уцелели от сожжения: один негатив с фотостатом и еще два неудачных фотостата переписанных текстов). Миролюбов хоть и писал в своем журнале Жар Птица и в письме к С. Лесному, что никаких фотографий сделано не было, все-же признался сотруднику журнала А. Куру, что быть-то они были, но их - Наш Ветхий Завет - сожгла его жена. А.А. Кур сообщил об этом мне. После я взял от него письменное подтверждение, но Миролюбов вообще этого не знал, что мне этот факт известен. А что же с дощечками? Они, по словам и по письмам Миролюбова бесследно исчезли, по-видимому были украдены из опечатанного приставом ателье покойного Изенбека. Желая узнать правду о дощечках, я охотно принимал приглашения Миролюбовых к себе; Миролюбову же, я в свою очередь, было интересно быть все время в курсе дела, относительно моих исследований и расследований. Поэтому и приглашал. Игра в кошки-мышки. При посещениях, я всегда…с особым расчетом, выражал надежду, что украденные дощечки, в конце концов, обнаружатся у какого нибудь коллекционера. Это, всегда, несколько раздражало Миролюбова и вот однажды, будучи не в духе и еще накалившись, он мне заявил: Оставляйте ваши надежды на то, что они еще найдутся, за этим порогом. Я наверное знаю, что они не найдутся, так как они уже не существуют -. Разговор на эту тему пресекся, но и мне и этого было достаточно. Я понял, что русским мусором для его жены были прежде всего, сами дощечки, а фотографии и фотостаты подверглись сожжению за компанию. А ведь тексты не были еще все переписаны - к двум, имеющимся у меня неудачным фотостатом (копий фотостатов) нет копий текстов. Весьма печально, что у Миролюбова не хватило гражданского мужества, чтобы честно рассказать, что, собственно произошло, обьяснив, например, происшедшее нервным расстройством жены или несчастным случаем. Плюсом нужно считать, что Миролюбов прислал изенбековские копии в Сан Франциско, а потом, переехал сюда и сам и купив журнал Жар Птица стал, при помощи А. Кура, Г. Пронина и др. хоть и беспорядочно и без корректуры, публиковать часть из них. Но большим минусом было, что А.А. Кур не сделал с изенбековских копий фотостатов, так как, когда копии были перепечатаны на пишущей машинке и эти копии сверены, Миролюбов, кажется, с помощью Кура же, первичные копии в 1959г. сжег. (А.А. Кур сказал мне: Мы сожгли). Сжег, заявив, что это нужно для того, чтобы в этом не копались. Мне было ясно, что делалось это для того, чтобы скрыть чьей рукой они были написаны. В первый день нашего знакомства (1959г.) Миролюбов рассказал мне, что когда он заходил, иногда, к Изенбеку посидеть за кружкой пива, тот протягивал ему несколько малых осколков дощечек и говорил: Не сиди без дела. Вот переписывай буквы с осколков. - И долго же вы этим, обычно занимались? - спросил я. - Нет, пока не ударяло в голову пиво -. Подпускал хозяин гостя только к осколкам и у меня есть до пяти параллельных версий небрежно сделанных копий с тех же самых малых осколков. А Миролюбов писал, что он один трудился над дощечками 15 лет (познакомились они в самом конце 1925г.). В заявлении его масса противоречий, что заметил и мало осведомленный С. Лесной. При публикации текстов в Ж. П. было не малым минусом, что там же публиковались сочиняемые Миролюбовым, в огромном количестве, компроментирующие, пустые, бессодержательные и никчемные Сказы Захарихи, для которых он бессмысленно пользовался словами и выражениями из неподдающихся его пониманию текстов древних дощечек. Об этих Сказах он нашел нужным написать в журнале, что в будущем ученые будут изучать их вместе с текстами дощечек. Нечто совсем патологическое! Причислю к плюсам вложение А. Куром напечатанных на машинке копий текстов в Архив Национальной Библиотеки в Вашингтоне. По правилам Архива, в течение 15 лет к ним не будет доступа. В одном экземпляре, он послал их еще какому-то своему приятелю кажется офицеру ген. штаба, теперь уже умершему. Но не обошлось здесь и без минуса. Рукописная копия одной дощечки (прославление Перуна) начиналась словами: Пожещемо ти боже, то есть Благославляем тебя боже, а в копии напечатанной на машинке было Пожещете мати боже, то есть Благославенна Мать Божья. На попавшей ко мне копии второй дощечки было цветным карандашом зачеркнуто культовое выражение Питаре Диае (см. санскр. словарь) и карандашом же написано сбоку Сварог. На мой вопрос, что это значит? А. Кур мне ответил, что такого в текстах не может быть. Это что-то латинское, а втиснуто, вероятно, Миролюбовым. В третьей копии, как и в публикации в Ж. П., середина текста переброшена на конец. Я отосланных копий не видел, но полагаю, что эти кляксы там остались. Частичная публикация в журнале была большим плюсом в судьбах дощечек. Их тексты увидел, наконец, свет. Никакой другой пользы от этого не было, кроме того, что делу был дан ход. Проявился к ним интерес и у меня, тем более, что я знал о них с 1923г. и кроме того, помнил еще две фотографии в Огоньке 1912-го г., где на одной из них в составе членов археологической экспедиции проф. Фетисова, третьим от него, по правую его руку, сидел Изенбек. Несмотря на отчаянный протест Миролюбова и его уговоры не браться за это дело, А.А. Кур стал выдавать мне по одной копии текстов, и, во второй половине 1959г. и первой 1960-го, я их перевел. Для получения каждой следующей копии, я должен был сообщать содержание предыдущей - таково было правило игры. А Кур, при моем чтении перевода, как и при каждом разговоре, даже телефонном, включал один из своих двух рекордеров, а третий, миниатюрный, был у него всегда скрыт в жилетном кармане. После переводы, конечно, мною уточнялись и долго исследовались. Но и тут - при публикации - не обошлось без огромного минуса. Миролюбов загорелся жаждой славы исследователя и первого работника в таком важном деле, как оживление русского Ветхого Завета, и, ради этого, решил стереть и растереть в пух и прах покойного Изенбека, и пожать лавры за него. В Ж. П. и в письмах С. Лесному упорно толковалось, что Изенбек был бяка, а он, Миролюбов, пай. Было тут и множество противоречий, выдававших автора с головой. Изенбек, родившийся в Петербурге в весьма известной семье, в которой были и моряки, окончил кадетские классы Морского Корпуса. После четырех лет учений в Париже и года военной службы, он посвятил себя археологии, сперва самостоятельно, а потом в составе археологической экспедиции, получил звание члена корреспондента Имп. Ак. Наук, дослужился потом до чина полковника артиллерии. А по свидетельству Ю. Миролюбова, по-русски он говорил плохо (отшибло значит!) и конечно заниматься древними текстами не мог (нужно было только переписывать букву за буквой, что, если бы только не разные вариации начертания, мог бы сделать любой китаец не знающий русского языка). Поэтому в течение 15-ти лет (по моему для этого достаточно было и двух месяцев) работу с ними производил он, Миролюбов. Опрошенный мною о способностях Изенбека говорить по-русски, бывший командир взвода его батареи говорил мне, что это форменная ерунда - выдумка. Но как знать: может быть и у него отшибло? С одной стороны, по свидетельству Миролюбова, Изенбек был, будто бы, ревнив к дощечкам и никого к ним не подпускал, а с другой, ими совершенно не интересовался. А вот свидетельство об интересе Изенбека к его дощечной библиотеке - из Журавля, распевавшегося юношами на Марковской арт. базе: Наступил 20-й век Появился Изенбек. Дул он водку, керосин (Тут пропуск. Вероятно: Нюхал также кокаин. П.Ф.) Захотелось Изенбеку Основать библиотеку К нам в вагон он раз пришел И такую речь повел: Ящик я велел запрятать И закрыть и запечатать На мое же приказанье Нету должного вниманья Если только захочу Весь вагон расколочу. Убирайтесь все к чертям И командуй каждый сам. Место я себе найду Возьму шапку и уйду. К этому конечно соответствующий припев. Вранье Миролюбова о себе самом и об Изенбеке сеялось в изобилии как через страницы Ж. П., так и посредством доверчивого С. Лесного, через страницы его книг. Сеется оно и теперь - Изенбека кают и хают, а о Миролюбове только и глаголу: Если бы не Миролюбов, мы ничего бы не знали о дощечках, Если бы не Миролюбов…Только Миролюбов… Павел Филипьев. Плюсы и минусы http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_363.htm

Ять: ***14-6-63 П. Соколов. Свободное слово Карпатской Руси, сен., окт. 1973 Благодаря вниманию друзей, главным образом отца С. Ляшевского, я точно имею Влесову Книгу полностью, может быть за исключением отдельных утерянных кусков, на что даже никогда не надеялся; и всю уже перевел, что потребовало четыре года труда, иногда дикого по напряжению. Теперь мне требуется придать этому такую форму, что это подходило не только для газетных статей, но было трудом, книгой, на основе которой будущие поколения России, если они еще сохраняться, будут пересматривать историю России. По новому осмысливать национальную идею, свое прошлое и взаимоотношение с внешним миром. Остается открытым вопрос, удастся ли мне эту книгу опубликовать. Эмиграция жадна на свару, но очень неохотно идет на творчество. Надо поражаться, что такой исключительный документ веками пролежал незамеченный. Немцы уже давно бы сделали из него сенсацию, не говоря и о евреях. Ну, значит, он и дальше может оставаться в том же положении. Не знаю, читаете ли Вы Русскую Жизнь. О. Стефан мне пишет, что в феврале там стали продолжать печатать мою Симфонию Руси. Эти номера к нам еще не дошли. Меня особенно интересует появление там Князя Бравлина, посланного в виде отдельной статьи. Если вы не читали, рекомендую прочитать… П. Соколов, Австралия

Ять: 14-6-64 П. Соколов. Трагедия. Русская Жизнь N 7818, вторник, 2 октября 1973г. К сожалению, только на днях, да и то случайно, я узнал о статьях С. Ляшевского и П. Филипьева в Русской Жизни; поэтому ответ мой получается очень запоздалым. Но он - необходим - не ради игры наших самолюбий, а в интересах того дела, которым я занят, во избежаний ошибок и дальнейшего вреда, могущего из них произойти. …Умыслы и домыслы, а в результате - жестокая трагедия, истерзанная живая плоть и в значительной мере покалеченная душа. В данном случае это относится к тому удивительному документу, над которым я работаю и который в большой своей части был опубликован в Русской Жизни. Ко Влесовой Книге. Более трагическую судьбу было трудно даже сочинить. Свыше тысячи лет бережно хранился какими-то внимательными людьми, переходя как дар, от дедов к внукам, пока не попал под сапог нашего сверх-просвещенного поколения. И был раскрошен. Обокраден. Изуродован. Оклеветан. Оплеван. И наконец - сожжен…И все это делали те люди, которые в великой гордости должны были хранить его, как зеницу ока…И эта же безобразная свистопляска продолжается и ныне - над прахом, над тенью погибшего сокровища, и ей не видится конца. Нужны будут какие-то нечеловеческие усилия, чтобы из этого оставшегося праха вопреки всем козням, наветам и недомыслию людей, возродить хотя бы образ утерянного. Целая уйма безответственных, а порой и просто бессовестных людей приклеились к этому документу, желая придать ему ими же самими выбранную форму, изобразить его на свой лад, использовать в своих интересах. То есть попросту - его присвоить. Красочный пример этому дали украинские самостийники: но и в том же духе трудятся и некоторые другие. Умыслы и домыслы - и их не всегда даже можно разграничить. По умыслу или домыслу все либеральные, революционно настроенные профессора скопом кричат о подделке? По умыслу или домыслу украинцы сделали свой удивительный перевод? По умыслу или домыслу Миролюбов так спрятал концы, что до них теперь никто не может добраться, когда они должны бы быть всем полностью доступны? Но иногда все же разграничить можно. Так: сожжение дощечек, их копий и фотографий - это уже явный и очень подлый умысел. Вставка, несуществующих в подлиннике слов, переделка других, изьятие третьих, без указания, откуда они взяты - это умысел тоже. Но не меньше вреда приносят Влесовой Книге досужие вымыслы, особенно, если они исходят от так называемых специалистов: и звание импонирует (академик!), и легче им создать видимость правды и добропорядочности. Обычно умысел и домысел идут вместе, подпирая один другого, причем впереди идет умысел. Так умыслив уничтожить Влесову Книгу, какой нибудь профессор обьявляет ее подделкой, а потом начинает толковать о разных несообразностях в тексте, которого он, между прочим, и не знает, и на изьянах языка, ссылаться на мировые авторитеты и т.д. То есть идти не от исследования к заключению, а наоборот. В таком же порядке умысла и домысла написана статья П. Филипьева - Плюсы и Минусы (см. РЖ от 10.3.73), которую, впрочем, я прочитал с огромным интересом, первую ее часть, по преимуществу, где дается большой и удручающий фактический материал. Этот материал полностью подтвердил и обьяснил мои предположения и недоумения, высказанные когда-то моим корреспондентам. Но учитывая то, как г. Филипьев во второй части расправляется с содержанием дощечек, приходится и тут быть осторожным. Кто нам скажет, что тут - факт, а что - домысел? Умысел этой статьи - очевиден: растятешить меня до поду, выражаясь языком Влесовой Книги, вычеркнуть из жизни, как переводчика. Но ведь я сразу же, из первой публикации, оговорил, что я - только любитель - дилетант и отнюдь не претендую на безошибочность своего перевода, а лишь хочу показать русским людям, что они выпустили из поля зрения. Впрочем, язык Влес Книги столь архаичен, что вряд ли даже самый высокий из авторитетов смог бы претендовать на безгрешность, если он будет добросовестный человек. Худо, очень худо получается, когда авторитеты начинают свысока и сверх-авторитетно обьявлять свои незыблемые истины - от истины тут не остается ни следа. Как правило, они опираются на форму; а форма-то в таких делах как раз стоит на последнем месте. Надо бы душой, внутренним чувством, напряженным горением и с предельным вниманием подходить к тому, что мы называем истиной. …Ныне от дощечек остались вторые и третьи копии с копий: часть беспорядочно писанных миролюбовской рукой и часть перепечатанных Куром на машинке; и то, что было опубликовано в Жар Птице. Миролюбовские тексты приводят в отчаяние: как можно было так относиться к документу? Какие-то небрежно написанные лоскутки, рассованные так и эдак на бумаге, которые не знаешь даже, как и сопоставить. Но миролюбовская история на этом не закончилась: каждое из принимающих в этом участие лиц считает себя хозяином: не только нумерует тексты по своему, не указывая первоначальную нумерацию, но и толкует на свой вкус. Понадобится для вкуса - добавит словечка два. Понадобится для вкуса - обьединит несколько текстов в один, под общим номером. Получилась дикая мешанина, в которой я едва-едва разобрался лишь на четвертом году работы, при содействии друзей. Достаточно сказать, что у меня имеются таблицы, на которых стоит по четыре-пять разных номеров, но к ним можно было еще добавить. Представляете себе, что значит, когда надо по номеру найти какую-нибудь справку, сопоставить тексты или составить список? Это была адова, изводящая работа, отнявшая (да и сейчас отнимает) уйму драгоценного времени. Эти подлые номера плясали у меня перед глазами, путали сознание, издевались - и добавляли, добавляли той мути, которую так обильно разлил Миролюбов вокруг Влесовой Книги. Что скажет о нас будущий - не только иностранный, но и русский исследователь? Г. Филипьев издевается над моими плачущими коровами. Признаюсь: меня пленил этот образ. Один из наиболее красочных образов Влесовой Книги, достойный даже величайшего поэта. Почему он не издевается над солнцем, едущим на возах? Уж лучше бы он подумал вот над чем: он тоже ставит свои номера и не везде указывает основные. А мне вот опять пришлось рыться в текстах: и так будет рыться каждый, кто соприкоснется с этой свистопляской! И Кур и Скрипник пользовались, будто бы одним и тем же источником: копиями Миролюбова. Тогда почему у них в некоторых текстах разное число строк, а порой встречается разное содержание? Ответ только один: источник был не общий. Если Скрипник пользовался текстами, написанными Миролюбовым, то Кур какими-то другими? Какими? Каждого изследователя Влесовой Книги изумляло то обстоятельство, что с дощечек не было сделано ни фотографий, ни иных каких-либо копий. Почему? Хотя бы карандашная прорись, хотя бы перерисованные буквы…На подобные вопросы Миролюбов никогда не давал удовлетворительного ответа. Г. Филипьев ответ на это дает: фото были и копии были, но они были уничтожены женой Миролюбова вместе с дощечками. Понятно, почему Миролюбов не мог дать ответа. Г. Филипьев сообщает много очень важных сведений по истории дощечек. Кое-что из этого мне было известно, но я воздерживался обсуждать это публично, как недоказуемое. Сейчас печати сняты. Вероятного виновника гибели дощечек я в своих письмах указывал. Сейчас он г. Филипьевым без обиняков назван. Указана и обьяснена и позорная акция по сожжению первоначальных миролюбовских копий, которую невозможно было обьяснить. Перед нами встает совершенно отвратная картина темного изуверства и беззастенчивости. Картина эта полностью соответствует тому итогу - который получился у меня в результате переписки с разными лицами, обследований и раздумий. Переписка с Миролюбовым была в пустую, и я ее прекратил. В поисках возможности получить недостающие тексты, я обратился позднее к Г-же Миролюбовой. В письме я задал ей восемь вопросов, касающихся Влесовой Книги. Ответила она быстро, на все восемь вопросов - и не ответила ничего. В конце каждого ответа стояло слово - нихт. А следом меня известили, что она написала письмо в Америку, чтоб мне ничего не давали…Облик этой дамы, как будто, выявился… Когда я впервые услышал о сожжении Куром миролюбовских копий, я встал в тупик: Что за изуверство! К чему это было надо? - Г. Филипьев дает на это ответ: чтобы скрыть работу Изенбека. Но если в этом мог быть заинтересован Миролюбов, то Куру какое тут было дело? Между собой они не ладили. Несомненно, что Миролюбову так и эдак, можно присвоить слово умысел. От него никогда нельзя было получить точного, положительно ответа; все вокруг да около. - Сколько таблиц не было переписано? - Совсем немного. - Сколько было сделано фотографий? - Одна или две. - Почему вы отклонили помощь Университета? - Время было такое. - Куда делись дощечки? - Пропали. - И так все в этом духе. Меня очень удивляет отсутствие откликов по этому делу. Ведь не все еще вымерли. Ведь не мог же Изенбек не делится с кем-то относительно дощечек, и если же, наверно люди, которые могли бы подтвердить или опровергнуть образ Изенбека, нарисованный Миролюбовым, или дать какие-то сведения. Но люди молчат. Какое им дело до каких-то дощечек! Думаю, что и картина взаимоотношений Миролюбова и Изенбека, нарисованная г. Филипьевым, тоже отвечает действительности. Я давно уже пришел к убеждению, что два человека едуче ревновали друг друга к дощечкам и прятали свои мысли. Каждый хотел использовать дощечки по своему: но Изенбек был хозяин, а Миролюбов - посторонний человек. Получалась двойственность. Нет, Миролюбов не вызывает во мне доверия. Совсем не серьезный был человек. Разве бы мог серьезный человек оставить Влесову Книгу в таком безобразном виде? Когда я увидел наконец впервые подлинную копию Миролюбова в украинском издании, я сразу обратил внимание на то, что она написана беглым почерком. Так переписывать прямо с дощечек было невозможно. Значит, существовал еще какой-то первый рабочий экземпляр. Где он? Какой же именно? Остается неизвестным. Может быть как раз тот, про который пишет г. Филипьев: копия, сделанная Изенбеком. Но есть ли это достоверное сведение или это лишь домысел, мы опять не знаем. Мог же г. Филипьев из дощечек сделать метрическую запись! Мы стоим перед безудержной фантазией людей - и кто ее может ограничить? Дощечки с самого начала носили по безответственным рукам, готовым делать с ними, что угодно... Павел Филипьев. Плюсы и минусы http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_363.htm

Ять: ***15-2-24,25 (по 2 стр.) П. Филипьев. Многострадальные Дощечки (рукопись, только 4 стр., написано после 1966г.) Многострадальные дощечки Древние дощечки, несущие на себе древнерусские тексты названы были в наших, еще не изданных работах Курскими, так как они были найдены в 1919г. в разгромленной библиотеке, разгромленного же имения, вблизи Курска. Известны они пока больше под именем Дощечек Изенбека, так как найдены были Федор Артуровичем Изенбеком, в то время капитаном, а позже полковником артиллерии. Написаны они были многими авторами: Самые поздние из них уже после княжения Дира (княжившего после смерти Аскольда!), другие в 7, а третьи в 4 веке. Может быть среди них были и более древни. Одни писали историки-хронографы, другие - жрецы и кудесники, и наконец, есть текст, написанный или продиктованный князем. Пробыв может быть все последние одиннадцать с половиной веков где-то под спудом, увидели они, наконец, опять свет, когда после пребывания в Галлиполи, попали в Белград и на страницах появилась заметка о том, как и когда они были найдены, как они исторически ценны и как блестяще их будущее. Об Изенбеке сообщалось, что он собирается их издать, а теперь уезжает в Париж. И действительно они очутились сперва в Париже, а потом в Брюсселе. Он (Изенбек) герой из героев, еще только в чине штабс-капитана кавалер не только Владимира с мечами и бантами, но и ордена св. Георгия и Георгиевского оружия... Павел Филипьев. Плюсы и минусы http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_363.htm

Ять: ***2-7-1 Письмо П. Филипьева - И.Э. Лысенко 3 мая 1964г...Глубокоуважаемый Иван Эрастович! Не так давно в одном из своих писем Ф.И. Кудрявцев написал мне о Вас, а я при этом вспомнил, что познакомился с Вами у А. М. Кривошеева лет 5 тому назад... ***2-7-3 Письмо И.Э. Лысенко - П. Филипьеву 9 мая 1964г. Глубоуважаемый Павел Тимофеевич! Получил Ваше письмо от 3 мая. Искренне рад был бы с Вами встретиться и думаю, что это можно осуществить в ближайшее же время... ...Ф.А. Изенбек старого...рода Изен - бек = князь. Очень состоятельной семьи. 2) Познакомился я с Ф. Арт. В 1-ом Куб. ген. Корнилова походе. При соединении нашей 1-ой отд. батареи с 4-ой. Он попал к нам старшим...На молодых прапорщиков поражали его 3 редкие для штабс капитана артиллерии награды: орден Св. Георгия 4-ой степ., Георгиевское оружие и Владимир 4-ой ст. с мечами и бантами. 3) Ф.А. Изенбек окончил кадетские классы Морского корпуса и уехал в Париж, где поступил в...Там он стал художником декоратором... ...Будучи призван для отбывания воинской повинности устр. вольноопредел. в 1-ый Туркест. стрел. артил. д-н. Отслужив срок и выдержал экзамен на прапорщика запаса. Туркестан и особенно Самарканд пленили его настолько, что он остается в Туркестане и становится членом корреспондентом академии наук. Участвовал в археологич. экспедициях...Принимает участие в большой экспедиции Академии Наук (кажется в 1912г.) в Бухаре. Я видел фотографию экспедиции и на ней он в 1-ом ряду (Журн. Огонек). С началом войны 1914г. призван и...я читал приказ о награждении Ф.А. Георг. 4-ой степ. Кончив войну шт. капит. Изенбек прибыл на Дон и участвовал в 1 и 2 походах. При разворачивании наших частей он получил в команд. новую 4-ую Марковскую батарею. Я был у него взводным командиром. Наступая от Курска на Орел и ...его и затем отходя к Ростову мы захватили 6 красных орудий и имели 10 орудий в батареи. Удивительно талантливый человек. Большой культуры, интереснейший собеседник, он был и наредкость блестящим командиром батареи. К сожалению он много пил и хуже того, пристрастился к нюханию кокаина. Ко мне он относился хорошо... ***2-7-5 Письмо П. Филипьева - И.Э. Лысенко 12 мая 1964г...Глубокоуважаемый Иван Эрастович! Ваше письмо меня в высшей степени обрадовало. Надеюсь, что не встретится никаких препятствий... ***2-7-7 Письмо И.Э. Лысенко - П. Филипьеву 16 мая 1966г. ...К сожалению, не могу Вам помочь информацией о находке дощечек. Лично я при отходе Орел-Курск-Харьков был со своим взводом в отделе, т.е. в отдельности от остальной батареи. Знаю только о существовании хранимого Ф.А. Изенбеком ящика. В те времена я считал, что там только книги. Журавль упоминает только это - Наступил 20-й век появился Изенбек. Дул он водку, керосин. Затем: Захотелось Изенбеку основать библиотеку. К нам в вагон он раз пришел и такую речь повел: Ящик я велел запрятать и закрыть и запечатать. - На мои же приказанья нету должного вниманья. Если только захочу весь вагон расколочу. Убирайтесь все к чертям и командуй каждый сам. Место я себе найду - возьму шапку и уйду -. Как видите никаких указаний на дощечки нету... ...Офицеров же у нас было мало (по 2 на взвод). Один взвод погиб под Ростовом. Часть батареи погибла в Крыму (под Кщитиринкой) при отходе на пароходы в октябре 1920г. В Эмиграции (после Галлиполи) Ф.А. Изенбек проживал в Югославии (в Белграде) и главным образом в Бельгии (в Брюсселе)... ***2-7-9 Письмо П. Филипьева - И.Э. Лысенко, май 1966г...Глубокоуважаемый Иван Эрастович! Огромное Вам спасибо за письмо, за адрес подполк. Шавинского и за отрывок из Журавля... Павел Филипьев. Плюсы и минусы http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_363.htm

Ять: ***15-2-55…64 П. Филипьев. Статья: Прояснение горизонта. Написана для опубликования в Русской Жизни (после статьи Плюсы и Минусы за 13 марта 1973г.) 10стр … Языки пламени В статье Плюсы и мниусы, посвященной судьбам Южно-Русск. Дощечек (дощ. Изенбека), я коснулся, в разсматриваемом вопросе Ю.П. Миролюбова и его второй жены. В дополнение к этому, я привлекаю сейчас освещение его роли самого Миролюбова, автора прелестных небольших разсказов, спотыкнувшегося на том же пороге, на котором споткнулся и гений Игорь Северянин и завертевшегося волчком кривыми путями. А.А. Кур передал мне, для изготовления фотостатов и их использования в деле о разследовании гибели дощечек, некоторые письма Миролюбова и одну его статью-оповещение, о которой неизвестно – была ли она где нибудь опубликована. Начну с оповещения: Ю.П. Миролюбов. Заметки по поводу одной старинной рукописи (выдержки из этой статьи). В самом конце слова: С подлинным верно – и подпись А. Кур. Даю статью в своих выдержках: Автору сих строк потребовались материалы по русской старине. Долго пришлось разыскивать, пока случай не помог напасть на одного русского любителя старины. У него оказались дощечки березового дерева с выжженным на них текстом (Он даже не успел разсмотреть, что тексты были не выжжены, а процарапаны по воску и протравлены чернилами или подобной им краской, П.Ф.). Одни разрозненные, другие, наоборот, следуют друг за другом. Долго пришлось разбирать, т.к. специальными познаниями автор не обладал, но с помощью русских и иностранных пособий удалось, все же кое что прочесть -. Значительно дальше: По наведенным справкам оказалось, что подобные тексты неизвестны в русской истории. Вообще из древне-Киевского периода ничего не известно. Рукописи того времени, бывшие особенно обильными во времена Ярослава Мудрого погибли во время татарского нашествия. Может быть Брюссельская рукопись представляет из себя одну из них, попавшая через католических монахов в Бельгию? Автору не удалось почти ничего узнать о происхождении дощечек. Единственно, что можно сказать с уверенностью, что любитель старины их нашел среди разного хлама, продававшегося с молотка… Это выдержки из статьи, написанной в 1941г., уже после Изенбека (ум. 10авг. 1941г.). Выходит, что дощечки были им куплены в Брюсселе с молотка. В номере своего журнала Жар Птица за март 1957г. Миролюбов пишет: Она (одна из дощечек. П.Ф.) была собрана до того из отдельных кусочков, найденных на полу библиотеки имения Донских, Задонских или Куракиных. Более всего вероятно имя Куракиных, на Курско-Орловском направлении при начале похода на Москву армии генерала Деникина -. Как видно Ю. Миролюбов, 15 лет, по его утверждению, переписывал тексты дощечек в ателье Изенбека, не удосужился, за это время спросить у него – где же он их нашел? Сперва он пишет о покупке их в Брюселе с молотка, а после об обнарушении их на полу библиотеки княжеского имения, и, даже красочно разсказывает как вестовой принес их к пароходу при эвакуации. Пропустив опять значительную часть статьи, сделаем еще выдержки: Скажем лишь одно: если эти дощечки не являются подделкой, они безусловно должны пролить свет на некоторые детали начала русской государственности. Работы по возстановлению текста еще очень много, так как требуется сделать изследование ультрафиолетными лучами и когда она будет закончена, автор (то-есть Миролюбов. П.Ф.) предполагает выпустить книгу с описанием текстов и с фотографиями подлинников... Во всяком случае, если это даже апокриф, он сам по себе любопытен, т.к. разсказ ведется сухо, как бы без претензии на описательность, о вещах якобы всем известных. К описанию содержания остальных дощечек, счетом до тридцати восьми, мы еще вернемся в будущем. Ю. Миролюбов. 1941года Приписка красным карандашем: Увы. Оригинал дощек исчез из ателье покойного полковника Изенбека, брюссельскаго художника, в 1942-3 гг. будучи украден -. Это очень важный документ, указывающий, что Миролюбов завладел дощечками Изенбека сразу же после его смерти, пока власти еще не спасали его ателье. Умер Изенбек внезапно в полдень, кажется, понедельника 10-го авг. 1941г. (а не 13-го, как указывает Миролюбов), а протокол смерти составлен на следующий день 11-го 9 1/2 ч. утра, и ателье опечатано. В марте 1942г. Мировым Судьей поручено снятие и составление описи имущества нотариусу Маршак и адв. Расулю Кооманс де Брашен. Сам Миролюбов указывал, что имущество покойного он получил только через год после Изенбека, причем из 900 бывших в ателье картин и рисунков для него осталось только 60 картин. Выходит, что все это (в том числе дощечки) исчезло из опечатанного ателье еще до составления описи имущества. В описи дощечки не значатся и я сначала предположил, что составители описи имущества не внесли их в опись, приняв матросский мешок с ними, как незаслуживающий внимания мешок с деревянными обрезками или щепками для топки. Однако слова Миролюбова: Я наверное знаю, что они не найдутся, так как они уже не существуют – и его, написанная в 1941 г. статья, убедили меня, что дощечки из опечатанного ателье уже украдены были, а он имел их уже со дня смерти Изенбека и до дня их печальной гибели в его квартире. Я говорю – со дня смерти Изенбека, так как не хочется допустить, что и сам Миролюбов, может быть, побывал, каким то путем в ателье Изенбека в период между наложением печатей и снятии их для составления описи имущества покойного (Ведь и исчезновение сотен картин произошло до составления описи из опечатанного ателье)… …Нас интересует и нам нужно не умножение количества сказок – их у нас и так достаточно, а снятие завесы с нашей начальной истории. Нам нужно увидеть ее без прикрас и извращений, чтобы знать, кто мы и откуда мы, и какие цели и пути к ним были предначертаны породившими нас далекими предками. Подымаемая вокруг этого пыль, засоряет лишь глаза, затрудняет дыхание тех, кто прилагает усилие к устранению завесы, и никак не способствует прояснению горизонта. Павел Филипьев

Ять: ***2-13-3 Письмо полковника Ю.Г. Шавинского - П. Филипьеву, Париж 18 июля 1966 (без сокращений) Милостивый Государь Наконец собрался с данными, чтобы Вам ответить на Ваш запрос, видимо, столь интересный для исторических наук, для нашей Родины. Действительно, я служил в одной батарее с Ф.А. Изенбеком и прибыл в батарею вместе с И.Э. Лисенко в конце сентября 1919г., когда она только что заняла с. Куракино, при станции того же, наименования вблизи г. Орла. Имение было богатое, но при занятии его я не был и т.и...эта батарея только что стала формироваться из состава 1-ой Генерала Маркова батареи, то при ней было мало офицеров. В дальнейшем, при наступлении на Орел, занятие его и потом тяжелом отходе на г. Ростов, я в большинстве случаев был отдельно с полк. Изенбеком, как вообще расходился с ним по ряду его действий и поведения, в частности любви к напиткам и кокаину. Что он, точнее два лица его окружавшие. Могли иметь или взять в библиотеке - я не помню совершенно, да это меня не интересовало, ибо служил исключительно делу и нигде ничего не искал, кроме большевиков. Представьте даже не помню, ни песен на эту тему. ...Мною запрошена была Бельгия. Ф.А. Изенбек, в результате своего поведения от нас был переведен, жил в Белграде, где связался с кругами вел. кн. Кирилла Владимировича, агитировал за него; после появился в Париже в сопровождении своего приятеля и все делавшего от его имени Калянского. Затем он переехал в Брюссель, где и умер. Мне ответили, что у него осталась что то осталось, для нас важное - материалы для Истории Марковской Артиллерии, ему непринадлежащие и им задержанные, но все это пропало. Скончался он в 1941 году, все имущество покойного, вплоть до картин его кисти, он хорошо рисовал, все наследовал, как говорят некий Юрий Миролюбов. Кто он и где никто не знает. Моя попытка получить материалы бригады окончилась неудачно. В Бельгии есть слух, что Ю. Миролюбов пребывает в Калифорнии. ..А. Изенбек уехал из Югославии в 1923г., где в Париже я его и Калянского Юрия встретил, но оба они были вне нашей жизни. Юрий Калянский и был его ближайший друг и все должен знать. Ваше письмо мною послано в Мадрид к Дмитрию Корнильевичу Голбану, тоже бывшему в 4-ой батарее и возможно он что либо может сказать. Со своей стороны могу подтвердить, что имение было Куракино, но опять это не значит, что именно там; что по сведениям и опять частным все наследство все наследство перешло к некому ю. Миролюбову. Образ жизни АИ порицался и в газете, что он делал в Бельгии - не знаю и как существовал - все лично не знаю. Для нас он не существовал. Из Вашего мне письма ваш адрес будет известен Д.К. Голбану и значит он вам все и сообщит. Ничего мы не слышали о статьях газет о досках. Пока желаю вам всех благ. Уваж. Вас. Ю. Шавинский (подпись) Павел Филипьев. Плюсы и минусы http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_363.htm

Ять: ***2-1-5,6 Письмо Н.В. Казакова - П. Филипьеву 20 декабря 1968г. (от руки) ...Я обещал Вам попытаться найти Калянского...Немедля по получению адресов я попросил Калянского и Голбана сообщить что-либо о дощечках и о возможном участии в их находке: где, когда, при каких обстоятельствах это случилось. Юрий Григорьевич Калянский любезно мне ответил по французски, т.к. у него нет пишущей машинки с русским шрифтом, и писать не может из-за дрожания руки...Перевожу ответ Калянского, относительно дощечек: Я очень сожалею, что не имею возможности быть Вам полезен, так как я не имею никакого представления, в том, о чем вы мне писали. По получению вашего письма я немедленно телефонировал Дмитрию Голбану, который был также в нашей батареи и который тоже был близок с Федором Артуровичем. Голбан также ничего не может вспомнить о дощечках Изенбека. Это верно, что я был с Изенбеком неразлучен и всегда мы были вместе. Думаю, что если бы нашли дощечки в моей памяти это бы сохранилось. В особенности, при их исторической ценности. Каждый вторник и пятницу Дмитрий Корнилович Голбан приходит ко мне; и я попытаюсь с ним еще вспомнить, но не верю в добрый результат -. ***2-1-12,13 Письмо Н.В. Казакова - П. Филипьеву, Брюссель апрель 1969г. (от руки) ...На мой вопрос происхождения дощечек Калянский категорически ответил (я Вам сообщил перевод его письма ко мне через моего знакомого в Мадриде после нескольких встреч с Голбаном и Калянским, что у Изенбека никакого багажа не было (последние три слова подчеркнуты). Изенбек был ранен в ств. (?) Таврiи и был вывезен из России Голбаном без бещей каких либо). Потому у меня стал вопрос: не приобрел ли Изенбек дощечки где нибудь в Болгарии или Сербии? Если же Вы уверены в находке дощечек в имении кн. Куракина или в Донском монастыре, я умолкаю... ***1-24-1,2 Письмо П. Филипьева - Ю.Г. Калянскому 27 декабря 1968г. Многоуважаемый Юрий Григорьевич! На днях получил письмо от Н.В. Казакова, которого я привлек к розыскам по выяснению судеб дощечек Изенбека. Он сообщил мне адреса - Ваш и Д. Голбана. Вас обоих я разыскивал два с половиной года. Сообщил мне г. Казаков и выдержку из Вашего ему письма, касающуюся дощечек. Меня очень огорчило, что вы ничего не знаете или не помните о находке Федора Артуровича...я очень прошу вас сообщить мне - что Вам известно, если не об обнаружении дощечек Федором Артуровичем, то хоть о нем самом: о его биографии. Это очень важно для будущих изследователей-историков. Повторяется ведь такая же история, какая выпала на долю Слова о полку Игореве. Между прочим. Дощечки дают и ценные сведения для понимания Слова. 1) Что Вы помните из биографии Ф.А. Изенбека а) о его происхождении, б) об образовании, в) об участии в археологической экспедиции проф. Фетисова в Бухару в 1912г. г) о пребывании его в Югославии и потом в Париже и Брюсселе? 2) Когда Изенбек выехал из Югославию во Францию? Это очень важно для розысков весеннего номера 1923г. суворинского Нового Времени, печатающегося в Белграде, в котором, повидимому, сам Суворин (без подписи) поместил статью с краткими сведениями об обнаружении Ф.А. Изенбеком дощечек, об их исторической ценности и о том, что Изенбек уезжает в Париж и собирается опубликовать тексты дощечек. Эту статью я сам читал... ***1-24-3 Письмо Ю.Г. Калянского - П. Филипьеву, Мадрид, 4 янв. 1969г. (на франц.) Павел Филипьев. Плюсы и минусы http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_363.htm

Worga: Ять пишет: 2) Когда Изенбек выехал из Югославию во Францию? Это очень важно для розысков весеннего номера 1923г. суворинского Нового Времени, печатающегося в Белграде, в котором, повидимому, сам Суворин (без подписи) поместил статью с краткими сведениями об обнаружении Ф.А. Изенбеком дощечек, об их исторической ценности и о том, что Изенбек уезжает в Париж и собирается опубликовать тексты дощечек. Эту статью я сам читал... Значит, статья всё-таки была.

Ять: ***14-6-83 П. Соколов. Варяги (по книге: Симфония Руси). Наша Страна, 11 мая 1976 Ныне приходится вновь изумляться да разводить руками над тем, что великие, подобные Ключевскому, Соловьеву и Платонову, могли воспринять такую убогую мысль, как норманнская теория создания русской культуры и государственности. Я не разделяю их ибо они неразделимы: всякое государство создается на основе определенной культуры. Историческая наука знает много ляпсусов и даже прямого мошейничества, достаточно взглянуть хотя бы на то, что пишется в СССР, но одним из самых глупых и невероятных ляпсусов является, конечно, эта самая теория. У себя, кроме разбойничных банд, норманны ничего не создали, и вот, в чужой и непроходимо дикой, по их заявлению, стране создали культуру! Ничего не было, а приехала кучка этих темных разбойников, магически преобразила душу многочисленного, многоплеменного и крайне свободолюбивого, по сообщениям древних авторов, народа, уже существовавшего тысячи лет, и создало могучее государство! А разбойников этих пригласили сами, только что ограбленные ими и выгнавшие их люди...И такую чушь, вслед за немецкими светилами, повторили крупнейшие русские авторитеты, которым, казалось бы, и самим надо было подумать. Ведь это подобно тому, что вот, де, команда капитана Кука ничего не могла создать у себя на родине, а прибыла к папуасам и в течении нескольких лет создала из них культурное государство. Ну, уж, а за авторитетами потянулась всякая мелкая сошка. Все это понятно в устах разных Шлецеров и Амильриков, ненавистников России, но как это уложить рядом с такими столпами исторической мысли? Загадочно?.. А ведь никакой загадки нет. Вот, лежит Влесова Книга десятки лет на руках у нескольких любителей, вместо того, чтобы находиться в витринах и хранилищах академий наук. Можеи пропадать - или уже пропал - драгоценный архив Кура в Сан-Франциско, в котором могут быть ответы на основные вопросы в связи с Влесовой Книгой, и тщетно было мое обращение к тамошней общественности, принять хоть какие то меры к его сохранению, - не отозвалась ни одна душа! Могла какая то немка уничтожить подлиннк этого уникального документа - как уничтожались все остальные подлинники на Руси и заграницей. Что же мы можем предьявить всем этим шлецерам, куникам и томсенам и их жалким русским подголоскам? А есть: русское сознание. Почему же не проявили его вышеуказанные три столпа русской науки? Ведь не только логика, - остались все же и кой какие документы - у нас и у других народов. Все потому же, по той же подлой нашей инерции, и по привычке пялить глаза на Запад, там только можно услышать истину. Посмотрите, на кого, на чей авторитет ссылаются русские подголоски в своих заключениях: на свой разум? Как бы не так: вы утонете в чужих именах… Петр Евстафьевич Соколов. Князь Бравлин и профессора http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_364.htm

Ять: Из архива Ю.П. Миролюбова. ГАРФ. Фонд 10143, опись 47, Рулон 8 ***6-08-11 Заметка (от руки, 4 стр.) Ю. Миролюбова - Русская гордость - художник Изенбек. 20-VII-1948г. В 1941 году, между 10-13 августа, скончался скоропостижно в своем ателье на avenue Brugmann, N522, в Uccle, предместье Брюсселя, в Бельгии, крупнейший Русский художник Изенбек. Покойный был Команд. Марковского Артиллер. Дивизиона в Добр. Армии, в Крыму, у Генерала Врангеля, и был в чине Полковника. Выдвинулся он на военном поприще в войну 1914-18 г.г., где был в Туркестанск. Артиллерии и командовал батареей на Румынском фронте. В 1917 году он был одним из первых, кто понял, что судьбы России решатся на полях Гражданской войны, а потому еще в октябре 1917г. при первых известиях об атаке большевиков, свергавших Временное Правительство в С-Петербурге, он покинул разложившуюся Армию, и уехал на Дон. В Ростов он прибыл с десятком офицеров, туда ехавших, и с них начал первое формирование отряда, в начале ноября ст. ст. 1917 года. Впоследствии прибыли старшие Начальники, Генерал Алексеев и Корнилов, которым Изенбек передал свой отряд. Из него развернулась и сформировалась Добровольческая Армия, пополненная юнкерами, кадетами и младшими офицерами. В…походе Изенбек командовал двумя орудиями а потом принял батарею. Во всех боях он отличался холодным спокойствием, безоглядной храбростью, и где мог, переходил в артиллерийские атаки, что в то время было новым приемом в деле поражения противника. После Крымской эвакуации Изенбек переехал на жительство в Болгарию, а оттуда в Бельгию, где и взялся за свою первую деятельность – живопись. Еще до войны 1914-18г.г. он окончил С-Петерб. Имп. Акад. Художеств и был послан от Академии Наук членом корреспондентом при Археологической миссии проф. Фетисова (впоследствии бывшем в Болгарском Унив., и Югославии, и там скончавшегося перед войной 1941-1945г.) в Туркестан, в поисках уцелевших памятников искусства Хорезмского Царства. Центром их розысков был Самарканд, оттуда они вывезли тысячи всевозможных предметов, ваз, посуды, украшений и остатков материи. Изенбек зарисовывал в Туркестане сотни всевозможных руин, остатков мечетей, памятников и т.д. Весь этот богатейший материал оказался при Академии Наук, и был лишь чрезвычайно неполно опубликован в газетах и журналах. К этим воспоминаниям обращается Изенбек в период изгнания. Написанные им полотна, числом около 400, почти все несут в себе, если не восточный орнамент, так краски, поэзию, все – на фоне Запада. Многие картины Изенбека посвящены Европейскому содержанию, в частности, Фландрии, Юкклю, Брюсселю, в его наиболее живописных уголках. В них зритель чувствует неожиданное родство Востока с Западом. Другая часть посвящена природе, родному для него (Изенбек был мусульманин) Востоку. Наконец, много посвятил он графике, гравюрам тушью, в два цвета, и акварелям. Нет такой области живописи, в которой он не создал бы чего-либо оригинального. …Изенбек был (как мало осталось в живых людей его эпохи!) крупнейший Русский художник. Таково мнение иностранных знатоков-экспертов Русского Искусства. Будучи в Изгнании, он постоянно работал, думал о России, и ея народах. Долг наш – почтить память творца Русского Искусства, как соратника в борьбе против Апокалипсического Зверя, так и художника, свято хранившего в душе образ России, которую он любил крепко и нелицемерно. Потомки его откроют, и он займет место на нашем пантеоне, среди лучших наших созидателей, как Билибин, с которым у него есть отдаленное родство, Рерих и Врубель. Честь и слава ему, и мир праху его. Память о нем остается в наших сердцах, а Россия его превознесет. Юрий Миролюбов 20-VII-48 Брюссель ***Юрий Миролюбов. Избранное. Сборник рассказов и стихов. Сирин-ХМЦ, Москва, 1994, стр. 191 По зерну мы мудрость собирали, Как траву в базальтовых скалах, Для того, чтоб в сердце умирали Постепенно и любовь и страх, Чтоб очистились в исканьях души, Обеднели дерзкие слова, Чтобы каждый напряженно слушал Истину, которая жива! И не зная приближенья рока, Ты навстречу сам пошел ему, В бездну золотистую Востока, Близкую тебе лишь одному! Али Изен-Беку, Девятьсот тридцать четвертый год, Юккль, О вье спытиген



полная версия страницы